3 часть)
Джисон, подожди, иди сюда, - Минхо подозвал Хана, оставаясь в танцевальной зале, когда все ушли. Джисон как обычно пришёл к Ли, чтобы после вместе уйти домой, приготовить ужин (разогреть остатки обеда), обсудить прошедший день и лечь спать, после ещё часовых нежностей в кровати.
-Да, что такое? Нужно помочь? - Джисон подошёл к Минхо, как вдруг сильные руки обхват ли его, поставив в позицию для вальса: правая рука взяла ладонь Хана, а левая легла на талию, прижимая парня без напора к Минхо. Джи пару раз моргнул глазами, смотря на довольно лицо Ли.
-Потанцуем? - игриво улыбнулся старший, сверкая шоколадным глазами, делая первый шаг.
Хан следовал за ним, стараясь не наступить на ноги. Джисон умел танцевать вальс, но проблема в том, что это был совсем не вальс. Минхо поставил танец чем-то похожий, но в то же время абсолютно другой. Как будто это был их собственный танец, танец их любви. Они танцевали без музыки под тихое мычание Минхо в полумраке танцевального зала небольшой студии. Джисон думал, что невозможно влюбиться в одного человека дважды, но кажется он ошибался. Он влюбился в Минхо снова, утопая в карамельных глазах, где отражался тусклый свет ламп и безумно яркий внутренний свет Ли, рвущийся наружу.
-Джисон, - совсем тихо прошептал Минхо, приближаясь к чужому уху, заставляя вздрогнуть. – Перестань наступать мне на ноги. Я люблю тебя, но это становится больно, - удивительно, но Ли сохранял мягкость голоса и улыбку, целуя в лоб парня, который покраснел и старался шагать аккуратнее.
-Сам меня не научил, а теперь жалуется, - буркнул Джисон, отворачивая голову в сторону, улавливая нежный смех своего парня.
Хан тут же расплылся в улыбке, не в силах держать малейшую обиду на своего чудесного кареглазого принца. В его движениях появилась грация, такая утонченная и соблазнительная.
Минхо был прекрасен, словно ангел в перьях. Хан танцевал с ним так близко, что ощущал его дыхание у себя в волосах, слышал его голос, отдававшийся эхом в голове, видел движения его рук в такт музыке, чувствовал его нежные прикосновения к своей коже и тепло его дыхания. Джисон будто не танцевал. Он летал вместе с Минхо. Это даже был не танец. Это было искусство, магия...
Тихое пение, ритм, тело, чувства, эмоции, душа...
Хан наблюдал, как танец все глубже и глубже затягивает Минхо, погружаюсь за любимым, не в силах ему противостоять.
Их тела переплелись в единый узел, их танец был похож на битву двух сильнейших личностей, где Хан уступал своему партнеру по танцам с каждым новым движением и шагом.
Когда пение остановилось, Джисон медленно опустился на землю, возвращаясь свою душу в реальность. Он все ещё не мог до конца привести свои мысли в норму, находясь в пространстве между своими чувствами и реальным миром.
С тех пор Минхо часто танцевал с Джисоном в тишине, напевая лишь на самое
ухо выдуманную мелодию. Джисон так и не узнал, откуда эта мелодия, потому что Минхо лишь таинственно мурчал «из сердца». Хан спустя время запомнил шаги, перестал путаться в движениях и даже не наступал на ноги Минхо больше. За последний пункт Ли особенно похвалил парня в своей любимой игриво-саркастичной форме.
— Теперь я буду танцевать только с тобой, — заявил Джисон, уверенно смотря в глаза Минхо в один из вечеров во время танца. Ли только посмеялся и кивнул, оставляя мягкий поцелуй с привкусом абрикоса.
