Сон, где мир стал по-жестокому красив.

Сегодня ночью мне снился сон, который я видел раньше, и во сне я это понимал (кроме того, что я сам во сне, разумеется)
Время средневековое: мечи, щиты, факелы... В нашем городе был священник, и был он очень влиятельным, к сожалению. На моих глазах мальчика приговорили к закидыванию камней за непослушание к священнику. Собралось огромное количество людей: с узких проулок к главной площади просачивались толпы с какими-то глиняными шарами. Один такой шар можно сравнить исключительно только с ладонью здорового кузнеца в "Коридоре Железных Ремесленников". Почему использовались не сами камни известно было лишь одному священнику. Народ окружил доходягу — меры наказания приступили к делу. Первый глиняный шар попал ему в туловище, мальчик согнулся от боли и тут же влетел в него второй шар в области плеча. К счастью, в этот раз народ оказался не столь метким, наверное потому, что вчера на празднике король в честь своей победы в битве у Бе́тингимских Холмов одержал верх над армией галлов, в связи с чем велел открыть тысячу бочек вина и развести их по всем трактирам, раздавая всем желающим за даром. Однако все же вылетил глиняный шар, который попал точно в голову. Бедняга упал, чуть ли не потеряв сознание. Наверняка этим стрелком оказался Ферран — мерзкий тип для общества средних слоёв населения. Человек, который и капли высочайшего сорта вина не возьмёт даже на пробу, подлиза и пешка верховного судьи.
Увидев жестокое зрелище, мы с Марией — девушка двадцати лет, возможно единственная в городе искусно владеющая двумя мечами одновременно, вышли в сторону ворот, неподалёку которого стоял тот самый священник. "Нужно с ним поговорить" — говорю я Марии.
– И ты ещё смеешь тратить время на такого противного... Нет, это даже не человек, а настоящий чёрт из преисподней!
– Ты не совсем понимаешь...
В этот момент мы почти подошли к священнику и устремив свой взгляд к нему я обратился:
– Отец!
Его улыбка показалась мне отвратительной.
– Слушаю тебя...
– Как мне подойти ближе к Богу?
– Что ты мне хочешь этим сказать?
– Отец, не грешник ли я?
И тут я добился своего таким вопросом. Его лицо злорадно восхищалось от заданного вопроса. Я понял, что он хочет поставить себя в стать выше самого короля, властвуя самим народом, который будет слушать его правильность жизни. Его улыбка, еле сдерживающая смех, наглядно говорила о том, что его план пришел наконец в действие.
– Да освятит путь тебя белой дорогой...
Тут он достал свою кость, до сих пор непонятного — какому животному так не повезло? Святую воду из маленького сосуда, облил ею пару капельками свою кость и в наставление размахивая им в мою сторону сказал, что теперь все будет хорошо. В момент его ухода Мария и священник проводили друг друга ненавистными взглядами. Мы же с Марией продолжили путь к самим воротам. "Его коварный план почти готов" — сказал я воительнице и поделился с ней своими догадками.

***

В этот момент я и проснулся. Тут же посмотрел на часы — почти полдень. Солнце светило мне в лицо, а чувствовал я себя бодро. Слегка привстав с кровати, я дотянулся до телефона и сразу же стал записывать все моменты из сна. "Хм, ну и странный же разговор получился со священником: вроде совсем нелогичный, а выводы какие сделал во сне..." — пробормотал я себе под нос. Следующую ночь я ждал с большим нетерпением, поэтому и день прошёл не так быстро, как хотелось бы. Как говорится: "Закон жизни — пакости и подлости!" Небольшие тренировки вечером, поздний ужин и, наконец, сладкая постель...

***

На этот раз сон — предыстория моей жизни, моей иной и не менее важной жизни... Снилось мне, что с Марией мы знакомы с детства: вместе росли, вместе играли, вот только пошли разными путями: я к кузнецу в помощники, а вот она... В последний раз я видел её в одиннадцатый год моего рождения, а после — она будто бы исчезла. И только спустя восемь лет, я вновь увидел её. Я узнал её сразу, как только она въехала в город на своём коне — не столь массивный, но очень резвый конь рассекающий ветер. Окрас его черный, глаза — словно угли, пылающие в огне, были в полной готовности исполнить любой приказ всадника. Его раздувающиеся ноздри вдыхали порывы ветра, и грудная клетка становилась более мощной. От всадницы также невозможно было оторвать глаз: доспехи, сделанные из буйвола, отлично проработанная кожа с вырезанным узором дракона — явно сделаны на заказ. Со спины виднелась пара скрещенных клинков гладия или по-другому гладиус — римский короткий меч. Роскошные, слегка волнистые волосы каштанового цвета до плеч. Небольшие, но выразительные губы алого цвета, улыбка которой — сказочное восхищение, радость; глаза цвета изумруд — полны восторга и светились от счастья — Мария наконец дома. Смотря на неё из толпы, я и не заметил, как вместе с ней въехал кортеж: король в карете, четыре всадника полностью окутанные в чёрную броню вокруг этой кареты. Об этих всадниках ходят лишь слухи: мастера своего дела: в совершенстве владеют как мечами, топорами, копьями, так и луками, и арбалетами. Никто никогда не видел их лица. Приближенные люди короля, которые в любой момент могут отдать жизнь за него. В народе их прозвали "Властителями жизни". Сразу же за каретой въехала в город и повозка дорожной провизии, за ней стрелки. Пехота, видимо, прошла первой, так как я не обратил на нее внимания.
Мария окинула взгляд на толпу людей, встречающие короля: крики, овации, лепестки цветов. Медленно со всей колонной она продвигалась к центру города, к королевской усадьбе. Трехэтажную усадьбу лично для короля строили великие мастера-архитекторы. План здания был детально проработан как для влиятельных гостей: гостиные, залы отдыха; так и в случае нападения были предусмотрены безопасные подземные выходы, о которых, разумеется, знали лишь король, его приближённые люди и сами архитекторы. А двор — воплощение природы. Большое количество деревьев с плотной кроной затеняющие лучи солнца в жаркие дни. Большое количество аккуратно подстриженных кустов были посажены вдоль дорожки. Украшали мраморные статуи ангелов с арфой. Наверное, король был тесно связан с религией, а возможно просто особый вкус. Усадьба — Сердце города Эльгхем. Единственная печаль этого здания — все архитекторы, занимавшиеся проектированием усадьбы, были казнены, чтобы знания о подземных ходах остались нераскрытыми. Архитекторы знали на что идут, а их семьи готовы были получить компенсацию за их жизнь.

