Сюрприз дома
После пар я устало поплелась домой. Скоро нужно будет пойти на танцы, а у меня все тело болит!
Думала, хуже быть не может... А, нет, может! Дверь не открывается. Что за хрень? Куда все делись?
Достав из сумки телефон и набрав номер папы, я поднесла трубку к уху.
После нескольких гудков послышался голос папы:
— Да, милая?
— Папа, ты где?
— Мы еще в селе, а что?
— Ты же сказал, что вернешься утром?
— Аните нужно было запастись банками овощей на зиму, поэтому мы немного задержимся. Не обижайся. У вас все хорошо?
— Да, лучше и быть не может, — соврала я.
— А где Арон? Можешь передать ему телефон?
— Он... — замялась. — Он в ванной, поэтому не сможет с тобой поговорить.
И какого хрена я его прикрываю? Пока он, кстати, где-то шатается!
— А, ну тогда хорошо. Я отключаюсь. Не скучайте!
— Пока.
Отключив телефон, я нагнулась к ковру, под которым обычно и лежит ключ. Впрочем, он и сейчас там лежит.
Быстро зайдя в дом, я направилась в свою комнату и без сил кинулась на кровать. Еще чуть-чуть и мои ноги отвалятся!
Интересно, куда этот идиот подевался?
Я же должна извиниться... Эх...
Переодевшись в чёрную майку и шорты,
я накинула рюкзак со сменной одеждой на спину и пошагала далеко за пределы дома... Туда, где рождается танец и умирает слабость. Туда, где люди почти каждый день ломают себе что-нибудь, находят новые ссадины. Падают, встают, танцуют дальше. В то место, где меня научили жить.
***
— Я слышала, ты будешь участвовать в танцевальном конкурсе. Удачи! Я уверена, ты одержишь победу над всеми! — поддерживала меня Лукреция, пока я, убитая и усталая, тащилась до дома.
— Я тоже надеюсь, что к моим грамотам присоединится новый друг, — устало произнесла я. Даже рюкзак с платьем и пуантами казался мне тяжелым.
— Ты слишком стараешься в последнее время! Зачем себя так напрягать? — судя по звукам, доносящимся по ту сторону трубки, можно с точностью до сотых сказать, что она что-то ест.
— Потому что я хочу и дальше танцевать, а не идти работать в папину компанию. Моя жизнь — танцы. И я хочу посвятить себя только им! Если я смогу как-нибудь убедить отца, то он позволит мне продолжить карьеру балерины.
— Я знаю... Был бы у меня такой же талант, как и у тебя, я бы тоже стала балериной.
— У тебя есть ум и красота! Нечего мне завидовать! — засмеялась, заходя в дом.
Стоп, дверь открыта? Значит, Арон дома. Блин, как же неловко извиняться...
— Ты жива там? — Лукреция кричала в трубку.
— Лукреция, я пошла извиняться. Скоро перезвоню! — шепотом сообщила я.
— Хорошо, только расскажи все потом, окей?
— Окей, пока.
Отложив телефон и сумку на диван в гостиной, я поднялась на второй этаж и подошла к комнате парня.
Почему руки трясутся?
Фух, вздохни. Скажешь «прости» и выбежишь! Все, я готова...
Повернула ручку и...
Что я вижу?
Арон в компании трех девушек. Двое сидят рядом на диване, в то время как каждую из них он придерживает за талию и что-то шепчет на ухо, на что те заливаются розовым цветом и небольно бьет его по груди. Третья вообще уселась на стол перед ним, положив ногу на ногу. Мне рассказывать, в какой они одежде? Прости, Господь, если это можно назвать одеждой. Какие-то гламурные тряпки, которые еле прикрывают... кхм... кхм... пятую точку.
— Можно спросить, что за хрень тут собралась? — крикнула я, из-за чего все уставились на меня. Пипер в том числе.
— Выйди! — приказал парень.
А, ну ладно, я пошла! Ты этого ожидал, балбес?
— Я спросила, что за хрень? — снова крикнула, оттаскивая одну со стола. Она еле держалась на высоченных туфлях. Аж жалко ее выпроваживать. Но, удачной дороги, я сегодня не добрая!
— Вам тоже дорогу показать? — прошипела, глядя на двух оставшихся девиц.
Они тут же встали и направились на выход.
— Аривидерчи! — крикнула я вслед. — Дорогу сюда забудьте раз и навсегда.
— Ты что творишь, дура? — соизволил подняться парень.
— Что я творю? — усмехнулась я. — Это ты мне объясни, что за горем тут устроил? Это тебе проходной двор?