Глава 6
На следующий день я проснулась в своей квартире и не могла вспомнить его лица. Вспомнила лишь только то, что произошло…
Всё тело болело, особенно, в области живота. Передо мной картинка была чёткой и я могла разглядеть своё его — оно было в царапинах….
Еле полнявшись, я села на кровать, так как закружилась голова.
— Резко не вставай. Ты ещё полностью не оправилась, — издался холодный до дрожи голос, но в тоже время очень приятный.
— Кто здесь? — подняв голову, сказала я и увидела ЕГО.
— Где-нибудь болит? Кушать хочешь? — подходя ко мне и поправляя маску, говорил он.
— Нет…. — и тут меня сдало урчание живота.
— Пошли на кухню, — помогая встать мне, промолвил он и повёл на кухню, в которой, на столе, стояла тарелка с жареным омлетом и с кружкой молока. Посадив на стул, он сел напротив меня, наблюдая, как я начинаю есть.
— М-можешь не смотреть….
— Хорошо, — отвернувшись в сторону окна, проговорил он, я же начала употреблять пищу.
Прошло какое-то время, пока я ела. На кухне была полная тишина, которую я разрушала стуком вилки о тарелку. Отведя меня обратно в комнату, он проверил раны на моём лице и пощупал живот, на что я дала понять, что мне больно. Он отстранился от меня и принёс аптечку. Перед тем как обработать рану на лице, он снял чёрные перчатки. Лёгкими движениями он проводил по щеке, отчего мне было приятно….
Продезинфицировав её, убрал всё в аптечку и, тщательно помыв руку в раковине на кухне, он надел снова перчатку.
«Разве может он убить человека? Ведь, по моим представлениям, убийцы — это те, у кого с психикой не порядок. Но… он так заботится обо мне…. Не хочу в это верить…»
— Тебя что-то беспокоит? — тот же холодный голос на низких нотах и с хрипотцой, но в тоже время такой нежный….
— Откуда ты меня знаешь? Почему защищаешь меня? Зачем убил его…. — вырвались те вопросы, которые крутились в голове.
— А ты времени не теряешь…. — сказал он, после на некоторое время замолк. — Убил его я по своим причинам. Да, ещё он избил бы тебя чуть ли не до смерти.
— Он бы меня не избил!
— Защищаю я тебя по своим личным причинам, а знаю я тебя уже как давно. Такие ответы тебя устроят? — резко и холодно ответил он мне на мои вопросы.
А чего я ожидала?
— Нет…. Я хочу знать всё в подробностях, — пристально смотря на него, твёрдо произнесла я.
— Знаешь. — приблизившись ко мне, говорил он. — Меньше знаешь, крепче спишь.
— А я хочу знать! Хочу увидеть лицо спасителя, который спас меня около 5-ти лет назад! Хочу отблагодарить Вас! Знали бы Вы, как я ждала той возможности, чтобы встретиться с Вами! — повышая тон голоса, сказала я.
— Так, успокойся, — положив свои руки мне на плечи, говорил он. — На данный момент, я не могу показать своё лицо. Что тебе можно было знать, я уже сказал.
— Я буду под его защитой… Лишь это он хотел мне сказать? — не вслух сказала я, но после задала ему вопрос. — Тех, кто меня обидит, Вы будете убивать?
— Если понадобится. А теперь пока. Вижу, что пришла в норму, — отойдя от меня, сказал он и ушёл.
Ушёл…. Он так толком ничего не сказал и не представился…. Но почему мне кажется, что он до боли мне знаком?
Проходили дни, я поправлялась, здоровье улучшалось, когда тем же временем ко мне приходили подруга с Владом, бережно относившись. Аня же оставалась у меня на ночевку, помогая мне в домашних делах.
На следующий же день, после выписки, я пошла в университет. По словам Ани, Воробьёва ничего не может вспомнить, что с ней тогда произошло. Но вот отношение ко мне осталось всё такое же….
В столовой я встретила Яка, который, по словам друзей, тоже волновался за меня. Обычный день, обычные пары, всё вернулось на круги своя.
Перед тем как зайти к себе в квартиру, я решила проверить свой ящик, в который не заглядывала около месяца назад. Какое же было моё удивление, когда достала письмо, адресованное мне от неизвестного. Я же не стала медлить и сразу открыла его, в котором было только одно стихотворение:
«Мною и другими любима,
Чиста и невинна.
Но всё же ты моя,
Моя Афродита?
Цветок, распустившийся в тебе,
Всегда будет храниться во мне.
Я к тебе привык,
Но тобою давно уже забыт.
Я люблю тебя,
И это не изменится никогда.
Т.Д.»
«Как же романтично.» — первое что пришло на ум. — «Но кто же мог написать мне такое? А может это вовсе не мне.»