***

Зазвонил будильник. Меня будто выбросило из второй жизни. Время шесть утра, понедельник. Снова на работу... Будучи сонным сварил себе кофе, пару яиц вкрутую, нарезал хлеба, колбасы копчёной — вот и весь завтрак. Сегодня мне нужно начать подготовку к сдаче отчётности, стоят сроки. Поэтому чем раньше я начну, тем быстрее я закончу — бумаг будет в неимоверном количестве.
Захватив с собой пару долек колбасы, я вышел из квартиры. В подъезде между первым и вторым этажом живёт дворовой кот. Он с небольшими светлыми полосками на спине, а окрас его в целом — рыжий, поэтому и прозвали его в округе Рыжиком. Спускаясь по лестнице с четвёртого этажа, я заглянул к четырёх-лапому другу, да бы угостить его — он был очень рад меня видеть: снова тёрся об ноги, слегка мурлыкая, и только после этого принялся лакомиться гостинцами. Я же, в свою очередь, вышел из подъезда к ближайшей остановке — десять-пятнадцать минут пешочком. Автобусы здесь ходят с интервалом около двадцати минут, а дорога до работы в целом занимает примерно час времени... Чаще всего автобусы попадаются мне полупустыми, поэтому чувствую себя вполне комфортно во время поездки. Из окна по дороге можно наблюдать берёзовые чащи и, так называемый в народе, бор — сосновый лес. Особенно атмосферно осенью, когда небо покрывается тучами, навевают холода, идёт дождь и дует ветер; порой над чем-то задумываешься, глядя на живую природу из окна выхлопного транспорта.
"Вот и моя остановка..." — подумал я, расплачиваясь за проезд при выходе. Благо от дороги до офиса не так далеко — минут пять-семь буквально, и я уже поднимаюсь по лестнице на второй этаж. Наша фирма — аутсорс, и предлагает она бухгалтерские услуги другим организациям, если например: у них нет собственного бухгалтера или же такую ответственную работу могут доверить исключительно юридическому лицу, в то время как он — юридическое лицо, эту работу передаст уже нам — физическим лицам, разве что под руководством.
"Здаров, Серёга!" — окликнул я нашего главного менеджера, а ещё и давнего друга — лет семь как знакомы. "И тебе не хворать!" — сказал он с широчайшей улыбкой на лице и продолжил: "Как прошли выходные?"
Я: "Ну, как они могли пройти... Как обычно: с теплом, уютом и спокойствием."
Сергей: "Ты как всегда! Хоть бы пятницу провёл как подобает в наконец пришедшие к нам выходные: в субботу бы отоспался как следует, а в воскресенье провел бы день так, как хотелось."
Я: "Ах да, точно... — сказал я с улыбкой — Все пришли в ту пятницу?"
Сергей: "Да где уж там эти ‘все’ без тебя? Вторую неделю втроём видимся и никакой ‘пары на пары’ — не комильфо!"
Я: "Да брось, Серый, говорил же, что мне сейчас не до спиртного."
Сергей: "Поди заболел небось?"
Я: "Серый, в следующую пятницу точно увидимся все вчетвером, а в знак примирения куплю большой пиццы ‘Комбо’.
Сергей: "И пива?"
Я: "И пива. Ноль-пять Жигулёвского" — усмехнулся я в ответ.
Сергей: "Ну-ну, убедил. Уж слишком хорошо ты меня знаешь, гад" — посмеявшись ответил мне Сергей.
На весёлой ноте в тяжёлый понедельник мы начали работать по клиентам. Спустя минут пять приехал архивариус — девушка лет двадцати, очень молодая и уже с кое-каким опытом в работе с документами — довольно шустрая. И, опоздав минут на пять, приехали остальные бухгалтера: бухгалтер по банку и электронному документообороту; и бухгалтер по расчётно-кадровому учёту. К слову, конкретно я принадлежу к участку по зарплате, а главные бухгалтера — их у нас два для более адекватной нагрузки по каждому — сидят дома, работая онлайном.
День прошёл живо, вполне быстро — понедельник как никак: клиенты за выходные набирают обороты по запросам и всей кучей вываливаются разом. Сегодня у клиента OOO "Not Expensive" день рождения организации — исполнилось пять лет с момента открытия, и директор в честь знаменательной даты выдал каждому сотруднику по премии — их всего двенадцать человек в штате. Подготовил приказ на премию, отправил на согласования суммы, внёс корректировки в программе "1с". Далее оплатил налоги и уже после отправил дальнейшую работу бухгалтеру по банку, чтобы он выплатил всю премию по каждому сотруднику их фирмы. Также ещё у двух наших клиентов появились сотрудники, которые отработали на выходных за двойную доплату. "Хех, никогда не понимал людей, которые любят пахать на своей работе имея очень хорошую зарплату без конкретной нужды на дополнительные работы..." — так прокрутилось у меня в голове. Ну, клиент есть клиент, поэтому по ним я тоже внёс необходимые корректировки по оплатам. У четвертого клиента нашелся сотрудник, который вышел в ежегодный оплачиваемый отпуск: запросил письменное заявление сотрудника на выход в отпуск, настроил программу, подготовил сумму для оплаты. Теперь осталось дождаться подтверждения со стороны клиента, чтобы я смог продолжить работу. У пятого клиента выявились сотрудники с больничными листами — также вывел их с базы данных, сделал расчёт, правда, только по одному из сотрудников, так как другие мне ещё не скинули сами бланки с поликлиники, а мне нужен номер больничного листа, чтобы правильно всё ввести в базу и на законном уровне рассчитать сумму оплаты больничных. Учитывая всё это за сегодня из тридцати наших клиентов смог подготовить отчёты лишь по двум их них. Пусть и быстрый день по ощущениям, однако, вернулся я домой выжатым как лимон.
На ужин борщ, ещё со вчерашнего дня. Говорят, чем дольше борщ настаивается, тем он вкуснее. Ну, а по мне он становится ещё вкуснее, когда в разогретый борщик добавить сметанку — блаженство, особенно когда на столе ещё присутствует самый что ни на есть свежий, мягкий, очень вкусный хлеб! Жаль только, что поблизости у нас нет круглосуточной пекарни: покупать горячий свежевыпеченный хлеб — моё маленькое счастье.
Поужинав, я как раз досмотрел фильм — не могу кушать без какого-нибудь просмотра. Ну, собственно, я и не могу притронуться к еде до тех пор, пока не найду чего-нибудь стоящего к просмотру. Сегодня у меня "47 ронинов", где в главных ролях мой любимый актёр Киану Ривз. Ронины — самураи, которые не смогли защитить своего покровителя должным образом или же потеряли его доверие, за что их и изгоняли. Вообще мне очень нравится смотреть такие фильмы — фильмы про средневековье. С детства питал к ним большой восторг. Кино мне понравилось — японская культура уникальна и не похожа на любую другую. После ужина я принялся готовиться ко сну: принял душ, почистил зубы, и наконец я лёг...

