Глава 7.
Мы ещё находились в пути, когда меня лёгким толчком разбудил Фил. Теперь мы ехали не среди заснеженных лесов, а в каком-то тёмном тоннеле, освещённом потускневшими от грязи и старости фонарями. Стены были обшарпанные, все в трещинах, которые никто никогда не пытался заделать. Через щебёнку прорывался густой мох и трава. По ржавым рельсам и кривым шпалам можно было понять, что это место давно заброшено и забыто.
- Где мы? - озадаченно спросила я Фила.
- Тэм сказал, мы скоро прибудем на станцию.
- Станцию? С номером 666, судя этому жуткому месту.
- Не совсем, - ответил Тэм на моё шутливое замечание, отвлёкшись от прощупывания пульса Алекса, который всё ещё был в отключке. Шарф, который он повязал ещё в лесу, чтобы остановить кровь, был насквозь пропитан ею. Лицо и губы были бледные настолько, что в этом полумраке он был похож на привидение.
- Как он? - поинтересовалась я, уже понимая, что ответ будет неутешительный.
- Походу плохо, - глядя на друга, ответил Тэм, - пульс очень слабый, он потерял много крови. Но он выкарабкается, как всегда, я уверен. По другому и быть не может.
- В смысле, как всегда? Он что не первый раз ранен? - удивилась я.
- Третий. Первый раз два года назад в драке с надзорным, тот ранил его ножом; и второй этой весной, тоже от пули. Тогда ему не удалось вытащить беглеца. Его подстрелили первым, затем решили поймать и Алекса, в надежде, что он выдаст им место нашего лагеря. Поэтому они его только ранили, он им нужен был живым. Но всё-таки ему удалось выбраться каким-то чудом.
- Чудес не бывает, - из последних сил прохрипел Алекс. - только сила воли.
- Эй, парень, держись, мы уже почти на месте, - заверил Тэм друга, но тот снова отключился.
Через несколько минут вдалеке показались яркие огни прожекторов. Наш транспорт начал замедляться. Мы заехали в депо, где стояли ещё пару таких вагончиков и остановились. Впереди показалось несколько человек, но их лиц невозможно было разглядеть, так как они стояли спиной к свету.
- Код прибытия? - крикнула одна из тёмных фигур.
- 056320, - ответил Тэм и добавил, - у нас раненный.
Черные силуэты побежали в нашу сторону, и как только они приблизились, мы увидели троих ребят лет двадцати. Они тут же вытащили Алекса из вагонетки и потащили его в сторону прожекторов. Я и Фил шли вместе с Тэмом позади них.
- Сейчас я вас отведу к Главному, и он дальше скажет, что делать, - проинформировал Тэм. - Вообще это обязанность Алекса, но сегодня, по-видимому, я за него.
Пока мы шли по тоннелю, я пыталась понять, где здесь вообще может быть лагерь. Кругом ничего не было кроме обшарпанных бетонных стен, чуть ли ни сверху до низу покрытых мхом. Сам тоннель казался бесконечным, с кучей разветвлений, ведущих неизвестно куда. Расспрашивать Тэма обо всём мы не стали, ведь для этого нас, видимо, и ведут к Главному.
Внезапно группа, шедшая впереди остановилась у одной из стен тоннеля, и издалека показалось, что они куда-то исчезли. Однако, когда мы подошли к этому же месту, то увидели в стене железную дверь. На двери была панель с цифрами. Тэм быстро ввёл несколько чисел, судя по всему очередной код, и дверь открылась.
Мы оказались в узком коридоре. Благодаря лампам на стенах я уже отчётливо могла разглядеть всех. Я посмотрела на Фила. На его лице красовалась царапина, которую я прежде не заметила. У Тэма руки были в крови Алекса и в ссадинах, как будто он с кем-то дрался на кулаках. Этот молодой мальчуган, как мне показалось на первый взгляд, теперь выглядел и ввёл себя по-взрослому. Веселая ухмылка сменилась на строгое выражение лица, а по тяжёлому взгляду можно было понять, что в жизни ему приходилось довольно туго.
