Глава 2.
На Ливерпуль опускался вечер, и темнота медленно обступала меня, завывая своей таинственностью. Солнце ещё виднелось на горизонте, и последние лучи мягко падали на сырую землю. Оно садилось за плотной стеной деревьев, окрашивая все вокруг себя в светлый оранжевый оттенок, плавно переходящий в насыщенный фиолетовый. Где-то в глубине леса завывал ветер, насвистывая приятную успокаивающую мелодию. Сосны сгущались надо мной темно-зелёной хвоей, практически закрывая собой весь небосвод, оставляя лишь маленькие участки, в которых рассыпалась тысяча светящихся огоньков. Мелкие далёкие звёзды напоминали веснушки на лице человека, а пелена уходящих в закат облаков - кудрявые волосы.
Я сидела на влажной земле около опушки леса, подогнув коленки к груди, опираясь спиной о твердый ствол дерева. Кожа покрылась мурашками от холода, от которого я только сильнее вжималась в сосну. Где-то вдалеке шумела музыка и слышались отдаленные голоса людей, но у меня не было желания туда идти. Не могла перестать думать о Рэни.
***
Тесса крутила в руках маленькую пустую бутылку бренди, припасённую ей специально для тех случаев, когда на школьных вечеринках не было ничего крепче пива. Боль в висках громкими ударами колотила ей по голове, а из-за орущей в доме музыки мозг собирался взорваться. Девушка сидела на деревянных перилах крыльца, даже не замечая сотни пропущенных от семьи. Если бы только ее телефон не стоял, как всегда, на беззвучном режиме, рингтон звонков точно бы заглушил надоевший и жутко дрожащий звук колонок.
Роббинс не замечала и того, что происходит вокруг. Пьяные подростки, которые только что закончили школу, блевали под окнами хозяина дома, но тому, наверное, было все равно. Адам снимал этот дом только на такие пьянки, а уборка территории - уже не его забота. Его заботили лишь милые британские мальчики, для которых у него была отдельная комната.
Резкий визг тормозов на время отрезвил Тессу, и она выбросила бутылку в кусты. Поднялась со своего места и запрыгнула на перила, пытаясь проглядеть хоть что-нибудь через вечернюю темноту. Послышался громкий удар, а сразу за ним ещё несколько.
Дорога была как на ладони. Тесса сощурила глаза, вглядываясь в тьму деревьев, и замерла.
Ноги дрогнули, не в силах больше держать Тессу. Но прежде, чем упасть, в ее испуганных сине-зеленых глазах пронеслась вдребезги разбитая машина ее сестры.
***
Так приятно было сейчас отложить все проблемы и представить, как всё сложилось бы, окажись она жива. Как ее худые тонкие руки мягко обнимают меня за плечи, и как тихо и тепло звучит ее голос в этой вечерней тишине. Рэн бы улыбнулась так нежно, как умела улыбаться только она, и никто больше. Вот её изящные длинные пальцы, едва касаясь, приподнимают мой подбородок, и глаза, полные доброты, несколько мгновений смотрят прямо в мои. Они были настолько чистые и ясные, что в яркой зелёной радужке можно было увидеть собственное отражение.
На секунду мне показалось, что это не мои бредни, а сестра и вправду сидела со мной рядом. Клянусь, я даже чувствовала тепло ее тела, дыхание и аромат ее волос, такой особенный, домашний. От Рэни всегда веяло той заботой и любовью, которой мне не хватало.
Дрожащими руками я потянулась к ней, и тонкие пальцы девушки нежно сжали мои холодные ладони. Я снова посмотрела на Рэн сквозь мутную пелену в глазах и не смогла сдержать улыбку. Такая красивая. Сестра напоследок улыбнулась, и вдруг ее взгляд становится пустым, а образ - расплывчатым, и Рэни уходит.
Глаза наполняются слезами, а грудь - неприятным чувством растерянности и одиночества, и я снова утыкаюсь в свои руки. От боли и пустоты кусаю губу до такой степени, что из ранки начинает капать кровь, но плевать. Моей Рэн больше нет.
Она мертва, и я ничего не могла с этим сделать.
***
Марк
Лес темнел и сгущался, а пьяные голоса с каждым шагом отдалялись. Громкая музыка надоедливо колотила в ушах, словно дятел, и мозг уже кипел от этих битов. Хотелось убежать от этого всего так далеко, насколько было возможно, лишь бы не слышать. Около дома земля была такой мокрой, что ноги просто тонули в этой грязи, но я упорно шёл дальше, приближаясь к опушке.
Лес был прекрасен в это время суток. Подо мной трещали маленькие ветки, прерывая тишину, и я старался идти как можно аккуратнее. Будто боялся кого-то напугать, хотя в округе никого быть не могло. Шумная гулянка Адама осталась далеко позади, что не могло не радовать. Как этот засранец вообще мог закатить вечеринку после прошлого раза?
Воспоминания о том дне душили меня. Тело покрывалось мелкой дрожью, когда я вспоминал об этом, а привести дыхание в порядок было иногда сложно. И что я здесь делаю, когда давно окончил университет? Снова отказываюсь там, где меня быть не должно, и снова мысли захватывают меня с головой.
***
Марк стоял около дороги, облокотившись об холодный ствол дерева, и улыбался.
