Лёд

Трибуны замолкают, в ожидании их выступления. На лёд выходит знаменитая пара фигуристов. Серые костюмы поблёскивают в свете прожекторов. Какой-то уж слишком вызывающий женский, словно показывая, что девушка бунтарка, но даже подобный наряд смотрелся на ней слишком формально. В противовес ему, строгий мужской. У парня он выглядел так же, наоборот, этот костюм смотрелся на нём чересчур... дерзко? Будто дизайнер не знал их характеров, а лишь параметры двух человек. Светло русые волосы девушки, вместе с тонкими зелёными прядками, были зажаты в огромные бисерины. А разноцветные глаза сияли задорным огоньком, приветствуя зрителей. Парень же не стал утруждать себя, оставив длинноватую копну светлых волос распущенной. Да и на зрителей он не особо обращал внимания, уже, кажется, полностью вжившись в роль.

Их тонкие фигуры остановились в центре сцены.

Как только ведущий объявил имена и композицию, в зале погас свет, заиграла легкая музыка.

Единственный прожектор, освещавший сцену, был направлен на меня, танцующую на льду. Сковано, угловато, но изо всех сил пытающуюся привлечь его внимание. Даже если учесть тот факт, что танцевала я действительно прекрасно, без ошибок, идеально, однако неуверенность в каждом движении, в каждой ноте, в каждом последующем шаге была слишком уж большой, для фигуристки подобного уровня. Да? Почему он заставляет сходить меня с ума? Почему именно он кажется мне идеалом? Из-за чего я так помешалась на нём? Что в нём необычного? Каждый раз задавая себе эти вопросы понимаю – для меня уже не существуют другие люди. Только он. Я не смогу забыть эти черты лица, походку, голос, редкие прикосновения... Я боялась ошибиться, сделать хоть одно неверное движение, провалить всё выступление, разочаровать кого-то невидимого для зрителей. Но не для меня. Даже в тени он был слишком осязаем, а взгляд его голубых глаз слишком реалистичен.

В свете прожектора замелькала фигура парня. С самоуверенной улыбкой, он смотрел на меня, хоть движениями пытающуюся скопировать его, хоть слегка приблизится к такому далекому образу идеала. Что угодно, я переступлю через свою гордость, здравый смысл, убеждения. Я разрушу свой мир ради него. Но он лишь вновь усмехнулся, сделал резкий, необдуманный аксель, невероятно точно подгадав место приземления, невероятно близко оказавшись рядом с моим лицом. Взглянув прямо в зелено-голубые глаза, хмыкнул, будто говоря о моей глупости. И снова полностью исчез во тьме, оставляя после себя лишь холодную пустоту.

Я начала двигаться резче, чтобы выделиться больше, завоевать внимание. Он только что был рядом со мной, он заметил меня.

Движения стали ещё ужасней, техника отсутствовала напрочь, я еле держала равновесие. Но меня это не волновало, если он вновь окажется рядом, если я вновь смогу увидеть его вблизи. Я буду делать всё что угодно, лишь бы он был тут, со мной. Лишь бы заполнил пустоту рядом.

И вот он здесь, укоризненно смотрит в глаза, резко оказывается сзади, и вновь передо мной. Едва успеваю замечать его плавные, быстрые движения. А напоследок он серьёзно взглянул на меня, вновь исчезнув во тьме.

И снова мои ужасные движения, ставшие ещё резче, по сравнению с предыдущими. Ну где же ты, почему не появляешься? В какой-то момент я потеряла равновесие, чуть не упав, а в мыслях пронеслись все его повороты, сделанные небрежно, но невероятно плавно, будто мы под водой, а не на скользком льду. Успокаиваюсь, медленно, пытаюсь скопировать этот стиль. В голове только он. А музыка становится быстрее и быстрее, началась вторая половина. Успеваю ли я... Неважно, ведь он обратит на меня внимание.

Ну где же ты, где?

Сделав очередной тройной прыжок, я осознала, что отчаянно не успеваю за музыкой. Что же будет, если выступление сорвётся по моей вине?.. Он никогда меня не простит. Никогда. Я старалась поспеть за ритмом, но ничего не получалось. Вдруг сзади появляется он, неожиданно помогая тёплыми руками, с легкостью поднимал в воздух и я почувствовала себя... Свободной? Возможно, но мне нужен только он. И если мне прийдется отказаться от этого чувства, ради него, я это сделаю. Не отпускай меня, прошу, не отпускай...

Я не успеваю, всё ещё не успеваю, я не научилась, не уходи, куда ты? Он начал танцевать со мной, помогая почувствовать себя уверенней. Вместе, синхронно, одно движение за другим. Но его уже не было рядом. Он позволил осветить себя ещё одним прожектором и, в какой-то момент, мы танцевали по разные стороны сцены. Вновь приближались, и отдалялись друг от друга. Он снова рядом, как всегда плавно выписывая движения. Не уходи, прошу, что там дальше по программе..? Тройной прыжок, поворот, одинарный, ты рядом? Видишь? Я смогла измениться, не уходи...

Бусины оттягивали волосы при каждом движении, дыхание сбилось, каждый шаг все труднее предыдущего, а музыка быстрее и быстрее, ну когда же ты остановишься? Однако чувство свободы усиливалось с каждой секундой, я не могла остановится, он близко, невероятное чувство эйфории, тело работало на автоматизме и... Было уже все равно, что там по программе, я выписывала свои движения, вместе с ним. Невероятное чувство восторга, будто я вернулась в прошлое и вновь маленькая девчушка, желавшая выйти на сцену.

И снова быстрый кораблик, последние движения. Мы остановились прямо перед судейской трибуной, обнимая друг друга. Он смотрел на меня, в мои глаза, с нежностью, а я утопала в его взгляде. Бусины все ещё оттягивали голову вниз, ты хочешь иметь надо мной подобную власть? Неужели? Эта мысль заставила меня улыбнутся, если хочешь, то пусть, мне уже всё равно, я привыкла. Непонимание промелькнуло в его глазах, а через несколько секунд он тепло улыбнулся, дотронувшись рукой к моей щеке. Послышался звук падающих бусин, неосмысленные слёзы счастья, которые он вытер рукой, всё также тепло улыбаясь, пока я осознавала, что свободна.

Ведущий, молчавший до этого, полностью погрузившись в атмосферу номера, очнулся, произнося своё мнение по поводу выступления. Судьи шептались, трибуны гудели, а цветы едва долетали до сцены. Роли сыграны, а я счастлива. Просто счастлива.