5. Кофейня напротив
Сегодня воскресенье.
Сделав все домашние дела, я договариваюсь с подругой детства встретиться в кафе около школы. Ей так удобнее всего.
Надев рваные джинсы и имея возможность почувствовать себя независимой от школьной формы, теплый свитер для долгой прогулки ясным зимним днем, я быстрым привычным шагом иду к месту назначения. Грудь сдавливает от восторга долгожданной встречи, а пальцы даже не в силах нервно колебаться, ведь до жути замерли.
- Хорошо что осталось пару шагов до теплого помещения, - говорю сама себе, не чувствуя уже кончиков пальцев ног и рук. О красном носике я вообще молчу.
Потом - такая родная улыбка подруги, две чашки согревающего кофе и душевные разговоры. В сердце становится теплее, а пищевод ликует от напитка. За окнами идет снег, большими хлопьями укутывая людей, деревья, машины и дома.
Через полчаса мой живот неприятно скручивает и напоминает о своей пустоте. Решаю купить кусочек черничного пирога или шарлотку. Встав в небольшую очередь, я ощущаю знакомый цветочный запах. Думаю, что мне мерещится, поэтому слегка мотаю светлыми прямыми волосами.
- Мне одно американо с собой, пожалуйста.
- Вам добавить сироп?
- Да, с фиалкой.
Голос кажется мне до дикости знакомым и успокаивающим.
- Putain, - негромко говорю я,(имею привычку материться на французском; так намного скрытнее), (в надежде донести послание, если мои предположения верны).
Мужчина впереди в темно-синем пуховике и клетчатом черном шарфе оборачивается, чуть хмуря брови, пытаясь что-то увидеть в запотевших очках.
- Нельзя материться на таком красивом языке...- когда я вижу через стекло очков его зеленые глаза и морщинки, взгляд напротив смягчается и складка между бровями становится еле заметной.- А, Glace! - А после опешивает, неловко прокашливаясь. Борис Дмитриевич хочет что-то еще сказать, но его прерывает писклявый голос кассирши, которая подает ему заказ.
Совершенно без желания продолжать разговор и вспоминать вчерашний конфуз в квартире учителя и его брата, я заказываю кусок черничного пирога.
Мужчина терпеливо ждет, отряхивая рукава и кудряшки от снежинок. Видно, совсем недавно зашел сюда.
Когда я разворачиваюсь с подносом, Борис Дмитриевич подходит почти вплотную, преграждая мне путь и открыв рот, чтобы, вероятнее всего, начать извиняться.
Но мой немного резкий, тем самым непривычный голос его перебивает.
- Pardonne moi, но я не хочу сейчас принимать ваши извинения за свое поведение. У меня важная встреча, прошу меня пропустить. - Я поднимаю ледяные глаза на немного растерянного мужчину, который чуть прикусывает пухлую губу, треская ее до крови, но все же делает шаг в сторону и провожает меня грустным или уставшим (никак не могу понять) взглядом к моей подруге, которая тревожно наблюдает за происходящим.
Мне приходится сильно натянуть улыбку, ведь неприятные мысли все же залезают в голову, смешиваясь со прошлым днем и создавая неприятный ураган в голове.
Чувство вины за то, что я поперлась в чертову квартиру учителя мучает меня до сих пор. "Просто бред какой-то", - я прикрываю глаза и чуть хмурюсь от тупой боли в области сердца. Сжигающее чувство.
Чуть позже мой телефон кратко вибрирует на столе.
"Я получил письмо. Спасибо и извини за все", - от неизвестного номера.
Но я то точно знаю, от кого она.