Глава 4. Шарф.
Прошло два дня.
24 ноября.
На улице валил снег — пушистый, мягкий, почти сказочный. В воздухе витало предчувствие праздника: витрины начали украшать, в школе уже говорили о скором Новом годе.
Лера задержалась после уроков — помогала одному из учителей с подготовкой к школьному мероприятию. Когда всё было готово, она спустилась в гардероб за курткой. Уже собиралась выйти, как вдруг чья-то фигура встала у неё на пути.
Он.
Тот, кого ей сейчас меньше всего хотелось бы видеть.
Саша из 10-Б. Он доставал её, сколько она себя помнила: то заигрывал, то издевался, то звал гулять, а потом снова насмехался. Приставал, не отступал, а Лера всё время отшивала его — терпеливо, настойчиво. Но он не понимал. Или не хотел понимать.
— Ну привет, — ухмыльнулся он.
Его не было неделю: срочно уезжал к бабушке. Это были одни из самых спокойных дней в школе.
Но вот он вернулся.- Скучала по мне?
— Саш... отвали, пожалуйста. Я устала, мне не до этого, — тихо, но твёрдо ответила Лера, стараясь пройти мимо.
Он схватил её за руку, остановил.
— Отпусти, — резко сказала она.
Саша засмеялся и прошипел:
— А я слышал, ты тут пока меня не было с кем-то из пацанов гуляла. С «универсамовскими» чтоли?
— И что? — Лера вырвала руку. — Тебе-то какое дело?
— Какое? — его лицо скривилось в злой усмешке. — А вот такое!
Он резко дёрнул шарф у неё на шее.
Хруст ткани.
Светло-коричневый шарф — её любимый, тот самый, что остался от отца после его смерти, — разорвался почти пополам.
— Ты с ума сошёл?! — закричала Лера, отшатываясь. — Придурок! Что ты творишь?!
— Будешь знать, как с другими пацанами шляться, — бросил он, развернулся и ушёл, оставив её в шоке и с дрожащими руками.
Лера выбежала из школы, прижимая к себе изуродованный шарф. Ей было всё равно, что это просто ткань. Но это был его шарф. Самого близкого и родного ей человека. Он действительно значил для неё больше, чем кто-либо мог понять.
По щеке скатилась слеза.
Одна.
Её она быстро стерла.
«Ладно. Не беда... Попытаюсь зашить», — прошептала она себе под нос, сжав губы.
⸻
Дома было тепло.
Она зашла с опущенной головой, переобулась, сняла куртку. Из кухни доносились голоса, смех, звон кружек. Заглянув туда, Лера увидела Андрея и его друзей. Человек восемь. Не всех она знала, но Турбо, Марат, Вова и Зима были ей знакомы.
— О, Лер, привет! Мы тут с пацанами чай пьём, заходи, — радостно сказал Андрей.
Она попыталась изобразить улыбку.
— Нет, спасибо, в другой раз...
Турбо всё это время смотрел на неё. Его взгляд был странным. Не наглым, не весёлым — скорее... обеспокоенным?
«Показалось», — отмахнулась Лера про себя.
— Ну, как хочешь, — отозвался брат. — Мы скоро уйдём.
Она кивнула и пошла в свою комнату.
Села на кровать, достала нитки, иголку. Начала аккуратно сшивать шарф. Ткань была мягкой, но податливой — как будто тоже старалась держаться.
Смех из кухни доносился и дальше.
Прошло немного времени, и в дверь её комнаты тихо постучали.
— Кто? — спросила она.
— Я, — ответили за дверью.
— Кто "я"?
— Турбо.
— Иди отсюда, — устало сказала Лера.
Он не послушался. Вошёл.
— Я же сказала — уходи.
Он подошёл ближе, посмотрел на неё и на шарф в её руках.
— Почему такая грустная? И что случилось с шарфом?
— Долгая история. Не хочу говорить, — пробормотала она, не поднимая глаз.
— А придётся, — голос его стал серьёзнее. — Что случилось?
— Просто... зацепилась за крючок. — Она соврала, слишком быстро, не подумав.
Турбо прищурился.
— Ты знаешь, что врать не умеешь? Что случилось на самом деле?
Лера опустила голову понимая что он просто так не отстанет и тихо сказала:
— С одним парнем повздорили. И... он, скажем, решил отомстить.
— За что?
— Надумал себе чего-то... Сам придумал, сам обиделся.
— Как его зовут?
— А зачем тебе?
— Надо.
— Турбо... не надо. Пожалуйста. — Голос её дрогнул. — Не вмешивайся. Всё уже прошло.
Он молча смотрел на неё несколько долгих секунд. Потом кивнул.
— Хорошо. Но если он ещё раз к тебе подойдёт — ему влетит. И сильно.
Лера чуть заметно кивнула, будто соглашаясь. Но внутри ей было не по себе — от этой угрозы, от сломанного шарфа, от всей этой злости.
Турбо вышел, тихо прикрыв за собой дверь.
Через десять минут они все ушли. В квартире стало тихо.
И Лера осталась одна.
Со своими мыслями.
С иголкой в пальцах.
И с порванным шарфом, который значил гораздо больше, чем просто тёплая ткань на шее.