Двое парней впереди так и волочили полуживого Алекса. Один шёл впереди всех. Затем они повернули налево. Мы же пошли направо. Я обернулась и проводила их взглядом.
- Надеюсь, он поправится, - прошептала я себе под нос так, что никто и не услышал моих слов.
***
За всё время нашего пути по коридорам мы не встретили ни одного человека, что показалось нам немного странным для Лагеря. Мы ожидали увидеть место, где мальчишки и девчонки стоят в очереди и с нетерпением ждут либо новых документов, либо работу своей мечты, либо любого другой возможности на новую жизнь. Ведь, по сути, каждый, кто бежит со станции, ищет здесь шанс на будущее, жить лучше, чем полагается по закону, работать там, где возможно проявить себя, свой талант и умения, пускай даже и под чужим именем, но сохранив верность себе. Я вспомнила сообщение Директора школы Станции 57, в котором говорилось об увеличении числа изолированных и беглецов. Где же они все? Или мы просто ещё не пришли?
Спускаясь по лестнице, мы решили поинтересоваться у Тэма о наших дальнейших действиях.
- Сейчас с вами побеседует главный. Таков порядок. Думаю, потом вам дадут время на отдых, - объяснил наш сопровождающий.
Наконец, мы подошли к железной двери. Судя по всему, за ней и сидел Директор.
- Я зайду первым и предупрежу его обо всём, - сказал Тэм.
Он зашёл внутрь, а мы с Филом присели на железную скамейку. Мне было как-то не по себе от этого места. Оно было похоже то ли на бункер, то ли на тюрьму, хотя ни в том, ни в другом месте я раньше никогда не была, но примерно представляла, как они выглядят. Всё внутри меня сжалось из-за страха неизвестности, который съедал меня с того самого момента, как мы сели в поезд на станции 57. До этого моя жизнь была более или менее стабильная: школа, дом, сестра, мама, Дэн. За всё время пребывания вне дома, я так о нём и не вспомнила. Возможно, внутри я всё-таки держала на него обиду, хотя и понимала, что не имею на это право.
- Что ты будешь делать, если тебе удастся найти Лизу? - прервал Фил мои размышления.
- Честно говоря, не знаю пока. Сначала, надо её найти как-то. Хотелось бы вернуться домой, хотя не представляю, как это возможно.
- Почему именно туда? Ведь можно найти себе новый дом? Построить всё заново в другом месте. Начать новую жизнь. Здесь тебе в этом помогут.
- Не знаю. Я там родилась, выросла, училась, там моя семья. Я раньше думала, хорошо было бы уехать куда-нибудь поближе к станциям первого порядка, к центру, но сейчас понимаю, что скучаю по дому. Вот бы оказаться сейчас в своей комнате, почитать любимую книжку, или прогуляться по нашей с Лизой лесной тропе, или пособирать ягод летом. Для меня дом там, где есть воспоминания. Пускай Станция 57 не лучшее место на земле, но это мой дом, а всё другое лишь попутные остановки и ...
- Не думаю, что нам когда-то удастся вернуться, - перебил Фил - Всё заворачивается не так, как я предполагал.
- В смысле "не так?" - удивилась я, но не успела договорить, так как появился Тэм.
- Вас ждут в кабинете, - сказал он, слегка помрачнев после беседы с Директором, и ушёл, даже не попрощавшись.
Мы с Филом переглянулись и уверенно зашли в кабинет.
Это была небольшая комнатка, без окон, вся заставленная книжными стеллажами, которые ломились от множества папок с бумагами. Посередине комнатки располагался письменный стол с лампой, которая была единственным источником света в так называемом «кабинете».
