Путь свободы. Мемуары авантюриста

Вторник. 26-е ноября.

Я закрыл гараж, оставив в нем все наши с Никой вещи, которые нам не пригодятся в предстоящем путешествии. Ключи спрятал у родителей дома, так чтобы не увидели и не задавали лишних вопросов.

Чемодан с нужными вещами в жарких странах положил в багажник и отправился к Ивану. Он согласился отвезти меня до границы.

Вечер был нервный. Я очень много думал о плане побега, изучал карту, представлял все варианты развития событий, думал о том как долго я не увижу близких мне людей. Особенно трудно было расставаться с мамой, люблю её прям очень сильно!!! Конечно я старался не показывать как я переживаю и напился вина.

Среда. 27-е ноября.
Время 08:00

Мы с Иваном завели мотор его старенького джипа. Прогрелись как следует и двинулись в путь.

Главная задача - подъехать как можно ближе к границе.

Я одет полностью в черное. Впервые в жизни я был настолько черный, что и сам бы не нашел себя в темноте. В маленьком спортивном черном рюкзаке у меня с собой мои любимые резиновые тапки(crocs), носки, полотенце, зубная щетка, налобный фонарик, зарядка, деревянные украшения и документы. В последний момент я впихнул туда бутылку 12-ти летнего Чиваса. Ну а вдруг пригодится, кто его знает.

Каждый километр дороги разжигал во мне необычайный страх. Под конец пути мне казалось, что я побледнел. Даже Иван сказал, что никогда меня таким не видел. Да я и сам себя таким никогда не видел...

А ведь приключение только начиналось.

В дороге мы увидели стаю диких кабанов прямо у заправки. Их малыши размером с маленьких французских бульдогов так беззаботно щипали траву и подбегали к нам на фотосет, что я сразу понял, - встречи с кабанами в темном лесу мне не избежать. Оказываться их достаточно много в наших диких краях.

Приближаясь всё ближе к границе, слева от нас, за большим шикарным забором, стоял Дворец Потоцких. Вокруг одни села, никакой развитой цивилизации. Там конечно были магазины, заправки и какие-то кафе. Но я думаю местные жители никогда не были в кинотеатре или в каком-то ТРЦ на аттракционах. А тут Дворец Потоцких. Неожиданно! Иван очень хотел заехать, но я был категорически против. Мой пульс давно был выше сотни, глаза бегали в разные стороны высматривая машины патрульных или военных. Я был взволнован, встревожен и очень сильно хотел поскорее очутиться на той стороне. На стороне свободы, летающих пассажирских самолетов, прогулок по ночам, постоянного электричества в домах и десятков других радостей жизни за границей. Я готовился к главному побегу своей молодости и был страшно напуган. Я боялся не того, что меня поймают. Я боялся того, что есть вероятность остаться тут и смотреть на мир упираясь щеками в клетку. Ржавую, патриотичную клетку...

В какой-то момент мы заехали так далеко, что осталось около сорока километров. Мы проезжали блок посты и полицию, но нас никто не останавливал. Никто не останавливал, пока мы не доехали до въезда в село Пещанки.

Ментовской жезл взлетел вверх, упал вниз, Ваня дал по тормозам.

Отмазались мы просто чудом. Рассказали историю о том, что везем меня к дедушке в Пещанку. Бутылка виски таки пригодилась. Вот же он, подарок для деда! Всё прозвучало так правдоподобно, так честно и непринужденно. Нас пропустили.

Дальше Пещанки мы ехать не стали. Следующая такая остановка и нас бы точно приняли и отвезли бы в тцк. Ну как сказать нас. Меня! Иван не призывного возраста. Иначе бы он меня не повез.

Если бы у Ивана в машине была зарядка для телефона, то я бы отправился в путь сразу по приезду, но мы ещё зашли зарядить телефоны на крайней заправке в этом селе.

Я даже несколько раз сидел в туалете по 15 минут, потому что туда постоянно приезжали военные. Мне было дико страшно спалиться, когда ещё ничего даже не началось.

Сердце билось как мотор. Грудная клетка пульсировала от ударов. Руки постоянно потели, хотя было совсем не жарко.

В итоге мой путь начался в 17:00. Впереди 24 километра. И всё это в кромешной тьме. Ох нет, не просто в кромешной тьме. Вы когда нибудь были ночью в поле в туман? Это самое жуткое место где мне доводилось побывать.

Моя задача пройти 24 километра и остаться незамеченным ни единой душой. Ни полицией, ни военными, ни даже гражданскими.

Я проложил пеший маршрут в Google maps, но идти по дороге получалось не всегда. Любой свет фонарей от машин означал срочную перебежку в лесополосу. Когда машина проезжала мимо меня, я уже лежал лицом в земле, так чтобы меня точно никто не увидел. Самое сложное в такой темноте не натыкаться глазами на маленькие тонкие ветки. И я конечно же натыкался! Благо глаза остались на месте. Красные были потом пару дней, но на месте.

Уже через 20 минут навстречу мне ехал полицейский джип с мигалками. Увидеть их было не сложно, как и все другие машины, так как кромешная тьма и туман слишком чувствительны к любому сету и видно их было за километры до меня. До этого джипа все машины проезжали мимо, никто меня не замечал, но эти ОСТАНОВИЛИСЬ.

Вы только представьте, я лежу в кустах и деревьях в черной одежде лицом в землю и полицейская машина стоит на дороге так, будто бы они вот вот выбегут с криками "руки за голову" и повяжут меня сам не знаю за что. Там не было остановки или места для стоянки. Это простая дорога, которая ведет от одного села к другому. И вот они остановились прямо возле меня. Секунды были вечными. Я реально был готов бежать сломя голову прямо в ночное поле. Они постояли секунд 15-20 и поехали дальше. Фууууух

Когда не было ни машин, ни единого света, я бежал по дороге, без возможности разглядеть даже свои ноги! Несколько сёл я обходил стороной, но некоторые приходилось проходить сквозь. Мелкими перебежками, скрываясь от любых живых глаз, я играл в миссию невыполнимую. Я был тем самым спесназоцом, который пережил горячие точки и предотвратил третью мировую. Мне не удастся забыть этот марш бросок никогда в моей жизни. Я был сконцентрирован и внимателен. Хотя на третем часу своего пути я вступил в огромную лужу. Прямо по щиколотку. Двумя ногами. Мне стало смешно. Идти ещё больше половины пути с промокшими ногами было пустяком. Поверьте, намного сложнее сам факт передвижения. Мокрые ноги меня не смущали и даже неплохо повеселили.

Оказалось, что идти 24 километра в полном мраке, без единого фонарика, да ещё и прячась от любого света, это очень трудно. Нет, прям очень трудно. Это невероятно изнурительно. Я почти всё время держал быстрый темп и часто чувствовал, что сильно потею. А к тому же эти вечные звуки в лесу. То кабаны, то зайцы, то какие-то птицы. Не знаю как передать насколько это страшно...

Но я быстро выработал свою систему бесстрашия. Как только моё тело цепенело от происходящего, я сжимал кулаки и мысленно кричал «давай, выходи!!! Ну попробуй только выйди! Давай!!!» и страх как рукой снимало.

После 4-го часа я уже шел как по своему угодью в ночной час. Будто бы это всё моё и мне точно нечего боятся. Хотя жутких звуков и поводов для страха становилось всё больше и больше. Я слился с тьмой и почувствовал себя впервые таким свободным от сомнений.

А ещё почувствовал что мокрые носки достаточно горячие и идти было комфортно.

