Глава пятая
Ныра
Фиолетовое небо, пересекаемое тёмными облаками – такое часто увидишь на Шарке. Карминово-красное солнце со временем стало уже привычно, ведь жёлтое, родное − невообразимо далеко.
Когда в непогоду небо загораживают массивные тучи, нависая над головой, кажется, что они из меди: медные небеса.
По утрам всё вокруг застилает густой туман: перед глазами словно встаёт стена из молока, а когда восходит солнце по имени Голор, туман становится красным. Это действует на людей завораживающе. Несколько часов стоит непроглядное «красноватое молоко».
Необычные запахи, и ощущение первозданного мира переполняли людей. Не планета, а настоящий Эдем. Вот только ходить по этому раю свободно нельзя.
Оказалось, что фауна Шарка, как, в принципе и флора, по сравнению с известной людям – долго живущая. От старости тут редко кто умирал – животные жили триста-четыреста лет. Поэтому было множество хищников – им тут жилось вольготно. Становилось понятно, почему косморазведчики назвали планету именем самого кровожадного хищника древней Земли.
Разнообразие жизни тут не меньше чем на прародине-Земле, не то, что на Горане. Там скудная фауна и флора. Многие виды земных животных не прижились. Да и людям живётся нелегко. А на Шарке живности вдоволь, и желудки хищников-аборигенов легко переваривали любые кости, шерсть и рога, как и утробы гиен и анаконд.
Ещё здесь адаптирующий укол надо принимать три месяца ежедневно. Затем раз в неделю. Если возникает недомогание, инъектором вливать в себя спасительную жидкость. Разные планеты − это разные бактерии. Впрочем, всё проходило удачно. Человек победил свои болезни давно. Ну, если не считать область головы. Ведь мозгам не всегда помогает лекарство.
Прошло два месяца со дня высадки. Научная работа на базе шла полным ходом. Вэн уже полтора месяца не отлучался с базы. Конечно, можно изучать строение местных организмов, но они чаще всего были похожи на земные экземпляры, вплоть до позвоночника. Но были и другие животные, у которых вместо рёбер и позвонков был цельный костяной панцирь под кожей. А изучать поведение, психологию колесунов и других обитателей Шарка – как это можно сделать, сидя на базе?
Вэн, после многих неудачных попыток войти в контакт, едва не погиб. Не хотели колесуны общаться с людьми. Вэн имел неосторожность близко подойти к аборигену. Шестилапый схватил его. Двое страховавших солдат начали стрелять из станнеров, чтобы обездвижить хищника. Колесун успел развернуть Вэна в их сторону, расстреляли обоих. Ох, как неприятно на себе испытать действие парализатора. Очень болезненная штука.
Неудачного контактёра еле откачали в лазарете. Результат: вывихнутая рука, травмированная шея и глубокий шрам на пол спины. После этого полковник Доро запретил все попытки установления контакта.
Безделье с каждым днём все больше раздражало Вэна, только Тэя скрашивала яркими красками ночи. Днём она занята работой и Вэн, скучая, иногда просто болтался по базе, а временами смотрел по интеру развлекательные шоу и фильмы. Нет, временами он присутствовал в лаборатории, но что изучать колесуна в изолированной камере... Они смотрели на людей враждебно, на этом исследования психологии и заканчивались.
Проснувшись сегодня, он глянул на время − девять тридцать. Это раннее утро, ведь сутки на Шарке составляли тридцать восемь часов.
В воздухе появилась голограмма Тэи:
− «Любимый, сегодня по плану серьёзный эксперимент. Не скучай. После обеда встретимся», − произнесла фантомная Тэя, губы послали воздушный поцелуй. Видение медленно растаяло.
Вэн оделся, прошёл по затемнённому коридору и вышел на свежий воздух. Тело приятно обдало прохладой, а в сыром воздухе улавливались необычные запахи. Небо уже заволакивало туманом, звёзды мигали редкими точками. Боевой синтет - тарантул, охранявший периметр базы, на миг вздрогнул и замер. Паукообразное чудище обладает искином – самообучающимся искусственным интеллектом.
В принципе, в чём секрет человеческого мозга? Долго не могли его разгадать. Но как всё оказалось просто, до смешного. Два полушария совещаются между собой – вот и получается интеллект.
Вэн вдохнул всей грудью влажный, пряный воздух и, глядя на звёзды, подумал с тоской: "Где-то там Горана, мои родители, друзья. Далеко мы забрались. Тысячу восемьсот лет свет летит сквозь пространство к нашей планете. Можно ли представить это расстояние? Окинуть его взглядом? Все ли вернёмся домой?"
Но всё-таки на Шарке лучше, чем в звездолёте, который летит в искривлённом пространстве, непонятно с какой скоростью. А вдруг серьёзная авария? И никто тебе не сможет помочь, нет вокруг людей − только враждебный, холодный вакуум. А здесь вполне можно жить. Как-то приспособиться к окружающему миру, который, конечно опасен, но близок к людской нише существования.
Надышавшись свежим, прохладным воздухом, Вэн вернулся в комнату и активировал интер.
− Включи, какой-нибудь новый фильм, − обратился к возникшей Ариадне.
− Жанр, какой? − развела голограмма руками.
− Фантастика.
Вэн надел очки-проектор. Появилось объемное изображение какой-то планеты. Затем возник город, казалось, он вырос вокруг. Ритмичная музыка, и название: падающие с неба буквы вбивались в развалины города: "Жестокая галактика". Смотришь вправо, влево. Ты находишься там, среди событий. Кучи империй и инопланетян воюют между собой, плетут дворцовые интриги и предают друг друга в самые каверзные моменты. Апогеем мысли творцов стало происшествие, случившееся с главным героем. Он, одетый в скафандр, попал в здание, в которое влетела термическая бомба. Тело сгорело, осталась одна голова. Но скафандр поддерживал жизнь в голове, пока её не нашли друзья героя. Они отвезли голову на родную планету, там поместили в специальную камеру, где отрастили новое тело.
"Бред, − подумал Вэн, и нажал кнопку отмены, всё исчезло, − люди глотают любой суррогат, не думая".
− Включи мой любимый сборник релакса, − обратился он к Ариадне. Раздалась тихая, мелодичная музыка и стали появляться, сменяющиеся необычные виды разных миров, и он завалился на постель, мягкая тихая музыка обволокла и усыпила.
* * *
Проснулся Вэн от шума в коридоре. Выглянув, увидел двух солдат в полной боевой амуниции, тащивших ящики. На спинах болтались магисы.
