Призванные: Мир заточения

Глава1 Что-то из другого мира

Настя шла домой с работы. Ее окружал шум машин, водители которых сигналили в клаксоны: на дороге была пробка: кто-то перегородил путь; где-то вдалеке раздавался лай собак, словно кошки дразнили их, насмехаясь, а те ничего не могли сделать в ответ, как только лаять до тех пор, пока кошкам это все не надоест. Грубые порывы ветра заставляли листву трепетать, срывая их с деревьев и кружа разноцветные листья в воздухе, роняя их, когда кружащая воронка теряла свою силу.

Небо было ясным. Лунный свет освещал дорогу и в помощь ему начали зажигаться уличные фонари. Желто-оранжевый свет устремился падать вниз, сопровождая девушку по парку. От появившегося света тропинка начала проявляться.

Пепельные волосы сливались со светом небесных светил; вязанная кофточка темно-бордового цвета согревала ее, а черные джинсы облегали ее ноги и бедра, обувь помогала справиться с осенними лужами и грязью, что оставалась после дождя в это время года.

Девушка была невысокого роста, с темно-голубыми глазами, милым личиком и в неплохой физической форме; при удачном ракурсе, она могла разглядеть рельеф своего живота в зеркале. Настя не стремилась к выраженным мышцам и внешним проявлениям результата спорта в ее жизни, которое было редким, но ей было приятно видеть очертания пресса в отражении зеркала.

Те полчаса, что Настя тратила на дорогу, были для нее самым лучшем временем за весь день: она могла уйти в свои мысли и забыться, оставив позади все, что ее тревожило. Свежий воздух растворял этот день в памяти и уносил стоявший перед ее носом запах быстрой еды и пота посетителей, насколько это было возможно. Прохладный ветер освежал и заставлял взбодриться, каждое его дуновение уносило все лишнее прочь из ее головы и из этого прожитого дня, который стремился к своему завершению.

Она не лишила бы себя возможности пройтись пешком, несмотря на то, что поездка на автобусе могла сократить ей путь до дома на двадцать минут. Ни дождь, ни снег, ни плохая погода не были преградой, ради которой можно отказаться от удовольствия прогулки с самой собой, а мысль о горячем кофе и не менее горячем душе после рабочего дня, являлись приятным завершение прогулки, приятным завершением всего дня. Настя не могла решить, что слаще: предвкушение горячего кофе и душа или сам кофе и душ? Но отказаться от того и другого не могла, да и не хотела.

Настя шла дорогой, проходившей через городской парк, в который не каждый решался заходить. Не ухоженность этого места сильно пугало людей не только потому что он был, словно заброшенный, не смотря на то, что люди все же ходили этими тропами, но в большей степени горожане обходи это место из-за того какими историями оброс этот парк.

За все существование этого городского парка ни раз были предприняты попытки привести его в подобающий вид, где жители города могли бы отдыхать и проводить время с семьей. Но этому не было суждено осуществиться.

Каждый год, как это делалось всегда, и этот раз не исключение, проходили тендеры на благоустройство этого парка. И были смельчаки, которые участвовали в этих конкурсах, но тем кто выигрывал им не позавидуешь. Несчастья преследовали всех, кто хотел хоть что-то изменить в этом месте.

При попытке подстричь торчащие ветки у деревьев, когда начинались работы по благоустройству территории, или срубить поломанные, засохшие или ветхие стволы, работник всегда получал травмы. Травмы он получал самыми разными способами: падение с высоты со стремянки, которая чудесным образом сворачивалась сама собой, либо работник получал удары об что-то торчащее во все стороны. Даже были случаи, когда нападали птицы и собаки и сшибали работяг с ног, а иногда кусали за самое мягкое место, вырывая задний карман. Самым безвредным, что могло произойти, это могли сломаться инструменты или техника, тогда можно было считать, что обошлось малой кровью.

Нужно заметить, что жители города всегда радовались, когда кто-то предпринимал попытки привести этот парк в порядок, потому что они нуждались в нем. В городе было не так много мест, где можно было провести время с семьей или просто прогуляться с друзьями. К большому разочарованию многих, начатая бригада или компания ни разу не оправдывала возложенные на нее надежды и обязательства по самым разным причинам. Горожане уже начали думать, что этот парк проклят. Какой же это вздор, не правда ли?

Теперь в парке было множество дорожек, закоулков, которые вели в никуда, водя по кругу людей или их приводя их в тупик, потому что все дорожки имели свое начало, но не все имели свой конец. Выходы, конец пути работники всегда оставляли на потом, но это «потом» так и не наступало ни разу. Как найти выход из парка, знали только старожилы, которым были известны все тропинки и повороты в этом месте, коим и была Настя: она провела все детство здесь со своей подругой, играя в прядки. Именно по этой причине в парке всегда было мало людей. Девушке это очень нравилось. Она любила тишину и безлюдство.

Сейчас это место имело заброшенный вид и веяло дикостью первозданной природы, над которой человек не властен. Особая атмосфера, которая шла от торчащих веток деревьев, что цеплялись за волосы и одежду, заросшие кусты, что протекали по обеим сторонам тропинок и напоминали лабиринты, которыми они и являлись, потому что часть из них вела в тупик, а другая часть водила вас по кругу. Заблудиться было очень легко. Старые и когда-то покрытые коричневой краской скамейки, уже давно нуждались в замене, или в хорошем ремонте. Кое-где можно было увидеть кусочки коричневого цвета на сухой доске. А небрежно разбросанные фонари дополняли всю эту картину. Настя не понимала почему, но ей все это безумно нравилось и отзывалось восторгом, даруя успокоение в мыслях, забирая всю тревогу, которая наполнилась за день.

Еще несколько минут и девушку ждала главная дорога, а за ней взгромождавшиеся однообразные коробки. Пройдя некоторое их количество, она могла попасть в свою квартиру. Не смотря на то что они были все одинаковые, Настя знала через какие дворы можно сократить себе путь, где именно нужно завернуть, чтобы не проскочить нужный дом. Построенные когда-то в этом жилом комплексе квартиры были ничем не примечательны и никак не отличались визуально на первый взгляд друг от друга и квартира, в которой жила девушка не была исключением, но другую себе позволить Настя не могла. Единственное, что ее радовало, это то, что ее она купила сама и была горда этим.

Она всегда тревожилась, подходя к своему дому, невольно вспоминая, когда ребенком потерялась в подобном месте, и хотя сейчас она была подготовленной, но никак не могла отпустить тот случай. Не могла забыть те слезы и испуг, когда она была одна в целом мире. Настя помнила, кто ей помог найти выход, но была благодарна за это.

Осталось еще немного до того, чтобы ей дойти до конца тропинки, выйти на развилку и повернув направо, выбраться из парка. Но события, произошедшие с ней в эти минуты, сбили ее с толку и ввели в смятение.

Первое, на ее пути, прямо перед ней в нескольких шагах из неоткуда появилась группа людей – их было пятеро: две девушки и три парня. Настя не знала, что и думать и хотела списать это на то, что просто проглядела и не заметила, как они пришли с другой стороны дорожки или еще от куда ни будь. Но девушка не могла это сделать при всем желании: она шла по прямой и никаких заворотов или других смежных троп нет, а пролезть через ограждающие кусты было невозможно, да и попытка была болезненной, не говоря о том, чтобы сделать это незаметно.

Смирившись с загадочным появлением «пятерки» людей, ее еще больше заинтересовало не то, как они появились, но то во что были одеты. Их вид был на столько непривычен и странен, что не мог не вызывать интерес и вопросы. Она подумала, это были актеры театра, но немного погодя, решила, что эти молодые люди идут на тематическую вечеринку, и поймала себя на мысли: давно с подругой никуда не выбиралась отдыхать – нужно это исправить.

Пятеро молодых людей были одеты в наряды, по мнению Насти, одной из эпох истории, когда в это могли одеваться знатные люди в повседневной жизни. Они выглядели нелепо в современном мире, но прилично, чтобы это не значило, - подумала про себя Настя.

Любопытство только возрастало и интерес, кто же это такие, и почему так нарядились.

- Куда же они идут? - думала Настя, - надо спросить, - и увеличила шаг, пытаясь догнать их, - если идут на вечеринку, стоит понудить Катю сходить туда, куда и эта группа молодых людей: она то же давно не отдыхала, - закончила мысль девушка.

Когда Настя преодолела расстояние между ними, услышала их разговор и насторожилась от того, о чем они говорили.

- Ее больше нет! – сказал один из юношей с темными волосами и дрожащим голосом.

- Они убили ее, - подхватил другой юноша с низким голосом, - мы пытались помочь, но не успели... Это наша вина...

- Я до сих пор в это не верю! – вмешалась девушка с короткими волосами в сиреневом платье, которое волоклось за ней по земле, оставляя след.

- Они зарезали ее. Ударили несколько раз ножом. Это было ужасно! – продолжил юноша с дрожащим голосом, - эти двое... я не хотел бы встретиться с ними живым.

- Я думала, что такую сильную женщину никому не победить, – подхватила вторая девушка со светлыми волосами, доходившими до половины спины, одетая в изумрудное платье, висюльки которого развивались от ходьбы и ветра и небрежно прилегали к ткани, - как такое могло произойти? Почему произошел раскол и они начали идти против своих, убивая друг друга?

- Какая от нас польза? Мы просто тени... - не уверенно произнес третий юноша, словно пытаясь оправдаться, - ничего не значащие тени, когда-то проклятые на вечное услужение, с которым мы плохо справляемся. Что мы здесь делаем? Я не узнаю этого места. Что это за мир?

- Она как-то сюда попала и затянула нас в этот мир, - ответила первая девушка с короткими волосами, - но почему мы все еще здесь, когда ее больше нет в живых? Почему мы не вернулись обратно?

Настя была в нескольких шагах позади и готова была окликнуть их и задать вопрос, который мучил ее еще некоторое время назад, но не знала, как отреагировать на то, что услышала сейчас. И это было не важно, потому что эта группа из пяти человек, стоило ей подойти ближе, испарилась также быстро и не объяснимо, как и появилась. Если в первый раз, она готова была списать эту странность на свою усталость и невнимательность, то сейчас не могла: она стояла прямо за ними, в двух шагах.

- Какого черта, это сейчас было? – спросила вслух Настя, словно, ожидая ответа, но никого рядом не было, кто мог услышать ее вопрос. Она протерла глаза, полагая, что они ее подводят, - не понимаю, что это сейчас было и что несли за ахинею эти люди?

Негодование на странное исчезновение и разговор было не долгим. Произошло еще одно событие, которое никак не могло уложиться в голове у Насти, да и понять, как такое возможно было очень трудно. Это было впервые в ее жизни.

Собравшись с мыслями, девушка намеревалась оставить эту ситуацию и продолжить свой путь, но она и понять не успела, как привычный для нее парк начал исчезать на ее глазах и стало очень холодно, что-то начало облеплять ее тело, по коже прошлись мурашки, а глаза утратили остроту.

Было темно и свет от уличных фонарей уже не освещал улицу; Настя осмотрелась: везде был снег, в дали были длинные и высокие горы, которые занимали значительную часть перед ее взором; глаза стали привыкать к темноте; яркие огоньки кучно мельтешили, приближаясь к ней, и лай собак сопровождал их; падавший огромными хлопьями снег, облепил ее с головы до ног; начали едва прослушиваться человеческие голоса в дали, рядом с горящими оранжевыми огоньками; стало страшно; сердце начало колотиться с бешенной скоростью, гоняя горячую кровь и обжигая внутренности; огоньки, которые оказались факелами приблизились на столько, что она разглядела лошадей, тащивших коляски и силуэты в них. Это были силуэты людей, что держали поводья и разговаривали между собой, стремительно приближаясь к девушке.

- Там кто-то есть! Я вижу его! – доносились из далека крики, - там кто-то есть!

Настя поняла, что это они про нее и едут они к ней или за ней.

- Где другие? – от куда-то со стороны, донесся другой голос, - я не вижу остальных. Их должно быть больше. Владыка сказал, что они все должны быть здесь, тогда сила восстановится, что причина неудач была в этом. Я не вижу других.

Девушка стола по колено в сугробе, снег уже полностью облепил ее и страх заставлял ее всмотреться в темноту. Как по волшебству тьмы больше не существовало. Она начала видеть все так четко, как если бы сейчас было светло, как в середине солнечного дня. Настя смогла разглядеть ясно две приближающиеся коляски, собак и семерых людей, как если бы они были совсем близко, словно на ее ладони.

- Какого черта здесь происходит? – продолжала возмущаться Настя, - что это все значит? Где я? Я не понимаю. Я ничего не понимаю, - растерянно бормотала она, озираясь по сторонам.

Настя повернула голову и все вновь поплыло перед ее глазами; она снова стоит на том же месте, на котором стояла еще пару минут назад, вся покрытая густым снегом и продрогшая от холода; снег начал таять, вещи мокнуть; а девушка была бледной и потерянной.

Сделав несколько глубоких вдохов, она с ужасом обнаружила, что страх ушел, что тревоги больше нет, и это насторожило ее. Любой другой человек, попав в такую ситуацию, должен биться в истерике и задаваться вопросами: что это было и что это за место, - решила Настя.

Но не это ее сейчас волновало, а то что она оставила в том мире часть себя. Все ее внутренность говорила, что тот неизведанный мир забрал часть ее самой, которая зовет ее туда.

Глава 2 Привет от тети Ани

Не оставалось иного выхода, как взять себя в руки и добраться уже до дома. Настя вышла из парка и остановилась. До боли знакомый звук парализовал ее. Это звонил ее телефон.

- Так можно и заикой стать, - сказала себе девушка, отыскав не без труда в своей сумочке, звеневший телефон. На экране высветилось имя звонившего. Это была ее лучшая подруга.

- Катюша! Я так рада, что ты позвонила!

- Настя, ты не поверишь... он сделал это! – тараторил голос из телефона, - он это сделал! Я так рада, что не могу описать! Я так этого ждала, - продолжала Катя так быстро, что Насте было трудно понять, что же она говорит.

- Подожди! – попросила девушке Настя, - Катя, подожди, я не понимаю, повтори, что случилось? Ты в порядке? – спросила подругу Настя.

- Да! Со мной все в порядке! Он сделал мне предложение! Даня сделал мне предложение! – радостно пролепетал голосок в трубке.

- Катя! Я так рада! У вас все к этому шло и иначе и быть не могло! Ты должна мне все рассказать, как это было! – с радостным сердцем за Катю, ответила девушка.

- Это было сказочно! Сегодня, как всегда у тебя в одиннадцать? – спросила Катя.

- Да! Я жду тебя у себя! Ты должна мне все рассказать в мельчайших подробностях, - утвердительно ответила Настя.

- Все! Договорились! Я после работы, сразу к тебе! Я столько хочу тебе рассказать, - задыхаясь от чувств, произнесла Катя.

После разговора с подругой, с которой Настя знакома около двадцати лет с детского сада и прошла с ней все что можно было пройти в свои двадцать четыре года, вспомнила все дорогие сердцу, истории про Катю и Даню, очевидцем которых она была сама. Походы в кино, на которых эта парочка целовались на последних рядах, хоть и попадали всегда на фильмы ужасов. Настя вспомнила, то как они ходили все вместе на каток и из-за того, что Даня не умеет кататься им приходилось постоянно держать его за руки, чтобы он не упал: была потеха, когда в очередной раз девушки не могли удержать его и они падали все вместе со смехом и весельем. Девушкам иногда казалось, Даня это делал нарочно, чтобы походы на каток не были такими скучными. Вспомнила то, как они ходили с друзьями в походы и один раз Катя и Даня так забрели вглубь леса, что потерялись и их нашли только под утро. Настя чуть с ума не сошла от волнения. У нее было много таких историй в памяти, которые грели ей душу. Она с теплом относиться к своим друзьям и всегда была рада, видя их увлеченность друг другом.

Настя уже прошла дорогу, завернула во дворы и начала маневрировать среди серых коробок, которые все называли гробами с живыми людьми. Она уверенно обходила дома и, срезая себе путь, не смотря на то, что квартиры не были пронумерованы – Настя отыскала свой подъезд и прошмыгнула внутрь.

Поднявшись на последний пятый этаж, девушка открыла дверь и зашла в квартиру, - наконец-то я дома! – захлопывая дверь, произнесла она вслух.

Промокшая и уставшая, Настя бросила ключи на столик, который стоял у входной двери и собирал на себе пыль, бумаги и корреспонденцию, которую беспощадно впихивали в почтовый ящик, не взирая на то, что ящик полон до отказа. Затем девушка бросила на пол сумку и хотела уже снять с себя мокрые вещи, но раздался стук в дверь.

- Странно! Неужели одиннадцать? – удивилась она.

Настя посмотрела на настенные часы, которые висели на кухне с коридора. Было лень доставать телефон, поэтому девушка сделала шаг к раскрытой двери кухни и посмотрела время. Было всего лишь без четверти десять. Затем она посмотрела в дверной глазок и увидела женщину, которая что-то держала в руках.

- Настя, это твоя соседка из квартиры напротив. Тебе принесли письмо, - донесся голос из-за двери, не дожидаясь вопроса: «кто там?»

Девушка открыла дверь и смогла рассмотреть женщину поближе. Она была ростом почти как Настя, стройная, лет за пятьдесят, одетая со вкусом, ни как принято, чтобы одевались дамы ее возраста. Хотя Настя понятия не имела, что должны носить женщины ее лет. При этом она подчеркнула, что вещи не из дешевых. Идеально прямая осанка старушенции, заставила девушку поправить свою. Женщина выглядела статно, полной сил и бодрости.

- Я Зоя. Соседка из квартиры на против. Тебе кто-то подкинул письмо под дверь. Я побоялась, что оно может улететь из-за сквозняка и хотела бросить тебе его в почтовый ящик, но это было бессмысленно: туда уже ничего не впихнешь, - произнесла Зоя уверенным голосом.

Настя бросила взгляд на огромную стопку рекламы, счетов и конвертов на столике у двери. Зоя сделал тоже самое.

- Спасибо! – ответила Настя, продолжая рассматривать женщину, которая в свою очередь с удивлением рассматривала до нитки промокшую девушки и лужу воды, которая образовалась под ней.

Настя поняла, на что смотрит женщина и решила как-то это объяснить: Я по пути домой, попала под дождь, поэтому мокрая.

- Вроде бы, целый день дождя не было. Нужно снять одежду, а то простудишься, поди замерзла вся, да и дрожишь ты. Что ни будь горячего выпей чтобы согреться! – заботливо посоветовала соседка.

Зоя просунула письмо в руки застывшей на месте девушке и собралась идти к себе домой, сделав шаг назад.

- Спасибо еще раз, - пробормотала Настя, - не простой день выдался, - вдогонку крикнула она, - оправдываясь, за свой вид.

- Я так и поняла, - ответила на слова Насти женщина и попыталась мило улыбнуться, но получилось очень натянуто и не естественно.

Девушка закрыла дверь и повернула замок, осмотрела письмо: «нет обратного адреса», - сказала себе она и бросила его к ключам на столик: Зоя права: нужно переодеться, - подумала Настя.

Отправляясь через коридор в ванную комнату, она сняла хлюпающую от воды обувь, кофту, промокшие джинсы, которые удалось снять не без труда: они прилипли к ее ногам и бедрам и не хотели сниматься. Так же она избавилась от полностью мокрой футболки и всех остальных вещей, бросая все на пол по пути и оставляя за собой след из мокрых вещей.

Включив свет, девушка вошла внутрь, встав в ванную, она открыла воду; раздался крик, Настя закрыла рукой лицо, а другой хотела выключить воду; глухой хлопок и Настя, ругаясь матом, лежит под напором воды вся мокрая, упираясь обеими руками об борта ванны, чтобы встать и выключить холодную воду, которая была просто ледяной; горячую воду отключили.

Продолжая ругаться, девушка вышла из ванны вся мокрая, покрытая гусиной кожей и по привычки протянула руку туда, где обычно весит банное полотенце, но, когда его не смогла нащупать, она протерла рукой лицо и увидела, что его там нет. Настя повернула голову в сторону и обнаружила, что она загрузила стиральную машину и не включила стирку: полотенце было там, как множество других вещей. Ничего не оставалось, как пройти в спальню и взять из шкафа другое полотенце; так она и сделала. Вытиравшись, она оделась в сухое и отправилась на кухню.

Открыв шкафчик, что-то сказав себе под нос, вспомнила, что утром допила последнее порцию кофе и хотела зайти в магазин после работы, но из-за событий в парке забыла это сделать. Посмотрев, что было на полке, поняла, что придется пить чай, затем открыла гудящий холодильник и увидела, что и продукты она не купила. Затем налила воду в чайник и включила плиту.

Ожидая, когда закипит вода, Настя пошла в коридор и взяла письмо, которое лежало на столике у входной двери, еще раз осмотрела его и вскрыла. Письмо было сложено втрое, раскрыв его начала читать; почерк был знаком.

«Настя, меня нет в живых. Ничего не бойся. Найди своего дядю Павлика, ему понадобиться твоя помощь: он не такой сильный, как ты.

В нужное время будьте вместе, времени мало. Больше не могу сказать.

Пройдет время, и ты все поймешь.

Твоя покойная тетя Аня.

P.S. Настя, я тебя люблю! Береги себя и позаботься о Павлике! Ты сильная!»

- Что это за чушь? Кто это подкинул? – пробегая глазами еще раз по строчкам в письме, негодовала девушка, - какого черта?.. Почерк тетин... - говорила она вслух.

Настя, достала из своей сумки телефон, наступила на лужу из под обуви, которую не вытерла и в контактах телефона нашла имя «Виктор». Ожидая, когда Виктор возьмет трубку, все ворчала, почему он так долго не берет.

- Пап, что с тетей Аней? – спросила Настя, стоило прекратиться гудкам.

- Я хотел тебе только что позвонить, но не успел: ты позвонила первая. Ее больше нет. Ани больше нет. А от куда ты знаешь? Тебе кто-то уже сказал?

- Я получила... А, что с ней? Как так получилось? – продолжала задавать вопросы Настя.

- Ее пырнули ножом при попытке ограбления, и она скончалась на месте, - ответил Виктор.

- Их нашли? Нашли тех, кто это сделал?

- Нет. Сказали, что будут искать, опрашивать людей и просматривать камеры и т.п. Тело уже вскрыли и отдали обратно. Завтра похороны.

- А что у нее взяли? Где это было? – все задавала вопросы девушка.

- На сколько я знаю, убийца ничего у нее не взял.

Настя хотела еще задать вопросы, мучавшие ее, но Виктор прервал.

- Так кто тебе сказал про Аню? – спросил Виктор.

- Да. Я получила сегодня письмо и когда я его вскрыла... Оно от Ани и она пишет, что мертва, - не уверенно ответила Настя, словно говорила какую-то ерунду не к месту.

- Завтра похороны и заодно покажешь его, время сообщу позже в смс, - холодно ответил Виктор.

Девушка не знала, что сказать и хотела еще чуть-чуть немного послушать голос отца, который не слышала давно. Они в последние годы сильно отдалились друг от друга и совсем не разговаривали.

- Катя выходит замуж, Даня сделал ей сегодня предложение - это то, что пришло ей в голову, чтобы задержать его еще на пару лишних слов.

- Катя Белова? Твоя подруга, с которой ты все детство вместе? – спросила Виктор, зная точно о ком идет речь, желая продолжить разговор.

- Да, - коротко ответила Настя.

- Она сегодня снова к тебе придет? – поинтересовался Виктор.

Настя кивнула головой и утвердительно в полголоса ответила: да.

- Это не мое дело, но на твоем месте я бы не стал говорить ей о смерти твоей тети, по крайней мере сегодня, чтобы не расстраивать ее.

- Я и не собиралась делать этого с ней сегодня: это ее день, и я никогда бы так с ней не поступила, - сказала Настя, смотря на кипящий давно чайник и ответив на прощанье отца, еще одним кивком, словно он ее видит. Девушка положила трубку.

Раздался еще один стук в дверь, Настя подняла глаза на стену, на которой висели часы. Было уже без десяти одиннадцать. Это пришла лучшая подруга Катя.

За дверью стояла девушка с темно рыжими волосами, одетая в строгий черный костюм и в туфлях, на которых были несколько капель грязи, по всей видимости, она наступила на лужу у подъезда, когда выходила из такси, почему-то решила Настя. В руках она держала пакеты, в которых она без труда увидела бутылки вина.

- Проходи! - сказала Настя, не сводя глаз с человека, которого рада всем сердцем видеть здесь.

Мысль о том, что она может выдать смерть своей тети или происшествия в парке своим настроением, вызывали страх испортить этот счастливый для Кати день. И то, что она может омрачить этот день своими проблемами давило у нее слезу, которую девушка сдерживала всеми силами.

Катя прошмыгнула внутрь, протянула пакеты, которые Настя приняла.

- Ты меня спасаешь, - сказала Настя, относя их на кухню.

Девушка закрыла дверь, сняла туфли и вытерла тряпочкой, которую усмотрела на тумбочке рядом со столиком у двери, свою обувь и повесив пиджак, прошла в кухню.

- Я же знаю, что, если тебе не напомнить, что нужно есть – не будешь этого делать, потому что не вспомнишь этого, а про твой пустой холодильник уже и говорить не приходится, раз ты ничего не ешь, - ответила девушка с рыжими волосами и миловидным личиком, которое излучало тепло своей улыбкой и изумрудными глазами.

- Я заплачу тебе за продукты, - начала Настя, но резко вмешалась Катя: даже не вздумай! Как тебе такое в голову пришло?

- Я тебя обожаю! – Ответила Настя, крепко обняв подругу, которая откупоривала бутылку красного вина штопором и чмокнула ту в щеку, - ты должна мне все рассказать! Как это было? Я так ничего и не расслышала по телефону: ты очень быстро говорила.

- Я все расскажу, только дай я разолью в бокалы. Ты на стол все достала?

- Да, кормилица! – промыв виноград, ответила та.

Когда они уселись за стол и, пригубив вина, Настя посмотрела на подругу.

- Я жду! – с нетерпением, произнесла девушка с пепельными волосами.

- Данил меня еще вчера пригласил в театр, - начала Катя, - я просмотрела свой гардероб и поняла, что хочу новый образ для таких мероприятий, а то все эти уже приелись мне...

Настя смотрела на Катю, словно ожидала немного другой рассказ, а не про то, что она решила прикупить новые наряды.

- Не надо так смотреть! Я начала с самого начала! – сказала девушка, подлив себе и подруге еще в бокал, - Я перемерила, - продолжила та, - все платья и что-то решила еще и белье перемерить и не зря межу прочим, потому, что как ты знаешь... повод оказался значительным - она еще отпила несколько глотков и закусила его горстью винограда и кусочком сыра, - освободившись от работы, я прошлась по магазинам и все-таки нашла себе выходное платье для этого вечера и белье. Оно такое шикарное, ты должна его увидеть... так вот, на следующий день мы пошли на это представление, спектакль. Если честно, спектакль был не таким уж интересным, но, когда он наконец-то закончился – тут и началось основное действие. После того, как вся труппа вышла на поклон, один из артистов взял микрофон и начал что-то говорить – я подумала, что будет продолжение и не готова была сидеть там еще пару часов: я эти то ели высидела.

Настя доложила нарезки на опустевшую тарелку и помыла еще виноград и фрукты, которые они уже съели. Стол снова был полный. На полу стояли уже две пустые бутылки красного вина и Катя открыла третью, когда в бокалах начала играть бордовая жидкость – она продолжила.

- Тут этот артист говорит, что хочет дать слово своему другу Данилу Золотову – я подумала, что это какое-то совпадение, стоило мне повернуть свою голову – увидела, что его нет, что его место пусто и он выходит на эту сцену, все смотрят на него, труппа стоит и чего-то ждет, весь свет на него и он берет этот микрофон.

- Мы знакомы уже столько лет и дружим с самого раннего возраста, что и называть эти цифры страшно, - сказал Даниил, стоя на сцене, поправляя галстук, - Катя, ты знаешь, что ты самое дорогое и прекрасное, что есть у меня и когда либо было и я не могу себе представить, что было бы, если судьба не свела нас. И я не знаю, где еще есть такие обворожительные девушки как ты и мне это и не нужно...

- Потом он что-то сказал человеку за кулисами и прожектор начал светить прямо на меня и теперь весь зал знал к кому он обращает эти слова. Я вся покраснела от смущения. Ты знаешь, что я люблю внимание, что это моя жизнь и мой хлеб, в каком-то роде, но тогда я сама себя не узнала, словно в детском саду на утреннике рассказывала стишок и забыла слова.

Затем девушки открыли еще одну бутылку и прервались на несколько минут: Насте нужно было отлучиться. Катя тем временим поправила свой макияж, как Настя уже вернулась обратно.

- Что было дальше? – с нетерпением, спросила Настя.

- От смущения, я немного растерялась и прослушала часть слов, но потом он встал на колени и сказал слова, которые мечтает услышать каждая девочка: ты выйдешь за меня?

- Хочешь, угадаю, что ты сказала? – спросила с улыбкой Настя.

- Ты дура? Конечно, я ответила: «ДА!» Затем ко мне подошел мальчик и в руках у него был букет голубых цветов ростом больше чем сам мальчишка, а в цветах была коробочка с кольцом и записка: «я тебя люблю! Выходи за меня замуж!»

- Где... - Настя не успела закончить, как та протянула руку на которой красовалось золотое кольцо и блестящий камушек, который не заметила Настя по приходу Кати.

- Я выхожу замуж! Теперь столько дел! Столько нужно успеть! Ты же мне поможешь? – не скрывая эмоций, спросила Катя.

- Да! Это не обсуждается. Конечно, я тебе во всем помогу! Ты не представляешь, как рада, что этот день настал, что он решился на это. Я думала, что он сделает это еще в прошлом году, - сказала Настя, делая несколько глотков со своего бокала.

- Я тоже так думала, но он сделал это в этом году. Так, возможно, и лучше. Нужно будет все организовать! Столько всего купить! – воодушевленно и живо лепетала Катя, - и нужно привести себя в порядок: подтянуть живот, загар, войти в тонус. Ты же со мной?

- Да, - не уверенно и не сильно охотно ответила та: Настя помнила прошлый раз, когда согласилась в знак солидарности помочь подруге привести себя в порядок к летнему сезону и до сих пор ненавидит спорт и в особенности бег, но выхода не было: она не могла бросить подругу в этом деле.

Девочки осилили вдвоем пять бутылок красного и о многом еще не успели поговорить. Катя посмотрела на часы: очень поздно, мне завтра на работу. Прости, что так задержалась.

Настя пошла провожать подругу в коридор и смотрела как та одевается, затем они вызволи такси и вышли в подъезд.

- Потом все обсудим и еще встретимся, - сказала Катя.

- Обязательно! - ответила девушка с пепельными волосами, и ее слух насторожился, потому что из квартиры соседки доносились странные разговоры, - все я сегодня слышу, - сказала себе Настя, вспомнив случай в парке.

- Как вы могли упустить их? Ничего вам доверить нельзя! Вы нашли их квартиру? – задавала вопросы Зоя, - Вы понимаете, что они в опасности, пока эти двое здесь? Я не смогу им помочь, пока я не знаю, где они, – кричала соседка.

- Мы виноваты. Мы даже не предполагали, что так может получиться, - оправдывался мужской голос.

- Мы, мы, мы... «Мы» главные или «Ты» главный в этой компании? Если Ты главный, то и с тебя спрос, а иначе какого черта, ты нужен, если мне не с кого спросить?

- Простите! Это моя ошибка и я ее исправлю! – ответил тот.

- Дала вам задание, а вы вообще ничего из того, что я вам поручила не выполнили, - продолжала Зоя, - у нас мало времени и я понятия не имею, что эти двое выкинут еще. По скорее бы, обратно... Поручила же ты мне подруга..., - успокоившись закончила соседка.

Настя хотела поподробнее расслышать, что там происходит, но они начали говорить тише, а голос Кати на заднем фоне, сбивал ее от этого дела, и чтобы не обидеть подругу, та соглашалась с тем, что она говорила и как выяснилось, согласилась на какие-то мероприятия и авантюры, которые предложила Катя.

- Такси приехало, - сказала рыжая в черном костюме и, обнявши Настю, сказала на ухо: странная у тебя соседка: сама с собой разговаривает и на кого-то так кричит и отчитывает. Хотя возможно, она разговаривает по телефону. Кто знает? – дополнила свои слова Катя.

- В смысле, сама с собой? – спросила Настя, но подруга уже чмокнула на прощанье девушку с пепельными волосами и прошла несколько пролетов, пока до Насти дошли слова Кати.

Девушка осталась в замешательстве: она слышала и мужской голос то же. Постояв, минутку, в надежде услышать еще что-то в подъезде, зашла внутрь; разговор прекратился.

Глава 3 Похороны

Назойливый звук выбивал из тишины и спокойствия; сотни маленьких гвоздиков вбивал прямо в голову вчерашний вечер, и заставлял прочувствовать все, что было выпито. Мозг пытался дать сигнал туловищу и пробившийся сквозь огромное нежелание заставить двигаться тело, импульс был дан в левую руку и пальцы лениво заскользили по экрану телефона, интуитивно водя ими в сторону пытаясь отключить раздражитель.

Открыв сонные глаза, затекшая рука слегка приподняла телефон, и голова наклонилась, только бы увидеть цифры на нем. Время было половина восьмого.

- Голова просто раскалывается... Черт! Работа! Похороны! – резко вскочив, сказала Настя, понимая, что вчера не подменилась и не предупредила Никиту, своего начальника.

Было куда приятнее съесть живую лягушку, слизь или еще какую-нибудь дрянь, лишь бы только не общаться с Никитой. На работе все держали за правило: только не попадаться лишний раз начальнику и, если другим он мог испортить своим характером и язвительным языком только настроение и работники могли продолжить свою работу игнорируя его слова, но только не Настя. Сдержаться для нее было самой большой задачей: послать начальника за оскорбления и перейти с защиты в нападение было для нее обыденным делом. Другой уволил бы сразу, но не Никита: понимание того, что он перегибает, можно было почувствовать, только столкнувшись на отпор своего подчиненного в виде Насти, что будоражило его и давало заряд на весь день – это было странно даже по его мнению.

Девушка думала только об одном: лишь бы не сказать чего-то лишнего, а иначе он обязательно напомнит это, выйдя она на работу. Настя поводила языком по щекам, затем прикусила его и набрала нужный ей номер в контактах телефона.

- Доброе утро, Никита Семенович, - начала девушка, - с слегка заплетавшимся языком. Она еще не проснулась.

- Какое оно доброе, если мне звонишь ты. Только не говори, что тебе что-то нужно или хочешь отпроситься, - ответил мужской голос, от которого у Насти подступало к горлу содержимое желудка. Было тяжело сдерживать. Толи ее воротило от вчерашней посиделки с Катей, то ли от голоса Никиты; девушка еще не решила.

- У меня умерла тетя и сегодня похороны, - добавила Настя, держась одной рукой за горло.

- Похоронить и без тебя могут, а работать, кто будет? – спросил Никита, ожидая ответа, - что молчишь?

- Вы серьезно, ждете ответа? – спросила девушка, лицо которой поменялось от такого вопроса.

- Иначе я не спрашивал, если бы не хотел получить ответа, - гнусаво отчеканил Никита.

Скулы ярко прослеживались на лице девушки; головная боль уже ее не волновала, а все ее сознание было занято тем что такое подобрать из ее богатого словаря оскорблений, который она пополняла каждый рабочий день и перебирая их, выбрала несколько. Настя уже начала произносить что-то относящееся, к его нелицеприятной персоне, от которой в прямом смысле слова начинает тошнить, как голос дал осечку и проступил кашель.

- Ты что там пьяная? Ладно! Сегодня у тебя выходной, - не успела Настя договорить, как ей дали отгул, - я с тебя потом спрошу, - закончил явно повеселевший начальник от того, что перед работой удалось проявить себя. Он положил телефон до того, как это сделала Настя.

- Вот су... - что-то эмоциональное произнесла девушка, но гудок машины за окном заглушил его окончание, - надо умыться, - сказала себе Настя и пошла в ванную, перед этим включив чайник.

Если умыться холодной водой для Насти не составило никакой проблемы и только привело ее в чувство, то принимать такой холодный душ не прельщало ее. Поставив самую большую кастрюлю, которая только нашлась у нее дома, на плиту, чтобы нагреть воду и помыть голову, захотела выпить чашку кофе, а может и не одну, но его не было.

- Выпью у Виктора, - подумала Настя, - у него всегда есть, - подтвердила себе девушка и потащила кастрюлю с горячей водой в ванную, разбавив с холодной, помыла голову и привела себя в порядок.

- Думала, что никогда больше не придется надевать черное по такому поводу, - произнесла вслух девушка, как если бы сейчас кто-то ей ответил.

Она вытащила из шкафа все, что было черное и начала комбинировать вещи, примеряя их и думая, как можно из этого собрать образ на похороны тети и на кладбище. После нескольких попыток, Настя подобрала вещи: брюки, рубашку, пиджак в полоску и черный платок.

Девушка быстро собрала весь мусор, оставшейся после поздней посиделки с подругой, по поводу грядущей свадьбы Кати и ее молодого человека, в черный мусорный пакет, который набился до отказа: бутылки занимали много места. Вчерашнее письмо отправилось в сумку вместе с телефоном, салфетками и еще с некоторыми вещами и частью косметики; ключи были у нее в руке, такси уже ждало ее у подъезда.

- Вот и дверь Виктора, - сказала себе Настя, не решаясь опустить дверную ручку вниз: за ней было то, во что девушка не хотела верить: тетя жива и жива до тех пор, пока ее собственные глаза не увидят обратное и, если она сейчас решиться на этот шаг и откроет эту чертову дверь: увидит то, что не сможет отрицать, - черт со всем этим! – сказала девушка, дернув дверь на себя, - крестная, хочу верить, что это все дурной розыгрыш, - сказала себе Настя и была в недоумении от того, что предстало перед ее глазами.

Множество гостей заполонили квартиру. Она прошла внутрь, входную дверь захлопнуло сквозняком; раздался хлопок. Множество незнакомых людей волновало ее так же, как и то, что на них было одето. До мурашек необычные костюмы, при видя которых, у Насти возникло ощущение, что попала в театр, где гости – это актеры. Было не по себе.

- От куда столько людей? – спросила в слух она, просматривая глазами лица, отыскивая знакомые и нашла парочку из них, которые выделялись из всей этой толпы – это были давние друзья Ани: тетя Вера с сестрой и ее мужем. Их черные траурные одежды шли наперекор бледным балахонам, которые торчали не впопад во все стороны от незнакомых людей, что мельтешили вокруг.

- Как же давно меня здесь не было, - продолжала разговаривать в слух сама с собой Настя.

- Больше года, - ответил голос из-за спины. Девушка обернулась, - ты была последний раз здесь больше года назад и не задержалась больше чем на десять минут.

Это был ненамного большего роста, чем Настя человек, с щетиной, уставшим лицом, потухшим взглядом, траурно одетый, как и она, на правой руке были часы. Девушка часто хотела спросить, почему именно на правой руке он носит часы, но ни разу не сделала это. Пепельные волосы, как и щетина говорили, что это Ярлов.

- Может, и полтора года, - добавила девушка, - привет Виктор.

- Папа, - сказал мужчина, - хотя бы сегодня не начинай это ради Ани.

- Хорошо, папа, - ответила Настя, так как, если не слышала этого слова очень давно и не уверенна, что произнесла его правильно, - что произошло? Есть какие-нибудь новости? – после небольшой паузы, задала вопрос девушка.

- Нет. Новостей нет. Кроме того, что это неудачная попытка ограбления, ничего не известно. Правда, говорят, что это шпана, которая гуляла ночью и решила воспользоваться тем, что женщина была одна, но это только версия, - ответил мужчина в свойственной ему манере, произнося слова размеренно и неторопливо.

- Подонки! – зло сказала она.

- Мы не знаем, что там было, - начал Виктор, но Настя его перебила: все равно подонки те, кто это сделал! Она... Аня в зале? – не уверенно спросила девушка, сбавив тон.

- Да. – кивнув, ответил Виктор.

Настя прошла внутрь квартиры, которая была полным отражением его хозяина: просторные помещения, выкрашенные в светлые тона и не содержавшие в себе лишних вещей и деталей. Виктор ненавидел бесполезные вещи и не любил складировать их. Все что мог выкинуть – выкидывал, а что мог отдать – отдавал на благотворительность или кому приглянется вещь, будь это знакомый человек или незнакомец на барахолке, и отдавал он их бесплатно. На стенах были работы больших форматов в темных рамах: фотографии, сделанные им самим: он фотограф и хороший фотограф, пользующийся большим спросом.

Возле гроба посередине комнаты, столпилось столько людей, что пришлось встать в очередь, чтобы увидеть ту, которая не должна была лежать в нем. Незнакомцы проходили по кругу и сменяли друг друга так быстро и стремительно, что напоминало карусель, ходящую по кольцу.

Когда очередь подошла к Насте, она встала перед гробом и смотрела на тело своей тети, которую знала столько сколько помнит себя, хоть и не видела ее очень давно из-за ее вечных разъездов.

- Не может быть! – сказала себе она, - это же не ты! – но тело женщины было в точности, как тело ее крестной матери в замен той, которой не было с ней.

Лицо Ани было невозмутимым и не реагировало на то, что ей говорила Настя, но та продолжала размышлять вслух, обращаясь к тете, ожидая от нее ответа и наивно полагая, что та на какой ни будь вопрос все же ответит, но ответа не последовало.

Девушка продолжала смотреть на нее и внутри была полная уверенность того, что это не ее тетя, что это очень похожая на Аню кукла, которая по какой-то причине лежала здесь. Как реагировать на это, Настя не понимала: для нее тетя все еще жива и глазам верить нельзя! Они видят только то, что могут увидеть, а истина сокрыта.

Собрав в себе силы, девушка отошла от гроба и бросила взгляд на гостей, которые кружили голову от того, что менялись так быстро. Она не могла увидеть дважды одно и то же лицо, готовая поклясться в этом, пошла на кухню за чашкой кофе, которое ей было так необходимо и убеждаясь в своем ощущении все больше и больше. Гости все время менялись.

Добравшись до долгожданной чашки, вспомнила, что хотела спросить об этом странном письме, которое лежало в ее сумке, как появился на кухне Виктор.

- Вик... - начала девушка, как осеклась, - пап, я хотела показать письмо, которое получила вчера. Оно странное и оно от...

- Нам пора ехать! – ответил тот. Но дочь стояла перед ним и держала в одной руке письмо в конверте, а в другой свой кофе. Он не дал ей закончить.

- Это займет пару минут. Посмотри письмо! – протянула его девушка.

Он взял его и развернув, бегло просмотрел.

- Давай, потом поговорим! – отдав конверт обратно, сказал Виктор. Настя раздражилась.

- Хотя бы ответь, где тетя Лена и дядя Павлик? Почему их нет? – продолжала настаивать на ответах Настя, - хотя бы на это ты можешь ответить?

- Лена еще в самолете летит и будет через несколько дней только в городе, а твоего дяди Павлика черти, где носят. Я не могу до него дозвониться. То ли он телефон потерял, то ли отключил.

- А где он проживает? Ты это знаешь?

- Я же говорю, что только черти это знают. Я не видел его дольше твоего и это мне стоит спрашивать у тебя, где он: вы общаетесь лучше, чем я с ним. – раздражено, ответил Виктор.

- И лучше, чем ты со мной, - добавила девушка.

- Как и ты, - дополнил ее Виктор, - нам пора ехать! – сказал он, чтобы все услышали его.

Дорога до кладбища была извилистая и долгая: то и дело приходилось делать круги и наталкиваться на таблички: «ремонтные работы». Весь асфальт был выкорчеван полностью и открывал трубы, которые находились на глубине. Никто не знал, как можно проехать, минуя эту напасть и проезжая очередной знак, Настя поняла, почему в ее доме нет горячей воды.

Приехав до места, Настя увидела уже готовую могилу, сплошные кресты, оградки и надгробные камни, ясное небо и тускло греющие солнце.

Гроб вынесли из катафалка и отнесли к выкопанной яме. Уже стояли люди, и священник начал вести похоронную службу и что-то бормотал свое; внимание всех было сосредоточенно только на одном, на женщине, что лежала в гробу.

- Пап, смотри! – сказал Настя, прикоснувшись к плечу Виктора, чтобы привлечь его внимание.

Виктор обернулся: что?

- Там женщина и она снимает нас, - показывая взглядом, куда ему смотреть, сказала девушка, - там, из-за огромного надгробия, далеко.

- Тебе показалось. Кому это надо снимать такое?

- Ты можешь просто посмотреть? – раздраженно спросила Настя.

Виктор всмотрелся и увидел, что действительно там кто-то есть и напрягши свое зрение понял, что Настя была права: этот человек смотрит прямо на них и снимает. Он вышел из толпы стоявших людей и направился в сторону, которую указала Настя. Когда расстояние сократилось было видно: это женщина и в руках у нее фотоаппарат и при том не дешевый: это была последняя модель линии, которую любит Виктор: «Белая искра». Женщина заметила его и уже не скрываясь начала все фотографировать.

Одета она была, как и подобает на кладбище, лицо было закрыто платком, глаза закрывали черные очки, и обувь была на ней приспособленная для ходьбы по грязи и бегу, что было кстати.

