1
Я, конечно, могу начать историю с того, что от кого-то убегаю, пытаюсь спрятаться, но это будет слишком заезжено и банально, не так ли? Хотя так оно и есть, правда, сложно бегать с раной в боку, из которой хлещет кровь. Моя одежда порвалась в драке с Инфичи, а на коже были ссадины и синяки — результаты предыдущей стычки с ними. Еще и патроны в винтовке кончились. Да, я просто победитель по жизни.
Что самое главное, я совсем не ожидала наткнуться на толпу зараженных, но они вели себя странно. Почему-то я их не услышала, не увидела, не почувствовала постороннего присутствия, а эти навыки у меня отточены до совершенства, иначе из ОЭПа выход был бы заказан. Неужели те Инфичи, от которых мне приходится сейчас убегать, такие же, как и я? Не хочу показаться ноющей девчонкой, которая всем недовольно или вовсе всего боится, но в данный момент мне как-то не по себе. Я еще никогда не видела, чтобы выходцы из ОЭПа становились Инфичи.
В ОЭПе людей, обладающие хорошо развитыми навыками слуха, зрения, обоняния, чувствительности, достаточно много. Моя команда, состоящая из семи человек, одна из лучших — на нас, после того как выпустили на свободу, возлагали большие надежды, да и сейчас, впрочем, тоже возлагают. Может, все в организации со временем стали одаренными, но несколько команд отличались от остальных, поэтому к таким больше доверия и уважения. Я горжусь тем, что в меня верят. Верят, что моя команда способная повлиять на изменение мира.
Кажется, я убегала от Инфичи? Да, точно.
Я пробежала уже достаточное расстояние, но зараженные от меня не отставали. Оглядываясь на них, я все больше убеждалась, что это не просто люди, а Адитифы. Не сказала бы, что Инфичи, которые когда-то были обычными людьми, медленные, но они бы мне точно на пятки не наступали! Только Адитиф может быть ровней Адитифу! Я влипла по самые не хочу, а ведь еще без друзей ушла, заверив их, что со мной ничего не случится. Какая же я дура!
Я начала смотреть по сторонам, высматривая для себя временное убежище, будет лучше забежать в какое-нибудь здание и там отсидеться, чем бегать от зараженных. И удача внезапно мне улыбнулась — в нескольких сотней метров красовался заброшенный торговый центр. Боже, что он делает на конце города?! Хотя сейчас это не важно. Даже не раздумывая, я, не обращая внимания на кровоточащую рану и винтовку, что била меня по спине, создавая дискомфорт, пулей забежала в здание. Правда, двери были плотно закрыты, пришлось постараться, чтобы отворить эту махину.
Сил у меня осталось совсем мало, я уже чувствовала, что не могу пошевелиться, а сознание ускользает от меня, махая ручкой напоследок. Глотая ртом воздух и прислонившись спиной к дверям, я сползла на пол, оставив от себя кровавый след. Наконец-то хоть что-то нашла, а то неизвестно, сколько бы еще пришлось бегать и наворачивать круги. Интересный факт, я только сейчас почувствовала, как болит рана и зажала ее рукой, зажмурившись и скрипнув зубами от боли. Хотелось закричать, но это привлечет внимание Инфичи, поэтому приходится сжимать зубы и кричать мысленно. Боль распространялась по всему телу, будто в каждый миллиметр кожи впивались иголки, причем полностью, или хорошо заточенные ножи. Вот бы кто-то был в заброшке, я бы попросила помощи, ведь не заражена! Но, похоже, здесь никого нет.
Пару секунд думая о том, что хочу увидеть Адитифа, на меня наставили оружие. Я почувствовала, как меня прожигают взглядом, а перед носом дуло огнестрельного оружия. Не самое радужное приветствие, конечно, но и так сойдет.
Я открыла глаза, и взгляд первым делом упал на оружие, а не на его владельца:
— Это что, автомат Калашникова? Такой штукой только ворон пугать, да и то они не испугаются, — я позволила себе усмешку, решив не показывать как мне больно.
— Винтовка только на Инфичи, — отозвался мужской голос, который я проигнорировала.
— Неужели их еще кому-то доставляют? Ценитель чего-то старого, что ли? Какая жалость, что есть оружия по лучше, а еще...
— Много болтаешь.
Какая наглость! Я тут разговариваю, пытаюсь сознание не потерять, а то оно уже на полпути, а этот... мальчишка меня перебивает! Голову ему оторву, правда, когда полегчает, и если вообще полегчает.
— Заражена? — спросил незнакомец, заставив меня все-таки посмотреть на него, а не созерцать автомат.
Господи, что он носит?! Никого еще в подобных балахонах не видела, а на лице противогаз, да и капюшон сверху. Я сейчас умру не от потери крови, а от смеха. Все же смерть у меня дурацкая получится. Да и голос его слышался приглушенно из-за противогаза. Зараза передается не воздушно-капельным путем, если он не знал, а другим способом! Что за глупый Адитиф мне попался.
— Нет, пуля отрекошетила, — спокойно поведала я ему свою несчастную судьбу. Да, я косо выстрелила, потому что не прицелилась, и пуля попала в меня. Ничего не поделаешь, я часто сначала делаю, а потом уже думаю.
— Глубоко? — а этот Адитиф не сильно разговорчивый, раз спрашивает все лишь по одному слову. Пусть так, может, отключусь не скоро. Правда, его немногословность мне что-то не помогает.
— Насквозь, — ответила я, сжимая рану сильнее — кровь хлынула с новой силой.
Незнакомец в странном одеянии убрал оружие за спину и подал мне руку, я схватилась за протянутую мне конечность и кое-как поднялась. Он, на мое удивление, помог мне дойти какой-то комнаты, перекинув одну мою руку через голову и держа меня за талию, и осторожно положил меня на стол.
— Так легко поверил, что я здорова? — вовремя затыкаться это не мое, мне так всегда друзья говорили и говорят.
— Если ты скоро станешь Инфичи, я это сейчас проверю, — тихо отозвался незнакомец и стал шариться по настенным шкафам, что-то доставая.
Пробежавшись глазами по потолку, стенам, до меня дошло, что это медицинский кабинет. Что это за ТЦ такой был-то? Что тут еще есть? Отель? Было бы прикольно окажись мои фантазии правдой. Пока я раздумывала над чем-то подобным, парень в противогазе приподнял мою футболку вместе с жилеткой и стал обрабатывать рану. Щипало сильно поначалу, но это ничто по сравнению с тем, что было. Он так бережно прикасался ко мне, даже перчатки специальные нацепил, что я была в шоке. Незнакомому человеку я бы вряд ли помогла, а он... Чудеса.
Я не заметила, как парень закончил свое дело и стал перебинтовывать рану, это он тоже сделал довольно быстро и ловко. Кто его в ОЭПе обучал? Одернув свою окровавленную одежду, я аккуратно села, сдерживаясь, чтобы не вскрикнуть от боли, все-таки резких движений делать мне нельзя.
— Убедился? — с новой усмешкой спросила я, глядя ему в глаза. Точнее, в глаза, которые хорошо закрывал противогаз.
— Вполне, — все также тихо и глухо произнес он.