− Куда собрались?
− Ты что, с облака упал? − с сарказмом спросил один из солдат с мясистым лицом, Нордак. - Сегодня рейд по захвату колесунов!
− А почему меня не предупредили? − возмутился Вэн.
− А ты в пролёте! − через плечо ответил Нордак, вытягивая ящик из коридора.
Вэн выскочил из здания, на ходу надевая куртку. Боевая платформа стояла на стартовом выступе, посреди базы, готовая к вылету. Возле неё сновали люди и два рабочих синтета, немного неуклюжие в движениях.
Вэн поспешил в кабинет полковника. Вошёл, резко открыв дверь.
− Это как называется? − от возмущения он хватал руками воздух.
− Ты о чём? − Доро скривил губы – он слыл образцом спокойствия, хотя ему не понравилось такое панибратство со стороны ученого.
− Почему мне нельзя лететь, разве это меня не касается?
− Я тут решаю, кому куда лететь,− доставая из пачки сигарету, ответил полковник и закурил.
− Колесунов надо изучать! − пытался доказать Вэн. − А то, что они опасны, я испытал на своей шкуре.
− Изучать? Нельзя рисковать людьми! Если ты помнишь, у нас потери − шесть человек. А ты у нас товарищ проблемный! У чёрного озера зачем в лес пошёл?
− Я не боюсь, и прошу разрешить идти в этот рейд! − Вэн не мог допустить мысли, что Тэя полетит без него.
−Ну... ладно! Только не лезь на рожон, − Доро махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху.
Вэн выскочил из кабинета и побежал к площадке. При попытке взойти на неё, его остановил солдат, которого звали Барри.
− Почему без оружия? − Барри в доспехах выглядел грозным типом, в руках импульсная винтовка, на голове шлем с открытым забралом.
− Сейчас возьму, не улетайте без меня, − бросил на ходу Вэн, уже развернувшись и направляясь в комнату выдачи оружия. Забежал в корпус и влетел в оружейку.
− Нора, дай мне побыстрее бойпарт, − обратился он к девушке, которая выдавала оружие.
− Не положено, только солдатам, − отрезала Нора.
− Тогда давай игломёт!
− Может, возьмешь что-нибудь посерьёзней, − произнесла пышногрудая Нора, лукаво состроив глазки. – Возьми это...
Она показала на автоматический дробовик. Но он массивный, а громоздкое оружие тяготит.
− Не надо мне седроб, дай мне быстро игломёт, − протараторил Вэн. − Сейчас площадка улетит!
− Обойм сколько? − засуетившись и протягивая оружие, спросила Нора.
− Двух хватит, − схватив игломёт и обоймы, ответил он на ходу.
Когда подбежал к площадке, она уже тихо гудела двигателями.
− Запрыгивай скорее, тебя одного ждем, − громко сказал Барри.
Вэн ничего не ответил, заскочил на ходу, ища глазами Тэю. Она сидела у борта, возле приборов. Платформа, набрав максимальную высоту − семь метров, плавно поплыла на восток.
− Кампания "Дружба" начинается! − с сарказмом, сквозь гул леви-двигателей, громко проскандировал командир рейда − капитан Байз. Конечно, он прожженный солдат, но любитель острого словца, часто вставленного не к месту. А иногда словесный понос прямо лился из него. Возможно, это просто такая реакция старого вояки на стресс.
Вэн окинул взглядом платформу. На ней находилось двенадцать солдат, и кроме них с Тэей ещё трое ученых: химик Лаура, Вирто и Зарми. Обоим работы на Шарке хватало. Зарми, как арахнологу, повезло. Пауки тут водились, и не такие безопасные. Уже встретили пару ядовитых видов, которые стреляли плотными комочками яда, причём с такой силой, что паучий снаряд застревал глубоко под кожей. Если его не извлечь, то летальный исход человеку обеспечен. Такое встречалось на Земле, после распространения радиации. Но там стреляли спорами мутировавшие грибы. Учёные так и не разгадали, как грибы определяли, когда лопаться, но выстреливали именно тогда, когда мимо проходили люди или животные.
Солдаты скопились на носу платформы, только по бортам осталось по два человека. На корме находились два боевых синтета, в состоянии покоя. Грозные боевые роботы лежали туловищами на днище платформы, компактно сложив паукообразные ноги. Четыре левиката, закрепленные фиксаторами, приютились у борта.
Вэн пробрался поближе к Тэе и присел рядом, у борта.
− Тэя, я с вами, − радостно сказал он, сжимая игломёт.
− Ооо! Мой телохранитель! – Тэя улыбнулась.
− Да нет! – сказал Вирто, он охранитель. Сторожит, чтобы никто за тобой не приударил!
− Даже не вздумай! – сказал Вэн.
− Погода сегодня хорошая, и красиво вокруг, − заглядевшись на лес, громко сказал Вирто – двигатели загудели громче. Вдоль борта проносился красивейший пейзаж: слева необъятная долина, а справа громадные деревья. Стволы такие, что вокруг них можно водить хороводы.
У одного из стволов копало лапами почву существо, похожее на коалу, только без шерсти, а его передние лапы были широкими и мощными. Байз схватил бойпарт, из-за гула двигателей щелчков не было слышно, но кора дерева разлеталась от маленьких взрывов. Местный копатель корней исчез, будто его сдул ветер.
− Нееее поопаал, − сказал Зарми, усмехнувшись.
− Может и попал. Но мы этого не узнаем, – сказала Тэя, смотря на лес. − Да... красиво здесь.
− Колесунов выбьем и заселим, − улыбаясь, влез в разговор один из солдат по имени Арти.
− Что ты говоришь, как это выбьем? − возмутился Вэн.
− Эти твари опасны, а планетка-то хорошая, − также улыбаясь, парировал солдат.
− Ты чего мелешь, Арти? Они разумны, и это их планета, − продолжал возмущаться Вэн.
− Ты умней, − Арти навис над Вэном, гора в доспехах и шлеме, своей массой он подавлял.− А я сильней. Что ты сможешь с этим поделать?
− У меня хватит ума разрядить в тебя игломёт, когда ты будешь без доспехов, − начал злиться Вэн. Ноздри его расширились, глаза сузились.
− Идиот, − сделал вывод Арти, отойдя к противоположному борту, присел напротив. Он всем видом показывал безразличие.
− Внимание, колесуны на горизонте! − громко отчеканил команду капитан Байз. − Стоп платформа!