Виктор ускорил шаг – женщина начала собираться, он перешел на бег – она отправилась пешком, продолжая рассматривать происходящее на похоронах Ани. Началась беготня по кладбищу. Виктор оббегал надгробные камни, кресты с фотографиями тех, кто был под землей, и это не доставляло никакого удовольствия, как и сам бег. Сердце начало биться сильнее, кровь ударила в голову, а вена у виска набивала свой ритм, отдышка не заставила себя ждать – Виктор выдохся, и сил продолжать уже не было. Женщина не спеша дошла до своей машины, которая была у входа на кладбище, ухмыляясь над его выдержкой, и на прощание посмотрела на него, слегка опустив свои очки и одарив его улыбкой.

- Что это сейчас было? – кое как произнеся, сказал Виктор, держась за свое сердце и опершись на чью-то оградку, чтобы отдышаться.

Он проводил ее взглядом и устремился обратно, проделывая тот же путь, собирая еще больше грязи, которая облепила его обувь и замарала его штаны. Вернувшись, от части был рад, что служба закончилась, тело закопали и стало меньше народу.

- Догнал ее? – спросила Настя.

- Нет. Она явно спортсменка. Хорошая подготовка и удобная обувь. В такой только по кладбищу бегать с метлой, - ответил Виктор, отковыривая палочкой куски грязи с черных туфель.

- Зачем ей это надо было? На кой ей этот интерес делать фотографии с похоронной службы? У людей горе, а она... - протягивая другую палочку, сказал девушка.

- Каких только больных людей нет. Ко мне только по несколько штук в студию приходят каждый день, выпрашивая бешенные скидки.

- Очень смешно! – саркастично ответила Настя, - самое место и время для них.

Пока они разговаривали, большая часть гостей уже исчезла. К ним подошли две пожилые женщины и один мужчина: старая подруга Ани Вера со своей сестрой Людой и мужем Веры дядей Мишей.

- Примите наши соболезнования, - сказала Вера, обнимая по очереди сначала Виктора затем Настю, - очень жаль, что так все получилось.

- Да, очень жаль, - в один голос согласились Миша и Люда, которые также обняли Виктора и Настю.

- Очень мало людей пришло, - сказала Вера, обращаясь к Виктору, - у такой женщины должно было быть много поклонников и друзей.

- И Лены с Пашей не было, - добавила Люда.

- Они не смогли приехать так быстро. Их не было в городе, - ответил Виктор, - в каком смысле мало народу? – спросил Виктор.

- По моему мнению, было очень много людей, даже слишком, - сказала Настя, продолжая держать Люду за руку.

- Если для вас восемь человек вместе с нами много, то – да! – ответила Вера, вытирая слезы своим платком.

- Восемь? – спросил Виктор, рассматривая гостей, лица которых он видел в первые, хотя в их окружении пробыл целый день и, хотя бы одно лицо дважды должен был увидеть, как минимум, но – нет, - ничего не понимаю, - добавил он, - как такое возможно?

- Вы устали, день был долгим и тяжелым, - добавила Люда, - езжайте домой. Отдохните!

- Вы правы, - ответил Виктор, вытирая пот с лица, который остался после беготни за папарацци по кладбищу, - пора расходиться, - добавил он.

Виктор с Настей отправились к выходу к их машине. Дойдя до парковки, они попрощались; Вера и Люда, по обеим сторонам, взяли Мишу за локти и пошли, гости побрели следом. Погода резка испортилась: небо затянуло серым, пошел дождь, поднялся ветер, гоняя мусор и пыль по воздуху. Настя подумала, что ей одной показалось, как на ее глазах начали пропадать гости, испаряясь, но Виктор видел то же самое.

- Это все из-за пыли и дождя, он скрывает их, - успокоил ее он.

Дождь сменил ливень, и они в тотчас промокли полностью, усиливавшийся ветер сшибал с ног и дядя Миша чуть было не упал, споткнувшись об корягу, подлетевшую ему под ноги, но две пожилые дамы, которые держали его по обеим сторонам, удержали его и наградили шквалом нелесных фраз и угроз того, что с ним было бы, упади они все вместе. Миша виновато извинялся и оправдывался, что в этом не было бы его вины. Двоих пожилых дам это не волновало. Крайним все равно был бы он.

Оказавшись дома, Настя начала прибираться и была поражена тем на сколько было чисто, не смотря на то какие толпы людей здесь были за целый день. Протерев пыль с поверхностей и пройдя тряпкой по полу, вспомнила, что хотела спросить про письмо, на которое Виктор не дал ответа, когда прочитал его в первый раз. Сунув его снова отцу, спросила: что ты об этом думаешь?

- Я не знаю, что сказать. Кто-то плохо подшутил над тобой, - ответил Виктор, всматриваясь в написанное, - не думай об этом. Если хочешь, можешь отдать его мне, чтобы не искушать себя этим.

- Нет. Письмо останется у меня, - возразила девушка, - но почерк же ее! – сказала Настя, не сводя глаз с Виктора, - я уверенна в этом. Это написанное ее рукой.

Виктор молчал.

- Но хотя бы скажи, где можно найти дядю Павлика, - спросила Настя, - ответь хотя бы на это.

- Давай так: я узнаю его адрес и скину тебе смс. Это все, что я могу сейчас. Возможно, Павлик что-то и расскажет, а за одно и расспросишь его, почему он не смог приехать на похороны своей старшей сестры, - в свойственной ему манере, произнес Виктор, не выдав не одной эмоции; его лицо было каменным.

Настя посмотрела на отца и поняла, что он очень устал и кивнула на его предложение. Забрав письмо, вызвала такси, отказавшись от того, чтобы ее отвез Виктор. Когда машина высадила девушку у подъезда, она снова вспомнила, что дома нет еды и добравшись до магазина, набрала все, что сочла нужным и первым в списке был кофе. Полностью погрузившись в себя, девушка почти ушла из магазина, не заплатив за продукты: ее остановил внимательный покупатель, следовавший за ней попятам и с большим интересом, наблюдая за ее корзиной: что сейчас ест молодежь.

Идя с полными пакетами через свой любимый парк, Настя дышала сырым после дождя воздухом, думала о своем, но тут, как какое-то проведение, снова появилась эта же самая пятерка молодых людей, которых она хотела догнать еще вчера, но у нее это не получилось: они исчезли перед ней, словно растворились в воздухе, стоило ей приблизиться к ним.

- В этот раз, точно должна это сделать. Куда же они ходят в таких костюмах? Неужели на спектакль? – все думала Настя, прибавляя ход, на сколько это было возможно с тяжелыми пакетами, что она несла в руках.

Так же сократив расстояние между ними, она могла слышать, о чем они говорят и не намеревалась делать это нарочно, но не могла ничего с этим поделать: Настя стояла в нескольких шагах позади их и только открыла свой рот, чтобы окликнуть их, как осеклась.

- Ее больше нет, - сказал парень с низким голосом, - ее нет больше в живых.

- Закопали, - добивала девушка, - ее и правда закололи.

- Это была и действительно она? – спросил другой голос, - не могу в это поверить.

- Они все же ее убили, - сказала вторая девушка.

- Зачем мы нужны, если не смогли помочь? – все продолжал первый голос, - как мы сюда попали?

- Никогда не было такого, чтобы убивали Призванного так... - подхватил другой голос.

- Возможно, в этом мире все по-другому? – спросила одна из девушек.

- Если ее не стало, значит это возможно, - отреагировал другой голос, - но почему мы все еще здесь в этом мире?

Настю эти разговоры насторожили и она уже собралась окликнуть их и прикоснуться к девушке с короткими волосами, чтобы спросить, о чем они говорят и почему так одеты. Но Настя почувствовала удар и полетела в сторону, выронив пакеты из рук. Проехав по мокрому асфальту и оставив за собой след из продуктов, она подняла голову, чтобы осмотреться; коленки были оборваны, из ранок шла кровь, ладони были стерты, а голова немного кружилась; все плыло перед ней.

- Простите, пожалуйста, - лепетала женщина, поднимая своего сына, упавшего с скейтборда.

Девушка пыталась понять, что сейчас произошло и первое, что она сделала, когда подняла голову: начала выискивать пятерых молодых людей в странных костюмах, за которыми так упорно следовала по пятам, но никого не увидела.

- Простите, он не хотел этого, он не специально: было очень скользко, - продолжала женщина, отряхивая сына, который смотрел на продукты, разлетевшиеся от удара.

- Вы видели людей, за которыми я шла? – спросила Настя, поднимаясь на ноги.

- Нет. Вы шли одна. Никого не было, - ответила женщина.

- Пятеро людей в костюмах, - продолжала девушка, - я шла за ними.

- Нет. Никого не было, - отвечала женщина, поднимая продукты с земли, - вы не ударились головой? – поинтересовалась она, после настойчивых вопросов о молодых людях, которых, по мнению, женщины не было.

- Я уже не уверена, - ответила в полголоса Настя, принимая продукты в новых пакетах, в которые переложила женщина, достав пустые из своей сумки. Настены пакеты были испорчены, после падения.

Глава 4 Дядя Павлик

День для Насти начался тяжело: ночь была бессонной, мысли ходили хороводом, прокручивая последние события в голове, которые нахлынули на нее разом. Лежа на кровати, она видела картины похорон ее тети, странное письмо, которое она получила в день убийства Ани и неизвестных молодых людей, которые чудесным образом появляются и исчезают, стоит ей приблизиться к ним. Это все не давало ей покоя. Заснуть удалось ближе к рассвету.

Чашка кофе и отсутствие горячей воды творили чудеса в плане приведения в чувства и прилива сил человеку, невзирая на его состояние. От дома до работы так же, как и обратно занимало у Насти около получаса пешком, этого хватало, чтобы накрутить себя тем, каким тяжелом будет сегодняшний трудовой день и так же хватало, чтобы забыть его по пути обратно, предвкушая его завершение, предстоящими ритуалами.

Девушка была рада, что в этот раз ей удалось дойти до работы без приключений и происшествий, но все же она была на стороже и надеялась, что увидит тех же самых пятерых молодых людей, которые вызвали большой интерес к себе у Насти. Она смотрела по сторонам и невзначай высматривала их в толпах, идущих на работу хмурых людей, идущих через привычный и знакомый ей парк.

Настя работала в пиццерии. Ничего физически сложного или умственного от нее не требовалось. Все что было нужно, это обслуживать посетителей заведения, поднося им меню и приносить заказы. При всем при этом было важно делать все быстро и не убирать улыбки с лица, невзирая на настроение и темп работы. Но исключением это правила был один лишь час, который работники пиццерии называли: «Адский час», это время обеда офисов, которые были в том же здании, но этажами выше и, когда наступал их обеденное время с 12:30 до 13:30, всем было важно сохранять хладнокровие и выдержку при обслуживании «офисных крыс», а натянутые улыбки были на столько неестественными и натуженными, что работники офисов считали для себя обязанностью довести ту или иную официантку до истерики, обнажив истинное выражение лица, скрытое за маской приветливости.

Прошло самое спокойное время, когда посетители умеренно приходили и уходили, оставляя приятные бонусы в виде чаевых и настал не гласный «Адский час». Все затаили дыхание.

В 12:31 лифт спустился на первый этаж здания и первая пачка упитанных людей, вскормленных фастфудом и малоподвижным образом жизни, нагрянули в небольшое относительно этих людей помещение, затем последовали еще и еще люди и на протяжении пяти минут лифт то и дело спускал, с выше стоящих этажей, новых работников офисов. Если на протяжении всего дня они были чьими-то подчиненными, то в обеденное время, они чувствовали себя начальниками отдавая приказы в виде своих заказов и оценивая качество выполненной работы с полна реализуя свои лидерские качества, проявляемую лестными эпитетами, комментариями и примеряя на себе новую профессию в качестве критиков заведений быстрого питания, а именно обслуживание посетителей работниками пиццерии.

Дышать было невозможно: пиццерия не рассчитана на такое количество людей и кондиционер никак не справлялся, а от духоты люди начали потеть. Коктейль запахов с кухни, пота, духов и туалетной воды из зала был настолько сильный, что вызывал тошноту и отвращения от всего происходящего и еще долго не выветривался даже после завершения рабочего дня. Работникам пиццерии приходилось весь остаток дня носить этот запах с собой. Официантки и бариста считали минуты, до окончания «Адского часа». До конца обеда оставалось еще полчаса, как произошел этот инцидент, которые бывали очень часто, но не всегда так «ярко».

За барным столиком сидел мужчина, такой же упитанный, как и все его коллеги, что спустились на обед вниз. Он, выпив несколько чашек кофе и скушав огромную пиццу, ощутил прилив сил. Смелости оказалось настолько много, что он сам удивился тому, что совершил. Сделав последний глоток своего кофе, мужчина с размаху шлепнул Настю по ее правой ягодице и задержался на ней еще некоторое время. Ягодица начала гореть.

На одну секунду зал охватила тишина. Шлепок от удара заставил всех замолкнуть, но лишь на мгновение, потому что шлепок по ягодице дал толчок и полный поднос с горячим кофе, вылетел из рук Насти и полетел вперед, к столику, куда шла девушка, но только напитки пришли туда раньше и без официантки.

Сидевший за столом люди оказались недовольны: кофе испортил белые воротнички, а кипяток оставил легкие ожоги.

Настя не смогла стерпеть эту выходку и сделала так, как ее учил отец – она повернулась к довольному жирдяю, посмотрев на его счастливое лицо от того, что ему удалось потрогать такую девушку и, со всего маху, ударила кулаком, попав прямо в левый глаз. Мужчина упал со стула, прихватив за собой рядом сидевшего за столиком баристы, коллегу, зацепив его рукой. Приземлился тот человек на стоявший за его спиной другой столик. После того, как мужчина навалился на столик, от него остались только поломанные доски и не намека на когда-то стоявшую мебель. Тут и началась потасовка.

Люди начали толкаться, кидаться всем чем попало и на все просьбы персонала прекратить это безобразие, никто не воспринял всерьез. В ход шло все: недоеденная еда, напитки, посуда, столы и стулья. То и дело приходилось изворачиваться, чтобы не получить чем ни будь по голове. Стоял шум, голос призывающий все прекратить было не слышно. Настя попыталась отойти в сторону, но боялась сделать это быстро: нужно было быть востро: над ее головой пролетел стул и не увидь она боковым зрением, могла поймать его собой, но обошлось. Девушка не без труда проскользнула в сторону из гущи событий и увидела, как открылась дверь старшего менеджера. Тот выскочил из своего кабинета и что-то кричал да так сильно, что весь покраснел. Он был невысокого роста, с пролысинами и небольшим пузом, строгом костюме с накинутым на себя жакетом с эмблемой пиццерии и жетоном, висевшей рядом с его бейджеком.

Никита, так быстро выскочил, что не обратил внимание на происходящее и это была его ошибкой. Залитый напитками пол и куча мусора стали препятствием, который он не заметил и поскользнувшись, проехал в центр зала, протерев собой пол и остановившись ударом об опрокинутый стол головой. Когда тот поспешил встать, ощупывая рукой образовавшуюся шишку на лбу, из-за его роста и то, что он сидел на пятой точке, послужило оправданием того, что его не заметили и один из посетителей упал на него. Раздался крик и «трех этажная» ругань. На часах было 13:32; люди поспешили отправиться к лифтам; Никита продолжал ругаться; его костюм был испорчен напрочь; все стояли в оцепенении и боялись что-то сказать.

Работники пиццерии провожали взглядами гостей, у которых на лицах были ссадины и синяки. Если до этого синяк был один, который поставила Настя за шлепок по ее ягодице, то сейчас обладателями подобных были все без исключения и при том, Настя к остальным не имела никакого прямого значения, но Никиту это не волновало: для него она была причиной всех бед, что происходили в пиццерии и с ним лично.

Никита начал проводить разъяснительные беседы; пиццерия «У Толи» была закрыта на техническое обслуживание; работа по уборке зала шла полным ходом; у Насти завибрировал телефон, она посмотрела на экран, это была смс. Открыв его девушка увидела, что она от Виктора и прочитала: «Блэстон. Улица Северная. Дом 11. Квартира 17». Настя поняла, это был адрес дяди Павлика.

- Наконец-то! - подумала Настя, - хоть какие-то хорошие новости.

Наступил долгожданный конец рабочего дня и добравшись до дома, девушка не заметила, как наступило уже одиннадцать часов и как всегда в это время пришла ее лучшая подруга. Настя продолжала держать в голове, что все же значило это письмо от тети Ани и зачем она сказала про Павлика. Эту напряженность и задумчивость Катя не могла не заметить.

- Ты в последнее время, сама не своя, что с тобой? Ты не заболела? – с тревожностью спросила Катя, рассматривая подругу, - а то папа может найти тебе лучших врачей, - продолжила Катя.

Ее отец был уважаемым врачом в городе и имел множество друзей и крепкие связи среди других врачей в городе и за его пределами, а также и влиятельных персон города.

- Нет, - ответила Настя, - просто, сегодня был не самый легкий день, который немного вывел меня из себя.

- Что ты имеешь ввиду? – поинтересовалась Катя с настороженным выражением лица.

- Меня сегодня какой-то жирдяй схватил за задницу, что я от неожиданности выронила поднос с напитками на гостей. Я, правда, поставила ему за это смачный фингал под глазом и тут началась потасовка, в результате которой Никита получил ушибы и шишку на весь лоб, - ответила Настя, наливая кофе и доставая из холодильника коробку с тортом.

- За задницу? – удивленно спросила девушка, - за такую задницу и я бы приударила, что касается Никиты, то я бы сама нанесла ему ушибы, увечья и весь он ходил бы в шишках и синяках за такое поведение и пренебрежение к своему персоналу.

- Мне кажется, что у меня теперь там след от его руки остался... ты бы видела то, какой у него теперь там синяк, - на лице девушке появилась улыбка, открывающая ее верхние зубы, Настя отправила в рот кусочек торта и запила его глотком кофе, - он долго будит помнить о нем, освещая себе дорогу по ночам.

- Ты говорила, что это у тебя не первый случай на работе, когда с тобой происходило подобное. Я не понимаю, почему ты не бросишь эту работу? Почему ты не займешься тем, что тебе нравится? Ведь ты можешь себе это позволить: у твоей семьи есть средства и ты можешь не работать вообще.

- Ты же знаешь, что я не хочу брать у Виктора деньги, хоть ему и моим тетям и дяде оставил их отец, - после этих слов, она задумалась на секунду и хотела поправиться, что у нее теперь одна тетя, как и один дядя, но не стала, - для меня важно, сделать и достичь все самой, - лицо Насти изменилось и она подложила еще один кусочек торта в тарелку Кати, хоть она и не просила ее об этом, но Катя возражать не стала, когда увидела, что лицо Насти омрачилась.

- Прости, что я задела эту тему, но почему ты так на нее реагируешь? Это нормально, когда тебе предлагают помощь, тем более, что не каждый ее может оказать, - продолжила Катя, не прекращая смотреть на лицо Насти, по которому прокатилась слезинка, быстро убранная тыльной стороной ладони.

- Это ведь еще не все? Ты мне что-то не договариваешь. Тебя не могло так расстроить ни этот вопрос про деньги твоей семьи, ни тот вопиющий случай на работе, ты с этим уже свыклась, точнее ты выше всего этого. Так что же на самом деле произошло? – Настойчиво допрашивала Катя, подвинувшись ближе к ней.

Настя была рада, что Катя сама проявила интерес, хоть она и дала ей повод для этого, но это было уже не важно: подруга ждала правдивый ответ и Настя рассказала все, что произошло в последние дни. Ей стало легче. Катя была зла.

- Как ты могла молчать об этом? Почему ты ничего не рассказала мне о том, что у тебя умерла тетя? А я... я к тебе со своей свадьбой... как ты могла так поступить со мной? Ведь я твоя лучшая подруга! – накинулась на Настю Катя.

- Не хотела портить этот счастливый для тебя день, ты была счастлива, ты вся сияла от радости... я не смола бы это сделать ни при каком раскладе, - оправдывалась Настя.

- Но почему ты не сказала потом? Почему ты молчала?

- Я не знала, как о таком вообще можно начать говорить, - ответила Настя, чувствуя вину, за то, что поставила Катю в это положение, когда ее лучшая подруга не знала о том, что происходит в ее жизни, в тот момент как она знала о ней все.

- Что ты планируешь делать сейчас, когда знаешь адрес своего дяди, которого не видела столько лет? – спросила Катя.

- Собираюсь съездить в Блэдстон и спросить его об этом письме, и увидеться с ним, как ты сказала, я давно его не видела, - ответила девушка, покончив с куском торта и допив свой кофе, - к тому же у меня есть вопросы на которое не хочет отвечать Виктор.

- Я поеду с тобой! – сказала Катя.

- Это не обязательно, у тебя много дел и работа, - ответила Настя с осторожностью, - да и твои курсы еще.

- Это был не вопрос! Я разберусь со своим графиком, и я не оставлю тебя одну, - поставила точку Катя.

- Ты ничего не сказала про то, что я видела в парке, - подметила Настя.

- Я думаю, что ты просто устала... и ты завтра собираешься ехать к своему дяде?

- Да! Собираюсь ехать с утра, – ответила Настя.

- Тогда я утром буду у тебя!

Настя встала из-за стола и обняла подругу так крепко, что та начала задыхаться: я тебя обожаю! Прости меня, – в полголоса произнесла девушка.

На следующий день, в оговоренное время, девушки поехали в Блэдстон. На такси это заняло чуть более двух часов, так как не было пробок. Катя что-то писала в телефоне по работе и то и дело, что вносила записи в свой блокнот, а Настя смотрела в окно на дорогу и думала, что она скажет дяде при встрече и как он там поживает. Пока они ехали, а фоном играла музыка по радио, Насте начало мерещиться, как она подумала, о тех заснеженных горах, которые она видела в парке; по коже пробежал холодок и девушка мысленно очутилась в том же месте и подняла голову на небо: шел снег и на черном небе погасли все звезды, а на месте их появились три больших круга, которые закрыли друг друга и образовался вокруг их ореол из белого, черного и красного цвета; небо начало гореть. Машина остановилась и голос таксиста вырвал ее из того места.

- Мы приехали, - сказал человек за рулем, и Настя в растерянном состоянии вытащила из сумки кошелек, чтобы расплатиться, как Катя уже все сделала сама.

Девушки прошли несколько шагов и увидели надпись: «Северная улица», а на домах красовались таблички с номерами домов и перечнем квартир в подъезде. Отыскав нужный, они прошли внутрь, дверь была открыта: ее держал поставленный кем-то камень, поднялись на нужный этаж, и на двери белым фломастером была написана цифра 17. Настя постучала, но никто не спешил открыть дверь. Она продолжала стучать и нажимать на дверной звонок, но так никто и не открыл. Девушка чувствовала себя идиоткой, потому что не удосужилась позвонить заранее и узнать дома ли дядя и в городе ли он вообще. Катя стояла рядом и ждала, когда что-нибудь произойдет и сдерживала себя, чтобы ничего не сказать про эту ситуацию.

Настя начала звонить Павлику на городской, потому что сотовый она не знала, также, как и ее отец; телефон был не доступен и девушки уселись у двери.

- Будем ждать! – сказала Катя, - зря что ли ехали столько часов. Катя видела, что Настя чувствовала вину, за то, что не позвонила дяде заранее и Катя подбадривала ее, что ничего страшного не произошло и приехать нужно было в любом случаи, чтобы разобраться с вопросами, которые ее мучают.

Прошло несколько часов, за которые Катя выполнила часть своей работы, а Настя раз сто попыталась дозвониться до Павлика, чтобы только не сидеть без дела. Девушки уже было начали собираться обратно домой, как на лестничной клетке, появился человек, шаги которого они не услышали, когда тот поднялся по лестнице: в этом доме лифта нет. Мужчина устремился к ним и направился к двери, возле которой сидели Настя и Катя. Незнакомец подошел ближе, как ни в чем не бывало, и начал открывать дверь. Не обращая внимание и не смотря в сторону девушек, он спросил: вам чего?

Настя растерялась от увиденного: мужчина был на столько не ухожен, а его балахоны, надетые на него, явно были не первой свежести, у девушек промелькнула мысль, что эти шмотки были найдены на улице в помойках. Запах резал глаза, на голове была рванная шапка, на обувь было лучше не смотреть, лицо все было перепачкано и нуждалось в уходе.

- Извините, но здесь проживает Ярлов Павел Дмитриевич? – спросила Настя в последний момент, пока мужчина не успел закрыть за собой дверь.

- Да. Можно сказать, что названный вами человек действительно здесь проживает, в квартире номер семнадцать, по улице Северная одиннадцать. Но кого он интересует? – спросил человек, находясь в квартире и придерживая дверь рукой.

- Я его племянница Анастасия Ярлова с подругой и хотела увидеть его. Когда мы можем это сделать? – поинтересовалась девушка.

- Когда вам будет это угодно, - ответил мужчина, - а что вы от него хотели?

Девушек это начало раздражать, почему он не может сказать внятно, где Павлик и зачем вся эта игра слов. Стоявший мужчина начал смеяться, чем вызвал еще большее недовольство и гнев девушек, затем он стянул с себя шапку, и они увидели пепельные волосы, улыбка, закрытая бородой, начала проявляться на лице и знакомые складки возле глаз и характерный цвет волос выдали знакомого Насти человека.

- Дядя Павлик?! – неожиданно выкрикнула девушка и хотела броситься на него с объятиями, но Катя удержала ее от этого решения, - что с тобой произошло?

- Проходите внутрь, - открыв дверь до конца, произнес Павел Ярлов. Девушки прошли внутрь квартиры.

От увиденного внутри, возникло еще больше вопросов, чем прежде, когда они увидели его в таком виде. Везде были горы мусора из вещей, большое количество бутылок из под алкоголя, которые заполонили все, коробки с посудой, журналы, газеты, массы пакетов с пакетами, не исчисляемое количество безделушек и маленьких игрушек и огромные кучи самой разной одежды и по виду не первой свежести. Огромные кучи всего, закрывали доступ света в комнаты, запах беспощадно бил по носам и порой казалось, вызывал слезы.

- Вы проходите пока что на кухню, я сейчас подойду, - сказал Павел и куда-то проскользнул среди мусора.

Девушки сделали, как он им сказал и были еще больше удивлены от того, что увидели. На кухне была идеальная чистота, все сеяло, светлые стены и чистое окно расширили ее визуально, не было лишних вещей, все стояло на своих местах, и Настя с Катей переглянулись, не зная, что им и сказать.

Настя хранила в своей памяти воспоминания другого дяди, который всегда был добр, в хорошем настроении, со светлыми глазами и ухожен, как ее отец и хоть он не был помешан на чистоте и порядке, как Виктор, но такого у него ни разу не было и быть не могло даже в самом страшном сне.

- Ты его видела? – спросила Катя, - давай уйдем пока не поздно. Ты уверенна, что этот человек твой дядя? Может он его убил и выдает себя за него? – после этих слов, она вспомнила недавнюю трагедию и пожалела о своих словах.

Настя обняла Катю: не говори ерунды. Да он изменился, но это все еще мой дядя и я его люблю таким.

- Изменился?.. Изменился, это когда сделал стрижку или покрасил волосы в розовый, а это... - Катя не успела договорить, как в кухню вошел Павел. Было заметно, что он принял душ, причесался и переоделся в чистые вещи и пред ними уже стоял совершенно другой человек, не тот, которого они видели еще несколько минут назад.

- Вижу по глазам, что есть вопросы, - сказал Павел, включая чайник.

- Пожалуй, что да, - ответила Настя, - зачем тебе все эти вещи? Что произошло с тобой, почему ты был в таких вещах? В таком виде?

- У меня с друзьями образовалось небольшая авантюра и эти вещи были нужны для дела, а одет я был в такой вид, для розыгрыша... это долго объяснять, - сказал Павел, разливая кофе и доставая все к чаю.

- Извините, но может вам нужна помощь психиатра? Просто подобное поведение не нормальное. Вы видели свою квартиру? Так жить нельзя! – сказала Катя и получила испепеляющий взгляд своей подруги.

Павел улыбнулся: а что нормальное или не нормально в этом мире? Никто не знает. Да, я понимаю, что подобная картина может показаться странной со стороны и я должен поблагодарить вас за ваше предложение и обеспокоенность о моем психологическом здоровье, но вынужден от него отказаться. Так что вас привело ко мне?

Настя быстро вытащила конверт из свое сумки и протянула его Павлу, Катя сконфузилась от того, что не прочла его сразу же, когда Настя про него сказала. Дядя прочил письмо и его лицо изменилось.

- Тебя не было на ее похоронах, как и тети Лены.

- Я не знал об этом, по всему городу не работала телефонная связь ровно два дня. В день смерти Ани и в день похорон.

- Зачем она просит меня найти тебя, в чем нужна помощь? Что все это значит? – спросила Настя.

Павел сделал глоток из своей чашки: Я полагаю, что Виктор ничего тебе не рассказал и я думаю, что ты уже показывала это письмо ему.

- Да. Я показывала ему это письмо, - ответила Настя.

- А что ни будь странное происходило с тобой в последнее время?

- Странностей было достаточно, - ответила Настя и рассказала все, что еще недавно поведала Кате.

- До сих пор этот Виктор и Лена, все еще хранят свои секреты, - зло и грустно сказал Павел, - из-за этих секретов мы и не общаемся.

- О чем речь? Я не понимаю, - спросила Настя.

- Я и сам мало, что понимаю. Могу сказать тебе только то, что ты видела, другой мир, который предстал тебе тогда в парке. И он действительно существует, и я его тоже видел, но очень давно, когда был еще ребенком, и твой отец и тети то же его видели. Когда это начало происходить со мной, они ничего мне не рассказали и говорили, чтобы я про это забыл, что это мои фантазии. Я думал, что схожу сума и я начал сходить и я понял, что тот мир реален, а не моя выдумка в тот момент, когда я встретил их там случайно (твоего отца и Лену) и они врать уже не могли, что их не было там. После этого, когда я поймал их на лжи, мы не общаемся друг с другом. Аня была старшей из нас и в тот момент она жила отдельно и не знала, что происходит со мной, узнала, она уже потом и поддержала меня, хоть ничего толком и не объяснила. Все эти странности спустя какое-то время сами прекратились, и я до сегодняшнего дня был уверен и спокоен, что все это позади.

Катя взяла со стола то письмо и прочитала его.

- Это письмо мне принесли в день смерти Ани и в этот день начались все эти странности. Павлик, а что ты можешь рассказать про Диму, моего деда?

- Я его помню не так хорошо, столько лет прошло. Известно, что он пропал в то время, когда Аня начала жить одна, а я начал жил с Виктором и Леной до того момента, когда смог справляться один. Настя, знаешь, что я могу тебе сказать однозначно, что все это не к добру, что это письмо и видения, и как я называл эти вещи: «переходы» нам еще аукнуться. Главное ты помни, что ты не сходишь с ума и ты не одна в этом деле и я всегда тебе помогу и поддержу и мой тебе совет: попытайся разузнать поподробнее у своего отца и тети Лены: они знают куда больше чем я. Может быть, тебе удастся узнать что-то. Я не смог этого сделать.

Девушки уже допили свой кофе, Катя посматривала на телефон, который все это время мигал от звонков и сообщений. Настя хотела разузнать куда больше, потому что на каждый полученный ответ возникали новые вопросы, которые начинали волновать куда больше прежних, но времени уже не было. Нужно было ехать домой. Катя вызвала такси. Павел сопроводил девушек до машины и проводил их взглядом, на прощанье обняв свою племянницу и что-то шепнув на ухо так, что Катя не могла это услышать и спрашивать об этом она не стала.

Глава 5 Слова в толпе

Прошла неделя, когда Настя видела своего дядю в последний раз и с того момента не было ни одного инцидента или происшествия, который она не могла бы себе логически объяснить, такие как появление или исчезновение незнакомых, странно одетых людей, видения другого мира, как говорил ей ее дядя или чего похуже и необъяснимее. Девушка начала думать: а не привиделось ли ей все это, не было ли это фантазией, как говорили ее отец и ее тетя Лена Павлику и действительно ли он видел их там, в другом мире? На этот вопрос Настя не смогла дать себе ответ.

Жизнь стала размеренной и спокойной, повседневная рутина стала приятной, а главное - понятной, и в голове начала мелькать мысль: а может быть, это и есть счастье, когда нет необъяснимых вещей, которые не дают покоя и не висят грузом, заставляя думать о них против ее воли. Что-то глубоко внутри Насти говорило с того момента, когда она впервые попала в другой мир: ты безвозвратно оставила там часть самой себя. И эта часть тянет ее туда, не объяснимо для нее, не давая ей покоя и в эти мгновение, она начинает осознавать, что все сложнее, чем она хочет себе объяснить.

На работе в пиццерии «У Толи» все шло так, как и всегда. Настя собирала заказы, приносила еду и напитки к столикам и настало время 12:30: лифт с выше стоящих этажей начал спускаться, помещение заполнилось полностью. Девушки также продолжали обслуживать посетителей, проходя между людей с подносами, как делают это каждый рабочий день.

Настя впала в оцепенение: страх сковал ее от увиденного. Она воочию, в нескольких шагах увидела свою покойную тетю, на похоронах которой была больше недели назад, смотрящую на нее так же, как и она на нее. Было трудно поверить в то, что эта женщина ее тетя и девушка не осознанно попятилась назад, как стоявшая на расстоянии женщина в один мах подскочила к ней и схватила ее за руку. Поднос упал на пол вместе со всем, что было на нем. Девушка видела перед собой лицо той, которую еще недавно предали земле. Настя думала, что все прекратилось после ее визита к Павлику, но сильно ошиблась.

Женщина была в точности, как ее покойная тетя Аня. Те же черты лица, пепельные волосы, ее походка, взгляд и даже шрамы в виде парезов на руках были такие же, какими она помнила их с детства и голос. Голос был в точности, как у крестной.

- Настя, - начала женщина, держа крепко ее руку в своей, - Настя, ты должна... - пыталась что-то сказать, но стоявший вокруг шум глушил голос женщины и Настя, будучи скованной увиденным, пропускала все ее слова мимо ушей, - будь с ним рядом, я умоляю тебя не бросай его. Они здесь, они попытаются убить вас. Захотят это сделать, когда узнают, кто вы. Они способны на это. Это они... - женщина не успела договорить, как Настю, кто-то задел и та наскочила на Аню и прошла через нее, ощутив холод, который прошел по ней; женщина, как белая дымка рассеялась в воздухе.

Настя закричала от испуга. На ее лице читался ужас, слезы текли и брызгами разлетались, соприкасаясь с полом; все были в недоумении и смотрели на девушку с пепельными волосами, которые были прикрытыми платком с эмблемой пиццерии, что была вышита на ней; все молчали; из комнаты главного менеджера вышел Никита и раздраженно и зло кричал: Уволена! Ты уволена! Никто не знал, как реагировать на это. Несколько официанток, повели Настю в туалет, что бы она смогла прийти в себя и умыться. Посетители сидели, затаив дыхание, в полной тишине, боясь издать хотя бы один звук.

Безмолвие стояло такое, как если бы речь шла о смерти, и лишь в такой обстановке никто не мог позволить себе комментарии, язвительные фразы и знаки порицания происходящего. Все впали в некое траурное состояние, после фраз увольнения той, кого они любили и ценили, хоть и не редко, а точнее всегда, выказывали ей знаки внимания самыми разными способами и парой это было сделано нарочито и не уместно, но всегда без злого умысла. Теперь все будет по-другому, думали сидевшие, продолжая слушать, что там кричит Никита, но не вслушиваясь в слова: их занимало другое: что будет дальше?

Настя поняла, что лишь ей удосужилось увидеть мертвого человека и говорить с ним посреди толпы при свидетелях, коих могло было быть целое заведение, но нет, кроме нее никто не видел Аню. Она единственная, кто разговаривал с мертвой тетей. Что она имела в виду? Настю насторожило слово «убить», а все остальные слова, словно прошли мимо нее.

Свидетели этого происшествия пытались успокоить менеджера и хотели отговорить его от такого поспешного решения, как увольнение Насти, но он стоял на своем. Посетители пытались дать знать, что не готовы расстаться с такой чудесной официанткой, ради которой хотелось приходить сюда раз за разом, только чтобы увидеть ее, что она была душой этого места. Он был непреклонен.

Менеджер был категоричен в своих убеждениях и на все аргументы показывал в доказательство свое лицо, которое хранило отпечатки множества ссадин и синяков, украшенное шишками, от всех инцидентов в которых Никите удалось стать невольным участником. Настя всегда была рядом с этими историями с невинным лицом и красивыми глазками, за которые, по его мнению, он держал ее все эти два года, которые она работала у него в пиццерии «У Толи».

Не прошло и минуты, как люди быстро убрали все, что выронила Настя, и не могли не гадать, что же всё-таки произошло, как такое можно объяснить. Начал распространяться шепот; все интересовались, что это сейчас было, но никто не давал внятного ответа, переспрашивая одно и то же друг у друга, стараясь узнать у тех, кто был ближе всего к происходящему.

Лишь в углу, где сидело несколько дам из бухгалтерии и отдела кадров, раздавался уединенный говор. Где они горячо обсуждали, что за безобразие здесь произошло, что в этой пиццерии всегда происходят какие-то сумасшествия, то драки, то истерики, то пицца подгорит, то сыра мало кладут и лишь припадочных истеричек до сегодняшнего дня не было.

Дамы соглашались и кивали своими головами на все эти россказни, предполагая, что могло послужить этому причиной. Гипотезы, что они выдвигали, были самыми разными, но более всего им понравилось версия, что у нее слабоумие и ее бросил парень. Эту версию одобрили все сидевшие за этим столиком женщины. Но рядом находившиеся их коллеги были недовольны этими предположениями и не стерпели этих слов в ее адрес, потому что питали теплые чувства к Насте и черт дернул их влезть в их разговор.

- Заткнитесь, дуры! – вскрикнул один упитанный человек, встав, из-за стола.

- Вы просто завидуете ей, - подхватил другой, не менее крупный мужчина.

- Да, - подтвердил третий, - вы завидуете ей, потому что она не боится посмотреть в зеркало, а вы...

Товарищи не дали договорить своему коллеге, ударив его по плечу, дав знать, что он говорит лишнее, но было поздно. Сидевшие девушки вскипели и дали знать в чьих руках сейчас власть, в чьих руках из зарплата и премиальные, что они сильно пожалеют о том, что сейчас сказали.

Девочки, работавшие с Настей вместе, пытались узнать, что с ней произошло, почему она закричала, но на все вопросы, которые задавали ей ее коллеги, она отмалчивалась. У нее в голове не укладывалось, как такое могло произойти, и как она должна была отвечать на эти вопросы. Сказать правду не представлялось возможным, думала она, скажи она всю правду и ее закрыли бы надолго. И быть может, это было бы правильным решением, - все думала она, но так и ничего не объяснила.

Было ясно, что Настя не хочет об этом говорить и никто давить на нее не стал. День два и все забудут об этом инциденте и пройдет еще неделя и все забудут, что она когда-то здесь работа. Она понимала, что эта правда.

Пока Настя приходила в себя, один из посетителей дождался ее, чтобы поговорить с ней. Когда упитанный человек подошел к ней, Настя сразу узнала его, это был тот самый посетитель, который шлепнул ее по ягодице. Он посмотрел на нее, на ее лицо: ты прости меня за то, что схватил тебя за задницу, нам очень жаль, что сегодня произошло с тобой и это место будет другим после твоего ухода. Знай, что жизнь этому месту и атмосферу давала именно ты, и мы с большим удовольствием ходили сюда, только потому что здесь работала именно ты. Не держи на нас зла, мы не хотели тебе такого, и, возможно, это к лучшему.

Мужчина еще долго повторялся и волновался, разговаривая с красивой девушкой. Он никогда этого не делал, но сегодня промолчать был не в праве.

- Спасибо тебе за эти слова, - произнесла Настя и не зная зачем, она обняла его.

- Не переживай, все образуется и поверь, все станет на свои места, хотим мы того или нет, но жизнь преподносит и не такие повороты в нашей жизни к которым мы бываем не готовы и не ожидаем вовсе, - продолжил человек.

- Вы это сейчас к чему сказали? – поинтересовалась Настя.

- Я и сам не знаю, зачем это ляпнул... хотел что-то хорошее сказать, но не знал что. В прочем, мне нужно идти, - проговорил человек, покраснев еще сильнее, и направился к лифту.

Никита вызвал Настю к себе и еще высказав то, что ему пришлось пережить с того момента, как она работала у него, он отдал ей трудовую, разрешив ей написать заявление по собственному желанию. Она написала его с большим удовольствием, хоть и ощущала не приязнь к тому, что делает это именно так, при таких обстоятельствах, в это время, а не как она думала будет это делать, предвидя этот день в будущем.

Дело было сделано: заявление было уже написано и в тот же момент одобрено подписью. Девушка держала в руках трудовую книжку и последними словами Никиты, которые он ей сказал, были: деньги за проработанные дни придут на карту в конце недели. Настю вполне устроили эти слова.

Работники пиццерии душевно проводили девушку, распрощавшись с ней, как если бы этот день был для нее последним в жизни и, быть может, они понимали, что в реальной жизни никогда бы больше не столкнулись с ней и сегодня был для них действительно последним, когда могут иметь общение с Настей Ярловой.

По пути домой девушка решила зайти в магазин и набрала продукты и в какой-то момент, сама не понимая зачем, остановилась у огромной полки с алкоголем у, которой не было видно, где начало стеллажа и где его конец. Настя рассматривала бутылки и брала их в руки, чтобы хорошенько просмотреть, как какой-то пожилой человек подошел к ней и с большим интересом начал наблюдать за тем, что она выбирает, но, когда Настя начала класть бутылки себе в тележку, пожилой человек не смог сдержаться и решил, что обязан в это дело вмешаться.

Когда он подошел к девушке ближе и с высоты своего опыта на этом поприще, решил прочитать ей правила распития горячительных напитков. Мужчина рассказал основные правила распития напитков и что ни в коем разе нельзя мешать между собой и чем это чревато при игнорировании этих простых правил, а также упомянул некоторые ритуалы в этом деле. Его рассказ или небольшая лекция заняла около десяти минут, Настя не могла не заметить, что он рассказывал ей все с большим интересом и увлеченностью, так легко и живо, и поймала себя на мысли, что это от того, что это его область, и он в ней «собаку съел», а попроси она его прочитать лекцию о вреде алкоголя, он не смог бы связать и пары слов, потому что это тема ему не близка по духу, решила Настя.

Мужчина с такой увлеченностью рассказывал о каждом напитке, который он выпил и перечислял все его характеристики, что невозможно было остановиться и перестать слушать его. Те краски и ароматы, которыми обладал каждый напиток, был описан самыми разными эпитетами и примерами, которые не приходят в голову по одному только желанию: этим надо только жить.

Пока он продолжал свою просветительскую лекцию, Настя прикидывала в уме, а кем он мог бы работать и версии были самые разные, начиная от преподавателя, до гида и экскурсовода галереи произведений искусств, судя по его богатому языку и красочным примерам и свободе слова в общении. Его можно было слушать долго и получать от этого удовольствие, что нельзя было сказать о преподавателях в школах и в ВУЗах.

- Язык подвешен у него, что надо, - подумала Настя, - с этим не поспоришь!

После небольшого экскурса в области алкогольного этикета, было решено, что вино - это классика, а против классики трудно идти. Настя набрала полную тележку и на такси добралась до дому, лишь потому что была уверенна: ей это все не дотащить до дома одной.

Пока Настя была в магазине и разговоры пожилого человека отвлекли ее от того факта, что ее уволили, что она видела свою покойную тетю перед собой так близко и более того, она с ней разговаривала. Девушка была готова стоять там вечность и слушать, что говорит этот человек, только бы не чувствовать ничего, что могло ее расстроить.

Стоило открыть дверь своей квартиры и войти внутрь, то, что Настя пыталась оставить, настигло ее. Горечь и тоска накрыли полностью, а в тишине комнаты ждало одиночество, в которую предстояло девушке окунуться полностью.

Водитель такси вызвался помочь поднять тяжелые пакеты на ее этаж. Настя неохотно попыталась отказаться от помощи, но все же уступила.

- Мне это в радость, - сказал водитель, - нужно немного размяться, а то целый день сидя... для здоровья это не очень полезно, - продолжал говорить водитель, стуча бутылками с вином, поднимаясь по лестнице вверх, - а вы кем работаете? – поинтересовался мужчина, пытаясь завязать разговор.

- Я безработная, - ответила Настя, доставая ключи из сумки, - сегодня буду это отмечать. Хотите со мной?

Мужчина растерялся: пожалуй, я откажусь. У меня еще заказы.

- Как хотите, - ответила девушка, - вот вам за помощь, - добавила Настя. Мужчина начал отказываться.

- Я это от чистого сердца.

Девушка не стала его слушать и засунула купюру в карман его куртки и забрала пакеты из его рук.

- Прощайте, - сказал мужчина, отдавая пакеты.

Девушка достала свой телефон из сумки и начала листать список контактов и остановилась на имени Виктор, но немного погодя, начала листать дальше и нашла имя Павлик, недолго думая, нажала на звонок. Раздался знакомый голос.

