Джульетта

Холодный ноябрьский ветер заставил всех жителей Лондона передвигаться как можно быстрее. День сегодня выдался пасмурный и прохладный. Небо затянулось темными тучами. Вот-вот должен был начаться проливной дождь. Сидящая на лавочке девушка, что все это время смотрела на небо, облокотилась о деревянную спинку и натянула на нос синий шарф. Мимо неё проходили люди и, остановившись возле небольшого стенда с картинами, рассматривали их, комментировали. Хорошо бы, конечно, убрать все свои картины да укрыться в каком-нибудь тёплом месте, чтобы переждать дождь. Но вместо этого она по-прежнему продолжала бездумно пялиться в темно-серое от туч небо и задаваться единственным насущим вопросом: «когда же это все, наконец, закончится?» Рядом лежал потасканный рюкзак, а в нем — любимая книга. Это были сонеты Уильяма Шекспира, которые ей подарила тетя на Рождество шесть лет назад. Уже заученные наизусть небольшие стихотворения были единственным спасением в этом сером мире. Сером и неуютном мире.

— Сколько эта картина стоит? — появившийся из ниоткуда мужчина своим голос вывел из мыслей девушку.

Она медленно и лениво подняла глаза на подошедшую семью, состоящую из двух дочерей и родителей. Девочки разных возрастов внимательно, с интересом и энтузиазмом рассматривали написанные Джульеттой картины, восторженно показывали их своей улыбающейся матери и ворчливому отцу. Остановив взгляд на небольшой картине с корабликом, на которую указывал трясущимися руками мужчина, девушка задумалась о ее стоимости. Заранее цену Джу никогда не знала. Первое пришедшее на ум число становилось окончательным. Зависело оно только от размера картины и качества исполнения. Те, в которые она вкладывала всю душу, все эмоции и переживания, на которые тратила уйму времени, — были дорогие, а другие, написанные буквально за двадцать минут просто из-за пришедшего внезапно вдохновения, стоили не больше 20 фунтов.

— 15 фунтов, — наконец выдала девушка, продолжая сидеть на лавочке с поднятыми на неё ногами.

— 15 фунтов?! Да она и 2-х не стоит! — начал возмущаться мужчина, на что Джульетта лишь закатила глаза.

— Тогда не покупайте, — поправив шарф, девушка встала со скамейки, подходя к стенду и начиная собирать картины в большую синюю сумку. — Я не собираюсь продавать свои работы за гроши.

— Пойдёмте отсюда, — рявкнул мужчина, взяв свою жену за руку. — Да с такими ценами никто у вас ничего не купит!

— До свидания! — пропела Джульетта, улыбаясь семье.

Она заметила разочарованный взгляд девочек, продолжающих стоять напротив стенда, пока их родители медленно отдалялись в сторону супермаркета. Джульетта лишь пожала плечами, все так же аккуратно складывая свои произведения в сумку и одновременно думая, куда же она пойдёт переждать дождь. В кармане было около 30-и фунтов, что вполне могло хватить на самый дешевый хостел и лёгкий ужин. Сегодня ей не придётся ночевать на улице. Это не могло не радовать.

Девушка заметила, как одна из сестёр, подросток с двумя светлыми длинными косичками, быстро достала из кармана своей куртки кошелёк, вынимая из него купюры в десять и пять фунтов. Протянув их художнице, девчонка широко улыбнулась, хлопая светящимися от радости и восторга глазами. Джульетта вспомнила себя в таком же возрасте, когда тетя водила ее по разным художественным галереям, рассказывая о величайших художниках. Это было лучшее время детства. За исключением, конечно, того, что происходило дома.

— Прости, пожалуйста, нашего папу, — сказала она тихим голосом. — Он не понимает, что у любого труда есть своя цена. И она разная.

— Твои картины просто чудесны! — воскликнула другая сестра, и Джу незамедлительно перевела на неё взгляд. — Мы хотим купить все, но, боюсь, денег не хватит.

— Верно, — согласилась вторая, засмеявшись.

— Спасибо, девочки, — не находя других слов произнесла Джульетта, взяв протянутые сёстрами деньги. — Вам с корабликом?

Они радостно закивали, а девушка, широко улыбаясь, отдала покупку и извинилась за отсутствие пакета. Но сестры лишь махнули руками, поблагодарили за столь прекрасное произведение искусства и пообещали вернуться вновь. С радостными улыбками они вприпрыжку догнали своих родителей, показывая только что купленную картину. Мужчина лишь покачал головой, кинув последний взгляд на художницу. Помахав ему, Джульетта продолжила собирать картины в сумку.

— Дела идут в гору, — сказала она сама себе, складывая купюры в карман рюкзака.