Платформа плавно остановилась, снизив высоту до пяти метров. Впереди, у деревьев, метрах в ста находились колесуны: самка и детеныш. Самка застыла, уставившись на платформу и находящихся на ней людей. Детеныш колесом, на всех шести лапах крутился вокруг матери, причём так быстро, что если долго смотреть − закружится голова. Люди тоже так умеют: правая нога, правая рука, левая рука, левая нога − полный оборот. Для человека это акробатический трюк, а для колесуна − один из способов передвижения.
− Нордак, бери станнер и целься в самку, − скомандовал Байз, присев у переднего борта и целясь в детеныша. Солдат, взяв парализатор, устроился для стрельбы.
− На прицеле, капитан, − отрапортовал он.
− А я не могу прицелиться, малыш летает, как шарик в рулетке, − Байз зло сплюнул. − Ну-ка пошумите, чтобы он остановился!
Арти снял с пояса небольшую осветительную ракету и выстрелил вверх. Малыш-колесун остановился, заглядевшись на яркую рассыпающуюся точку. Станнеры сработали. Два тонких синих луча пронзили пространство и достигли цели. Мамаша с дитём просели, затем завалились на траву, скованные странной и непонятной для них силой.
− Арни, под загрузку! − отдал команду Байз водителю платформы, который находился внутри, и его не было видно.
Плавно подплыв и зависнув над колесунами, площадка замерла на высоте пяти метров. Вокруг стояла безмятежная тишина, только негромко гудели антигравы.
В центре площадки открылся люк, Арти подтянул к краю компактную лебедку и закрепил на фиксаторах. Двое вояк спустились по тонкому канату на ручных подъемниках. Зафиксировали туши аборигенов жгутами. Платформа парила на краю поляны, впереди и по бокам росли высокие деревья. Широкие кроны нависли над транспортом, закрывая небо.
Солдаты заняты работой, остальные наблюдали за ними. Неожиданно из-за деревьев появился громадный, как скала, самец. Один из пойманных аборигенов при взвешивании показал вес четыреста пятьдесят килограмм. Этот, по виду, тянул центнеров на шесть. Тёмная глыба расправила мощные плечи, вперилась мутью зелёных глаз в людей.
− Ныыырааа! − упав с двух лап на все шесть, и оскалившись, протяжно, грубым голосом проревел колесун.
− Ныыырааа! − взревел другой абориген, выскочив из-за деревьев с противоположной стороны, и оскалил клыки.
− К бою! Всем принять денш! − скороговоркой проорал капитан Байз и обратился к солдатам внизу: − Быстро поднимайтесь!
Платформа ощетинилась стволами, ученые тоже схватили оружие.
− Их всего двое, − спокойно сказал Вирто, целясь в ближайшего колесуна из игломёта.
Все давно готовы встретить колесуна градом пуль, но никто не стрелял − капитан молчал. Видимо, хотел увидеть, что будут делать аборигены.
Вэну казалось, что время растянулось. Руки всех, кроме солдат внизу, стремительно рванувших к канату, потянулись к левому набедренному карману. Вэн поспешно вскрыл свой, извлек активную аптечку и достал инъектор с двумя дозами денша. Вколол в левую кисть одну дозу и поспешно сунул обратно. Денш − страшная вещь, увеличивает реакцию и силу человека до трёх раз. Но против колесунов этого мало...
В руках у всех мужчин оружие, только Лаура и Тэя с побледневшими лицами присели, спрятались за борт.
Аборигены рванули с места разом, как по команде, приближаясь к солдатам, спешно прикрепляющих подъемники к канату. У всех на площадке пальцы на спусковых крючках, и они открыли огонь. Вэн прицелился, палец на спусковой скобе конвульсивно сжался. Вылетающие иглы создавали тонкую блестящую полосу. Но вереница игл не успевала за хищником, опаздывала. Размером с гвоздь-пятидесятку, острые жала летели в траву, а не в цель.
Один колесун начал заворачивать вбок, завихлял от полученной пули и потерял скорость. На него обрушилась вся артиллерия левого борта. Оскаленная морда зарылась в траву, дёрнувшись, хищник затих. Второй тоже замедлился, и неудивительно – из спины вылетали шлейфы красных брызг, тянущиеся за гравипулями. Затем голова его разлетелась от пули магиса.
Но в горячке стрельбы мало кто обратил внимание на третьего врага. Он набрал скорость ещё в лесу, и проскочил видимое пространство от кустов, оказавшись под площадкой. Этот на ходу врезался в обоих солдат, один из которых начал уже подниматься, а второй никак не мог подсоединить канат к подъемнику дрожащими руками. Было такое ощущение, что в них на большой скорости врезался флаер. Они отлетели, как куклы от пинка, а колесун через мгновение навис над ними. Один солдат сидел, сделал попытку встать на колени. Второй лежал на животе, оттолкнулся руками от земли, пытаясь поднять тело, отягощённое доспехами. Колесун ударил лапами по шлемам обоим несчастным почти одновременно. Удары были такой мощи, что шлем одного солдата глухо стукнул о его наспинник, а у второго голова вывернулась в обратную сторону. Колесун сделал это так быстро, что пули и иглы остановили его только после того, как солдаты лежали без движения в неестественных позах. Нашпигованный пулями колесун завалился рядом. Вокруг стало тихо.
− Что за хрень? − недоуменно произнёс Байз, складки на его широком лбу стали отчетливо видны. − Нордак, Арти, спуститесь, заберём наших.
− Мы всегда встречали их по одному, по двое, за исключением детенышей, − протараторил Вэн, лицо его раскраснелось от адреналина, − я думаю, это похоже на засаду.
− Тебе и остается, что думать, буквоед, − Байз не знал, на ком сорвать злость.
− А ты вообще не умеешь думать, как ты ещё стрелять научился! − денш уже пробрал Вэна, и ему стало всё до лампочки, страха не было.
− Глохни, не порти воздух! − прорычал Байз, сверля суровым взглядом из под нахмуренных бровей, ему не понравилось, как с ним разговаривает Вэн при подчиненных.
− Остынь, − попытался утихомирить Вэна коллега Вирто.
− Ты с солдатами так разговаривай, а в мою сторону заглохни навсегда, − спокойно парировал Вэн.
− Кеп, готовы оба! − крикнул Арти снизу.
− Грузите солдат, затем всех колесунов, − отдал команду Байз, повернулся к Вэну, брови распрямились, взгляд стал не таким злобным. − А ты молодец, не даешь себя в обиду.