- Какое счастье, что в этот раз он взял трубку! Хорошо, что не забыла попросить его номер сотового телефона, - подумала Настя. Она была рада услышать этот голос.

- Ало! – раздалось из трубки телефона мужской голос, и Настя ответила.

- Что-то случилось? У Тебя голос поникший, - спросил Павлик.

Девушка рассказала все, что произошло с ней в пиццерии и что образ покойной тети стоит перед ее глазами до сих пор.

- Этого не может быть, - удивленно начал Павлик, - ничего подобного не было у меня. Я даже не знаю, как такое возможно. Ты говорила об этом со своим отцом? – поинтересовался он, не скрывая испуга и удивления.

- Еще нет, я потом, - неохотно ответила она, - я не понимаю, почему, но она говорит, почти, тоже самое, что и в письме: она говорит, чтобы я была рядом с тобой, но в этот раз она сказала, что нам грозит опасность. Что нас хотят убить и говорит, чтобы мы держались вместе. Меня не прельщает тот факт, что меня кто-то хочет убить и что Виктора, Лену или тебя тоже могут убить. Я не хочу терять еще родных мне людей.

- Она так и сказала, что нам грозит опасность? Что кто-то хочет нас убить? – спросил Павлик.

- Да. Как такое может быть?.. И то, как обошлись с телом Ани, что убийц так и не поймали, да и не искали, что сама эта смерть очень странная, - расстроенно лепетала Настя.

- Вся наша жизнь эта очень странная вещь, - ответил дядя.

- Будь проклято то письмо и все, что происходит...

- Не знаю, что еще могу сказать и как могу тебя ободрить, но в последнее время со мной начали происходить то же подобные вещи, правда я не видел покойников, но видел другой мир, как это бывало со мной в детстве... Я, наверное, тебе вообще ничем не помог и не дал тебе никого стоящего ответа, потому что сам ничего не знаю толком и все что я могу, это сказать, что ты не одна и я всегда тебя выслушаю, - добавил Павлик.

- Спасибо тебе и за эти слова, это гораздо больше, чем некоторые могут дать. Мне стало легче, зная, что это происходит не только со мной одной, это дает понимание того, что я не одна ненормальная в семье, - усмехнувшись, ответила Настя, - для меня важно знать, что я не придумала все это себе.

- И тебе спасибо на этом. Я всегда знал, что не мне одному быть одиноким и что я найду себе спутника на этом пути сумасшествия, - подхватил дядя.

После разговора, Настя решила смыть с себя этот день: он был нелегкий и душ мог привести ее в чувства, по крайней мере, так она думала и хотела в это верить.

Когда девушка зашла под струи воды, ее охватила тревога и страх от того, что может произойти что-то ужасное и не была готова увидеть еще кого-то из мертвых. Настя решила открыть дверь ванны, чтобы могла видеть коридор; она открыла щеколду и дверь распахнулась, девушка огляделась. Когда она вернулась, капли продолжила стекать по ней и из тишины, которую нарушала только вода, начали доноситься скрежетания чего-то непонятного, девушка напрягла слух; звуки напоминали ей движение посуды и стульев, это насторожило ее и напугало.

- Кто там? – неуверенно крикнула Настя. Она отодвинула шторку в ванной и снова бросила взгляд на пустой коридор, который был ей доступен, но никого она не увидела, - наверное, показалось, - сказала себе девушка и продолжила принимать душ.

Стоило ей выкинуть из головы эти мысли, что кто-то может находиться в ее квартире, как ей начали казаться чьи-то голоса и разговоры. Настя мгновенно выключила воду и выбежала, чтобы убедиться, что никого нет в ее квартире, она обошла все комнаты, и убедилась в этом своими глазами и когда пришла на кухню, до нее дошло, что шум, который она слышала, был от продуктов и бутылок, которые шевелились в пакетах, стаявшие на столе.

Настя, успокоившись, подошла к двери и дернула ручку: дверь открылась, у Насти застучало сердце еще быстрее, она захлопнула дверь обратно, чтобы никто не увидел ее без одежды.

- Я же закрывала дверь, - сказала себя девушка, прокрутив дверной замок и проверив дверь. Она теперь была закрыта, - я всегда закрываю дверь, почему она оказалась открыта?

Настя, немного думая, закончила принимать душ. Привела себя в порядок, разобрала пакеты и через несколько минут на столе уже стояла откупоренная бутылка вина, который ей помогли выбрать в магазине и налила его в бокал до краев.

Из головы не уходили мысли разговора пятерых молодых людей в парке, которые говорили о чье-то смерти и по всей видимости это была женщина. Настя пыталась вспомнить дословно их слова, но не смогла. В голове мелькали картины похорон тети и тех гостей что пришли. Гостей, которых не знала ни она ни ее отец и при том, Виктор сказал, что их он не приглашал: они пришли сами.

Девушка открыла уже вторую бутылку и сделав несколько глотков и решила, что очень устала; закупорила бутылку обратно и перед сном захотела проверить дверь еще раз. На это раз она была закрыта.

Глава 6 Шалости взрослых

Вокруг было множество бутылок, мусора и непонятных вещей. От куда они взялись сразу и не вспомнишь, да и трудно было это сделать: голова раскалывалась после вчерашнего, впрочем, как и всегда. Он открыл свои глаза по сильнее и присмотрелся на все что его окружало.

- Я дома, - сказал себе Павлик, - нет места лучше дома.

Солнце пыталось пробиться внутрь квартиры и осветить все происходящее и находившиеся в комнате, но это было тщетно: ему это никогда бы не удалось из-за гор мусора из вещей и ненужных безделушек, которые он с таким упорством, периодичностью, и постоянством пополнял. Солнцу было невозможно превозмочь такие задачи без помощи извне. Но стоит отдать должное: ему все же иногда удавалось этого достичь, когда одна из куч по той или иной причине падала от дополнительного вливание мусора или, когда Павел случайно задевал гору ногой, и та падала, уменьшая свою высоту.

Приведя себя в порядок в той степени, которой Ярлов считал приемлемой, чтобы друзья узнали его и при этом не выделяться слишком сильно от них. Он, перекусив тем, что нашел в холодильнике, сам не заметил, как очутился в окружении своих друзей: Ильи, Сани, Васьки, Денчика и Игоря на лавочке возле гаражей неподалеку от дома.

Это место сборищ было особое и отличалось от всех других их мест, где они собирались тем что там было огромное сооружение, которое они создали сами, это былв большая пирамида, созданная из стеклотары, которая каждый день прибавляла в размере. Настал момент, когда она была настолько большой, что один из компашки друзей спросил: Осталось всего несколько бутылок и эта громадная конструкция будет полностью построена... она будет завершена и нам придаться бросить пить?

Пирамида имела под собой широкое основание и с каждым ярусом, устремлявшимся вверх, она уменьшалась в точности, как и все пирамиды. Перед ними возвышалась, почти, совершенная конструкция в которую было вложено немало сил, времени и желания в ее завершении.

- Не неси чушь! – сказал один.

- Ты когда ни будь видел в Египте только одну пирамиду? Ты, когда ни будь был в Египте? – спросил Денчик.

- Нет, я никогда не был в Египте, а ты как будто там бывал, - ответил Васька и посмотрел на Денчика, который мерил глазами высоту пирамиды. Она была с него ростом.

- Да, я был там, правда, давно и могу тебе с уверенность сказать, что там этих пирамид столько, что нам за всю свою жизнь столько стеклотары на добыть, - ответил Деньчик.

- Но не нужно сдаваться и у нас все получиться, - добавил Санька, - главное постоянство.

- Да ты прав! Нам не нужно ни в коем разе сдаваться и опускать руки: впереди очень много работы и дел, - согласился Игорь.

Павел с большим интересом слушал своих друзей и доставал из пакета, недавно купленные им бутылки с водкой, а на закуску он достал из того же пакета фрукты, овощи и сок с газированной водой. Ими они не пренебрегали, потому что понимали, если игнорировать такие вещи, как закусывать и запивать, долго они не просидят, а ведь это не просто посиделки, а целый кружок или закрытое сообщество, в котором они обсуждали множество разных и важных, по их мнению, события, происходящие в мире, в стране и помимо быстрого экскурса по новостям, они обсуждали в порядке очереди прочитанные книги.

Прохожие, что знали их до сих пор не верят, что они действительно их читаю. Но то, что они с легкостью могут пересказать прочитанные книги, заставило усомниться в неверии соседей. Эти люди, или как называют их соседи – алкаши, что таким образом создали некий книжный клуб, где они пьют и рассуждают о всяком, действительно читают книги и более того читают все без исключния.

Эти люди были не очередными любителями выпивки, а вполне уважаемые и начитанные люди, имевшие под собой высшее педагогическое образования и, некоторые даже, имели докторскую степень, а другие члены кружка приближенную к этому рубежу отметку, но так и не достигшие звания доктора наук. Павел не имел, конечно, докторской степени, но тем не менее гордо и заслуженно удостоился членства в этом сообществе из-за своей любознательности и начитанности, что было очень важно для председателя этого клуба.

Разогрев прошел куда быстрее, чем они думали и заметить не успели, как выпили все так быстро и при этом и не успев закончить свое заседание. Обсудить удалось лишь события, которые накипели и были известны широкой массе общества, освещаемые массовыми источниками информирования населения.

На повестки обсуждения оказались новости, посвящённые неутешительным фактам в финансовой сфере и, что не стоит ждать и надеяться на улучшения экономической ситуации, а по возможности или точнее в обязательном порядке, сокращать свои расходы и всяческими способами увеличивать свои доходы. Так же они успели обсудить то, как быстро меняется климат в мире и то, какие пагубные последствия это будет иметь в дальнейшем, когда ледники еще быстрее начнут таять и что почти половина мира может уйти под воду, но другую часть группы больше волновало то, как они могут зажариться от удара небесных тел об землю и что эта угроза настанет раньше, чем придет вода от растаявших ледников: на это приверженцам потопа было нечего возразить. Последнее, что им удалось обсудить было время, которое беспощадно начало набирать темп, за которым никто не может поспеть, а стремящиеся сравняться с ним, только сокращают себе путь в могилу.

- С таким бешенным темпом жизни и сменностью новостей, который есть сейчас, очень трудно оценить события, которые происходят в мире и дать взвешенную им оценку, - сказал Илья.

- Это верно! Мы всегда куда-то спешим и все хотим достичь своих целей и приблизиться хоть на йоту к своим желаниям, при этом, забываем о самом главном. А, когда начинаем думать: а зачем это было нужно, становиться уже поздно, - добавил Санька, - время, как и жизнь уже прошла.

- Деньги и положение всегда были в приоритете во все времена, - сказал Павлик, - и было бы странно, если в один момент, мы начали отказываться от этих вещей.

- Никто не просит нас отказываться от этого, но за этими маяками стоят такие вещи, как время, силы, вложенные в них и пройденная жизнь, которую не вернуть, - продолжил Илья.

- Время и силы, - повторил Павлик, - время и сылы.

- Дело даже не в том, что ты принес в жертву, а в том, что ты забываешь: жить здесь и сейчас и осознание этого приходит, когда времени осталось слишком мало, - сказал грустно Васька, - а вернуть его ты уже не в силах.

- Да. Погоня за завтрашней жизнью самая большая ложь и ошибка многих, потому что завтра никогда не наступает и не наступит, - подвел итог Санька, - «завтра» - эта такая ложь, которую мы говорим себе на протяжении всей жизни и ведь верим в это!

- И сегодня может и не закончиться, - шепотом сказал Павлик, - тогда никакого «завтра» и не будет точно.

Васька и Денчик слушали разговор и то и дело, что дополняли мысли их собеседников, подчеркивая ту или иную фразу. Все обо всем понимали. Самому старшому шел седьмой десяток, а самому младшему пятый и это был Павлик, ему было на этот момент сорок семь лет, поэтому он особо не любил рассуждения и философию о времени и прожитой жизни. Он считал, что это разговоры ни о чем.

- Тем не менее, никто ни о чем не жалеет, что сложилось все так, как оно и есть, - заключил Илья.

- Нет. Сожалеть незачем. Мы не в силах что-то изменить и по этому сожалеть не имеет никакого смысла, - сказал Васька, Денчик согласился.

Обсуждение новостей закончилось и в завершение посиделок или заседаний, как они назвали свои собрание, было заключение своих мнений о, прочитанной всеми, книги, которую они объявляли заранее. И это завершение их собраний было тем, что отличало их от всех алкашей, по их мнению, да и никто не скрывал и не собирался скрывать о свои пристрастиях и слабостях к алкогольным напиткам. Казалось, что под этим делом, все выглядит не таким уж унылым и безысходным, а местами, даже, виднелись проблески света и надежды на что-то большее. Прочитанная книга оправдывала выпитое.

- Что у нас сегодня за книга? – поинтересовался Денчик, рассматривая обложку книги, - да... читали... помним, - медленно проговорил он.

Илья оглядел бутылки и выяснилось, что содержимое в них закончилось, куда быстрее обычного и этого объема им обычно хватало, чтобы довести собрание до конца и подвести последний его итог: заключение обсуждаемой книги и мнение каждого из присутствующих, но не сегодня.

- Надо сходить, - сказал Санька, - без этого никак.

- Ты прав, надо сходить, - подтвердил Павлик и Васька вызвался это сделать и в тот же момент отправился в магазин.

Когда напитки были приобретены, и ничто не отвлекало от книги, они смогли продолжить собрание. Разговор шел о философии, и все с нетерпением высказывали свое мнение, как Павел начал замечать непонятные вещи, несмотря на то, что на улице начало темнеть и была осень, но погода, как-то быстро стала прохладной и менялась очень быстро: его окатывал холодный ветер и в один момент никто не понял, как такое произошло, но Павел, сидя перед всеми, был припорошен снегом, и друзья были в недоумении, как такое могло произойти: снега нет, на улице была ясная погода, хоть и нетеплая. Ничего не оставалось, как стряхнуть снег и продолжить разговор.

Выпив еще рюмашку и закусив его яблоком, Павел высказал свое отношение к литературе этого жанра и заключил мысль в том, что автор сильно поспешил с своими выводами и не рассмотрел другие варианты, касающиеся на прямую к теме, которую раскрывал автор в своих трудах. С этими словами не все были согласны, но Саня его полностью поддержал, а Васька лишь от части был не согласен.

Павел продолжал следить за мыслями своих товарищей, как на его глазах появился юноша, весь бледный и полупрозрачный: Ярлов мог видеть все, что было за спиной юноши сквозь него. Это вызвало недоумение, как такое возможно. Он смотрел на него, как заворошенный и этот парнишка растворился в воздухе спустя несколько мгновений, так же, как и появился. Павел протер глаза, а юноши так и не было.

Все шло в своем ритме, до тех пор, пока его не нарушили, проходящие соседи, которые начали высказываться в их сторону, всячески не одобряя и более того осуждая, их подобные посиделки: то, как они проводят свое время. Одними из аргументов, бросаемые в их адрес были, что лучше бы они разгружали вагоны и подметали дворы. Они всегда знали, что ответить проходящим соседям на их высказывания и не брезговали показать на сколько они заблуждаются в своих выводах по поводу их образа жизни. Пусть они не были успешными, как многие их бывшие коллеги, друзья и те, с кем они когда-то начинали, но выслушивать претензии и суды в свой адрес были не намерены и пристыдить всегда могли ту или иную соседку, которой не удалось сдержать свой комментарий при себе.

Все бы ничего, и они бы разошлись по домам и объявили бы собрание завершенным, но слова соседки в этот раз вызвали возмущение и возбуждение, из-за чего было решено продолжить заседание, и для этого было приобретено еще горячительное. В магазине было уже невозможно приобрести алкоголь, но у них всегда был запасной вариант на этот случай.

Разговор пошел о чтении, никто не заметил и не понял, как слова соседки и их обсуждение перешло к чтению и то, как редко люди начали выкидывать книги. И выкидывать не потому, что им это стало лень это делать или они начали ценить книги, нет: они перестали этого делать, потому что прекратили их приобретать и в последствии чего перестали книги выкидывать, что сильно затруднило пополнение своих домашних библиотек, часть которого была собрана благодаря этому способу.

- Нужно добыть книг, - сказал Васька.

- Время уже позднее, - добавил Илья.

- А как же то, что знания должны принадлежать всем? – спросил Санька.

- Библиотека. Можно взять книги в библиотеке, - сказал Павлик.

- Верно! – добавил Деньчик.

Эта мысль была по душе всем. Павел со своими друзьями в полном сборе, дошли до ближайшей библиотеки. Дверь оказалась закрытой и как бы они ее не дергали и не спрашивали есть ли там кто ни будь – им все же не удалось попасть внутрь. Никого не волновало, что шестерым не совсем трезвым мужчинам потребовались ночью книги.

Почти ничего на улице не освещалось, а редкий свет, который исходил от уличных от фонарей явно не хватало, да и зачем столько много света в таком месте ночью. Нормальному человеку не придет в голову шататься там в такое время, но не сегодня, да и дне у библиотеки было не больше людей.

Павлик со своими друзьями обошли здание библиотеки несколько раз, рассматривая его стены, как один из них крикнул: смотрите! Все обернулись на голос и собравшись вместе пытались высмотреть то место, на которое указывал пальцем Санька. Это было не легко сделать, потому что его палец вместе с ним то и дело ездил по кругу, пытаясь сфокусироваться и, когда ему удалось указать на то самое место, было ясно, что он имел ввиду.

- Вот оно! Ахиллесова пята этого места, - сказал Васька, напрягая свое зрение.

- Форточка? – спросил Павлик, всматриваясь во тьму.

- Это единственное место, через которое можно туда сейчас просочиться. Как нам туда попасть? – поинтересовался Илья.

- Форточка открыта. По всей видимости, кто-то проветривал комнату и ушел, забыв ее закрыть за собой, - подвел итог Денчик.

- Или специально оставил его для нас, - сказал Павлик.

- Нужно лезть, - сказал Санька твердо.

Недолго думая все сообразили, что попасть внутрь можно через открытое окошко и затем, открыв дверь изнутри, другие смогут попасть в библиотеку тоже (входную дверь можно было открыть изнутри даже, если нет с собой ключа, лишь повернув замочек). Вопрос встал лишь в том: кто же полезет в него. Было высоко; рядом росло дерево высотой в четыре этажа жилого дома и на немного меньшей высоте и была это форточка, все, что было нужно: залезть по дереву на высоту, сровнявшись с открытым окошком, нагнуть ствол, чтобы можно было пролезть и собственно доброволец, который бы пролез и открыл всем дверь.

- Будем кидать жребий? – спросил Павлик.

- Да. Это хорошая идея, - согласился Васька.

Павлик собрал шесть веточек с земли и обломал одной длину так, чтобы она была короче других. Началась жеребьевка и Васька решил тянуть первым, сославшись на то, что если он вытянет палочку первым, то вероятность вытянуть короткую гораздо ниже, но ему не повезло: палочка оказалось короткой.

- Хорошо. С тем, кто полезет мы определились, - сказал Павлик, выкинув остальные палочки в сторону. Васька нагнулся, чтобы убедиться, а не все ли они были короткие и расстроился, когда увидел, что жеребьевка была честной.

- Лучше бы не смотрел, - сказал Васька, еще больше расстроившись.

Ему так не хотелось лезть: он боялся высоты, правда под этим делом не так сильно, как мог: алкоголь ослаблял чувство страха.

- Осталось придумать, чем можно нагнуть ствол к окну, - сказал Санька.

- Нужен трос или еще что-то, - дополнил Саньку Илья.

Пока они обсуждали, как им это сделать, Денчик уже тащил что-то и когда он приблизился близко было ясно, он несет небольшой тросик.

- Ты где его взял? – спросил Павлик.

- Я его приглядел еще пару дней назад и отнес за гаражи, чтобы его никто не нашел и не забрал. Правда он немного стерся в одном месте и поэтому его и выкинули, по всей видимости, - и показал на место, где трос был стерт и толщина была куда скуднее, чем нормальная толщина троса.

- Ничего страшного, нам всего-то немного нагнуть ствол. Он должен легко гнуться, - сказал Павлик, - чтобы Васька достал до окна.

Илья и Санька дали один конец троса Ваське, которого они подсадили и тот полез вверх, что-то бубня себе под нос, когда тот добрался до середины ствола и оперся ногой об первую попавшуюся ветку, обвел конец троса вокруг ствола дерева и сделал узел, чтобы ребята внизу смогли начать натягивать его. Васька поднялся еще на пару метров вверх и почувствовал, как ствол начал прогибаться и нагибаться в сторону открытого окошка.

- Еще немного, - поддерживал товарищей Санька, - взяли! Дружно!.. Еще!..

Илья поднял голову, чтобы понять на сколько сильно его еще нужно прогнуть, чтобы Васька смог попасть внутрь, но было трудно что-то разглядеть: ветки мешали увидеть окошко, а плохое освещение затрудняло возможность всмотреться чтобы понять, что там происходит.

- Еще немного! – продолжал Санька, - Еще! Сильнее!

Ствол больше прогнулся, и было слышно, как Васька говорит себе: только бы не упасть! Только бы не упасть!

Пот тег градом, оказалось это дело куда тяжелее, чем изначально они думали, а руки начали гореть от напряжения. Всем хотелось отпустить ладони и вытереть пот с лица, который стекал и падал на землю и норовил затечь по складкам на лице в глаза.

Павел был весь в напряжении и сосредоточении; слышались руководящие пояснения того что нужно делать Ваське и всем остальным. Перед глазами снова появился тот же самый человек, бледный силуэт, который возник перед Павлом; задрожали руки и начали подводить глаза. Стоявшая перед ним спина Ильи, который так же, как и он, держал в руках трос, исчезла и теперь перед его взором была огромная каменная лестница. Сильные, протяжные сквозняки доносились с завыванием, по телу побежали мурашки и холодный пот по спине.

- Здесь кто-то есть? – спросил Павел, пытаясь не выдать страх в голосе. Получалось плохо.

Он продолжал стоять на месте и пытался понят, где же он сейчас находиться и положил руку на перилла. Павел посмотрел на вверх: не было видно ни высоты, куда шла лестница ни от куда берет свое начало: было темно, лишь тусклый свет ночного неба, пробивавшейся через окна вдоль всей лестницы, освещал то место, где стоял Павел Ярлов.

- Здесь кто-нибудь есть? Где я, черт побери?!! – отчаянно крикнул Павел.

- Ты кто? Еще рано! Еще не пришло время! Трое еще не возвратились. – донесся грубый голос, эхом доносившийся до Павла, как если бы ему кто-то ответил из колодца и при том очень глубокого, - Уходи! Проваливай от сюда! Еще слишком рано!

Павел не на шутку испугался, отпряв от неожиданности назад, и очутился там, где был до своего перемещения в окружение своих товарищей, держа в руках трос, который натягивал и нагибал ствол дерева, по которому полз Васька уже в сторону форточки.

Ярлов не понимая, что сейчас произошло, неожиданно полетел назад; напряжение в руках пропало, а Илья, который стоял перед ним, устремился вслед за ним назад. Павел понял, что за его спиной были его товарищи, когда чья-та нога уперлась ему в спину. Трос лопнул; дерево устремилось вернуться в исходное положение, над лежащими раздался крик и несколько фраз мата, описывающие сложившуюся ситуацию, которая сейчас происходит.

Васька почти подлез к отрытому окну и оперся одной ногой на подоконник и все что было нужно, это поставить вторую ногу, убрав ее с макушки дерева и пролезть внутрь библиотеки, но, не успев поднять вторую ногу, донесся странный звук, который его насторожил. Васька опустил голову вниз, трос лопнул окончательно и ствол дерева в мгновение ока принял свое нормальное положение и Васька, как из катапульты вылетел на несколько метров в сторону, угодив в кучу листвы, которую дворники собрали еще утром. Группа друзей еще лежала на полу, продолжая держать остатки троса в руках, а Васька уже скрылся в темноте.

- Васька! Васька! – все как один кричали товарищи, рассматривая форточку, выискивая друга, но его нигде не было видно.

- Я... Я здесь, - раздался глухой голос, - Я здесь! – громче от куда-то со стороны донесся голос Васьки.

- Вот он! – сказал Илья, подбегая к куче листвы неподалеку.

Денчик с Саней помогли подняться на ноги другу. Он был в полном порядке, листва и небольшая высота смягчили падение.

- Чтение отменяться! Знания привилегия ни для всех! – произнес Илья, отряхивая от прилепившихся листьев Ваську. Все согласились с этими словами.

У Павла в голове до сих пор звучал, напугавший его, грубый голос, который он слышал и сожалел только об одном, что не посмотрел в окно и не увидел, что было там за ним.

- Что это был за голос? Кто такие «Трое»? – задавался вопросом Павел, потому что ничего подобного с ним никогда не было даже в детстве, когда его мучили «переходы» в другой мир. В тот раз все было иначе.

Глава 7 Гнилое семя

Настя открыла свои глаза и увидела во что превратилась ее квартира за дни, в которые она предоставлена была сама себе и алкоголю, которым она коротала время и заглушала свои эмоции, что вводили ее в тоску. Запасы, что девушка сделал после увольнения, были большими. Трудно было поверить, что можно запустить свое жилище и себя за столь малый срок, но ей это удалось.

- Катя мне за такое время препровождение устроила бы... - подумала девушка и ощутила противоречивые чувств: радость, что ее подруги сейчас нет рядом и она не пытается ее остановить и сожаление от того, что Катя сейчас далеко и не может быть рядом с ней.

Желание ощутить запах духов подруги рядом и увидеть ее сейчас перед собой переполняли ее. Не хватало разговоров о самых разных вещах: о своих планах, о жизни, о всем что с ними происходит, и о том, что они чувствуют. Насте просто хотелось, чтобы рядом был кто-то и дело даже не в разговоре, а поддержке в котором она нуждалась как никогда, пусть даже это поддержка выражалась бы в одном только объятии и молчании.

Катя уехала в командировку на несколько недель и все что она может, это звонить подруге каждый день на несколько минут и интересоваться, как она там поживает одна без нее и как скоро сможет вернуться. Настя всячески пыталась скрыть по телефону свой голос, чтобы Катя не смогла понять, что она не совсем трезвая и не начала читать нотации и пытаться вправить ей мозги. Ей не понять, что она сейчас чувствует и какого ей внутри.

Кругом была разруха. Прошла неделя с того момента, как ее уволили и она видела то, что не могла объяснить, например свою покойную тетю или еще нечто непонятно. День увольнения был последний день, когда с ней происходили странные вещи, не считая того, что ей кажется слышит шаги в своей картере. Ничего не оставалось Насте в отсутствие своей подруги, державшей ее в узде, и всегда поддерживающей ее, как пить. Пить, это то, что могло заглушить восприятие всего происходящего в ее жизни, этого она и хотела.

- Теперь я понимаю своего дядю Павлика и подобный вариант правда куда лучше, чем просто сходить сума.

Пустые бутылки все прибавлялись и чем больше она пили, тем больше ей казалось, что все лишается смысла, что, когда она была на бывшей работе и жила той простой жизнью, до того момента, как получила это раковое письмо, все у нее было замечательно. Она контролировала все, понимала и знала зачем так поступает, зачем все происходит так как оно происходит и, что самое главное у нее была цель: преодолеть это все и выйти из этого круга самодостаточной и сильной. Хотелось просто быть и не зависеть от других людей, не быть кому-то должной и обязанной. Все что удалось из намеренного, это выйти из круга, но не на своих условиях, что отзывалось досадой внутри.

- Возьми себя в руки! – сказала себе Настя, - Возьми себя в руки! Сегодня отличный день, чтобы спросить Виктора о всем этом... нужно узнать, что же на самом деле скрывает он. Может быть, что-то расскажет и мне станет легче?..

Она попыталась собраться; подошла к зеркалу, и стояла, рассматривая себя несколько минут; в руке у нее было вино, которое потихоньку уменьшалось. Настя добила то, что было в ее бокале и умывшись, решила, что следует дожать своего отца, что обязана узнать от Виктора хоть что-то, раз он, по словам Павлика, знает больше него, но не говорит ничего.

Настя поднялась на нужный этаж и хотела уже зайти внутрь квартиры, постучав в дверь, но стоило ей приготовиться сделать первый удар по двери, как она открылась и из квартиры Виктора вышла девушка. Она была юной, красивой и прошла к лифту, как ни в чем не бывало, не обращая внимание на Настю, которая стояла на против нее, когда та открыла дверь. Девушка нажала кнопку вызова лифта и, пока он поднимался на их этаж, она послала воздушный поцелуй, стоявшему мужчине у двери, это был Виктор. Он принял этот поцелуй и улыбнулся на прощанье, девушка зашла в лифт и уехала; Настя в то же мгновение протрезвела и наполнилась, сама не зная почему, яростью и возмущением; Виктор показал жестом, чтобы она прошла внутрь квартиры.

- Девушка... ты теперь работаешь на дому? – спросила Настя, - у тебя же есть студия для этого! И давно ты начал работать из дома?

- Я не работаю из дома. Эта девушка приходила за снимками, она пришла чтобы забрать фотографии, которые я распечатал дома, потому что в студии сломался принтер, а ей нужны были бумажные снимки. К чему все эти странные вопросы? Я фотограф и я работаю, где хочу...

- Странные вопросы?.. – спросила Настя и Виктор учуял запал алкоголя, - это ты хорошо подметил, - полушепотом произнесла она.

- Что-то случилось у тебя? Ты выпила?

Настя продолжала смотреть на Виктора и не знала к чему все это может привести: стоило ли вообще приходить сюда.

- Да! Я выпила! – ответила Настя, - а что? Ты против?

- Давай пройдем на кухню, и я тебе сделаю кофе, взбодришься и немного придешь в себя, - сказал Виктор, показывая рукой, чтобы Настя сняла обувь.

Настя согласилась и сказав, что ей нужно помыть руки, уединилась в ванной. Когда она вышла уже освеженная, на столе было готово кофе и бутерброды вместе с выпечкой. Настя была рада этому: она ничего не ела сегодня, кроме вина, которое ее устраивало, но не насыщало. В животе урчало.

- Так что стряслось с тобой? Как ты себя сейчас чувствуешь после тех событий с похоронами тети? Что у тебя происходит в жизни? – спросил Виктор, подождав, когда Настя сделает глоток своего напитка.

- Много что происходит со мной... Я была у дяди Павлика, и он мне много что рассказал о той особенности нашей семьи, которую ты ни разу не упомянул...

- Я не понимаю, о чем ты сейчас говоришь, и что тебе наговорил Павлик?

- О другом мире... что в детстве у вас были «переходы», как он их называл, и вы с тетей Леной скрывали от него и говорили, что это его фантазия, что он все придумывает, пока он вас не поймал на лжи - сказала Настя, не сводя взгляда с Виктора.

Виктор сделал еще один глоток и отвел взгляд от Насти в сторону и его рука потянулась за печеньем. Настя решила, что это он сделал специально, чтобы она не увидела его глаза.

- Я не могу тебе об этом рассказать, - сказал Виктор, - я не знаю, что на придумывал Павлик.

- А как на счет того, как вы скрывали от него правду, и он считал себя сумасшедшим?

- У Павла очень хорошая фантазия, и она всегда была у него такой... - сказал Виктор с насмешкой.

- Ты продолжаешь прикидываться и не говоришь мне правду, - возразила Настя, - может, хватит?

- Твои походы к Павлику плохо на тебя влияют. Ты начинаешь походить на него и выпивать ты уже начала, а что на счет работы? Как ты пойдешь на работу в таком состоянии? Неужели тебе это позволяют? Что посетители подумают, когда официантка на них перегаром будет дышать?

Настя начала раздражаться от того, что он начал переводить разговор с себя на нее и периодически перебивал ее и задавая вопросы ей, соскакивая с вопросов Насти к нему.

- Если бы ты иногда звонил мне и интересовался мной и моей жизнью, ты бы знал, что меня уволили с криками, после моих криков, когда я посередине рабочего дня в окружении толпы посетителей удостоилась возможности увидеть мертвого человека и после чего меня уволили, и мало того даже получила возможность с ним поговорить, - добавила она, - поговорить с мертвым.

- Мёртвого человека? – спросил Виктор, - поговорить? Ты о чем? С тобой все хорошо? – отречено продолжил он.

- Мертвого! А что ты можешь сказать о смерти Ани? О том, что ее убили и на следующий день ее закопали... никто даже не искал убийц, никто не приходил и не расспрашивал о ее смерти... когда это было, чтобы человека, убитого при ограблении, который стал жертвой нападения, так легко позволили закопать при чем прошло меньше суток с момента убийства и предания ее земли... - начала Настя, ожидая увидеть реакцию на лице Виктора, но ее не было. Он был непреклонен и не выдавал ни одной эмоции.

Он смотрел на нее холодно, после услышанного о мертвом человеке в пиццерии. Настя решила, что он знает куда больше, потому что ее слова о том, что она видела, даже не испугали, не вызвали подозрений и, какой либо, реакции. Она подумала, что ее слова могли служить частью, какого ни будь, пазла, который Виктор собирает в своей голове, и который он ей не поведает.

- Следователи сняли все отпечатки, провели вскрытие и сделали все что было им нужно и сказали, что можно ее похоронить, что она больше не понадобиться для следствия. Я в этом не разбираюсь и не могу ничего сказать по этому поводу, почему так быстро все произошло...

- Ты хотя бы знаешь имя следователя, который ведет это дело? – вклинилась Настя, перебив Виктора.

- Мне сказали, что дело закрыто и ее убийцей были двое ребят, шпана, которая хотела денег на выпивку и испугалась, когда пырнули ее на смерть и со страха ничего не взяли у нее, по этому ограбление было неудачным и их нашли через пару дней, - сказал Виктор, смотря прямо в глаза Насте, которая слушала каждое его слово.

- Какая-та шпана убила тетю Аню из-за денег и при этом не взяла их, потому что зассали? Ничего глупее не слышала... Как так можно?

- Я должен был тебе сказать об этом раньше, когда мне сообщили, что закрыли дела, - добавил Виктор, - мне тоже все это не нравится.

- Ты видел их? Ты видел их глаза? Как они выгладят? Что это за уроды?

- Нет. Я не видел их. Ты сказала, что видела Аню? Она что-то говорила тебе? Ты помнишь ее слова?

Настя насторожилась от того, как легко он перешел на эту тему и так же Настя не могла прочитать его эмоции, кроме того, что это стало ему интересно. Неожиданно интересно.

- Ты считаешь, что я идиотка, и мое место в психушке вместе с Павликом?

- Я не говорил этого, - с плохо скрытой грустной улыбкой, ответил Виктор, - как ты похожа в своих словах на Павлика, словно он сейчас говорит со мной.

- Но ты об этом думаешь, - ответила Настя, - просто не говоришь это.

- Поверь, Настя, об этом я думаю в самую последнюю очередь, чтобы отдать тебя в психлечебницу. А спрашиваю про то, что ты видела, потому что это необычно и хотелось узнать об этом поподробнее. А, что касаемо твоего увольнения, то давно надо было бросить эту работу. И надо было поступить туда, где ты хотела учиться, и заниматься тем, что ты хотела, к чему у тебя лежит твое сердце, - сказал Виктор, медленно и спокойно.

- Мое сердце... к чему лежит мое сердце? Я не знаю, что я хочу... - раздраженно проговорила Настя, - почему мы говорим об этом сейчас, а не тогда, когда нужно было об этом говорить?

- Ты хочешь об этом поговорит? – спросил Виктор.

Настя уже допила свой кофе, съела несколько бутербродов и Виктор сделал еще несколько и положил их на стол, затем Настя дала знать, что не отказалась бы еще и от кофе. Не прошло много времени, как Виктор сделал еще кофе себе и Насте. Он понимал, что у нее много накипело и от этого разговора ему не уйти и что он быстро не закончиться, что для того, чтобы начать говорить начистоту, ей пришлось поступить, так же как это делает Павлик – выпить, чтобы перейти на «ты».

- Почему ты не хочешь взять деньги и не начать устраивать свою жизнь? Получи образование, и займись любимым делом, - продолжал настаивать Виктор.

- Мне не нужно, чтобы мне давали... мне не нужно, чтобы это все достигалось не моими руками... как ты не поймешь? Для меня всегда было важно сделать это самой. Мне хочется пробовать и совершать собственные ошибки, совершать самой эти шаги, и обжигаться, и радоваться собственным достижениям, а не чтобы ты решил, как мне лучше, чтобы ты мне оплатил, чтобы благодаря тебе меня приняли куда-то, потому что ты или Лена за моей спиной договорились... Вы все хотите контролировать, даже твой дом, он полностью отражение тебя, для тебя важно, чтобы все было по-твоему, ты любишь контроль во всем и в моей жизни. Я съехала от тебя, чтобы сбежать от твоего контроля... от твоего надзора над моей жизнью.

- Я всего лишь хочу помочь и облегчить тебе путь... я не хочу и не хотел прожить за тебя твою жизнь... а тот случай, когда к тебе были более лояльны, чем к другим, то Лена, проявила инициативу и не хотела ничего плохого...

- Ничего плохого? После этого, как выяснилось, что за меня просила Лена, со мной перестали разговаривать коллеги, когда моя работа пошла дальше и были готовы дать мне тот проект на роспись коттеджа... мне пришлось отказаться от победы, чтобы вернуть расположение коллег. Потом мне пришлось, все равно, уволиться от взглядов призрения от привилегий, которые мне начали оказывать. После этого я бросила это дело и пошла работать официанткой: там вам нечем мне было помогать, разве что со мной подносы разносить.

- Прости, если хотели тебе помочь, когда ты в этом не нуждалась, - сказал Виктор.

Настя поняла, что он извинился, чтобы не заострять на этом внимание и сказал, то, что, по его мнению, она хотела услышать.

Девушка пыталась вспомнить свое детство, то как вел себя Виктор и были ли какие ни будь вещи, что она принимала как должное, но на которые бы она могла посмотреть сегодня другими глазами. Прокручивая в голове события, она не смогла вспомнить ничего, что сегодняшним умом она посчитала бы ненормальным, за одним исключением. Сколько она себя помнит, она была всегда с отцом. Виктор, это единственный ее родитель, а маму она не помнит, и видела ли она вообще ее, когда ни будь вообще, этого Настя не знала.

Если, когда она была маленькой и воспринимала отсутствие матери, как что-то естественное то, когда немного подросла, начала понимать, что у каждого есть мать или по крайней мере кто-то должен был ее родить. Ведь дети откуда-та берутся. Но на все вопросы, которые Настя задавала о матери, Виктор отмалчивался и не говорил ей, кем она была, и как они познакомились и жива она или нет. После многочисленных расспросов и уговоров, Настя смерилась с тем, что он не говорит о ней ничего. Наверное, она причинила ему боль, думала девушка и больше не поднимала эту тему долгие годы до сегодняшнего дня.

- Мама... - неожиданно сказала Настя.

- Что, прости? – переспросил Виктор, удивившись резкой смене темы.

- Ты так и не ответил на вопросы про мою маму, которые я у тебя спрашивала все эти годы... Может, хоть сейчас расскажешь? Кто она... кем она была и что с ней стало? – грустно проговорила Настя, не поднимая глаз на Виктора.

- Ты знаешь, что я не люблю говорить об этом.

- Я имею право знать об этом. Ты ничего не рассказываешь, ты ничего не говоришь про мою мать, ничего не говоришь на счет истории семьи и почему происходит то, что происходит и я готова была поверить, что я схожу сума, как и Павлик, если бы не знала, что ты тоже их видел... видел гостей на похоронах и Вера их не видела, видели только мы. Ты тоже видел этих странных гостей, которым счету не было, а значит это все реальное, и ты просто не хочешь мне об этом говорить, так же как ты и Лена ничего не говорили Павлику, когда он был еще ребенком. Теперь я понимаю, почему Аня в письме просила быть с ним... и почему Павлик хранит зло на вас и обиду, - со слезами выкрикнула она.

Виктор не знал, что ей сказать. Настя продолжала обвинять его во всех этих вопросах, обвинять во лжи и утайке. Внутри он понимал, что отпираться в том, что он что-то скрывает было невозможно и хотел было оправдаться, но не смел: Виктор себя сдерживал и не решался открыть рот, чтобы рассказать хоть что-то.

Настя взяла минутную паузу и вытерла слезы, которые Виктор видел впервые в глазах своей дочери, так же, как свою дочь в таком виде. В таком подавленном состоянии, что готов был усомниться, а действительно ли пред ним та Настя, которую он знал с рождения: сильную, самостоятельную, смелую, жизнерадостною, умную симпатичную девушку.

- Ты знаешь, что родители Кати: тетя Лера и дядя Толя были для меня большими родителями, чем ты. Они относились ко мне как к собственной дочери, как к второй дочери... я с того момента, как подружилась с Катей часто бывала у ни дома и ночевала у Кати, и видела их семью, то как они разговаривают, как относятся друг ко другу и к членам семьи, когда те приходят к ним... ты даже за столько лет не смог помериться с родным братом и ни разу не поговорил со мной честно, без утайки... Мне казалось, что порой у меня даже нет отца, что ты просто человек, который готов был оплатить мои счета и купить будущее, но не более... - Настя запнулась.

Виктор покраснел, к его горлу подступил ком, он еле сдержал слезы и из его рта вырвалось: Вон! Пошла вон! Я все делал для тебя! Я дал тебе все что мог! Уходи! Как ты посмела это произнести?

Настя встала из-за стола и направилась к выходу.

- Все что я делал – делал для тебя... ты считаешь, что я тебя не люблю и не любил?.. что какие-то люди любили тебя больше меня и тети Лены?.. – побагровевший Виктор, горячо выкрикнул, - не думал, что ты посмеешь сказать подобное.

- Знаешь, этот разговор единственный за всю мою жизнь, когда мы поговорили так открыто, а точнее открыта была только я, но ты так ничего и не рассказал мне. Но хоть врать не стал и сочинять...

- Уходи! – крикнул Виктор, стоя рядом и ожидая, когда она наденет обувь, - не было отца! Как ты можешь?..

- Храни свои секреты! Я, надеюсь, что они принесут тебе тот чертов стакан воды в старости, который все ждут... Я вообще твоя дочь?

- Вон! Пошла вон!

У Насти на лице выступили слезы, внутри была горечь и обида от того, что она так и не выяснила правду.

- Пошла вон! – Виктор открыл дверь, - не могу больше видеть тебя и слушать все это!

- Скажи хотя бы, она жива?

- Нет, - горько произнес Виктор, - ее нет.

У Насти промелькнула тень мысли: а в друг она была с ним резка? Но тут же прервала эту мысль и заключила: все было заслуженно! Он заслужил эти слова.

Глава 8 Второе письмо

Настя открыла свои глаза и увидела во что превратилась ее квартира за дни, в которые она предоставлена была сама себе и алкоголю, которым она коротала время и заглушала свои эмоции, что вводили ее в тоску. Запасы, что девушка сделал после увольнения, были большими. Трудно было поверить, что можно запустить свое жилище и себя за столь малый срок, но ей это удалось.

- Катя мне за такое время препровождение устроила бы... - подумала девушка и ощутила противоречивые чувств: радость, что ее подруги сейчас нет рядом и она не пытается ее остановить и сожаление от того, что Катя сейчас далеко и не может быть рядом с ней.

Желание ощутить запах духов подруги рядом и увидеть ее сейчас перед собой переполняли ее. Не хватало разговоров о самых разных вещах: о своих планах, о жизни, о всем что с ними происходит, и о том, что они чувствуют. Насте просто хотелось, чтобы рядом был кто-то и дело даже не в разговоре, а поддержке в котором она нуждалась как никогда, пусть даже это поддержка выражалась бы в одном только объятии и молчании.

Катя уехала в командировку на несколько недель и все что она может, это звонить подруге каждый день на несколько минут и интересоваться, как она там поживает одна без нее и как скоро сможет вернуться. Настя всячески пыталась скрыть по телефону свой голос, чтобы Катя не смогла понять, что она не совсем трезвая и не начала читать нотации и пытаться вправить ей мозги. Ей не понять, что она сейчас чувствует и какого ей внутри.

Кругом была разруха. Прошла неделя с того момента, как ее уволили и она видела то, что не могла объяснить, например свою покойную тетю или еще нечто непонятно. День увольнения был последний день, когда с ней происходили странные вещи, не считая того, что ей кажется слышит шаги в своей картере. Ничего не оставалось Насте в отсутствие своей подруги, державшей ее в узде, и всегда поддерживающей ее, как пить. Пить, это то, что могло заглушить восприятие всего происходящего в ее жизни, этого она и хотела.

- Теперь я понимаю своего дядю Павлика и подобный вариант правда куда лучше, чем просто сходить сума.

Пустые бутылки все прибавлялись и чем больше она пили, тем больше ей казалось, что все лишается смысла, что, когда она была на бывшей работе и жила той простой жизнью, до того момента, как получила это раковое письмо, все у нее было замечательно. Она контролировала все, понимала и знала зачем так поступает, зачем все происходит так как оно происходит и, что самое главное у нее была цель: преодолеть это все и выйти из этого круга самодостаточной и сильной. Хотелось просто быть и не зависеть от других людей, не быть кому-то должной и обязанной. Все что удалось из намеренного, это выйти из круга, но не на своих условиях, что отзывалось досадой внутри.