Последние километры до пункта назначения мои ноги кричали о помощи. Я конечно игнорировал их мольбы, у меня не было на них времени. Но ноги гудели как пароход во время выхода в море.

Грабаровка была совсем близко. Каждый раз, чтобы посмотреть на карту, мне приходилось опускаться на четвереньки и закрывать всем своим телом свет от телефона, чтобы меня никто не заметил, выключать авиарежим и дожидаться пока карта прогуризится с моим новым местоположением. Так я километр за километром продвигался к своей конечной цели - село Грабаровка.

Собаки, которые лаяли во тьме, были как щенята жаждущие ласки. Я ничего не видел, много фантазировал, шел впереди, не останавливался и уже ничего не боялся.

Четверг. 28-е ноября
Время 00:30, Грабаровка

Я прибыл на место. Самое крайнее село в Винницкой области, с населением меньше 100 человек.

С этого момента все мои старания кратно возросли. Одно неправильное движение и я буду замечен пограничниками. Права на ошибку у меня не было.

До этого момента я старался преодолеть как можно больше километров. Да, я ошибался, сворачивал не туда, возвращался, срезал через холмистый лес и постоянно продолжал идти. Теперь мне осталось преодолеть 500 метров. Но это будут самые тяжелые 500 метров в моей жизни, на которые у меня уйдет целых 3 часа!

На словах всё звучит просто. Прохожу вдоль села по реке, перехожу мостик, поднимаюсь вверх и захожу в лес. А когда выйду из лесу, я уже буду в Молдове. Что может быть проще, правда? ахах..

Это село отличалось от всех предыдущих.

В воздухе веяло напряжением. В окнах горел еле заметный свет. Собаки в засаде так и ждали начать свой громогласный лай по малейшему поводу. И как по волшебству рассеялся туман.

Я двигался рывками. Каждый шаг был мягче и тише предыдущего. Пройдя мимо одного из домиков залаяли собаки и мне пришлось немного ускориться. Через минуту, когда я отошел от этого дома метров на 100-150, из дому вышел человек с прожектором. Он светил так сильно, что казалось может пробивать своим светом даже сквозь стены. И он явно высматривал причину собачьего лая. А причин в этом селе в такое время было очень мало. Либо «ухилянт», либо другая собака. Прожектор начал скакать во все стороны освещая всё вокруг. Я замер. Осмотрелся и спрятался за деревом. Благо фонарь крутился на месте во все стороны и очень медленно продвигался ко мне, так что я решил тут не задерживаться и начал тихо бежать. Вы когда нибудь убегали от прожектора так, чтобы он не только вас не увидел, но ещё и не услышал?! Вылитый Джек Воробей, украинская версия.

Пока бежал увидел мостик через реку слева от себя. Я сразу перебрался через него на другую сторону и затаился у ближайшего дерева с небольшим земляным насыпом. На этой стороне реки уже не было цивилизации. С другой стороны реки редко посаженные деревья и пару жилых домов. Прожектор остался вдалеке и я понял, что пора сделать свой первый привал.

Иван купил на заправке маленький сникерс и он мне естественно пригодился. Я лег на спину, закинул рюкзак под ноги, которые просто разрывались от усталости, облокотился головой об земляной насыпь, открыл сникерс и впервые за 7 часов хорошенько расслабился. Я даже пытался подремать, но нервная система сказала мне, что нихрена я не посплю. Полежать и отдохнуть было настоящим блаженством!

Тогда я ещё не знал, что это был мой последний отдых на ближайшие дни, но я был готов к жестоким испытаниям.

Тот участок Молдавии, который я планировал взять на абордаж, называется Приднестровье и является оккупированной территорией РФ. А они, как вы знаете, не очень любят наш народ. По рассказам моих товарищей, я гарантированно получу по ребром и сяду за решетку минимум на двое суток. Да, я был к этому готов. Такова цена мужской свободы в нынешнее время.

Ну всё, хватит. Я встал, осмотрелся и двинулся дальше. Место для отдыха я выбрал очень удачно. Пока я лежал, проезжала машина с погранцами, которые закончили свою смену и ехали домой на отдых. Они меня не заметили.

Мне осталось забраться по скользким камням вверх и пройти сквозь густой и колючий лес. До этого я стоял на двух ногах, теперь настало время ползти либо передвигаться на четвереньках.

Я всё делал предельно тихо и не торопился. Мне было вовсе ни к чему ломать лесную чащу и привлекать внимание.

Камни были среди деревьев и высокой травы. Это было похоже на лотерею, ведь каждый шаг мог скинуть тебя на 4-5 метров вниз, а подниматься нужно было на гору размером девятиэтажного дома. Я могу точно сказать, что это было слишком просто по сравнению с лесом, который ждал меня впереди. Камни были пройдены минут за 15.

До этой минуты я испробовал все виды темноты. Темнота в туман, темнота в селе, темнота на безлюдной дороге, темнота в поле. Но вот открылся новый уровень темноты! Лесная темнота.

Обычно, когда мы говорим про лес, в голове всплывают картинки сосновой рощи или смешанных листовых деревьев, мы идем по этому лесу и рассматриваем флору нашей прекрасной планеты. Вдыхаем свежий воздух, слушаем пение птиц и наслаждаемся прогулкой. Ловим лучики солнца пробивающиеся сквозь листву. Иногда мы бросаем взгляд в сторону непроглядных зарослей. Там обычно далеко ничего не увидишь, просто большие и маленькие деревья, всякие кусты запутанные в паутину без возможности продвинутся даже на пару шагов. Лучи солнца туда обычно не пробиваются. На земле ко всему прочему лежат старые упавшие деревья, а время от времени остро-колючие ветки обвивают всю красоту природы как вишенка на торте. Добавьте ко всему этому ночной мрак и получите мой квест на пути к свободе.

Главное правило - береги глаза!

Чтобы увидеть хоть какие-то очертания веток, приходится смотреть снизу вверх, на фоне неба. По этому ползти это самый простой вариант. Медленно и уверенно продвигаться вперед по сырой земле с опавшими листьями. К тому же, колючие густые заросли всегда проще обходить у корней. Там они собраны вместе и не так сильно рвут кожу и одежду на тебе. Однако пройти без потерь мне не удалось. Несколько веток прочесали меня прямо по глазам. Одна тоненькая ветка вообще окунулась в правый глаз почти на сантиметр. Очень острая боль! Не рекомендую.

Ползу я к границе, никому не мешаю, как вдруг вдалеке раздались бурные басистые обсуждения и снова включился прожектор. Собаки залаяли и прожектор медленно стал подниматься в мою сторону...

«Ну нет, я так просто не попадусь. Хрен вам!», повторял я себе, раскапывая руками медленно и уверенно землю под собой. Небольшой ямки мне было достаточно. Я снял свой рюкзак и присыпал его мокрыми листьями с землей. Сам же я лег в выкопанную яму всем своим телом и начал закапывать себя с ног до головы. Земля было ледяной и тепловизоры могли не увидеть меня какое-то время. Прожектор подходил всё ближе по дороге, что была в 5 метрах от меня. Когда я закопался полностью, я постарался замедлить дыхание и прислушаться к звукам вокруг. Погранцы не знали где я. Думаю это был плановый обход и я спокойно переждал его под земляным покровом. Кромешная тьма сыграла мне на руку. Да и передохнуть было приятно.

Не знаю сколько времени прошло, но стало ясно, что можно двигаться дальше. Вокруг снова царила тишина. Я выбрался из земляной насыпи и продолжил пробираться сквозь самый густой и мрачный лес в своей жизни.