Вэн огляделся. Все сидели у бортов, держа в руках оружие. Напряжённые лица ученых внимательно вглядывались вглубь леса, пытаясь сквозь хвойные иглы и разнообразные кусты разглядеть, есть ли ещё опасность: ветви слегка подрагивали, хотя ветра не было.
− Тэя! − позвал Вэн, и когда она повернулась, улыбнулся, радуясь, что с ними ничего не случилось. Она улыбнулась в ответ, но на лице надолго запечатлелся испуг.
И тут началось...
Из леса донеслись хорошо различимые звуки: кто-то бежит, затрагивая кусты и ветки. Вернее бегут... Треск кустов и шелест листьев.
− Атака слева! – крикнул Байз.
Часть солдат переместилась к противоположному от Вэна борту. Три колесуна выскочили из листвы и неслись вперёд. Но их встретили достойно. Каждому аборигену досталось по несколько десятков пуль, которые распотрошили крупные тела.
Но никто в суматохе не видел, как зашевелились ветви самого большого дерева, и оттуда, словно тяжёлый валун, на площадку с грохотом упал ещё один враг. Платформа пошатнулась от удара. Разъяренный колесун, оскалившись, вырвал у растерянного Барри винтовку. Хоть и сделанная из лёгких сплавов, эта винтовка громоздкая, имела приличный вес. Держась за ствол, шестилапый крутанул оружие, и со всей силы обрушил на голову её же владельца. Череп надежно защищен шлемом, но шея солдата сложилась. Барри оседал вниз, его уже не стало.
Быстрые движения, словно колесун движется в ускоренном кино. Секундный ступор прошёл, все открыли огонь по врагу. Зарми стоял недалеко, стрелял из игломёта в тёмную тушу почти в упор. Но лапы колесуна быстры, приклад винтовки с разгона врезался в шею ученого. Удар оказался такой силы, что голова болтнулась как маятник.
"Фыррр", − трещоткой обозвался импульсный игломёт Вэна. Иглы затарахтели по хито-коже. Заряды всаживались в шестилапого, он крутанулся. И тут его голова буквально взорвалась: урановая пуля магиса сделала своё дело. В людей полетели ошметки кровавой мешанины.
И вдруг раздался крик Тэи. Вэн лишь увидел, как в воздухе мелькнули её ноги, когда она перелетела за борт. Огромные когтистые лапы выдернули её с площадки, словно лёгкий куль. Но она только гулко упала на траву, а колесун, держа за ногу, уже потащил её за дерево. Она, испуганно крича, пыталась руками зацепиться за траву. Но неудержимая сила хищника неумолимо тащила.
− Не стрелять! – заорал Байз.
− Вээээннн! Вэн! Спасите! – кричала она даже тогда, когда их скрыла листва.
Вэн вскочил на борт, присел, чтобы спрыгнуть на траву и бежать, отбить любимую. Но несколько солдат и Вирто стащили его обратно.
− Брось! – зло сказал Вэн солдату.
− Не дури! – сказал он. – Сейчас догоним, но организованно. Ты же видишь, потерь сколько! Ещё и тебя сейчас в лесу прихлопнут!
− Ну и пусть! Прихлопнут...
Вэн в бессилии сел, озираясь по сторонам. Колесун лежал возле кормы у левикатов, когтистые двухсоставные пальцы медленно распрямлялись. А с противоположной стороны, на траве лежал ещё один. Он нелепо поднимал лапы в агонии, истекая тёмно-красной кровью. Тело Зарми валялось с неестественно вывернутой головой. У него трепетали пальцы, Вэна передёрнуло. Барри лежал на спине, широко раскинув руки. Винтовка валялась рядом.
− Арни, платформу на открытое пространство! − проорал взбешённый Байз. Она отплывала подальше от деревьев, а капитан выглядывал вниз, ища глазами Нордака и Арти. Их нигде не было видно.
− Колесуны что, умудрились двух солдат утащить? Кто брал с собой сканеры? − сердито спросил Байз.
− У меня детектор массы, − неуверенно сказал сухопарый Донал.
− Он в лесу не работает. А датчики движения? Брал кто-нибудь датчики движения?
Ответом была тишина.
− Вернёмся на базу − устрою разнос, моим кулаком в ваш нос, − зло съязвил капитан. Затем включил передатчик связи дальнего действия.
− База, ответь, на связи капитан Байз.
− Сержант Вимпро на связи, слушаю вас.
− Сержант, быстренько позови полковника, есть плохие новости.
− Одну секунду, капитан.
Секунда растянулась в три минуты, послышался голос.
− Доро на связи.
− Полковник, тут это, ситуация нехорошая у нас, − начал сумбурный доклад Байз.
− Не мямли, доложи по существу, − руководитель, как всегда, спокоен.
− Нападение колесунов, четыре трупа, трёх человек похитили, − отчеканил капитан.
− Какая нужна помощь?
− На «Осу» установите два минигана, присылайте сюда. И ещё мне нужны истребители звездолёта.
− «Осу» сейчас отправим, с кораблём выйдешь на связь через час, он на другой стороне планеты, мы через базу соединим. Вернёшься на базу, устрою разнос, получишь кулаком в нос.
− Командир, это моя поговорка, − голос Байза стал заискивающим.
− Твоя конечно, и нос твой будет. Держи меня в курсе. До связи.
Сердце Вэна постепенно заполнялось бессильной злобой. Мозг буквально разрывался от страха за любимую. Он «видел», как её волокут за ногу по траве, её испуганное лицо, которое, наверное, уже всё в ссадинах. А может, она уже убита?
− Капитан, почему ты не активировал синтетов? − спросил он, лихорадочно достал аптечку, и вогнал в руку вторую дозу денша.
− Идиот, они бы выкосили нас вместе с колесунами! − командир присел и склонил голову, проступили желваки, левый угол рта поехал в сторону. − Вот засада!
− А почему ты сразу не убрал платформу от деревьев? − пытался обвинить командира Вэн, голос стал требовательным, громким.
− Мы не бросаем своих людей! − отрезал командир. − Буквоедам этого не понять!
− Они утащили Тэю, а ещё Арти с Нордаком, − Вэн говорил, а сам лихорадочно думал, что ему делать дальше. − Посылай синтетов, Байз.
− Тарантулы, код три, два, одиннадцать! − обратился командир, поворачиваясь, к синтетам.
Трёх составные лапы роботов начали раскладываться.
