неправильный

Сынчоль сидит в больничном коридоре, а его глаза в который раз наполняются слезами. Зачем? Почему Джошуа решился на такое? Он же знал, как альфа хотел хотел детей!
И именно после этих мыслей у старшего сложилась картинка в голове. Его все время по пути в больницу и сейчас преследовало чувство, что Джису не мог сам на это решится. Как будто его заставили.

***

Через час с лишним он видит худую фигуру, которая выходит из кабинета. Сынчоль тут же подбегает к омеге, тут же заключая в объятия.
— зачем ты это сделал, Шуа?! — эта фраза не звучала грозно или устрашающе. Сейчас Эскупс выглядел как загнанный в угол щенок.
На заданный вопрос Хон не ответил. Он понимал, что не хочет рушить отношения между ним и Джонханом.
— я просто... не готов к детям... — звучало это вообще не убедительно.
— но это же не так! — Сынчоль буквально читал мысли и эмоции Джошуа, смотря в чужие стеклянные глаза. — почему ты тогда такой заплаканный? Если ты не готов, то не должен жалеть о содеянном!
И тогда грань между скрытыми эмоциями у омеги тут же оборвалась, а слезы сами покатились по щекам. Хон не мог сдерживаться, ведь он совсем забыл про Сынчоля на тот момент. Его одолевало чувство стыда. Он ведь даже не сказал Чхвэ, ведь ребенок то его... Буквально врываясь в чужие объятия, Джису сразу же прижался к чужой широкой груди, позволяя выпустить все.
Пара стояла, прижавшись друг к другу, прямо посреди пустого коридора, в котором плачь  отдавался эхом.
— Чоль.. — омега чувствовал вину, ведь он совершил такой поступок, аборт, даже не поговорив с альфой. Старший на голос своего парня отстранился, заглядывая в глаза. А Казалось, что в душу. Набравшись смелости, Шуа продолжил. — прости меня.. Пожалуйста.. Я понимаю, что, скорее всего, мне нет прощения, но...
Его тут же перебили.
— за что ты извиняешься? — конечно, альфа сейчас был не только подавлен, но и зол. Ведь это был как никак его ребенок.

***

А вот Джонхан не находил себе места. Когда Сынчоль резко сорвался с дивана и выбежал из дома, то гамма понял, что к чему. И время как раз совпадало. Сто процентов, он может сейчас таких люлей от альфы получить, мало не покажется.
Нет, Чхвэ, конечно, не насильник и никого не бьет, но кто знает, что будет, если Джошуа рассказал ему все.
Парень держит в руках кружку с чаем, что сейчас так сильно обжигает руки. А ведь Юн даже не подумал, что будет, если он подтолкнет Хона к аборту. Как то страшно что ли.
Во дворе многоквартирных домов появляется машина, машина Сынчоля.
Он видит две маленькие фигурки, что направляются к входу в подъезд. Руки сами по себе начинают дрожать. Ноги подкашиваются, ведь сейчас будет буквально «угадай че выкину».

***

После приезда пары, Джошуа тут же отправили спать, а Джонхан и Сынчоль отправились на их самое любимое место — на крышу. До появления Хона в их жизни они часто там сидели, пили чай и разговаривали по душам. Сейчас они на том же самом месте, связанным со всеми воспоминаниями. Только... Теперь Чхвэ не улыбается так ярко, как раньше. А Хан сидит и ждет слов старшего, ведь сейчас страшно даже рот открывать.
Молчание продлилось недолго. Эскупс прервал его буквально на пару секунд, но какими же мудрыми были эти слова.
— почему Шуа решился на это? — на эту фразу Юн усмехнулся. Как же он не хотел делать больно Чолю...
На самом деле Джонхан даже не задумался об альфе. Как будто в первую очередь ему важны были только свои принципы и желания. А ведь он даже не продумал про Купса, но несмотря на это, прекрасно гамма понимает, какой ужас это нанесет по нему. Совесть мучила, но уничтожать отношения с Чхвэ, что выстроены годами, совсем не хочется.
Напряжение витало в воздухе, не давая спокойно вздохнуть. Не спасало сейчас даже звездное небо, которое раньше приносило облегчение и легкость.
Нить напряжения натягивалась и не собиралась останавливаться. Джонхан не знал что делать. Если он расскажет правду, то это очевидно повлияет на их отношения. Но при этом смотреть на то, как альфа морально убивается по этой ситуации он тоже не мог. Хан выбрал быть честным перед Сынчолем.
— Чоль
На зов альфа повернулся, оглядывая гамму. От этого пустого и немного стеклянного взгляда у Юна пробежали мурашки.
— обещай, что выслушаешь
А вот тут Купс напрягся. Обычно Джонхан говорил сразу, поэтому альфе не составило труда догадаться, что младший нервничает.
Но все же, Чхвэ кивнул на слова гаммы. Через минуту такой громкой тишины, как бы странно это не звучало, Юн начал.
— ты ведь понимаешь, что Джошуа не мог решиться на аборт? — получив в ответ тихое «да» он продолжил. — его заставили. И заставил как раз таки я...
Слова громким взрывом ударили в голову, не давая даже понять посыл сказанного. Кулаки сжались, на руках виднелись вены. Сынчоль сейчас абсолютно зол и разочарован. Хан уверен в этом на все 100 процентов.
Стеклянные глаза, который, казалось бы, прямо сейчас треснут, смотрели прямиком на гамму. Эта фраза крутилась в голове по кругу, забираясь во все, даже в самые укромные части мозга. В это не хотелось верить.
Хан прекрасно понимал, что наносит очережной сильный удар, который не даст Чолю даже дышать спокойно. Но по его же мнению, это гораздо лучше, нежели если альфа узнает об этом от кого то другого.
— Зачем?! — следы впервые покатились по щекам, создавая множество мокрым дорожек. Раньше Джонхан никогда не видел, как он плакал.
Гамма не ответил на его вопрос. Он сам не знал на него ответа. Ревность и злость озарили его в тот момент. Он как будто шел на поводу собственных желаний, которые можно было приберечь.
Альфа вцепился в свои колени, пытаясь найти хоть что то, что бы сказало ему о том, что Хан шутит. Но ничего такого не было. Сердце бешено стучало, обливаясь кровью, не давая спокойно вздохнуть.
Нет, пожалуйста, нет
Из мыслей Купса вывели только чужие шаги, которые направлялись в сторону двери, ведущую с крыши. Ему даже думать не нужно, чтобы понять, что это Джонхан.
Они эхом разносились в ушах.
На последок альфа услышал лишь тихое «прости». Только вот он не знает, сможет ли простить.

