8
- Блин, я не могу, Влад... Понимаешь не могу?
- Фил, ты же знаешь это наша работа.
- Да как же ты не понимаешь?! Совсем недавно я сообщил ей о гибели родителей. А сейчас мне надо пригласить ее на опознание сестры. Ты понимаешь, что я не могу. Я не могу смотреть ей в глаза. Я как черный вестник... Вестник смерти.
- Эй, напарник, не раскисай. Эта наша работа, - похлопал он меня по плечу. - Ну хочешь я ей скажу?
- Да. Давай лучше ты. Иначе у меня сердце разорвется, когда ее взгляд потухнет от этого известия.
- Фил, дружище, уж не влюбился ли ты? - от удивления остановился он.
- Влюбился. Еще как влюбился. Я был уверен, что о таком только в книжках пишут...
- И что? Даже попыток никаких не предпринял?
- Почему? Мы встречаемся. Не так давно, но достаточно. И, вот, как мне теперь сообщить ей о смерти ее взбалмошной сестры? Она только недавно, вновь, начала искренне улыбаться.
- Погоди... Ты хочешь сказать, что опознание это формальность? Там... В морге... Там действительно ее сестра?
- Да, - немного помедлив ответил я и нажал на кнопку звонка.
Дверь распахнулась так быстро, словно она стояла и ждала нас с той стороны.
Улыбнулась. У нее просто потрясающая улыбка...
Посмотрев на меня с Владом, она вдруг заволновалась. Улыбка стала медленно сползать с ее милого личика.
- Что? - шепотом произнесла она, прислонившись к косяку.
- Эээ.... Мы пришли... Вам надо...
Тоже мне напарник! Двух слов связать не может! Чего только хорохорился?!
- Лия, - тяжело вздохнув, я взял эту тяжелую миссию на себя... - Твоя сестра... - вновь тяжелый вздох.
- Что с ней?! Что с Машей? - закричала она.
- Тебе надо проехать с нами... Она.... Тебе надо ее опознать, - я боялся смотреть ей в глаза. Боялся встретиться с ее взглядом.
- Нет, - тихо прошептала она и медленно сползла по косяку. Я едва успел подхватить ее.
- Нет, нет, нет. Фил, скажи, что это ошибка. Что это не она, -вцепилась она руками в мою форму.
- Я не могу этого сказать.
- Как же так? Опять? За что?
Я все же посмотрел ей в глаза. Ее взгляд потух... Вновь... Как тогда, когда мне пришлось сообшить ей о гибели ее родителей.
Молча она села к нам в машину. Так же молча она зашла в морг и подошла к столу прозектора.
Пошатнулась и побледнела, когда он откинул простыню. Так же молча кивнула головой, подтверждая личность погибшей. И, все так же молча, вышла на улицу. Уж лучше б она плакала, кричала или... Даже не знаю, что еще... Да что угодно лишь бы не молчала. Это молчание просто убивало меня и съедало изнутри. Я не знал, что делать.
- Иди, Фил, иди... Ты сейчас ей очень нужен. Не оставляй ее. Я сам займусь всеми бумагами и напишу рапорт.
Я с благодарностью посмотрел на Влада и вышел с этого ужасного, пропахшего формалином здания.
Она сидела на ступеньках и плакала. Тихо, без всхлипов и истерик. Слезы, как горошинки, скатывались по ее щекам и падали на землю. Я присел перед ней на корточки.
- Лия, милая, давай я отвезу тебя домой, - я взял ее руки в свои. Посидел немного, а затем встал, рывком поднимая ее.
- Пойдем. И, пожалуйста, не молчи. Кричи, топай ногами... Делай, что-нибудь, только не молчи, - шептал я, утирая ее слезы и прижав к себе подвел к машине, усадил на переднее сиденье. Обходя машину, я набрал номер ее самой лучшей подруги и коротко обрисовал ситуацию.
Доехали мы быстро. Ксюша уже ждала нас. И я передал ее с рук на руки.
- Ксю, мне надо вернуться на работу. Я очень прошу тебя, не оставляй ее ни на минуту одну. Мне не нравится ее состояние.
- Не переживай, Фил. Я буду рядом.
- Как это произошло? - бесцветным, голосом, вдруг, спросила Лия. От неожиданности я вздрогнул, а Ксюха тихонько вскрикнула. Первая фраза с того момента, как я принес ей страшную весть...
- Ее машину достали со дна озера. Шансов у нее не было... Прости...
- За что? - усмехнулась она. - В этом была вся Машка...
Слезы вновь полились из ее глаз. Ксюха прижала ее к себе и повела в дом. Я подождал пока они скроются в доме и сев в машину, уехал.