− Мы − внимание, капитан, − одновременно ответили они монотонными голосами, вставая во весь рост, размерами они в два раза выше людей. Миниганы по бокам колыхнулись, ловя стволами горизонталь.
− Существами, непохожими на людей − колесунами, утащены в лес люди, три особи. Вы должны их освободить.
− Существ, непохожих на людей много, просьба уточнить, − монотонным голосом произнёс один из роботов.
− Вот образец колесуна, − капитан с силой пнул кровавую безголовую тушу хищника, распластанную посреди платформы. − Осторожно, не повредите людей.
− Приказ понят, выполняем.
Синтеты по очереди перевалились через борт и спрыгнули с пятиметровой высоты на почву, легко спружинив на восьми крепких ногах.
Они направились к месту схватки, огляделись, задержав взгляд на трупах солдат и колесунов. Немного замявшись, роботы разошлись в разные стороны и исчезли за деревьями. Наступила томительная тишина.
− Надо солдат эвакуировать, аборигенам не до нас сейчас будет, − нарушил тишину Байз.
− Кого пошлешь, капитан? − спросил один из солдат – Донал, сухопарый и длинный тип.
− Сам пойду, ты со мной. Возьми левикат, перевезем их.
Байз, зажал в руке тяжёлый бойпарт. Спустившись на ручном подъемнике, он не спеша пошёл к неподвижным солдатам пешком. Донал отстегнул левикат с фиксаторов, и сев на него, завёл двигатель. В это время Арни уже опустил платформу до почвы. Левикат мягко по воздуху перегнул через борт и, тихо урча, покатил в метре над землей. Вэн так и стоял, глядя в ту сторону, где исчезла Тэя. К нему подошёл Вирто.
− Ты как, в порядке? − спросил он участливо.
− Да, вроде. Как думаешь, синтеты их спасут?
− Кроме них никто не справится, − ответил Вирто. − У них тепловые сенсоры, пойдут по следам.
− А мы будем сидеть и ждать? − Вэн изо всех сил сжал кулаки: он принял решение. Подошёл к мёртвому Барри, отстегнул из его наружного грудного кармана две тепловые гранаты и одну световую.
− Ты что делаешь? − повернулся к нему один из малословных солдат, ученый даже не знал, как того звать.
− Не мешай, я пойду спасать Тэю, − Вэн развернулся, показывая в руке тепловую гранату. Солдат осторожно отошёл, за пласто шлема не было видно, испугался ли он.
− Кеп, тут Вэн в лес собирается, оружия набрал, гранатой угрожает! − связался солдат по лиссу с командиром. Затем через несколько секунд повернулся. − Капитан сказал, что можешь валить, мы мешать не будем. А то ты ещё нас взорвёшь, − через несколько секунд бросил солдат Вэну.
Вэн снял с Барри шлем, надел на голову. Взял в руки тяжёлую винтовку убитого, закинул на плечо. Вытащил из разгрузки солдата две обоймы. Затем достал из его кармана аптечку. Вынул инъектор и загнал в руку третью дозу денша.
− Ты что делаешь, у тебя же мозг расплавится! − возмутился Вирто.
− Дай запасную обойму к игломёту, а то у меня только половина осталось.
− Ты подумай хорошо, − промолвил Вирто, протягивая продолговатый магазин с иглами.
− Лисс поставь на общую волну, − посоветовал долговязый солдат.
− Тебя ещё не спросили! – зло выпалил Вэн.
Он взял обойму у Вирто, спрыгнул на почву, ноги утонули по колено в траве. Перебросив винтовку за спину, взял игломёт наперевес и двинулся вперёд. Никто вслед не сказал ни слова, все молча провожали взглядом. Он пошёл к месту стычки, к деревьям. Прошёл недалеко от Байза и Донала.
− Вернись, смертничек, − спокойно, растягивая слова, сказал Байз. По крайней мере, Вэну так показалось.
− Говоришь, своих не бросаешь? − с иронией бросил Вэн и исчез за стволами деревьев.
− Даже интересно становится, есть ли у него шансы вернуться? − тихо сказал капитан.
− Если никого не встретит, тогда вернётся. Я забыл − он же специалист по контактам! − иронично хлопнул себя по лбу, через шлем Донал, сидевший на левикате. В ногах у него, свесив руки, лежал солдат. – Много он там с игломётиком навоюет.
* * *
Мудрый стоял на поляне Справедливости. Перед ним три астарда держали за шеи пленных людей. Когтистые пальцы без труда охватывали тонкие шеи пришельцев, смыкались на горле. И глаза этих – слабых, уродливых, беспорядочно метались от страха и ужаса. Два самца, одетые в странные твёрдые шкуры и беззащитная самка, по лицу которой пролегли две тёмные дорожки от слез, смешавшихся с пылью.
Мудрый не совсем понимал, что происходит. Сначала пришельцев не приняли всерьёз. Но оказалось, что люди владели страшным оружием, убивающим быстро и с большого расстояния. События разворачивались не так, как было задумано. Ныра, которую астарды начали против пришедших с неба, не дала победы. Засада сорвалась − впервые нашёлся враг, который мог легко противостоять хозяевам планеты.
Поймав четверых двуруких, астарды многое узнали. Три цикла понадобилось, чтобы хоть немного изучить их язык. Этих слабеньких и медлительных пытать не было нужды. Оскаленная пасть астарда и удар когтистой лапой по стволу дерева быстро развязывали их языки. Пленники испуганно и торопливо рассказывали как их зовут, что прилетели с далёкой звёзды, которой не видно. Как объясняли люди, звёзды намного больше Уртая, только они очень далеко. Всё это было странно и непонятно.
Люди делали плохо. Они ловили астардов и забирали с собой. А этого делать нельзя − астарды хозяева Уртая. Поэтому ныра будет всегда. Единственное, что давало шансы на победу − медлительность пришельцев. Но оказалось, есть ещё и другие, опаснее...
Голован выбежал на поляну на всех шести конечностях, нёсся как ужаленный сподой. Когда приблизился, замедлил ход, руки оттолкнулись от почвы. Голован встал, плечи распрямились, шумный выдох вырвался с хрипом.
− Там враг! Он опаснее, чем эти люди, − Голован повернулся к пленникам и, сделав глубокий вдох, с ненавистью зарычал. Люди в страхе судорожно задергались, но пальцы хищников держали как оковы.
− Что за враг? – обеспокоенно спросил Мудрый.