**
Хан ждал Минхо с его тренировок. Сегодня он не приехал к нему, потому что решил подготовить сюрприз. Парень держал в руках кольцо из серебра, разглядывая его блики в свете лампы. Джисон уже не мог дождаться момента, когда подарит его Минхо вместе с рукой и сердцем. Вот только время уже довольно позднее было. Джисон уже начал волноваться, поэтому взял телефон, чтобы позвонить, но имя любимого высветилось на экране раньше. Хан ответил на звонок сразу же.
-Минхо, ну ты где? Опять в студии засиделся? У меня тут сюрприз для тебя готов! – забавно ворчал Джисон, рассматривая украшение в руке. Он уже предвкушаю, как наденет кольцо вместе со словами любви. Интересно, Минхо заплачет, когда Хан это сделает?
-Простите, это офицер полиции Чон. Ли Минхо, которому принадлежит телефон попал в автокатастрофу на перекрёстке... - чужой голос взрослого мужчины прозвучал неожиданно, пугая этим Джисона, и расплылся в сознании Джисона после имени любимого и слова автокатастрофа. На фоне голоса звучали неразборчивые крики, стальные голоса полицейских и врачей, которые пытались спасти тех, кого можно. - Извините, меня слышно?
-Д-да, я слышу. Где он сейчас? Он же жив? Пожалуйста, скажите, что с ним все хорошо! – голос дрогнул, Джисон уже начинал рыдать, даже не замечая слезы по щекам. Они лились огромным потоком, застилая полностью взгляд парня. Хан так сильно сжал телефон, что казалось он сейчас его сломает.
-На данный момент я не могу ничего сказать наверняка, - голос полицейского звучал нервно, явно готовясь предоставить Джисону информацию. – Но боюсь, что не могу вас обнадежить, когда мы прибыли врачи постановил, что травмы были несопоставимы с жизнью, - с сожалением вздохнул полицейский. Наверное, он часто сообщал семьям погибших о смерти.
Джисон замер, выронив телефон. В ушах зазвенело, а в глазах все плыло. Он даже шаг не смог сделать, запинаясь и падая на пол. Хан подполз к стене, находя спиной опору, пытаясь вжаться и слиться с обоями, чтобы исчезнуть, чтобы это оказалось иллюзий и сном, после которого Джисон снова окажется в объятиях Минхо. Оглушающий крик пытался вырваться из глотки Джисона, но вместо этого был лишь тихий хрип. Хан бил по полу со всей силы, вызывая негодование соседей снизу и боль в руке. Когда он прекратил свое буйство, то заметил кровь на полу и на своих костяшках, но это совсем никак не заботило его. Пусть хоть обе руки его будут переломаны, лишь бы Минхо был жив и с ним. С трудом поднявшись и держась за голову, Джисон побрел в ванну, даже не удосужившись закрыть дверь на замок. Он просто лег на холодный кафель,
чувствуя, как все силы покидают его. Еще никогда в жизни он не чувствовал себя таким опустошенным, как сейчас. Если бы он мог заплакать — заплакал бы. Его глаза были красными, а пальцы дрожали. Парень не мог понять, что происходит. Он не мог это контролировать.
Парень просто лежал, уставившись в потолок, не понимая, что это значит. Он просто не понимал, но чувствовал, как его охватывает паника. Джисон просто лежал и ждал, когда его мозг найдет хоть какое-нибудь решение, чтобы снова вернуться в реальность. Решение чего? Того, что же делать сейчас.
Но ничего не приходило в голову, потому что все казалось бессмысленным теперь.
**
День похорон прошёл в отвратительно солнечную погоду. Джисон нашёл в себе силы прийти, чтобы поддержать родителей Минхо, зная, что он был их единственным сыном. Вот только, увидев закрытый гроб сам не смог сдержать слез и подступающей истерики. Его ноги еле удержал его, но скорее тут была заслуга Феликса, которого Джисон попросил прийти с собой, как раз для предотвращения таких случаев. Прощальную речь он так и не смог произнести. Истерика комом застряла в горле, мешая сказать хоть слово. Джисон только трясся и пытался выдавить что-то кроме хрипа, но безуспешно. Единственное, на что Хан был способен в тот день – оставить около могилы в цветах обручальное кольцо, которое предназначалось для Минхо. Он сожалел о столько в жизни, но самым главным будет то, что он не успел сделать любимому предложение жить вместе в любви до самой старости.