- Ваши порядковые номера, имя и фамилия, - начал темноволосый мужчина на вид лет сорока со сдвинутыми бровями и сердитым взглядом. Он, судя по всему, и был Директором. Фил назвал свои данные первым. Директор долго что-то записывал, затем, не поднимая взгляда, объявил:
- Вы можете идти.
Фил хотел было возразить, но Директор понял, что он хотел сказать, и тут же оборвал его:
- Со своей подругой Вы встретитесь чуть позже.
Перед тем как выйти, Фил обернулся ко мне.
- Всё будет хорошо. Главное, узнай всё, что сможешь. И помни, что я тебе говорил: она не виновата.
Я осталась с Директором один на один и в ожидании приготовилась назвать свой номер и имя.
- Ну здравствуйте, Кристин Аристей, - неожиданно для меня начал Директор, - ну и шуму же Вы подняли своим побегом со станции.
- Откуда Вы знаете меня? - задала я вполне предсказуемый вопрос. - И почему это я наделала шуму?
- Да бросьте. Вы же умная девочка и должны всё понимать.
- Видимо, я не настолько умна, как Вам кажется.
- Вы же, как я правильно понимаю, Кристин Аристей с продвинутого курса, у которой самый высокий средний балл за последние лет двадцать. Которая, начиная с базового уровня, выигрывала все олимпиады по разным профилям и которая внезапно сбежала вместе со своей младшей сестрой. Кстати, где она?
- Она не сбегала со мной. И я не знаю, где она. Но, постойте, причём тут мои школьные оценки к моему побегу?
- В этом то всё и дело. В основном попавшие в изоляцию или те, кто не согласен с профессиональным распределением, или кого отчислили из-за плохой успеваемости. Вы слишком хороши, чтобы сбежать. Это и напрягло руководство С.О.С. Студенты с высокими баллами обязаны попасть под распределение, так как представляют эффективную рабочую силу. Они, как правило, исполнительны, нацелены на результат, усидчивы, преданы своему делу. А эти качества ценятся в любой области, будь то прислуга или врач, не имеет значение. Главное, что любая работа, выполняемая отличниками, безупречна, а это то, к чему стремится вся система. Вы не должны были оказаться в списке изолированных. А это говорит об определённом сбое в их системе. У высшего руководства станций возникли определённые вопросы к министерству образования, и, поверьте мне, у них сейчас большие неприятности из-за Вас, дорогая Кристин. А теперь всё-таки скажите, по какой же причине Вы вздумали сбежать? Только не говорите, что из-за этого парня с Вами. Не поверю. И где Вы спрятали сестру?
- Я же говорю, я не знаю, где она! Именно по этой причине мне пришлось уехать. Мы не сбегали вместе. Она пропала. Я подумала, она сбежала из-за учёбы, и я отправилась на её поиски, но нигде на нашей станции её не было. Потом Фил предположил, что её могли похитить. Но кто и главное зачем, я не знаю. Она совсем маленькая ещё. И я теперь ума не приложу, где её искать! - выложила я свою историю последних нескольких дней почти на одном дыхании и почувствовала, что мне не хватает воздуха, чтобы продолжить.
- Так вы сбежали, чтобы её найти? Вы бросили всё ради маленькой сестры? Да уж, - почему-то засмеялся Директор, - этот факт явно не вписывался в их планы.
Я изумлённо смотрела на него, и не понимала, что он находит во всём этом смешного. Наконец, я решилась спросить то, ради чего я вообще пришла в этот лагерь.
- Вы знаете, кто мог её похитить? И правда, что она не первая, кто бесследно исчезает со станций?
- С чего Вы взяли, что она не первая? - замялся Директор.
- Ой, да бросьте. Неужели Вы не в курсе? Вы наверняка просматривайте закрытые интернет каналы. Фил там видел информацию о других похищениях.
Этот главный явно знал, что происходит, но почему-то не хотел говорить об этом. Он молча стучал пальцем по столу, о чём то размышляя. Просидев так пару минут, он прервал неловкую тишину в кабинете.
