part 8
Следующие дни прошли в какой-то неестественной гармонии. Том больше не избегал меня, напротив, он сам искал моего мнения. Мы работали над мелодиями, экспериментировали с текстами, иногда спорили, но в этих спорах всегда рождалось что-то новое.
– Ты слишком драматизируешь, – сказал он однажды, когда я предложила добавить в текст строки о потере.
– А ты слишком упрощаешь, – не сдавалась я.
– Музыка не обязана быть сложной, чтобы быть честной, – возразил он, глядя на меня с вызовом.
– Но иногда правда именно в сложности, – парировала я.
Он замолчал, долго смотрел на меня, затем взял гитару и начал играть другую мелодию. Она была мягче, но в ней всё равно чувствовалось что-то личное.
– Вот так лучше? – спросил он, не глядя на меня.
– Намного, – тихо ответила я, чувствуя, как сердце сжимается от эмоций.
---
Однако внешние обстоятельства начали мешать нашему сотрудничеству. Менеджмент группы всё чаще давил на сроки, требуя результатов. Билл выглядел всё более напряжённым, а Том становился замкнутым.
Однажды, когда мы снова работали вдвоём, в комнату ворвался менеджер.
– Том, сколько можно тянуть? Нам нужны треки для альбома, а не бесконечные эксперименты! – начал он с порога.
– Мы работаем, – спокойно ответил Том, даже не подняв глаз.
– Это не работа, это трата времени! – Менеджер перевёл взгляд на меня. – А вы, может быть, займётесь своими обязанностями, а не будете играть в музыканта?
Я почувствовала, как моё лицо заливает краска. Прежде чем я успела что-то сказать, Том поднялся со своего места.
– Она здесь потому, что помогает. Если хочешь ускорить процесс – не мешай.
Менеджер замолчал, явно поражённый его тоном. Затем бросил на нас последний сердитый взгляд и вышел.
– Спасибо, – прошептала я, когда дверь закрылась.
– Не благодари. Просто продолжай делать своё дело, – ответил он, возвращаясь к инструменту.
---