- Возьми себя в руки! – сказала себе Настя, - Возьми себя в руки! Сегодня отличный день, чтобы спросить Виктора о всем этом... нужно узнать, что же на самом деле скрывает он. Может быть, что-то расскажет и мне станет легче?..

Она попыталась собраться; подошла к зеркалу, и стояла, рассматривая себя несколько минут; в руке у нее было вино, которое потихоньку уменьшалось. Настя добила то, что было в ее бокале и умывшись, решила, что следует дожать своего отца, что обязана узнать от Виктора хоть что-то, раз он, по словам Павлика, знает больше него, но не говорит ничего.

Настя поднялась на нужный этаж и хотела уже зайти внутрь квартиры, постучав в дверь, но стоило ей приготовиться сделать первый удар по двери, как она открылась и из квартиры Виктора вышла девушка. Она была юной, красивой и прошла к лифту, как ни в чем не бывало, не обращая внимание на Настю, которая стояла на против нее, когда та открыла дверь. Девушка нажала кнопку вызова лифта и, пока он поднимался на их этаж, она послала воздушный поцелуй, стоявшему мужчине у двери, это был Виктор. Он принял этот поцелуй и улыбнулся на прощанье, девушка зашла в лифт и уехала; Настя в то же мгновение протрезвела и наполнилась, сама не зная почему, яростью и возмущением; Виктор показал жестом, чтобы она прошла внутрь квартиры.

- Девушка... ты теперь работаешь на дому? – спросила Настя, - у тебя же есть студия для этого! И давно ты начал работать из дома?

- Я не работаю из дома. Эта девушка приходила за снимками, она пришла чтобы забрать фотографии, которые я распечатал дома, потому что в студии сломался принтер, а ей нужны были бумажные снимки. К чему все эти странные вопросы? Я фотограф и я работаю, где хочу...

- Странные вопросы?.. – спросила Настя и Виктор учуял запал алкоголя, - это ты хорошо подметил, - полушепотом произнесла она.

- Что-то случилось у тебя? Ты выпила?

Настя продолжала смотреть на Виктора и не знала к чему все это может привести: стоило ли вообще приходить сюда.

- Да! Я выпила! – ответила Настя, - а что? Ты против?

- Давай пройдем на кухню, и я тебе сделаю кофе, взбодришься и немного придешь в себя, - сказал Виктор, показывая рукой, чтобы Настя сняла обувь.

Настя согласилась и сказав, что ей нужно помыть руки, уединилась в ванной. Когда она вышла уже освеженная, на столе было готово кофе и бутерброды вместе с выпечкой. Настя была рада этому: она ничего не ела сегодня, кроме вина, которое ее устраивало, но не насыщало. В животе урчало.

- Так что стряслось с тобой? Как ты себя сейчас чувствуешь после тех событий с похоронами тети? Что у тебя происходит в жизни? – спросил Виктор, подождав, когда Настя сделает глоток своего напитка.

- Много что происходит со мной... Я была у дяди Павлика, и он мне много что рассказал о той особенности нашей семьи, которую ты ни разу не упомянул...

- Я не понимаю, о чем ты сейчас говоришь, и что тебе наговорил Павлик?

- О другом мире... что в детстве у вас были «переходы», как он их называл, и вы с тетей Леной скрывали от него и говорили, что это его фантазия, что он все придумывает, пока он вас не поймал на лжи - сказала Настя, не сводя взгляда с Виктора.

Виктор сделал еще один глоток и отвел взгляд от Насти в сторону и его рука потянулась за печеньем. Настя решила, что это он сделал специально, чтобы она не увидела его глаза.

- Я не могу тебе об этом рассказать, - сказал Виктор, - я не знаю, что на придумывал Павлик.

- А как на счет того, как вы скрывали от него правду, и он считал себя сумасшедшим?

- У Павла очень хорошая фантазия, и она всегда была у него такой... - сказал Виктор с насмешкой.

- Ты продолжаешь прикидываться и не говоришь мне правду, - возразила Настя, - может, хватит?

- Твои походы к Павлику плохо на тебя влияют. Ты начинаешь походить на него и выпивать ты уже начала, а что на счет работы? Как ты пойдешь на работу в таком состоянии? Неужели тебе это позволяют? Что посетители подумают, когда официантка на них перегаром будет дышать?

Настя начала раздражаться от того, что он начал переводить разговор с себя на нее и периодически перебивал ее и задавая вопросы ей, соскакивая с вопросов Насти к нему.

- Если бы ты иногда звонил мне и интересовался мной и моей жизнью, ты бы знал, что меня уволили с криками, после моих криков, когда я посередине рабочего дня в окружении толпы посетителей удостоилась возможности увидеть мертвого человека и после чего меня уволили, и мало того даже получила возможность с ним поговорить, - добавила она, - поговорить с мертвым.

- Мёртвого человека? – спросил Виктор, - поговорить? Ты о чем? С тобой все хорошо? – отречено продолжил он.

- Мертвого! А что ты можешь сказать о смерти Ани? О том, что ее убили и на следующий день ее закопали... никто даже не искал убийц, никто не приходил и не расспрашивал о ее смерти... когда это было, чтобы человека, убитого при ограблении, который стал жертвой нападения, так легко позволили закопать при чем прошло меньше суток с момента убийства и предания ее земли... - начала Настя, ожидая увидеть реакцию на лице Виктора, но ее не было. Он был непреклонен и не выдавал ни одной эмоции.

Он смотрел на нее холодно, после услышанного о мертвом человеке в пиццерии. Настя решила, что он знает куда больше, потому что ее слова о том, что она видела, даже не испугали, не вызвали подозрений и, какой либо, реакции. Она подумала, что ее слова могли служить частью, какого ни будь, пазла, который Виктор собирает в своей голове, и который он ей не поведает.

- Следователи сняли все отпечатки, провели вскрытие и сделали все что было им нужно и сказали, что можно ее похоронить, что она больше не понадобиться для следствия. Я в этом не разбираюсь и не могу ничего сказать по этому поводу, почему так быстро все произошло...

- Ты хотя бы знаешь имя следователя, который ведет это дело? – вклинилась Настя, перебив Виктора.

- Мне сказали, что дело закрыто и ее убийцей были двое ребят, шпана, которая хотела денег на выпивку и испугалась, когда пырнули ее на смерть и со страха ничего не взяли у нее, по этому ограбление было неудачным и их нашли через пару дней, - сказал Виктор, смотря прямо в глаза Насте, которая слушала каждое его слово.

- Какая-та шпана убила тетю Аню из-за денег и при этом не взяла их, потому что засали? Ничего глупее не слышала... Как так можно?

- Я должен был тебе сказать об этом раньше, когда мне сообщили, что закрыли дела, - добавил Виктор, - мне тоже все это не нравится.

- Ты видел их? Ты видел их глаза? Как они выгладят? Что это за уроды?

- Нет. Я не видел их. Ты сказала, что видела Аню? Она что-то говорила тебе? Ты помнишь ее слова?

Настя насторожилась от того, как легко он перешел на эту тему и так же Настя не могла прочитать его эмоции, кроме того, что это стало ему интересно. Неожиданно интересно.

- Ты считаешь, что я идиотка, и мое место в психушке вместе с Павликом?

- Я не говорил этого, - с плохо скрытой грустной улыбкой, ответил Виктор, - как ты похожа в своих словах на Павлика, словно он сейчас говорит со мной.

- Но ты об этом думаешь, - ответила Настя, - просто не говоришь это.

- Поверь, Настя, об этом я думаю в самую последнюю очередь, чтобы отдать тебя в психлечебницу. А спрашиваю про то, что ты видела, потому что это необычно и хотелось узнать об этом поподробнее. А, что касаемо твоего увольнения, то давно надо было бросить эту работу. И надо было поступить туда, где ты хотела учиться, и заниматься тем, что ты хотела, к чему у тебя лежит твое сердце, - сказал Виктор, медленно и спокойно.

- Мое сердце... к чему лежит мое сердце? Я не знаю, что я хочу... - раздраженно проговорила Настя, - почему мы говорим об этом сейчас, а не тогда, когда нужно было об этом говорить?

- Ты хочешь об этом поговорит? – спросил Виктор.

Настя уже допила свой кофе, съела несколько бутербродов и Виктор сделал еще несколько и положил их на стол, затем Настя дала знать, что не отказалась бы еще и от кофе. Не прошло много времени, как Виктор сделал еще кофе себе и Насте. Он понимал, что у нее много накипело и от этого разговора ему не уйти и что он быстро не закончиться, что для того, чтобы начать говорить начистоту, ей пришлось поступить, так же как это делает Павлик – выпить, чтобы перейти на «ты».

- Почему ты не хочешь взять деньги и не начать устраивать свою жизнь? Получи образование, и займись любимым делом, - продолжал настаивать Виктор.

- Мне не нужно, чтобы мне давали... мне не нужно, чтобы это все достигалось не моими руками... как ты не поймешь? Для меня всегда было важно сделать это самой. Мне хочется пробовать и совершать собственные ошибки, совершать самой эти шаги, и обжигаться, и радоваться собственным достижениям, а не чтобы ты решил, как мне лучше, чтобы ты мне оплатил, чтобы благодаря тебе меня приняли куда-то, потому что ты или Лена за моей спиной договорились... Вы все хотите контролировать, даже твой дом, он полностью отражение тебя, для тебя важно, чтобы все было по-твоему, ты любишь контроль во всем и в моей жизни. Я съехала от тебя, чтобы сбежать от твоего контроля... от твоего надзора над моей жизнью.

- Я всего лишь хочу помочь и облегчить тебе путь... я не хочу и не хотел прожить за тебя твою жизнь... а тот случай, когда к тебе были более лояльны, чем к другим, то Лена, проявила инициативу и не хотела ничего плохого...

- Ничего плохого? После этого, как выяснилось, что за меня просила Лена, со мной перестали разговаривать коллеги, когда моя работа пошла дальше и были готовы дать мне тот проект на роспись коттеджа... мне пришлось отказаться от победы, чтобы вернуть расположение коллег. Потом мне пришлось, все равно, уволиться от взглядов призрения от привилегий, которые мне начали оказывать. После этого я бросила это дело и пошла работать официанткой: там вам нечем мне было помогать, разве что со мной подносы разносить.

- Прости, если хотели тебе помочь, когда ты в этом не нуждалась, - сказал Виктор.

Настя поняла, что он извинился, чтобы не заострять на этом внимание и сказал, то, что, по его мнению, она хотела услышать.

Девушка пыталась вспомнить свое детство, то как вел себя Виктор и были ли какие ни будь вещи, что она принимала как должное, но на которые бы она могла посмотреть сегодня другими глазами. Прокручивая в голове события, она не смогла вспомнить ничего, что сегодняшним умом она посчитала бы ненормальным, за одним исключением. Сколько она себя помнит, она была всегда с отцом. Виктор, это единственный ее родитель, а маму она не помнит, и видела ли она вообще ее, когда ни будь вообще, этого Настя не знала.

Если, когда она была маленькой и воспринимала отсутствие матери, как что-то естественное то, когда немного подросла, начала понимать, что у каждого есть мать или по крайней мере кто-то должен был ее родить. Ведь дети откуда-та берутся. Но на все вопросы, которые Настя задавала о матери, Виктор отмалчивался и не говорил ей, кем она была, и как они познакомились и жива она или нет. После многочисленных расспросов и уговоров, Настя смерилась с тем, что он не говорит о ней ничего. Наверное, она причинила ему боль, думала девушка и больше не поднимала эту тему долгие годы до сегодняшнего дня.

- Мама... - неожиданно сказала Настя.

- Что, прости? – переспросил Виктор, удивившись резкой смене темы.

- Ты так и не ответил на вопросы про мою маму, которые я у тебя спрашивала все эти годы... Может, хоть сейчас расскажешь? Кто она... кем она была и что с ней стало? – грустно проговорила Настя, не поднимая глаз на Виктора.

- Ты знаешь, что я не люблю говорить об этом.

- Я имею право знать об этом. Ты ничего не рассказываешь, ты ничего не говоришь про мою мать, ничего не говоришь на счет истории семьи и почему происходит то, что происходит и я готова была поверить, что я схожу сума, как и Павлик, если бы не знала, что ты тоже их видел... видел гостей на похоронах и Вера их не видела, видели только мы. Ты тоже видел этих странных гостей, которым счету не было, а значит это все реальное, и ты просто не хочешь мне об этом говорить, так же как ты и Лена ничего не говорили Павлику, когда он был еще ребенком. Теперь я понимаю, почему Аня в письме просила быть с ним... и почему Павлик хранит зло на вас и обиду, - со слезами выкрикнула она.

Виктор не знал, что ей сказать. Настя продолжала обвинять его во всех этих вопросах, обвинять во лжи и утайке. Внутри он понимал, что отпираться в том, что он что-то скрывает было невозможно и хотел было оправдаться, но не смел: Виктор себя сдерживал и не решался открыть рот, чтобы рассказать хоть что-то.

Настя взяла минутную паузу и вытерла слезы, которые Виктор видел впервые в глазах своей дочери, так же, как свою дочь в таком виде. В таком подавленном состоянии, что готов был усомниться, а действительно ли пред ним та Настя, которую он знал с рождения: сильную, самостоятельную, смелую, жизнерадостною, умную симпатичную девушку.

- Ты знаешь, что родители Кати: тетя Лера и дядя Толя были для меня большими родителями, чем ты. Они относились ко мне как к собственной дочери, как к второй дочери... я с того момента, как подружилась с Катей часто бывала у ни дома и ночевала у Кати, и видела их семью, то как они разговаривают, как относятся друг ко другу и к членам семьи, когда те приходят к ним... ты даже за столько лет не смог помериться с родным братом и ни разу не поговорил со мной честно, без утайки... Мне казалось, что порой у меня даже нет отца, что ты просто человек, который готов был оплатить мои счета и купить будущее, но не более... - Настя запнулась.

Виктор покраснел, к его горлу подступил ком, он еле сдержал слезы и из его рта вырвалось: Вон! Пошла вон! Я все делал для тебя! Я дал тебе все что мог! Уходи! Как ты посмела это произнести?

Настя встала из-за стола и направилась к выходу.

- Все что я делал – делал для тебя... ты считаешь, что я тебя не люблю и не любил?.. что какие-то люди любили тебя больше меня и тети Лены?.. – побагровевший Виктор, горячо выкрикнул, - не думал, что ты посмеешь сказать подобное.

- Знаешь, этот разговор единственный за всю мою жизнь, когда мы поговорили так открыто, а точнее открыта была только я, но ты так ничего и не рассказал мне. Но хоть врать не стал и сочинять...

- Уходи! – крикнул Виктор, стоя рядом и ожидая, когда она наденет обувь, - не было отца! Как ты можешь?..

- Храни свои секреты! Я, надеюсь, что они принесут тебе тот чертов стакан воды в старости, который все ждут... Я вообще твоя дочь?

- Вон! Пошла вон!

У Насти на лице выступили слезы, внутри была горечь и обида от того, что она так и не выяснила правду.

- Пошла вон! – Виктор открыл дверь, - не могу больше видеть тебя и слушать все это!

- Скажи хотя бы, она жива?

- Нет, - горько произнес Виктор, - ее нет.

У Насти промелькнула тень мысли: а в друг она была с ним резка? Но тут же прервала эту мысль и заключила: все было заслуженно! Он заслужил эти слова.

Глава 9 Ночные гости

Настя открыла свои глаза и увидела во что превратилась ее квартира за дни, в которые она предоставлена была сама себе и алкоголю, которым она коротала время и заглушала свои эмоции, что вводили ее в тоску. Запасы, что девушка сделал после увольнения, были большими. Трудно было поверить, что можно запустить свое жилище и себя за столь малый срок, но ей это удалось.

- Катя мне за такое время препровождение устроила бы... - подумала девушка и ощутила противоречивые чувств: радость, что ее подруги сейчас нет рядом и она не пытается ее остановить и сожаление от того, что Катя сейчас далеко и не может быть рядом с ней.

Желание ощутить запах духов подруги рядом и увидеть ее сейчас перед собой переполняли ее. Не хватало разговоров о самых разных вещах: о своих планах, о жизни, о всем что с ними происходит, и о том, что они чувствуют. Насте просто хотелось, чтобы рядом был кто-то и дело даже не в разговоре, а поддержке в котором она нуждалась как никогда, пусть даже это поддержка выражалась бы в одном только объятии и молчании.

Катя уехала в командировку на несколько недель и все что она может, это звонить подруге каждый день на несколько минут и интересоваться, как она там поживает одна без нее и как скоро сможет вернуться. Настя всячески пыталась скрыть по телефону свой голос, чтобы Катя не смогла понять, что она не совсем трезвая и не начала читать нотации и пытаться вправить ей мозги. Ей не понять, что она сейчас чувствует и какого ей внутри.

Кругом была разруха. Прошла неделя с того момента, как ее уволили и она видела то, что не могла объяснить, например свою покойную тетю или еще нечто непонятно. День увольнения был последний день, когда с ней происходили странные вещи, не считая того, что ей кажется слышит шаги в своей картере. Ничего не оставалось Насте в отсутствие своей подруги, державшей ее в узде, и всегда поддерживающей ее, как пить. Пить, это то, что могло заглушить восприятие всего происходящего в ее жизни, этого она и хотела.

- Теперь я понимаю своего дядю Павлика и подобный вариант правда куда лучше, чем просто сходить сума.

Пустые бутылки все прибавлялись и чем больше она пили, тем больше ей казалось, что все лишается смысла, что, когда она была на бывшей работе и жила той простой жизнью, до того момента, как получила это раковое письмо, все у нее было замечательно. Она контролировала все, понимала и знала зачем так поступает, зачем все происходит так как оно происходит и, что самое главное у нее была цель: преодолеть это все и выйти из этого круга самодостаточной и сильной. Хотелось просто быть и не зависеть от других людей, не быть кому-то должной и обязанной. Все что удалось из намеренного, это выйти из круга, но не на своих условиях, что отзывалось досадой внутри.

- Возьми себя в руки! – сказала себе Настя, - Возьми себя в руки! Сегодня отличный день, чтобы спросить Виктора о всем этом... нужно узнать, что же на самом деле скрывает он. Может быть, что-то расскажет и мне станет легче?..

Она попыталась собраться; подошла к зеркалу, и стояла, рассматривая себя несколько минут; в руке у нее было вино, которое потихоньку уменьшалось. Настя добила то, что было в ее бокале и умывшись, решила, что следует дожать своего отца, что обязана узнать от Виктора хоть что-то, раз он, по словам Павлика, знает больше него, но не говорит ничего.

Настя поднялась на нужный этаж и хотела уже зайти внутрь квартиры, постучав в дверь, но стоило ей приготовиться сделать первый удар по двери, как она открылась и из квартиры Виктора вышла девушка. Она была юной, красивой и прошла к лифту, как ни в чем не бывало, не обращая внимание на Настю, которая стояла на против нее, когда та открыла дверь. Девушка нажала кнопку вызова лифта и, пока он поднимался на их этаж, она послала воздушный поцелуй, стоявшему мужчине у двери, это был Виктор. Он принял этот поцелуй и улыбнулся на прощанье, девушка зашла в лифт и уехала; Настя в то же мгновение протрезвела и наполнилась, сама не зная почему, яростью и возмущением; Виктор показал жестом, чтобы она прошла внутрь квартиры.

- Девушка... ты теперь работаешь на дому? – спросила Настя, - у тебя же есть студия для этого! И давно ты начал работать из дома?

- Я не работаю из дома. Эта девушка приходила за снимками, она пришла чтобы забрать фотографии, которые я распечатал дома, потому что в студии сломался принтер, а ей нужны были бумажные снимки. К чему все эти странные вопросы? Я фотограф и я работаю, где хочу...

- Странные вопросы?.. – спросила Настя и Виктор учуял запал алкоголя, - это ты хорошо подметил, - полушепотом произнесла она.

- Что-то случилось у тебя? Ты выпила?

Настя продолжала смотреть на Виктора и не знала к чему все это может привести: стоило ли вообще приходить сюда.

- Да! Я выпила! – ответила Настя, - а что? Ты против?

- Давай пройдем на кухню, и я тебе сделаю кофе, взбодришься и немного придешь в себя, - сказал Виктор, показывая рукой, чтобы Настя сняла обувь.

Настя согласилась и сказав, что ей нужно помыть руки, уединилась в ванной. Когда она вышла уже освеженная, на столе было готово кофе и бутерброды вместе с выпечкой. Настя была рада этому: она ничего не ела сегодня, кроме вина, которое ее устраивало, но не насыщало. В животе урчало.

- Так что стряслось с тобой? Как ты себя сейчас чувствуешь после тех событий с похоронами тети? Что у тебя происходит в жизни? – спросил Виктор, подождав, когда Настя сделает глоток своего напитка.

- Много что происходит со мной... Я была у дяди Павлика, и он мне много что рассказал о той особенности нашей семьи, которую ты ни разу не упомянул...

- Я не понимаю, о чем ты сейчас говоришь, и что тебе наговорил Павлик?

- О другом мире... что в детстве у вас были «переходы», как он их называл, и вы с тетей Леной скрывали от него и говорили, что это его фантазия, что он все придумывает, пока он вас не поймал на лжи - сказала Настя, не сводя взгляда с Виктора.

Виктор сделал еще один глоток и отвел взгляд от Насти в сторону и его рука потянулась за печеньем. Настя решила, что это он сделал специально, чтобы она не увидела его глаза.

- Я не могу тебе об этом рассказать, - сказал Виктор, - я не знаю, что на придумывал Павлик.

- А как на счет того, как вы скрывали от него правду, и он считал себя сумасшедшим?

- У Павла очень хорошая фантазия, и она всегда была у него такой... - сказал Виктор с насмешкой.

- Ты продолжаешь прикидываться и не говоришь мне правду, - возразила Настя, - может, хватит?

- Твои походы к Павлику плохо на тебя влияют. Ты начинаешь походить на него и выпивать ты уже начала, а что на счет работы? Как ты пойдешь на работу в таком состоянии? Неужели тебе это позволяют? Что посетители подумают, когда официантка на них перегаром будет дышать?

Настя начала раздражаться от того, что он начал переводить разговор с себя на нее и периодически перебивал ее и задавая вопросы ей, соскакивая с вопросов Насти к нему.

- Если бы ты иногда звонил мне и интересовался мной и моей жизнью, ты бы знал, что меня уволили с криками, после моих криков, когда я посередине рабочего дня в окружении толпы посетителей удостоилась возможности увидеть мертвого человека и после чего меня уволили, и мало того даже получила возможность с ним поговорить, - добавила она, - поговорить с мертвым.

- Мёртвого человека? – спросил Виктор, - поговорить? Ты о чем? С тобой все хорошо? – отречено продолжил он.

- Мертвого! А что ты можешь сказать о смерти Ани? О том, что ее убили и на следующий день ее закопали... никто даже не искал убийц, никто не приходил и не расспрашивал о ее смерти... когда это было, чтобы человека, убитого при ограблении, который стал жертвой нападения, так легко позволили закопать при чем прошло меньше суток с момента убийства и предания ее земли... - начала Настя, ожидая увидеть реакцию на лице Виктора, но ее не было. Он был непреклонен и не выдавал ни одной эмоции.

Он смотрел на нее холодно, после услышанного о мертвом человеке в пиццерии. Настя решила, что он знает куда больше, потому что ее слова о том, что она видела, даже не испугали, не вызвали подозрений и, какой либо, реакции. Она подумала, что ее слова могли служить частью, какого ни будь, пазла, который Виктор собирает в своей голове, и который он ей не поведает.

- Следователи сняли все отпечатки, провели вскрытие и сделали все что было им нужно и сказали, что можно ее похоронить, что она больше не понадобиться для следствия. Я в этом не разбираюсь и не могу ничего сказать по этому поводу, почему так быстро все произошло...

- Ты хотя бы знаешь имя следователя, который ведет это дело? – вклинилась Настя, перебив Виктора.

- Мне сказали, что дело закрыто и ее убийцей были двое ребят, шпана, которая хотела денег на выпивку и испугалась, когда пырнули ее на смерть и со страха ничего не взяли у нее, по этому ограбление было неудачным и их нашли через пару дней, - сказал Виктор, смотря прямо в глаза Насте, которая слушала каждое его слово.

- Какая-та шпана убила тетю Аню из-за денег и при этом не взяла их, потому что зассали? Ничего глупее не слышала... Как так можно?

- Я должен был тебе сказать об этом раньше, когда мне сообщили, что закрыли дела, - добавил Виктор, - мне тоже все это не нравится.

- Ты видел их? Ты видел их глаза? Как они выгладят? Что это за уроды?

- Нет. Я не видел их. Ты сказала, что видела Аню? Она что-то говорила тебе? Ты помнишь ее слова?

Настя насторожилась от того, как легко он перешел на эту тему и так же Настя не могла прочитать его эмоции, кроме того, что это стало ему интересно. Неожиданно интересно.

- Ты считаешь, что я идиотка, и мое место в психушке вместе с Павликом?

- Я не говорил этого, - с плохо скрытой грустной улыбкой, ответил Виктор, - как ты похожа в своих словах на Павлика, словно он сейчас говорит со мной.

- Но ты об этом думаешь, - ответила Настя, - просто не говоришь это.

- Поверь, Настя, об этом я думаю в самую последнюю очередь, чтобы отдать тебя в психлечебницу. А спрашиваю про то, что ты видела, потому что это необычно и хотелось узнать об этом поподробнее. А, что касаемо твоего увольнения, то давно надо было бросить эту работу. И надо было поступить туда, где ты хотела учиться, и заниматься тем, что ты хотела, к чему у тебя лежит твое сердце, - сказал Виктор, медленно и спокойно.

- Мое сердце... к чему лежит мое сердце? Я не знаю, что я хочу... - раздраженно проговорила Настя, - почему мы говорим об этом сейчас, а не тогда, когда нужно было об этом говорить?

- Ты хочешь об этом поговорит? – спросил Виктор.

Настя уже допила свой кофе, съела несколько бутербродов и Виктор сделал еще несколько и положил их на стол, затем Настя дала знать, что не отказалась бы еще и от кофе. Не прошло много времени, как Виктор сделал еще кофе себе и Насте. Он понимал, что у нее много накипело и от этого разговора ему не уйти и что он быстро не закончиться, что для того, чтобы начать говорить начистоту, ей пришлось поступить, так же как это делает Павлик – выпить, чтобы перейти на «ты».

- Почему ты не хочешь взять деньги и не начать устраивать свою жизнь? Получи образование, и займись любимым делом, - продолжал настаивать Виктор.

- Мне не нужно, чтобы мне давали... мне не нужно, чтобы это все достигалось не моими руками... как ты не поймешь? Для меня всегда было важно сделать это самой. Мне хочется пробовать и совершать собственные ошибки, совершать самой эти шаги, и обжигаться, и радоваться собственным достижениям, а не чтобы ты решил, как мне лучше, чтобы ты мне оплатил, чтобы благодаря тебе меня приняли куда-то, потому что ты или Лена за моей спиной договорились... Вы все хотите контролировать, даже твой дом, он полностью отражение тебя, для тебя важно, чтобы все было по-твоему, ты любишь контроль во всем и в моей жизни. Я съехала от тебя, чтобы сбежать от твоего контроля... от твоего надзора над моей жизнью.

- Я всего лишь хочу помочь и облегчить тебе путь... я не хочу и не хотел прожить за тебя твою жизнь... а тот случай, когда к тебе были более лояльны, чем к другим, то Лена, проявила инициативу и не хотела ничего плохого...

- Ничего плохого? После этого, как выяснилось, что за меня просила Лена, со мной перестали разговаривать коллеги, когда моя работа пошла дальше и были готовы дать мне тот проект на роспись коттеджа... мне пришлось отказаться от победы, чтобы вернуть расположение коллег. Потом мне пришлось, все равно, уволиться от взглядов призрения от привилегий, которые мне начали оказывать. После этого я бросила это дело и пошла работать официанткой: там вам нечем мне было помогать, разве что со мной подносы разносить.

- Прости, если хотели тебе помочь, когда ты в этом не нуждалась, - сказал Виктор.

Настя поняла, что он извинился, чтобы не заострять на этом внимание и сказал, то, что, по его мнению, она хотела услышать.

Девушка пыталась вспомнить свое детство, то как вел себя Виктор и были ли какие ни будь вещи, что она принимала как должное, но на которые бы она могла посмотреть сегодня другими глазами. Прокручивая в голове события, она не смогла вспомнить ничего, что сегодняшним умом она посчитала бы ненормальным, за одним исключением. Сколько она себя помнит, она была всегда с отцом. Виктор, это единственный ее родитель, а маму она не помнит, и видела ли она вообще ее, когда ни будь вообще, этого Настя не знала.

Если, когда она была маленькой и воспринимала отсутствие матери, как что-то естественное то, когда немного подросла, начала понимать, что у каждого есть мать или по крайней мере кто-то должен был ее родить. Ведь дети откуда-та берутся. Но на все вопросы, которые Настя задавала о матери, Виктор отмалчивался и не говорил ей, кем она была, и как они познакомились и жива она или нет. После многочисленных расспросов и уговоров, Настя смерилась с тем, что он не говорит о ней ничего. Наверное, она причинила ему боль, думала девушка и больше не поднимала эту тему долгие годы до сегодняшнего дня.

- Мама... - неожиданно сказала Настя.

- Что, прости? – переспросил Виктор, удивившись резкой смене темы.

- Ты так и не ответил на вопросы про мою маму, которые я у тебя спрашивала все эти годы... Может, хоть сейчас расскажешь? Кто она... кем она была и что с ней стало? – грустно проговорила Настя, не поднимая глаз на Виктора.

- Ты знаешь, что я не люблю говорить об этом.

- Я имею право знать об этом. Ты ничего не рассказываешь, ты ничего не говоришь про мою мать, ничего не говоришь на счет истории семьи и почему происходит то, что происходит и я готова была поверить, что я схожу сума, как и Павлик, если бы не знала, что ты тоже их видел... видел гостей на похоронах и Вера их не видела, видели только мы. Ты тоже видел этих странных гостей, которым счету не было, а значит это все реальное, и ты просто не хочешь мне об этом говорить, так же как ты и Лена ничего не говорили Павлику, когда он был еще ребенком. Теперь я понимаю, почему Аня в письме просила быть с ним... и почему Павлик хранит зло на вас и обиду, - со слезами выкрикнула она.

Виктор не знал, что ей сказать. Настя продолжала обвинять его во всех этих вопросах, обвинять во лжи и утайке. Внутри он понимал, что отпираться в том, что он что-то скрывает было невозможно и хотел было оправдаться, но не смел: Виктор себя сдерживал и не решался открыть рот, чтобы рассказать хоть что-то.

Настя взяла минутную паузу и вытерла слезы, которые Виктор видел впервые в глазах своей дочери, так же, как свою дочь в таком виде. В таком подавленном состоянии, что готов был усомниться, а действительно ли пред ним та Настя, которую он знал с рождения: сильную, самостоятельную, смелую, жизнерадостною, умную симпатичную девушку.

- Ты знаешь, что родители Кати: тетя Лера и дядя Толя были для меня большими родителями, чем ты. Они относились ко мне как к собственной дочери, как к второй дочери... я с того момента, как подружилась с Катей часто бывала у ни дома и ночевала у Кати, и видела их семью, то как они разговаривают, как относятся друг ко другу и к членам семьи, когда те приходят к ним... ты даже за столько лет не смог помериться с родным братом и ни разу не поговорил со мной честно, без утайки... Мне казалось, что порой у меня даже нет отца, что ты просто человек, который готов был оплатить мои счета и купить будущее, но не более... - Настя запнулась.

Виктор покраснел, к его горлу подступил ком, он еле сдержал слезы и из его рта вырвалось: Вон! Пошла вон! Я все делал для тебя! Я дал тебе все что мог! Уходи! Как ты посмела это произнести?

Настя встала из-за стола и направилась к выходу.

- Все что я делал – делал для тебя... ты считаешь, что я тебя не люблю и не любил?.. что какие-то люди любили тебя больше меня и тети Лены?.. – побагровевший Виктор, горячо выкрикнул, - не думал, что ты посмеешь сказать подобное.

- Знаешь, этот разговор единственный за всю мою жизнь, когда мы поговорили так открыто, а точнее открыта была только я, но ты так ничего и не рассказал мне. Но хоть врать не стал и сочинять...

- Уходи! – крикнул Виктор, стоя рядом и ожидая, когда она наденет обувь, - не было отца! Как ты можешь?..

- Храни свои секреты! Я, надеюсь, что они принесут тебе тот чертов стакан воды в старости, который все ждут... Я вообще твоя дочь?

- Вон! Пошла вон!

У Насти на лице выступили слезы, внутри была горечь и обида от того, что она так и не выяснила правду.

- Пошла вон! – Виктор открыл дверь, - не могу больше видеть тебя и слушать все это!

- Скажи хотя бы, она жива?

- Нет, - горько произнес Виктор, - ее нет.

У Насти промелькнула тень мысли: а в друг она была с ним резка? Но тут же прервала эту мысль и заключила: все было заслуженно! Он заслужил эти слова.

Глава 10 Забытая вещь 

Квартира была открытой, и Павел без труда попал к себе домой. Голова просто раскалывалась на части, в висках стучало, а сердце неестественно быстро билось. Этот переход в другой мир заставил изрядно понервничать за свою жизнь., все думал Ярлов. Последний столь долгий переход в тот мир был на памяти Павла, еще в его детстве, а те переходы, которые начались недавно, были всего на несколько минут.

- Еще один такой переход я могу не пережить, - сказал себе Павел.

Он не знал и не мог никак объяснить почему именно он и его семья как-то связанны с другим миром, почему только они могут туда попадать таким образом, но еще куда больше его волновало, что никто не может это объяснить и помочь в этом разобраться.

Ярлов был несказанно рад, что теперь находится в своем мире и у себя дома и тому, что у него в квартире нечего брать и поэтому никто и не совался к нему, чтобы что-то украсть. Да и если бы кто-то пришел поживиться в его отсутствие, этому Ярлов был бы только рад: стало бы меньше содержимого.

- Что же я должен вспомнить, - спрашивал себя Павел, прокручивая в голове слова женщины, которую встретил в лесу.

Повторяя про себя вопрос о том, что же он забыл, вызвал еще сильнейшую боль в голове и при попытке оставить эти мысли, понял, что у него это не выходит. С каждым повторением перед его глазами в подсознании появлялась женщина из леса, лица которой он не видел, но слова врезались сильно в его мозг и проникали все глубже, прокручиваясь как пластинка, которую включают раз за разом, так что от нее начинает тошнить.

- Почему она не могла сказать, что я забыл, вместо того, чтобы говорить эти загадки и пойди вспомни, что я мог забыть за эти десятилетия, - раздраженно говорил Павел, отыскивая свою аптечку в которой было множество лекарств.

После того, как он выпил таблетку от головной боли и рассмотрел свою шишку на лбу, заклеенную пластырем, решил принять душ, понюхав подмышки и свою майку. Он решил, что запах даже для него очень сильный, а о чем думать, какого будет для других. Не сказать, что его волновало, что скажут другие и тем более подумают, но своих друзей и товарищей по клубу он уважал и ценил: ради них собрался привести себя в подобающий вид, чтобы не смущать их.

«Вспомни, что ты забыл», - эти слова въедались в его мозг и проедали его изнутри, что вся внутренность его начала бурлить. Как по наитию, он не понял, но руки сами начали пихать все что попадалось ему на глаза в мешки, в большие черные мусорные мешки, которые Павел сам не понял, оказались в его руках, вынутые откуда-то из ящика комода.

- У меня есть комод? – удивился Павел,- давно его не видел.

Пока он пихал все что попадало ему под руки, начал ощущал небольшое облегчение, как если он двигался по намеченному пути. Стало душно и все окна в одно мгновение открылись, он включил музыку на полную громкость, чтобы заглушить голос в голове, говоривший: «вспомни, что ты забыл». Музыка играла, а фраза в голове продолжала повторяться, но уже не так громко. Это было облегчением.

Павел продолжал пихать вещи в мешки и относить их в мусорный контейнер на площадке возле его дома, но пока он ходил туда и обратно, понял, что такими темпами, он не сможет управиться и за неделю, если будет ходить с каждым мешком по отдельности, чтобы выкинуть его в контейнер. За это время, что он ходит к контейнеру сойдет с ума от голоса в голове, который продолжал повторять одну и ту же фразу: »вспомни, что ты забыл!»

Идея пришла сама по себе и Павел посчитал, что она, как нельзя вовремя и просто восхитительна. Он начал выкидывать мешки в окно и дело пошло в разы быстрее и менее энергозатратнее, чем было до этого.

- Почему я раньше до этого не додумался? – спросил себя Павлик, - так на много легче.

Была расчищена одна комната от больших куч или точнее гор из всего, что могло быть сложено в огромную стопку из всего подряд.

- Вспомнить... она мне нужна... Мне нужно найти эту вещь, про которую я забыл, - сказал Павел, когда в очередной раз прозвучали слова женщины в его голове, - эта вещь важна, но почему?

Прошло еще больше часа, после осознания того, что ему нужно найти вещь, про существование которой он забыл. Павел сам не понял, как пришел к тому, что ему нужно отыскать что-то осязаемое, а не воспоминание или что-то эфемерное, что нельзя потрогать.

Ярлов захотел пить; с него начал течь пот, несмотря на то, что в квартире было прохладно из-за открытых окон. Активные движения от уборки, заставляли его потеть. Он пошел на кухню, чтобы утолить жажду, но в руках у него оказалась бутылка вина и губы уже тянулись к наполненному стакану и стоило ему только пригубить, как он вылил все в раковину, не понимая зачем.

- Что это сейчас было? – удивленно спросил себя Павел, когда увидел, как красная жидкость проскользнула в канализацию, - зачем ты это сделал? – продолжал задавать себе вопросы, как если бы он получил на них ответ от самого себя.

Павел посмотрел на пустой стакан и на открытую бутылку, в которой было жидкости меньше половины, и стоял в оцепенении около минуты, думая над тем, что с ней ему сделать. Павел неохотно вылил ее в раковину, так же, как и содержимое своего стакана, затем туда пошло все, что имело хоть какой-то градус алкоголя.

Он и не знал, что у него так много всего, что относилось к алкогольным напиткам. Стало понятно, сколько всего у него было припрятано, когда на столе начали выстраиваться в ряд пустые бутылки, которые Ярлов загрузил в тот же самый пакет, куда складывал все свои вещи, что намеревался выкинуть. Павел готовился отправить его вниз к остальным вещам, но, когда он поднес их к окну, увидел, что балкон соседки открыт и идея пришла сама по себе. Ярлов не смог себе отказать в том, чтобы попробовать закинуть ей свой мусор на ее балкон. Немного погодя, он принял удобную позу для броска, сделал последний глубокий вдох, затаил дыхание и бросил, прицелившись одним глазом, как если бы умел это делать. Черный мешок попал точно в цель, и он зажал кулаки от радости. Пакеты с мусором и битым стеклом были на балконе соседки.

- Посылка доставлена! – произнес Павел, проверяя, чтобы никто не увидел, как он это сделал.

Выпив газированной воды, которая хранилась в холодильнике, он пошел осмотреть проделанную работу. Через пол часа закончил разбирать вещи в зале, в самой большой комнате в его квартире, но так и не смог вспомнить, про какую вещь он забыл и что она из себя представляет. Назойливая фраза напоминала, что он ее еще не нашел, но в этот момент, понял: когда эта вещь будет найдена, его сознание будет принадлежать ему и назойливый голос уйдет из его головы. Музыка продолжала играть, а повторяющая фраза все сильнее свербила мозг, выедая его и не давая покоя.

Очередь дошла до его комнаты, в которую он не заходил уже слишком давно, что даже не помнил, когда видел ее целиком в последний раз. Пока он разбирал завалы, чтобы проникнуть внутрь, думал, когда все это началось, когда он начал таскать вещи к себе в квартиру и довел ее до такого состояния.

Первая принесённая вещь, которую он выудил из мусорного контейнера, была больше пяти лет назад. Он нашел огромную машину, которую выкинули почти новой, затем он притащил себе домой стопку журналов на самые разные тематики, пролистав которые понял, что читать эти журналы никогда не будет, но выкидывать не стал. Потом и не заметил, как небольшие безделушки стали приходить к нему в квартиру и уже за неделю он натаскал к себе множество разных вещей, хоть и не мог себе никак объяснить зачем они ему понадобились. Ему так и не удалось найти им применение.

В первое время он спрашивал себя: зачем мне эта вещь, но ответа не было, после он перестал задавать себе этот вопрос, потому что знал, что не сможет себе ответить. Зачем тогда задавать этот вопрос.

Звук стекла его отвлек. От куда-то сверху начали скатываться бутылки. Павел открыл дверцу, стоявшего в углу, шкафа и до боли знакомый аромат напитка так и манил сделать галок. Слюна заполонила рот, что пришлось ее сглатывать, а рука, уже открывшая крышку бутылки, не могла справиться с тем, чтобы закрыть ее обратно. Павел старался сделать это, но еще несколько секунд, ощущая этот запах, понял, что закрыть ее ему не удастся и убрать ее тоже не получиться. Ничего не оставалось, как выкинуть ее из окна свой комнаты и, когда раздался звук битого стекла об асфальт, ему стало легче. Затем вниз полетели все остальные бутылки, один за другим; раздавая шум удара.

Снизу начали раздаваться голоса, и Павел сразу определил, что это его друзья и по словам он понял, что они мягко говоря в недоумении и расстроены, что такие вещи могут летать из окна и биться об асфальт.

- Это же спирт! Спирт! Кто-то выкинул бутылку спирта! – истошно выкрикнул Васька.

Павел, и правда, выкинул в окно одну бутылку чистого спирта в окно, но как он догадался, подумал Ярлов, услышав крики Васьки, что это именно спирт.

Друзья Павлика определили, что для этих напитков можно было найти лучшее применение, чем смотреть на них с улицы и видеть битое стекло и лужи, излучающие ароматы разных напитков, которые списком пробежались у каждого, кто имел с ними дело, и знал каждый нюанс запаха на нюх, а это была вся стоявшая под окнами группа людей. Все из них без ошибочно определяли название каждого разбитого сосуда, опираясь на летавшие в воздухе эфиры.

- От куда летят все эти вещи? – поинтересовались друзья друг у друга, всматриваясь в окна.

- Кажется, это из окна Павлика, - сказал кто-то, - но сразу получил возражение на это заявление, потому что Ярлов не мог так поступить с алкоголем, - сказал Деньчик.

Они подошли ближе и были огорчены тем, что увидели, потому что мешки продолжали летать из окно Павлика, человека, от которого такое они никак не могли ожидать.

- Да что с ним там происходит? Может быть, кто-то проник к нему в квартиру и балагурит? – поинтересовался Деньчик, искренно веря, что его друг так не мог поступить, что это не он, к кто-то еще.

Васька первый побежал к подъезду и все остальные последовали следом. Когда они поднялись на его этаж и прошли внутрь квартиры, потому что дверь была открыта, а из-за громкой музыки было бесполезно что-то говорить и спрашивать, а стучать тем более. Павел повернул голову и увидел стоящих в проходе своих товарищей, на лицах которых читалось негодование от происходящего вокруг. Они не знали, что им сейчас чувствовать: радость от того, что он в ком-то веке затеял уборку, на которую они ему намекали не однократно, то ли грусть и злиться за разбитые им бутылки алкоголя, которые сейчас украшают асфальт внизу под его окном.

- Проходите! Вы пришли помочь? – спросил Павел.

- Помочь? – повторил Илья, - да, мы пришли помочь тебе, - неуверенно сказал он, и все кивнули и после того, как они согласились, поняли, что им придется помогать, а отказываться было уже поздно. Таким энергичным друга они не видели никогда. Ярлов был словно заведенный и возбужденный. Энергия била ключом.

Павел кинул им целые упаковки мешков и те принялись закидывать весь мусор и вещи, предварительно спрашивая его нужна ли эта вещь или нет, в эти мешки, разбредаясь по коридору и второй спальней, которая считалась гостевой комнатой. Работа пошла быстрее.

Товарищи Павлика не успели опомниться, как все кучи мусора были выброшены в окно на улицу, но друзья не остались в накладе и поняли, что это время для них было куда продуктивной, чем они предполагали с самого начала. Они нашли заначку из нескольких бутылок, которые им удалось сберечь, спрятав их при себе, чтобы Павлику не взбрело в голову поступить с ними так же, как он поступил с предыдущими бутылками, напоминание которых все еще красовалось на улице.

Прошло несколько часов и товарищи, распрощавшись с Ярловым, ушли на заседание своего кружка, на который Павел сказал, что сегодня не сможет прийти, так как у него еще много дел и ребята согласились с этим и сказали, что нужно довести все до конца, пока он не передумал. Он согласился с этими словами, что нужно довести все до конца и начал опасаться, что не сможет этого сделать. А голос все продолжал говорить одни и те же слова: «Вспомни, что ты забыл».

- Но тогда я сойду с ума от назойливого голоса в голове, - подумал Павлик, - если не найду эту чертову вещь.

Уборка была завершена, а вещь, которую ему нужно было найти, так и не вспомнил. Сам не понимая, как, но он знал, что эта вещь здесь в его квартире. Она должна быть здесь.