***

"Правда красиво за стенами крепости?" — спросила меня Мария. Я окинул взгляд: зелёные поля с небольшой речкой вдали под светом луны отдавались серебристым оттенком — и правда, здесь так спокойно и завораживающе... Я приподнял голову — тысячи звёзд сверкали на всём небосводе, а луна сияла так ярко, что можно было увидеть каждую её ямочку. Стояло полнолуние и складывалось впечатление, что до большого осветляющего землю шара можно было слегка коснуться дланью!
Вокруг самой крепости, относительно неподалёку, находились две фермы: с полями для посевов зерновых культур на юге и на западе. Что интересно, фермеры использовали определенную систему севооборота, включающую в себя четыре поля одинаковых размеров. Высадка семян проводилась поочерёдно: первым шли корнеплоды, после них — крестоцветные, третий на очереди — бобовые и лук — они давали почве восстановление за счёт своих свойств: закрепляют в почве азот за счёт своих корней. И на четвёртое поле сажают картофель, баклажаны, огурцы — те овощи, которые нуждаются в почве с повышенным азотом. Таким образом, определённые виды овощей потребляют определённые виды питательных веществ из почвы, оставляя другие необходимые минералы для других овощей. А на востоке — пастбище, для выращивания скота: в основном коровы и свиней. К слову, удобрения перевозили как раз с пастбища, чтобы поля на фермах были более плодотворны. С севера же — знаменитые Бетингимские Холмы, где была одержана победа над галлами. Сооружать там ничего не стали и по всей видимости даже не планировали.
Зашелестел куст. Мы с Марией приглянулись к нему: из кустика выпрыгнул маленький зайчик. "Ты только посмотри какой кроха!" — сказал я с большим удивлением Марии стараясь не испугать зайца. "Да! Наверное, вышел покушать — ответила мне Мария с улыбкой на лице и продолжила — Зайцы обычно ночью выходят, а с рассветом отправляются на место отдыха, будь это межи с густой растительной травой или опушки леса"
– Откуда столько познаний о зайцах? — с удивлением я спросил.
– Да было дело, охотилась на них развивая сноровку... — с улыбкой ответила Мария, будто хвастаясь.
В ту ночь мы сделали круг вокруг стен, посмотрев на дивную природу на ряду с прохладным ветерком. До безумия мне понравилась встреча вместе с ней. Однако подходя непосредственно к воротам, где мои шаги становились всё медленней и медленней, а взгляд мой всё чаще и чаще обращал внимание на Марию, она мне предложила: "Может мы ещё немножечко прогуляемся?" — Мария слегка приподняла каштановые брови. Моё желание "не разделяться" было превыше всего, но и ведь: "Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей". "Хм, интересно, откуда это высказывание я вдруг вспомнил?" — тут же промелькнуло у меня в голове. Мария взяла меня за руку и мысли мои снова спутались.
– Пойдем к Сердцу Эльгхема?
– С удовольствием — ответил я.
Так мы направились из края в центр города.
На самой окраине города смотреть было почти не на что: маленькие, деревянные ветхие домики, грязь, небольшие свинарники, огороженные простым самодельным забором. Однако по приближению к центру город постепенно преобразовывался: мощёные дороги, более качественные брусья в пристройках, а сами дома уже были сделаны из камня. Отсюда же и "Коридор Железных Ремесленников" длинною метров в сто, но в ширину - метров двадцать от силы. Поэтому и прозвали — "Коридор". А за исполнение прочных доспех из стали прозвали кузнецов "Железными Ремесленниками". Почему "Железные", а не "Стальные" в таком случае? Потому что народу проще воспринимать железо и не вдаваться в подробности о составах сплава.
Проходя по пустому коридору в ночное время, на меня хлынула ностальгия, как я в первый раз сковал нагрудник: получился он, конечно, не наилучшим образом, но кое-какие удары выдерживал. Вспомнил ещё, как гоняли меня за материалами, а потом я стоял у плавильни и наблюдал, как "лава" стекала в специальные формы для мечей. Там же меня обучали фехтованию одноручным мечом и владению щитом — мой любимый стиль боя. Не понимаю двуручные, тяжёлые и наидлиннющие мечи — уж слишком я с ними неповоротлив. Но и в то же время не могу сказать, что данный стиль боя проигрывает одноручному мечу с щитом, поскольку я видел как им орудуют воины и их преподаватели на учебной улице — впечатляюще, когда чётким силовым ударом двуручным мечом деревянный щит разлетается в щепки или же прогибается, если сделан из стали. А вот про булавы и топоры могу сказать, на сугубо свой личный взгляд, что они предназначены для каких-либо конкретных случаев — держать их при себе как основное оружие, думаю, дело каждого.
После "Коридора Железных Ремесленников" мы с Марией вышли в торговый круг "Восток" — с восточной стороны, потому что.
– Помнишь, как у дядьки яблоки воровали? — спросила меня Мария улыбаясь.
– Ещё как помню! Мы ведь потом удумали мимо него пройти, кушая его же яблоки, ха-ха-ха-ха! — захохотал я в голос.
– Точно! — посмеялась Мария и продолжила — так он потом понял в чём дело и живо нас поймал!
– И работали мы у него потом, отрабатывая эти яблоки — сказал я улыбнувшись — вот было время...
– Да-а… — поддержала меня она.
– Слушай, так что же с тобой потом произошло? Ты ведь выехала из города совсем юной девочкой!
– Хей, полегче! Я, в свои одиннадцать, уже была статной и красивой девушкой! — посмеявшись возразила Мария.
– Хо-хо-о, прошу извинить моя леди — попробовал отшутиться и сразу же вернуться к теме — Но всё же, не увиливай — куда ты так надолго уехала?
– Ну, на тот момент я уже показывала хорошие результаты в бою на мечах. Всех мальчишек валила на землю, а старшие военачальники набирали как раз юных бойцов, чтобы с раннего возраста делать из нас элитные отряды. Вот так я и попала на службу к королю и с тех самых только и делала, что практиковалась и при надобности или же по приказу — убивала. А уехала я, сначала, в ближайший лагерь на окраине города, где меня и обучали.
– Интересно... Если ты была относительно недалеко от города, то откуда у тебя римские короткие мечи?
– О-о-о, так тебе они знакомы?
– Мария, может я и не убивал людей и не тренировался с лучшими воинами, но я ведь кузнец! — сказал я с гордостью и продолжил — в "Коридоре Железных Ремесленников" много мастеров, к тому же есть и некоторые из других государств — я охотно перенимал их опыт! — сказал я улыбчиво и с неким восторгом.
– Я рада за тебя... — сказала она с неким умиротворением.
Мы переглянулись. Глаза её сверкали в ночное время суток — завораживающе...
– И я рад, очень рад я за тебя тоже...
Так мы почти дошли до усадьбы, как вдруг... Бабах! Земля содрогнулась от грохота. Я оцепенел от происходящего, а Мария застыв всего на миг крикнула: "Живо в усадьбу, бегом!" Я будто взбодрился и побежал за ней как можно быстрее.
– Что-то не так! Будь готов ко всему! — кричала мне Мария.
– У меня нет с собой оружия!
– Внутри здания я тебе всё дам!
От возникшего ночного грохота люди проснулись в недоумении и в страхе, а патрульные отряды стали бить тревогу — затрубил рог. Спящая в казарме пехота живо вскочила с коек и принялась надевать броню готовясь к предстоящей битве.
Тем временем, Мария привела меня в оружейную. "Хватай что нравится, а я к покоям короля на второй этаж!" Быстро осмотрев большой зал с самыми разными оружиями, я выхватил из стойки короткий меч и снял деревянный щит со стальным ободом со стены.
Адреналин бурлил в крови. Моё учащённое дыхание насыщала кровь кислородом, а сердце стучало как у дикого кабана, который вот-вот ворвётся в бой с пылом и яростью в груди. Крики и вопли солдат доносились всё громче. Я бросился вдогонку к Марии, но спешивший стражник усадьбы окликнул меня: "Эй ты!" — я обернулся. "Ты чего здесь забыл, помощник кузнеца?! Решил помереть быстрой смертью?!" — "На втором этаже Мария, я должен бежать к ней!"
