Следующий этап
«Каждый живет, как хочет, и расплачивается за это сам».
Оскар Уайльд
I
Головная боль. Именно это я сейчас чувствую. Я проснулся пару часов назад и ожидал завтрак. Голова трещит по швам, становится тяжело думать. Да и погода за окном совсем не радует. Время близится к осени. Листва теряет свой приятный зеленый облик. Вид за окном уже удручал меня, а не радовал.
То состояние, которое я испытал при расставании с Гелей, было почти самым ужасным, что я чувствовал. Сейчас я оглядываюсь на эту историю все же с позиции ностальгии, а не грусти. Действительно приятно вспомнить себя юным. С этого момента много воды утекло.
Сейчас я сижу на своей кровати, если ее так можно назвать. Она очень неудобная, я часто просыпаюсь ночью. Но просыпаюсь не из-за постели. Кошмары. Они мучают меня практически без конца. В них часто присутствует Ян и многие другие, как-либо связанные с историями, которые я излагаю. Интересно, когда он снова меня навестит. Я рад, что у меня есть такой замечательный друг. Именно он вытащил меня из депрессивного состояния. Прогулки с ним вдохнули в меня жизнь, помогли не свалиться в пропасть тьмы, выхода из которой нет. Я ему очень благодарен, но при этом я понимаю еще кое-что. Я перед ним виноват. Но почему? Не могу вспомнить. Возможно следующие эпизоды из памяти помогут вспомнить, что же заставляет меня винить себя. Винить в чем? Вот хоть убейте, не могу вспомнить. Вот прям никак.
К слову, есть еще один момент, за который я должен благодарить Яна. Именно этот эпизод я хотел бы вспомнить. Он был практически сразу после моего возвращения из лагеря. Во время одной из прогулок он рассказал мне, что Дарина...
II
- ...рассталась с парнем. А ты не слышал?
- Да какой уж там. Я ж в лагере был. Да и вообще мне как-то не до этого было.
- Ну я понимаю, поэтому и рассказываю тебе. Ну ладно, давай по домам. Поздно уже, а мы что-то засиделись сегодня.
- Ага, есть такое. Уже почти десять. Знаешь... Я должен сказать тебе спасибо за... за то, что ты помог мне оправиться от разрыва, - в моих словах чувствовалась неуверенность. Я тогда был не совсем уверен, что сейчас говорю Яну. Я еще не совсем оправился, слишком сильной была та боль (но не та, что ждет впереди).
Как и было оговорено мы разошлись по домам. Моя темная комната в тот вечер давила на меня с утроенной силой. С родителями я особо не общаюсь. Так, заходя, перекидываемся парой слов.
- Опять допоздна со своим этим Яном гулял. Слушай, а тебе не кажется, что пора что-то изменить. Ну там носить нормальную одежду. Прическу мужскую сделать. Пора бы уже вырасти. Артур, ты меня слушаешь? – Бабушка повторяла эту мантру чуть ли не каждый день. Я уже свыкся с мыслью, что меня никто из родителей не понимает.
- Мать где?
- Она на сутках. Дома надо почаще бывать.
- Так сегодня у нее был выходной.
- А ее вызвали. В общем мне надоело как-то тебе что-либо говорить, я спать. Еда в холодильнике.
Она ушла к себе в комнату, продолжая что-то бурчать про меня.
С самого детства мне пришлось свыкаться с тем, что я не являлся чем-то действительно важным для своих родителей. Своего отца я лишился совсем недавно. Он просто ушел от нас. Мать из кожи вон лезла, чтобы обеспечить меня хотя бы базовыми вещами. Целыми днями она пропадала в больнице. Это отступление я делаю не с целью вызвать к себе жалость. Это нужно лишь для разъяснения ситуации, происходящей у меня в доме. Надеюсь, оно хоть немного поможет разобраться в мыслях, царящих сейчас в моей голове (да я и сейчас не совсем владею собой, что-то резко и больно укололо меня) ...
Я сидел довольно долго на стуле в практически полной темноте. Лишь потускневшая лампочка в лампе, которая давно требует замены, хоть как-то разбавляет черный цвет, таящийся на стенах, полу и потолке. Время уже давно за полночь. Пересилив себя, я все же смог лечь в кровать. Уснул я моментально, видимо стресс, который два дня не давал мне спать, отступил. Сон, которой мне приснился, был просто отвратителен. Его мне не забыть. По прошествии лет мне он казался все более понятным до определенного момента. Этот момент – сейчас, прямо сейчас. Я будто уже забыл про него. Сам сон помню, но почему конкретно его я помню так отчетливо - нет.