Павел сел на кресло и застыл на долгое время перебирая в голове, что он мог забыть, как на его глаза попалась деревянная шкатулка, которая была закрыта все эти годы мусором. Он даже и не помнил от, куда она у него взялась и не принес ли он ее со свалки или эта была изначально его вещь. Ярлов подошел к ней и, открыв ее, увидел красный камень, который заблестел от света лампочки, когда камень оказался у него в руках.

- Камень, - сказал Павел, и его в голову ударило воспоминание того, что этот камень ему оставил его отец Дима Ярлов в последний день, когда он его видел, будучи ребенком.

Этот момент промелькнул в его памяти так ясно, как если бы он стоял сейчас там же, где отец дал ему этот камень и в то же самое время, в тот же самый час.

- Береги его. Он очень важен. И не говори о нем никому. Он понадобиться тебе в тяжелые времена и придет это время. Ты узнаешь, как им воспользоваться и в какой именно момент. Храни его в тайне, даже от своих сестер и брата, - сказал Дима Ярлов, склонившись над своим младшим сыном в коридоре какого-то дома с коричневой кожаной сумкой на плече. Такие же пепельные волосы, как и у его брата и сестер, темно-синие глаза и древесный запах.

Павла прошиб холодный пот, потому что этот момент промелькнул в его памяти, как если бы он стоял рядом и смотрел на все происходящее со стороны прямо сейчас, но сильный стук в дверь вернул его обратно в свою квартиру в сегодняшний день.

- Неужели, снова? – испуганно произнес он, опасаясь, что сейчас снова окажется в лесу, убегающим от тюремщиков и от волков.

Но когда он открыл дверь, в этот раз за ней был человек. Соседка с красным от злости лицом и Павел понял по чью она душу и по какой причине она пришла к нему.

- Убавь свою музыку! – требовала криком она. Ей было трудно говорить: музыка глушила ее голос.

- Что-то случилось? – спросил Павлик, выключив музыку и посмотрев незаметно на, висевшие на стене, часы.

Павел пожалел, что спросил, потому что на его вопрос последовал ответ с множество нелестных выражений, относящихся ко всему происходящему за время ее отсутствия дома. А именно жалобы соседей на громкую музыку и горы мусора под окнами, потому что она старшая по дому и по подъезду и все непременно выражали свои недовольства именно ей.

- Ты видел, что ты натворил? Ты видел, что твориться внизу? Кто это все будет убирать? – спрашивала женщина, переходя на крик.

- Что произошло? Что случилось? Я не понимаю, о чем вы мне говорите, - ответил Павел.

- Посмотри! – она повела его вниз, схватив его за руку, - ты дурака из себя не строй!

Они спустились на улицу, хоть и уже было темно, но отчетливо понималось, что лучше не смотреть.

- И вы хотите сказать, что это я сделал? Что я средь бело дня, пока другие люди, мои соседи находятся на работах, вывалил этот мусор сюда, под свое окно? – возмущенно спросил Павел, смотря ей прямо в глаза не решаясь отводить взгляд и показывать ни в коем случаи свой страх перед этой женщиной, решив, что, если он даст слабину, она это почувствует и тогда ему не будет жития от нее.

- А кто? – просила женщина, смотря в глаза Павлику в ответ, - кто это еще мог сделать?

- Не я, это точно! Вы посмотрите, это мог быть кто угодно, какая большая куча. Она может быть и из вашего подъезда или из соседнего с другой стороны, - произнес Павел, посмотрев на то, что благо куча большая и находиться и со стороны его соседей по обеим сторонам, - я еще молчу сколько этажей под нами и сколько над нами, - добавил он.

Женщина призадумалась. Ей показалось, что его слова имеют логику.

- Быть может, ты и прав, - как-то неуверенно сказала она, сбавив тон.

- Почему вы решили, что это я? – спросил Павел.

- А кто? Как правило, если что-то произошло, то ты либо причина, либо свидетель происшествия, - сказал соседка.

Павел не стал отпираться, потому что это была правда, но афишировать это он не стал.

- И что теперь делать? Как вот с таким безобразием жить? Прямо под нашими окнами, - сказал Павлик, обращаясь к женщине, - я тоже не доволен этому безобразию.

- Хоть бы к соседям выкинули бы... - сказала женщина в полголоса, но поняла, что все равно разбираться со всем этим пришлось бы ей, и неважно под какими окнами был бы этот мусор: главная по дому все равно является она.

- Они и выкинули, скорее всего, не под своими окнами, - сказал Павлик.

- Вижу! – зло сказала соседка, явно враждебно настроена.

Павел знал, что с ней лучше не связываться, что если она в что-то вцепиться, то не отпустит, пока не добьется своего и по этой причине она и была назначена старшей этого дома и старшей в своем подъезде, потому что никому не хотелось брать ответственность за это все и лучше нее эту работу не выполнит никто. Он вытер пот с лица, который проступил от страха быть раскрытым, когда вспомнил, что именно в ее открытый балкон полетел мусорный пакет с пустой стеклотарой и мусором, набитый до отказа и, если она узнает правду, кто именно ей его отправил, придется переезжать в другой город, как минимум.

Они не успели опомниться, как вокруг них собрались еще соседи и начали возмущаться такому безобразию. Павлик соглашался совсем, что выкрикивали из-за спины, делая вид, что недоволен этому безобразию так же, как и они, по крайней мере не меньше всех остальных.

- Я это так не оставлю! Я найду, кто это сделал, и он с полна заплатит за эту выходку! – сказала старшая по дому Зинаида Аркадьевна Швеллер и намерилась идти домой, но ее не отпускали разъяренные соседи, которые столпились вокруг нее.

- А что с мусором? – спросила одна из стоявших в толпе, пожилая дама, - вы же ответственная и вам решать этот инцидент. Что вы стоите и смотрите?

- Завтра все уберут! – сказала Зинаида и никто не решался задавать больше вопросов, потому что по ее ответу было понятно, что лучше к ней больше не лезть.

Соседка ушла, а Павел отправился к себе в чистую квартиру с мыслями, что как ему повезло, что у соседки нет доказательств его вины, а иначе бы она его казнила на месте, и что свидетели, коими были его друзья, никогда его не предадут, и что этот назойливый голос, мучивший его целый день, исчез. Теперь его мысли принадлежали только ему и никаких посторонних голосов там не было. Он вложил этот камень в оправу на цепочке, что он нашел в той же шкатулке и повесил его себе на шею.

- Как же я устал и хочу спать, - сказал Ярлов, закрывая свою дверь в квартиру.

Глава 11 В спортивном зале

Прошла пара недель с того момента как Катя уехала по работе в командировку и на протяжении всех этих дней, она не могла быть рядом со своей лучшей подругой, а лишь изредка общаться по телефону в свободные минуты, что удавалось выкрасть. Настя всячески скрывала свое состояние, когда общалась с Катей по телефону, настраивая себя на разговор и всячески пытаясь не выдать себя голосом, но не сегодня. Раздался стук и Настя открыла дверь. Радости не было предела; она накинулась с объятиями на человека, что стоял в дверях, это была ее подруга.

Девушка вошла в квартиру и прошла внутрь, оставив свои вещи у входа. Катя первым делом пришла к ней, к Насте, ни к себе домой, ни к Дани своему избраннику, ни к родителям, а прямиком к ней, чтобы проведать ее.

- Это что такое происходит у тебя? Тебя ограбили, к тебе кто-то проник в квартиру и навел такой беспорядок? – начала спрашивать Катя, поднимая и разводя руками от того, что она видит.

Катя была в шоке, от количества пустых бутылок, которые были везде, в преимуществе от красного вина. Хоть она и сама любила его и была не прочь его выпить в компании, но ни в таком количестве и не одна, и уж тем более не так часто, как это делала Настя, а только по приятным поводам или за компанию.

- Я тут немного... - начала Настя, но не знала, как такое можно оправдать, да и не хотела ничего говорит. Сама не поняла, как на нее что-то нахлынуло и настроение помрачилось.

- К тебе приходил в гости твой дядя? – спросила Катя, - что-то подобное я уже видела, правда, не в таких масштабах.

- Нет, - ответила Настя, - мой дядя не приходил ко мне в гости, - в этот момент, когда Катя отчитывала ее, Ярлова начала понимать своего дядю, как никогда прежде и что он мог чувствовать, когда они наведались к нему без приглашения и застали его квартиру в подробном состоянии, - подумала девушка, но не сказала ни слова об этом.

Настя посмотрела на Катю и поняла, что та очень устала после долгого перелета и, что она первым делом направилась к ней прямиком с вокзала вместе с чемоданами. Это все было ради нее.

- Я поняла, что ты что-то скрываешь. По голосу было ясно, что с тобой что-то не так и на мои вопросы, как у тебя дела, ты же мне говорила не правду. И я решила, что если ты не хочешь говорить, то дам тебе немного времени разобраться самой. И это время кончилось: я приехала. - сказала Катя, обращаясь к Насте, - я не позволю тебе продолжать в таком же духе.

Настя немного покраснела от сказанного, она и не думала, что ей может быть так стыдно за такое поведение, за то, что она скрыла правду о своем состоянии.

Катя затолкала Настю в ванную, что бы та привела себя в порядок и приняла душ и умылась: запах стоял сильный. Отправив Настю, Катя принялась убирать кухню, которая стала складом выпитых напитков. Прошло немного времени и Настя вышла из душа, но на этот раз более свежей и увидела, что нет и следа того, что напоминало бы о беспорядке. Катя очень быстро навила чистоту и выкинула все бутылки, которые были в квартире.

Кофе было уже готов как раз вовремя: в нем нуждалась Катя так же, как и Настя, чтобы привести ее и себя в чувства, после долго перелета; у Кати закрывались глаза.

- Почему ты довела себя до такого состояния? Что случилось с тобой? – спрашивала Катя, поглощая свой напиток.

- Я не знаю, что могу сказать, - отвечала Настя, вспомнив, как она последний раз принимала душ и как это было. В тот день, она чуть сума не сошла от того, что ей все мерещилось, как кто-то ходит по квартире, что ей пришлось принимать душ с открытой в ванную дверью.

Настя немного подумала и чтобы что-то ответить сказала: Это все из-за увольнения, это меня немного подкосило.

Когда Катя услышала отговорку, которую она сразу поняла, чуть было не подавилась кофе. Такую нелепую отмазку она никогда не слышала от своей подруги и не была готова, что она будет от нее что-то скрывать. Они доверяли друг другу все: нет и не было для них запретных тем, какие бы они не могли доверить друг другу.

- Почему ты мне врешь? Почему не говоришь правду? Я хочу тебе помочь, – спрашивала Катя, помрачив в лице.

- Я просто устала. Я устала от всего. С момента смерти мой тети, я не могу найти себе покой. Мне то и дело что кажется всякое и мерещится непонятное, - сказала Настя.

Катя приблизилась к Насте и приобняла ее, и та протерла свои глаза, когда вспомнила про свою тетю. Хотя они не плакала на похоронах, но в этот раз сама не поняла как, слезы сами собой подступили к глазам и пара капель потекли по ее щекам.

- Я поговорю с отцом, и мы сходим с тобой к врачу, - сказал Катя.

Настя начала сопротивляться от такого предложения, но настаивать на своем было без полезно, потому что Катя уже все решила. Девушка подумала, что со здоровьем не шутят и лучше провериться сейчас, чем, когда будет уже слишком поздно, это единственная причина по которой она сдалась.

- Быть может, и правда стоит это сделать, пока я еще не увидела покойников, - подумала Настя и вспомнила, что Павлик тоже говорил о странностях, которые с ним были, - быть может, у Павлика тоже есть проблемы, и я унаследовала от них болезнь? – эти мысли сильно загрузили Настю, но вмешалась Катя, дабы та совсем не ушла в себя.

- Тебе нужно развеется, - сказала Катя, - мы пойдем с тобой в спортзал.

- Куда? – удивленно спросила Настя, - Ты о чем?

- Мне нужно привести себя в порядок перед свадьбой или ты забыла, что я помолвлена? Ты обещала, что пойдешь со мной.

- Нет, не забыла, - сказала девушка, - но почему спортзал?

- Я хочу вернуть себе тонус, последнее время я не очень следила за собой и ты мне обещала, что ты пойдешь и поддержишь меня, еще до моего отъезда, когда я была у тебя, в день, когда Даня сделал мне предложение.

- Зачем тебе приводить себя в порядок? У тебя какой пресс и ты сама ходящий спорт и здоровый образ жизни? – спросила Настя в надежде, что та передумает.

- Если не брать в расчет наши посиделки и мою работу? - сказал Катя.

- Это бывает у каждого, - сказал Настя, - вот покажи свой животик.

Катя подняла блузку, и на идеальном загаре виднелись отчетливый рельефный живот.

- Я иду туда не для кубиков, а для самочувствия, - сказала Катя, - и тебе развеется нужно, - но это говорить вслух она не стала.

Настя вспомнила, что Катя действительно, что-то говорила об этом, когда та была у нее. Они стояли на лестничной клетке, и Настя отвлеклась на соседку, которая с кем-то спорила у себя в квартире и она действительно согласилась на просьбу Кати пойти с ней в спортзал. Настя поняла, что отпираться уже будет бессмысленно, потому что на этот ужас она согласилась, хоть и не осознано. Нужно было поддержать подругу после того, что и сколько она сделала для нее.

- Когда ты хочешь начать? – спросила Настя.

Катя поняла, что чем раньше, тем лучше, что для Насти каждый день решающий, да и до свадьбы оставалось не так много времени.

- Завтра. Мы пойдем завтра в шесть вечера. Я за тобой заеду, - сказала Катя, уже все решив.

Они допили кофе и было видно, что Настя призадумалась о чем-то, но Катя ее опередила.

- Я тебе давно дарила спортивные вещи, когда мы начинали заниматься спортом в прошлый раз, - и выйдя из-за стола отправилась в ее комнату.

Настя не любила спорт и не занималась им добровольно никогда, даже когда нужно было это по учебе. Она делал все неохотно и спорт в ее жизни был только из-за Кати, которая тянула ее во всякие авантюры и начинания и для этого даже приобретала для нее все необходимое для начала. Катя покупала все заранее, чтобы та не отказалась и не отмазывалась, опираясь на то, что у нее чего-то нет.

Не прошло и пяти минут, как Катя нашла ее спортивные костюмы: бежевый и бледно-малиновый и ее бутылку для воды.

- Если будет нужно, я завтра принесу еще какой ни будь новый костюм, - сказала Катя. Настя поняла, что она купит ей еще, по меньшей мере, три-четыре новых костюма для спортзала.

- Не надо! – сказала Настя, - мне и эти будут идеальны, - добавила она, - не нужно покупать ничего, я тебя прошу.

- Решено, я завтра принесу новые, к тому же эти мне не нравятся, - ответила Катя.

- Как они тебе могут не нравиться, ты же мне их покупала? - спросила Настя.

- Тогда у меня было другое виденье, мой вкус поменялся и стал более точнее и утонченный... ты же не будешь ходить в старье, - сказала Катя, не дав ответить Насте.

Рыжая девушка распрощалась со своей подругой и отправилась к себе домой уставшая и нацеленная на работу над Настей, чтобы помочь ей выбраться из того состояния в котором она сейчас находится.

Утром Катя сделала контрольный звонок, чтобы узнать, как чувствует себя Настя и напомнить о том, что сегодня они идут в спортзал, чтобы привести себя в порядок и заодно развеять и расшевелить Настю от хандры, в которую она впала.

Катя пришла к ней раньше, чем планировалось и у нее с собой были несколько спортивных костюмов, которые она приобрела для подруги, чтобы она смогла пойти в них на тренировку. Она заставила примерить их и подметила, что они идеальны для нее по фасону и по форме.

- Я говорила со своим отцом на счет тебя, - начала Катя, но Настя стала идти на отказ.

- Зачем? Со мной все хорошо, - сказала Настя, явно не хотя ходить на обследования.

- Я поговорила со своим отцом, и мы назначили тебе через неделю обследование, раньше просто не получилось и ты пойдешь на него, - сказала Катя.

- Зачем ты это сделала? – спросила Ярлова.

- Это все ради тебя и я пойду с тобой, не переживай, - успокаивала ее Катя.

Настя немного успокоилась и решила, что сама она не пошла бы на обследование ни за что. А это идеальный шанс и время на это. К тому же Катя обещала пойти с ней.

- Они проверят и скажут, что я здорова. А иначе как? – говорила себе Настя, - наша семья просто с особенностями, - добавила она, - но так же, скорее всего, говорят все больные на голову люди, - и улыбнулась после того, как прокрутила в голове эти слова.

Катя посмотрела на время и начала поторапливать свою подругу и следила за тем, чтобы она ничего не забыла и сама проверила газ, воду и свет, а так же ее вещи, чтобы та не отказалась от тренировки, забыв их дома.

- Ну ты за кого меня держишь, что я могу забыть про газ? – спросила Настя.

Катя извинилась, но все же еще раз все оглядела так, чтобы Настя не заметила этого.

Дорога до спортивного зала прошла быстро и пройдя внутрь, Настя начала чувствовать себя не в своей тарелке и не знала, как реагировать и как себя вести. Все было новым, непонятным и столько всяких снастей и спортивных снарядов, что она и ума не могла приложить к тому как всем этим пользоваться.

- Сколько здесь парней, - сказала Катя, ведя подругу за руку к женской раздевалке, - по пути оглядывая всех, кто был в зале.

- Как ты можешь так говорить? – с наигранным удивлением спросила Настя, - у тебя же есть Даня и ты обручена, что бы он на это сказал?

На лице Насти выступила улыбка.

- Если бы я всегда интересовалась, что на то или иное думал Даня, то это была бы самая скучная и не интересная жизнь, да и к тому же я просто смотрю и ничего более, что и тебе советую. Хватит хандрить и уходить в себя, для чего я тебе сюда притащила? Посмотри на этих молодых парней и расслабься хоть чуть-чуть, - сказала Катя, поправляя лямки на своем спортивном топе.

- Расслабиться? Ты же меня для другого сюда привела или нет? – насмешливо спросила Настя.

- Ты поняла, о чем я, - ответила Катя.

Девочки уже переоделись и вышли в зал. Настя сделала, как рекомендовала ей ее подруга и оглядела всех, кто был в зале. Там было на что посмотреть, подумала Настя и Катя привела ее к беговым дорожкам. Они встали на них и начали заниматься, периодически оглядываясь по сторонам во время разговора. Спинами ощущали поедающие взгляды занимающихся парней, что не могло не льстить.

- Мы словно на витрине, - сказала Настя, - на меня даже на работе так не пялились, как здесь.

- Выброси из головы и продолжай бежать.

Катя и Настя пробежали несколько километров на тренажере и принялись делать упражнения на спину то и дело опуская и возвращая в исходное положение свой торс, упершись ногами на специальную планку для ног для фиксации положения. Затем девочки сделали по несколько приседов с пустым грифом и то и дело видели в отражении зеркала, перед котором выполняли приседы, как они привлекают внимание некоторых мужчин, хоть и не всех. Большая часть продолжала делать свои дела в обычном режиме, воспринимая как должное, что вокруг них есть такие красавицы.

Девочки присели отдохнуть и попить воды, которая была у них с собой в бутылках предназначенных для спорта. Они сели на стоящие для этого скамейки и к ним на глаза попался человек, который не сводил с них глаз, это они почувствовали еще во время тренировки, но не придали этому значения.

Он был с темно-рыжими волосами, спортивно сложен, хоть и не был сильно накачен, как большинство присутствующих мужчин в зале, скорее был из тех, кто любит держать себя в форме и не более.

- Он смотрит на нас уже битый час, - сказала Настя.

- Забей на него, или он тебе нравиться? – спросила Катя, - он же... - она немного потупилась, подбирая слово.

- Нет. Он не вызывает ни малейшей симпатии, и он мне не понравился к тому же он мне в отцы годиться и возможно даже старше Виктора.

Мужчина увидел, что девушки то и дело бросают свои взгляды в своем разговоре на него, хоть он не знал, о чем они говорят, и решился подойти к ним.

- Привет, девчонки, - начал человек с рыжими волосами.

- Вы что-то хотели? – холодно спросила Катя.

- Я вижу, что вы здесь впервые и, если вам нужна будет моя помощь в чем-то и, если вам будет, что-то непонятно, вы можете обращаться ко мне по любому поводу, и я вам помогу, - сказал мужчина, который стоял перед ними и смотрел на них сверху вниз, затем сел рядом, не дожидаясь разрешения подсесть.

Настя сделала несколько глотков и поставила свою воду рядом с собой.

- Спасибо, но, если нам понадобиться помощь, мы попросим тренера, но все же спасибо за ваше предложение, - ответила Настя.

Мужчина кивнул головой и подвинув воду Насти к себе, принялся завязывать свои шнурки на обуви, которые болтались по полу.

Девочки продолжили обсуждать, что нужно пробежать еще пару километров, поделать несколько упражнений на спину и на ягодицы, чтобы мышцы начали приводиться в тонус и на сегодня можно заканчивать. Мужчина ушел, а девочки закончив запланированные упражнения, пошли в душ. Настя допила воду из своей бутылки.

- Я завтра не встану, - сказала Настя.

- Ничего страшного, ты привыкнешь и не будешь чувствовать боли, - ответила Катя, - главное начать, а потом ты втянешься, уж поверь мне.

- Если ты любишь бегать по утрам, это не значит, что любят все, - сказала Настя, выйдя из душа.

- Я из-за этой работы не помню, когда бегала в последний раз и, возможно, все болеть будет не только у тебя, - сказала Катя.

Девочки переоделись и выйдя из раздевалки снова наткнулись на того рыжего мужчину, который занимался рядом и предлагал им помощь в тренировке.

- Вы уходите? – спросил он, - до скорой встречи, - и его улыбка обнажила несколько передних зубов, сверкнувших на свету от горящих светильников.

- До скорой встречи! – с ответной улыбкой, сказала Настя, одарив его взглядом.

Девочки вышли из зала.

- Это что сейчас было? – спросила Катя, - ты зачем это сделала? Он теперь себе что-то надумает и не отвяжется от нас, и мы спокойно не позанимаемся больше, - добавила она.

- Прости, я не знаю, что на меня нашло, как-то все поплыло в голове и само вырвалось, - ответила Настя.

- Через неделю на обследование, а на тренировку через два дня, - сказала Катя, подъезжая к подъезду Насти, - я завтра еще зайду в одиннадцать, как обычно.

- Буду ждать, если завтра проснусь, - ответила Настя, чмокнув подругу.

- Ты мне так не шути, - ответила Катя, чмокнув ее в ответ.

Глава 12 Арий

Как и было оговорено, в одиннадцать вечера Катя пришла к подруге, постучалась в дверь, держа с собой пакет с набором продуктов, которые она всегда покупала для Насти. Дверь открыл мужчина, Катя не ожидала того, что дверь может открыть кто-то по мимо Насти, но, когда она подняла свои глаза и посмотрел на лицо была в шоке от увиденного. Это был взрослый мужчина с темно-рыжими волосами, которого они видели вчера на тренировке, который предложил свою помощь и от которой девочки отказались.

Мысли были самые разные и наиболее вероятным, она сочла то, что ошиблась дверью или адресом, но нет, это был тот самый адрес и та самая квартира, где живет Настя Ярлова.

- Ты, наверное, Катя? Мы вчера виделись. – сказал мужчина, держа девушку в дверях - ты, наверное, пройдешь? – произнес мужчина, показывая жестом на коридор.

- Конечно, я пройду, - сказал Катя, когда незнакомец отступил от прохода, который загородил своим телом, - я пришла сюда чтобы постоять у двери и потом уйти?

Девушка прошла внутрь квартиры и принялась высматривать свою подругу. На кухне было слышно шебуршение, звон посуды и деятельность готовки чего-то на плите: кипел бульон и треск раскаленного масла. Катя знала, что Настя в жизни ничего не готовила по мимо самых простых и базовых блюд, но по звуку готовка шла полным ходом, что подтверждал запах еды по всей квартире.

- Что вы здесь делаете, как вы сюда попали? Где Настя? Что вы стоите и смотрите на меня?

Мужчина выказал желание взять тяжелый пакет и помочь снять кожаную куртку, которая была на Кате. Девушка настороженно отдала пакет, продолжая рассматривать квартиру, ожидая, что он, может быть, не один и вдруг он, что-то плохое сделал с Настей. На желание помочь снять с себя куртку, Катя отдернула плечо и сама сняла ее и в обувь. Она проскользнула на кухню, когда мужчина приоткрыл пакет, чтобы посмотреть, что было там.

Катя увидела на кухне Настю, которая за плитой что-то готовила и была одна.

- Настя, что тут происходит? Что делает здесь этот человек? С тобой все в порядке? – спросила она, осматривая взглядом коридор, чтобы держать незнакомца в поле своего зрения.

- Да. Все хорошо! Проходи! – с улыбкой на лице, ответила девушка с пепельными волосами, - давай, проходи! Я тут ужин готовлю, как раз к твоему приходу. Ты, наверное, голодна?

Не успела Настя ответить, как Катя прошла в другие комнаты и проверила нет ли там кого ни будь еще. В комнатах была пусто. В квартире из посторонних был только этот человек, что прошел на кухню разбирать пакет, который принесла Катя.

- Все уже готово! Давайте ужинать. Мы ждали только тебя, Катя, - сказал мужчина.

Катя посмотрела на часы, висевшие на стене: был двенадцатый час ночи.

- Ничего страшного! – поймав взгляд Кати на часах, сказал он, - я готов есть хоть днем, хоть ночью. Для этого всегда можно найти время, когда есть что есть.

Катя и незнакомец сели за стол, Настя начала ставить посуду и накладывать в тарелки еду, затем, когда она положила каждому, сама присоединилась к трапезе. Было несколько блюд: первое и второе. На десерт был купленный торт и откупоренная бутылка красного вина.

Катя не спускала глаз ни с Насти, ожидая увидеть хоть какой-то знак, ни с рыжего человека, который вел себя так не принужденно, как будто знал ее и Настю очень долго. Незнакомец позволял себе некие вольности: поглаживания Насти по ее спине и рукам, на которые она реагировала положительно, разговоры на личные темы и шутки, на которые Настя отвечала и смеялась. Она вела с ним так, как если бы это был давний ее приятель, но это был человек, которого они видели второй раз в свое жизни.

- Вы кто? Как вы здесь оказались? – поинтересовалась Катя, - и куда интересней вопрос: зачем вы сюда пришли?

- Меня зовут Арий. Арий Водов, - ответил мужчина, - и я без памяти влюбился в Настю, когда увидел ее в зале.

- Что вы здесь вообще делаете? Как вы оказались здесь? Мы же вам вчера дали знать, что вы нам не интересны, что мы не хотим иметь с вами ничего общего, - сказала Катя, - и в каком смысле вы влюбились?

- Мне показалось иначе, когда Настя мне подмигнула, - ответил Арий, - тогда, когда вы уходили. Я умею читать знаки и намеки. Я в этом мастак, - гордо сказал он.

- Вы что-то себе вообразили лишнего. Мы были с вами просто вежливы, но вы переходите все границы и видно, что намеки вы не понимаете. Я скажу вам прямо, мы вам не рады, вы нам не нравитесь и в том числе Насте. А то, что она подмигнула, это ей соринка в глаз попала, линза соскочила, а вы что-то себе надумали, - высказала Катя, ожидая реакции Насти и поддержку, но девушка с пепельными волосами просто продолжала есть, наблюдая за Арием и не сводя свои глаза с его, - я специально для вас повторю: вы себе вообразили больше, чем есть на самом деле. Уходите!

Арий открыл, принесенную Катей бутылку вина и разлил его по бокалам. Первую бутылку они уже приговорили.

- Ты ошибаешься, мы с Настей влюбились друг в друга с первого взгляда, и мы теперь пара. Парень и девушка, - сказал Арий и Катя поперхнулась вином, от услышанного, - а твои слова, это зависть.

Катя закашляла; Арий встал из-за стола и принялся стучать по спине.

- Нужно быть осторожней, - сказал Арий, - это хорошо, что я был рядом, а если бы что-то страшное произошло?

- Катя, все хорошо? Может тебе воды или еще что? Ну разве он не милый? Скажи! – произнесла Настя нежным голоском, за целый день, - он такой хороший и добрый!

- Все просто отлично, спасибо. Как вы встречаетесь? Вы знакомы от силы день. Мы видели вас вчера в первые в жизни, а сейчас ты утверждаешь, что вы встречаетесь? – недоуменно спросила Катя.

- У нас любовь! – сказал Арий, - любовь, это сильная вещь, способная на многое.

- Любовь? – вскипела Катя, - Настя, скажи уже что ни будь! – потребовала Катя от подруги, - что тут происходит? Вы прикалываетесь надо мной? Если да, то эта самая идиотская шутка, которая могла быть из всех существующих. Любовь... вещь... на многое?.. что вы несете?

- У нас любовь! Мы любим друг друга и мы встречаемся! – произнесла Настя, продолжая смотреть на Ария, горящими глазами, - от такой необычный. Я таких, как он не встречала никогда. Его можно слушать и слушать, любоваться и любоваться.

- Ты меня перехваливаешь, - ответил он.

- Таких еще поискать надо! – сказал Катя, смотря на все это.

- И я про это. Как мне повезло!

Катя присмотрелась на свою подругу: на ее взгляд, который она не сводит с этого мужчины, на ее готовку, которую она никогда не видела за все время их дружбы. Правда она один раз попробовала ее еду и поняла, что это войдет в ее список того, что делать никогда не надо, но на удивление сегодня было все вкусно и съедобно. Катя видела подругу такой, какой она не видела ее никогда: она была и правда влюблена. Но влюблена маниакально и безоговорочно.

Лицо Насти неестественно сияло и было, как у ребенка, как у беззаботного ребенка, которому дали вещь, которую он хотел и первая реакция на желанную вещь, была запечатлена на лице девушки. Ее опьяненные глаза и сознание, так решила Катя, находились в какой-то прострации и, как ей казалось, Настя не понимает, что происходит.

- Она чем-то опоена, он ее накачал, - подумала Катя, - нужно попробовать поговорить с Настей наедине, но как? Настя, можно тебя на минутку? – спросила Катя, смотря подруге в глаза, но та даже не посмотрела на нее в ответ.

- Говори здесь! У меня нет секретов от Ария, - сказала Настя, продолжая летать в облаках.

- Настя, может, ты все же выйдешь на минутку? Мне нужно с тобой поговорить, – спросила еще раз Катя, но Настя дала понять, что никуда не выйдет из-за стола, - Настя, ты что-то принимала? – спросила Катя, продолжая смотреть на подругу, ожидая, что та хоть на секунду посмотрит на нее, - ты ей что-то давал? Ты ее накачал? Что ты с ней сделал?

Арий сделал возмущенный вид от услышанного, и Кате показалось, что он наигранно нахмурился и сделал миму.

- Ты что? Я напоил ее любовью. Как ты могла такое поду...

- Не начинай строить из себя недотрогу, ты услышал мой вопрос, - перебив его, сказала Катя, - он хочет вывести меня из себя, - подумала она.

- Нет. Я ей не давал ничего запрещенного, если ты об этом, - ответил Арий, - но говорят, что любовь опьяняет и меняет людей в лучшую сторону.

Катя вся кипела внутри и решила, что если еще раз услышат слово «любовь» и производные от него, то ее стошнит на месте. Но рыжую девушку обуяла куда большее чувство отвращения, когда увидела, как Настя прижалась к Арию Водову и поцеловала его, и он ей ответил. Такое она не могла представить и в самом страшном сне и сто раз пожалела, что потащила Настю в спортзал, что выбрала именно это место. В городе столько спортзалов, а она выбрала именно его, где будет этот приставучий тип. Да, оно самое лучшее в городе, но все же...

- Надо что-то делать, - сказала себе Катя, - я не могу оставить ее с ним наедине в ее квартире, - время уже позднее и вам, наверное, уже пора идти домой? Настя уже устала.

- Время действительно позднее и вам лучше тоже отправиться домой, а то на улице темно и мало ли что может с вами произойти, - сказал мужчина.

- Только после вас, - ответила Катя, - и я благодарна, что вы печетесь о моей жизни.

Арий улыбнулся на ответ Кати и подлил ей в бокал еще вина и за одно и себе и Насте.

- Всегда пожалуйста, но я сегодня останусь здесь, - ответил Арий, - но вы, если хотите можете остаться вместе с нами, у Насти есть гостевая комната и мы тебе там постелем. Зачем тебе идти домой в такое позднее время. На улице не видно ничего.

- Ты останешься здесь? И где же ты собираешься спать? – еле сдерживаясь, спросила Катя, чтобы не усугубить ситуацию и не спровоцировать его. Она не знала на что он способен, и что в его голове.

- Как где? Вместе с Настей, - ответил Арий, - мы же пара.

Катя вскипела: вон! Пошли вон! А иначе я вызову полицию и подниму на уши весь этот дом! – девушка выскочила из-за стола с горящими от злости глазами, смотрела на мужчину, который сохранял спокойствие и сидел на том же месте. Для него все слова Кати были забавой, от которой он получал удовольствие и не придавал им никакого веса и силы.

- Катя, что с тобой? Почему ты так кричишь? – спросила Настя, спокойно посмотрев на подругу, - тебе, может быть, таблеточку дать?

Катя кинула на нее свой взгляд и поняла, что с ней говорить бесполезно, она сейчас не в этой реальности, а в другой, до которого Кате никак не получается достучаться.

- Может, ты хочешь уйти? – спросил Арий, - тебе вызвать такси? Я готов тебе его оплатить. Ты сейчас вся на эмоциях и, возможно, тебе все же стоит пройтись и подышать свежим воздухом и прийти в себя.

- Я останусь здесь! Я не оставлю Настю с тобой наедине в этой квартире, - ответила Катя.

- Хорошо! – сказал Арий, - так даже лучше. Вдруг, что-то с тобой случиться в таком состоянии, Настя себе не простит этого.

- Отлично! – добавила Настя, - я тогда пойду все приготовлю, - и отправилась в гостевую комнату.

Катя хотела пойти с ней, но Арий вызвался помочь и этот шанс побыть с ней вдвоем не увенчался успехом.

Был второй час ночи и Катя вошла в комнату, где Арий готовил пастель, а Настя стояла и смотрела.

Девушка предложила: может быть, раз вы встречаетесь и у вас любовь, - когда Катя произнесла эти слова в слух, кое как сдержала, чтобы не стошнить на месте, - раз у вас любовь, быть может, мы устроим завтра двойное свидание: вы вдвоем и я с Даней? – спросила Катя.

Настины глаза загорелись от услышанного, Арий улыбнулся на предложение рыжей девушки.

- Да! Это будет замечательно! Завтра мы с Настей свободны! – сказал Арий, ответив за двоих.

- Может быть, у меня с Даней завтра получиться выпроводить его от Насти, раз у меня одной это не получилось, - подумала Катя.

Настя с Арием ушли в комнату, Катя отправила смс Дане, что сегодня ее не будет, что останется ночевать у Насти и что завтра у них двойное свидание, и что это не обсуждается, что завтра она все объяснит.

Катя не сомкнула глаз всю ночь, накручивая себя и периодически приставляя свое ухо к двери, за которой ей слышалось всякое. Она не могла понять правда это или это все ее фантазии.

Катя приоткрыла свою дверь, чтобы слышать все, что происходило в квартире. Она то и дело, что подходила к двери и проверяла свой телефон на наличии сообщений от Насти, которых не было. Время шло и каждый раз, когда она прикладывала свое ухо к щелочке, которая образовалась от открытой двери, слышала тишину, в которую ее мозг вносил свои звуки, это сбивало ее с толку.

Прошло больше часа, как Катя продолжала бдеть ночью и решила выйти попить воды и послушать поближе, что же происходит в комнате Насти. Она вышла в коридор и направилась к Насти, встала за дверью и затаив дыхание услышала только шебуршание пастели, но ничего более того. Катя сходила попить воды и увидела, что на кухне была чистота, все было вымыто и убрано по своим местам.

Она вернулась к себе и не заметила, как заснула, это она поняла, когда под ее ухом начал звонить телефон. Будильник был заведен на половину седьмого. Она подтянулась и хотела пойти умыться, как поняла, что Настя и Арий уже встали, и на кухне стоит запах готовящийся яичницы, и на всю квартиру доносился звук шкварчащего масла, на котором все жарилось. Катя умылась и почистила зубы своей щеткой, которая была на тот случай, когда она оставалась у подруги на ночь.

Катя зашла в кухню, и ее догадки подтвердились. Они уже пили свой кофе, а на столе ей ждал ее завтрак: яичница из двух яиц и несколько кусков поджаренного бекона, а в раковине стояла пара использованных тарелок, которые были по всей видимости Насти и рыжего мужчины.

- Доброе утро! – произнесли одновременно Настя вместе с Арием.

Катя была не самом лучшем расположении духа и самое последнее, что она хотела, это видеть и слышать Ария и уж тем более, что-то отвечать. Сил не было чтобы спорить с ним, поэтому она ответила: Доброе утро! Внутри она питала надежду, что у нее с Даней удастся дать понять Водову, что ему здесь не рады, и чтобы он держался от Ярловой подальше. Так далеко, на сколько это возможно.

- Арий тебе приготовил кофе и завтрак, - сказала Настя, показывая рукой, чтобы та села за стол и позавтракала.

Девушка сделала несколько глотков кофе и собралась уходить, так и не притронувшись к еде.

- Так рано? – спросила Настя, - а яичница? Арий старался, готовил.

- Мне нужно заехать домой переодеться и на работу. Вы не забыли про сегодняшний ужин? – спросила Катя, накидывая кожаную куртку и обувая обувь, - а яичницу пусть сам ест. Еще отравится не хватало мне.

- Нет, не забыли, - ответил Арий, обнимая Настю, - мы обязательно будем. Посидим, пообщаемся, а то вчера было как-то скомкано... и не душевно.

- Еще бы ты забыл, - подумала про себя Катя и у нее в глазах все поплыло; раздраженность куда-то ушла, перестала болеть голова. Катя медленно выпрямилась и все встало на свои места, - тогда я время и место напишу смс, - добавила Катя, сделав шаг к Насте, чтобы чмокнуть ее, затем она перевила взгляд на Ария и поцеловала и его на прощанье, - добавив, - адрес и время пришлю днем. Люблю вас! Вы такая замечательная пара, что я не могу на вас наглядеться!

- Спасибо за эти теплые слова, - произнесла Настя, - я так рада услышать эти слова от тебя! Ты просто золото! Хорошего дня!

- Да. Огромное тебе спасибо! Так приятно слышать эти слова из твоих уст, - добавил Арий и еще раз обнял Катю на прощанье и закрыл за ней дверь, - она такая душка. Вот бы сразу такое отношение к нам.

Глава 13 Нелли

Мелодичный звонок будильника в половину шестого часа утра. Начало дня для Виктора в такое раннее время обычное дело: ранний отбой и ранний подъем, это то что помогало держать день в организации и порядке. Подтянувшись, он встал, сделал несколько приседов, раздался звук хруста суставов в ногах, затем он открыл шторы и отправился принимать утренний душ.

Пройдя все водные процедуры, он приготовил себе еду и позавтракал. После этого, как и всегда Виктор принялся заправлять свою постель, убирать посуду после приема пищи: он терпеть не мог, когда оставалась посуда в раковине. Затем Ярлов принялся протирать все столы и ручки дверей, что были в его квартире. После влажной уборки поверхностей, начинал мыть полы, двигая мебель, что можно было подвинуть, чтобы протереть пыль и там. После того, как Виктор вымыл все, что можно было вымыть, начинал проходить по всей квартире и убеждаться, что все вещи, которые стоят на видных местах, после уборки стоят именно так, как ему надо, поправляя то, что было сдвинуто со своих мест. После чего Виктор направился одеваться, сверяясь с расписание в его ежедневнике, где прописано его перечень дел на день по времени.

Ярлов открыл свой шкаф, что стоял в его комнате и принялся передвигать вещи, затем стал кидать их на свою кровать в две стопки. Когда шкаф стал пустым, одну стопку вещей он снял с вешалки и бросил в стиральную машину, отсортировав их по цветам и тканям, а вторую повесил обратно, оставив лишь те вещи, что намеревался надеть на работу. Посмотрел на часы; было семь часов. Скоро выходить на работу.

Одевшись, он прошелся еще раз по квартире и проверил газ, свет и воду, это то, что он всегда проверял перед тем, как уйти из дома.

По прибытии на работу, он определил свой рюкзак на рабочий стол, где был его компьютер и рядом стояли несколько принтеров для печати фотографий. Виктор накинул на себя черный фартук и принялся делать тоже самое, что проделывал несколько часов назад у себя дома: проводил влажную уборку всех рабочих поверхностей и пола, затем он проверил всю свою технику, зарядку на своих фотоаппаратах, наличие краски в принтерах и записал на листке бумаги, что нужно купить несколько цветов чернил, для того чтобы заправить принтер, который не нуждался в полной замене картриджа, а можно было обслужить его самостоятельно и в список была дополнена бумага для печати формата А4 и А3.

На все это у Виктора уходило чуть больше часа: все действия были отточены годами и прописаны заранее, повторялись каждый день, поэтому ему не приходилось тратить время на то, чтобы стоять и думать, что нужно сделать следующим шагом.

Каждый день (кроме выходных) начинался одинокого и включал в себя одни и те же действия, но одним отличием было то, что к нему на фотосессию всегда приходили разные люди. И хоть бывало, что типажи людей имели схожести, но все же отличались друг от друга деталями и характерами, которые Виктор сразу подмечал.

Как раз Виктор Ярлов посмотрел на наручные часы на правой руке; было половина девятого. Он включил свой компьютер и посмотрел на записи в своем ежедневнике, чтобы проверить, сколько людей записаны сегодня к нему. Не смотря на то что, он помнил и так, кто и во сколько должен прийти, он не стал противоречить своим ритуалом: после уборки, он приводил фотографии сделанные накануне в порядок, чтобы в тишине и спокойствии отредактировать их и распечатать до прихода первого клиента.

К нему на сегодня были записаны трое: одна семья, которая хочет сделать себе альбом со всеми членами семьи и их животным (собакой) в четырех разных локациях: две из них будут в студии, а две другие на природе: одна городская, а вторая в пролеске, рядом с парком. Виктор посчитал, что в самом большем у него это займет около четырех часов работы, потому что парк находится в пятнадцати минутах на машине.

Потом к нему записан мужчина и ему нужно несколько фотографий в строгом костюме на разного рода документы: визитки, фотографии для его сайта и все возможные брошюры. Эти фотографии будут сделаны в студии и займут у Виктора не больше часа, прикинул он.

На вечер к нему записалась одна женщина. По ее словам, она хочет фотографии разного плана в ее костюмах и платьях. На это Виктор по своему опыту знал, что в таком случаи, даже приблизительно нельзя предположить сколько времени это может занять и, по всей видимости, придется даже задержаться на работе, чтобы доделать все снимки.

Он очень любил свою работу. Делать фотографии, это то в чем он видел радость и удовольствие. Видеть в других лучшее и вокруг, чтобы запечатлеть это на снимке. Если бы дали ему волю, он бы целыми днями ходил со своим фотоаппаратом и снимал все, что попадалось бы ему на пути. Начиная от городских пейзажей, архитектуры и быта, до запечатления человека на листке бумаги, скрыв все изъяны и выделив самые яркие и прекрасные черты, о которых человек может и не догадываться. Когда он работает, он не видит и не чувствует время: он уходит в это дело полностью и растворяется в нем и, быть может, поэтому он преуспел в этом деле, и имеет признание от своих коллег и ценителей искусства.

В городе даже есть небольшой музей, где проходит выставка работ Виктора Ярлова, которые он подарил этому городу и порой сюда приезжают специально чтобы посмотреть и иногда даже приобрести что-то из коллекции. Но работы, выставленные там, не продаются и поэтому они идут к Виктору, чтобы выпросить продать им что-то, что есть в его мастерской, получив при этом его автограф, которые придавал работе еще большую стоимость и значимость, после того, как работа обретала нового владельца.

Виктор пробежался по своему ежедневнику и принялся редактировать фотографии, сделанные вчера. Хоть ему сдавать их и не сегодня, а через несколько дней, потому что он обязуется сдавать их не раньше недели, а то и больше в зависимости от объема, сложности и загруженности. Держать большое количество работы, чтобы накапливать их, он не любил и понимал, что с каждым днем ее становиться больше и в один момент ее может накопиться столько, что ее просто нельзя будет выполнить.

Время приблизилось к десяти часам и пришли первые клиенты, это семья. Работа заняла чуть больше четырех часов, она шла быстро и весело, что никто не заметил, как прошло время и все снимки были сделаны. Настал время обеда, после которого должен был прийти человек для снимков на документы и официальные источники, как сайты.

Время приблизилось к четвертому часу, и пришла женщина, последняя работа на этот день.

- Добрый день! – сказала женщина с темно-рыжими волосами, вошедшая в студию, - на сегодня все в силе? Я про фотосессию! – с улыбкой, добавила она.

Он посмотрел на вошедшую женщину и не мог не заметить, как она это сделала. Уверенно и властно, она прошла в его студию, и словно заполнило ее собой. Все было пропитано рыжим цветом, пьянящими духами, улыбкой и осенью, покрытой самыми яркими и красочными красками, что есть в мире.

