Глава 18.
Пока я отвечала, к нам спустилась Одри.
- С кем ты? - сразу спрашивает подруга.
- Шон, - коротко отвечаю я.
- Ты только что с ним рассталась, и он снова звонит тебе? Я же говорила, он нравится тебе, - гордо заключает она. Наверное, видела нас из окна.
- Тебе нравится Шон? - спрашивает Тео немного раздражённым голосом.
- Не твоё дело, - отвечаю я брату, мягко улыбнувшись.
- Я же говорила, - снова твердит Одри.
Я вспоминаю про телефон и начинаю внимательно слушать Шона.
- Ты просила позвонить, когда появятся гонки. Они появились, - говорит он.
- Уже?
- Да. Начало через час.
- Я еду. Хотя нет, ты заезжай за мной, - оживлённо говорю я и натягиваю куртку потеплее.
- Я недалеко уехал, скоро буду.
- Всё, я поехала, - говорю я, допивая свой кофе.
- На ночь глядя? Я не пущу тебя, - рычит Тео.
- Я не спрашивала разрешения. Лучше скажите, мне после гонок сюда ехать или меня сюда не пустят?
- Даже не думай возвращаться так поздно, - говорит Тео и скрещивает руки на груди, улыбаясь.
Он откидывается на спинку стула и наблюдает за моей реакцией. Конечно, я не дам ему блефовать.
Я сижу на тумбочке около входной двери. Снизу спускается Колтон и начинает зашнуровывать свои кроссовки, куда-то собираясь.
- Хорошо. Переночую у Шона, не ждите меня, - так же улыбнувшись, говорю я, вставая и потуже затягивая ремень.
- Вот уж нет. Тогда до трёх чтобы была здесь, - говорит он.
- Помогите этой девочке обрести мозги, - присоединяется Колтон. - Только глупый человек поедет куда-то на ночь глядя с Шоном, - продолжает он и выходит.
* * *
- Еле свалила от них, - говорю я Шону, надевая шлем.
Я сажусь сзади него на байк и держусь за его плечи, пока мы едем.
- Мне немного страшновато. Это же как-то незаконно, - говорю я, как только мы доезжаем и слазим с байка.
- Да ладно, не парься, - отмахивается парень.
- Насколько это опасно? - спрашиваю я.
- Подумай сама. Здесь берут незаконные ставки. Можно сказать, забирают у людей деньги. Тем более у них нет лицензий. Никто из наблюдающих сейчас и не думает о том, что победишь ты. Вряд ли на тебя кто-то поставит. А я поставил. А это значит, что сегодня высокий коэфицент, и я получу много бабок, - улыбается Шон.
- С чего ты взял, что я одержу победу?
- Потому что ты лучшая.
- А мотоцикл?
- Мой барахлит, тебе выделят другой.
- Ворованный, да? А как же я отсюда выберусь, когда приедут копы, и ты смоешься? Что вообще будет, если меня загребут в камеру? - я начинаю нервничать и повышаю голос.
- Ты сама просила гонки.
- Шон, мне страшно. Это не гонки, это опасность, ясно тебе? И если Тео узнает, он убьёт меня, - нервно говорю я, отходя в сторону.
- Да теперь вся твоя жизнь сплошная опасность. Я не смоюсь без тебя, ясно? И вообще никто не приедет. Всё будет хорошо, говорю же.
Я качаю головой, но позже всё-таки соглашаюсь, надеясь, что всё пройдет хорошо. Шон сказал, что много раз уже проводил такое и всё было в порядке.
Моё сердце нервно трепещет, когда я стою на стартовой черте. Я выдыхаю и вспоминаю, что когда-то сам Шон стоял на моём месте, и сейчас с ним всё прекрасно. Это просто легкие деньги для меня. Тем более выиграть не будет проблемой, профессионалов здесь нет, лишь дерзкие и быстрые любители халявного бабла.
Как только подаётся сигнал и все гонщики срываются с мест, создаётся каша. Каждый пытается опередить другого. И только когда я уверенно, а где-то не очень объезжаю участников на середине первого круга, всё успокаивается, но ненадолго. Я вижу, как гонщики едут по траве, а кто-то сворачивает обратно к старту, врезаясь в кого-то.