Время тянулось необыкновенно хаотично. Я был дезориентирован, но знал наверняка, что до рассвета ещё далеко, а до границы как рукой подать.

И вот я увидел просвет темноты в кромешной темноте. Я не шучу, оказывается есть темнота, которую можно разглядеть в ещё более глубокой темноте. Это была окраина леса.

Я думал, что граница лежит прямо в лесной чаще, но всё было не так просто. Пограничники явно приложили немало усилий, чтобы расчистить линию препятствий шириной подобной автомагистрали. Когда я подполз к последнему дереву мне открылся новый уровень моего побега.

Вспомни свою последнюю поездку в аквапарк. Трубы по которым мы спускаемся без надувных подушек. Те самые трубы в которых мы боимся не зацепиться за стыки или какие-то винтики улетая вниз на спине. Такого же размера и формы сплетены из колючей проволоки «трубы ада», одна из которых уперлась мне прямо в нос.

Лежала бы такая труба в чистом поле, любой с разбегу нырнул бы прямиком на другую сторону. Но эта колючка лежала на метровой подстилке из крупных сломанных палок, что хаотично торчат во все стороны. Задача казалась вполне реальной, но было опасения оставить на ней свою одежду и прибежать к финишу голышом. Так себе идея в морозную прохладную ночь. Поднять и подпереть её палкой не получалось, пролезть сквозь тоже, перепрыгнуть и подавно. Но у меня был с собой рюкзак!

Найдя небольшое углубление среди палок, я взял рюкзак двумя руками, протянул прямо перед собой и поднял на полметра вверх невыносимо острую режущую проволоку. Затем, не долго раздумывая, резким рывком вперед, я нырнул прямо под рюкзак и оказался между сломанных ветвей и цепкого металла. Благо мой рюкзак был достаточно жестким и я проскользнул вперед, оказавшись целиком и полностью на той стороне первой преграды.

Рюкзак достать труда не составило, он коем-то чудом даже не порвался. Но вот следующее препятствие меня насторожило.

По центру нашей автомагистрали была разделительная полоса и на этот раз она состояла из трех колючих и режущих тубусов проволоки. Я подполз к ним впритык. Иногда мой взгляд падал на Молдавский лес, что был в 20 метрах от меня. Но все же я был сконцентрирован на колючке. Мне осталась лишь она и глубокий ров, что я преодолею намного проще. Как её пройти не было ни единых идей. Лишь разбежаться, оттолкнуться что есть мощи и перелететь на встречу сводной жизни.

Долго думать времени не было, я встал, взял небольшой разгон и включился тот самый, пробивающий всё на своём пути, разящий и ослепляющий свет прожектора, что медленно, но уверено бежал ко мне без единого слова.

ВОТ БЛЯТЬ ПИЗДЕЦ !!! ПРИЕХАЛИ

Я пригнулся и начал бежать по диагонали обратно к лесу! Бежать очень быстро не думая о звуках и топоте. Мне понадобилось буквально 10 секунд и я оказался ниже по по линии границы в 30 метрах от колючей преграды. Фонарик не успевал ловить мой силуэт, ведь я бежал по ломаной линии, как вода утекающая по диким камням.

И вот передо мной снова огромная колючая сетка и полуметровый шар сломанных палок. Не думая о возможных увечьях, я ныряю в еле заметный во тьме карман, оказываясь будто бы в созданной бобрами платине из дерева. Через 30 секунд прожектор оказывается прямо напротив меня. Я замер и затаил дыхание...

Прожектор ушел назад, высматривая меня в том месте, откуда я был замечен.

Он светил то вправо, то влево. Как маяк, но более хаотично, резко и неожиданно.

Что мне делать? Пролезть обратно уже не получится. Нужно идти вперед и только вперед. А вдруг это пограничники из Приднестровья? Вдруг они повяжут меня и заберут к себе на допрос...

Я был в недоумении.

Когда фонарь направился в противоположную сторону я бросился на пару шагов вперед и снова упал в небольшую ямку с маленьким кустиком. Прожектор снова посветил в мою сторону, но остался на месте. Я взглянул в небо и просто не смог поверить своим глазам. Туман, облачность, пасмурная погода развеялись по волшебству без бурь и ветров. На небе рассыпали алмазную крошку! Такое количество звезд я не видел уже много лет. Это было настоящее звездное небо как у меня на ладони. Созвездие Большой Медведицы просто утонуло среди сотен звезд окруживших её. Как бы я хотел остаться тут на дольше. Но прожектор то возвращался, то улетал. Я начал слышать крики, разговоры и в какой-то момент рев мотора и огромные фары. Время потеряло значение. Колючки были в 5 метрах от меня.

Я должен сделать последний рывок на встречу свободе. Над головой взлетел дрон, машина подъезжала всё ближе, а голосов становилось всё больше.

Я оттолкнулся от земли и побежал.

Знаете почему эпичные моменты в фильмах показывают в замедленном режим слоу-мо?

Потому что так всё и происходит! Секунды растянулись, будто резиновые. 6-7 длинных шагов, прыжок и все фонари на меня. Машина подъехала, дрон светит как фонарный столб и три прожектора уже бегут в мою сторону.

Я делаю рывок в сторону рова с последней надеждой укрыться и убежать. Громкий и уверенный голос кричит мне: «Стоять!!! Стрелять буду!!!» и затвор автомата щелкает прямо за моей спиной.

Мои руки поднялись вверх. Но я не собирался танцевать сальсу. Я лишь окаменел на долю секунды, а в глазах моих плачущий образ моей жены, что ждет меня где-то там, за темным молдавским лесом.

Четверг. 28-е ноября
Время 04:00, линия границы Украины с Молдавией

Стандартная схема – кнут и пряник. Следующие недели пройдут именно в таком русле. Всегда находятся добряки и всегда находятся ублюдки.

Все дальнейшие разговоры наполнены суржиком с украинским уклоном.

Я даже не собирался переходить на привычную для себя русскую речь. Так бы с большей вероятностью я бы получил по ушам.

Под дулом автомата, мы прошлись вдоль границы назад и вперед, высматривая моих соучастников. Я говорил им правду, со мной никого не было, но самый главный ублюдок всё время повторял, что даст пиздюлей, если не перестану врать.

Пиздюлей он так и не дал. А я продолжал повторять одно и тоже.

В первые же секунды у меня забрали телефон, паспорт и загран. Я был под жестким контролем.

Когда меня посадили в машину на заднее сидение, погранцы остались на перекур снаружи, продолжая высматривать моих соучастников. Я сидел и думал лишь об одном. Моя жена ждала меня в своих объятиях, в солнечном Египте. Её милое выражения лица, её прикосновения, её пухлые щечки и изумрудного цвета глазки. Улыбка, плавящая меня без исключений. Её грация, женственность и сексуальность. Её всеобъемлющая радость от того, что я её муж. Моя самая прекрасная женщина в мире, когда же я её увижу вновь. Я не знаю...

С моих глаз рекой полились немые слезы.

Я ничего не смог с собой поделать. Я сидел в машине погранцов, без телефона и документов и просто скрытно рыдал, пока они переговаривались и шутили свои сельские шуточки. Мой внутренний Я был повержен, раздавлен и более чем разбит.

11 часов моей «миссии невыполнимой» закончились провалом за 20 метров до финиша.

В глубине души я понимал, что это лишь начало нового приключения, но я был этому не рад.

