Глава 8
Наталия
Я начала было спускалась в метро, но тут у меня зазвонил телефон. Увидев, что это Анна, я снова вышла на улицу, чтобы не потерять связь. Я не особенно спешила домой.
- Здравствуйте, миссис Уинер2.
Она вздохнула.
- Ты когда-нибудь начнешь произносить мою новую фамилию без подтекста?
- Я бы на твоем месте не сильно на это рассчитывала. Поверить не могу, что ты отказалась от Анны Б. Гудвин в пользу Анны Б. Уинер.
- Я пропущу твое брюзжание мимо ушей, поскольку пребываю в свадебной неге.
- Брюзжание? Уже переняла чопорный лексикон своего новоиспеченного мужа?
Анна рассмеялась.
- Мы едем в аэропорт на наш рейс в Арубу, но мне нужно кое-что тебе рассказать.
- Что такое?
- Хантер уламывает моего мужа поделиться твоими контактами. Он сказал, что ты якобы дала ему номер, но опечаталась. Это так?
- Не-а. Я дала правильный номер... для связи с Иден.
- С Иден? Только не говори, что в двадцать восемь лет по-прежнему раздаешь номера секса по телефону?
- Разумеется, нет.
- А кто такая Иден?
- Она работает в эскорте, и так уж получилось, что у нас очень похожие номера телефонов.
Анна вздохнула.
- Я так понимаю, ты не хочешь, чтобы у Хантера был твой номер?
- А смысл? Он бабник, живущий за три тысячи миль от меня.
- Согласна. Но он хороший парень, и мне показалось, что между вами проскочила искра.
- Подобные искры приводят к взрывам.
- Ладно. Дерек не даст твой номер... хотя Хантер умоляет его вот уже несколько дней. - Она выдохнула. - Как дела у Иззи? Понравилось ей неделя у бабушки?
- Она заявила, что больше никогда к ней не поедет. Противно признавать, но мне стало чуть легче от мысли, что бабуля со стороны отца нравится ей не больше меня.
- Вам обеим был необходим этот перерыв.
Моя падчерица Изабелла жила со мной два года. Или, если быть точной, три, поскольку мы с Гарретом взяли над ней полную опеку, когда его бывшая жена умерла от рака. Иззи осталась без матери, когда была в седьмом классе. А в середине восьмого - а именно 31 октября - потеряла и второго родителя. Его, впрочем, забрала не болезнь. Во время вечеринки в честь Хеллоуина моего мужа арестовали за создание в своей инвестиционной компании финансовой пирамиды. В момент задержания он был в пиратском костюме. Какая ирония.
- Соглашусь. С тех пор, как я вернулась домой, она ведет себя ровно. Однако скоро это изменится. В воскресенье день посещений. Обычно после визита к отцу она вредничает не меньше недели. А в этом месяце я написала ему письмо и попросила сказать ей, что в следующем году она не сможет ходить в частную школу, поскольку ее обучение там мне не по карману. Поэтому она будет в особенно дурном настроении.
Наши ежемесячные паломничества на север всегда были сложными. Так как в штате Нью-Йорк несовершеннолетним не разрешалось посещать заключенных без сопровождения взрослых, мне приходилось видеться с бывшим мужем из месяца в месяц лишь ради того, чтобы приемная дочь, которая меня ненавидела, могла навестить своего отца.
- За то что ты каждый месяц возишь ее, тебе гарантировано место в раю.
- Надеюсь, что нет. Без тебя там будет одиноко.
Анна рассмеялась.
- Мне пора. Мы приехали.
- Отличной поездки! Не залети! Я еще не готова стать тетей.
- Сказала женщина, у которой под опекой пятнадцатилетка.
- М-м... потому и прошу: предохраняйся!
- Люблю тебя. Позвоню, когда вернемся.
- Тоже люблю тебя, Анна Б. Уинер.
***
- Миссис Локвуд? - окликнул меня тюремный охранник, не отрывая глаз от планшетки.