Моё сердце начинает бешено стучать, оно готово вырваться из груди, когда я слышу звук полицейской сирены. Я понимаю, что кто-то действительно вызвал полицию. На меня летит какой-то испуганный парень, и я падаю с байка прямо на стекло, когда пытаюсь уйти от столкновения. Я чувствую на ноге порез, затем бросаю байк и встаю на ноги. Вокруг меня творится полный хаос, и я пытаюсь найти глазами Шона, пока кто-то сзади не хватает меня за руку.
Шон, тащит меня за трибуны, где почти никого нет.
- Шон, куда нам бежать? - спрашиваю я, бегая глазами по его лицу. По щекам текут слёзы, я никогда не чувствовала себя такой беззащитной.
- Я не знаю. Они ищут меня. Кто-то, с кем у меня проблемы, сдал меня копам, а заодно и прикрыл эту лавочку.
- Ты же обещал быть со мной, - перебиваю я.
- Я и так с тобой, - он трясет меня за плечи. - Слушай внимательно, Джейн. Я отдаю тебе свой байк, и ты быстро едешь домой через дворы.
- А ты?
- А я выезжаю отсюда другой дорогой. И скорейшим рейсом в другой город.
Моё дыхание учащается в несколько раз, и я крепко хватаю Шона за руку.
- Я боюсь за тебя. Позвонишь, как всё будет в порядке?
- Когда-нибудь мы ещё встретимся, обещаю.
Шон кладёт в мою руку ключи, быстро объясняет, где спрятал свой байк, и скрывается за запасным выходом.
Я нахожу байк Шона и сажусь на него, затем скорее уезжаю в сторону своего дома.
Пока я еду, пытаюсь всё осознать.
Все деньги Шона - это нелегальные гонки, которые он устраивал много раз. На этот раз кто-то вызвал копов, возможно, за вознаграждение. А теперь Шон, скорее всего, вылетит скорым рейсом в другой город, ну или снова начнёт работать на какого-нибудь опасного дядю.
Я еду со всей скоростью домой, проезжая через дворы, как и говорил парень. Мне всё время кажется, что за мной едут полицейские, а каждая тачка копов, встречающаяся на пути, до смерти меня пугает.
Как только доезжаю, бросаю байк в гараже и громко стучусь в дверь. Время час ночи, а свет ещё горит. Наверное, Тео дожидается меня.
Я всё ещё плачу от страха. Тушь наверняка растеклась по лицу, а нога ноет из-за осколков.
Дверь мне открывает Колтон и очень удивляется.
- Что с твоим лицом? - спрашивает он.
- Ничего, - отталкивая его от двери, говорю я и прохожу внутрь.
Все уже, наверное, спят. Одному Колтону не спится. Он проходит, запирая дверь, и садится в кресло напротив меня.
- Это Джейн? Наконец-то, - медленно спускается Тео, но потом видит меня и приближается быстрее.
- Что случилось? - нервно спрашивает он.
- Извини, - срывается с моих губ.
- Ты.., - он даже не знает что спросить, пока меня всю трясет от сложившейся ситуации.
- Нога болит, - еле проговариваю я и снова разрываюсь от слёз. Я снимаю ботинки и задираю джинсы, показывая кровавую рану на правой коленке.
- Я сейчас, - говорит Тео и идёт на кухню.
Он возвращается с аптечкой и садится рядом со мной. Я ложусь на диван и протягиваю ему свою ногу.
- Что случилось? Я убью Шона, - проговаривает он.
- Это не он, - отвечаю я, а челюсть дрожит. Колтон внимательно за всем следит.
- А кто? - спрашивает охреневший Колтон, и я смотрю на парня.
Колтон приносит мне стакан воды. Я киваю в знак благодарности и пью воду. Тем временем Тео наносит антибактериальное средство, и я взвываю.
- Шшш, больно.
- Надо было думать головой, Джейн, - нервно произносит Тео, обвязывая ногу бинтом.
- Я поехала с Шоном на нелегальные гонки, а потом кто-то вызвал копов. Мне пришлось скорее ехать сюда на байке Шона, который он мне отдал. Это он или его знакомые устраивали эти гонки, и сейчас копы ищут его.