Следующие 11 часов меня возили по маленьким городам и селам Винницкой области для дачи показаний. Я, весь в грязи, в черном костюме, с мокрыми кроссовками, рассказывал всем одну и ту же историю:

«Нам с женой предложили работу в Египте. Она уже там, ждёт меня. Мы хотели начать зарабатывать больше обычного, чтобы отложить денег на дом и родить первого ребенка. Я ведущий детских праздников, аниматор. А после начала войны в моём городе работы совсем не стало и жить теперь очень трудно. Мне не хватило всего 20 метров до новой свободной жизни. Я осознаю, что нарушал закон, но это был мой последний шанс»

Я вызывал жалость для большинства, но некоторые служащие испытывали резкое отвращение. Вояки высказывали мне в лицо гадости, но я относился к ним с пониманием. Я жрал это дерьмо 11 часов. Я даже успел пройти ВЛК (військово-лікарська комісія) без возможности откосить. Я везде был пригоден и никто меня даже не спрашивал о моих жалобах. Езжай ка ты воевать, дезертир-предатель.

На тот момент я не спал уже больше суток и мой вид был явно не первой свежести. В 15:00 меня привезли в старое, богом забытое здание, с ходящим селом в военной форме. Они все были грязные и такие бедные. Мне стало их жалко...

Мне дали покушать их местную похлебку и отвели поспать на койке. Перед тем как уснуть, я снова пролил слезы тоскующего заключенного. Быстрые, я бы даже сказал мгновенные. В 15:30 я уснул.

Без телефона, без документов, потерянный во времени, меня подрывают очень резко и говорят идти за ними. Мы садимся в машину и через 20 минут меня заводят в маленькое отделение районной больницы. Но лекарствами там и не пахло! Это был временный корпус местного ТЦК.

Я никогда не был в СИЗО, но это было так на него похоже. Единственное, что в нем отличалось, так это жуткая дизентерия. Хамское отношения и никакой свободы делало это место невыносимым.

Даже не знаю, что было хуже. Один единственный затасканный туалет на все палаты в котором постоянно по двое, по трое курили сигареты или может эти ужасные койки для сна с одеялами и подушками прошедшие все виды бомжей, алкашей и прочего сброда. На окнах стояли решетки. На решетках висели старые покрывала, чтобы мы не видели белого цвета. На первый взгляд, со мной в палатах были исключительно жесткие нарики, алкота и сумасшедшие бомжи. Из Киева я был единственный, как вы уже догадались.

На улице было темно. Точного времени я не знал. Я накрыл кровать своими вещами, свернулся в калачик и уснул.

Пятница, 29-е ноября
ТЦК в небольшом городке Тульчин, Винницкая область. Время 03:00

Крик моей фамилии. Я по прежнему не понимал который час. Никто не понимал, кроме этих лживых ублюдков. Таковы правила: измотать нас, дезориентировать, сломить и склонить к подчинению.

Все их действия направлены на укрощение бунтарского характера. Их главная задача, сделать так, чтобы мы начали службу вопреки своим взглядам и намерениям.

Каждый ТЦКашник получает 12 000 грн премии за приведенного новобранца. И они идут на всё, лишь бы привлечь как можно больше гражданских.

Алкашам они покупали водку, чтобы у тех не дрожали руки во время комиссии. Наркоманам приносили дозу. Всегда всех кормили, хотя не всегда давали воды.

Всех кто был в палатах, сонных, измотанных и замученных, вывели в коридор для пересчета. После чего вывели на улицу и посадили в бусик. Старый раздолбанный бусик с дырявым корпусом. В салоне было два одеяла, чтобы укрыться от ледяного пронизывающего всё до мурашек сквозняка. Я сел посредине и старался спать всю дорогу. Курить разрешили прямо в салоне и это уничтожило меня максимально. Я был единственный, кто не курил. Но накурился я предостаточно!

Мы ехали так долго и всё никак не наступал рассвет. Я уж подумал, что меня разбудили после того как стемнело, но почему я тогда такой сонный и почему нет людей на улицах и отсутствуют машины на дорогах. Только через сутки я узнал, что мы выехали в глубокую ночь.

Первая остановка в нашем путешествии была Черкасской учебной частью. Они набирали людей на погранцов. Представляете, меня привезли служить на пограничника! Я же убежал бы сразу, с первого же дежурства. Видимо по этой причине меня и не взяли. Да и зрение резко ухудшилось, совсем ничего перед собой не видел. Ну как минмум так я им говорил, немного прищуривая глаза и моргая чаще обычного.

Алкашей тоже не взяли. Некоторые умники хорошо смахивали на психбольных, а один безбашенный съел гвоздь! Я не шучу, у меня даже есть фото его рентгена. Огромный гвоздь, не меньше 15 сантиметров. Но он парень бывалый, в 14 его посадили на 7 лет и приходилось выкручиваться по разному. У него все пузо в шрамах.

Из 7 человек двое подошли и мы поехали дальше. Следующая часть была в Кировограде. Там для меня уже подбирали ботинки, но я на отрез отказался подписывать присягу. Сонный и голодный я стоял в окружении военных, прищуривался от плохого зрения и слушал как таких как я, трусов и предателей, нужно наказывать. Как всех кто сбежал за границу нужно кастрировать. Слушал гипотетические истории про захват Украины рашистами и насилие над нашими женщинами. Про совесть, про стыд и про честь. Меня унижали, а я смотрел в пол и делал вид, что плохо вижу. Я ничего не подписал. Меня было не сломить.

Во второй раз в машину село уже четверо. Ближе к ночи нас вернули в обоссаный ТЦК и мы, изнеможенные и разбитые, упали на кровати и уснули.

Следующие два дня мы жили как в карцере. Без свежего воздуха и солнечного света. Нас кормили. Телефон я больше не отдавал, поэтому была связь с родными и близкими. Я всех успокаивал и старался улыбаться во время общения, но только я откладывал телефон, глубокая тоска накрывала меня с головой и всё что мне помогало это закрытые глаза и образ моей жены. Я представлял нашу встречу, наши просмотры кино по вечерам, наши прогулки, наши совместные тренировки, нашу прекрасную, счастливую совместную жизнь. Без этих мыслей я бы сломался. Она сама того не зная, спасала меня от ужасных последствий психологического давление военных уродов.

Мы все понимали, что в понедельник нас снова повезут в новую часть для прохождения военной комиссии для новобранцев. Нас было четверо и трое из нас неплохо разобщались за это время. Психбольной шизик-самоубийца, поедающий гвозди зэк и полуслепой я. Все мы думали только о вариантах побега, других разговоров между нами и не было.

Вечером воскресенья к нам прибыли новые жертвы. Их было так много, что еле удалось разместить всех по койках. Оно и к лучшему, подумал я, ведь чем больше людей, тем проще отмазаться. В ТЦК были свои правила на счет их нелегально заключенных. Если ты не проходишь собеседование в три части, то тебе выписывают повестку и отпускают в свободное плаванье.

Мне осталось получить последний отказ от следующей части и я был бы свободен. Я готовился играть этот цирк круглосуточно. Взгляд в никуда, нахмуренный вид и постоянные моргания, ведь у меня страшно пекли глаза и болела голова, я не могу нормально жить без своих очков. Изверги не покупали мне капли для глаз, как бы я не просил. Я был естественным и непоколебимым в своей правоте.

Врал ли я?! Конечно! И все остальные тоже. Но мы понимали, что наше пребывание там было полностью незаконным. Так что можно сказать, что мы все играли по одним и тем же правилам.

Осталось просто пережить ещё одну поездку, ещё одну часть, ещё одно унижение.

Я закрыл глаза и попросил себя хорошенько выспаться, ведь завтра будет тяжелый день.