Я повернулась к Иззи.
- Готова?
Она вытащила из ушей наушники и пошла забросить их в шкафчик. Если я всегда оставляла запрещенные предметы в машине, то Иззи не могла обойтись без наушников даже то короткое время, пока мы ждали, когда нас пустят к ее отцу. И не дай бог мне было хотя бы заикнуться об этом. Как и большинство ее сверстников, она не вынимала эти штуковины из ушей двадцать четыре часа семь дней в неделю.
Я подошла к сержанту, которого прежде не видела.
- Я Наталия Росси, навещаю Гаррета Локвуда. Вы называете меня миссис Локвуд, но теперь моя фамилия - Росси.
Он просмотрел бумаги.
- В списке одобренных посетителей указано: Наталия Локвуд, жена. Вы не она?
- Да. Ну... нет. Была женой в первые визиты, но сейчас мы в разводе, и теперь меня зовут Наталия Росси - как на правах, которые я вам показала.
- Вам стоит попросить заключенного обновить список имен.
Я уже просила. Всякий раз, когда приходила. Но придурок отказывался вписывать меня с девичьей фамилией.
- Может, я могу заполнить какую-нибудь форму сама?
- Только заключенный может запросить обновление списка.
Просто замечательно. Ладно, плевать.
- Я бы все равно оставила фамилию Локвуд, - раздался из-за спины голос Иззи. Я не заметила, что она вернулась от шкафчика. - Уж получше, чем Росси.
Я прикусила язык, чтобы не возразить, что даже фамилия Уинер намного лучше фамилии этого лживого вора. Мы с Иззи прошли в помещение, где находилось еще несколько посетителей, и вскоре нас отвели в комнату для свиданий. Гаррет уже сидел за столом. Увидев нас, он поднялся и улыбнулся ослепительной улыбкой, которая лишила его инвесторов миллионов, а меня - трусиков и достоинства.
Пока мы шли, его взгляд был прикован ко мне, хотя его дочь чуть ли не бежала ему навстречу. Она коротко обняла его, что разрешалось делать в начале и в конце посещения. В этот момент в ней проявилась та уязвимая девочка, которой она в действительности и являлась. Иззи изо всех сил старалась казаться сильной и вести себя так, будто ей на все наплевать, но внутри нее по-прежнему жила маленькая девочка, потерявшая и мать, и отца. Она боготворила Гаррета даже с учетом всего, что он сделал.
Когда Иззи выпустила его из объятий, он потянулся ко мне. Я отступила назад и кивнула.
- Здравствуй, Гаррет.
Он нахмурился.
- Привет, Нат. Выглядишь роскошно.
- Схожу за водой. Иззи, тебе что-нибудь принести?
Отвечая, она даже не удосужилась взглянуть на меня.
- Нет.
По правилам несовершеннолетнего должен был сопровождать опекун, однако от меня не требовалось сидеть за одним столом с бывшим мужем. Я находилось здесь ради его дочери, пусть она и не ценила моих ежемесячных жертв. Подойдя к торговому автомату, я купила бутылку воды и села за свободный столик в другом конце помещения.
В течение часа я несколько раз косилась в их сторону, проверяя, как Иззи. Меня раздражало, что мой взгляд на мгновение задерживался на лице Гарретта. Даже после двух лет тюрьмы, с бледной кожей и темными кругами под глазами, он по-прежнему оставался невероятно красивым мужчиной. Но на своем горьком опыте я усвоила, что красивое лицо ничего не стоит, если у человека безобразное сердце.
Когда охранник объявил, что время посещения подходит к концу, я подошла к Иззи. Я могла бы подождать ее у двери, но мне не хотелось, чтобы она уходила в одиночку.
Гаррет использовал каждое приветствие и прощание для манипуляции мной.
- Иззи, могу я поговорить с Нат наедине? Нужно обсудить один финансовый вопрос.