Виктор улыбнулся в ответ: Да! Конечно, все в силе, проходите. Какой интересный у вас цвет волос, - добавил Виктор, что-то поправляя на своем столе.

- Рыжий! - сказала женщина, - это семейный знак отличия. Все в моем роду имеют этот цвет волос.

- Как интересно! – ответил Виктор и самому на ум пришло то, что у них что-то есть похожее, только у них в роду все наследуют пепельный цвет волос и одно из отличий, что его никак нельзя закрасить, но говорит об этом он не стал, - Начнем! – добавил Виктор, показывая женщине на ширму, за которой можно переодеться.

- Хорошо! Не будем терять время. Меня, кстати, зовут Нелли.

- Виктор, - ответил Ярлов.

- Рада знакомству, Виктор, - сказала женщина, заходя за ширму, - и встрече, - но это он не услышал.

Нелли переоделась в первый образ. Он был более официальный. Строгий черно-белый костюм, который подчеркивал ее выправку. Виктор приступил к работе на белом фоне и после десяти минут снимков, ему пришлось подключать дополнительное освещение к одному уже стоявшему источнику света, направленный на модель. Солнце начало уходить и света стало резко не хватать.

После этого образа Нелли сменила его на другой не менее строгий, но уже он был без пиджака и открывал руки и шею.

Работа шла быстро и живо и, хоть прошло около часа, но Виктору показалось, что несколько минут. Ему не хотелось, чтобы этот день кончался, он готов был остаться до позднего вечера и даже на ночь, чтобы только не прерываться и надеялся, что у нее еще много нарядов, которые она взяла собой.

- Как давно вы работаете фотографом? – спросила женщина.

- Я уже работаю им более двадцати лет, - ответил он.

- Видимо вы очень любите это дело, раз работаете в такой области уже такое продолжительно время, - начала женщина.

Виктор заметил, что ее лицо стало более живым и органичным, а ее мимика начала играть на фото; оно стали более интересными.

- Да. Вы правы! Я люблю это дело и посветил ему очень много времени и сил. Я люблю запечатлевать образы и память о каких-то вещах будь то, важные события или небольшие радости, которые будут приносить теплые воспоминания о прошедших когда-то моментах жизни.

- Есть множество способов запечатлеть что-то в истории, - сказала женщина, повернувшись боком и показав плечо сильнее, нарочито открыв его.

- Но, для других способов я более бездарен, чем для этого дела, - ответил Виктор, - фотоаппарат меня любит, а я его.

- Как вы самокритичны. Но вы пробовали что-то еще?.. – спросила Нелли.

- Очень давно что-то и пробовал, но остановился на фотокамере.

Нелли снова сменила образ, после многочисленных фотоснимков, на огромное платье бордово-черного цвета. Виктор был удивлен этим нарядом: за свою жизнь и сотни тысяч фотографий что он сделал, он никогда не видел такой красоты. Платье сидело на женщине очень хорошо, как если бы его ей шили на заказ в самом дорогом модном доме.

- Вижу, что вам оно очень понравилось, - сказала Нелли, обратив внимание на Виктора, на тот, как он на нее смотрит, - мне оно тоже очень нравится. Одно из моих любимых. Скажу по секрету, на нем не видна кровь.

Виктор после этих слов насторожился.

- Шучу! Конечно, шучу!

Она встала на полотно, на котором происходила фотосессия и Виктор сделал несколько снимков, прося Нелли принять ту или иную позу и меняя расположения рук и поворота ее тела.

- Скажите, Виктор, а у вас есть родственники? Я не вижу у вас кольца на пальце, вы не женаты? – спросила Нелли.

Виктор не был готов к такому прямому вопросу на личные темы от человека, который видит его впервые в свое жизни так же, как и он ее.

- У меня есть две сестры и брат, - сказал Виктор и запнулся, - сестра и брат, - поправился он, - и дочь.

- Видимо, вы недавно ее потеряли, раз до сих пор не привыкли, что у вас одна сестра, - подметила Нелли, но Виктор пропустил мимо ушей, - у меня тоже есть брат и с ним есть сложности: у него вздорный характер, и он не любит ждать. Терпение, это его слабая сторона.

- Терпение, это слабая сторона многих, - добавил Виктор, - у меня с братом есть свои сложности: мы абсолютно разные и не сходимся во многих вещах, и на этой почве возникают конфликты, так же, как и с дочерью. Трудно донести до них, что все, что ты делаешь для их пользы, а не по моей собственной прихоти.

- Я вас абсолютно понимаю, Виктор, - сказал Нелли, меняя свой наряд на другой и поправляя свой макияж, - Мой брат взялся за одно дело, и работу ведет очень небрежно и опрометчиво. Я уверена, в том, что мне придется все за ним переделывать. Не любит он смотреть на несколько шагов вперед, все на эмоциях, все спонтанно и на моменте настроения.

Нелли вышла из-за ширмы в легком платье, которое открывало ее ноги, руки, плечи и появился вырез на груди. Виктор не мог не заметить, что каждый последующий наряд был более неформален, чем предыдущий.

- Мне трудно понять, о чем вы сейчас говорите, - ответил Виктор, - а кем вы работаете? – спросил он, рассматривая шрамы на ее теле, которые были не видны под одеждой, но в этом платье некоторые из них стали видны в камере объектива более четче.

- Я убиваю людей по заказу моего нанимателя, - ответила Нелли и по ее лицу проскользнула ехидная улыбка, - делать за людей грязную работу и при том получать значительное вознаграждение. Должна признаться, что я это делаю не из-за денег, а ради собственного удовольствия...

- Смешно! Не хотите говорить, хорошо! – ответил Виктор, продолжая делать снимки и то и дело поправлять свет и прося ее сменить очередную позу, посмотреть тем или иным образом в сторону, и вводя в кадр какие-нибудь детали, как столик с вазой или стул, на который опиралась Нелли, - у вас, должен подметить, хорошее чувство юмора.

- Раз вы так считаете? Пусть так оно и будет.

Следующий наряд был последним, и это была комбинация нижнего белья, прикрытым подобием прозрачного платья, вуали.

- Напоследок, я бы хотела, что-то более откровенное, - сказала Нелли, - вы же делаете фотографии разных жанров?

- Да. Я делаю и такие фотографии, - ответил Виктор, но его удивило не то во что она была одета, потому что он видел и куда более открытые образы и полностью ню моделей, а то, что было скрыто под одеждой и слегка показывали свое наличие. Ее тело было покрыто шрамами и порезами, - не могу не заметить шрамы. От куда они у вас?

- Шрамы? Я, как и мой брат, еще в детстве обучались разным видам владения оружия. Часть шрамов были получены во время тренировок, а другая часть при битвах и сражениях, - сказала Нелли.

- Ааа... на соревнованиях. Она спортсменка, - подумал Виктор, - так вот от куда у нее все эти шрамы и такое спортивное тело.

- Виктор, я буду с вами пряма и скажу, как есть. Жизнь слишком коротка, и я в городе не надолго и у меня нет времени на всякую воду. Вы мне понравились, и я бы хотела встретиться с вами в неформальной обстановке... более неформальной, - сказала женщина, меняя очередную позу.

Виктор сам не понял почему, но он сконфузился, произнеся она эти слова в слух, которые ему не раз приходилось слышать от своих моделей. Но сейчас ему показалось, что это все неправильно, что так не должно быть.

Прошла небольшая минутная пауза, которую Виктор оправдал тем, что делал снимки в очень необычной позе и не хотел, чтобы ушел ракурс и настрой, а так же свет был удачно подобран, по крайней мере, так он извинился за неловкое молчание.

- Я смотрю, что ходить вокруг да около, это не про вас, и вы точно знаете, что хотите и просто берете это, - сказал Виктор, так же прямо, как и она.

- Прошу, давай на «ты», - ответила Нелли, смотря на Ярлова сверху вниз, так как он был на коленях и делал снимки снизу верх.

- Тогда буду и я честен. Вы мне тоже симпатичны, и я не вижу причин, чтобы оказать, - ответил Виктор, делая последние фотографии и поглядывая на свои часы на руке. Был девятый час.

- Я рада, что мы друг друга поняли.

- У меня сегодня еще есть дела, тогда, может быть, завтра мы сходим куда ни будь для приличия, - спросил Виктор, обращаясь к Нелли, которая снимала свой последний наряд и переодевалась в свою обычную одежду, в которой пришла.

- Если вы этого хотите, то почему бы и нет. Вечером я свободна, - ответила Нелли, чмокнув Виктора в губы, ухватив его за щеки, - у вас есть мой номер телефона. Дадите знать время и место.

Глава 14 К черту приличия

Виктор забронировал на вечер место в ресторане и сразу же скинул в смс время и место Нелли. Она ответила согласим, прикрепив в обратном сообщении свое фото. После всех утренних ритуалов, Ярлов включил стиральную машину, которую он загрузил накануне, и решил еще раз прочитать письмо, которое он изъял у Павлика, и вытащил из кармана своего пиджака перед тем, как включить стирку.

«Павлик, меня уже нет в живых. Прошу тебя прости Виктора и Лену и не держи в себе обид и злобы: ты не такой. Береги свою племянницу Настю и будь с ней рядом. Ты сильный так же, как и она. Вы нужны друг другу. Твоя сестра Аня Ярлова.»

Когда Виктор прочитал письмо, предназначенное Павлику, он достал из ящика своего кабинета другое письмо. Оно было точно в таком же конверте и написан тем же почерком. Это было письмо, предназначенное Виктору Ярлову.

«Виктор, меня уже нет в живых. Найди в моей квартире мой коричневый кожаный дневник и не дай ему попасть в чужие руки и все, что будет в моей квартире уничтожь, чтобы никто не прочитал, что там написано. Времени мало и держитесь все вместе. Лена тебе поможет во всем, будь с ней рядом. Твоя сестра Аня Ярлова.»

- Еще бы знать, где твоя квартира? – произнес в слух Виктор и убрал письма в конверты и отнес их в свой кабинет, - еще и самолет Лены задерживают с вылетом, - продолжал говорит он, - Аня, почему все так получилось? Почему все так сложно и не понятно? Жаль, что нет тебя больше и отца нет. Мне вас не хватает, - грустно закончил он и закрыл свой кабинет.

Рабочий день прошел быстро, как и всегда: у него было всего два клиента и тех он от фотографировал за несколько часов, затем он принялся редактировать фотографии, чтобы не отклониться от своего расписания и успеть сдать работу вовремя. После всего этого он вернулся домой и принялся подбирать костюм и периодически проверял время на своих часах. Эти наручные часы, что он носил на правой руку, подарил ему его отец Дима. Это единственный подарок, который он получил от него, поэтому они ему так дороги и носит он их также, как их носил Дима, на правой руке.

Костюмов у него было немного и выбор дался ему легко: все костюмы были хорошие и подходили ему, что выбор был очевиден. Несмотря на то, что это было далеко не первое его свидание, но именно с этой женщиной он чувствовал себя подростком, который впервые в своей жизни пойдет в ресторан, а не в кафе и не с другом, а с женщиной. Перехватывало дыхание, легкий мандраж и большое ожидание от грядущей встречи.

- Виктор, только не говори, что ты влюбился, - произнес вслух он, поправляя воротник, - ты не наступишь на эти грабли дважды. Так нельзя! Нужно учиться на своих ошибках и делать стоящие выводы.

Когда все ритуалы были выполнены, а Виктор был полностью готов, он посмотрел напоследок на себя в зеркало и ушел.

В назначенное время, в назначенном месте у входа Виктора уже ждала Нелли. Он еще раз посмотрел на часы и решил, что он опоздал, но это было не так. Нелли пришла раньше и караулила его у входа.

- Доброго вечера! Пройдем внутрь? – спросил Виктор, - это одно из самых лучших мест в городе. Там живая музыка и отличный повар. Все будет очень вкусно!

Но Нелли дала понять, что не хочет есть, и не хочет проводить время таким образом. Подобного время препровождения у нее полно, и она не готова тратить его, чтобы просто сидеть и есть, обсуждая всякую ерунду за едой и выпивкой. На ее лице читалось разочарование.

- Я думала, что ты более изощрен в общении с женщинами, когда вокруг тебя их столько. Ты же не мог общаться со всеми ими так одинаково и шаблонно, - сказала Нелли, смотря в глаза Виктору, который немного покраснел, - это все так оказалось предсказуемо, что я думала, сейчас ты выкинешь, что-то необычное. Ты меня немного разочаровал.

Он явно не ожидал услышать эти слова, да и мысль не могла прийти, что какой ни будь девушке или женщине не понравиться идея сходить в ресторан и провести часть вечера за вкусной едой профессионального повара, хорошей выпивкой и приятной беседой с человеком, что надел костюм и хорошее настроение.

- Я предполагал, что ты любишь активное времяпрепровождение, риск, экстрим, опасность, но не был в этом уверен, поэтому не рискнул и решил пригласить тебя в ресторан, решив, что тебе это понравится. Да и я в не очень хорошей физической форме на такие авантюры. Возраст дает о себе знать.

- Не прибедняйся, ты в неплохой форме и не оправдывайся, - сказала Нелли, - а риск, это вещь для смелых. И не обязательно было выбирать что-то опасное, достаточно было выбрать не банальное, а возраст, это отмазка для тех, кто не следит за собой. Ты, я уверена, не такой. Лучше скажи, что будешь делать теперь?

- Но другой вариант у меня был, пойти на выставку, и сегодня она работает последний день, потому что художник, который выставляется уезжает вместе со своими работами обратно уже завтра. Выставка приехала сюда для того, чтобы показать, как можно больше произведений обычному человеку, который не может себе позволить поехать в другой город и посмотреть их там. Это я считаю отличной идеей, позволить, как можно большему количеству людей, увидеть твои работы. Что для меня, эти работы неплохие, но до шедевров они не дотягивают, но есть и занятные вещи, - сказал Виктор, пытаясь заинтересовать Нелли.

- Это будет интересно, - сказала женщина с рыжими волосами, в темном вечернем платье с жакетом и туфлями, - на выставку меня еще никто не приглашал и тем более не рекламировал ее.

Они ходили по галерее и смотрели на всевозможные статуэтки и разнообразные слепки и вещи, сделанные из глины, которые были разукрашены в разные цвета. Под каждым экспонатом, как и полагается была табличка с названием и небольшой предысторией того, как и когда была создана та или иная вещь, на некоторых табличках даже было пояснение того, что автор хотел сказать и чему была посвящена работа.

Больше всего Нелли и Виктора привлекло внимание того, как огромный расписанный металлический шар поглощал в себя фигуры людей, которые держались руками за стоявшие рядом кубы и пирамиды, расписанные рисунками. Самое интересное, то, что привлекало внимание всех проходящих: это лица человеческих фигур и их желание спастись от этого поглощения, которое неумолимо тянет всех, кто находится рядом.

- И это искусство? – спросила Нелли, - на что тут смотреть, ничего не понятно и все на столько странно, - добавила Нелли, выпивая шампанское, которое на подносах разносили официанты для гостей.

Затем они пошли рассматривать другие экспонаты. Одно из них было красное облако, которое подпиралось проволокой, чтобы не упало. С него были свешаны вниз головами люди, которые были подвешены той же проволокой, чтобы не упасть вниз, а внизу всего этого было другое облако, на которое они должны были упасть. Облако было черного цвета и с него восходили другие люди, устремлявшиеся вверх. Затем они пошли смотреть, как четыре картины были соединены в одну цельную и завершенную историю, если смотреть на них на расстоянии, но, если смотреть на них вблизи, то это были отдельные работы, которые никак не были связаны ни сюжетом, ни гаммой красок.

Люди проходили и смотрели на все эти вещи, которых было около сотни и говорили, как жаль, что выставка была такой короткой. Все говорили, что не было возможности и времени более подробно просмотреть каждую из его произведений, что с большим удовольствием пришли бы еще раз и ждут с нетерпением, когда будет следующая выставка его работы, художника Симона Сапожни, который работал под именем Сапожни.

Помимо того, что Нелли и Виктор смотрели с интересом на все работы, что были выставлены, им нравилось пристраиваться к какой ни будь группе людей, что с интересом рассматривали экспонат и слушать, что они говорят. Разговоры этих людей и их рассуждения были отдельным развлечением, которому нужно было уделять отдельное время. Их мысли и суждения были настолько не предсказуемы и парой не очевидны, что нарочно и не придумаешь, но и были, конечно, и забавные, нелепые и смешные мысли. Куда без них?

Было забавно и атмосферно. Виктор не мог не обратить внимание на всех пришедших на выставку, кто был внутри. То как они смотрели, как их лица менялись и выражали эмоции: раздумья, усмешки, отвращения и безразличие. Он парой сожалел, что сейчас в руках у него нет его фотоаппарата. Что здесь было столько всего, что хотелось запечатлеть: удивленного мужчины, который он увидел что-то на картине, отвращение пожилой дамы, которая всматривалась в очередную фигуру, которую не понимала, на насмешки молодых людей, которые углядели на холсте что-то интересное. Это все должно было быть на его объективе.

После выставки они отправились к Виктору, и стоило им пройти внутрь квартиры, как Нелли принялась целовать его, напирая и ведя в глубь коридора, что обувь пришлось снимать на ходу. Отправляясь в спальню, он смотрел на то место, где остался его сапог. Пройдя в спальню и включая по ходу свет, в голове было то, что в коридоре стоит его сапог, который должен стоять на своем месте. Поцелуи Нелли все же заставляли его сдерживать желание оставить все и поставить обувь на место. Они легли на кровать, и она начала стягивать с него пиджак и расстегнула у него несколько пуговиц на рубашке, но остановилась.

- А где у тебя... - начала было Нелли, но Виктор понял, о чем она.

- В коридоре слева дверь, - ответил он.

Нелли ушла, а Виктор поспешил, пока была возможность, чтобы поправить обувь и помыть руки на кухне, затем он посмотрел на себя в зеркало, которое было в коридоре и поправил свои волосы и вернулся обратно, до того, как это сделала Нелли.

Она вошла в спальню уже без всего, а Виктор лежал на кровати также, как был до ухода рыжей женщины, но на этот раз его разум был полностью освобожден от мыслей об обуви и сосредоточен на другом. Теперь, когда она была без одежды, он мог разглядеть все ее шрамы, что покрывали ее тело: парезы, ссадины и небрежные швы, которые накладывали наспех или не имеющие практику люди.

Виктор пытался не смутить ее тем, что пялится на ее шрамы, которые вызвали к себе интерес. Да у него это и не получилось бы, но мысли о том от куда они и почему их так много, овладели им. По виду, хоть он и не был профессионал чтобы делать такие заключения, но определил, что многие шрамы были получены давно.

- Мог бы сократить волокиту и раздеться, - сказала Нелли, подходя к кровати.

- Не люблю торопиться, нужно получать удовольствие от всего процесса, - сказал Виктор, снимая рубашку и прогоняя из головы лишнее.

- Хорошо! Я тебе помогу! – сказала Нелли, залезая на кровать, - но я бываю грубой: должна предупредить.

Ночью, когда Виктор уже спал, Нелли встала из-за посели и начала ходить по комнате, осматривая полки в его спальне, открывая медленно ящики и тумбочки, чтобы не разбудить его. Она делала все быстро и уверенно, как если бы занималась подобными вещами не впервые. Когда она проверила все что можно было в комнате, пошла в другую, которая служила гостевой, но там ничего не оказалось, кроме комплекта спального белья, пары полотенец и халата с тапочками в шкафу. Затем она отправилась в зал и быстро покончив с одиноким шкафом, в котором были только фотоальбомы и детские рисунки, которые она бегло просмотрела в темноте, хоть ничего не было видно, вышла в коридор и наткнулась на другую дверь, которая была заперта. Нелли вернулась в комнату, где спал Виктора и, найдя свою сумочку, отыскала в ней заколку, затем вернулась обратно, к запертой двери и, совершив несколько уверенных движений заколкой: дверь была открыта.

Пройдя внутрь стало ясно, это был его кабинет. По краям стояли большие стеллажи на которых были книги и фотоальбомы, на одном из столов, что стоял в плотную к стене находились несколько принтеров для работы и по середине ближе к окну стоял его рабочий стол, на котором был компьютер и несколько фотоаппаратов и стопки снимков.

Нелли подошла к рабочему столу и села за него на большой черный кожаный стул, которые издал характерные звуки, когда она соприкоснулась своей кожей с ним. Она открыла несколько ящиков, что были встроены в стол и изучила содержимое, затем наткнулась на один закрытый ящик, который был самый нижний.

- Что же в тебе есть? Надеюсь, что ты здесь! – сказала Нелли, открывая замок своей заколкой, так же ловко и быстро, как и замок двери.

Когда он был открыт на видном месте было два конверта, а под ними стопка документов, деньги и старая фотография Насти. Она взяла в руки конверты, и открыв их, посмотрела. Это были два письма в конце которых была подпись от Ани Ярловой.

- Вот вы где, - сказала Нелли, запирая ящик стола на замок обратно, - надо было накинуть что ни будь на себя, добавила она, когда ощутила легкую дрожь от прохлады. Затем она закрыла кабинет таким же образом, как и открыла и вернулась обратно в кровать, засунув письма себе в сумку.

Утром, по будильнику Виктора, Нелли проснулась, сдерживая себя, чтобы не выругаться, потому что она не привыкла вставать в такую рань, но тем не менее она сдержалась. После того, как приняла душ, согласилась выпить с Виктором кофе, но отказалась от завтрака.

- Мы еще встретимся? - спросил Виктор, заканчивая со своим завтраком.

- Хочешь узнать, будет ли у нас какое ни будь продолжение всего этого? – произнесла Нелли делая подряд несколько глотков утреннего напитка, - когда ни будь определенно мы увидимся снова и, возможно, эта встреча будет такими же не забываемым, как и этой ночью, но в другом ключе.

- Я не понимаю, - ответил Виктор.

- Это был единичный случай и у нас больше ничего не будет. Сегодня завтра и я отправлюсь к себе домой. Я говорила, что я здесь на время и у меня там своя жизнь. Поверь мне на слова, что лучше для тебя держаться от меня по дальше.

- Я понял, - ответил Виктор, - ты первая женщина, которая относиться ко всему так просто и прагматично. Я не был к этому готов в таком ключе. Это было ярко и мимолетно. Ты первая кого я встретил с такими взглядами, и кто придерживался бы их.

- Спасибо, конечно, но прагматично?

- Не строя иллюзий ни себе и ни позволяя строить их и другим, - ответил Виктор.

- Жизнь, коротка, чтобы ходить вокруг своей цели, когда можно просто взять, а не размазывать сопли по дороге. Ты не такого же мнения? Ты считаешь, что нужно стоять у желаемого, пока то само не соблаговолит отдаться, когда его просто можно и, порой, нужно взять?

- Это интересная философия: быть прямым. Но чувство такта не позволит мне быть таким на практике. Да. Я считаю, что в этом есть логика, но от теории до практики большая пропасть.

- К черту приличия и морали, они только все усложняют. Если чего-то хочешь – пойди и заяви об этом! А иначе, проживешь жизнь, и в конце останутся только сожаления и ничего более. Лучше услышать отказ, чем молчание от трусости.

Нелли собрала свои вещи и готова была уходить, но Виктор схватил ее за руку и поцеловал. По ее спине прошла небольшая дрожь и первая мысль была, что он увидел в ее сумке письма. Когда Нелли опустила глаза, убедилась, что сумку она закрыла на застежку, а после поцелуя поняла, что это ее слова оказали такой эффект.

- Быстро учишься! – сказала Нелли, открыв дверь, - но это ничего не меняет. Ты не знаешь меня и поверь, лучше тебе и не знать. И поверь, это для твоего блага.

- Но попытать счастье стоило, - ответил Виктор и проводил ее взглядом, пока она ждала свой лифт.

- Пытки, это по моей части.

Глава 15 Двойное свидание

Прошли сутки после того дня, как Арий заявился к Насте, и Катя решила зайти к своей подруге перед работой. Дверь открыла Настя, а рядом с ней стоял мужчина, что обнимал ее за талию, это был Арий, тот, кого рыжая девушка надеялась, что больше не увидит никогда, но нет. Незнакомец был в квартире.

Она прошла внутрь квартиры; время было раним, и поняла, что подняла их с постели. Катя это сделала для того, чтобы убедиться, что ее подруга жива, что с ней все в порядке. Это было единственный шанс увидеть Настю до работы и до их двойного свидания. Второй причиной или предлогом, чтобы прийти сюда была мысль: может, Ярлова одумалась и сама выгонит этого незнакомого мужчину, который увязался за ней, или она пришла в себя и боится выгнать его и попросит или намекнет об этом ей. Но девушка с пепельными волосами по-прежнему была без ума от Ария и сейчас не подала ни одного знака Кате, которая ждала его, как ничто на свете.

У Кати до сих пор мутилось в голове, после того, как она побывала с ночевкой у Насти и всю ночь не спала. В этот день она была сама не своя и на работе. Рыжая девушка сомневалась, что такая помутненость разума у нее возникла из-за отсутствия сна, потому что она не раз лишала себя его из-за работы и по другим причинам, но ничего подобного у нее ни разу не было. И то, что она перед своим уходом поцеловала Ария, никак не укладывалось в ее голове, и ни одного предположения, помимо того, что он как-то ее накачал не было.

- Я должна вывести его на чистую воду, - говорила себе Катя, скрывая свои намерения за натянутой улыбкой.

- Доброе утро! Я так рада, что с вами все в порядке, - сказала Катя, пройдя ближе и обняв Настю, прислонив свое ухо ближе, что бы услышать, если та захочет ей что-то незаметно сказать, но этого не произошло. Затем Арий решил тоже поприветствовать ее и обнял ее так же, как она обняла Настю. Катя ели сдержала себя, чтобы не оттолкнуть его и не выдать свою неприязнь и тревогу; заскрежетали зубы; глубокий вдох и все закончилось.

- Какими судьбами в такую рань? – спросила Настя.

- У меня перед работой была минутка и я решила навестить вас и уточнить про нашу договоренность. Она еще в силе? – спросила Катя.

- Ты про двойное свидание: ты со своим избранником и мы с Настей? – спросил Арий.

У Кати от таких слов чуть не перекосило лицо, но справившись с собой, она кивнула.

- Да, все в силе! – сказала Настя.

- Я рада! В семь часов в ресторане «На трех китах», - сказала Катя, поглядывая на часы, - после ночи с вами мне стало не по себе. Интересно почему?

- Да? Странно! И почему это случилось? Как ты сейчас себя чувствуешь? – спросил Арий.

- Спасибо! Сейчас мне на много лучше. Буду надеется, что вечером будет еще лучше, - сказал Катя.

- Мы тоже будем надеется и вечером на это посмотрим, если с тобой ничего не случиться и в этот раз, - сказал Арий.

- Мне пора, я еще смс сброшу, чтобы не забыли, - сказала напоследок Катя, выходя за дверь и перед уходом, посмотрев на свою подругу, но та закрыла за ней дверь, как ни в чем не бывало.

Вечер настал быстро и в ресторане уже ждали Катя с Даниилом, ожидая, когда к ним присоединяться еще двое: Настя Ярлова и Арий Водов.

- Ты уверена, что она против своей воли с ним встречается? – спросил Даниил, - это все как-то странно звучит. Может быть, ты все неправильно поняла?

- Да! Я уверена в этом более чем. Ты почему это у меня спрашиваешь? Ты не веришь моим словам? Я была там у нее в квартире, когда он впервые, появился у нее и ночевала там, надеясь, что она опомниться. Настя, словно, под его контролем: она без ума от него.

- Я просто не понимаю, как такое вообще может быть. Зная Настю, она сама бы постояла за себя и не позволила бы кому-то позволять контролировать ее. То предположение, что кто-то ее опоил чем-то и влюбил в себя, мне мало верится, - сказал Даниил, допивая свою воду, которую они попросили, пока ждут Настю и Ария.

- Ты все сказал? – раздраженно спросила девушка, - если я говорю, что мы его встретили впервые в спортзале и сразу его послали, после его подката, дав знать, что он нам не интересен, то так оно и есть. Он каким-то образом появился у Насти на следующий день в ее квартире, когда я к ней пришла. И, вдруг, у них образовалась большая любовь до гроба в момент их встречи. И если я говорю, что в этом что-то не так, то это так и есть, - ответила Катя.

- Да. Возможно, ты права. Прости, просто то, что ты говоришь, похоже на какой-то сюжет из сериала или что-то из этого рода, - оправдывался он.

- Я тоже в это не поверила бы, если не видела все сама своими глазами и...

Катя не успела договорить, как в ресторан вошли еще несколько человек и что-то спрашивали у официанта у входа. Даниил был в шоке, когда увидел этого мужчину, который действительно был старше ее и не просто старше, а годился ей в отцы. Пара подошла к их столику. Даниил встал, чтобы ответить, на протянутую к нему руку, которую он ее пожал, не понимая, как ему себя с ним вести.

Мужчина поздоровался и представился. Даниил сделал тоже самое. Подошел официант и предложил меню, не прошло много времени, как все сделали свой заказ, принесли вино и было немного времени, чтобы поговорить, пока готовилась еда.

- Арий, мне Катя сказала, что вы познакомились пару дней назад и уже по уши влюблены? – спорил Даниил, держа в руках свой фужер.

- Да. Это любовь! Ты, когда ни будь был влюблен? – спросил Арий, после того, как сделал глоток.

- Я женюсь скоро! – ответил он.

Настя сидела за столом и пила вино, что было у нее в фужере; Катя смотрела на свою подругу и что-то спрашивала, но на вопросы она только говорила: да или нет.

- Это я понял, но ты любил кого ни будь? – спросил Арий, делая еще глоток, - какое плохое вино, - девушка, можно другое принести?

Катя схватила под столом руку Даниила: не надо! – сказала она, когда увидела, что он начал раздражаться на ехидные провокации Ария.

- Любовь, не возникает ни от куда и не может помутить рассудок до такой степени, чтобы не зная человека, клясться ему в любви и позволить чужаку переехать к себе жить, - сказал Даниил, ожидая реакции Ария, но ее не была. Он сохранял хладнокровие.

- Ты никогда не любил. У нас любовь с первого взгляда, - продолжал Арий, - мы влюбились друг в друга, когда наши взгляды встретились и все завертелось.

- Арий, може,т хватит заниматься этим цирком? Скажите, что вам надо и мы покончим с этим, - сказала Катя.

- Я получил все, что хотел, - ответил Арий.

- Я хотела по-хорошему, но придется по-плохому. Уйдите лучше сами, пока есть такая возможность. У моей семьи большие связи и скажу прямо: вы можете присесть и на долго, а за что всегда можно найти, - в полголоса сказала Катя, чтобы ее не услышал никто из соседних столиков.

- Мы и так сидим! – ответил он.

- Он над нами смеется, - произнес Даниил, обращаясь к Кате.

Пришел официант и принес их заказы, поставив тарелки на стол, открыл новою бутылку красного и хотел уже разлить, как Арий взял ее сам.

- Я сам разолью, - сказал Арий, - и будьте добры, принесите еще одну, только не такого пойла, как принесли в первый раз!

- Хорошо! – ответил парнишка, покраснев от такого тона.

Арий продолжил рассказывать о свой влюбленности к Насте; Даниил раздраженно ел свое мясо и, потянувшись за салфеткой, обронил на пол нож; он собрался поднять его; Катя подвинула стул, когда Даниил нагнулся; Арий подлил всем вина. Они закончили с основным блюдом.

- Настя, ты не хочешь ничего сказать? – спросила Катя.

- Все очень вкусно! Я так рада, что у нас получилось собраться вчетвером вместе и провести этот чудесный вечер. Так хорошо здесь! И музыка хорошая! – ответила на вопрос Настя.

- Настя, ты слышала, о чем мы говорили все это время? – спросил Даниил не сводя взгляд с подруги.

- О любви. Вы весь вечер говорите о любви! – ответила она.

- Меня сейчас стошнит, - сказала Катя, - как-то здесь стало душно! – добавила она, - расстегнув несколько пуговиц своей блузки.

- Да. Мы согласны! – сказал Арий и Настя кивнула.

Чем больше Даниил и Арий обменивались фразами, нападая друг на друга, тем больше становилось невозможно дышать, и по лицу шел пот; было трудно собрать мысли в одну кучу.

- Что вы несете? Мы сидим под кондиционером. Наоборот, здесь очень прохладно. Кто вообще осенью включает кондиционер на холод, когда на улице такое твориться? – возразил Даниил, смотря на всех, сидевших за столом, с которых пот тек градом.

Даниил смотрел на всех и не понимал, что происходит. Все сидевшие, кроме него были красными и мокрые.

Катя была рада, что ее подруга больше не хандрит, а весь вечер улыбается и воркует, но она готова была пойти на то, чтобы Настя начала снова пить и впала в депрессию, но только чтобы не была помешена на Арии. Чтобы она была прежней.

- Арий, а ты где работаешь? – спросила Катя.

- Я выполняю специального рода работу. То, что другие не в состоянии сделать сами, - ответил он.

- Это что значит? – спросил Даниил.

- Работаю с неудобными людьми, чтобы не задавали глупых вопросов и не чудили неприятностей тем, кто мне платит, - ответил он.

Катя поймала взгляд Ария и у нее прошла еще струйка пота, а сердце начало стучать сильнее, голова немного начала кружиться.

Арий подлил ей еще вина.

- Катя, ты выглядишь сегодня просто потрясающе. Это платье тебе идет. У тебя, просто, великолепный вкус, - сказал Арий.

- Да, Катя. Ты выглядишь сегодня супер! – добавила Настя.

- Спасибо большое, ты очень мил и ты тоже выглядишь очень хорошо, особенно этот пиджак: он просто потрясающий, - нежно ответила на замечание Ария Катя.

Даниил смотрел на них и поменялся в лице, не ожидая такого ни от Ария ни от своей невестки. Катя начала улыбаться и строить глазки.

Принесли десерт; рыжий мужчина снял свой пиджак, который был полностью мокрый от пота, что продолжал течь с него и с девушек. У Даниила и всех сидевших за соседними столиками возникал вопрос: почему они потеют?

- Катя, как у тебя прошел день? Ты много работаешь. Наверное, очень сильно устаешь? – спросил Арий, внимательно смотря на нее.

- Да. Устаю, но работа мне нравиться. И есть причина почему я беру столько дополнительной работы. Хочу запоминающуюся свадьбу и быть лучшей в своей области.

Арий положил свою руку на ее и сказал: Я тебя понимаю, у меня тоже была возлюбленная очень давно и дело все шло к свадьбе, но мой отец убил ее и до свадьбы так и не дошло.

Даниил поперхнулся: ты не мог бы убрать свою руку от моей невесты, - добавил тот.

- Ничего страшного, - сказала Катя, посмотрев на Даниила, - ты очень переживаешь? – повернув голову в сторону Ария, спросила она.

- Какой кошмар, - сказала Настя, на слова Ария, - как такое возможно?

Даниил переключился с Ария на Настю: это были первые ее слова, которые она произнесла, не отвечая на чей-то вопрос.

- Ты все еще ее любишь? – спросила Настя.

- Это было так давно... Я тебя люблю! – ответил Арий, - не бери в голову те печальные события.

У Насти снова на лице появилась улыбка, которая на недолгое время была помрачена, после слов об убийстве его возлюбленной его отцом.

- Я тебя люблю! – сказал Арий, - произнес он еще раз.

Катя потянулась за салфеткой, чтобы вытереть пот, как губы Ария соприкоснулись с ее губами и из руки Ария пошла кровь: он сжимал ножик, который утаил, когда уносили приборы после мяса. Он сжал лезвие в руке; из раны пошла кровь.

Даня вскочил из-за стола и оттолкнул Ария от Катя, что тот отпал назад и стул с грохотом упал на пол. Арий бросил нож и левой рукой ударил Даниила по лицу, так что тот не успел отодвинуть свой стул и после удара навалился на него и упал вместе с ним; в глазах пошли звездочки.

- Прекратите! – кричала Катя, - что вы делаете?!.

Арий набросился на Даниила, и он замахнулся, чтобы ударить, как у него на мгновение отказала нога, а в голове была каша, что позволило Дане нанести несколько ударов в ответ. Затем Арий повалил его на пол, не дав ему встать полностью, и начал бить его по лицу, которое Даня защищал руками. Официанты не знали, что делать и один из них побежал к выходу, где была охрана.

Катя продолжала кричать и просить прекратить это все. Настя стояла, как парализованная, с нее тек пот, и ей хотелось взять лед, который был за соседним столиком и покрыться им всем. Она взяла несколько кубиков льда и приложила к лицу и шеи.

- Хватит! – сказала Настя, - хватит! Прекрати! – повторила еще громче девушка и мягкий, бархатный голос с которым она ходила эти последние дни сменился на ее родной голос. Настя попыталась оттащит Ария, что был верхом на лежачем Данииле, но у нее это не получилось. Она схватила бутылку, которая стояла во льду, о котором мечтала, и ударила Ария по голове. Осколки разлетелись вокруг, но его это не остановило. Настя подошла сзади и обхватила его шею и голову, что тому стало не хватать воздуха. Рыжий мужчина перестал лупить Даниила и начал тянуться своими руками к тому, кто стоял за ним, но не мог. Даниил воспользовался моментом и нанес удар по солнечному сплетению и после чего смог встать на ноги. Настя отпустила Ария, который пытался привести свое дыхание в порядок, стоя на коленях и хватаясь за горло.

Катя отряхивала Даниила от осколков от разбитой бутылки, оставшиеся на нем, что бы ничего не попало в глаза.

Прошло меньше минуты, как Арий пришел в себя и хотел было ударить Настю. Его лицо было в ярости, полное бешенства и уродства, его глаза покрылись полностью черным и переливались с болотистым-зеленым цветом, белок был полностью заплывшим. Его было полностью не узнать. Настя не поверила глазам и в последний момент, не понимая как, увернулась от удара Ария, и ее рука вонзила осколок стекла ему в плечо. Пришла охрана. Арий побежал к выходу, ударив подходивших к нему людей, что пытались остановить его. Но он в несколько ударов отбился от всех их, и те получили увечья, а некоторые сотрясения, один сломал руку, упав после удара кулаком по лицу.

- Катя, прости меня! Даня, прости меня, я не знаю, как это получилось. Я не понимаю, что это было со мной. Каждый раз, когда я хотела сказать, тебе все у меня только выходила из уст: «я люблю его». Я не понимаю, как такое могло произойти.

- Ты не виновата, он что-то подмешал тебе. Я верю тебе! Он мне тоже подсыпал эту дрянь. Я сразу поняла, что здесь что-то нечистое. Когда я была у тебя, после кофе, что Арий мне дал, а я дура его выпила, у меня в голове была каша и я весь день думала про Ария. Думала о том, что я его люблю, хотя внутри я была полна презрение и ненависти к нему. Мне хотелось вонзить в него нож, но какой-то голос в голове говорил: «я люблю его».

- Ты тоже слышала этот голос? – спросила Настя.

- Нужно сообщить на него, - сказал Даниил, - спасибо, что оттащила его от меня, но как ты это сделала? И как ты увернулась от удара? Я думал, он тебя сейчас в больницу отправит, если ударит.

- Я не знаю, как это получилось. Все было, как во сне. Как будто я знала, что нужно делать, а руки сами все выполнили, - ответила Настя.

Катя обняла Даню и прошептала: прости, что ты увидел этот поцелуй. Я не хотела этого. Я не понимаю, как так вышло.

- Ничего не было, - ответил он. Она поцеловала его.

Приехала полиция. Толпа посетителей с любопытством смотрела на группу людей, что стояла возле осколков и на лежавших охранников посередине зала, которых побил, убегающий мужчина. Настя подошла к столику и заметила пиджак, который забыл Арий. Из бокового кармана торчал уголок конверта. Она вытащила его и открыла, чтобы посмотреть. Это было письмо, которое она получила от своей покойной тети Ани в день ее смерти и пока полиция не подошла к ним близко, она убрала его к себе в сумку, чтобы его не забрали.

Глава 16 Руны на бумаге

Рыжая женщина мельтешила по квартире и отчитывала мужчину, который затачивал свои ножи и клал их на столик неподалеку.

- Ты дурак? Как ты мог так опрометчиво действовать? – говорила она, продолжая ходить кругами, - я думала, что тебе можно доверить такое простое задание, как отобрать у девчонки конверт с письмом. Что тут сложного? Понравиться, напроситься на чай и забрать его? Проще простого!

- Я не знал, что все так получиться, - отвечал мужчина, кладя очередной отточенный нож отдельно, - кто же знал, что я ей не понравлюсь?

- Чего ты не знал? – продолжала она, - Ты всегда пользовался этим зельем. Ты постоянно его применял на ком только можно было применить и нельзя. Но вдруг ты решил, что не знаешь, как им пользоваться и какие могут быть последствия от такой выходки? – продолжала женщина, - или ты улыбнуться и комплименты наговорить не мог, что ты ей не понравился?

- Я и понятия не имел, что на двух нельзя одновременно пользоваться этим зельем. Я ни разу не применял на двух девушках одновременно, но в этот раз... - мужчина замолчал, не договорив, - и мне далеко на двадцать и не всегда получается воспользоваться своим шармом.

Женщина остановилась и посмотрел на него. Он закончил натачивать свои ножи.

- Шармом значит. Хорошо. Почему ты в этот раз решил ни с того ни с сего попробовать и посмотреть, что будет, если дать отвар обеим одновременно? – спросила рыжая женщина.

Мужчина встал и подошел ближе. Его лицо было увечено гематомами и небольшими порезами, глаза были покрыты темно-зеленой субстанцией и едва можно было разглядеть зрачок и проблески белого яблока. Вид был уставший, а на костяшках пальцев были покраснения. На этого человека было тяжело смотреть, но он держался крепко и не подавал ни малейшего вида, что он мог чувствовать боль или дискомфорт.

- Эта рыжая девка наседала и не давала мне шагу сделать свободно, только поднимала шум и постоянно торчала рядом, со своей подругой. Ее подозрения и привязанность к этой белобрысой не давали мне спокойно делать свое дело. Она и глаз с меня не сводила: постоянно звонила, и вынюхивала, приходя с утра пораньше и ночью, - оправдывался мужчина, - лишь бы не упускать ее из вида.

- Какой же ты идиот. Ты еще и письмо, которое украл у нее, оставил ей в своем пиджаке, когда драпал. Забыл в своем пиджаке, это уму непостижимо. Каким надо быть идиотом, чтобы так сделать? – наседала женщина.

Мужчина подошел совсем вплотную и сделал виноватый вид и взял ее за руку. Женщина посмотрела на него и ее взгляд переменился. Немного постояв, она перевела свой снисходительный взгляд в сторону.

- Может, хватит со мной так разговаривать и тыкать меня в мои ошибки? Нелли, все будут хорошо! Плевать на это письмо, – сказал он, - ты постоянно чем-то недовольна. Остынь.

- Если тебе не напоминать о твоих ошибках и идиотских выходках, ты можешь решить, что все нормально и будешь их повторять раз за разом, - ответила Нелли, - и кто кроме меня скажет тебе, где и в чем ты не прав?

- Спасибо, сестра, это мне определенно поможет в дальнейшем делать все качественно и быстро, так как ты этого хочешь, не привлекая к себе лишнего внимание и другие ненужные подозрения. Ты то и дело, что недовольна всем что я делаю и как я это делаю. Может быть, хватит? Я давно не маленький.

- Взрослые сначала думают, потом делают, а если делают, то готовы встречаться с последствиями своих действий. А я всю твою жизнь прибираю за тобой.

Нелли вырвала свою руку из руки брата, отступила на шаг назад и посмотрела в окно. Была ночь.

- Арий, расскажи, как это было. Что ты чувствовал, когда дал зелье второй девушке, - спросила Нелли, - интересно узнать.

Арий уселся на диван по удобнее и закинул ноги на табурет, что стоял рядом, похрустел своими суставами.

- Сначала, когда я подсыпал зелье Насте, все было в порядке. Это было сделать легко: я влил несколько капель в ее воду на тренировке. Она влюбилась в меня по уши и делала все, что я хотел, но потом пришла ее подруга, та еще заноза в заднице, но она начала задавать вопросы и пытаться достучаться до нее, грозясь поднять шум. Не оставалось иного выхода, как убить ее или дать тоже зелья. Я решил, что мороки будет меньше, если подсыпать в кофе несколько капель. Все поначалу было хорошо, Кате тоже я очень понравился и был ей мил.

Нелли усмехнулась и продолжала пристально смотреть на своего брата, присев и свесив свои ноги со стола.

- Не надо мне тут вот этого... я симпатичен еще о-го-го, просто в этот раз без вмешательства трав не обошлось. Все мы теряем сноровку без практики.

- Говори за себя, - возмутилась Нелли, - сноровку потерял на столько, что ни одну из двух девушек не впечатлил сам?

Арий зло посмотрел на сестру и продолжил.

- Так вот, после нескольких часов, как она выпила зелье, у меня начала болеть голова и рассудок начал мутнеть, что я забывал за чем я к Насте вообще пришел и кое как собрался с смыслами. Затем начал шарить по ее квартире и нашел это письмо, в ее вещах. Потом приперлась, с утра пораньше, ее подруга, и я опомниться не успел, как оказался в ресторане на свидание с ней и ее парнем. Тут у меня сорвало крышу, и я втюрился в Катю и начал с ней флиртовать при Насте и парне Кати, ее женихе. Я не хотел этого и всячески сопротивлялся, но разум меня не слушался, а тело местами начало неметь.