– Забудь! Девчонка сама о себе позаботиться, тем более наверху два Властителя! Если решился помочь, живо за мной вниз! Основные силы врагов врываются из катакомб!
Я бросился за ним. В усадьбе постепенно стали слышны не только боевые кличи, но уже и страдания от боли, от проколотых брюх и отрубленных головах близких тебе людей. Прибежав до катакомб, я увидел картину: семеро наших, двое которых — наши Властители, против дюжины солдат проклятых галлов! Неширокий туннель не давал им обойти нас, и мы стали сдерживать их натиск.
– Ну что, кузнец будущий? Молись и будь услышан!
– Хренов с два я здесь помру!
– А-ха-ха-ха-ха-ха! Славно! Очень славно! Мы находимся позади, их количество превосходят наши! Слушай внимательно, как только первый ряд ослабнет, мы будем их постепенно заменять до тех пор, пока все здесь не подохнем, ты понял меня?!
– Так точно!
– Наша задача — удержать противника как можно дольше, ослабить их ряды! Они нихрена не понимают в тактических действиях! А главное — Властители обязаны выжить, и мы сделаем всё для этого, слышишь, всё абсолютно!
– За короля!
– За короля!
Учитывая габариты туннеля свободно себя могли ощущать лишь трое, максимум четверо в одном ряду. Двое из Властителей были в первых рядах, но нас продолжали вытеснять назад всё дальше и дальше. Ожидая своей очереди мне оставалось лишь наблюдать, как галлы бросали все силы на продвижение вперёд, к выходу в главный зал, а первый ряд всё больше и больше тратил сил и выносливости. Один из противника набросился на одного из Властителя сломя голову взмахнув мечом. Окутанный в чёрную броню рыцарь резко среагировал и парировал бездумную атаку врага, открыв "окно" точно в брюхо. Алебарда Властителя проткнула стёганый гамбезон, ранив до бездействия. Резкий выпад Властителя обернулся взмахом орудия стороной топора в область шеи — голова была срублена, оставив на месте себя брызги алой крови. Вслед за погибшим сразу влетает следующий. То ли удача, то ли мастерство одного из галлов заставило поразить локтевую часть Властителя после его замаха. Галл, словно дровосек, мастерски исполнил свой удар топором сверху вниз, будто разрубает огромное древо напополам! Броня не была пробита, но от такой силы удара по суставу сулит крайне мало хорошего. Властителя оттянули назад и один из второго ряда заменил его. Держать алебарду Властитель уже не мог, возможно сместился сустав из-за силы удара точно по локтевой части. "Ещё немного и настанет моя очередь" — произнес у себя в голове. По правую сторону бился второй Властитель, но он был экипирован в два меча. А воин в середине первого ряда храбро сражался стандартным стилем: меч с щитом. По дисциплинарным меркам мне следовало смотреть только вперёд, оттаскивая уставших назад вставая вместо них, положившись на товарищей справа. Так нужно, чтобы не отвлекаться на другие линии атаки, а чётко принимать во внимание только свою линию обороны. Наш бравый солдат, заменивший Властителя, попытался нанести рассекающий удар в голову, но ловкий дровосек уклонился от атаки оттяжкой, сместил центр тяжести и ударил точно по мечу промахнувшего. Меч солдата был выбит из руки в сторону, открыв проход в грудь. Тогда дровосек замахнулся для второй решающей атаки. Видя это, я выбежал к солдату толкнув его в сторону одновременно парировав удар топора щитом и совершил колющий удар в живот противника. Дровосек пал на колени, а я встал на замену солдата. В меня влетает следующий варварский отброс, мой адреналин зашкаливал, понимая, что я могу умереть в любую секунду. Реагирую на удар сверху вниз меча: я присел, подставив щит над головой. Глухой звук передался мне в уши от удара меча по щиту. "Сейчас!" — с мыслью о победе наношу рассекающий удар по ногам! Противник пал на одно колено. Мой добивающая атака по шее промчалась столь же быстро, как и очередные брызги крови обагрили всё вокруг повторно.
– Кто станет следующим?!
Тут сразу двое набросились на меня. Укрывшись щитом, принимаю шквал ударов от булавы — мой щит начинает понемногу раскалываться. "Дело дрянь! Нужно сделать хоть что-нибудь!" — проговариваю почти крича. В этот момент один из наших закричал: "Осторожно, впереди лучники! Отряд! Назад! Отходим к главному залу!". "Твою мать... Да откуда они берутся?! Как они вообще сюда попали?!" — закричал я из последних сил. Тут из-за спины набрасывается на варвара тот солдат, которому я спас жизнь. Вижу, как меч его пронзает туловище врага. На него акцентируется второй с булавой — солдат отражает удар врага и совершает контратаку — очередной варвар слёг, истекая кровью. "Благода..." — не успев сказать и слова, как прилетает стрела солдату точно в шею. Его взгляд... Время будто замерло. Его стеклянные глаза, полны шока и безысходности. Задыхающийся от собственной крови солдат падает на землю, уже не ощущая себя в этом мире. Я словно замер, смотря как он умирает, оцепенел из-за понимания, что ему уже не помочь... Вдруг чувствую, как за шкирку меня потащили обратно — это был Властитель со сломанной рукой. Он будто заново вогнал меня обратно в состояние войны. Успев опомниться, поднял свой слегка расколотый щит и принялся отступать со всеми остальными.
– Живо все к выходу из туннеля!
За нами погнались вслед.
– Если выбраться на площадь, то к нам должны будут подтянуться основные силы пехотинцев!
– Верно! Они должны будут нам помочь!
В попытке тактического отступления умер ещё один солдат, ранив его стрелой в спину. Упав он на землю ближайшие к нему галлы проткнули его насквозь, продолжив погоню топча бездыханное тело. Выбравшись в главный зал мы быстро огляделись: Мария с двумя Властителями расправлялись с врагами на втором этаже. Примечательно, что враги второго этажа были экипированы в наши доспехи Эльгхема. В усадьбу забегают пехотинцы "Дальнего похода"
– Сюда! Они сейчас начнут прорываться из катакомб!
Пехотинцы быстро заняли боевое построение у выхода, теперь по местности им станет крайне трудно выходить наружу, поскольку закрученные лестницы не давали бы использовать лучников — там они станут бесполезны в ближнем бою.
– Мария! Где король?!
– Его не было в покоях!
"Двор... Нужно просмотреть внутренний двор!" — я побежал так быстро, как только мог. Забегая во внутренний двор я увидел двух человек посреди мощенной дороги, по краям которой стояли мраморные статуи ангелов с арфами и те самые крупные деревья с плотной кроной листвы под покровом ночи, озаряясь лишь лёгким светом луны. "О священник! Прошу! Смой с меня все грехи! Я хочу попасть в рай лишь за благие деяния!" — молил раненный король, истекая кровью. "Да освятит путь тебя, мой король. Сейчас я готов простить все твои грешные поступки, ведь всё теперь оплачено сполна..." Испуская последний вздох, священник закрыл своей ладонью глаза короля. Я подбегаю к священнику и к ныне упокоенному королю вплотную начиная кричать: "Что вы творите?! Какие ещё отпускания грехов?! Его ещё можно спасти, нужно перевязать раны!" Священник ответил: "Нет, он ушел в иной мир... — схватив меня за плечо развернув к себе и продолжил — И ты ему в этом не поможешь."
Вдруг потемнело в глазах, а ноги перестали слушаться. Из-за нехватки сил я пошатнулся взглянув на священника: его злорадный смех доставлял мне жуткую боль: "Пусть твоя дорога будет сожжена чертями, жалкий помощник кузнеца. Справедливость, наконец, восторжествовала." Из последних сил уста мои зашептали: "За что?.." — и тогда священник ответил: "За троюродного брата у Бе́тингимских Холмов".

