Глава 5
Наталия
Боже, как же мне плохо.
Голова раскалывалась, а все мышцы ныли. На подушке расплылось мокрое пятно — должно быть, я полночи пускала слюни. Не поднимая головы, я оглядела номер и заметила на полке в углу свой чемодан… господи, я даже не помнила, как вернулась сюда. Блин. Радовало одно: я все-таки находилась в своем номере, а не в соседнем. Я стала вспоминать события вчерашнего вечера. Как поймала букет, а Хантер — подвязку, как его рука пробралась мне под платье.
О боже. Несмотря на отвратительное самочувствие, воспоминания все равно что-то пробуждали во мне.
Я помнила, как мы вчетвером — я, Анна, Дерек и Хантер — пошли в бар. Как Хантер поднял тост за три самые необходимые вещи в жизни: полную чашу, верного друга и красивую женщину — а также за мужчину, у которого все это есть. Как Анну и Дерека позвали фотографироваться, а Хантер заказал нам еще выпить и принялся рассказывать об их с Дереком детстве. Он определенно обладал талантом очаровывать, но в том, как он говорил о своем друге, было что-то особенно подкупающее.
А после этого наступал провал в памяти. Я хоть убей не помнила, как ушла со свадьбы и оказалась в отеле. Дотянувшись до тумбочки, я взяла телефон и проверила время. Проклятье. Было почти десять утра, а мой самолет улетал в час. Только я собралась вытащить свою задницу из кровати, как меня остановил какой-то шум.
Он напоминал храп.
Храп с глубоким вибрато.
Лежа на боку, я повернула голову к источнику звука.
И, обнаружив его, замерла.
Застыла.
Я была абсолютно уверена, что мое сердце пропустило удар или два.
Спиной ко мне лежал мужчина. И по ширине его плеч было понятно, что это не просто какой-то мужчина. И все же мне нужно было убедиться наверняка. Затаив дыхание, я приподнялась над его крепким телом и заглянула в лицо. Как только я узнала Хантера, он снова всхрапнул, и я соскочила с кровати. Взяв себя в руки, я замерла, чтобы не разбудить его.
Твою ж мать. Во что я вляпалась?
Я прошла на цыпочкахв ванную. Мое сердце часто стучало, а мозг отчаянно пытался припомнить события вчерашнего вечера — хоть что-нибудь, связанное с Хантером в моем номере.
И во мне.
Это было хуже моей самой ужасной попойки в колледже. Как я могла ничего не запомнить? Ответ подсказало мое отражение в зеркале — я выглядела, как самый настоящий мертвец. Пучок, в который были забраны мои черные волосы, наполовину распустился из-за выпавших шпилек. Светлая кожа была бледнее обычного, а зеленые глаза опухли и покраснели.
Я решилась опустить взгляд пониже. На мне была футболка и штаны от пижамы, но еще — трусики и бюстгальтер. Я забыла о том, что не помню, как переоделась. Возник новый вопрос: почему я одета? Если я снимала бюстгальтер, то больше не надевала его, не говоря уж о том, что своего тела я не стеснялась — в мои привычки не входило полностью одеваться после ночи страсти.
Существует ли вероятность, что мы спали вместе, но у нас не было секса?
Я засунула руку за резинку пижамных штанов и провела ею меж бедер. Дискомфорта не ощущалось, но это еще ни о чем не говорило — возможно, у гиганта, который спал в моем номере, были, несмотря на его комплекцию, умеренные размеры, или он оказался нежным любовником. Ни то, ни другое не казалось правдоподобным.
Я проверила урну на наличие презервативов — ничего. Висящими на вешалке полотенцами мы, кажется, тоже не вытирались. И все-таки я выглядела так, будто у меня была ночь дикого и безумного секса...
К сожалению — или к счастью, — времени на переживания о случившемся у меня не было. Если через пятнадцать минут я не выеду в аэропорт, то пропущу свой рейс.
Я наскоро приняла душ, вытерлась и на цыпочках прокралась к чемодану. Потом собрала свои вещи, но злополучной подвязки, которая была во всем виновата, нигде не нашла. Я огорчилась — ее хотелось оставить на память.
Хантер все еще крепко спал. На самом деле теперь он храпел громче и чаще. Я быстро оделась, забрала волосы в хвост и нанесла на лицо увлажняющий крем, после чего засунула все в чемодан.
Я уже собиралась выскользнуть в коридор, когда вдруг решила, что мне все-таки надо узнать, что случилось. Оставив чемодан у двери на случай, если придется спасаться бегством, я подкралась к спящему Хантеру.
Ну конечно. В отличие от меня, он выглядел утром так же хорошо, как и вечером. Я секунду полюбовалась им. Его медно-каштановые волосы растрепались, но почему-то казались еще сексуальнее, чем вчера, когда он был аккуратно причесан. Закрытые миндалевидные глаза — пронзительно голубые, если я верно запомнила — были обрамлены густыми ресницами.
Тихое размеренное похрапывание возобновилось, поэтому я глубоко вдохнула и шагнула вперед. Мне было необходимо увидеть, что скрывалось под одеялом. Выше талии Хантер был обнажен, но что было ниже?
Еще один шаг.
Я снова замерла. Всмотрелась в его лицо и сделала заключительный шаг. Хантер по-прежнему был в отключке. По крайней мере, так мне казалось...
Взявшись за краешек одеяла, я очень осторожно приподняла его. Затем наклонилась и заглянула внутрь.
Ох, ни хрена себе.
Хантер был в боксерах.
Но… с утренней эрекцией — нижнее белье обтягивало внушительный бугор. Не может быть, чтобы этот инструмент побывал во мне. Иначе сейчас я бы ощущала хотя бы небольшой дискомфорт.
Испытав облегчение (к которому примешалось какое-то странное щемящее сожаление), я снова накрыла Хантера одеялом и начала было отступать… Но внезапно его большая рука поймала меня за запястье.
— Ты вспомнишь, сладкая. Уж поверь. — В хрипловатом голосе слышались нотки веселья.
— Я... я кое-что искала.
Он выгнул бровь.
— Да? И что же?
— Свою туфлю.
Уголок его губ дрогнул.
— И какого она цвета?
Я со скрипом принялась вспоминать, какие туфли взяла с собой.
— Черная, а спереди — серебряный ремешок.
Хантер посмотрел на мои ступни. Черт.
Затем снова посмотрел мне в глаза.
— Нашел.
Избегая пристального взгляда Хантера, я уставилась на свои ноги. Которые были в туфлях.
— Ой. Я такая глупая. Проспала и не соображаю, что происходит. Мне нужно бежать, иначе опоздаю на рейс.
Я попыталась высвободиться, но он сжал мою руку крепче.
— Ты никуда не уйдешь, пока не сделаешь две вещи.
— Какие?