− Я не знаю рода этого врага. Оно многоногое, живое и неживое, − объяснял запыхавшийся Голован, − видит вокруг себя всё, убивает быстро. Врагов в лес пришло двое. Одного, на ближней тропе, мы заманили в яму для ирротов. Завалили его большими камнями. Второй идёт по дальней тропе. Хороший охотник, по следам идёт уверенно. Мы пытались к нему подобраться. Двоих оно убило. Прыгун повредил одну лапу этому звенящему. Враг волочит её, но всё равно идёт. Я прибежал сказать, что нужно встретить его в лесу. На открытом месте мы с ним не справимся никогда! Когтями и зубами не взять, нужны палачи.
− Голован, мы с тобой возьмем палачи, заберёмся на деревья. Если оно видит вокруг, нападем сверху. Смелый и Болтун, завлеките его к нам. Кстати, как оно выглядит, надо дать ему название.
− Похож на морфу, − Голован уже отдышался, хотя до спокойного состояния было далеко.
− Назовем его зорф. Пошли, разберёмся с ним.
Когти Мудрого глубоко вонзились в кору. Уже старик, но сила в лапищах ещё такова, что легко вынесла его в крону десятиметрового дерева, даже в одной руке с тяжёлым палачом, длинная деревянная ручка которого за много-много циклов до блеска отполирована мозолистыми ладонями, а металлическое лезвие с выступающим острым шипом вдоволь упилось крови провинившихся астардов.
Голован, взобравшись на соседнее гигантское дерево, затаился в кроне.
Мудрый прислушался.
Тишина... Лишь изредка раздавалось тихое пощёлкивание насекомых-листожоров. Послышался монотонный треск – над кронами пролетели стрекаты. Ненасытные птицы... Поглощали всё мелкое, попадающееся на пути. Не брезговали даже брахантами. А они не так уж и безобидны, − выстреливают во врага жгучей жидкостью, выедающей глаза.
Время тянулось медленно, и к Мудрому начал подкрадываться страх. Когда сражаешься, на него нет времени. А вот когда ждёшь... Вдалеке послышались щелчки и треск ломающихся веток. Звуки слышны отчетливей – враг приближается.
"Ведут добычу", − по привычке подумал Мудрый. Не раз так астардам доводилось заманивать мощных ирротов.
Внизу мелькнула быстрая тёмная тень, затем раздались щелчки. Кора на стволе соседнего дерева лущилась, куски разлетались далеко в стороны. Показался зорф, он удивил необычным видом. Как таковой, головы у него не было, только выступ на округлом туловище.
Враг шёл шумно. Грузный, словно мощный глупый иррот, этот враг не обходит кусты – прёт напролом.
Мудрый приготовился к прыжку. Высота немалая – удар ногами по врагу будет сильным. Когти вопьются в его шкуру...
Ноги Мудрого твёрдо стояли на толстых ветках. Он чуть балансировал торсом, ловя равновесие. Четыре руки до боли в пальцах сжали ручку тяжёлого, острого, как заточенный коготь, палача.
Мудрый прыгнул. Грузное тело, падая, набрало скорость: ступни с разгона больно ударились о туловище врага. Зорф просел. Его тонкие ноги подогнулись, хоть их и много. Четыре руки изо всех сил воткнули острие палача в выступ на туловище зорфа. Раздался глухой стук.
Любой враг после такой сокрушительной атаки не смог бы сопротивляться. Но этот ухватил Мудрого передними лапами-клещами, сбросил на землю, прямо перед собой. Мудрый увидел, как закрутились круглые непонятные штуки, похожие на коротенькие круглые лапы. Боль взорвала сознание, унося в багровый туман. А следом за ней шла новая и нестерпимая боль, волна за волной.
Вдруг враг рухнул. На нём стоял Голован, его палач бил и бил по блестящей твёрдой коже.
"Быстрей бы боль прошла", − это было последней мыслью Мудрого, и всё исчезло...
Голован изо всех сил бил лезвием палача, сбоку подскочил Болтун и огрел врага большой булавой. Зорф уже не шевелился. Голован дал знак Болтуну, все замерли, наблюдая за многоногим врагом. После такого избиения гремящий не двигался – значит мёртв.
Голован огляделся. Мудрый лежал на спине, похожий на кровавое месиво, одна нога оторвана, валялась в стороне. Только вот как зорф на расстоянии смог оторвать у астарда ногу, оставалось непонятным для аборигена.
− Смелый, Болтун! − позвал астард. Злоба переполняла его храброе сердце.
− Мы слушаем тебя, − промолвил подбежавший Болтун. Со стоном, из-за деревьев, показался Смелый, раненый в верхнюю правую руку.
− Теперь я возглавляю ныру. Вы знаете закон. Кто поднял руку на астарда, кроме поединка один на один − должен быть прибит к столбу Позора. Двоих пленных − туда. Третьего не трогать, надо разобраться, она самка. Когда соберутся все, решим её судьбу. Сзывай всех на поляну, поставь на тропах по астарду, пусть охраняют.
− Сделаю, − ответил Болтун и исчез среди деревьев.
* * *
Вэн быстро шёл по лесу. Идти по следам оказалось легко, колесуны и синтет грузные, примятая трава и сломанные ветки хорошо видны. Казалось, что здесь прошло стадо крупных животных.
Как-то тихо дул ветер и медленно колыхались листья – разгорячённый деншем мозг работал лихорадочно. Вэн шёл быстро, лёгкие работали, как меха в кузне. Успокаивало то, что он шёл следом за синтетом, который расчистил дорогу. Придавал уверенности шлем, он не только мог защитить, но и показывал всю картину на внутренней стороне пласто, выделял новые предметы, обводя их жирной чертой. Прицел магиса отражался в виде небольшой розы ветров на забрале, так что можно было стрелять, не глядя на экран оружия.
Вокруг причудливые деревья. На деревьях Шарка листья казались необычными, а иногда это была даже не хвоя, а что-то оригинальное. Это отвлекало. Веретенообразные и шаровидные отростки, иногда шишковидные плоды. А может, и не плоды. Попался куст, на котором серые цветы похожи на шишки хмеля, только величиной с человеческую голову.
Преобладала же в основном хвоя: короткая и длинная. Впереди показалось дерево, ствол его будто из шоколада. Шоколадная кора, стекающие пузырьки. Вэн понимал, что это только на вид. Ветви утыканы хвоей, как ёжик иголками. Такой себе шоколадно-синий, гигантский ёж. Вэну вдруг захотелось есть. И ещё пить.
− Как дела, Вэн, − Байз вышел на его частоту.