***

Я проснулся в ужасно холодном поту с дикой болью в животе, будто его чем-то проткнули... "А-а-а-а-а! Черт бы тебя побрал, как же больно!" — замычал я в своей постели щупая свой живот, медленно его массируя. Боль такими темпами потихоньку ослабевала, пока не исчезла совсем. "Который час? — подумал я — И что это сейчас было?". Взглянул на часы — время полдень. "Боже, как так?! На работе начальник знатно выпилит мне мозги!" Вскочив с кровати я чуть было снова не упал. Некая слабость возникла и сразу же куда-то подевалась. "Так... Надо поесть." Вышел из спальни с лёгкой дезориентацией: "Какое же странное ощущение... — подумал я — вроде бы контролирую себя, а вроде бы как-то всё... Непонятно." Зашёл в ванну, открыл кран холодной воды, стал умываться ею чтобы быстрее прийти в себя. Сделал глубокий вдох, медленный выдох... Мне стало гораздо легче. "Интересно, что там у меня в холодильнике?" Открываю, смотрю и вижу: пять куриных яиц, около ста грамм твёрдого сыра, хлеб позавчерашней давности... "Да-а, не густо. Так, овощи вроде были внизу... — выдвигаю нижний ящик холодильника, в ней лежали штуки три морковки, пять штук картошки, пара лука и немного огурцов. — А в морозильнике должен быть замороженный фарш, купленный дня два-три назад — открываю морозильник, вытаскиваю оттуда фарш на полкило — Давно не делал я макарон по-флотски, тем более жуть как хочется кушать." С такими мыслями я принялся готовить.

