Глава 18 Рассказ Мишель

Сайлос нашёл Мишель в гостиной. Она сидела на диване и меланхолично смотрела в окно, ритмично отбивая пальцами руки какую-то мелодию. С её волос всё ещё стекала вода, но грязь на обуви и одежде уже начинала засыхать, образуя комки. Элмас сел рядом. Несколько секунд он молчал.

— У Никки пневмония, — наконец сообщил мальчик. — А Белладонна просто устала.

Девочка резко обернулась, и Сайлосу почудилось, что она только сейчас заметила его. Браво просияла:

— Это звучит хорошо.

Мишель нахмурилась, размышляя.

— Правда, я не очень хорошо знаю, что такое пневмония. То есть я слышала, что это болезнь. По-моему, это что-то с горлом. Или с головой. Или ещё с чем-то!

— Стой! — поднял руки Элмас, которого такой поток слов сбивал с толку.

На самом деле, Сайлосу давно стоило бы привыкнуть. Браво являлась невероятно деятельной и активной личностью. И если она не могла много двигаться, то начинала болтать без остановки. Иногда Элмасу нравилось наблюдать за этим неконтролируемым потоком информации, но чаще его это очень нервировало и обескураживало.

— Я не особо разбираюсь, — сказал мальчик. — Но вроде как это болезнь лёгких. И это плохо.

— Плохо?

— Очень плохо, — уверенно кивнул Сайлос. — От неё вроде как можно и умереть.

— Мортем! — девочка помрачнела. — Этого не может быть!

— Я уверен, что всё обойдётся, — успокаивающе похлопал её по спине Элмас.

Они снова замолчали. Время стало тянуться невыносимо медленно. Словно бы кто-то нарочно захотел оттянуть его. Невольно Элмасу вспомнился отрывок из трактата, который он читал: "Иногда Дьюер выбирает совершенно особую пытку. Зная, какой момент является самым отвратительным и нелюбимым для человека, он нарочно посылает его туда и заставляет проживать вновь и вновь, растягивая самое неприятное, превращая секунды в года." Мальчик покачал головой, этого ещё не хватало. Хотя из всех ужасных моментов вряд ли бы Дьюер выбрал именно этот.

— Слушай... — он закусил губу. — А кто они такие?

— Точно, — Мишель вдруг усмехнулась. — я ведь тебе так и не рассказала.

И уже гораздо тише и теплее добавила:

— А ты мне помог. Спасибо!

— Не за что, — пожал плечами мальчик. — Мы ведь друзья.

— Да, — девочка улыбнулась ещё шире и неожиданно обняла его.

Сначала Элмас неловко поднял руки, не зная, куда их деть, но спустя несколько секунд расслабился и просто сжал подругу в ответ.

Когда Браво выпрямилась, она протёрла глаза и вздохнула:

— Что ты хочешь знать?

— Всё, — решительно сказал Сайлос. — Даже если они маги.

Мишель лишь рассмеялась и отрицательно покачала головой:

— Нет...

Девочка задумалась:

— Правда я никогда не спрашивала об этом. Но ведь они не смогли бы попасть в крепость? — задала она риторический вопрос.

Подумав, Элмас кивнул, барьер не пропустил бы магов. Собравшись с мыслями, Браво начала свой рассказ.

***

...В камине всё ещё горел огонь, живое существо, оставленное приглядывать за сохранностью комнаты, девочка довольно улыбнулась пламени и подмигнула ему. Скоро они станут родственниками. Ведь не зря драконов именуют детьми, братьями и даже кровью огня.

Неожиданный скрип, донёсшийся со стороны шкафа, заставил Мишель вздрогнуть.

— Мортем! — выругалась девочка, внутри вспыхнула тревога.

Несмотря на огонь, света в комнате не хватало. Пришлось напрячь зрение, чтобы начать различать предметы в глубине комнаты. Браво подошла к столу. Стараясь не выдавать свою напряжённость, девочка взяла свечу и подожгла фитиль. По комнате разлился жёлтый свет. Браво снова оглядела комнату и замерла.

Рядом со шкафом Мишель заметила девочку в старом, потрёпанном платье не то красного, не то серого цвета, с волосами, видимо имеющими цвет топлёного шоколада, заплетёнными в неопрятную косу. Девчонка вжималась спиной в шкаф и внимательно следила за Браво большими испуганными глазами. Вся её поза выдавала крайнюю напряжённость и готовность к немедленному бегству.

— Кто ты? — как можно твёрже спросила Мишель.

— Меня зовут Белла... — прошептала девчонка, выпрямляясь. — Белладонна...

Мишель задумчиво рассматривала незнакомку. Браво сначала решила, что перед ней стоит одна из служанок, потом разглядела платье. В Серой Башне девушки носили белые рубахи, жилеты разных цветов в зависимости от их работы и длинные юбки или штаны. Помимо этого, всем служанкам предписывалось собирать волосы в причёски, большинство предпочитали косы. Их заплетали на разный манер и в разном количестве, некоторые даже украшали различными заколками и лентами, а в тёплое время года — цветами.