III
Гнетущий кошмар
Время близится к вечеру. В голове одно - смерть. Смерть той, кто отверг меня. В рюкзаке уже все необходимое. У меня предчувствие, что она находится в лесу. Выходя из дома, я чувствую решимость, а вместе с ней и ненависть. Пути назад просто нет. Я бы в любом случае выбрал бы именно этот вариант. По-другому нельзя. Мысли в голове рвут меня на части (а может не стоит так поступать?) и не дают соображать трезво. В данный момент я уже не владею собой.
Я подошел к лесу. Да, к тому самому лесу, в котором я часто проводил время в приятной компании. Она уже ждет меня. Все предрешено. Но погодите, что-то неправильно. Она абсолютно одна (а где Ян?). Это была приятная неожиданность. Все идет не по плану. Я споткнулся об какой-то пакет. Тут же я вспомнил, почему она тут одна. Так даже лучше. Никаких проблем. Хоть и я начал разговор, но лишь потому, что хотел попрощаться. Дать ей возможность сказать последние слова в этой отвратительной и бессмысленной жизни. Порой мне кажется, что некоторые люди просто слишком глупы, поскольку не могут понять это истину. А истина в том, что жизнь не имеет смысла. Лишь ценности. Мы их растим в себе годами. Со временем некоторые меняются, некоторые исчезают, а некоторые, самые важные, остаются, чтобы завершить свой путь вместе с вами. Иногда случаются моменты, когда мы затыкаем уши и, не слыша эти ценности, делаем самые необъяснимые поступки, которые нам не свойственны. Такое может случиться с каждым, и никто не застрахован.
Именно это сейчас происходит со мной. То, что я сейчас сделаю, никак нельзя назвать ценностями. И все же где-то в глубине души я рад, что их не слышу сейчас. В данный момент они только мешают, делают слабым.
Я не стал дослушивать ее, по середине разговора я схватил ее за горло, тем самым перекрыв доступ воздуха. Она сопротивлялась пару минут, прежде чем перестала двигаться навсегда. Далее я достал из рюкзака нож и начал резать тело. Затем я достал керосин и спички, облил лицо и, разумеется, поджог. Яркое пламя пылало пару минут, затем я его потушил. И вот осталось скинуть ее в канаву...
Я открыл глаза. Весь в холодном поту. Это был самый страшный кошмар моей жизни. Радует, что это все мне лишь приснилось. Ведь так?
IV
После той странной ночи прошла неделя. Уже начинался учебный год. Я стал реже гулять. В основном мой день был очень прост. Утром я шел на учебу, отсиживал свое наказание в размере семи часов (а иногда и восьми) и направлялся домой. Если это была среда или четверг, то я после школы шел на стрельбу. Там я не отличался большими успехами, но и плохим стрелком меня нельзя было назвать. И все же на выходных я выходил на улицу погулять с Яном. Иногда к нам присоединялась Дарина и Николина. Порой приходилось гулять одному. Такие прогулки я очень люблю и до сих пор. Ты остаешься на едине со своими мыслями, своими проблемами, своими загонами. Об одной из таких прогулок не грех и рассказать.
Время близилось к шести часам вечера. Сегодня мои берцы дали сбой. Молния разошлась, да и подошва оторвалась немного. Пришлось надеть казаки. Поверх футболки с «Slipknot» я сегодня надел свой излюбленный батл-джекет. Мои черные джинсы уже спадали с меня. За эти пару недель я довольно сильно исхудал. Смотря на зеркало в моем шкафу, я причесал свои волосы цвета карамельный блонд. Закончил я свои приготовление браслетом с шипами и кожаными перчатками.