- Вы, видимо, сильно любите свою сестру, раз пошли на всё это, верно?
- Не то чтобы прям люблю, - засмущалась я столь личного вопроса, - просто я привыкла ей помогать во всём, она ведь моя младшая сестра. Конечно, она не подарок, но она единственная, кто останется у меня, когда не станет мамы. Вдвоем в этом мире не так страшно, как одной. Папа говорил: «Когда тебе есть, о ком заботиться, то есть и стимул стремиться сделать жизнь лучше ради этого человека». Может, поэтому я училась на отлично, старалась всё запоминать, чтобы помогать ей с учёбой, зная, что больше ей не на кого надеяться. И сейчас она надеется на меня. Я не могу сестру подвести, понимаете? Она ждёт, что я приду.
Я говорила всё это и смотрела Директору прямо в глаза с надеждой, что он поймёт, насколько мне важно было найти Лизу.
- Я думаю, ты себе даже не представляешь, во что впутываешься, Кристин, - сказал он с каким-то отчаянием на лице.
- Вы знаете. Вы знаете, где она! Прошу Вас, скажите мне!
- Она в Изоляторах.
- Где? - удивилась я, не понимая, о чём речь.
- В Изоляторах Научного корпуса С.О.С. Научный корпус - это своего род институт, где учат и выпускают научных сотрудников. В одном корпусе занимаются всем, что связано с растениями, в другом — с животными, в третьем — с человеком. Есть ещё корпуса, но их области науки мне неизвестны. Вот в этих корпусах есть Изоляторы, в которых хранят подопытный материал. Нетрудно догадаться, какой материал хранится в корпусе, исследующем человеческую расу.
- Вы хотите сказать, что государство похищает население для опытов? Да бросьте. Зачем ради тестов похищать кого-то, если можно набрать добровольцев за определённую сумму, или просто еду. У нас немало бездомных, да и просто изолированных. Почему нужно похищать учащихся?
- К сожалению, не просто учащихся, Кристин.
Пока я пыталась понять, к чему клонил Директор, он встал, потянулся к одной из полок стеллажа и достал толстенную папку. Я подошла ближе к столу, чтобы разглядеть, что в ней. В ней оказалось множество каких-то анкет с именами, фамилиями, личными номерами, особыми приметами и данными о семье и учёбе. Что меня смутило больше всего, так это схожие даты рождения: все эти анкеты принадлежали учащимся не старше десяти лет.
- Кто все эти дети?- спросила я.
- Это те, кто пропал за последние два года. И это только те, о ком удалось узнать от беглецов и из интернета. Сколько их на самом деле неизвестно.
- И Вы хотите сказать...
- Да, наверняка твою сестру похитили. Если ей не больше десяти, у неё плохая успеваемость и она не со станции первого порядка. У всех пропавших именно такие характеристики. Если всё так, значит она в том месте, о котором я тебе рассказывал.
- Вы знаете, где находится этот научный корпус?
- Предполагаю. Ты что, собралась туда идти?
- Я уже сказала, что она меня ждёт. Я вытащу её, где бы она не была.
- Не думаю, что это тебе под силу. Там всё под охраной, и они с лёгкостью тебя подстрелят.
- А что Вы мне предлагаете? Вернуться домой, где меня ждёт суд? Жить в изоляции с мыслью, что над моей сестрой ставят какие-то эксперименты? Я шла сюда, в надежде, что Вы мне поможете.
- Ты хотела знать, где твоя сестра. Я тебе информацию предоставил. У нас нет специально подготовленных солдат, которые могли бы ворваться в государственное здание, охраняемое сотнями Надзорных, если ты такую помощь имеешь в виду. Мы просто пытаемся дать беглецам шанс на хорошую жизнь, и то это получается не всегда. Мы можем сделать тебе новые документы, помочь изменить внешность, найти работу и даже новый дом. Но это всё!