На его пальцах, немного подрагивающих от новой волны кайфа, осталась белая мелкая пыль. Мысли путались в его голове, а возбужденные крики накуренных, как и он сам, подростков, расплывались в воздухе, так и не доходя до ушей Марка. Единственное, что он слышал - сердцебиение дерева. Он прижался к ели одним ухом и дышал в такт громким ударам, которые никто больше и не слышал.
Но когда яркий свет нескольких фар ослепил его, парень сощурился и вовремя отпрыгнул назад, падая на землю. В дерево, которое в его глазах было живым и даже имело сердце, с огромной скоростью врезался кусок металла.
Большой кусок металла.
Это была машина. Передняя часть смялась в гармошку, а из под капота летели искры. Фары продолжали светить в лицо Марку, и только сейчас, когда смутная пелена в глазах осела, он увидел красное пятно на разбитом стекле. А за ним и девчушку с пробитой головой, откуда сочилась яркая алая кровь.
Марка передёрнуло. Ещё секунда, и прямо перед ним появилась ещё несколько человек, которые начали поспешно подходить к разбитой машине. Но от авто осталась лишь груда мусора, а от девушки - безжизненное тело. Попытавшись встать, его тут же подхватили пара незнакомых рук, и жуткая картина быстро скрылась с глаз.
Но не из памяти.
***
Поляна пестрела маленькими белыми ромашками. В темноте деревьев эти яркие огни были единственным моим ориентиром. Я шел к тому месту, надеясь только на свою фотографическую память. В голове мельком всплывали короткие отрывки того вечера, и ноги уверенно шагали вперёд, прибавляя темп.
Машина. Девушка. Кровь.
В лесу было тихо и спокойно, а значит никто не мог увидеть меня таким. Потерянным и озабоченным. Оторванным от жизни. Потрясенным и встревоженным. Было так много слов, чтобы описать состояние человека, но ни одно из них не могло в точности описать мое.
Вдруг послышался тихий всхлип, и я застыл на месте, затаив дыхание. Вглядываясь в вечернюю мглу уходящего солнца, я мысленно проругался, что не надел сегодня линзы и не заметил ещё издалека темную фигурку, сидящую у дерева. И по странному совпадению, сидела она именно там, где когда-то был я в ту ночь. Присмотревшись, по тонким ручкам и хрупкому телосложению я сразу определил, что это девушка.
Я шагнул в ее сторону, стараясь быть как можно тише, чтобы не напугать ее. Хотя уверен, что мужик, крадущийся ночью по лесу, выглядит ещё пугающе. Но ветка подо мной хрустнула, и я недовольно шепнул:
- Вот же чёрт.
Фигурка дернулась, встревоженно осматривать по сторонам, тоже удивлённая встречей в таком глухом местечке, как это. Я снова сделал маленький шаг в ее сторону, шаркая по земле ногой. Она подняла голову на меня, тыльной стороной ладони вытирая с мокрых щек слезы, и я увидел заплаканное лицо девушки.
- Эй? - голос эхом разнёсся по лесу. - Ты в норме?
- О... - она промычала, глубоко вздыхая и собираясь с мыслями. - То есть, да. Да, я в порядке.
Девушка встала, подбирая с земли маленький кожаный рюкзак, и встала передо мной, заправляя прядь волос за ухо. Так странно, но черты ее лица казались слишком знакомыми. Из ее нижней губы сочилась кровь. Я подошёл ближе, пытаясь незаметно разглядеть незнакомку, но на самом деле продолжал смотреть на её слегка опухшую губу, словно завороженный. Заметив мой долгий взгляд, она прикоснулась пальцем к ранке и смущённо растерла кровь по ладони.
- Уверена? Моя машина здесь, я... Могу тебя подвезти? - махнув рукой, я указал куда-то в сторону, хотя понятия не имел, куда теперь идти.
- Дом немного в другой стороне, ты знаешь? - девушка улыбнулась и уверенно шагнула в глубь леса.
Она была похожа на вампира с этой светлой кожей и прекрасными окровавленными губами. Изумрудные глаза немного блестели от слёз, отчего казались ещё выразительнее. Взгляд задержался на её узких худых плечах и ярко выраженной впадинке между ключицами. Тонкие черные бретельки шелковой майки выделялись на бледной коже девушки, а тёмные каштановые волосы прикрывали спину, которая покрылась мурашками от холода. И всё-таки она так напоминала мне кого-то.
Снова отругав себя за то, какой я невнимательный, я поспешно снял с себя лёгкую джинсовую куртку.
- Держи, - я протянул ей вещь, увидев в ее глазах легкое удивление. - Всяко лучше одной тонкой пижамы.
- Сильно заметно, да? - Я залился хохотом, и девушка неловко улыбнулась.
- На самом деле, я просто предположил это, - мой голос стал мягким и тихим. По телу разлилось тепло, когда я увидел ответную улыбку, и продолжил: - Ты выглядишь бесподобно.
На этот раз была ее очередь смеяться. Такой звонкий и приятный, этот смех ещё долго играл в моих ушах. Ее щеки налились румянцем, а бархатная кожа так и манила прикоснуться.
- Кстати, меня зовут Марк, - я вдруг остановился и протянул руку, - Марк Рейн.
- Привет, Марк Рейн, - девушка прикоснулась к моим горячим пальцам, и я слегка сжал ее мягкую теплую ладошку. - Тесса. Тесса Роббинс.
Мне показалось, что где-то рядом с нами взорвались тысячу петард разом, но это всего лишь мое сердце упало в пятки. Пазлы сложились на место, и теперь в голове звучала лишь одна фамилия.
Роббинс.