− Пока тихо, гуляю по лесу, − ответил он, тяжело дыша.
− Хорошо гуляешь, слышу, что запыхался, бедняга. На связи держись, скоро «Оса» прибудет, тогда разгуляемся.
− Давай, кэп, устрой разборки.
− Ты во мне сомневался что ли, за мной не заржавеет, − голос Байза выдавал его уверенность.
− До связи, командир.
Сердце гулко стучало, готовое выпрыгнуть из грудной клетки, капли пота стекали по лицу. Возникло желание сбросить шлем, но этого делать нельзя. Неизвестно, что будет впереди. Понимая, что ресурсы организма ограничены, Вэн сбросил темп.
"Да, − подумал он, − третья доза денша была, явно, лишней".
Под кустами лежали две изуродованные туши колесунов. Кровь вокруг трупов залила немало почвы. Один абориген вообще похож на сито − синтет поработал на славу.
Вэн пошёл, ступая мягкими подошвами по крови, дальше. Казалось, что он идёт уже вечность. Деревья, деревья, необычные кусты. Свисающие с них густые ветви ложились на землю, можно забраться под куст, и даже если кто-нибудь будет стоять рядом, то не заметит затаившегося человека или хищника.
Тишина начала раздражать.
"И только небо заплачет по мне, тихим, спокойным дождем", − запел Вэн песню, которая первой пришла на ум.
Перед глазами всё стояла разлетавшаяся в лохмотья голова колесуна. Хорошее оружие придумали военные. Бронебойная пуля, попав в плоть, не разлетается, а проносится дальше, но вот специальное покрытие пули... Оно остаётся, вступает с плотью в реакцию и бах! Голова в лохмотья, не повреждая стоящих рядом.
Впереди между веток показался серый металл − тут синтет закончил свой путь. Кто-то сильно потрепал грозного робота, изливая на него ярость. Вывороченные стальные ноги беспомощно торчали в разные стороны. Крышка зарядки пуль валялась в трёх метрах. Перед синтетом лежал изрешеченный колесун. Оторванная нога хищника валялась в стороне.
"Всё, дальше будет серьёзно", − тихо сказал Вэн, глядя вперёд.
Уверенности ему придавало то, что он занимался в бойцовском клубе. Тренировки и поединки воспитывают терпение и дух. В синеврате, когда учился на ксенолога, проходил курс солдата.
Решив минуту передохнуть и сосредоточиться, Вэн остановился. Поменял игломёт с винтовкой местами. Закинув ремень на плечо, взял винтовку наперевес. Достал магазин из неё, поменял обойму на другую, с красной полосой. Лёгкие термо-пули страшны в ближнем бою. Держа правой рукой оружие, в левую взял световую гранату. Теперь можно идти дальше.
Вэн шёл долго. И тут, увидел это чудо − невысокое, раскидистое дерево. Ветки почти касаются травы. Но, вместо листьев... Крупные чаши, похожие на экзотические бра. Они наполовину заполнены жидкостью.
Возле двух чаш, каждый из своей, пили два небольших существа, по пояс обычному человеку. Они чем-то похожи на богомолов, только туловище короче. Светло-коричневая кожа состоит из длинных пластин. Какие-то перепуганные выпученные глаза. В них нет зрачков, только тёмно-зелёная глубина.
Заметив человека, странные зверьки испуганно зашипели и шустро рванули наутёк. Они бежали, как пьяные, шатаясь. Один врезался в ствол, его откинуло. Спохватившись и завизжав от страха, животное быстро исчезло.
Вэн подошёл к чаше. Понюхал жидкость. Вода, обыкновенная вода. Наклонил сосуд и попробовал на вкус. Определённо, вода. С жадностью выпил из живой чаши до дна, затем, опустошил вторую. Не удивился, встретив воду, вспомнив, какие по утрам на Шарке туманы.
Отдохнул минуту и зашагал дальше. Внимательно смотрел вперёд. Следов стало меньше, приходилось останавливаться, чтобы их найти.
Вдруг, повернувшись в сторону, Вэн боковым зрением засек сзади движение. Когда развернулся, волосы встали дыбом, а кожа покрылась мурашками. В пяти метрах красовался колесун. Его морда довольна, казалось, что он улыбается. Глаза излучали блаженство. Всё мощное тело врага сгруппировано для прыжка. Руки в этот момент не держали винтовку, она висела на ремне наперевес. Правая рука лежала сверху. Вэн медленно сорвал зубами чеку с гранаты. Время сработки пять секунд. Отсчитал три.
"На, держи", − Вэн навесом кинул гранату в сторону противника. Тот рванул вперёд. Граната, сработав, ослепила его. Вэна защитило пласто на шлеме. Он начал падать на спину, пытаясь сместить в сторону. Хищник промахнулся, по инерции проскочил дальше. Вэн, лёжа, всадил ему пулю в туловище. Два раза перекрутился по траве. Игломёт больно бил по спине. Магис стреляет тихо, только щелчок и гул пули, разрезающей воздух с огромной скоростью. Отдача, конечно, ощутимая. Колесун взревел от боли и бросился на звук. Вэн выстрелил в туловище ещё раз, снова два раза перекатился. Колесун сделал три шага и рухнул на траву. Тело хищника начало корёжиться, выворачиваться в судорогах.
Вэн крепко сжимал магис, мотал головой по сторонам. Больше никто не нападал.
Дрожь... Руки тряслись. Вэн снял шлем, в нём стало жарко. Да и вообще, в голове происходило что-то непонятное, как будто он выпил чего-нибудь горячительного. Пошатнувшись пару раз, понял, что пьянеет.
Причина очевидна: он нашёл пьяное дерево. Две чаши жидкости − примерно литр воды. Сейчас, он понял, почему «богомол» врезался в дерево. Алкаши местные. Если бы не денш, свалился бы. Просидев с минуту, Вэн встал и пошёл дальше, на ходу надев шлем.
Минут через двадцать он вышел к поляне. Увидев её, сразу спрятался за куст. Слегка шатало, реакция притупилась.
На поляне находилось около пятнадцати колесунов, ещё с десяток расположились ближе к краям поляны, создавая охранный круг. И между ними... Тэя.
Вэн лёг, приготовился для стрельбы. Глянул на экран винтовки, увеличил на прицеле расстояние. В экран всё видно хорошо. Тэя сидела на траве и выглядела беспомощной. Лицо чумазое, растерянное, на нём отпечатался страх. По грязным щекам сползали слезы. Солдаты Нордак и Арти висят на столбах, прибиты к ним железными штырями в горло. Кровавые языки торчали, казалось, что они дразнят Вэна с того света.