***

Джошуа никогда не слушал старших. Это была его забавная привычка, но не сейчас. Он слышит звук открывающейся входной двери, понимая, что Чоль и Джонхан вернулись. Только вот когда омега выглянул в щель между дверью и косяком, он увидел лишь Юна. Он подождал еще немного, но ал фа так и не появился. И вот, когда гамма скрылся за дверями душевой комнаты, Джису выскочил из квартиры, прихватив с собой плед, который он стащил из комнаты.
Преодолевая несколько этажей, омега оказывается перед потертой, скрипящей дверью, ведущей на крышу. Она оказалась довольно маленькой, но Хон с легкостью пролез сквозь нее, выбираясь на крышу. Здесь было гораздо темнее, нежели если стоишь посреди улицы, но лунный свет освещал не хуже фонарей. В одном из углов крыши сидел Сынчоль, которого уже потряхивает от холода. Джису тут же поспешил к альфе, в глубине души надеясь, что тот не простыл.
Когда плеч Купса коснулся плед, он тут же повернулся, замечая Джошуа.
— я же сказал тебе идти спать.
Голос Чхвэ прозвучал с незнакомым омеге холодом. Шуа не дурак, он прекрасно понимает всю ситуацию. Крепко обняв альфу, Су прижался к его груди, после заглядывая в глаза. Они красные и стеклянные от слез.
— нука, не плачем! — Джошуа мило пригрозил альфе пальцем. — ты должен держать себя в руках!
На угрозы младшего Чоль лишь немного улыбнулся. Альфу честно удивлял тот факт, что Джошуа, который должен плакать по произошедшему, сидит и успокаивает альфу. Теплые объятия согревали не только тело, но и сердце. Омега с альфой стали единым целым, не давая друг другу и слезинки пустить. Звезды на небе словно стали ярче.
Это событие не убило их. Оно лишь укрепило их отношения.

***

После случившегося между этой троицей весело такое напряжение, которое нельзя описать даже ужасом тока. Джонхан стал максимально избегать альфу, что было на него крайне не похоже. Джошуа с Сынчолем находились рядом с друг другом, поддерживая. Но вот Хан напрягал их обоих.
Дома он появлялся максимально поздно, насколько мог, избегая любых разговоров с парнями.
Юн не давал себя касаться, поэтому ему пришлось страдать от бессонницы. И нет, не от обычной бессонницы. Посреди ночи, когда гамма засыпал, Сынчоль и Джису тут же лезли обниматься к Джонхану.
Только вот отклика не было. Альфа и омега хотели поговорить с их парнем, разъяснить все, решить недопонимания. Вскоре парни вообще перестали контактировать.
Даже на тренировках парни будто избегали друг друга. Конечно, Сокмина и Джихуна просветили, но что они могли сделать? Верно, ничего.

***

Во время каши и разборок у троицы, Джихун, который не был в курсе всей ситуации, активно и быстро сближался с Сунёном. Уже в который раз омега собирается на очередное свидание. Альфа прилип к нему как липучка, все время твердил о том, что им нужно пообщаться поближе. Ну а что Уджи. Он не стал сопротивляться, зная, что это бесполезно.
★★★★★★★★★★★★
вот такая вот глава. честно, мне вообще не нравится то, что получилось. наверное скоро будем заканчивать с этой работой, потом я не буду браться за работы с таким сюжетом;(