Наконец я вышел на улицу. Глоток свежего воздуха воскресил меня. Сегодня я решил прогуляться по парку (сам удивлен, что не лесу). Он располагался в километре от дома. Это расстояние я преодолел всего за десять минут и вошел в это удивительное и чем-то притягательное место. Идя по ровным асфальтным дорожкам (такое в нашем городе уже редкость), ты замечаешь прекрасные сосны, красиво распушенные неровными рядами по обе стороны дороги. Помимо сосен там, конечно, есть и другие деревья, но почему-то именно сосны для меня в этом парке всегда были в приоритете. Проходя по дороге пару сотен метров, ты наткнешься на парные качели, хоть и поизношенные, но все еще такие прекрасные. Почти каждый раз, когда я бывал в этом парке, на этих качелях качалась какая-нибудь парочка. Лично я ни разу не катался на них, но сегодня на удивление эти качали пусты. Я уже было хотел пройти мимо этих качелей, как вдруг кто-то подошел ко мне сзади и аккуратно прикоснулся к моему плечу.
- Привет, Арт. Я тебя напугала? – ее нежный голос взбодрил меня. Ее нежное прикосновение было неожиданным, как и ее появление в этот день. Возможно, именно этот день стал отправной точкой многих дальнейших событий, про которые я расскажу позже, а что-то так и не вспомню.
- Оу, привет, Дарин. Да нет (врет, дернулся же), не напугала. Ты тоже здесь решила прогуляться сегодня? – довольно странный вопрос, но на тот момент я не особо владел своим речевым аппаратом.
- Да, погода сегодня хорошая, вот и подумала, что стоит прогуляться. Как я понимаю, ты здесь с той же целью. Может быть, тогда составишь мне компанию, а то уже темнеет. Да и просто одной уже как-то скучновато. Ты не против? - спросила меня она довольно тихо, но вместе с тем и так легко, нежно. Эти слова, как музыка, залетели мне в уши. Такого расклада я и не мог ожидать, но вместе с нем была и та детская радость, которую я уже давно не испытывал.
- Конечно, я только за.
Мы шли по парку рядом (но еще не так, как потом), разговаривая о всяком разном. Темы наши никак не были связанны друг с другом, но мы получали удовольствие от разговора. Мы подошли к пустующим качелям (хотя это скорее была лично ее точка назначения), которые магнитом тянули нас к себе.
- Не окажешь услугу, покатай меня пожалуйста. – Ее глазки заблестели. Ну как я могу отказать?
- Конечно. Садись.
Толчок, второй, а за ним и третий. Старые качели, не вызывавшие доверия, уже не казались такими хлипкими. Она смеялась. Я улыбался в ответ ее приятному смеху. Впервые кому-то весело со мной (я имею ввиду девушку, с Гелей дела обстояли иначе).
- (смеясь) Как же хорошо, что мы встретились сегодня.
- Согласен. Приятно провести время с друзьями (с тобой, Дарина).
- Ага.
Уже совсем стемнело, мы только-только вышли из парка. Разумеется, мне предстояла сейчас совершено не прогулка до своего дома. Мне вновь нужно проводить Дарину.
V
Магнитные бури
Проходя улицу одну за другой, я обращал внимание лишь на лицо Дарины. Внутри меня что-то тянуло к ней (а ее ко мне?). И тут что-то холодное коснулось моей руки. Ее рука. Она взяла меня за руку. Видимо руки совсем замерзли. Я не стал сопротивляться, наоборот, я был рад этому.
- Какое сегодня звездное небо.
- Да, особенно красиво светит сегодня луна (ну сколько еще будем душу насиловать?). Д... Дарин, я тут много думал...
- О чем? – Явно притворяется, что не понимает.
- Это сложно объяснить. Меня к тебе что-то...
- Тянет. Арт, если честно, то я заранее знала, что ты будешь в парке. Я специально попросила Яна, чтобы он не пошел сегодня. Я знаю, что когда ты гуляешь один, то частенько идешь в лес или парк. К счастью, мне повезло, и я нашла тебя сразу. Я уже знаю все про твои прошлые отношения, как и ты про мои... В общем...
- Давай попробуем.
- Давай попробуем встречаться.
Она сблизилась со мной, насколько это возможно, и обхватила мои плечи. Я заключил ее в объятия. Мы простояли какое-то время. Нам было плевать, как мы выглядим. Плевать, что смотрят на нас. Мы в «домике». Нас ничто не волнует. Два брошенных человека наконец нашлись, чтобы пообниматься на улице поздно вечером.
Я проводил ее до дома, и попрощавшись пошел домой.
Я и по сей день удивляюсь ее смекалке. В тот день она была такой живой и чувственной.