Перепроверив адрес, всё же поверила, что это мне и зашла домой. Надо бы учить конспект и в краткости рассказать, но это стихотворение крутилось у меня в голове, не пропуская другие мысли. «Мною и другими любима, чиста и невинна, но всё же ты моя, моя Афродита?» — крутилось первое четверостишие в голове для того, пока не расскажу его в слух. Пытаясь сконцентрироваться, эти строки заглушались на мгновенье, после вновь увеличивали громкость, показывая, что не отпустят меня.
Но как смогла сосредоточиться на уроках, так они исчезли, отчего я почувствовала легкость на душе.
На следующий день, который казался мне непримечательным, встретила у входа Воробьёву и Данила, флиртовавшие между собой, не стесняясь. Хотела пройти незамеченной ими, как услышала своё имя, которое выкрикнул Данил. На это я решила проигнорировать и нырнуть быстро в университет, как передо мной оказался Як, грозно смотревший на эту парочку. Пропустив меня, он ушёл в сторону столовой, изредка поглядывая то на меня, то на них. «Может ли ИМ быть Як? Или же он просто смотрел на них из-за своих личных причин? Неужели она ему нравится и он ревнует?» — взглянув на Воробьёву, продолжила мысль. — «Возможно и так, не отрицаю, она красивая….»
Зайдя в университет с этими мыслями, ходила бы уже вся в депрессии, если б не Аня и Влад, которые за мгновение подняли мне настроение.
После окончании последней пары Як позвал меня помочь ему убраться в архиве, заманивая Влада и Аню, но когда они отказались, он напоследок сказал им, что с такими людьми, кем являются Влад с Аней, разговаривать больше не собирается. На что ребята лишь посмеялись, обозвав его маленьким.
В архиве стояли друг за другом стеллажи, как в библиотеке, в которых лежали запыленные папки с документами и старые журналы с оценками бывших студентов.
— Кактус, смотри, сейчас магию покажу, — сказал он, взяв всю в пыли папку, и дунул на неё, отчего вся пыль полетела на моё лицо.
— Во-первых, я не кактус. Во-вторых, какая это магия? Ты просто пыль перенёс на меня, — сказала я и чихнула от поднятой пыли.
— Я и не думал, что ты так близко будешь стоять. Извини. — говорил он это, смотря прямо мне в глаза.
И только тогда я смогла разглядеть его лицо: правый глаз, с моей стороны, имел охристый оттенок, как у кота, левый же был полностью карий; миндалевидная форма глаз; толстые русые брови; курносый нос и средней толщины губы….
— Неловкая ситуация…. — положив обратно папку, произнес он и зашел на другую сторону стеллажа.
— Як, можно задать тебе вопрос?
— Ты уже его задала, — и от его слов по коже прошлись мурашки. Его тон голоса совпал с тоном Безумца….
«Да такого быть не может…. Сара, тебе показалось.» — говорила я про себя, после чего сказала вслух. — Ты здесь учился?
— Нет. Я учился в другом университете, но потом забросил по своим причинам, о которых рассказать не могу. — вытащив папку с полку, где остался промежуток, ответил мне.
— Я и не прошу рассказывать мне всё….– взглянув в прощелину, встретилась взглядом с ним. — Что тут тебе помочь надо? Немного помогу да домой пойду, конспекты писать.
— Хорошо. Тогда уберись в стеллаже, который рядом с тобой. Просто пыль смети, а остальное — я сам. — указывая на стеллаж, стоящий напротив него, сказал он мне и поставил папку обратно на место, стряхнув с неё пыль.
Выслушав его указ, я начала действовать.
Хоть и кажется, что стряхивать пыль настолько легкая работа, но на самом деле всё не так. Из-за своего среднего роста, я не могла дотянуться до самых верхних полок, в которых, потом как оказалось, накопилось больше пыли. Пока мучилась с одним этим стеллажом, Як же за это время уже заканчивал второй по счету. Конечно, выше меня чуть ли не на две головы, поэтому ему легче и быстрее, а может и не из-за этого, по сравнению со мной…. Когда он убирался, я же в это время переставляла стул сюда-туда.
И вот, наконец, я дошла до конца стеллажа верхней полки, как по всем банальным сценам по подставе жизни, наступила не на то место и начала качаться. Я бы упала, если не Як. Он вовремя поддержал меня, на этом ему спасибо, но…. Руки Яка очень близко к ягодицам….
Поблагодарив его и закрывая одной рукой своё лицо от смущения, спустилась на пол. Быстро схватив сумку, попрощалась и вышла из этого помещения.
«Да, что я так смущаюсь-то? Ведь не маленькая уже…. Но, блин…. Ко мне так впервые прикасались…. В такое-то место…. Хорошо, что не за ягодицы…. Со стыда бы сгорела…» — по дороге домой шла я и думала об этом инциденте.
Уже дома, после выполненных уроков, я никак не могла ни думать о Яке. И из-за этих мыслей совсем забыла, что уже выходные и рано вставать не надо.