— И что ты здесь делаешь? — поинтересовалась Браво.

— Я... — Белладонна замялась. — Я...

Её глаза метнулись от Мишель к шкафчику с лекарствами.

— Воруешь, — ошеломлённо выдохнула ученица драконов.

Она озадаченно и вместе с тем огорчённо посмотрела на Белладонну:

— Но зачем?!

Нежданная гостья удивлённо взглянула на девочку. Белладонна явно не ожидала этот вопрос. Она готовилась услышать крики о помощи или угрозы, но сочувствие, интерес и отчаянье, прозвучавшие в голосе обитательницы крепости, смутили её.

— Мне нужно... Мой друг болен и у нас нет лекарств, — призналась девочка.

Друг?! Браво тяжело вздохнула. Значит, у неё есть ещё и друг. По грязи на одежде Мишель догадалась, что живут они где-то на улице, скорее всего даже не в Каннингеме, а рядом с Башней. Что может быть хуже в середине Золотых месяцев? Мишель покачала головой и вздохнула: она приняла решение. Убедившись, что дверь закрыта, девочка села на скамью.

— Рассказывай, — как-то слишком серьёзно сказала она.

Нехотя Белладонна примостилась на ближайший табурет.

— Что рассказывать? — после короткой паузы спросила она.

— Кто ты, что за друг, чем он болен, — начала перечислять интересующие её вопросы Мишель.

— Я Белладонна, — с враждебностью в голосе сказала девочка. — Друга зовут Никки. У него болит горло и есть раны на ноге.

— Понятно... — протянула Браво.

Почему-то новая знакомая старательно прятала глаза. Её руки постоянно мяли подол и без того изношенного платья. "Нервы, — догадалась Мишель. — Она меня боится." Браво задумчиво посмотрела на Белладонну. Сейчас Мишель чувствовала себя следователем на настоящем допросе. По крайней мере, так его описывали Оскар и Бен. В своей голове Браво являлась Медведем, а Белладонна — Оскаром, который готов ей всё рассказать, или Беном, который собирался сделать то же самое. Правда, в отличие от фантазий девочки, её подозреваемая не хотела раскалываться. "Может быть, она думает, что я тяну время?" — подумала Браво, заметив, как отчаянно Белладонна смотрит на дверь.

— А почему за лекарствами пошла ты? — наконец спросила Мишель.

— Мы живём вдвоём, — нехотя призналась Белладонна, проводя рукой по тёмным волосам.

— Белла... Можно называть тебя Беллой? — после кивка Браво продолжила. — Я не стану тебя сдавать. Я просто хочу узнать кто ты, чтобы помочь.

На секунду Белла остолбенела. Подобное желание совершенно не укладывалось у неё в голове.

— Я... То есть мы с Никки были рабами, — в конце концов начала рассказывать девочка.

— Но ведь в Дрейке запрещено торговать людьми! — не удержалась Мишель.

— Запрещено, — горько усмехнулась Белладонна. — Но это только в самом Дрейке. А вот в Арахазском княжестве это позволено.

— В Арахазском княжестве, — задумчиво протянула Браво, стараясь вспомнить карту.

Это государство находилось в Пустоши, у самой границы с Дрейком.

— Я жила во дворце князя, попала туда, когда мою деревню сожгли. А Никки жил во дворце Александра, старшего сына князя, его продали родители, — девочка упрямо мотнула головой, сдерживая слёзы, её голос стал хриплым. — Я ненавидела каждый день своей жизни. Она была просто невозможной! А потом узнала, что князь хочет отправить меня к сыну. И я знала, что Александр гораздо злее него. Я испугалась. А потом, когда мы с князем приехали туда, я встретила Никки. Он, как и я, мечтал сбежать. И у него был даже план. Но один он не мог его осуществить. И тогда мы сбежали вместе.

Белла умоляюще посмотрела на Мишель:

— Нам нельзя в город, понимаешь? Там могут быть его люди. Они найдут нас и вернут обратно! И тогда нас точно убьют! — она разрыдалась.

Браво мгновенно оказалась рядом. Белладонна уткнулась ей в плечо, а Мишель принялась гладить её по спине, пытаясь придумать какие-нибудь подходящие слова утешения. Но всё, что приходило ей в голову, казалось фальшивым и глупым. "Как бы сейчас пригодился Сайлос," — внезапно подумала она.

Когда Белла успокоилась, она выпрямилась и, шмыгая носом, продолжила говорить:

— Мы нашли пещеру. И всё было хорошо. Только Никки немного приболел. И я решила прийти сюда... В крепостях же всегда есть лекари. Никто бы не заметил пропажи!..

— А как ты попала внутрь?

