part 24
Мы не собираемся выпускать то, что мы не любим, – ответил он уверенно.
– Если вы хотите нас изменить, то я готов уйти.
Я услышала, как остальные затихли, словно ожидая, что Том скажет что-то другое.
Это было не просто заявление — это был вызов.
И хотя я поддерживала его, внутри я чувствовала нечто большее.
Мы стояли на пороге перемен, и эти перемены могли быть опасными.
– Вы все знаете, что мы не будем работать по вашим условиям, – добавил я, чувствуя, как мне трудно говорить эти слова.
– Мы делаем это по-своему, и это не обсуждается.
Менеджер был молчалив.
Мы ждали, что скажет он, но его ответ стал для нас сюрпризом.
– Хорошо.
Если вы настаиваете, то мы будем работать с вами в том формате, который вы выберете.
Но вы должны понимать последствия.
Он повесил трубку, и в студии повисла тишина.
Мы стояли в раздумьях, понимая, что теперь за каждым нашим шагом будет следить не только индустрия, но и наши собственные сомнения. Мы рисковали всем.
После этого разговора с менеджментом всё пошло по наклонной.
Несмотря на обещание работать по нашим условиям, атмосфера в группе начала меняться.
Мы стали замечать, как всё больше и больше давит внешний мир.
Каждое наше решение, каждый шаг начинал приводить к сомнениям.
Том стал ещё более замкнутым.
Он продолжал работать, но в его глазах я всё чаще замечала ту тень, которая говорила о том, что он не уверен в своём пути.
Он продолжал бороться за свою музыку, но теперь я понимала, что это уже не только борьба с индустрией — это была внутренняя борьба.
Однажды вечером, после очередной неудачной репетиции, когда один из треков не звучал так, как мы ожидали, он подошёл ко мне.
– Я не уверен, что делаю правильный выбор, – сказал он, уставившись в пол.
– Я никогда не думал, что музыка может быть такой тяжелой.
Я попыталась поддержать его.
– Ты не один.
Мы все здесь, и если нам нужно будет что-то изменить, мы сделаем это вместе.
Но ты должен понимать, что эта музыка — это твоя.
Мы будем стоять за тобой.
Но его лицо оставалось без эмоций, словно он не верил в то, что я говорю.
– Я не знаю, что я хочу.
Может, я ошибся, что вообще начал эту борьбу.
Я не знала, как ответить. Было видно, что он терял силы.
Его внутренний мир был в смятении, и я не могла его вытащить.
Он должен был пройти этот путь сам.