Понедельник, 2-е декабря,
Время 01:00

«Подъём! Все на выход!!!»

ТЦКашные черти решили, что сегодня нам спать не нужно.

Через 15 минут все сидели в автобусе.

Я понимал, что это последний мой выезд в часть. Осталось хорошенько прикинуться незрячим и армейская судьба обойдет меня стороной.

Пока мы проехали пол Украины, на часах было уже 08:00.

Такого полигона я не видел ранее никогда и не представлял, что такие масштабы вообще существовали в нашей государственной армии. Десятки тысяч солдат. Тысяча боевой техники. Сотни гектаров земли и ещё больше жилых военных палаток. И всё это лишь один учебный полигон.

Тогда я не знал ещё какие басни ходят об этом полигоне. Чем он знаменит и куда меня вообще привезли. Но вскоре я всё пойму.

Нас мариновали почти целый день, пока не стемнело. Благо темнело уже после 16:00, а то может продержали бы нас в автобусе ещё дольше. Хватило и 15 часов. Спасибо.

Спина от такой поездки окаменела и зажалась во всех позвонках. Желудок уже привык к интервальному голоданию, а глаза так долго играли ослепшего, что действительно начали печь и слезиться.

Когда разрешали подышать свежим воздухом, я открывал глаза широко на встречу ветру, не моргал и не закрывал их, для большего раздражения. После этого проходил мимо важных вояк, чтобы соответствовать своей легенде. Мой внутренний актер вошел в образ настолько глубоко, что не мог разглядеть где он вообще находится.

Пришел черед нашего автобуса пройти военную комиссию. Мой «Оскар» разбили в дребезги. Я просил капли, я просил таблетки, я просил помочь мне хоть чем-то. Всё что я получил, это отметку «годен», штамп и лист для получения всей надлежащей экипировки молодого бойца. Подписывал ли я что-то?!Давал ли я своё официальное согласие?! Конечно же нет, но кому какое дело. Мне сказали, что я уже солдат и никого уже не колышет моё согласие. Мой сердцебиение ускорилось вдвое. Как мне сбежать и что будет дальше? Одно я понял наверняка. С этого полигона никого уже не отпускают.

Я вышел из военной палатки в темное поле с военной бумажкой. Открыл наконец свои глаза и посмотрел вдаль, за горизонт. Один глубокий вдох, один спокойный медленный выдох. Я справлюсь! Я обещаю себе, что не умру.



Вторник, 3-е декабря,
Время 04:10

«Рота подъём, блядь!!! Тревога! Пидары снова шмаляют. Выходим с палатки и расходимся по полю кому жить хочется»

Я что действительно это слышу? На сон это всё не похоже. Я с детства никогда не видел настолько длинных снов. Это не сон. Бля. Я попал в армию!

Я должен покинуть это место любой ценой. Ну нет, любой ценной звучит как-то негуманно. Я же не стану никого убивать или грабить или что там ещё вытворяют в фильмах во время побега. Нет, такого не будет. Но выбраться нужно как можно скорее. Как минимум я нахожусь на стратегическом военном объекте. Сюда с большей вероятностью может прилететь ракета и превратить меня в кратер, вместе со всеми кто тут находится. Кстати, по-поводу моего местонахождения.

Вчера вечером нас привели в палатку, сразу после того как выдали всю экипировку. Но так как тут ни единого фонарного столба или вообще хоть какого-либо освящения нет, то понять куда мы идем и что находится вокруг было просто невозможно. С утра мне удалось оглядеться и прикинуть план побега. Точнее прикинуть его отсутствие... Ограждения с колючей проволокой, сторожевые собаки и постоянные построение для пересчета всех новобранцев. Другими словами, мы попали на зону. И попали походу крепко. В отличии от «зоны», тут были и добровольцы. Примерно трое из десяти пришли в ТЦК по своему желанию. Некоторых из них даже брать не хотели, но они настаивали... Вот же людям живется скучно. Все остальные, 7 из 10 бедолаг типо меня, угрюмо смотрели либо вдаль запретной свободы либо вниз, на свои новые нежеланные зимние боты.

Хочу заметить, что экипировка современной украинской армии меня крайне удивила. Отменного качества ботинки, нижнее белье, штаны, куртки, футболки, кофты, ремни, рюкзаки, перчатки и другие мелочи. Нам даже выдали щетку и водоотталкивающие средство для ботинок. Резиновые тапки тоже выдали. Список одежды настолько длинный, что я не смогу даже вспомнить всех мелочей. Когда я вышел из палатки с новыми вещами, на моих плечах был огромный чемодан, с удобными шлейками и отдельными крепежами для новенького каремата. Вскоре оказалось что это было не всё и в начале ОБВП (общая базовая военная подготовка) нам выдадут еще целый рюкзак профессиональной экипировки. Уверен, что многих негодующих армией мужиков, всё же грела мысль о хорошей одежде, постоянном трех разовом питании и ежемесячной зарплатой в размере целых 20-ти тысяч гривен. Да, другие условия для жизни оставляют желать лучшего, потому что полевой душ 1 раз в неделю, который почему-то все называют "баня" и жизнь в палатке с печкой на дровах и сырой землей под ногами не назовешь даже нормальными условиями для жизни. Они скорее похожи на спартанские и недельку в таком месте пожить сможет каждый. Ладно, не каждый, но большинство. Но всё же, присмотревшись в первый день к контингенту, я понимал, что для многих эти условия могут оказаться лучшим вариантов развития их жизни. Даже если это последние их месяца.

Городские видели друг друга издалека. У нас по лицу написано, что мы привыкли к другой жизни. Наши руки и лица ухожены. Наш взгляд наполнен раздумьями и мы в основном молим, в отличии от мужиков из села. Тем лишь бы покурить одну за одной сигаретку, да "кофэ" выпить и анекдоты друг другу травить. Я знакомился со всеми городскими, брал у них номер телефона и обязательно записывал базовую информацию о каждом, ведь когда я найду способ выбраться, я смогу продать этот способ и остальным. Не знаю что в эти моменты во мне превосходило, желание наживы и сопереживание ближнему. Думаю в равной степени оба чувства побуждали меня осторожно и ненавязчиво собирать контакты и готовится к великому побегу.

И хоть у меня не было точного плана, с недавних пор у меня всегда при себе был телефон. Я связался со всеми имеющими власть людьми в данном вопросе. Отклик я получил быстро и даже не один. Моя задача была дождаться перевода в другую часть. Мой дембель начал виднеться на горизонте. Пока без конкретики, без даты и без суммы. Только с надеждой и верой в лучшее!

Мои близкие сходили с ума. Все переживали, плакали и не знали как мне помочь. Я старался звонить всем как минимум один раз в день! На больше не хватало и времени. Хоть нас ничему не учили, но мы постоянно куда-то ходили. То на одно построение, то на другое. То покушать, то за водой, то за дровами. На улице декабрь месяц и говорить по пути было достаточно холодно, так что общался со всеми я по вечерам. Целыми днями нас занимали бесполезными делами от которых не давали спокойно отмазаться и просто полежать в палатке. Всех постоянно пересчитывали и следили, чтоб никто не покинул учебную часть.