- Чтобы больше ты ни с кем не связывалась, - грозно говорит Тео, и я киваю головой, всхлипывая.
- Скажи, полиция найдет меня? - спрашиваю я, прижимая больную ногу к себе, когда Тео завязывает повязку.
Он специально молчит, запустив руку в волосы.
- Нет, не беспокойся об этом. Им сейчас плевать на участников, да и как они вас найдут? Им бы с организаторами разобраться, - отвечает за него Колтон.
Я молча встаю и иду к себе в комнату, оставляя Тео и Колтона обсуждать сложившуюся ситуацию.
Когда я захожу к себе, Одри раскрывает глаза.
- Парни волновались, когда ты уехала кататься, - грубо говорит она.
- Мне надо было уехать, - садясь на кровать, отвечаю я.
- Тео заботится о тебе, а ты ведёшь себя как дура. Скажи спасибо, что у тебя такой заботливый брат.
- Ты не знаешь и половины всего о Тео.
- Конечно, ты же не рассказываешь, - хмыкает она и отворачивается.
- Одри! Я повторяла это уже сто раз. Он ушел из семьи. Из-за этого у мамы был нервный срыв, что её любимый Тео ушёл из-за меня. А ведь можно было послать одну маленькую SMS!
- Ты драматизируешь.
- Это мой образ жизни, понимаешь? Я ничего не могу с собой поделать. Вся моя жизнь - ночью.
- Твой образ жизни, как у шлюхи, - громко говорит она, и мои глаза расширяются.
Мы обе понимаем, что на этом наш разговор окончен.
Я беру из шкафа футболку и лосины и решаю переехать на первый этаж на диван. И Одри, и мне от этого станет только легче.
Я переодеваюсь в ванной и спускаюсь на первый этаж, где в темноте смотрит телик Колтон.
- Тео спит? - взглянув на часы, спрашиваю я, и парень вздрагивает от моего голоса.
- Да. А ты что не спишь?
- Иду спать. Теперь я живу на диване. Мы с Одри поссорились, - говорю я и плюхаюсь рядом с ним. - А ты что тут сидишь?
- Смотрю телик.
- Тебе придётся досмотреть в своей комнате. Уходи, я буду спать, - говорю я и толкаю его за плечо.
- Отстань, в моей комнате ещё не провели кабельное. Это общее место.
- Теперь моё. Вставай давай, - снова подталкиваю я его, но всё неудачно.
Колтон встаёт с дивана и просит меня тоже встать, затем он раскладывает диван, ложась на одну половину, и продолжает смотреть телик.
- Серьёзно? - спрашиваю я с усмешкой. -Ну ладно, мне не в лом лечь рядом, - говорю я и ложусь рядом с ним.
Мы даже не соприкасаемся, поэтому заснуть мне легко, но Колтон не даёт мне этого сделать.
- Расскажи, как ты так сегодня вляпалась?
- Отвали, - говорю я.
- Мне не трудно скинуть тебя, - говорит он и опирается на локоть, чуть приподнимаясь.
- Не надо, у меня болит нога, - мямлю я. - Ничего особенного не было. Просто всех чуть не загребли копы. Я же уже всё рассказывала тебе и Тео.
- Ты по-любому от него что-то скрыла, - говорит Колтон, но я отрицательно мотаю головой. - Тогда поговорим о чём-нибудь другом? - спрашивает он.
- Мне завтра на пары рано, - отвечаю я и отворачиваюсь.
На самом деле пары начинаются только в двенадцать, но мне так неловко с ним разговаривать. Я вспоминаю наш поцелуй. Это была просто показуха перед Тео.
Но я так четко помню, как его холодное кольцо в губе коснулось моих губ. Это действительно был горячий поцелуй.
Я слышу, как он выключает телевизор.
- Чувак, а ничего, что у тебя есть своя кровать? - спрашиваю я, резко развернувшись.
- Мне лень идти, - говорит он, и я обречённо и злобно стону, разворачиваясь.
Дальше мне становится тяжело заснуть, потому что Колтон, засыпая, кладёт на меня руку, которую я не в силах снять. Чтобы он не остался безнаказанным, я кладу на него ногу и медленно засыпаю, оставаясь в таком положении.