Да почему она нормальная?
Пятого бесит обыденность Харперов, но он ещё не знает, что его ждёт встреча с...
Пятый смотрит на собственную мать, что аккуратно сидела на краю его кровати. Её нежная ладонь поглаживает его по волосам, но в этом движении она больше успокаивала себя присутствием сына рядом, а на её лице лицезрит милая улыбка. Парень понимает голову чуть выше, чтобы заглянуть в её глаза и счесть всегда играющие в них эмоции. Они всегда выдавали настроение и мысли - самыми первыми. Вместо ожидаемого к нему страха, опасения или привычного отвращение, видит только искреннее переживание и заботу. Наигранно?
– Как ты себя чувствуешь? - задаёт вопрос женщина, всё так же улыбаясь поглаживая парня по волосам. Она убирает ладонь, заметив его растерянный взгляд, а после продолжает, – Я говорила ему не давить на тебя, но кто бы меня слушался.
– А что случилось..? - задаёт вопрос парень, немного охрипшим голосом после сна, а после хмурит брови и сглатывает накопившуюся слюну.
– Папа задавал тебе вопросы, а потом тебе стало плохо, - проговорила женщина недовольным, но при этом обеспокоенным голосом. Она встаёт со своего места и поправив одежду продолжает, – А я говорила, что не нужно давать на детей.
Пятый отводит взгляд в сторону, а на его лице появляется лёгкая ухмылка. Значит не рассказал. Боится за свою жену? Или боится жену? Теперь пазл в его голове не складывается, а наработанные до этого версии происходящего - бред.
– Если он и работал бы на Комиссию, то не имел права брать в жены обычную гражданку, - подумал про себя парень, тяжело выдыхая, вспоминая основные правила для выходного киллера, – А она не похожа на киллера. Но это нужно проверить.
Хелен спешно вышла из комнаты, обещая вернуться с едой, оставляя парня одного в тишине и одиночестве. Пятый несколько раз прокручивает у себя в голове события сегодняшнего утра, чтобы понимать не пропускает ли он какие-то важные события или зацепки, которые могли бы привести его к правде. В доме была тишина и только где-то отдалённый шум с кухни мешал умиротворению. Харгривз опускает голову на подушку и немного прикрывает глаза, тяжело выдохнув. Голова гудела, во рту пересохло, а тело неприятно ломило и изредка подрагивало от перенапряжения и недавней потасовки.
– Но должен признать, он неплохо дерётся, - подумал про себя Пятый расплывшись в улыбке, а затем тихо посмеявшись, открывает глаза, – Как для полицейского.
Откинув в сторону одеяло, Харгривз встаёт на ноги и подтянувшись, чтобы размять затёкшие конечности, подходит к зеркалу. Поправив волосы и мельком осмотрев себя, брюнет делает акцент на собственной шее и руках - это места куда за частую Комиссия вживляла чип, для от слежки киллера. Он ждал маячка или чип, но убедившись, что полностью чист как-то разочарованно выдыхает. Его отравленный мозг не верил, что всё это правда. Даже прожив почти 6 лет как «все», Пятый не смог оставить мысли об апокалипсисе или комиссии где-то в прошлом. Он активно искал любые упоминания, изменения в мире, или хотя бы лёгкие, незаметные намёки. Харгривзу не посчастливилось с детством, проведённом в самой заднице этого мира. Холод и отрешенность приёмного отца - Реджинальда дети приняли с большой охотой, а затем превратили его жестокость и грубость в свою собственную. Выйдя из комнаты, парень направился в сторону кухни, где Хелен собирала на поднос, еду для сына.
– Мам ты тут? - вопрос парню дался тяжелее чем он думал, но его дальнейшие действия будут ещё хуже. Подойдя к женщине, он резко обнимает её и прижав к себе проговаривает, – Спасибо тебе.
Пока Хелен счастливо улыбалась и припала в объятия собственного ребёнка, Харгривз подумал только об одном:
– Худые плечи, тонкие руки. Нет, у неё нет никакой подготовки, а таких ко мне не отпускают.
От последней мысли на лице непроизвольно появилась довольная ухмылка. К нему отпускали комиссионный наряд с отрядом подготовленных бойцов, затем двух лучших, на тот момент, комиссионных киллеров - Хейзел и Ча Чу, а затем и трёх братьев-близнецов "Шведов", что так же, как и остальные запомнились особой, мерзкой жестокостью и не долголетию. Хелен отстраняется от сына с мягкой улыбкой на лице. Одна её рука всё ещё покоилась на его плече, а другая нежно поглаживала скулу. Непроизвольно вспомнилась Грейс, что хоть и была роботом созданным Реджинальдом для слежки и воспитания отпрысков, но всё же заботливой матерью.
– Ладно, садить ешь, - проговорила женщина, отойдя от сына и вновь возвращаясь к своей кухонной рутине. Пятый лишь кратко кивает и развернувшись садиться за стол, перед своей тарелкой. Он мельком наблюдал за Хелен, что крутилась у плиты что-то готовя, тихо под нос напевая какую-то песню, время от времени нелепо или неловко что-то делала. Это спокойствие, эта безмятежность и её явная невинность - бесила. Как такое возможно? Как всё может быть хорошо? От последней мысли Харгривз горько смеётся, опустив глаза в тарелку и тихо пробурчав под нос:
– Старый параноик..
Молча продолжает жевать. Он буквально сходит с ума не найдя ничего. Ни следов культа, Комиссии или любой другой чёртовой организации, способной попытаться убить его. Привыкший боец к ежедневной войне, не сможет привыкнуть к обыденной, рутинной и привычной нам жизни. Они уже привыкли к другой, к другим законам, порядкам, мыслям, идеям, а наши мелочные, бытовые проблемы вызывают у них лишь звонкий смех. В дом заходит Виктор и сняв с себя обувь проходит глубже. Хелен по привычке бросает все дела и спешит к мужу, чтобы оставить на его щеке след от помады и прижавшись к его груди, услышать родное:
– Привет, милая, как твои дела?
Они о чём-то мило щебетали, пока Пятый старался предугадать дальнейшие действия Харпера старшего. Почему он в чём-то подозревает брюнета, но при этом спокойно оставляет его со своей семьёй? Или у Виктора нет подозрений, насчёт Пятого и это только его разыгравшаяся паранойя, что не хотела отпускать ситуацию? Женщина возвращается к плите, чтобы подать еду мужу, пока последний сел за стол напротив брюнета. Они оба поднимают глаза и смотрят друг на друга, с неловким молчанием и не знают с чего начать.
– И.. Гхм, - Виктор решил первый прервать их напряжение и запнувшись, немного покашляв, продолжил, – Как ты себя, чувствуешь?
– Нормально, - кратко бросил Харгривз не сводя глаз с мужчины, – А ты?
– Тоже.. Тоже, - так же кратко проговаривает Виктор и постучав пальцами по столу хотел продолжить, но подошедшая к ним Хелен заставила обоих замолчать, только благодаря её присутствию. Поставив тарелку на стол, она уходит в другую часть квартиры.
– Она что-то знает? - задаёт вопрос Харгривз, переведя свой взгляд на Виктора, что так же, как и брюнет, проводил Харпер взглядом.
– Не знает, догадывается, - так же кратко отвечает мужчина и вновь переводит взгляд на сына, – И так.. Что такое комиссия и почему ты её так боишься?
Вопрос попавший в точку заставляет что-то трепетать внутри парня. Он кладёт вилку на стол и выровнявшись облокачивается о спинку стула. Немного поджав губы и собравшись с мыслями, Пятый проговаривает:
– А ты разве не знаешь?
– Знаю..