Самым запоминающимся моментом на Ровенском полигоне было моё открытие сезона зимних купаний. После моей попытки пересечь границу, после допросов, прохождения комиссии и карцера в ТЦК, я очутился в армии и больше всего помимо побега я хотел банально помыться! Простой душ стал для меня чем-то сказочным, особенным и ярким. Такое удовольствие не мог позволить себе никто из нашей роты, но далеко не все прошли такой марш бросок, как это было у меня. Благо возле нашей палатки было мелководное озеро. Заход в него был усыпан белым мальдивским песком, а вода переливалась лазурью. Ага, и дельфины плескались с коктейлями в плавниках. Это озеро было совершенно не пригодно для купания! Черный вязкий ил поглощал ногу сразу же как только ты ступишь в воду. Камыши и другие растение встречали тебя на каждом шагу. Водоросли правили под водой по всей площади озера. Вода была около 5-6 градусов, а то есть ледяная. Но знаете что?! Мне было так классно! Я был впервые за последнюю неделю искренне счастлив! Я разделся полностью, до гола, прямо в палатке. Взял мыло и маленькое полотенце, что было всё это время в моём рюкзаке. Подошел к озеру, найдя небольшой коридор в камышах и окунулся в него с головой. После чего я тут же спокойными шагами вышел из воды и начал намыливать каждый миллиметр своего тела. Я драил себя около 5 минут, стоя голышом посреди полигона в Ровенской области. Без дрожи в теле с широкой улыбкой на лице. Затем я вернулся в воду и смысл с себя весь стресс, всю грусть и печаль. Я смыл с себя всё, оставив лишь тонкую прослойку кожи и толстенный шар уверенности, что скоро я выберусь отсюда и приму самую горячую ванну в своей жизни! Вернувшись обратно, я встретил удивленных, завидующих и одновременно восхищающихся людей с сигаретами и чашками "кофэ", которые продолжали вонять себе под нос. С того момента и до самого конца дня моё настроение искрилось и благоухало. С утра я снова услышал слова "Рота подъем" и причин для радостей стало уже не видать.

Других интересных историй в этой части уже не случалось. День сурка один за другим съедал нашу жизнь. Трапезы, построения, дрова и куча других бесполезных задач. Я ждал документ о переводе меня в одесский госпиталь для прохождения военной подготовки. Это был единственный шанс выбраться на свободу.



Четверг, 5-е декабря

После завтрака на построении мы услышали следующие слова: "У вас есть 30 минут для того чтобы собрать все свои вещи и всей ротой построиться на плацу. Сегодня вы уезжаете в другую часть. Вперед!"

Вау, мы уезжаем в другую часть. Может там будут асфальтированные дороги, душ, туалет и нормальные жилые казармы. Может не придется постоянно подкидывать дрова в старую буржуйку. Может наконец начнут учить нас чему-то, а не просто тыняться изображая службу. Жаль только, что переводят туда всех, а не только меня одного. Мой перевод "на свободу" был уже не за горами. Осталось потерпеть совсем немного. А вот моя новая часть оказалась таки за горами. Среди толпы пошел слушок, что мы направляемся на закарпатье. Но на банош и драники я не надеялся.

Сначала старый темно-зеленый КАМАЗ отвез нас, как мешки с картошкой, прямиком к секретной платформе железнодорожных путей. Там нас ожидал плацкарт и сухой паек рассчитанный на сутки. Никогда раньше не видел подобного! Тушенка и другие консервы на три приёма пищи, немного чая, немного кофе, сахар, мед и куча старого, по запаху напоминающего китайские кроссовки, галетного печенья. И всё это в плотном зеленом герметичном пакете, на котором расписана детально грамовка белка, углеводов, жиров, калорий и так далее. Почувствовал себя на подготовке к чемпионату по бодибилдингу. Ну и раз дали сух пай на сутки, то и ехать нам примерно столько же. Но нет. Выехали мы в пятницу в 12 утра, а приехали в воскресенье в 6 утра!!! Мы стояли на станциях по 5-6 и даже 8 часов!!! Самая невыносимая поездка в поезде из всех что у меня бывали. А я всякого повидал в плацкартах.

На некоторых станциях были продуктовые магазины. И никто не был против, чтобы мы выходили из вагонов и покупали всё что нам вздумается. Угадайте, что все покупали?! Конечно же водку! И что в итоге было? А всё как обычно. Разбили несколько окон в тамбуре, допились до синьки и выяснили почему одни служат, а другие скрываются. И самый главный вопрос вечера, по-классике: "А ты меня уважаешь?"
Были и те, кто вышел в продуктовый и не вернулся. Я хотел присоединиться к их числу, но мне выдали столько хороших вещей, качественной одежды и кормили вовсе не плохо, что я не решался бросить этот очаг стабильности и благополучия.
А другими словами, я очень ждал официального перевода на свободу, без розыска, без страха заблокированных счетов и без преследования городской полицией. Ждал, верил и надеялся.

На фоне самой большой волны стресса в моей жизни, я бы даже сказал кортизолового тайфуна или урагана, я почувствовал першение в горле. Артем в переводе с древнегреческого - неуязвимый. И моё здоровье не давало сбоев последние 7 лет ниразу. Но тут что-то пошло не так. Я почувствовал жар по всему телу, ломку и сильную боль в горле.
На такие случаи жизни у меня есть безупречная броня - однодневное голодание! Да, не шучу, после этих ощущений я пролежал сутки в поезде, умеренно питаясь лишь теплой водой. На следующий день, по приезду на закарпатье, горло уже не болело, общее состояние было приемлемым. Хотя легкая слабость на фоне говорила о том, что мне нужен ещё хотя бы один день покоя. Но я в армии! Тут такое никому не положено.



Суббота, 7-е декабря

Закарпатье в прямом смысле этого слова оказалось прямо за Карпатами. Мы приехали в маленький и прекрасный город под названием Ужгород.
Воспоминания нахлынули на меня рекой. Той самой рекой "Уж", что протекает сквозь местные равнины и холмы.
Ужгород не просто старинный город на самом краю нашей большой державы. Ужгород неожиданно современный и продвинутый город. Может от того, что так близко к Европе, а может от того, что так далеко от всей Украины. Не знаю...
Так символично, я приехал в Ужгород укрыться от военных действий в самом начале того ужаса, что длится уже третий год, прожил там 3 месяца, прочувствовал все прелести и сложности жизни в маленьких городах, влюбился в улочки, парки, музеи, кафешки и рестораны, в людей и климат, в самое масштабное в Украине цветение сакуры, в магазины с контрабандой из Европы, в уличных музыкантов и артистов, во всё чем пропитан этот маленький, но очень нетипичный город и вот я снова тут. Снова из-за войны, но совершенно в других обстоятельствах.

Нас высадили там, где заканчивался ровный асфальт. Что было дальше описывать не стану. Просто знайте, что автобус дальше ехать не стал. Мы поднимались всё выше и выше в ожидании чуда, в ожидании новой части. И вот в темноте рисовались первые контуры сооружений. Глаза сверкали, ладошки потели. Сегодня я смогу принять душ! Сегодня я смогу уснуть в нормальной кровати. Сегодня мне не придется искать дрова перед сном.
Мы подходили всё ближе и ближе. А когда подошли, оказались возле старой палатки, в грязи и болоте. То ли среди поля, то ли среди холмистых редких лесов. И тут нам жить. И тут нам быть. И епт ту дей. Ну что за непруха такая. Опять я не смогу нормально помыться. Опять дрова для буржуйки. Опять спартанские условия, холод, изморозь, слякоть и вечно угрюмое небо. Опять я вспомнил, что я не на курорте. Я в армии.

Моего ожидания чуда хватило ровно на неделю. Через неделю я сбежал. Даже не просто сбежал, я вышел через главный вход. Как удалось провернуть такую аферу? Сейчас расскажу всё по порядку.

