Лишних мест нет в лиге легенд.
Маленький мальчик верил в удачу
Он в комнате прятал секреты
Пусть мама не плачет, мы станем богаче
Прошу, не ищи сигареты
Дырявые кроссы, об стену кулак разбиваю
Верил, всё сбудется
Всё точно наладится
Или забудется.
Так нужна одобрения игла. Каково ей, перфекционистке, возвращаться с нулем из ниоткуда? Слушать утешения и ободрения родителей, греться в их объятиях, когда она не в силах даже объяснить толком из-за чего ушла из магического мира, о котором взахлёб рассказывала им каждые каникулы. Разломив пополам палочку в кабинете Министерства, вышла из него, расписавшись в принадлежности другому миру, жизнь в котором нужно ещё догнать. Сменив мантию на джинсовку, смогла затеряться в толпе, это несложно. Теперь бы только в голове трансфигурацию заменить на физику, заклинания на алгебру, и можно строить планы.
Да какие, нахрен, планы, Грейнджер? У тебя жизнь обрушилась, похоронив под собой мечты, знакомства, перспективы, знания, шесть твоих грёбанных лет, так поплачь хоть спокойно посиди, выдохни. Подумать только! Гермиона, пай-девочка, староста, за всю жизнь не произнесшая ни одного матерного слова, та что за свои семнадцать лет ни разу даже не целовалась, зато знала наизусть половину библиотеки Хогвартса не вышла всего-то кровью! Тебя только что победили обстоятельства, от которых ты отбивалась с первого курса. Се ля ви.
Стук в окно застал её на полу среди колдовских учебников в слезах и дырявых колготках. Размазав тушь по щекам, Гермиона открыла окно и глянула в ночь. Прошибло дрожью страха, когда на её руку на подоконнике легла чужая ладонь.
- Спрыгнешь ко мне?
Всего лишь Рон. Гермиона выдохнула и улыбнулась, за два дня дома ей начало казаться, что волшебный мир ей приснился. Она села на подоконник и прыгнула на аккуратный газон рядом с другом.
- Что ты здесь делаешь? Как ты вышел из школы? – взволнованно спросила Гермиона, хватая его за руку, и заметила за спиной рыжего рюкзак. – Что ты задумал, Рон?
- За тобой ушёл, - просто ответил Рон, присаживаясь на скамейку в саду.
- Я не понимаю… - растерянно пролепетала Гермиона и присела рядом.
- «Через десять лет у каждого брата по хате», - усмехнулся Рон грустно. – Так мы мечтали в детстве. Все силы на сегодня, надежды на завтра. И цель даже не в том, чтобы встать вдруг богатым, просто хочу, чтобы мама больше кнаты не считала, выбирая какую бы дыру заткнуть в первую очередь. Эта мечта и раньше была не особо реалистична, а теперь и вовсе несбыточна. С нынешним режимом Предатели Крови выше грязи не поднимутся. Мы молоды, Гермиона. Какие мне тусовки, третий год в одних кроссовках. Окей, мы просто играем в жизнь. Попытаю счастья здесь, меня там теперь ничего не держит.
- Теперь? – эхом повторила Гермиона.
- Теперь. Когда ты здесь.
Гермиона отвернулась, скрывая смущенную улыбку. Никогда не задавай вопросы, на которые не хочешь получить ответы. Темнота не терпит фальши. Ночь – время откровений, всего, что на душе осело грузом, дожидаясь разговора с тем самым, кто достоин.
- А как же твоя семья?
- Братья уже нашли своё место в жизни и помогут родителям в случае чего, да и Джин умница не пропадет. А я… - чиркнул спичкой и прикурил, - всё равно был скорее обузой, чем надеждой на счастливую старость.
- Они тебя любят, Рон. И будут очень скучать, - возразила девушка.
- Я ж не из жизни ушёл, - хохотнул Рон. – Как всё образуется, загляну в гости, а может они ко мне.
- Выходит, мы бросили Невилла там одного, - улыбка на лице Гермионы погасла.
- Он не один. Давно, - выдохнул дым Рон.
- С чего ты взял, что он теперь с ними? Из-за Юли?
- Они уже почти друзья, - кивнул Рон и пожал плечами. – Ты просто не знаешь чистокровок, Гермиона. То, что они пришли на ту встречу - большой знак симпатии.
- Считаешь, он перейдет на их сторону? Станет Пожирателем? Наш Невилл?
- Уже нет никаких сторон, Гермиона. Война проиграна, осталось только торговаться. Невилл и то, что осталось от светлой знати сторгуются и соломки народу подстелют, обойдутся малой кровью. Это уже не наши проблемы.
Слезы опять подкатили к глазам, и Гермиона уткнулась носом в плечо Уизли. Он обхватил её за плечи большой рукой, прижал к себе и вздохнул, глядя на звезды.
- Ты ведь понимаешь, что тебя в нашем мире просто не существует? – шепотом спросила Гермиона.
Рон чмокнул её в макушку и прижался к её голове щекой, не видя, но чувствуя чужую улыбку.
- Разберёмся.
***
- Малышке Грейнджер повезло, что она такая посредственность, что может всё бросить и уйти.
- Рон ушёл за ней. Джордж прислал письмо сегодня.
- Надо же. Мусор сам себя вынес.
- Они мои друзья, и я вымыл бы тебе рот с мылом, но, как ни странно, ощущаю облегчение, - задумчиво поводил пальцем по губам Невилл.
Они сидели в Выручай-Комнате у горящего камина в Юлиных духах и раздумьях. Невилл приходил к переосмыслению некоторых вещей резко, будто шоры с глаз сняли. Но на самом деле, это всё было в нем, только тщательно прорафинированное Дамблдором, Гриффиндором, светом. Он ненавидел Волан-де-Морта просто за то, что он Волан-де-Морт, ни разу не присмотревшись к тому, за что он воюет, за что убивает и что ему говорит. «Нет добра и зла, есть лишь сила» сказанное ему однажды на Турнире Трех Волшебников заиграло смыслом лишь сейчас, когда ему всё тщательно разжевали. Его победили. Ему пиздец.
- Ты сказала, что я милый. Не ведись на бэби-фэйс, - произнес Невилл, глядя на огонь, когда Юля положила ему голову на плечо, подкравшись сзади.
- О чем думаешь?
- О том, что, кажется, начатое – не всегда хорошо завершать. Зависеть от кого-то – доля мало притягательная, но, выходит, неизбежная.
- Либо ты умираешь героем, либо живёшь до тех пор, пока не станешь негодяем, - шепнула ему на ухо Юля. – Переходи на сторону зла, у нас есть печеньки.
Невилл ухмыльнулся и повернулся к ней, перекинув ноги через спинку дивана. Вдохнув запах волос, скользнул руками с талии в задние карманы джинсов Долоховой, прижимая к себе бедрами. Шекоча дыханием шею, чувствует, как Юля подаётся грудью ближе, поворачивая голову, мажет губами по его скуле.
- Иди ко мне, солнце. Расплетай косы.