На этом Директор поставил точку в разговоре о Лизе, дав понять что обсуждать больше с ним нечего.
- Сейчас я вызову одного из ребят, кто проводит тебя до комнат отдыха. Там можно переночевать, поесть, прийти в себя. Если надумаешь остаться и ждать, пока тебе подготовят документы, сообщи об этом мне, чтобы я связался с кем нужно.
Отдохнуть мне действительно было нужно, так как я вымоталась скорее даже эмоционально, чем физически, и голова уже ничего не соображала. Я села на стул, стоявший около двери в ожидании сопровождения. Директор больше ничего не спрашивал, а что-то читал и записывал. Суровый взгляд, который показывался из-под густых бровей, отбивал охоту что-либо спрашивать, поэтому я решила посидеть молча.
Через несколько минут появился молодой паренёк, на вид чуть постарше Тэма, и как то удивлённо посмотрел на меня.
- Фон, проводи Кристин к остальным ребятам. А там уже они ей всё покажут.
Я уже последовала за Фоном, как неожиданно Директор окликнул меня.
- Кристин, не забудьте дать мне знать по поводу новых документов, дома и прочего, - предусмотрительно напомнил он.
- Спасибо, но у меня уже есть дом, - уверенно ответила я и вышла из кабинета.
Мы шли с Фоном по какому-то новому коридору, который был намного шире предыдущего и больше похож на тоннель. Фонари на стенах светили достаточно ярко, и под ногами можно было разглядеть следы рельс, которые видимо давным-давно были демонтированы.
- В этих тоннелях во время Новой войны ходили поезда, которые вывозили детей подальше от городских центров, - начал Фон, заметив мой интерес к окружающей нас обстановке. - Один из немногих уцелел.
От фразы Новая война я даже немного вздрогнула, так как никто никогда в семьях это не обсуждал. Только на одном из курсов на уроках истории нам рассказывали, как это было. И этого было достаточно, потому что вспоминать тот ужас, который творился на планете, было жутко: беспорядки сменялись войнами, войны превращались в полное истребление стран и народов, мир начал разрушаться. Как только умудрились выпутаться из всего этого. Нашлось несколько высокопоставленных лиц, которые добились полного контроля над всеми сферами. Хаос резко сменился жёсткой диктатурой. И людям просто запретили делать собственный выбор, чтобы они вдруг не выбрали то, что может быть опасно для системы, и снова её разрушить.
- Я что-то не вижу здесь девчонок, одни парни помогают беглецам? - поинтересовалась я.
- Ну в общем-то, да, - ответил Фон, - правда у нас есть одна девчонка беглец, скоро должна получить документы на другое имя, номер, и справку о зачислении в новую школу, так как она ещё не обучалась на профессионала и не может работать.
- Как интересно Директор всё это устраивает? Я имею в виду их новую жизнь. Неужели их не обнаруживают власти?
- У него есть нужные связи, так говорят по крайне мере. А большего нам знать и не следует.
- Если у него такие знакомые, значит он связан с кем-то из руководства станций. Неужели они рискуют своей свободой ради беглецов и идут против властей С.О.С без получения какой-либо выгоды.
- А ты любопытная, - засмеялся Фон. - Не знаю, что там с выгодой, но то, что не всё руководство довольно такой системой отбора работников, об этом давно уже ходят слухи. Спустя время в ней обнаружилось слишком много минусов.
- Удивительно, что они поняли это только сейчас. И я не любопытная, а любознательная, - ответила я на замечание парня.
Тоннель, по которому мы шли, казался бесконечным. Мы остановились у очередной железной двери в стене. Фон снова ввёл какой-то код.
На этот раз мы оказались в просторной комнате. В ней не было ничего лишнего: небольшой умывальник в углу и несколько старых поржавевших от времени железных кроватей. Окон не было. Зато была ещё одна дверь.
- А там что? - поинтересовалась я, указав на неё.