Воскресение, 8-е декабря

В армии этот день официально считается выходным. И видимо магия природы решила нагрянуть к нам именно в этот день. Я не видел солнца уже почти месяц, но этим воскресным утром на небе не было ни единого облачка. Я вышел из палатки ещё до рассвета в предвкушении головокружительного рассвета. Звезды уже угасали, а солнце за горизонтом разливал горячий градиент. Я улыбался. Много улыбался. Впервые з долгое время я чувствоал себя так хорошо.

В этот день мы обустраивали нашу палатку и болото вокруг неё. Дел было невпроворот, но я никуда не спешил, в армии всегда хватает рук. Главное не быть в центре внимания и не забывать о "своих", ведь мы все одна команда. Когда все уходили после ужина, я задерживался, чтобы забрать оставшуюся еду на весь взвод. И потом, перед сном, раздавал всем сардельки, или печеньки, или бутерброды и апельсинки. Не важно как проявлять заботу, важно её проявлять. Потому я мог позволить себе не спеша передвигаться или лениво выполнять коллективные задачи. Однако были случаи, когда усердно работать таки приходилось и я не стеснялся время от времени вызываться на грязное дело. Моё амплуа активного солдата возрастало и расширялось с каждым днем. Как-то раз, во время очередной лекции на военной подготовке, понадобилось 6 добровольцев на разгрузку грузовика. Я вызвался, потому что лекция о званиях и должностных обязанностях была сверх нудной. В итоге мы разгружали 8 тонн боеприпасов и, честно говоря, я даже подумывал, что лекция была бы намного интереснее, если бы я знал на что подписывался. Хах, ну зато попробовал себя в роли грузчика. А такой интерактив в армии как плохие новости по телику, - бесконечен и зачастую полностью бесполезен, особенно для тех кто в нем принимает участие.

Целыми днями мы ходили на построение, в столовую, на обучение, чем-то помочь, что-то перенести и опять по новой на построение, в столовую, на обучение, чем-то помочь, распилить, разгрузить, принести, отнести. Мылись все в бане, хотя правильно называть это полевым душем. Воду для него привозили каждый вечер в советской машине из под молока, как в мультфильме "Ну погоди!". Да и вообще всю воду в часть привозили машинами и грузовиками. Водопровода там не было, хотя часть была там ещё со времен второй мировой, как нам сказали.
Так как в этой части было около 1000 солдат, две душевые кабинки приходилось делить на всех, а значит душ принимали не чаще двух раз в неделю. Это было негласное правило для солдат, ходить мыться только со своим взводом. Но так как приказа такого не было, я ходил в душ через день, а иногда и два дня подряд.

С каждым днем моё терпение иссякало. Я ждал письма, я ждал звонка и надеялся на официальное освобождение. Бабушка уже смирилась с моим армейским званием, маму я уверял, что всё будет хорошо. Друзьям я даже не отвечал, совсем не хотелось говорить о том, чего я совершенно не знаю. Жена скучала, сильно скучала. Мы болтали не так часто как нам того хотелось, обсуждали моё возращение домой и все события в течении дня. Часто накрывала грусть и тоска от того как далеко мы друг от друга. Ещё чаще лишь разговоры с женой поднимали мне настроение на фоне происходящего. Все мы ждали дня, когда придет бумага, подписанная ультрамайором или сверхполковником о моём немедленном переводе в другую воинскую часть. Но этот день всё никак не наступал... Всего одна неделя тянулась как месяца в моей беспокойной голове.

От высокой влажности воздуха и низкой температуры в нашей палатке, да и вообще в этой местности, большинство новобранцев ходили с насморком, кашлем и температурой. Такая густая смесь бактерий и вирусов не оставила меня в стороне, тем более после того случая в поезде. На пятый день меня накрыло до ломоты в теле и фонтанирующего соплями носа. Лекарств в части не было. Всё что я мог, так это кушать лук как яблоки и надеяться на лучшее. Но лучшее так и не случалось. Хотя ломота в теле прошла за сутки, общее состояние было однозначно болезненным. Я понимал, что через пару дней придется бежать марш бросок в бронежилетах и такое испытание мне не по силам. Бежать то я мог, но разве что в сторону дома. Других направлений в моей голове не наблюдалось.

Пятница, 13-е декабря,
Последний день перед побегом

Роса на голых ветвях шиповника подмигивала и напоминала о прекрасном. Пение
птиц доносилось издалека, будто зов счастливой и беззаботной жизни. День был с переменной ясностью и на горизонте часто виднелись горы. Румыния и Словения были настолько близко, что пешком я бы добрался туда быстрее, чем шел из Песчянки в Грабаровку. Я буквально жил всё это время в пограничной зоне. Но пройти туда по местным горным лесам было сложнее чем кажется. Эти места были под чутким контролем погранцов. Они все знали, что в нашей части много желающих пробраться за бугор.
Каждый раз поглядывая в сторону этих гор и холмов, я вспоминал свои поездки за границу. Вспоминал полеты на самолетах, купюры разных стран, температуру воздуха, национальные блюда, традиции, празднования, акценты, менталитеты и колорит. Я вспоминал свои мечты о жизни на свободной планете. Я вспоминал о том, как сильно я хочу познать этот мир. И в один прекрасный вечер пятницы, на закате, я взглянул в этот горизонт по новому. Я понял, что одной недели было достаточно, чтобы дождаться помощи. Я понял, что кроме меня никто мне не поможет. Я помогу себе сам!
В ту же секунду ко мне пришел план побега и пожал мне руку. Я открыл телефон и поставил будильник на 5 утра. После чего я зашел на почту и нашел рецепт 6-ти летней давности из "ЛЮКСОПТИКА", в котором сказано, что у меня двухсторонний астигматизм. Затем я нашел магазин люксоптики в Ужгороде и отметил его на карте. Посмотрел расписание маршрутки из ближайшего села до Ужгорода. И напоследок составил список вещей, которые поместятся в мой небольшой армейский рюкзак. Я писал список вдумчиво и неспеша, прощаясь со всеми своими вещами, что так хотелось взять с собой, но банально не было места.
После чего я поставил телефон на зарядку, лег в свой спальник и с теплой силой твердого намерения погрузился в глубокий сон.


Суббота, 14-е декабря.
День побега, время 05:00

Я сосредоточен. Я уверен. Я спокоен.
Нет, я себе не повторял эти слова как мистер успешный успех. Но именно с таким ощущением я открыл глаза и выключил свой будильник.

Когда проснулись остальные, я уже был одет, рюкзак мой был собран, ничего не выдавало меня и не выделяло на фоне всех предыдущих дней. "Да начнется же шоу", подумал я. В моём плане не было изъян, но без уверенности и харизмы он был неосуществим.

Шаг 1. Сообщить всему взводу, что я еду сегодня в город к офтальмологу и могу купить все нужные лекарства для взвода, так как в медпункте никому ничего для нас нет. Собрать список желанных покупок.

Шаг 2. Пойти в медпункт, показать рецепт из люксоптики и отпроситься в город на обследование зрение, сказав что врач принимает именно сегодня до 18:00. Также добавить о возможности помочь всему взводу получить нужные лекарства для скорейшего выздоровления.

Шаг 3. Обратиться к командиру взвода со справкой из медпункта и записаться в главном штабе на пропуск через центральный КПП.

Шаг 4. Выйти из части, сесть на маршрутку в ближайшем селе и уехать в Ужгород.

Спойлер: сделать как я задумывал не получилось.

