Part 10
<-------->
Просторное светлое помещение. Паркет блестит под лучами солнца. Около окна сидит парень с тёмными волосами и устремляет свой взгляд в потолок, пытаясь сосредоточиться хоть на чем-то. Его голова заполнена мыслями.
- Сегодня... -тих сказал себе под нос Джинсу, придя в студию еще с утра. Ему хотелось потренироваться одному, чтобы не обременять Ёнсу своими ошибками.
- Не помешал? - тишину нарушил бархатный голос, который отдавался легким эхом в полупустой комнате.
- А... Ёнсу. Что ты, заходи - последовало в ответ от Джинсу, не отрывающего взгляда от зашедшего парня.
Скинув рюкзак, Ёнсу поставил его рядом с собой, а сам присел рядом с Джинсу. Блондин устремил взгляд на своего друга, пытаясь рассмотреть в его лице причину причину раннего прихода. Хотя на самом деле прекрасно знал, почему тот здесь.
- Хватит на меня смотреть, - усмехнулся Джинсу.
- Хочу и смотрю. - Ёнсу не смел отворачиваться. - Почему ты такой усташий? Снова не спал?
- Ты все мои силы забираешь. - поворачиваясь к другу с улыбкой. - Шучу, если что.
- А я и буду, чтобы ты еще лучше танцевали, и никто не посмел тебя отобрать у меня...
- Так, хорош. - Джинсу тихо засмеялся. - Сам то как? Готов к сегодняшнему соревнованию?
- А? - Ёнсу опешил от смены темы.
- Или ты всю ночь напролет снова смотрел хореографии?
- Кому-то не нравится? - блондин потрепал друга за щеку.
Пытаясь не засмеяться, Джинсу убирает руку Ёнсу, хмуря брови и сверля оппонента напротив взглядом.
- Ты ответишь на мой вопрос?
- Нет, этой ночью я прекрасно выспался.
- Врешь. Я же вижу что ты переживаешь. - вздохнув, подметил Джинсу. Теперь он замечал даже такие мелочи.
- В-вовсе нет! - всячески скрывая свои эмоции, перечил Ёнсу.
- Хватит. Иди сюда. - распахнув руки для объятий, сказал Джинсу, и блондин тут же кинулся в его объятия.
Ёнсу не питает особой любви к объятиям. Ему становится неловко, когда кто-то касается его, прижимает к себе и проявляет нежность через такой вот физический контакт. Но в объятиях Джинсу парню уютно. Он обнимает мягко и крепко одновременно, обвивая руками плечи, прижимаясь щекой к виску. Ёнсу чувствует размеренное дыхание у самого уха, и по всему его телу вмиг растекается тепло, окутывая с ног до головы. Ёнсу прижимаеться к нему в поисках поддержки и защиты. Немного поерзав, он удобно устроился на знакомой груди и умиротворенно вздохнул.
- Тревога постоянно со мной. И мне некуда деться. Все, что я знаю, это то, что я не чувствую себя в безопасности... Я бы хотел, чтобы это закончилось, чтобы все оказалось сном. Но все, что мне остается, это мечтать о конце. - тут, покрасневшие от накопившихся слез, блестяще пурпурные глаза встревоженно взглянули на собеседника. - Мне жаль, что я всех подвожу. Я пытаюсь искупить вину, но это ведь никому не нужно. И у меня выбора-то и нет. Просто нужно делать все, чтобы люди верили и надеялись на мой прогресс. Только... сам-то я не могу положиться на себя.
Джинсу бы соврал, если бы сказал, что после этих слов его руки не дрогнули. Не ожидал он таких мыслей от этого несносного танцора.
- Ты знаешь, порой я устал просыпаться. Натягивать улыбку и говорить, что все хорошо - мне тошно от этих лиц, которым безразлично, но они делают вид, что волнуются за меня. Надеюсь, совсем скоро этот кошмар закончится... Мне так больно. Но будто я имею право на то, чтобы жаловаться. Конечно нет! Сколько бы я не пытался, вокруг была пустота. Я привык к холоду внутри. Ведь... это часть меня? И я не могу быть напуган. Просто не имею право.
Воцарившееся молчание убивало. Джинсу с ужасом смотрел на натянутую улыбку посеревшего и осуновшегося лица. Ему кажется, или Ёнсу... вот-вот заплачет?