Он не хотел возвращаться домой, потому что у него там нет ничего – только воспоминания и тишина. Ему хотелось просто сидеть и смотреть в одну точку, так долго, насколько это возможно. И все же, больше ехать некуда.
Перебинтованной рукой Джисон вытер свое лицо от слёз, уходя с мероприятия раньше, чем полагалось. Он приехал в дом, где каждый сантиметр напоминал о Минхо. Все слезы уже были выплаканы, голова болела и даже начинало тошнить от стресса и истерик, что произошли за неделю. Джисон подошёл к шкафу с одеждой Ли, перебирая вешалки ладонью. Он сломано улыбнулся и выкинул все вещи на пол, разбрасывая их по всей комнате. Легкий запах абрикосовых духов Минхо витал повсюду, прожигая лёгкие болезненно. Джисон истерически смеялся разбрасывая рубашки и штаны Ли. Он сам не понимал отчего такая лёгкость и эйфория в теле, но спустя полчаса он начал трястись и упал на кровать, сворачиваясь калачиком. Он сжимал в руках одну из рубашек, крича что есть сил, так чтобы разобрать глотку и лёгкие, сорвать голос и оглохнуть от самого себя.
Он чувствовал как все тело сковывает, мышцы становятся вялыми, а на лице появляется эта глупая истерическая улыбка. Все тело болит и горит от боли, которая пульсирует в каждом участке лица. Боль во всех частях тела одновременно. Он перестал понимать где находится и что происходит. Но продолжал сжимать рубашку Минхо, как будто только она поможет ему не потерять сознание. И лишь одна мысль была в его голове и она занимала его разум. «Я все ещё люблю тебя, Минхо».
Джисон был обессилен спустя несколько минут, проваливаясь в пустой сон.
Никаких сновидений уже как неделю, даже сон не бодрил, а делал из Джисона ещё более разломанного человека. Хан даже думал о том, чтобы последовать за Минхо, вот только Ли точно не был бы доволен этому. Он бы хотел, чтобы Джисон жил дальше. Так говорят в фильмах и это так сопливо, но Джисон почему-то уверен, что если покончить с собой, то Минхо рассердится и оставит без поцелуев на целую вечность в раю. Конечно, Джисон попадёт в ад, он даже не сомневается, но понадеется на встречу со своим ангелом в раю стоит.
Джисон ненавидит танцы, но так сильно любит Минхо, что готов танцевать их танец каждую ночь в одно и то же время. Хан ленивый, но каждый раз ездит на другой конец города за абрикосовыми духами, которыми пользовался Минхо. Джисон устал, но продолжает делать шаги между разбросаны вещей, обнимая рубашку, пропитывая её своими слезами, которые снова появились в свете луны и уличного фонаря.
Все тело дрожит, а пальцы на руках онемели. Джисон думает, что все в этом мире потеряло смысл и больше нет того тепла и света, который раньше всегда исходил от Минхо, чтобы спасти Хана от самого себя и ямы, в которую он упорно зарывается.
Ли всегда смеялся, обнимал своего парня, заставлял улыбаться. Минхо верил в Джисона, верил, что он сможет сам стать тем, кем захочет. Но теперь в голове Хана только пустота и боль, он ничего не хочет. Это чувство не проходит. Оно лишь растёт день за днём.
-Почему у нас было так мало времени, чтобы станцевать вместе ещё раз? - спрашивает Джисон у пустоты, как будто правда надеялся на ответ Минхо. Но он уже никогда не ответит и не станцует с Джисоном
~~~~~~~~~~~~
Вот и конец💔