— А там в стене есть проход, — призналась девочка, уже без былой неприязни.

Мишель замолчала. Мысленно она взвесила все за и против. Наконец ученица драконов вспомнила слова учителя истории: "Драконы должны нести свет в самые тёмные уголки мира," — и решила помочь.

— Хорошо. Возьми то, что нужно, — сказала она.

И тут же добавила:

— Но не больше.

Собственные слова показались ей до ужаса взрослыми и меркантильными, поэтому Браво тут же попыталась их объяснить:

— Иначе будут искать.

Белла кивнула и начала быстро собирать необходимое. С собой она взяла две колбочки с лекарствами от горла и пару бинтов. Когда Белладонна закончила, Мишель забрала своё снадобье, прописанное после проклятья, и они вместе покинули лекарские покои.

***

— А потом я попросила её показать проход, — закончила Мишель. — И предложила помочь.

— Приносить еду? — уточнил Сайлос.

Сейчас ему вспомнилось, что в тот день Браво сильно задержалась у Дендра. Как он сразу не вспомнил об этом?

— Еду, — кивнула девочка. — И немного одежды.

Элмас лишь покачал головой, какое безрассудство. Ему ли не знать, что всю одежду им выдают в строго регламентированном количестве. И что, отдавая свои рубахи, Мишель самолично уменьшала свой гардероб, не имея возможности восполнить потерю. Как только Браво додумалась до такого? В голову Сайлоса такая мысль не пришла бы никогда. Мишель грустно улыбнулась:

— Мне было так жалко её. И я хотела помочь. Это плохо?

— Нет! — запротестовал мальчик. — Конечно, нет! Просто...

— Просто ты бы так не поступил? — закончила за него Браво, взмахивая от возмущения руками. — Да?!

Когда ладонь Мишель вскользь прошлась по его щеке, и её ногти оставили на ней бледный след, Сайлос невольно зашипел. Сама девочка, казалось, не заметила этого.

— Просто нужно было сказать мне, — пробурчал мальчик.

— В следующий раз непременно! — пообещала Браво.

— В следующий раз?! — оторопело переспросил Сайлос. — Ты хочешь привести сюда целый табор?

Девочка весело рассмеялась.

— Ты ведь тоже расскажешь? Если вдруг найдёшь кого-то.

— Непременно, — усмехнулся Элмас, невольно расплываясь в широкой, искренней улыбке, в такую возможность ему верилось с трудом.

Мишель встала и протянула ему руку. Сайлос ухватился за её за локоть, поднимаясь. Когда они оба оказались на ногах, Браво сжала его руку ещё сильнее и сказала:

— Отсюда мы смотрим в вечность.

— А вечность смотрит на нас, — с сарказмом ответил мальчик, недоумевая, к чему подруга вспомнила афоризм, который, по легендам, перед битвами говорили первые драконы.

Элмас усмехнулся и отвёл глаза в сторону. Когда он вновь посмотрел на подругу, то улыбка пропала. Браво выглядела необычно серьёзно, её выражение лица, её поза – всё выражало некую торжественность.

— Отныне и до конца? — тихим голосом, полным надежды, спросила она.

— Отныне и до конца, — кивнул Сайлос, и где-то внутри у него ёкнуло, словно он только что сказал что-то необычайно важное, сам того не подозревая.

Ладонь будто бы кольнуло изнутри, мальчик поморщился и отпустил руку. Мишель усмехнулась, приобретая свой привычный вид:

— А теперь в зал? Хочу что-нибудь побить! Или кого-нибудь.

— Я точно уложу тебя, — пообещал мальчик.

— Ты-то? — она деланно рассмеялась. — Я одной левой тебя. Как обычно!

— Что значит "как обычно"? — картинно оскорбился Сайлос. — "Как обычно" – это значит, что выиграю я.

Они вместе вышли в коридор, продолжая шутливо переругиваться. Эмин, шедший в этот момент к себе в комнату, заслышав смех, быстро свернул в дверной проём и инстинктивно прижался к стене. Когда дети прошли мимо него, парень посмотрел им вслед и улыбнулся, умиляясь. В который раз он подумал, что, возможно, легенды ошиблись. В конце концов, их сочинили в Эпоху Богов. В то время, когда никто и подумать не мог, что женщины будут играть хоть сколько-нибудь значимую роль. Эмин задумчиво покачал головой:

— Королева и воин? Король и воительница? — он кивнул сам себе. — Кто сказал, что этого не может быть? Кто сказал... Что жён в доспехах не бывает?

Пропев последнюю фразу, парень отвернулся от коридора, в котором скрылись Манорок и Роталлеб, и продолжил свой путь, напевая старинную балладу:

— Кто сказал, что меч в руке удержать я не смогу?

Кто сказал, что на войне я погибну иль сбегу?

Ведь мой конь под мною смирен.

Он покорен мне, мой друг.

Меня враг не испугает,

От моих он сгинет рук.