Поставил чайник, чтобы вскипятить воду. Начал чистить два лука — слёз проронил немерено. Почистил одну большую морковь: обычно я через тёрку провожу её, так как тонко резать в соломинку получается отнюдь не всегда, а так морковь выдает сок и особенно в первые минуты приготовленного блюда получается очень вкусно, для меня уж точно. А фарш я обычно после покупки раскатываю слегка, чтобы потом, после морозилки, легче оттаивал. При необходимости также делю на пропорциональные части. Так как кушать хотелось довольно сильно, я нарезал себе хлеба и сыра немного — перекусил. Ну, и фарш я закинул в микроволновку на режим "Defrost" — разморозка с английского. Нарезал лук полукольцами, поставил на второй огонь казан с залитым подсолнечным маслом, да бы разгорелось. И уже потом я начал обжаривать всё, но обязательно по порядку! Вначале закинул лук. Лук должен стать золотистого цвета, но никак не коричневого! Если пережарить, то он начнёт горчить. Как только лук выдаст свой сок, я закинул размороженный фарш кусочками, чтобы мясо пропиталось соком лука — так оно становится более мягким и сочным. И уже позднее закинул морковку через тёрку, чтобы также выдал сок. Обжаривал до момента готовности, на глаз. Затем посолил и поперчил. Вся жарка дала приятный аромат, благо я перекусил... К этому времени у меня засвистел чайник. "О, вот он и вскипел" — проговорил себе под нос. Напротив холодильника в шкафу достал пачку макарон, также обратил внимание, что у меня закуплены ещё и крупы по типу гречки с рисом. Раскрыл пачку макарон, засыпаю всё в казан, ложкой выравниваю поверхность и заливаю всё кипятком, но только чтобы макароны слегка покрылись водой. Ни больше, ни меньше. Поскольку, если воды будет больше, то макароны сильно размякнут и будет уже не так вкусно. А если меньше воды — не доварятся и будут жёстче нужного. Попробовал соль у воды: "Нормально..." — затем закрыл крышку оставив казан на сильном огне минут на десять.
Пока макароны варились я сел на табуретку, захватив графин с кипячёной водой и стаканом, налил себе немного, устремив при этом взгляд в окно, задумался о чем-то... Лучи солнца пробивались сквозь тучи, пели птички. Я сделал глоток воды, как вдруг на решёточную подставку, за окном которая, прилетели два скворца. Оба взглянули на меня, а я будто прочитал их мысли: не стану ли я их гнать? Смотрел, наблюдал за ними, а они за мной. Было немного странно: вроде и хочется что-то сказать и как-то поприветствовать, а вроде, ведь, и не поймут ничего. Также, как и я, судя по их разговору на птичьем между собой. Опомнился, что резал хлеб. Отломил мякоть и взял оставшиеся крошки со стола и медленно стал подходить к окну. Как только я приблизился они улетели. "Ну, может ещё прилетят?" — подумал я. Открыл окно и высыпал хлеб на подставку, предварительно размельчив для них мякоть.
Тут зазвенел звонок по таймеру — макароны готовы! Я с большой охотой открыл крышку и стал перемешивать. Убедившись, что вода вся выкипела, я с удовольствием выключил газ и, достав тарелку с ложкой, положил себе вкусняшки! Морковный сок в первые минуты самый вкусный, мясо получилось сочным, а макароны сварены ровно так, как я хотел! Сев за стол черпнул я ложкой, как зазвенел телефон:
– Ало?
– Оторвало! Где тебя носит, скотина?! У нас отчёты горят!
– Марат Аркадьевич, прошу, снизьте тон, я...
– Я тебе ещё как снижу тон! Живо в офис, чтоб через пять минут был у меня в кабинете!
– Да я даже до остановки...
– И без всяких "даже" с "если"!
Тут он бросает трубку. "Этот мудозвон умеет портить настроение..." — пробубнил себе под нос... "Мяу!" — прозвучало за дверью. "Хм, это Рыжик?" — подумал про себя. И кошачье мяуканье снова прозвучало. Подхожу к двери, смотрю в глазок: "Действительно!" — открываю дверь и кот вбегает ко мне домой. "Ты куда побежал?! А лапки мыть?" — а мне в ответ: "Мяу-у" — и мурлыканье. Подхожу к нему, а он смотрит: то на меня, то на стол, то на меня, то снова на стол. "Вот те на! — улыбаясь воскликнул я — Не уж то учуял аромат моих фирменных макарон, мм? — сказал я с гордостью и продолжил — Сначала лапки! А потом я обязательно тебя угощу." Смышлёный кот. Взяв его на руки пошел в ванну, правда, помимо лапок я искупал его полностью. Кажется, кот был недоволен измененными обстоятельствами, но он крайне дурно пах! Я ведь не мог позволить ему оставаться грязным? "Зато чистеньким будешь, пушистеньким!" "Мяу" — коротко ответил мне. После того как я искупал его и высушил хорошенько, мы пошли на кухню. К этому времени моя тарелка макарон уже успела остыть, поэтому свою порцию я отдал коту, там как раз было побольше мяса.  Взял маленькую кружку, налил туда воды и также подставил к коту рядом с его обедом. Кот с большим рвением устремился в тарелку. То ли настолько голоден, то ли действительно настолько вкусно — я так и не понял. Тут зазвонил телефон, повторно. Поднимая трубку, сходу начинаю говорить: "Еду я, еду, Марат Аркадьевич." "Езжай скорее, если не хочешь остаться без работы — вдруг прозвучал голос Сергея — Я тебя предупредил. Директор в ярости, расчетно-кадровый сотрудник не поспевает." — тогда я ответил Сергею: "Ща сяду на такси, Серый, и приеду..." Положили трубку. "Да уж..." — вздохнул я, глядя на беззаботного кота. Почему-то взгляд на кота меня заставил невольно улыбнуться, будто тепло стало на душе, что он сейчас кушает, и что он любит меня. "Рыжик!" — окликнул его я. "Мур-р-р?" — озадаченно взглянул на меня. "Ничего, если я тебя закрою на ключ? Мне ехать надо..." — в ответ кот снова промурчал и продолжил кушать. "Веди себя хорошо!" — в спешке одеваясь воскликнул, покидая квартиру.
Вызвал такси, жуть как хочется кушать. Поездка оказалась довольно быстрой, учитывая, что основная загруженность дороги обычно по утрам и вечерам. Минут за тридцать доехали, расплатился — довольно сильно ударило по карману, так как расстояние отнюдь не близкое. Забегаю в офис, меня встречают немного запуганные глаза сотрудников. И Сергей — он отличался моим ожиданием. "Всем привет. Директор у себя?" — спросил я, понимая, что меня ждёт. "У себя" — ответил архивариус. "Ты давай там, держись" — дополнил бухгалтер по банку. "Спасибо" — кратко ответил я, идя в сторону кабинета начальника. Три стука в дверь — вхожу:
– Здравствуйте.
– Дверь за собой закрой.
Я аккуратно закрыл дверь, но смысла я в этом не видел — всё равно ор его будет стоять выше крыши...
– Какого хрена?
(Я немного удивился его тихим голосом)
– Утром плохо было, не смог проснуться по будильнику.
– Мне плевать плохо ли тебе, туго ли тебе... Я плачу тебе деньги, и я хочу видеть довольных клиентов, понял?
– Ага.
– Сейчас ты сядешь на своё место и хоть убьёшься об стенку, но работу выполнишь ровно в срок.
– ...
– Вон, из моего кабинета.
Я вышел к ребятам. Все они очень удивились, что никакого разгрома не было. Наверное, наш недалёкий в коммуникации директор удосужился понять, что криком дела не решаются. Хотя всё равно по-прежнему уважения никакого не проявляет. Его концепция — оплачивать за работу и заменить, если совершится любое, пусть даже уважительное, отклонение от графика. Замена своего рода батарейки под пульт от телевизора — директор не считает нас за живых людей. И ежу понятно, что с такой нагрузкой нам нужно больше сотрудников и квалифицированный HR-менеджер, а не ещё больше клиентов ради извлечения своей прибыли. Иначе компания сможет вскоре загнуться окончательно. Я спросил что успел сделать расчетно-кадровый сотрудник — к сожалению, ответ меня не порадовал: "Только троих успел закрыть конкретно по твоему участку. Пойми правильно, у меня на плечах мои кадры — я физически не успею тебе помочь полноценно." Я отвечаю: "Всё в порядке, спасибо большое. К тому же ты моя страховка, а не полноценный работник по расчёту. Поэтому так или иначе твоя помощь меня по-прежнему радует." Сажусь на своё место и понимаю, что оставшихся двадцать пять клиентов я успею сделать только в случае работы в офисе, а потом ещё и на дому. "Хрен с клиентами и с директором заодно. Сколько успею — столько сделаю. А дома я отдыхаю." — с такими мыслями я начал проводить отчётность по заработной плате и налогам на доходы физических лиц. Время приблизилось к шести — к концу рабочего дня. Прожурчал мой живот и, кажется, мой желудок скоро перестанет со мной дружить — я совсем забыл покушать! Даже не вышел за пирожками в нашу маленькую пирожковую, рядом с офисом. Время шесть часов вечера, все ребята сидят, что-то доделывают по своим участкам. Встаю с ужасно неудобного стула, беру оставшиеся вещи и направляюсь к выходу. "Уже уходишь?" — спросил меня Сергей. "Да, больше я здесь оставаться позднее шести часов не намереваюсь" — ответив ему закрыл за собой дверь. Мне было настолько плохо, что я даже забыл попрощаться с остальными сотрудниками. Надеюсь, они меня поймут. Выбравшись из душного офиса, я наконец вдохнул свежего воздуха вечера. Конечно, свежим его вряд-ли можно назвать, особенно вдоль главной дороги. Но это явно лучше, чем сидеть в коробке с нагнетающей атмосферой начальника. Я перед остановкой заскочил в магазин, взять себе хотя бы булочки. "По дороге я тебя слопаю и даже не почувствую..." — прозвучало в моих мыслях. Сел на остановку и принялся ждать свой автобус. Пока он приехал, я уже успел съесть купленную булку. "Чувствую слабость, скорее бы очутиться дома..." — думал я, глядя на вечерний город, переливающийся постепенно в берёзовые чащи и сосновый лес. Еле дойдя от остановки до дома, я открыл дверь. На пороге у входа, прям на коврике, сладко спал Рыжик. А я, в свою очередь, раздевшись и умывшись наконец спохватился за свои приготовленные макароны, которые давным-давно уже остыли. Подогрел — поел. И наконец я лёг в свою постель...