Пока я собирал список нужных лекарств у тех кто поверил, что меня вообще куда-то выпустят, остальные смеялись и глумились надо мной. Уверяли, что никто меня не отпустит и что могу даже не мылиться в город. Лучше бы готовился одевать бронежилет, потому что за пропуск занятий мне будет "атата". Но всё же список собрать мне удалось. И командир взвода как раз был с нами в палатке. Он понимал, что если в медчасти меня отпустят, то ему идти со мной в штаб и он был не против по ряду причин. Во-первых, его взвод действительно болен и лекарства не помешают, а во-вторых, это же Артём! Он постоянно принимает участие в подобного рода занятиях. Сделать что-то для общего блага всего взвода - в его стиле. Как минимум такое впечатление он складывал всё это время. Почему бы и не отпустить его в город.
Да вот только в медпункте моего энтузиазма никто не разделял. После рассказа о лечащем враче в люксоптике и об отсутствии лекарств у всего взвода, военный врач спокойно положил мне руку на плечо, похлопал пару раз, затем положил руку на спину направляя меня к выходу и сказал: "Возьмите соль, соду и полощите всем взводом по три раза в день. И всё пройдет, вот увидите. А в город я вас никак сегодня не отправлю, у меня нет на это полномочий. Идите. Идите..."
На секунду я оцепенел, но быстро вернулся в осознание последнего шанса: "Но доктор, поймите, моё зрение и лекарства, мы же...", - он меня перебил, так спокойно и уверенно, снова подталкивая к выходу, - "идите... и позовите следующего." И я вышел.
Что теперь делать? Я даже не думал об этом. Я сосредоточен. Я уверен. Я спокоен. Помните? Я так не только проснулся, я так чувствовал себя всё время!

Я подхожу к командиру взвода, собираясь выполнить "Шаг 3" своего плана.
– Александр Александрович, был я в медпункте. Они дали добро, так что я могу ехать. Маршрутка уже через час, времени осталось мало, можете меня отпустить поскорее? - без стыда и совести нагло вру и не краснею, глядя ему прямо в глаза. Ужас...
– Да вообще не вопрос, а где справка с медчасти?
– А справку не дали, сказали что если командир взвода не против, то могу ехать. Справка тут и не нужна. Вы всё решаете. А вы ж не против?
– Хмм, да. Я конечно не против. Странно...
– Да, сам удивился, Александр Александрович, - пожимая плечами с такими чистыми и невинными глазами, - а маршрутка кстати в субботу ездит не часто. Можем направиться в штаб прямо сейчас?
– Да, Артём, можем. Ты готов?
И я беру рюкзак набитый до отвала личными вещами на глазах у своего командира взвода, закидываю его за спину и говорю, - "Да, готов как никогда. Возьму рюкзак, чтобы туда всё складывать. Может, пока буду ехать, мужики еще сигарет попросят купить или ещё чего. Лишним не будет, рюкзак всегда пригодится." И я выхожу с палатки, а командир взвода без задних мыслей выходит за мной. Ах как я рад, что не зря работал над своим амплуа. Я бы и сам себя не подозревал в побеге. Кого-кого, ну точно уж не меня. ЛОЛ

В штабе на рюкзак не обратили внимание. На КПП меня пропустили без вопросов. Маршрутка пришла ровно по расписанию. Улыбка не сходила с моих уст до боли в челюсти. План удался! Теперь нужно придумать как выбраться из города, как проехать все блокпосты незамеченным и как не попадаться в армию впредь НИКОГДА В ЖИЗНИ!

Дорога до Ужгорода занимала 15 минут, что не так много для решения дальнейших действий. Двинуться сразу на вокзал слишком рискованно. Я открыл карту, нашел по памяти нормальный секонд хенд, после чего написал слово "хостел" и выбрал самый минималистичный по фото и самый низкий по ценнику вариант. Маршрутка подъехала на конечную. Я вызвал такси и через 15 минут я уже стоял в примерочной, надевая штаны. Я оделся во всё гражданское, а "военку" забрал с собой. Выбрасывать не стал, вдруг пригодится (пока вот в гараже валяется).

Ещё через 15 минут я уже подъезжал к хостелу. Для меня там был прекрасный номер, который я забронировал ещё из примерочной, но администрация предупредила, что мне придется подождать часик, пока его уберут после предыдущих гостей. И тут водитель такси спрашивает: "А вы в ТЦК едете?"
Чтооо??? Какой нахрен ТЦК?! Вот туда то я точно сейчас не собирался. Я без пяти минут в розыске как бы. Но я ему спокойно отвечаю:
– Нет, а с чего вы взяли? Я похож на военного? ахаха
– Да нет, не похожи. Просто адрес куда мы едем, это ТЦК местный. Вот и спросил. Кстати, мы уже подъезжаем.
– Нет-нет, мне не в ТЦК. Там рядом есть хостел. Подвезите пожалуйста прямо к нему. - казалось, я ответил спокойным голосом, поворачивая голову в окно и наблюдая десятки военных проходящих по улице мимо нас.

Нет, ну представьте себе, из всех хостелов и отелей в городе, я попал именно в тот, что находится прямо напротив ТЦК. Я думаю это была очередная шутка. В душе я смеялся, как и тогда, когда вступил в лужу обеими ногами в кромешной темноте. Я был уверен, что ничего не случится, но яйца поджались повыше.

На рецепции в хостеле была уютная кафешка. Я был бы рад там подождать свой номер, но там повсюду сидели военные. Как же хорошо, что я не в военной форме! Меня бы точно спросили документы эти ТЦКашные детективы. Благо меня провели в столовую самого хостела и там я дожидался своего номера ещё целый час, время от времени переживая из-за сильного скопление военных в задании напротив.
В итоге меня провели в мой номер без происшествий. Я закрыл за собой дверь на замок, выдохнул и наконец-то расслабился.

Я 30 минут стоял под горячей водой, я пел песни и танцевал у зеркала. Я заказал целых три пиццы прямо в номер. Я смотрел фильмы и слушал аудиокнигу и листал рилсы. Я звонил родным и, конечно же, больше всего я праздновал свой побег со своей женой! Мы были впервые так счастливы за последние две недели. Счастливы банально от того, что я могу помыться как обычный человек, могу одеваться как обычный человек, могу кушать, когда мне того захочется и делать всё чего мне захочется. Я никогда не сидел в тюрьме и мне никогда не доводилось из неё выходить, ощущая в воздухе аромат свободы. Но в этот день я почувствовал тот самый, свежий и манящий, сладкий и бодрящий, насыщенный и совершенный аромат свободы. Дело осталось за малым. Все обещания достать меня из армии увенчались провалом. Но я всё ещё таил надежду на помощь от мистера Х "икс". И в этот раз он не оплошал! На следующий день за мной заехала машина. Через час из этой машины я пересел в другую машину. Через 3 часа мы проехали главный блокпост сказав лишь кодовое слово. Нас не спросили ни документов, ни цель поездки, ни-че-го. Ещё через 8 часов, 16-го декабря в 01:40, я стоял у Ивана на пороге с огромной сумкой новых вещей и длинной историей в кармане.

Моё путешествие длилось 19 дней. Я благодарен сложившейся ситуации за всё, что я пережил. Теперь мне сложно описать как сильно я ценю каждое мгновение в горячем душе. Сложно описать радость и ценность встреч с близкими мне людьми. Сложно представить, что я не обращал внимания на столь важные мелочи в своей жизни, что делают теперь меня счастливым и свободным человеком. 

Моё путешествие длилось 19 дней. Теперь оно позади. Пора придумать новый план. Но это уже совсем другая история.