- И ты не мог с этим совладать? – удивленно, спросила Нелли, - как такое возможно? Я думала, что у тебя и твоих девок просто сорвет крышу, но чтоб такое...

- Я не понимаю, как, но я был так одержим и ели сдерживал себя, чтобы все не вышло из под контроля. И позволил им нанести мне несколько ударов, решив, что это приведет меня в чувства. Это помогло, но не сразу. Я не знаю, как, но Настя меня оттащила от парнишки и пока я мог себя контролировать ушел, до того, как не стало поздно.

- Повезло. Ты же мог их всех убить и тогда мы бы привлекли к себе внимание, кого не следует. Я думаю, что она еще где-то здесь. В этом мире. Я уверена, что она еще в этом мире.

- Ты же не думаешь, что она ходит где-то рядом? – спросил Арий, настороженно, - зачем ей?

- Если ты не забыл, то мы преследовали их обеих, а нашли только Аню, - посмотрев в глаза брата, произнесла она.

- Кто ее держит здесь? – спросил Арий.

- У меня такое похмелье, просто не описать словами и голова просто трещит по швам после удара бутылкой.

- Не знаю, что за ведьма ее здесь держит. И, может быть, она где-то рядом, местом чую, и хватит строить из себя неженку. Ты за свою жизнь убил столько людей, а тут тебя свалило зелье по твоей дурости и бутылка с девчонкой? Посмотри лучше, что я добыла, - сказала Нелли, доставая из сумки что-то.

У нее в руках было два конверта, она открыла их и показала, что было на разворотах. Арий подошел поближе и начал вчитываться, проговаривая губами.

- Одно принадлежит Виктору, а другое Павлику, - произнес Арий, - а то, что осталось в пиджаке было Насте от Ани.

- Где то, что ты выкрал до этого? – спросила женщина.

Арий подошел к шкафу и открыл его; внизу было тело какого-то старика, калачиком сложенного, чтобы уместилось полностью; рядом летали мухи и неприятный запах гнилого тела, начал бить в нос.

- Ты, когда его выкинешь? – спросила Нелли, - дышать невозможно уже.

- Потом, - ответит он.

Арий пошарил в шкафу и достал еще одно письмо в одном из костюмов, которые висели в нем. Старику они были не по размеру, но по всей видимости принадлежали кому-то из его семьи, решил было Арий, а иначе зачем ему хранить их у себя дома. В шкафу было множество всяких вещей и хлама, который явно никто не носил очень долгое время, но выкидывать было жалко или лень, поэтому все лежало на своих местах и покрывалось пылью.

- Это было адресовано Лене, - сказал Арий, положив письмо на ладонь Нелли, которая ждала, когда тот ей положит его.

Нелли открыла его и начала просматривать написанное этого письма. Затем она еще раз пробежалась по тексту тех писем, что забрала у Виктора, пытаясь что-то понять. Потом она сопоставляла их друг с другом и делала небольшие паузы, размышляя о прочитанном.

- Она написала всем письма. И стало быть, они не просто обычные люди, а иначе зачем тогда ей писать им. Это ее родственники, но почему она подписалась именем Ани? Почему ее называют здесь Аней, а не Силией? – задавала вопрос Нелли.

- Кто разберет, зачем все это было? Она же зачем-то сюда пришла. Если бы не она, мы бы никогда не узнали, что этот мир заточение вообще существует, что такое возможно. Если Силия и Ветрова знают о нем, значит неспроста. Я думал, что все миры заточения уже закрыты.

- Я была на похоронах Силии и видела, как ее закапывают, но почему они все здесь и они называют ее сестрой по имени Аня Ярлова. Получается, что она потомок Арома Ярлова, одного из трех глав семей Призванных, – продолжала Нелли, - а те, кто получил письма, являются ее настоящими родственниками и Призванными, как и Аня или Силия.

- Ты не забыла, что это мир заточения и сюда не так легко попасть и мы сами не без труда пробрались в погоне за Силией. Хотя нас ждали наши братья и сестры с другими Призванными, пока мы гнались за ними, чтобы задержать нас и позволить им сбежать сюда.

- Ты хочешь сказать, что она хотела предупредить их, но из-за того, что мы пришли сюда следом за ней, у нее не было возможности рассказать им лично и поэтому она написала эти письма? – спросила Нелли, - но она пишет чушь! Если бы она хотела предупредить о нас, она бы так и написала, чтобы они покупали гробы и заранее готовили место на кладбище. Они же ничего не умеют и не знают.

- По крайней мере, мне кажется это логичным, чтобы написать письма, раз она была не в состоянии поговорить с ними лично, когда мы были у нее на хвосте и тогда бы она точно подставила их под удар.

Нелли снова подошла к подоконнику, чтобы вдохнуть свежий воздух и откинула штору: свет луны начал проникать в квартиру и осветил стол на котором лежали письма; в комнате было темно и единственная тусклая лампочка не справлялась. Лежавшие на столе письма, начали излучать легкое голубое свечение, которое сливалось со светом луны. Нелли подошла ближе и выключив свет, подвела письма к окну, прижав листки плотно к стеклу.

- Ты посмотри! – произнесла она.

На бумаге проявился рисунок. Круг и посередине него была точка, которая начала расширяться и уменьшаться обратно, затем круг превратился в конус, обретая объем, а из вершины побежала голубая струйка, которая начала плясать по кругу, рисуя знаки.

Нелли смотрела на живое движение рун, как завороженная вместе с Арием. Внутри все бурлило и волновалось.

- Я это уже где-то видела, - начала Нелли, - но я не помню, где я видела эти руны. Не могу вспомнить, что они значат.

- Может, тебе кажется, что ты их видела? – спросил Арий.

Нелли ответила подзатыльником и сказала: я видела эти руны, просто не помню где.

- Хорошо, - ответил Арий, - видела, так видела.

- Эти руны... письма оставили метки. Ведьма, что отправила Силию сюда, поставила метки на письмах, чтобы отправить их в Ардению, – сказала Нелли.

- Это произошло бы и без этих рун. Ардения вытащила бы всех изгнанных, рано или поздно обратно, как и нас скоро. Теперь мы точно знаем, что они те самые Ярловы, про которых мы слушали от старых. Эдвард, зная, что они здесь, хотел бы чтобы мы их убили, пока не поздно. Ходили слухи, что их изгнали, чтобы спасти Ардению от грядущего.

- Убьем на всякий случай, но мы сюда пришли за другим! И ты прав, Ардения призвала бы их рано или поздно, но эти руны позволят им не развеяться по всей Ардении, а переместиться вместе, в какой-то точке, - сказала Нелли, - теперь, когда они отмечены, они связаны и хватит верить слухам и сказкам, - посмотрев на брата, выкрикнула Нелли.

- Но не в конкретном месте, это невозможно четко назначить точку, - добавил Арий, - и я не верю, а слушаю, что люди говорят, - если она еще и верховная ведьма, то вплоть до мили может сузить расстояние.

- Приблизительно, - уточнила Нелли, - хотя бы на одном континенте, уже неплохо, а если ведьма сильная, то еще и сузить варианты может, - произнесла Нелли.

- Что там твои ищейки? – спросил Арий, - а то время поджимает.

- Ты еще сто раз повтори, что у нас мало времени, а то я и сама не знаю, что Тала не сможет долго нас держать здесь, хоть она и из Верховных. Если хочешь по быстрее, то сам бы нашел людей, а еще лучше сам нашел бы эту квартиру, в котором Силия оставила свой дневник, который по всей видимости теперь ищем не только мы, судя по письму.

- Прости, я просто на взводе. Зелье еще не отпустило до конца. И в голове не укладывается, почему они здесь так долго находятся? Кто их держит здесь?

- Это нас держат! – сказала Нелли, - а их сюда изгнали и когда-то, что их сюда отослало ослабнет Ардения вернет их обратно.

Арий увидел фотографии, которые лежали перевернутые, взял несколько в руки и посмотрел на них. Их было большая стопка, которые торчали из бумажной обертки, в которую они были упакованы. Нелли вскрыла упаковку и посмотрела несколько первых фотографии, что лежали самые первые и бросила их на стол.

Нелли продолжала стоять у окна и не видела этого, как Арий смотрит фотографии, которые она небрежно кинула.

- По всей видимости, вы хорошо провели время, судя по снимкам и понятно, как ты получила эти письма, - сказал Арий, улыбнувшись.

- Положи их на место!

- А что же так? Он тебе не понравился, что ты, воспользовавшись им, так бросила его? Должен отметить, что работы у него неплохие.

- Что ты несешь? Мы оба получили все что хотели. И я, в отличии от некоторых, никого ни к чему не принуждала и не подсыпала никаких зелий.

- Сколько раз должен повторять, что это была крайняя мера? Я просто немного был не в форме и без помощи трав не вывозил с этим обольщением и пришлось прибегнуть к сторонней помощи.

- Да, да. Я все это слушала. Такое бывает, когда стареешь, но ты не рассказал, от куда у тебя это зелье? Здесь эти травы не растут. Ты его с собой притащил что ли?

Арий немного покраснел: Да с собой. Но я не планировал, что оно мне пригодиться и не собирался его использовать для своей пользы. Я хотел подшутить над одним моим приятелем, но до него так дело и не дошло, а зелье осталось, как нельзя кстати.

- Я так и подумала.

- Тебя не интересует, почему Аня пришла именно сюда? Чтобы отправить эти письма и поставить руны только сейчас? – спросил Арий, - а не раньше.

- Я понятия не имею, почему она их выдала или почему не рассказала и не научила всему. Но могу сказать точно, что она пришла сюда не спроста и руны поставила тоже не просто так. Если бы она точно не знала, что пришло время, когда Ардения начнет призывать всех обратно, то не было бы смысла вообще им что-то говорить о другом мире и о них никто не узнал бы. И хватит задавать мне эти вопросы про Ярловых! Я знаю ровно столько сколько и ты.

- А кому мне задавать? – спросил Арий.

- Придет время и спросим у всех и со всех! У меня не меньше вопросов, чем у тебя и мне тоже не понятно, почему любовница короля, оказалась Призванной и что она вынюхивала и что она хотела. И куда интересней, почему она скрывала кто она на самом деле ото всех?

Глава 17 Лена Ярлова

Не продолжительный стук в дверь и Виктор поспешил открыть ее, но не успел: кто-то начал проворачивать дверной замок и мысли о том, что это могла быть Нелли испарились. Ключи от его квартиры по мимо него были только у одного человека. Замок щелкнул и дверь распахнулась; в квартиру вошла женщина.

- Лена! – воскликнул Виктор и подбежал ближе, чтобы обнять свою сестру.

Светлые волосы, как у всех в роду Ярловых, пепельного цвета, ростом таким же, как и Виктор; они были близнецами и все детство были рядом и выросли вместе, не отходя друг от друга ни на шаг. Проницательный взгляд, выправка, которую она переняла от своей старшей сестры, которая давала очень много советов, как надо себя вести и научила держать лицо. Лена многому научилась от Ани.

- Почему так долго? Что случилось, по телефонным разговором я ничего не понял? – спросил Виктор, протащив ее вещи в квартиру и толкнув дверь, что та закрылась сама.

- Много, что приключилось и мало, что хорошего. Все расскажу, только дай я немного отдохну и мне надо, что-то поесть. С дороги ничего не ела, - ответила Лена.

Виктор сразу дал знать, что все уже готово и только ждет ее. Она прошла в кухню, на столе все было готово и лишь нужно было сесть и вкушать эти приготовления, которые Виктор купил, а не готовил сам. Кипел чайник, а первое и второе было уже съедено. Он терпеливо ждал, когда она поест, чтобы начать задавать вопросы, которые его мучали и интересовали.

- Так что у тебя там приключилось? Рассказывай все! – спросил Виктор, - я так и ничего особо и не разобрал. И ты очень запозднилась. Мы тебя ждали намного раньше.

- Какой ты нетерпеливый! – с улыбкой на лице сказала Лена, когда надламывала кусочек своего пирога, - если не брать в расчет то, что встречи по работе прошли не так как я рассчитывала и не брать в расчет то, что погода ожидала ждать лучшего. Я опоздала на свой рейс и пришлось менять билет на следующий и который из-за погоды откладывался несколько раз. И я улетела позже и сбилась с графика, только потому что погода не позволяла совершать перелеты вовремя. Так еще по приезду в город, у меня из рук вырвали сумку. Затем я, как дура, бросила чемодан и побежала за грабителем, но он выбросил ее, пробежав с ней не больше пятидесяти метров. Затем я вернулась к чемоданам и подумала, что их украли, пока я ходила и искала, того кто видел что ни будь, выяснилось, что чемоданы взяли работники аэропорта, и я забрала их у охраны. Были очевидцы, которые видели, как у меня вырвали из рук сумку и предложили написать заявление, но после того, как я просмотрела содержимое было понятно, что ничего ценного он не взял и писать заявление было бессмысленно, так как ничего стоящего и представляющего ценность не было украдено. Потом для меня дошло, что все таки кое что пропало.

- Так что у тебя пропало? – спросил Виктор, внимательно слушая Лену, - мне даже на секунду стало интересно у кого приключений больше у тебя или у Павлика с его тягой ко всему интересному.

- Очень смешно! Так вот, я просмотрела все, что было в сумке несколько раз. Сначала подумала, что могла положить его в другое место, но нет, оно было там. После того, как тот мужчина вырвал ее из моих рук и скрылся с ней на несколько минут, пока я не догнала его или точнее сумку, которую он выбросил, обнаружила, что письма нет. Письмо, которое я получила от Ани было в сумке, и тот человек выкрал именно его, - сказал Лена, - ни деньги, ни документы, а именно письмо.

- На кой черт ему это письмо и откуда он знал, что оно у тебя есть и что оно находиться именно там? – спросил Виктор.

Лена смотрел на него, и он все понял, что задал глупый вопрос. Она понятия не имеет от куда он знает и зачем ему это письмо.

- Ты сказал, что вы тоже получили письма от Ани и что у тебя есть письмо Павлика, потому что ты его забрал, а Настино письмо ты не смог забрать. Покажи их.

- Нет, не смог забрать его у Насти, - ответил Виктор и отправился в свой кабинет к ящику в который он положил письма Павлика и свое. Но придя туда и открыв ящик, не обнаружил конвертов в которых лежали письма. Там их не было. Он принялся нервозно шарить и вытаскивать все, что было внутри. Когда Виктор вытащил все, он открыл другие ящики и также начал вытаскивать и просматривать содержимое в надежде, что мог положить письма в другое место.

- Что так долго? – спросила Лена, - с тобой все хорошо? Тебе помочь?

Виктор продолжал искать в ящиках, вытаскивая все, но там было не так много вещей, чтобы оно могло затеряться, затем он обыскал другие столы и ящики, потом подошел к шкафу с фотоальбомами и хотел уже смотреть внутри, но остановил себя, понимая, что туда он точно не мог спрятать письма.

- Их нет, - ответил он, - писем нет. Они пропали. Я точно помню, что они были здесь. Может, я их... Я не понимаю, куда я их мог деть. Куда они могли деться?

Виктор начал нервничать: когда вещь была не на своем месте, его начинало это раздражать и ему хотелось поставить ее на место, но сейчас эта вещь была не сдвинута или перемещена, а полностью исчезла, и Ярлов был в растерянности и в панике, пытаясь взять себя в руки. Виктор, делая глубокие вдохи, начинал класть свои бумаги и предметы так, как они должны были лежать и с каждой поставленной вещью, он приходил в себя. Подобные явления были очень редкими и случались в тех случаях, когда в его жизни происходили непредвиденные, шокирующие или неприятные события, которые могли вывести его из себя и тогда ему было тяжело держать себя под контролем.

Он не успел закончить, как Лена вмешалась: нет не мог положить в другое место. Если ты помнишь, что клал именно туда, значит, они там и были, и ты это тоже знаешь. Кто приходил к тебе из чужих? Успокойся и подумай, кто это мог быть!

Виктор приутих немного, продолжая убирать все что вытащил из своего стола и ответил: клиентка. Она была здесь. В моей квартире была клиентка, которую я фотографировал.

- Клиентка значит. Хотя бы красивая? – спросила Лена, поставив еще чай, - должно быть, особая клиентка, раз ты пригласил и позволил ей прийти сюда и шарить здесь.

- Это уже не важно. Я не понимаю, как она его забрала, когда кабинет и ящик были закрыты, и она была здесь только ночью?

- За это время много, что можно сделать, - ответила сестра, - Тебе повезло, что она только письма взяла. Теперь у нас нет троих писем. А что было там на кладбище? Ты говорил про странности? – спросила Лена.

Виктор рассказал о том, что было во время похорон: про гостей, что приходили попрощаться с Аней, и которых он видел в первый раз в своей жизни и которые постоянно приходили и уходили. Рассказал, что за весь день не видел одного и того же человека дважды, кроме тех, кого сам пригласил и знал лично. Упомянул о женщине с фотоаппаратом на кладбище, которая снимала именно их похоронную службу и, которая скрылась от него, когда Виктор попытался поговорить с ней. А про то, как гости начали исчезать на глазах Насти и его, он не знал, как и рассказать.

- Я забыла спросить у тебя по телефону, а потом не могла дозвониться из-за связи. У тебя были странности другого характера? – осторожно и неуверенно, спросила Лена.

- Какого? – уточнил Виктор, ожидая услышать то, о чем не хотел даже думать.

- У тебя были перемещения в тот, другой мир? – спросила Лена.

Виктор тяжело вздохнул и Лена поняла, что что-то было и эта ситуация происходила не только с ней.

- Были небольшие перемещения, которые с каждым последующим разом все продолжительнее. Я думаю, что тот мир хочет нас туда вернуть. С каждым новым перемещением, я оставляю там часть себя. И я ее чувствую там, а здесь меня все становиться меньше с каждым разом. Думаю, что один из таких переходов будет последним и обратно уже не вернемся, - сказал Виктор

- Понимаю. А когда ты бывал там, ты с кем ни будь говорил? Кто ни будь встречался с тобой? – поинтересовалась Лена.

- Нет. Но ты ведь это не просто так спросила? Ты кого-то там видела и с кем-то говорила?

- Нет. Я спросила это не просто так. В последний раз, когда я бывала там, меня в лесу встретил какой-то старик и говорил странные вещи. Помнишь, когда мы были еще детьми и до того, как перешли сюда в этот мир, мы встретили одного старого жреца, который служил в каком-то хранилище или что-то с книгами было... не важно... - спросила Лена, ожидая ответа.

- Смутно. Это так давно было. Зачем вообще думать и вспоминать эти дни?

- Он тогда говорил что-то про три огня в небе и три горящих линии крови, про зло, которое вернется... про совершение всей силы... и еще что-то...

- Да. Но мы решили, что он был на столько стар, что нес чушь из-за всяких грибов и настоек, что он принимал, - ответил Виктор, - ты же не воспринимаешь все это за правду?

- Отец тогда очень насторожился и отыскал того старика. Мужичок в лесу сказал, что скоро небо покориться тремя огнями и те, кто был заперт вернуться, что кровь будет гореть... Что истинное зло не то, что возродиться, а то которое стоит у истоков.

- Ты рассказываешь, какие-то странные вещи и к чему ты это все сейчас поведала? Может быть, все это пройдет мимо нас, и мы никак не будем с этим связаны, что все эти странности сами прекратиться, как тогда?

Лена понимала, что брат не хочет принимать то, что связано с тем миром, что он всячески надеется на то, что все прекратится, и он сможет вернуться к привычной жизни. Надежда на то, что все странности и перемещения остановятся также, как очень давно, когда они перешли в этот мир и подобные перемещения были прекращены вскоре после исчезновения Димы их отца. Ярлов очень хотел вернуться к обычной и размеренной жизни без непредсказуемости, к которой он привык, и не хотел менять на что-то другое, тем более, чего не знал и что могло навредить.

- Ты в это веришь? – удивленно спросила Лена.

- Нет. Что-то внутри говорит, что это только начало и то, что будет дальше мне не нравится, как и вся эта история.

- От нас это не зависит. Ардения играет в свои игры и нас никто не спрашивает.

Но как он не старался хвататься за тонкие нити этого мира, внутри все кричало, что это тщетно и мир Ардении просто вырывает его от сюда. Часть его самого, что он оставлял в другом мире при каждом его перемещении, завет его полностью туда, как всех Ярловых в мире изгнания, как магнитом.

- И я об этом. Как там Настя и Павлик? Они тоже ощутили это? – спросила она, - перемещения и другой мир?

- Думаю, что да. Настя рассказывала о некоторых событиях, которые были с ней. Должен признать, что это очень пугает...

- Бедняжка, она, наверное, сума сходит? – спросила Лена.

- Скорее всего, - ответил Виктор, - но она держит связь с Павликом и поэтому должна быть не одинока. Я надеюсь, что она справиться со всем этим.

- Ты же ей ничего не рассказал? Ты же помнишь?

- Нет. Она очень хотел узнать, и из-за этого мы и поругались отчасти.

- Павел, так на нас и обижается? – спросила Лена.

- Да. И сейчас пуще прежнего, когда узнал, что и Насте мы ничего не говорим.

- Не понимаю, почему стоит хранить все эти секреты? – спросила Лена.

- Ты же знаешь, что отец запретил нам этого делать, до своего исчезновения. Он верил этим дурацким пророчествам, которые нам и не рассказал, а только запретил, что либо рассказывать о том мире, хотя мы и сами мало что знаем. Дима верил, что мы не должны говорить ни о чем, потому что тот мир может быть обречен на разрушение. Да мы были там очень давно и большую часть не помним из-за своего возраста, хоть и родились в том мире, - сказал Виктор.

- Если отец велел молчать, мы так и будем делать, - сказала Лена.

- А что было в письме? – спросил Виктор.

- То же, что и в твоем, за исключением, что мое было обращено мне и просила присматривать за тобой и найти ее дневник в ее квартире, который не должен попасть в чужие руки, - ответила Лена, - да и навести марафет.

- Коричневый кожаный дневник, что находится в ее квартире? Сложность в том, что старую квартиру она продала очень давно, а адрес новой никто не знает и на чье оно имя и где она находится никто не имеет и понятия, - ответил Виктор, - я даже спросил и Павлика, может, он что-то знал, но нет.

- Я завтра попробую позвонить людям, которые смогут найти эту информацию. Раз Аню убили, значит тот, кто это сделал, уже ищет дневник, если не нашел его, - сказала Лена.

- Я уже! – произнес Виктор, - люди уже ищут квартиру, осталось только ждать, когда они ее найдут. Ты же не думала, что я потрачу столько времени в пустую, дожидаясь тебя. Как только получение письма и начало странностей совпали по времени, я не стал рисковать, чтобы не успеть найти то, что может иметь какую-то важность во всем этом, - добавил Виктор.

Лена хотела что-то сказать, но Виктор ее опередил.

- И старую квартиру я уже обыскал. Подождал, когда новых владельцев не будет дома и все осмотрел. Дневников там нет никаких, не говоря о коричневых кожаных.

- Ты читаешь мои мысли! А что с Настей? Я хочу ее увидеть! Я ее не видела очень давно и соскучилась по моей племяшке! Ты так и не рассказал, как она поживает.

- Из основных событий, это то, что она жива и здорова. Скоро у ее лучшей подруги свадьба, ее уволили с работы из-за того, что к ней пришла мертвая Аня и напугала ее до чертиков и теперь она в запое и не хочет никого к себе подпускать. Точнее меня.

- Какой ужас! И ты молчал?

- Это все из-за молчания, между прочем, - возразил Виктор на слова сестры, - если бы не наше молчание, то до этого могло и не дойти. Ты не поверишь, как трудно было не рассказать ей все, что я знал, когда она была здесь и просила об этом. Тогда мне хотелось послать отца куда по дальше и рассказать ей все. Но я не смог этого сделать, потому что, а вдруг, он был прав и мы обречем своими действами тот мир на гибель?

Лена смотрел на брата и не знала, что и сказать. Она понимала и его и Настю, и Диму. И какой был правильный вариант, она понятия не имела, но Настя ее кровь, ее племянница, а в том мире множество людей, и они реальны и готова ли она была рискнуть их жизнями?

- Прости! Я не хотела говорить именно так. Просто вся эта ситуация очень невеселая, - сказала Лена.

- Понимаю. Настя, скорее всего, сейчас дома и мы можем съездить к ней. Она будет рада видеть тебя, я думаю. Она много спрашивала, где ты и почему тебя не было на похоронах и почему не приехала потом.

- Сходим, но не на машине... я хочу прогуляться пешком и подышать воздухом. Я очень много пробыла в сидячем положении. Хочу пройтись и посмотреть на город и знакомые улицы и места, - ответила Лена.

- Хорошо! Я возьму только ключи от квартиры.

Глава 18 Покушение

Лена и Виктор уже прошли большую часть пути, и им осталось только выйти из парка в другой ее части. Время шло к вечеру и поэтому желающих гулять там в такое время было немного: заблудиться в нем было очень легко и через него ходили только знающие выход люди. Затем им оставалось выйти на главную дорогу и, оставив позади несколько кварталов, их ждал дом, где живет Настя.

Виктор со своей сестрой дошли до развилки дорожек, где им нужно было повернуть направо и пройти через гущу деревьев, затем выйти ко второй дорожке, которая вела к выходу. В нескольких метрах от них начали доноситься голоса. В этом не было ничего странного, потому что знающих выход людей было достаточно и не все боялись ходить этим путем, хотя таких было немного.

- Я думала, мало кто ходит этими тропами, - сказала Лена и осмотрелась по сторонам. Никого не было видно.

- Так оно и есть. Но мы же ими ходим, - сказал Виктор, - почему и другие не могут? Да. Место немного необычное и вызывает у многих опасения, но не у всех, и вполне можно здесь ходить.

Двое людей, голоса которых они слышали, шли на встречу. Хотя тропинка была неширокая, но разойтись было можно, прижавшись к обеим сторонам по краям которых росли кусты, посаженые на всю длину дорожек. Виктор прислушался, и голос женщины, которая шла на встречу, был до боли знаком, но откуда не мог вспомнить.

Приближающиеся люди были скрыты тенью деревьев и свет фонарей не попадал на них, поэтому разглядеть лица было невозможно, пока они находятся далеко.

- У меня странное предчувствие, - сказал Виктор, продолжая смотреть на приближающихся прохожих, - не понимаю почему.

- Боишься ходить по ночам по таким местам? – спросила Лена и слегка обняла брата, - не бойся, что с нами может случиться?

Расстояние сократилось, и в темноте забрезжил свет, едва уловимые мерцание чего-то, когда все же удавалось лучам фонарей попасть на прохожих. Осталось всего не больше десяти шагов, как было отчетливо видно, что у людей, остановившихся перед Виктором и Леной, в руках сверкали клинки ножей, на которые и пал редкий свет уличных фонарей.

- Привет, Виктор, - сказал женский голос и, прищурившись, Виктор узнал эту женщину, голос, который он не мог вспомнить, это была Нелли. Рыжая мадам, для которой он делал недавно фотосессию и провел с ней вечер и ночь. И после, которой пропали письма на следующий день.

- Нелли? – спросил удивленно Ярлов, - ты же должна была уже уехать или это была ложь?

- А кто еще это может быть? – ответил голос, - я же говорила, что мы еще встретимся и при других обстоятельствах. Мне кажется, ты хотел продолжения? И я не лгу, просто у меня поменялись планы. Точнее были внесены небольшие корректировки.

Лена присмотрелась в лицо женщины и трудно было рассмотреть ее черты четче, но на встречу сделал шаг второй человек, стоявший рядом с Нелли. Лена сразу признала этого мужчину.

- Вы... - начала Лена, - вы украли у меня сумку и вытащили письмо. Вы были на вокзале. Вы украли у меня письмо. Зачем оно вам?

Мужчина улыбнулся, утвердительно кивнул и начал подбрасывать нож ловя его за лезвие, который держал в руке и затем неожиданно запустил его вперед, где стояли двое белоголовых. Лена резко увернулась, так что лезвие коснулось только плеча, оставив на нем парез.

- Это был я! Должен подметить, ты неплохо бегаешь и не растерялась, что рискнула своей жизнью, чтобы погнаться за мной. Зачем оно мне, это очень хороший и интересный вопрос. Наверное, чтобы понять, как вы связаны с Силией.

- Силией? – спросила Лена, - схватившись рукой за парез.

- С Силией или Аней, как вам будет удобнее, - добавила Нелли, и в ее руке сверкнул нож.

Арий достал еще один нож и кинул его, едва поцарапав Виктора, и собрался кинуть и третий, но отвлекся на шелест дерева, опасаясь, что там кто-то может быть.

Ярловы ломанулись в гущу деревьев, пройдя через негустую прореху кустов, чтобы укрыться. Нелли и мужчина устремились за ними, не давая возможности уйти далеко в темноте в парке. Они понимали, что если упустят их из виду, то здесь им их уже не догнать. Это Нелли поняла сразу, когда только она вошли в этот парк.

- Стойте! Лучше по-хорошему... - кричал мужчина, - если мы вас... - он на секунду замолчал и поправился, - когда мы вас догоним, а мы догоним: мы и не таких догоняли, так легко вы не отделаетесь, - докончил мужчина, - это в ваших интересах, чтобы мы сделали все быстро и, возможно, мы сделаем все безболезненно. Почти.

- Виктор и Лена, вы лишь отсрочиваете неизбежное. Вы должны умереть и то, что вы убегаете и пытаетесь скрыться, вам никак не поможет. Мы же слышим, как вы дышите. Еще чуть-чуть и вы сами сделает за нас нашу работу, только бегая по этим дебрям, - сказала Нелли, держа перед собой все звуки: шебаршение кустов, ветвей и тяжелое дыхание Виктора, которое вело Нелли и ее брата.

- Лучше уж так, чем быть зарезанными двумя ненормальными, - крикнула Лена, - набрав воздуха, чтобы не выдать страх.

- Я долго не смогу бегать, - еле выговаривая слова, произнес Виктор, обращаясь к Лене, чтобы рыжая женщина его не услышала, - я сейчас легкое выплюну.

- Выплюнь, если это поможет тебе бежать дальше. Только не останавливайся.

- Наврятли, если я выплюну свое легкое, я смогу бежать дальше.

- Значит, держи свои легкие при себе, только соберись и продолжай бежать! – шепотом ответила она, - на кону не школьное мероприятие и шоколадка в конце. Речь идет о наших жизнях. Хочешь жить – беги!

Нелли шла быстрым шагом, не видя причин переходить на бег, и когда они прошли через очередную безобразную статую чего-то, что были понатыканы в парке, вышли на тропинку, на которой уже стояли Лена и Виктор. Ярлов тяжело дышал и держался одной рукой за сердце, которое билось больше от нагрузки, чем от страха и пытался отдышаться в полусогнутом положении.

- Давно бы так, - сказала Нелли, - а то видишь ли побегать захотели. Не набегались что ли до этого?

- Из-за вас столько времени потеряли, мы сделаем свое дело и разойдемся: мы домой к себе, а вы в землю и забудем обо всем происшедшем, как о страшном сне... ну мы так точно забудем, - сказал мужчина на которого теперь падал свет уличного фонаря и можно было увидеть некоторое черты его лица и волос. Волосы у мужчины были такие же, как и у Нелли, различие было только в их длине.

- В одном месте красились? - спросила Лена, намекая на цвет волос и пытаясь выиграть время, чтобы подумать.

- А вы? – ответил мужчина.

- Зачем все это? Зачем вы хотите нас убить, Нелли? – спросил Виктор.

- Что за глупый вопрос, Виктор? Я же говорила, что это моя работа. Мне платят, я и убиваю. Здесь нет ничего личного. Просто есть дела, которые нужно выполнять.

- Говорила? – переспросила Лена, - вы уже встречались?

- Было дело, - с ухмылкой ответила Нелли, - и так уж и быть, немного расскажу, почему: мы сначала пришли сюда, чтобы убить одну женщину и забрать у нее одну вещицу. Но оказалось все куда запутанней и эта женщина оказалась не кто попало, а сама дочь Димы Ярлова Анна Ярлова. Поначалу мы не могли понять, почему она перешла в этот мир и должна признаться, что нам не сразу удалось попасть сюда. Для этого дела нам понадобилась помощь ведьмы, но, когда нам все же это удалось, мы, выследив ее, убили, но у нас возникли подозрения и вопрос на счет мотивов перехода и отсутствия нужной нам вещи у трупа, с которого нельзя было спросить. Мы не думали, что она умрет так быстро и унесет информацию о его нахождении с собой.

- Это вы убили нашу сестру? – спросила Лена, - что за вещь вам нужна была?

- Мы. Конечно, это были мы, - ответил мужчина, - а кто бы еще это смог сделать?

Лена призадумалась и произнесла: дневник. Вам нужен был ее дневник.

- Умничка! – ответил мужчина, - судя по содержанию писем, вы тоже его ищите, - и он не только был нужен в прошлом, но и сейчас нам нужен!

- Я продолжу, с вашего позволения! – вмешалась Нелли, - затем мы решили убедиться и побыть здесь еще какое-то время и проследить за вами и за дневником. Когда были похороны, я поняла, что это была Призванная, судя по Смотрящим на похоронах.

- Смотрящие? – переспросил Виктор.

- Да. Смотрящие, - ответила Нелли, - они не приходят к кому попало, а только к Призванным и я начала делать снимки, чтобы узнать, кто придет из людей на ее похороны, чтобы найти этот дневник. Было не так много гостей и мы выследили всех, но на похоронах не было двоих, как выяснилось, но благодаря письмам мы поняли, с чего стоит начать и это прибавило нам работы. Мы не сразу узнали, что у нее есть еще сестра и брат и на это ушло время.

- Это была ты! – закричал Виктор, - это ты снимала все на фотоаппарат и из-за тебя я бегал по кладбищу.

- Для тебя это было полезно, - ответила Нелли, - я было дело чуть от смеха не умерла, когда ты на половине пути устал. За это время я сделал все что хотела и могла не спешить. Когда ты говорил, что ты в посредственной физической форме, я была полностью с тобой согласна. Тебе бы следить за собой.

- Ты же говорила, что не лжешь, а тогда слукавила перед рестораном.

- Я не лукавила, как ты сказал, я просто поддержала тебя и хотела с мотивировать, чтобы ты не запускал себя, но ты не понял намека. Но сейчас это не имеет никакого смысла.

- Так зачем вам нас убивать? – спросила Лена, - забирайте дневник и уходите.

- Как я уже сказала, ничего личного, - начала Нелли, - вы нам ничего плохого не сделали, но Дима Ярлов, как и многие Ярловы, противники тому, что хочет сделать наш наниматель и второе, есть поверите, что изгнанные смогут навредить планам нашего нанимателя и много еще всякого... люди верят всевозможным басням и сказкам и это мешает смотреть трезво на вещи, как по мне, - сказал Нелли.

- Изгнанных бояться, как чумы из-за того, что они якобы могут сделать и, если наш наниматель узнает, что мы нашли потомков Ярлова и не избавились от вас, у нас могут возникнуть проблемы, если вы учудите что-то там в Ардении, - добавил мужчина.

- Хватит тянуть время, - сказала Нелли и бросила свой нож, но Виктор не понял как, но резко повернул свою голову в сторону, и лезвие пролетело в сантиметрах от его лица и угодило в ствол дерева.

Бежать было некуда и Лена схватила ветку, которая лежала под ногами. Мужчина налетел на Виктора и начал его бить, Лена ударила рыжего человека несколько раз по спине палкой, чтобы помочь брату. Нелли кинула свой нож, который влетел в ветку полностью по самую рукоятку. Удар был на столько меткий и неожиданный, что Лена вскрикнула. Виктор смог ударить незнакомца ногой и тот запнулся об торчащий корень дерева.

Мужчина обернулся и швырнул еще один нож, который летел прямо в Лену, но остановился в миге от того, чтобы угодить ей в грудь.

Откуда не возьмись, появилась женщина и поймала летящий в Лену нож рукой за лезвие в нескольких сантиметров от ее груди. Ярлова была в ужасе от возможной смерти и удивлена появлением этой женщины, которая появилась как раз вовремя, чему Лена была рада так как, она спасла ей жизнь.

- Ты! – вскрикнул мужчина, - ты здесь!

- Вы тоже. Я надеялась, что вы сгинули после того, как сделали свое дело,- ответила женщина.

Стоило мужчине произнести эти слова, как пожилая женщина в тот же миг кинула лезвие в его владельца, но тот не успел увернуться, и оно попало прямо в плечо. Нелли после того, как женщина навредила Арию, кинула в отместку несколько ножей подряд. Пожилая женщина легко увернулась от них.

Мужчина хотел наброситься на нее за то, что она кинула в него его же нож, но это уже сделала Нелли. Арий накинулся на Виктора, нанося ему удары по лицу, которое Ярлов закрывал руками, пытаясь ударить в ответ, и ему даже удалось несколько раз это сделать. Заплывшие рубиновой субстанцией глаза сверкали в ночи злобой и вызывали ужас. Такой не каждый день увидишь, чтобы глаза так были заплывшие чем-то непонятным.

Женщина вытащила свой меч, который висел у нее на поясе в ножнах на ремне. Рыжий мужчина уже сбил Виктора с ног на землю и, на прыгнув на него, продолжал его бить. Ярлов защищался как мог, но быстрые удары не давали понять, что происходит. Руки Виктора сами закрывали лицо, он не понимал, как это возможно: то ли это инстинкт самосохранения, то ли это наведение, потому что руки ему не подчинялись и периодически, вопреки его желание, наносили рыжему мужчине удары по корпусу и лицу, когда появлялась такая возможность.

- Дрянь! Ведьма! – закричал мужчина, и его лицо изменилось, когда пожилая женщина лет пятидесяти подставила к горлу мужчины свой меч, оглушив Нелли ударом по голове рукояткой и выбив нож из ее рук.

Тонкая струйка теплой крови из пореза на шеи потекла вниз. Нападавший наполнился злости и встал, пятясь назад к Нелли, которую женщина с клинком в руках приструнила. Продолжая ругаться и не упуская из виду ни меч, ни его обладательницу, он подошел к сестре. У нее из руки шла кровь: выбитый клинок порезал руку Нелли.

- Ты все еще тут? – спросила Нелли, - теперь нет никаких сомнений, что это потомки Ярловых. Призванные сосланные в этот мир заточения, - ты знала, что они тут. Ты все это время знала и хранила это ото всех. Умно. И куда умнее было хранить то, что Силия просто приближенная короля и хороший убийца.

- Ты ничего не знаешь. Ты слепа от денег и власти. Ничего не видишь и не слышишь помимо того, что говорит тебе твой Эдвард, - ответила женщина с мечом.

- А ты много что знаешь? – ответила Нелли, - ты все веришь в эти сказки? Я не могу поверить в то, что вы еще верить в эти сказки с призванием. Призванные никому ничего не обязаны. Мы свободны. И хватит нести эту чушь, что призвание само ведет Призванных.

- Вы заблуждаетесь. От него нельзя уйти. Оно вас настигнет.

- Как? Кто осмелиться встать у нас на пути? Ты забыла, что было с советом, который захотел нас ограничить? Его нет. Мы убили всех из совета.

- Нет. Не все были убиты. И вас настигнут. Если это по силам только Призванным, то это сделаем мы, - ответила женщина.

Арий и Нелли стояли рядом и не спускали взгляд с женщины с мечом.

- Ты хочешь чтобы Призванные шли на Призванных? Ты знаешь сколько крови будет, когда семья на семью осмелиться напасть? – спросил Арий.

- Я знаю! И не хочу этого, но вы все делаете, чтобы так оно и было.

Пожилая женщина видела, как окровавленная рука Нелли пошла наискось к поясу и что-то пытаясь нащупать. Она поняла, что Нелли хотела вытащить свой меч, которого не оказалось с собой.

В стороне раздался звук битого стекла и все невольно повернули голову. Там стояла девушка из рук которой выпали пакеты со всем содержимым.

- Арий? – неуверенно произнесла девушка, - Папа? Лена? - продолжая называть участников этого события, всматривалась в лица, девушка - соседка Зоя? – назвав всех, кого знала по именам девушка, продолжая стоять, как вкопанная, - что здесь происходит?

- Настя! - тепло произнесла Лена, когда разглядела в девушке свою племянницу.

Лена подбежала к Насте и обняла ее крепко, что испачкала ее раной на плече. Нелли и Арий испарились, воспользовавшись этим моментом, когда все обернулись в сторону.

Глава 19 Зоя Ветрова 

Нелли и Арий уже исчезли, испарились в тот момент, когда все отвлеклись на Настю. Она появилась случайно, проходя излюбленным ею маршрутом. В этот раз путь оказался не таким уж и безопасным, трое вооруженных людей и двое из которых пытались убить ее близких: отца и тетю. Под пакетами образовались лужи от разбитых бутылок и банок. Настя была в ужасе и не понимала, как ей реагировать на то, что она сейчас видит. Если до этого ей мерещились люди, которые исчезали и появлялись, то сейчас, она не знала, что и думать.

- Виктор, что здесь происходит? – спросила, удивленная девушка, которую продолжала обнимать Лена.

- Мы сами хотели бы знать, - ответил Виктор, стоя уже на ногах и продолжая смотреть на женщину в руках которой было холодное оружие, - с тобой все хорошо?

Зоя убрала свой меч обратно в ножны, который висел на ее ремне с левой стороны.

- Почему эта женщина и Арий пытались вас убить? – спросила Настя, оторвав от себя руки тети, - как вы здесь оказались?

- Ты знаешь этого мужчину? Ария? – спросила Зоя Настю и посмотрев на Лену добавила, - с вами все хорошо? – показав рукой на плечо из которой шла кровь, и след после которой остался на одежде Насти.

Лена как и Виктор были в шоке и не осознавали, что сейчас произошло. Адреналин бил по организму и все было, как в каком ни будь кино, но в этот раз персонажами были они. Не появись эта женщина с мечом и Лена получила бы клинок в свою грудь, и ее приезд совпал бы с днем ее смерти, и тоже самое ждало бы и ее брата.

После того, как Настя оторвалась от объятий своей тети, девушка посмотрела на своего отца и убедилась, что с ним все хорошо. Виктор вытер кровь со своего лица: Арий разбил ему губу и принялся вытряхать листья с одежды и волос.

- Это долгая история, я не знаю, как такое могло произойти... - начала отвечать на вопрос Зои Настя, - у меня после него в голове все в тумане, каша одним словом, - ответила Настя, - Зоя, что вы здесь делаете? И почему у вас меч?

- Я потом расскажу, но сейчас ответь мне от куда ты знаешь этого мужчину? – продолжила Зоя.

- Не знаю, как такое объяснить, но он мне что-то подмешал и у меня помутилось в рассудке, потом он это сделал и с моей подругой. Потом мы были в ресторане, на двойном свидание и как-то все завертелось и дошло дело до драки и после этого, я его не видела, - ответила Настя. Лена и Виктор внимательно слушали каждое ее слово, приходя в чувства.

- Он был у тебя в квартире? Он что-то сделал тебе? – продолжала задавать вопросы Зоя.

- Нет. Он ничего не сделал со мной, - ответила Настя, глядя на своего отца, - он взял кое-что у меня.

- Что? – с нетерпение спросила Зоя и остановилась, - прости, что напираю. Скажи, что он у тебя взял.

Настя чувствовала себя как на допросе и не понимала, как правильно себя вести и как реагировать на все, что сейчас происходит. Она собралась с мыслями и ответила: письмо. Письмо, что я получила от своей тети.

- Тети Ани, - закончила Лена.

- Но он его забыл в драке вместе с пиджаком в ресторане, - ответила Настя, думая, что ей важно именно оно.

Зоя выдохнула после услышанного и что-то тихо проговорила про себя, что никто не расслышал ее слов: это не дневник! Какая я дура, что просмотрела у себя под носом этого проходимца.

- Оно у меня дома, если вам важно, - добавила Настя, - и, кстати, это то письмо, что передали мне его вы.

Женщина немного попятилась и побродила глазами по сторонам, словно хотела убедиться в том, что никто не следит за ними, что они там одни.

- Я приглядывала за вами и пришла сюда, как только Смотрящие сказали, что вам нужна была помощь. Хоть в этот раз они выполнили, то что я от них требовала, - добавила женщина, - я бы хотела сказать, что без меча даже за хлебом не выхожу, но это будет неправда. Я знала, что эти двое, скорее всего что-то подобное выкинут. И после предупреждения Смотрящих, знала, что меч мне пригодиться.

- Простите, а вы кто? – спросила Лена, - и почему вы за нами приглядывали?

- Я Зоя Ветрова и меня просили приглядеть за вами, пока вы не окажетесь там, где вам суждено быть, - ответила женщина, - я тоже Призванная, как и вы и как эти двое.

Виктор и Лена переглянулись между собой, когда услышали, что она Призванная также, как и Нелли и Арий. Они слышали это слово очень давно и еще от своего отца, но никогда не понимали его значение, которое вкладывал в него Дима и Зоя, но то, что они в последнее время очень часто его слышат не вызывали никакой радости.