- Душ и туалет. Кидай свою сумку, где свободно, и пойдем в столовую. Наверное, голодная?
Я действительно безумно хотела есть, поэтому кинула рюкзак на кровать, стоявшую у стены, и поспешила за Фоном.
Проделав недолгий путь по бетонным коридорам, мы пришли в столовую, где все уже доедали свой ужин. Ребята в униформе, похожей на ту, в которой были Тэм и Алекс, только темно-зеленого цвета сидели отдельно от всех и что-то бурно обсуждали. Остальные, среди которых и сидела одна единственная девушка, молча опустошали свои тарелки.
Взяв свою порцию ужина, я решила присоединиться к беглецам.
- Привет, я Соня, - начала девчонка, о которой говорил Фон.
- Кристин, - приветливо ответила я.
- Мы знаем, кто ты, - отозвался один из парней в конце стола, - о тебе сейчас говорят на всех станциях.
- А откуда вы знаете, что говорят на других станциях? - удивившись их осведомлённости, спросила я.
- Ты же со Станции 57, верно? - продолжила Соня.
- Да.
- Мы вчера слушали радио, выступала директор твоей школы", - вступил в разговор беглец, сидевший напротив меня.
- А что ещё она говорила?
- Что ты, твоя сестра и ещё один ученик нарушили правила и покинули станцию без пропуска, - начала рассказывать Соня.
- А ещё она сказала, что несмотря на то, что ты отличница, тебя всё равно изолируют в случае обнаружения, но с правом восстановления, - продолжил парень в конце стола.
- Надо же, какая щедрость с её стороны, - огрызнулась я сама себе, - а ещё им первые места завоёвывала.
Ребята переглянулись между собой, будто что-то хотели спросить, но не решались. Сосед напротив оказался смелее остальных.
- А где же твоя сестра? - спросил он.
Я не хотела снова объяснять, так как этот вопрос мне уже сегодня задавали не первый раз, но ответ прозвучал из-за моей спины.
- Она с нами не убегала. Мы сбежали с Кристин вдвоём. И не знаем, куда пропала её сестра, - без лишних объяснений ответил Фил и присел с подносом рядом со мной. - Привет, Крис.
- Привет, - ответила я, - ты где был всё это время?
- Там да сям. Надо было ребятам из отряда помочь кое-что разгрузить, да и в госпиталь зашёл узнать, что там с Алексом.
- Как он?
- Лучше, врачи сказали, что главное удалось остановить кровотечение, но он потерял много крови.
- А сейчас можно к нему?
- Меня к нему не пустили. Сказали завтра можно, если состояние будет стабильным.
Поужинав, я решила, что хочу отдохнуть, и пошла в комнату, где оставила свои вещи. Все остальные пришли чуть позже. Внезапно по коридору прокатился свист.
- Что это? - спросила я Соню.
- Это объявление отбоя. Точно такой же свист ты услышишь утром. Это подъем, - пояснила она, - если услышишь двойной свист, то это тревога, и нужно быстрее сматываться.
- Хм...но куда?
- На этот случай, недалеко от нашей комнаты дежурит кто-то из отряда, за ним и побежим, - добавила она.
Наши с Соней кровати были по соседству, чему я была очень рада, ведь спать рядом с мальчиками было, мягко говоря, неудобно. Достаточно, что мы делим с ними комнату. Фил расположился в противоположном углу. Из освещения мы оставили гореть только одну лампу около двери. Все легли спать и наступила тишина, которая должна была проглотить меня и уронить в сон. Но мне не спалось. Во голове крутились слова Директора об изоляторах и научных корпусах, а ещё слова руководителя школы. Покоя не давало и то, что моё исчезновение так всех взбудоражило на других станциях. Я посмотрела на кровать напротив.
- Видимо, бессонница мучает не только меня, - подумала я.
Фил лежал, уставившись в потолок, словно считал звёзды. Интересно, что за мысли мешают ему уснуть?