Кровь... Она расползлась по отвисшим подбородкам, залила шеи. Глаза выпученные. И эти четыре безжизненных глаза, казалось, смотрят именно на Вэна.
Колесуны оживленно переговаривались между собой. Похоже, они спорили. По их жестам и виду можно понять, что они сердиты, хотя малоподвижные морды почти не двигались.
И тут раздался режущий гул, так на Шарке мог гудеть штурмовой истребитель класса планета-космос. Шум приближался, быстро вырос до предельных децибел, на Вэна посыпались иголки с вершины кроны.
Колесуны на поляне забеспокоились, но не убегали.
* * *
«Оса» летела над лесом, издавая еле слышный гул. Большой боевой флаер, с которого снято всё вооружение, приспособлен для спасательных операций. Два борта открыты, предназначенные для быстрой высадки десанта и стрельбы. Вытянутое лиуритовое тело, с ровными линиями по бокам и заостренным носом.
Байз сидел у открытого борта за миниганом. У второго борта ещё миниган, за которым пристроился Донал. Трое солдат скучали на сиденьях, держа в руках бойпарты.
− Байз, ответь, − раздался голос полковника.
− На связи.
− Пилот истребителя передает, что люди на поляне, в двадцать седьмом квадрате. Там большое скопление колесунов.
− Мне только и надо, чтобы их было побольше. Сейчас будут танцы, − капитан был возбужден, глаза, казалось, метали молнии.
− Двадцать седьмой квадрат, там поляна! − прокричал командир пилоту «Осы». Пилот равнодушно кивнул.
− Вэн, ответь, − Байз включил частоту ученого. Ответа не было.
− Буквоед сдулся! − крикнул он Доналу.
− Кто бы сомневался, − тот пожал плечами, насколько позволяли рельефные доспехи.
Поляна оказалась недалеко. «Оса» вылетела на неё, на небольшой высоте. Колесуны приняли агрессивные позы, многие распрямили пальцы, выставив вперёд когти. Возможно, это у них выдавало признак злости, как у людей сжатые кулаки. Некоторые схватили оружие, похожее на древние алебарды. Оскалившись, стали бросать тяжёлые алебарды по летающей машине. Острия тукались о металл, отлетали. Бесполезно пытаться повредить самый крепкий известный материал. «Оса» прошла испытания временем. Из всех летающих машин у неё самая мощная лиуритовая броня.
Один колесун быстро пробежал вперёд и остановился, оставаясь стоять на шести конечностях. Второй разогнался и, оттолкнувшись от спины сородича, взмыл вверх. Он пытался зацепиться за машину. Не достал и смешно полетел вниз, тело грохнулось на спину и перекувыркнулось.
− База, вызывает капитан Байз!
− На связи, капитан.
− Передайте на истребитель, что после того, как разгоним этих уродов, пусть жиганёт лес вокруг поляны. Мы сядем, заберём людей. Только чтобы нас не припалил!
− Уже передаём. А вам удачи!
− Байз, я тебя слышу! Сделаю всё в лучшем виде! – раздался голос.
− Кертран! Ты? Пропали только края поляны!
− Да понял я, понял! – ответил пилот.
− Приглашаю на дискотеку, вход бесплатный! А вот и цветомузыка! − капитан погладил рукой округлый цилиндр, стоявший у ног. Он одел шлем, солдаты тоже. Затем Байз активировал световую бомбу и ногой толкнул вниз.
− Кеп, у тебя башня набекрень, − загоготал Донал.
Ослепляющее зарево заполнило поляну и разбежалось по лесу. «Оса» развернулась носом к врагам, и с двух сторон заработали миниганы. Они тихо крутили стволы. А по поляне гуляла смерть. Длинные урановые бронебойные пули потрошили мечущиеся тела врагов.
* * *
Вэн увидел летящую «Осу».
− Капитан! Кто-нибудь, ответьте, − негромко позвал он. Но ответа не услышал – в эфире стояла тишина.
Руки быстро сбросили шлем, пальцы пошарили за ухом − лисса не было. Скорее всего, вылетел при схватке с колесуном. Шлем назад на голову, надежда лишь на себя.
Вэн взял в прицел экрана пространство вокруг Тэи. После вспышки световой бомбы, когда начали страшную расправу миниганы, колесуны стали разбегаться. Они бежали, куда попало, ослепленные. Один наткнулся на Тэю, она завалилась набок. Колесун остановился, пытаясь понять, обо что он споткнулся.
Вэн выстрелил. Урановая пуля вошла в голову и череп разлетелся на кусочки. Даже показалось, что слышится чавкающий звук. К Тэе подскочил ещё один колесун, и этот не был слеп. Возможно, закрыл глаза рукой во время вспышки. Что он хотел сделать, неизвестно. Потому что он ничего не успел. Вэн выстрелил ему в туловище, в голову целиться времени не было. Колесун крутанулся и завалился на бок.
Миниганы остановились, истратив запас пуль.
Истребитель молнией пронёсся высоко над поляной, сквозь гул послышался оглушительный хлопок. Высоко над «Осой» появилось яркое красное пятно, мгновенно перешло в круг. Он расширялся, над верхушками деревьев стал шире поляны.
Вэн мгновенно сообразил, в чём дело, быстро присел спиной к дереву. Поджал к животу ноги, кисти рук засунул подмышки, прижав руки к корпусу. Сейчас эти шарики прилетят!
Вовремя.
Треск и боль...
Основная волна смерти прошла в стороне. В забрало стукнулись и срикошетили два сверкающих осколка. Вэн взвыл от внезапно вспыхнувшей нестерпимой боли. Левая рука и нога горели огнём. Четыре маленьких пожирателя плоти нашли свою цель. Он выхватил нож, проклиная всех на свете, выковырял два горящих маленьких осколка из предплечья и один из бедра. Осталось вытянуть из ноги ещё один. Протянул нож, сознание начало быстро уплывать. Надо вытащить, термические осколки горят внутри тела без кислорода. Сжатые зубы, подавленный стон. Из последних сил Вэн вырвал острием ножа этот жгучий, малюсенький кусочек. В сознании появилась несчастная гримаса колесуна, которому он всадил две термо-пули.
Денш, чашеобразное питьё. Погоня, схватка. Всё заполнившая пелена боли и усталости. Это слишком много для неподготовленного человека.
Всё вокруг потемнело и исчезло...
(a))):0^iC