***
***
Я проснулся по будильнику не ощущая себя выспавшимся. "Ничего не снилось... Будто чёрный экран: закрыл глаза — открыл их, и настало новое утро — какой ужас..." Я сварил себе кофе, а Рыжик ласково тёрся об мои ноги. Кофе, к сожалению, так и не помог взбодриться. Покормив кота и позавтракав сам, я уехал на работу. Сев в автобус, кажется, я успел вздремнуть — я не заметил, как доехал до офиса. А чувство усталости меня не покидало. Поднявшись к сотрудникам и поприветствовав их я извинился, что вчера вот так молча ушёл не попрощавшись. "Ты чего? Вообще не парься об этом..." — ответили чуть ли не хором. Сел на этот грёбаный стул, включил этот грёбаный компьютер, и снова принялся за эти грёбаные отчёты... Я будто засыпал во время работы. Сергей меня всё окликивал, видя, как я засыпаю на рабочем месте. Вчера я успел закрыть четыре отчёта, учитывая, что приехал я примерно к двум или к трем часам дня. Но сегодня... Как же я хочу спать. Из-за невнимательности приходится переделывать то, что я прописываю и высчитываю. На обеденном перерыве я достал свою посуду с макаронами — принялся за трапезу. Меня о чём-то спросили коллеги, кажется, про усталый вид или про жизнь в целом — не стряслось ли чего? Но я, по-моему, промычал в ответ сонно доедая свои макароны... Снова сел за отчёты. Снова где-то что-то не сходится, снова перепроверил... Из-за таких махинаций за весь рабочий день мне удалось закрыть пять отчётов.
Вернувшись домой кот словно ожидал меня. Открыв дверь, он, встречая и приветствуя меня, будто бы сказал, что сегодня пойдет к себе, меж проёмов этажей. Я немного удивился, но задерживать не стал. Самому же до ужаса хотелось спать... Но и также довольно сильно хотелось поужинать для начала. Прежде, чем пойти на остановку я прикупил хлеба и ещё пачку куриных яиц — скоро макароны закончатся, а из глобального готовить не было сил, поэтому взял ингредиенты для гренок. Ну, и также прикупив колбасы. Поужинав, я сразу принялся их жарить. Немного посолил взбитые яйца, нарезал хлеба, налил в сковородку масла... Обмакивая хлеб я принялся жарить. Пожарил, к слову, довольно быстро. Оставил их на столе, помыл посуду и лег спать...