Цепкие руки обняли еще крепче, и не отпускали. Ёнсу даже не пытался оттолкнуть их. Джинсу прижал еще нежнее, еще крепче к себе. Он гладил по мягким шелковистым волосам Ёнсу, шептал на ухо, что он не один. Постепенно холодные ладони Ёнсу становились теплее - их держал парень с циннвальдитными глазами.
- Все хорошо. Не стоит из-за этого переживать. Ты знаешь - я всегда буду рядом, что бы не случилось.
Ёнсу чувствует тёплую тяжёлую пульсацию сердца, которое вот-вот дрогнет и беспощадно разорвет его грудную клетку в мелкие клочья. Но одновременно с этим ое ощущает свет души рядом со своим телом.
- У нас еще есть время для тренировки, так что если тебе еще нужно время чтобы...
- Нет. Все нормально. Теперь да. - стряхивая мелкие слезы с щек, Ёнсу поднимается на ноги. - Пойдем тренироваться. Мы должны быть лучшими.
- Как скажешь.
Парни довольно быстро отрепетировали все движения по несколько раз. Теперь все было настолько плавно, и идеально сочеталось с тактом музыки, что их танец был похож на дым.
После небольшого перерыва, они услышали, что скоро начнется соревнование. Собрав свои вещи, они направились в самый большой зал. Было очень много известных людей, что заставило Ёнсу нервно взглотнуть. Вместе с Джинсу он прошел какую-то регистрацию и получив номер, они заняли место в третьем ряду.
Было много хороших танцоров, и порой Ёнсу думал, что шансы на их победу все меньше. Но Джинсу прогонял эти мысли, не давая на них сосредоточиться. Парни были в самом конце списка, и смогли проанализировать всех своих соперников.
Настало их время. Под громкые аплодисменты, не так давно сгрупированая пара, выходит на сцену. Первый же аккорд отдался стуком кедов, раздробившимся о стены хореографического зала. Медленное раскрытие рук и безмолвное кружение двоих вокруг одной точки, не сокращающих расстояние между телами, хоть и завершилось резким контактом в руках, кажется, ничуть не сблизило их. Пропасть с каждым новым ударом лишь сильнее раскрывалась. Попытка Ёнсу отклониться - бесплодна. Вырванная из захвата рука, взметнувшаяся вверх, удостоена лишь насмешкой. Эти шаги - отступление. Взгляд загнанного зверя. Все бесполезно. Он - его инструмент. Пусть играется в непокорность, чувствуя обманчивую свободу и власть. Тройка поворотов уничтожит дистанцию между ними. Резкий рывок за запястье заставит выдохнуть в лицо скопившуюся ненависть. Чтобы новым ударом музыки и очередным поворотом сломить и поймать в падении к его ногам. На пивотах голова кружилась, и все, что попадало в поле зрения, смазывалось, превращаясь в бесконечную карусель из образов и вспышек. И в этот момент рождалось то самое чувство полета и легкости, что переполняло от витающих в воздухе звуков. Спина отозвалась болью - стоило получше разогреться! - и секунды остановки, в которые обязательно кто-то сделает фото, стали единственной возможностью перевести дыхание и подарить улыбку своему партнеру. Прямая спина, сменившийся взгляд. Кого ты представляешь на моем месте? Так не смотрят на человека, с которым почти ничего не связывает. Так смотрят на любимого. Так смотрят на того, которому дарят танец. Так не касаются временного партнера и едва знакомого парня. И так не сбивается дыхание от простого контакта в бедрах, что разорвется спустя два удара. Это чувственнее и интимнее. Это больше, чем странные пробы. И лишь чертящие рисунок на паркете стопы, отдающиеся болью, напоминают, что это все - реальность.Серия быстрых поворотов, в которых пара казалась единым пушистым солнечным шариком, завершилась плавным выходом на позировку. Сияющий под софитами атлас запоздало по инерции взметнулся, на следующий удар уже стекая по ушедшей назад и натянутой груди. Идеальные линии, глубокий прогиб в спине и улыбки, ослепляющие сильнее россыпи камней на рубашке его парнтера - все невольно приковывало взгляд и не отпускало. Музыка остановилась. Тяжело дыша парни смотрели на реакцию зрителей, которые все еще молчали.
- Джинсу, мы точно...? - парня прервали бурные аплодисменты и крики зрителей. Весь переполненный зал загудел, подобно улью.
- Точно. - сквозь улыбку ответил Джинсу. Было заметно как его грудь быстро поднималась и так же быстро опускалась. Эта пульсирующая вена на шее приковывала взгляд.