***
***

Я проснулся вновь убитым. Никаких снов, никакого отдыха... Я опять как будто закрыл и открыл, мать его, глаза! Нервозность подступила быстро. Меня слегка успокоили уже готовые гренки на столе и чай зелёный, потому что кофе... он перестал мне помогать. Позавтракав, я вышел из дома, дошел до остановки, дождался автобуса, сел в него, доехал снова до работы... Я снова внутри этой душной коробки. "Снова отчёты... Снова, снова и снова! Да я, небось, в день сурка попал?!" — мои мысли бушевали внутри меня. "Опять и опять, да сколько можно? — мои мысли не успокаивались, но я взял себя в руки, как только мог — Так. Ладно, спокойнее... Я сделаю все эти отчёты за раз и перестану мучиться. И только попробуйте меня отвлечь!" — проговорил я, снова же, в себя. Странно, ведь из сотрудников меня никто и не теребит, поскольку у всех свои задачи и они также загружены по максимуму. Испытывая дикий стресс в работе мой организм работал на износ. Но в этом был и некий плюс: повышенная внимательность, ускоренное заполнение отчётов... Только нервы играли в злые шутки. Кажется, с меня тек пот от горячей работы. Или мне просто показалось? Не знаю... Однако шесть отчётов я уже выполнил за первую половину дня — и это здорово. Время близилось к обеду: "Война войной, а обед по расписанию..." — проговорил я вслух себе под нос. "Верно подмечено!" — улыбаясь ответил архивариус. Открывается дверь начальника, издается голос: "Расчетчик, ко мне!" — меня словно переклинило: "Чё надо?! Я сейчас буду обедать по расписанию!" — в офисе настала гробовая тишина, даже перестали нажимать на клавиши клавиатуры. Из-за двери медленно выходит директор с крайне мерзким выражением лица. "Что ты сейчас сказал? А ну повтори!" — уже более грозным голосом разбрызгивая слюнями потребовал директор объяснений. "Я сказал, что я сейчас иду кушать и мне начхать на твои требования во время обеда!" — после моих слов директор сначала побледнел от высказанного мною, а затем заметно покраснел от напыщенности. "Мразь! Да как ты вообще себе позволил обращаться со мною так, ты всего лишь жалкая блоха по сравнению со мной!"
– Блоха?! А-ха-ха-ха-ха-ха! Иди к чёрту, Марат! Сам и заполняй свои поганые отчёты — я увольняюсь!
– Больно ты мне нужен, бестолочь!  Пошёл вон с моего офиса!
– И подавно!
Я развернулся к своему столу обратно взяв все эти бумаги и бросил их как можно выше, швырнув их в разные стороны: "Всегда мечтал сделать это" — подумал я и немного воодушевился. "Собрал все бумаги, живо!" — директор уже, на мой взгляд, стоял помидором. Но я не стал уже ему как-то противоречить, а только собрал свои вещи, положил всё в рюкзак и вышел из офиса хлопнув дверью как можно сильнее, чтоб все слышали.
Вышел я на улицу... Время обеда, поэтому первым делом спокойным шагом, не спеша, дошел я до нашей пирожковой. Открыл контейнер — благо прибор тоже ношу с собой — и начал кушать... Блаженство, когда никуда не спешишь, а спокойно обедаешь... Я оглянулся по сторонам. Все люди куда-то спешили, предпринимали какие-то действия... На дороге стоял такой шум: говор торговцев, звуки автомобиль, телефонные звонки разных людей с портфелями, голоса детей, споры двух лавочников... Слушая всё разом — белый шум. Я взглянул на небо: на небе ни единого облачка, лишь палящее солнце и птицы, пролетающие сверху над головами маленьких людей. На миг я позабыл обо всём, о чём только можно было позабыть. Ну, а далее: покушал сытно макарон, купил себе гранатового сока и решился прогуляться. Я завернул в какой-то двор и просто шёл вперёд, не оглядываясь тихим шагом. Шел я по неизведанной дороге, куда-то вдаль потому, что захотел. Думал я о чем-то — о чем-то совсем неважном... Так бы и продолжил идти вперёд, если бы не наткнулся на маленькую девочку, перегородив мне дорогу. Маленькая девочка журилась, глядя мне в глаза, кажется, от лучиков солнца. Я немного приспустился к ней и ласково сказал: "Привет!" Она всё стоит и смотрит на меня, а потом неожиданно говорит: "Дяденька! Я хочу пить! Отдайте мне пожалуйста попить!" Меня немного удивила её прямота без стеснения или боязни. "Ну держи!" — ответил я с улыбкой. Маленькая девочка, максимум лет пяти, довольно радуясь взяла маленькую бутылку гранатового сока и с удовольствием сделала несколько глотков. "У-у-у-у-ух! Очень вкусно! Спасибо!" — поблагодарила меня, будто целую бочку сока выпила. "Всегда рад!" — ответил я ей. Тут зазвонил мой телефон:
– Ало?
– Ну как ты?
– Лучше некуда, Серый. Я чувствую себя наконец свободным.
– Ты ему, конечно, здорово показал куськину мать! Так ему и надо!
– Еще бы...
– Да-а... Мы тебя точно не забудем. А что, собственно, собираешься делать теперь?
– Пока отдохну неделю, может две. А там найду себе работу поспокойнее...
– Мы завтра видимся, ты не забыл?
– Точно! Я ведь обещал тебе ноль-пять Жигулёвского, хитрый жук!
– И пиццы!
– И пиццы...
– Ну тогда давай, до завтра?
– До завтра, Серый.
Сбросив трубку я обнаружил, что девочка куда-то пропала. Я осмотрелся по сторонам: детская площадка? — нет; поляна? — и там её нет... Поворачиваю голову направо — девочка сидит на корточках прямо на дороге и чертит мелом что-то на асфальте. Я хотел было окликнуть её, но, откуда ни возьмись, из-за угла появляется легковушка и мчится по этой самой дороге, где сидит маленькая девочка! Я бросился к ней что есть силы. Такого быстрого старта у меня не было со времён школы, при забеге на короткие дистанции. Страх, что девочку вот-вот собьёт неизвестный пьяный лихач, окутал меня с ног до головы. Лишь в последнее мгновенье мои руки отталкивают девочку в сторону. Но и в это же мгновение мне показалось, что я стал ближе к небу... В моих глазах всё перевернулось, и не раз. Закрыл глаза свои. Закружилась голова...

***

Темно... Мне с трудом удаётся приоткрыть глаза. Вижу тусклый, но и в то же время теплый свет слева от меня. "Где я?" — спросил я вслух. Зрение моё слегка расплывалось. Кажется, я на лежал на кровати. "Мур-р-р-р" — я обратил внимание и еле разглядел — у моих ног лежал рыжий кот. Вдруг услышал топот — он становился громче и громче, пока наконец я не разглядел силуэт в другом углу комнаты. Силуэт заглянул, а затем будто снова спрятался. Я услышал очередной топот, но только уже быстрее: то от меня, то наоборот ко мне... Я откинул голову обратно, смотря в потолок. "И снова кто-то идёт..." Я приподнял голову снова: вижу двух человек. Один, кажется, в платке. У другого человека за спиной виднеются два клинка. Зазвучал знакомый голос девушки: "Лекарь..." В ответ ей отвечают наперёд: "Да, Мария, он будет жить. Помощник кузнеца из Коридора Железных Ремесленников, наконец, проснулся."