- Настя, мне жаль, что я не углядела за тобой и ты встретилась с ним. Поверь, я спрошу со Смотрящих за это. Я пыталась проследить за ними: за Нелли и Арием, когда они появились здесь, но не смогла быть везде одновременно. У меня есть и другие обязанности.

- Ничего страшного не произошло, - начала отвечать Настя, - все закончилось хорошо. А вы всегда были моей соседкой?

- Нет, дорогая. Не всегда.

Женщина улыбнулась на вопрос Насти: ты так похожа на Аню, что словно ты это она, только моложе.

- Что значит слово Призванный? – спросила Лена.

- Это очень долгая история и ее быстро не рассказать, но могу сказать, что Призванные были призваны, созданы для того чтобы поддерживать порядок в землях Ардении и наставлять королей в мудром правлении и соблюдении прядка. Но не все поддерживают эту цель среди Призванных.

- В каком смысле суждено быть? – переспросил Виктор, вытирая свое лицо.

- Не сейчас и не здесь. Придет время и Ардения вас призовет и вы все узнаете сами, - прочеканила холодно Зоя, - у вас сейчас есть поручения, которое вам нужно выполнить всем без исключения, от вашей тети Ани, - добавила женщина, - я уверяю, что все сложиться так, как должно быть и что мы еще встретимся с вами. А сейчас мне нужно идти, пока эти двое не скрылись от меня еще раз. И помните, времени мало и держитесь вместе. В свое время вы все узнаете.

Лена что-то хотела спросить и даже было начала, но Зоя просто испарилась, как если бы ее и не было там.

- Как они исчезают? И кто такие смотрящие? – спросила себя девушка.

Виктор и Лена добрались до квартиры Насти, где обработали свои ссадины, оставленные Арием и Нелли. После чего девушка налила им чай и пока они были заняты, тем что обрабатывали свои раны, прятала свои пустые бутылки и запихивала свои вещи по углам и в места, где их не было бы видно.

- Настя, от куда ты знаешь эту женщину, - спросила Лена.

- Она моя соседка, живет в квартире на против, по крайней мере, она там жила, - ответила Настя.

Когда она ответила, что это ее соседка по лестничной клетке и живет в квартире на против, Лена сразу подошла к двери Зои и начала стучать. Никто не открыл дверь и Лена принялась давить на дверной звонок, звук которого раздался по всей квартире, но никто не открыл дверь и в этот раз. Она подставила ухо к двери и принялась вслушиваться, но никаких звуков не было. В квартире не было никого.

После того, как в квартире на против не оказалось никого, они проследовали на кухню, чтобы попить чай, который Настя приготовила. Рядом стояли пакеты и Лена решила помочь их разложить. Настя попыталась отговорить ее от этого, но было поздно. Лена и Виктор заглянули внутрь и увидели, что в преимуществе, это были битые бутылки от вина. Все внутри было в стекле и в разлитом вине. Уцелели только те продукты, что имели герметичные упаковки.

- Это для одного мероприятия, - сказала Настя, когда они заглянули внутрь, - я не собиралась пить это все одна, - добавила девушка, - и это не ваше дело, между прочем. И я не ребенок, чтобы отчитываться и оправдываться перед вами.

- Мы тебе ничего не сказали, - ответила Лена, - это твое дело и никто не спорит с тобой.

- Еще бы вы что-то сказали на счет этого. Но вы подумали о том, о чем не решились сказать, - ответила Настя.

- Пожалуйста, не решай и не гадай, что другие думают. Ты и понятия не имеешь, что у других может быть в голове и делаешь уже свои выводы, - сказал Виктор, - если быть честным, то сейчас ни я ни твоя тетя не отказались бы от этого вина. Не каждый день происходят такие события.

Настя немного покраснела и не стала больше ничего говорит на эту тему. Виктор и Лена разобрали два пакета и вытерев обертки продуктов, которые можно было спасти, убрали их по надлежащим местам, а все остальное выкинули. На полу остались следы, что накапали от вина, которые девушка быстро вытерла.

- Она Призванная так же, как Нелли и Арий, - в полголоса, чтобы не слышала Настя, произнесла Лена, - им нужен дневник. Из-за него они здесь.

- Я тоже это слышал, что им нужен этот дневник. В Настином письме не было ни слова об дневнике и в Павликином тоже, - также тихо, ответил Виктор.

- Они все объявились в тот момент, когда начались эти перемещения в другой мир, - добавила, также тихо Лена, - ни раньше, ни позже.

Настя закончила вытирать пол и обновила чай, потому что тот уже остыл. Потом она достала все, что было к чаю: вафли, печенье и старые шоколадные конфеты, которые покупала когда-то и которые не рисковала есть. Катя говорила, что об них можно сломать зубы.

Лена и Виктор сели за стол и принялись пить чай, Лена все спрашивала, чем занимается ее племянница. Настя отвечала односложно на множество ее вопросов. Настя подумала, что сейчас идеальный момент, чтобы расспросить Виктора и Лену об интересующих ее вопросах. Другого такого момента может и не представиться.

- Зачем они хотели вас убить? – прервав тетю, спросила Настя, - и что за другой мир, почему я оказываюсь там на какое-то время и возвращаюсь обратно?

Виктор и Лена невзначай посмотрели на часы, сделав вид, что уже очень поздно и им нужно уже идти. Времени действительно было без несколько минут полночь.

- Они хотели убить не нас, а нас всех. Всех, кто носит фамилию Ярловых. Просто мы попались им в том парке и, если бы не та женщина, кто знает, чем все могло закончится, - ответила Лена, - они не убили нас до этого, только потому что не знали, кто мы.

- И кто мы? – спросила Настя.

- Потомки Димы Ярлова, - ответил Виктор, - и это они убили Аню.

Настя после этих слов поменялась в лице, если до этого она была зла на то, что никто не дает ей ответов о другом мире. То сейчас, когда она знает, что их хотят убить и то, что убийца был у нее дома – ей стало страшно. Она осознала, что в ее квартире был убийца ее тети и ее спасло только то, что он не знал, что она потомок Димы Ярлова, а Аня Ярлова ее тетя.

Виктор и Леня встали из-за стола и пошли в коридор, чтобы взять верхнюю одежду и обувь. Если до этого Виктор не обратил внимание на то, что происходило в квартире дочери из-за того, что у него из носа шла кровь, то сейчас он увидел все. Разбросанные вещи, которые небрежно были спрятаны из виду, по всей видимости в попыхах, подумал он. Да и плохое освещение давило на глаза и квартира казалась меньше и тусклее, чем она являлась на самом деле, это Виктор знал очень хорошо. Правильное освещение – половина хороший работы, это правило, которому придерживался он в работе с фотографией.

- Вы ничего не хотите сказать? – спросила Настя, когда те уже собирались уходить.

Лена подошла к племяннице и крепко обняла.

- Я давно хотела это сделать. Прости, что не смогла быть на похоронах Ани, Виктор сказал, что ты переживала, что меня не было. Я хотела быть, но была далеко и не получилось прилететь раньше. Поверь мне, я знаю, что у тебя много вопросов и тебе может быть страшно из-за всего этого, но поверь, нам страшно не меньше твоего, - сказала Лена.

- Настя, ты считаешь меня бездушным монстром, но то, что ты хочешь знать, я не могу тебе сказать... - Виктор немного потупился, - но я родом, как и твои тети из того мира, что ты иногда видишь...

- Ты о чем? – спросила Настя, не понимая, что говорит Виктор, - от куда ты?

- Этот мир не наш... и мы сюда попали, когда были еще совсем юными, а Павлик был совсем мал, чтобы что-то помнить из того мира, - добавил Виктор.

- Виктор! – крикнула Лена, смотря на брата испепеляющим взглядом.

- Что? – спросила Настя, - почему ты не говорил раньше? Почему ты столько лет хранил это от меня?

- Это все что мы можем сказать, поверь это для твоего блага и не только... Придет время, и ты поймешь, - сказала Лена, - я так надеюсь на это, что все это не зря, - проговорила себе под нос Лена и ее услышал только Виктор.

- Не говорите эту чушь, что это все ради моего блага. Я вас ненавижу и ваши тайны я тоже ненавижу! Из-за вас у меня... вы испортили детство Павлику, вы заставили его думать, что он лгун и все придумал, про то, что он действительно видел.

Виктор хотел что-то добавить, и его лицо наполнилось сожалением, но Насте было все равно, она была в ярости и не хотела слушать больше ни слова из их уст.

- Уходите! Я не хочу вас больше видеть! Я не хочу больше слушать вашу ложь, эту чушь! Как же я вас ненавижу! Мне плевать на все это! Я не хочу больше ничего знать о другом мире, об убийцах... храните свои тайны и уносите их в могилы!

- Настя! – вскрикнула Лена.

- Уходите! Я не хочу вас больше никогда видеть! – сказал Настя.

Лена хотела обнять племянницу еще раз, но Виктор схватил ее за локоть и отдернул, дав знать, что лучше этого не делать и вывел ее из квартиры. Стоило им выйти за порог, как Настя сильным движением толкнула дверь, что звук раздался по всему подъезду и взамен глухого звука хлопающей двери, донесся звонкий и раздражающий лай собаки этажами ниже.

Глава 20 Тайна молчания

Нелли и Арий уже исчезли, испарились в тот момент, когда все отвлеклись на Настю. Она появилась случайно, проходя излюбленным ею маршрутом. В этот раз путь оказался не таким уж и безопасным, трое вооруженных людей и двое из которых пытались убить ее близких: отца и тетю. Под пакетами образовались лужи от разбитых бутылок и банок. Настя была в ужасе и не понимала, как ей реагировать на то, что она сейчас видит. Если до этого ей мерещились люди, которые исчезали и появлялись, то сейчас, она не знала, что и думать.

- Виктор, что здесь происходит? – спросила, удивленная девушка, которую продолжала обнимать Лена.

- Мы сами хотели бы знать, - ответил Виктор, стоя уже на ногах и продолжая смотреть на женщину в руках которой было холодное оружие, - с тобой все хорошо?

Зоя убрала свой меч обратно в ножны, который висел на ее ремне с левой стороны.

- Почему эта женщина и Арий пытались вас убить? – спросила Настя, оторвав от себя руки тети, - как вы здесь оказались?

- Ты знаешь этого мужчину? Ария? – спросила Зоя Настю и посмотрев на Лену добавила, - с вами все хорошо? – показав рукой на плечо из которой шла кровь, и след после которой остался на одежде Насти.

Лена как и Виктор были в шоке и не осознавали, что сейчас произошло. Адреналин бил по организму и все было, как в каком ни будь кино, но в этот раз персонажами были они. Не появись эта женщина с мечом и Лена получила бы клинок в свою грудь, и ее приезд совпал бы с днем ее смерти, и тоже самое ждало бы и ее брата.

После того, как Настя оторвалась от объятий своей тети, девушка посмотрела на своего отца и убедилась, что с ним все хорошо. Виктор вытер кровь со своего лица: Арий разбил ему губу и принялся вытряхать листья с одежды и волос.

- Это долгая история, я не знаю, как такое могло произойти... - начала отвечать на вопрос Зои Настя, - у меня после него в голове все в тумане, каша одним словом, - ответила Настя, - Зоя, что вы здесь делаете? И почему у вас меч?

- Я потом расскажу, но сейчас ответь мне от куда ты знаешь этого мужчину? – продолжила Зоя.

- Не знаю, как такое объяснить, но он мне что-то подмешал и у меня помутилось в рассудке, потом он это сделал и с моей подругой. Потом мы были в ресторане, на двойном свидание и как-то все завертелось и дошло дело до драки и после этого, я его не видела, - ответила Настя. Лена и Виктор внимательно слушали каждое ее слово, приходя в чувства.

- Он был у тебя в квартире? Он что-то сделал тебе? – продолжала задавать вопросы Зоя.

- Нет. Он ничего не сделал со мной, - ответила Настя, глядя на своего отца, - он взял кое-что у меня.

- Что? – с нетерпение спросила Зоя и остановилась, - прости, что напираю. Скажи, что он у тебя взял.

Настя чувствовала себя как на допросе и не понимала, как правильно себя вести и как реагировать на все, что сейчас происходит. Она собралась с мыслями и ответила: письмо. Письмо, что я получила от своей тети.

- Тети Ани, - закончила Лена.

- Но он его забыл в драке вместе с пиджаком в ресторане, - ответила Настя, думая, что ей важно именно оно.

Зоя выдохнула после услышанного и что-то тихо проговорила про себя, что никто не расслышал ее слов: это не дневник! Какая я дура, что просмотрела у себя под носом этого проходимца.

- Оно у меня дома, если вам важно, - добавила Настя, - и, кстати, это то письмо, что передали мне его вы.

Женщина немного попятилась и побродила глазами по сторонам, словно хотела убедиться в том, что никто не следит за ними, что они там одни.

- Я приглядывала за вами и пришла сюда, как только Смотрящие сказали, что вам нужна была помощь. Хоть в этот раз они выполнили, то что я от них требовала, - добавила женщина, - я бы хотела сказать, что без меча даже за хлебом не выхожу, но это будет неправда. Я знала, что эти двое, скорее всего что-то подобное выкинут. И после предупреждения Смотрящих, знала, что меч мне пригодиться.

- Простите, а вы кто? – спросила Лена, - и почему вы за нами приглядывали?

- Я Зоя Ветрова и меня просили приглядеть за вами, пока вы не окажетесь там, где вам суждено быть, - ответила женщина, - я тоже Призванная, как и вы и как эти двое.

Виктор и Лена переглянулись между собой, когда услышали, что она Призванная также, как и Нелли и Арий. Они слышали это слово очень давно и еще от своего отца, но никогда не понимали его значение, которое вкладывал в него Дима и Зоя, но то, что они в последнее время очень часто его слышат не вызывали никакой радости.

- Настя, мне жаль, что я не углядела за тобой и ты встретилась с ним. Поверь, я спрошу со Смотрящих за это. Я пыталась проследить за ними: за Нелли и Арием, когда они появились здесь, но не смогла быть везде одновременно. У меня есть и другие обязанности.

- Ничего страшного не произошло, - начала отвечать Настя, - все закончилось хорошо. А вы всегда были моей соседкой?

- Нет, дорогая. Не всегда.

Женщина улыбнулась на вопрос Насти: ты так похожа на Аню, что словно ты это она, только моложе.

- Что значит слово Призванный? – спросила Лена.

- Это очень долгая история и ее быстро не рассказать, но могу сказать, что Призванные были призваны, созданы для того чтобы поддерживать порядок в землях Ардении и наставлять королей в мудром правлении и соблюдении прядка. Но не все поддерживают эту цель среди Призванных.

- В каком смысле суждено быть? – переспросил Виктор, вытирая свое лицо.

- Не сейчас и не здесь. Придет время и Ардения вас призовет и вы все узнаете сами, - прочеканила холодно Зоя, - у вас сейчас есть поручения, которое вам нужно выполнить всем без исключения, от вашей тети Ани, - добавила женщина, - я уверяю, что все сложиться так, как должно быть и что мы еще встретимся с вами. А сейчас мне нужно идти, пока эти двое не скрылись от меня еще раз. И помните, времени мало и держитесь вместе. В свое время вы все узнаете.

Лена что-то хотела спросить и даже было начала, но Зоя просто испарилась, как если бы ее и не было там.

- Как они исчезают? И кто такие смотрящие? – спросила себя девушка.

Виктор и Лена добрались до квартиры Насти, где обработали свои ссадины, оставленные Арием и Нелли. После чего девушка налила им чай и пока они были заняты, тем что обрабатывали свои раны, прятала свои пустые бутылки и запихивала свои вещи по углам и в места, где их не было бы видно.

- Настя, от куда ты знаешь эту женщину, - спросила Лена.

- Она моя соседка, живет в квартире на против, по крайней мере, она там жила, - ответила Настя.

Когда она ответила, что это ее соседка по лестничной клетке и живет в квартире на против, Лена сразу подошла к двери Зои и начала стучать. Никто не открыл дверь и Лена принялась давить на дверной звонок, звук которого раздался по всей квартире, но никто не открыл дверь и в этот раз. Она подставила ухо к двери и принялась вслушиваться, но никаких звуков не было. В квартире не было никого.

После того, как в квартире на против не оказалось никого, они проследовали на кухню, чтобы попить чай, который Настя приготовила. Рядом стояли пакеты и Лена решила помочь их разложить. Настя попыталась отговорить ее от этого, но было поздно. Лена и Виктор заглянули внутрь и увидели, что в преимуществе, это были битые бутылки от вина. Все внутри было в стекле и в разлитом вине. Уцелели только те продукты, что имели герметичные упаковки.

- Это для одного мероприятия, - сказала Настя, когда они заглянули внутрь, - я не собиралась пить это все одна, - добавила девушка, - и это не ваше дело, между прочем. И я не ребенок, чтобы отчитываться и оправдываться перед вами.

- Мы тебе ничего не сказали, - ответила Лена, - это твое дело и никто не спорит с тобой.

- Еще бы вы что-то сказали на счет этого. Но вы подумали о том, о чем не решились сказать, - ответила Настя.

- Пожалуйста, не решай и не гадай, что другие думают. Ты и понятия не имеешь, что у других может быть в голове и делаешь уже свои выводы, - сказал Виктор, - если быть честным, то сейчас ни я ни твоя тетя не отказались бы от этого вина. Не каждый день происходят такие события.

Настя немного покраснела и не стала больше ничего говорит на эту тему. Виктор и Лена разобрали два пакета и вытерев обертки продуктов, которые можно было спасти, убрали их по надлежащим местам, а все остальное выкинули. На полу остались следы, что накапали от вина, которые девушка быстро вытерла.

- Она Призванная так же, как Нелли и Арий, - в полголоса, чтобы не слышала Настя, произнесла Лена, - им нужен дневник. Из-за него они здесь.

- Я тоже это слышал, что им нужен этот дневник. В Настином письме не было ни слова об дневнике и в Павликином тоже, - также тихо, ответил Виктор.

- Они все объявились в тот момент, когда начались эти перемещения в другой мир, - добавила, также тихо Лена, - ни раньше, ни позже.

Настя закончила вытирать пол и обновила чай, потому что тот уже остыл. Потом она достала все, что было к чаю: вафли, печенье и старые шоколадные конфеты, которые покупала когда-то и которые не рисковала есть. Катя говорила, что об них можно сломать зубы.

Лена и Виктор сели за стол и принялись пить чай, Лена все спрашивала, чем занимается ее племянница. Настя отвечала односложно на множество ее вопросов. Настя подумала, что сейчас идеальный момент, чтобы расспросить Виктора и Лену об интересующих ее вопросах. Другого такого момента может и не представиться.

- Зачем они хотели вас убить? – прервав тетю, спросила Настя, - и что за другой мир, почему я оказываюсь там на какое-то время и возвращаюсь обратно?

Виктор и Лена невзначай посмотрели на часы, сделав вид, что уже очень поздно и им нужно уже идти. Времени действительно было без несколько минут полночь.

- Они хотели убить не нас, а нас всех. Всех, кто носит фамилию Ярловых. Просто мы попались им в том парке и, если бы не та женщина, кто знает, чем все могло закончится, - ответила Лена, - они не убили нас до этого, только потому что не знали, кто мы.

- И кто мы? – спросила Настя.

- Потомки Димы Ярлова, - ответил Виктор, - и это они убили Аню.

Настя после этих слов поменялась в лице, если до этого она была зла на то, что никто не дает ей ответов о другом мире. То сейчас, когда она знает, что их хотят убить и то, что убийца был у нее дома – ей стало страшно. Она осознала, что в ее квартире был убийца ее тети и ее спасло только то, что он не знал, что она потомок Димы Ярлова, а Аня Ярлова ее тетя.

Виктор и Леня встали из-за стола и пошли в коридор, чтобы взять верхнюю одежду и обувь. Если до этого Виктор не обратил внимание на то, что происходило в квартире дочери из-за того, что у него из носа шла кровь, то сейчас он увидел все. Разбросанные вещи, которые небрежно были спрятаны из виду, по всей видимости в попыхах, подумал он. Да и плохое освещение давило на глаза и квартира казалась меньше и тусклее, чем она являлась на самом деле, это Виктор знал очень хорошо. Правильное освещение – половина хороший работы, это правило, которому придерживался он в работе с фотографией.

- Вы ничего не хотите сказать? – спросила Настя, когда те уже собирались уходить.

Лена подошла к племяннице и крепко обняла.

- Я давно хотела это сделать. Прости, что не смогла быть на похоронах Ани, Виктор сказал, что ты переживала, что меня не было. Я хотела быть, но была далеко и не получилось прилететь раньше. Поверь мне, я знаю, что у тебя много вопросов и тебе может быть страшно из-за всего этого, но поверь, нам страшно не меньше твоего, - сказала Лена.

- Настя, ты считаешь меня бездушным монстром, но то, что ты хочешь знать, я не могу тебе сказать... - Виктор немного потупился, - но я родом, как и твои тети из того мира, что ты иногда видишь...

- Ты о чем? – спросила Настя, не понимая, что говорит Виктор, - от куда ты?

- Этот мир не наш... и мы сюда попали, когда были еще совсем юными, а Павлик был совсем мал, чтобы что-то помнить из того мира, - добавил Виктор.

- Виктор! – крикнула Лена, смотря на брата испепеляющим взглядом.

- Что? – спросила Настя, - почему ты не говорил раньше? Почему ты столько лет хранил это от меня?

- Это все что мы можем сказать, поверь это для твоего блага и не только... Придет время, и ты поймешь, - сказала Лена, - я так надеюсь на это, что все это не зря, - проговорила себе под нос Лена и ее услышал только Виктор.

- Не говорите эту чушь, что это все ради моего блага. Я вас ненавижу и ваши тайны я тоже ненавижу! Из-за вас у меня... вы испортили детство Павлику, вы заставили его думать, что он лгун и все придумал, про то, что он действительно видел.

Виктор хотел что-то добавить, и его лицо наполнилось сожалением, но Насте было все равно, она была в ярости и не хотела слушать больше ни слова из их уст.

- Уходите! Я не хочу вас больше видеть! Я не хочу больше слушать вашу ложь, эту чушь! Как же я вас ненавижу! Мне плевать на все это! Я не хочу больше ничего знать о другом мире, об убийцах... храните свои тайны и уносите их в могилы!

- Настя! – вскрикнула Лена.

- Уходите! Я не хочу вас больше никогда видеть! – сказал Настя.

Лена хотела обнять племянницу еще раз, но Виктор схватил ее за локоть и отдернул, дав знать, что лучше этого не делать и вывел ее из квартиры. Стоило им выйти за порог, как Настя сильным движением толкнула дверь, что звук раздался по всему подъезду и взамен глухого звука хлопающей двери, донесся звонкий и раздражающий лай собаки этажами ниже.

Глава 21 Подготовка к свадьбе

Нелли и Арий уже исчезли, испарились в тот момент, когда все отвлеклись на Настю. Она появилась случайно, проходя излюбленным ею маршрутом. В этот раз путь оказался не таким уж и безопасным, трое вооруженных людей и двое из которых пытались убить ее близких: отца и тетю. Под пакетами образовались лужи от разбитых бутылок и банок. Настя была в ужасе и не понимала, как ей реагировать на то, что она сейчас видит. Если до этого ей мерещились люди, которые исчезали и появлялись, то сейчас, она не знала, что и думать.

- Виктор, что здесь происходит? – спросила, удивленная девушка, которую продолжала обнимать Лена.

- Мы сами хотели бы знать, - ответил Виктор, стоя уже на ногах и продолжая смотреть на женщину в руках которой было холодное оружие, - с тобой все хорошо?

Зоя убрала свой меч обратно в ножны, который висел на ее ремне с левой стороны.

- Почему эта женщина и Арий пытались вас убить? – спросила Настя, оторвав от себя руки тети, - как вы здесь оказались?

- Ты знаешь этого мужчину? Ария? – спросила Зоя Настю и посмотрев на Лену добавила, - с вами все хорошо? – показав рукой на плечо из которой шла кровь, и след после которой остался на одежде Насти.

Лена как и Виктор были в шоке и не осознавали, что сейчас произошло. Адреналин бил по организму и все было, как в каком ни будь кино, но в этот раз персонажами были они. Не появись эта женщина с мечом и Лена получила бы клинок в свою грудь, и ее приезд совпал бы с днем ее смерти, и тоже самое ждало бы и ее брата.

После того, как Настя оторвалась от объятий своей тети, девушка посмотрела на своего отца и убедилась, что с ним все хорошо. Виктор вытер кровь со своего лица: Арий разбил ему губу и принялся вытряхать листья с одежды и волос.

- Это долгая история, я не знаю, как такое могло произойти... - начала отвечать на вопрос Зои Настя, - у меня после него в голове все в тумане, каша одним словом, - ответила Настя, - Зоя, что вы здесь делаете? И почему у вас меч?

- Я потом расскажу, но сейчас ответь мне от куда ты знаешь этого мужчину? – продолжила Зоя.

- Не знаю, как такое объяснить, но он мне что-то подмешал и у меня помутилось в рассудке, потом он это сделал и с моей подругой. Потом мы были в ресторане, на двойном свидание и как-то все завертелось и дошло дело до драки и после этого, я его не видела, - ответила Настя. Лена и Виктор внимательно слушали каждое ее слово, приходя в чувства.

- Он был у тебя в квартире? Он что-то сделал тебе? – продолжала задавать вопросы Зоя.

- Нет. Он ничего не сделал со мной, - ответила Настя, глядя на своего отца, - он взял кое-что у меня.

- Что? – с нетерпение спросила Зоя и остановилась, - прости, что напираю. Скажи, что он у тебя взял.

Настя чувствовала себя как на допросе и не понимала, как правильно себя вести и как реагировать на все, что сейчас происходит. Она собралась с мыслями и ответила: письмо. Письмо, что я получила от своей тети.

- Тети Ани, - закончила Лена.

- Но он его забыл в драке вместе с пиджаком в ресторане, - ответила Настя, думая, что ей важно именно оно.

Зоя выдохнула после услышанного и что-то тихо проговорила про себя, что никто не расслышал ее слов: это не дневник! Какая я дура, что просмотрела у себя под носом этого проходимца.

- Оно у меня дома, если вам важно, - добавила Настя, - и, кстати, это то письмо, что передали мне его вы.

Женщина немного попятилась и побродила глазами по сторонам, словно хотела убедиться в том, что никто не следит за ними, что они там одни.

- Я приглядывала за вами и пришла сюда, как только Смотрящие сказали, что вам нужна была помощь. Хоть в этот раз они выполнили, то что я от них требовала, - добавила женщина, - я бы хотела сказать, что без меча даже за хлебом не выхожу, но это будет неправда. Я знала, что эти двое, скорее всего что-то подобное выкинут. И после предупреждения Смотрящих, знала, что меч мне пригодиться.

- Простите, а вы кто? – спросила Лена, - и почему вы за нами приглядывали?

- Я Зоя Ветрова и меня просили приглядеть за вами, пока вы не окажетесь там, где вам суждено быть, - ответила женщина, - я тоже Призванная, как и вы и как эти двое.

Виктор и Лена переглянулись между собой, когда услышали, что она Призванная также, как и Нелли и Арий. Они слышали это слово очень давно и еще от своего отца, но никогда не понимали его значение, которое вкладывал в него Дима и Зоя, но то, что они в последнее время очень часто его слышат не вызывали никакой радости.

- Настя, мне жаль, что я не углядела за тобой и ты встретилась с ним. Поверь, я спрошу со Смотрящих за это. Я пыталась проследить за ними: за Нелли и Арием, когда они появились здесь, но не смогла быть везде одновременно. У меня есть и другие обязанности.

- Ничего страшного не произошло, - начала отвечать Настя, - все закончилось хорошо. А вы всегда были моей соседкой?

- Нет, дорогая. Не всегда.

Женщина улыбнулась на вопрос Насти: ты так похожа на Аню, что словно ты это она, только моложе.

- Что значит слово Призванный? – спросила Лена.

- Это очень долгая история и ее быстро не рассказать, но могу сказать, что Призванные были призваны, созданы для того чтобы поддерживать порядок в землях Ардении и наставлять королей в мудром правлении и соблюдении прядка. Но не все поддерживают эту цель среди Призванных.

- В каком смысле суждено быть? – переспросил Виктор, вытирая свое лицо.

- Не сейчас и не здесь. Придет время и Ардения вас призовет и вы все узнаете сами, - прочеканила холодно Зоя, - у вас сейчас есть поручения, которое вам нужно выполнить всем без исключения, от вашей тети Ани, - добавила женщина, - я уверяю, что все сложиться так, как должно быть и что мы еще встретимся с вами. А сейчас мне нужно идти, пока эти двое не скрылись от меня еще раз. И помните, времени мало и держитесь вместе. В свое время вы все узнаете.

Лена что-то хотела спросить и даже было начала, но Зоя просто испарилась, как если бы ее и не было там.

- Как они исчезают? И кто такие смотрящие? – спросила себя девушка.

Виктор и Лена добрались до квартиры Насти, где обработали свои ссадины, оставленные Арием и Нелли. После чего девушка налила им чай и пока они были заняты, тем что обрабатывали свои раны, прятала свои пустые бутылки и запихивала свои вещи по углам и в места, где их не было бы видно.

- Настя, от куда ты знаешь эту женщину, - спросила Лена.

- Она моя соседка, живет в квартире на против, по крайней мере, она там жила, - ответила Настя.

Когда она ответила, что это ее соседка по лестничной клетке и живет в квартире на против, Лена сразу подошла к двери Зои и начала стучать. Никто не открыл дверь и Лена принялась давить на дверной звонок, звук которого раздался по всей квартире, но никто не открыл дверь и в этот раз. Она подставила ухо к двери и принялась вслушиваться, но никаких звуков не было. В квартире не было никого.

После того, как в квартире на против не оказалось никого, они проследовали на кухню, чтобы попить чай, который Настя приготовила. Рядом стояли пакеты и Лена решила помочь их разложить. Настя попыталась отговорить ее от этого, но было поздно. Лена и Виктор заглянули внутрь и увидели, что в преимуществе, это были битые бутылки от вина. Все внутри было в стекле и в разлитом вине. Уцелели только те продукты, что имели герметичные упаковки.

- Это для одного мероприятия, - сказала Настя, когда они заглянули внутрь, - я не собиралась пить это все одна, - добавила девушка, - и это не ваше дело, между прочем. И я не ребенок, чтобы отчитываться и оправдываться перед вами.

- Мы тебе ничего не сказали, - ответила Лена, - это твое дело и никто не спорит с тобой.

- Еще бы вы что-то сказали на счет этого. Но вы подумали о том, о чем не решились сказать, - ответила Настя.

- Пожалуйста, не решай и не гадай, что другие думают. Ты и понятия не имеешь, что у других может быть в голове и делаешь уже свои выводы, - сказал Виктор, - если быть честным, то сейчас ни я ни твоя тетя не отказались бы от этого вина. Не каждый день происходят такие события.

Настя немного покраснела и не стала больше ничего говорит на эту тему. Виктор и Лена разобрали два пакета и вытерев обертки продуктов, которые можно было спасти, убрали их по надлежащим местам, а все остальное выкинули. На полу остались следы, что накапали от вина, которые девушка быстро вытерла.

- Она Призванная так же, как Нелли и Арий, - в полголоса, чтобы не слышала Настя, произнесла Лена, - им нужен дневник. Из-за него они здесь.

- Я тоже это слышал, что им нужен этот дневник. В Настином письме не было ни слова об дневнике и в Павликином тоже, - также тихо, ответил Виктор.

- Они все объявились в тот момент, когда начались эти перемещения в другой мир, - добавила, также тихо Лена, - ни раньше, ни позже.

Настя закончила вытирать пол и обновила чай, потому что тот уже остыл. Потом она достала все, что было к чаю: вафли, печенье и старые шоколадные конфеты, которые покупала когда-то и которые не рисковала есть. Катя говорила, что об них можно сломать зубы.

Лена и Виктор сели за стол и принялись пить чай, Лена все спрашивала, чем занимается ее племянница. Настя отвечала односложно на множество ее вопросов. Настя подумала, что сейчас идеальный момент, чтобы расспросить Виктора и Лену об интересующих ее вопросах. Другого такого момента может и не представиться.

- Зачем они хотели вас убить? – прервав тетю, спросила Настя, - и что за другой мир, почему я оказываюсь там на какое-то время и возвращаюсь обратно?

Виктор и Лена невзначай посмотрели на часы, сделав вид, что уже очень поздно и им нужно уже идти. Времени действительно было без несколько минут полночь.

- Они хотели убить не нас, а нас всех. Всех, кто носит фамилию Ярловых. Просто мы попались им в том парке и, если бы не та женщина, кто знает, чем все могло закончится, - ответила Лена, - они не убили нас до этого, только потому что не знали, кто мы.

- И кто мы? – спросила Настя.

- Потомки Димы Ярлова, - ответил Виктор, - и это они убили Аню.

Настя после этих слов поменялась в лице, если до этого она была зла на то, что никто не дает ей ответов о другом мире. То сейчас, когда она знает, что их хотят убить и то, что убийца был у нее дома – ей стало страшно. Она осознала, что в ее квартире был убийца ее тети и ее спасло только то, что он не знал, что она потомок Димы Ярлова, а Аня Ярлова ее тетя.

Виктор и Леня встали из-за стола и пошли в коридор, чтобы взять верхнюю одежду и обувь. Если до этого Виктор не обратил внимание на то, что происходило в квартире дочери из-за того, что у него из носа шла кровь, то сейчас он увидел все. Разбросанные вещи, которые небрежно были спрятаны из виду, по всей видимости в попыхах, подумал он. Да и плохое освещение давило на глаза и квартира казалась меньше и тусклее, чем она являлась на самом деле, это Виктор знал очень хорошо. Правильное освещение – половина хороший работы, это правило, которому придерживался он в работе с фотографией.

- Вы ничего не хотите сказать? – спросила Настя, когда те уже собирались уходить.

Лена подошла к племяннице и крепко обняла.

- Я давно хотела это сделать. Прости, что не смогла быть на похоронах Ани, Виктор сказал, что ты переживала, что меня не было. Я хотела быть, но была далеко и не получилось прилететь раньше. Поверь мне, я знаю, что у тебя много вопросов и тебе может быть страшно из-за всего этого, но поверь, нам страшно не меньше твоего, - сказала Лена.

- Настя, ты считаешь меня бездушным монстром, но то, что ты хочешь знать, я не могу тебе сказать... - Виктор немного потупился, - но я родом, как и твои тети из того мира, что ты иногда видишь...

- Ты о чем? – спросила Настя, не понимая, что говорит Виктор, - от куда ты?

- Этот мир не наш... и мы сюда попали, когда были еще совсем юными, а Павлик был совсем мал, чтобы что-то помнить из того мира, - добавил Виктор.

- Виктор! – крикнула Лена, смотря на брата испепеляющим взглядом.

- Что? – спросила Настя, - почему ты не говорил раньше? Почему ты столько лет хранил это от меня?

- Это все что мы можем сказать, поверь это для твоего блага и не только... Придет время, и ты поймешь, - сказала Лена, - я так надеюсь на это, что все это не зря, - проговорила себе под нос Лена и ее услышал только Виктор.

- Не говорите эту чушь, что это все ради моего блага. Я вас ненавижу и ваши тайны я тоже ненавижу! Из-за вас у меня... вы испортили детство Павлику, вы заставили его думать, что он лгун и все придумал, про то, что он действительно видел.

Виктор хотел что-то добавить, и его лицо наполнилось сожалением, но Насте было все равно, она была в ярости и не хотела слушать больше ни слова из их уст.

- Уходите! Я не хочу вас больше видеть! Я не хочу больше слушать вашу ложь, эту чушь! Как же я вас ненавижу! Мне плевать на все это! Я не хочу больше ничего знать о другом мире, об убийцах... храните свои тайны и уносите их в могилы!

- Настя! – вскрикнула Лена.

- Уходите! Я не хочу вас больше никогда видеть! – сказал Настя.

Лена хотела обнять племянницу еще раз, но Виктор схватил ее за локоть и отдернул, дав знать, что лучше этого не делать и вывел ее из квартиры. Стоило им выйти за порог, как Настя сильным движением толкнула дверь, что звук раздался по всему подъезду и взамен глухого звука хлопающей двери, донесся звонкий и раздражающий лай собаки этажами ниже.

Глава 22 Поликлиника

Настя лежала в своей постели и рассматривала выцветший потолок комнаты. За все те годы, которые девушка живет в этой квартире, она уже изучила его досконально.

Потолок был обычным, пустым, монотонным и невзрачным и лишь позолоченные светильники разбавляли скуку, которую наводили желтые пятна на нем, играющим светом, стоило лучам солнца пробраться сквозь окно, или когда Настя включала светильники в комнате. Отблески золотых узоров начинали прыгать по стенам, как заведенные и привносили что-то интересное в комнату.

До назойливого звука будильника, который должен был ее разбудить в семь утра, чтобы она успела собраться к приходу Кати, оставалось еще целых четыре минуты. Лучшая подруга хотела сопроводит ее на обследование, и Настя не могла позволить себе подвести ее в этом. Она была так добра.

Если в любой другой день Настя могла спать крепким сном в такую рань, то сегодня сон избегал девушку, а глаза не хотели сомкнуться, чтобы дать возможность отдохнуть ей хотя бы немного.

Мысли крутились в голове девушки и не давали покоя. Нужно уже давно поменять постельное белье на новое, а это бросить в стирку, но ей было так лень. И так сойдет – потом поменяю, - оправдывалась она. К тому же нужно сделать ремонт, я его не делала с момента как сюда переехала. Было бы неплохо обновить свой гардероб, а так же давно хотела заняться делами связанными с поиском новой работы, да и вообще много у меня дел. Как же не хочется всем этим заниматься, - говорила она себе.

Было четкое разделение между тем, что нужно и что хочется на самом деле.

Настало то время, когда свет начал пробираться сквозь закрытые занавески через тонкую щель, которую Настя пропустила, и позолоченные узоры начали блестеть на свету, начал звенеть будильник и настало время поднимать свою задницу с кровати, чтобы отнести себя в ванную комнату и начать приводить себя в порядок. Этого ей не хотелось еще больше. Предстоящая процедура, которая ждала ее тяготела над ней и не давала покоя, не позволяла расслабиться. Будь у нее больше сил и воли – она бы твердо возразила Кате, которая уговорила ее пройти обследование у ее дяди, у уважаемого и хорошего специалиста в своей области. Но Настя не смогла возразить и теперь она вынуждена идти в поликлинику в сопровождении ее лучшей и единственной подруги.

Девушка не понимала, что ее так гложет. Было странно для нее осознавать, что она не хочет куда-то идти или она боится врачей или клиник.

- Нет, - думала она.

Ярлова признавалась себе, что обиться услышать то, что ей может не понравиться. Если она чего-то не знает, значит этого и нет, а значит и не стоит об этом думать и париться. Но стоит ей узнать правду и ее уже не скрыть и с ней нужно будет что-то делать. А этого ей не хотелось. Кто хочет ответственности?

Катя пришла ровно во столько во сколько и было оговорено. Настя начала уже подозревать, что ее подруга всегда выжидает до последней минуты, чтобы явиться во столько во сколько она говорит. Но Ярлова отмела эту мысль, потому что она знала, что Катя всегда умела организовывать себя и свое время, в этом она видела сходство с Виктором, потому что он как и Катя всегда держали свою жизнь под контролем.

Она не могла понять зачем так досконально рассчитывать время, подстраиваться под графики и время, когда можно жить сегодняшним днем и не париться о том, что будет завтра, а что – нет, о том что может произойти, а что – нет. Это ей казалось, не имело никакого смысла и большого значения. Правда Настя иногда видела плюсы в таких странностях, когда им удавалось благодаря своей дотошности и организованности выполнить такой объем дел и везде успеть за один плодотворный день, когда у Насти с ее «сегодняшним днем» на это ушло был по меньшей мере неделя и при том даже не одна.

Катя продолжала стучать в дверь, а Настя была еще не готова. Она открыла дверь и подруга влетела в квартиру, как ураган и была недовольна, что Настя была еще сонной, что она была до сих пор не готова, и что Настя была такой беспечной и не заинтересованной в том, чтобы наконец-то узнать здорова она или нет.

Больница была белой, холодной и такой отталкивающий. Стоящие люди нагнетали и вводили ее тоску, она не понимала почему ей так не уютно и так боязно. Теперь ей казалось, что дело не в том, что она может услышать или в том, что она не может услышать. В ней что-то сидело другое, то что нагнетало и свербило ее изнутри, не давая трезво и холодно сморить на все происходящее.

Настя терпеть не могла больницы с самого детства, когда отец водил ее туда, когда она заболевала или нужно было делать прививки или проводить ежегодное обследование со школы или университета, но сегодня все было по другому. Чувства были другие и ничего не имели схожего с тем, что она ощущала раньше, и это ее пугало и это ее настораживало. Чутье редко ее подводило. Ему она доверяла сейчас как никогда в своей жизни, но и оно могло дать осечку.

Катя повела ее к нужному кабинету, у которого не было ни души, словно все вымерли и лишь одинокие единицы, как призраки слонялись по коридором облаченные в белые халаты и пациенты, что редко попадались на глаза, пока они отыскивали нужную им дверь. Настя уже думала, что это заброшенная больница или от сюда никто не выходит живым и от того здесь так мало народу.

Девушка с рыжими волосами, которая вела за собой подругу отыскала нужную им дверь на которой висела табличка «Главный врач Смирнов Игорь Алексеевич». Катя сделала несколько ударов по белой двери и сердце Насти вздрогнуло. Сейчас ей придется зайти внутрь и назад дороги уже не будет. Она будет стоять перед врачом и тогда будет вскрыто то, что с ней происходит. А, вдруг, она себе это все придумала и ничего из того, что она видела, из того что с ней произошло и происходит на самом деле нет. Что, если те люди, что были разодеты в карнавальные костюмы были всего лишь ребятами, что шли или возвращались с вечеринки или это актеры труппы, которые шли на спектакль и им было лень переодеваться или это были аниматоры, которые шли на работу уже в своих костюмах. А что, если те люди, которые пришли на похороны к тете Ани били ее друзьями, и она от горя на придумывала себе лишнее и просто внушила себе то, что они исчезали на ее глазах сами собой и то, что Виктор видел тоже самое. Вдруг, он тоже был не в себе от горя, ведь он потерял старшую сестру. А тот раз, когда она попала в другой мир или ей показалось, что она попала в ругой мир и оставила там часть себя, которая до сих пор зовет ее туда. Быть может, она устала и ей нужно просто отдохнуть и сменить обстановку, что-то поменять в своей жизни, и все вернется на свои места. Быть может, это все пойдет ей на пользу и ей не нужно никакое обследование, и она просто на просто отнимает чужое время, в котором нуждаются другие люди, которым действительно нужна помощь?

Как ей было со всем этим трудно разобраться, как трудно понять себя и понять что происходит в ее жизни, но куда сложнее стало понимать, что есть действительность, а что нет.

Сначала, они говорили о чем-то своем в стороне, а Настя стояла рядом и слушала все фоном пропуская слова мимо ушей, но все же она уловила тему их разговора.

- Можно поздравить тебя, - начал человек в халате, - твой отец говорил, что у тебя скоро будет свадьба. Твоя мать, наверное, так счастлива, что не описать словами. Как она поживает?

- Мама отлично и да, она очень рада, что наконец-то я выйду замуж, словно в этом и заключается весь смысл жизни: выйти замуж, и при том было бы не лишним при том выйти удачно замуж. Не понимаю, почему до сих пор придерживаются этих убеждений? Вот вы, как взрослый человек и при том мужчина можете мне ответить?

- Не стоит ее за это винить, что она желает счастья для свей дочери. По ее мнению, в этом и заключается женское счастье, и поэтому она так желает этого тебе. Еще раз поздравляю тебя! – произнес врач и обнял Катю, - а что на счет твоей подруги, ведь ты не просто так пришла ко мне, чтобы проведать своего дядю?

- Прости дядя, я что-то забыла. Это Настя, моя подруга.

Настя попыталась прийти в себя и просто кивнула головой, как если бы ее разум был в другом месте и лишь отголоски этого мира просочились до нее, и она не произвольно подала жизнь, дала знать что она с ними.

- Рада с вами познакомиться, - произнесла Ярлова, - собирая себя в одно целое.

- Я тоже рад вас видеть, жаль, что по моей профессии, а не просто так произошла наша встреча. Так что у вас стряслось? – спросил Игорь, смотря на Катю, давая знать, что ей лучше выйти за дверь, чтобы он мог поговорит с Настей без лишних ушей, но Настя настояла, сказав, что Катя знает все и скрывать от нее ей уже нечего. Игорь уступил.

Настя рассказал все, что с ней происходило в последние дни в очередной раз и уже начало казаться, что она сама себе это все на придумывала, что ее слова звучат натянутыми и надуманными. Ей стало неловко и жутко неудобно от того, что она вообще заикнулась про то, что видела все эти странности, что она позволила затащить себя сюда.

- Продолжай, - говорил Игорь, - ничего страшного и зазорного тут нет, - добавил он, видя, как Настя переменилась.

Катя слегка погладила подругу по спине, дав знать, что она рядом и все цело поддерживает ее, что она верить каждому ее слову, если она это говорит. Настя была благодарна тому, что у нее есть такая подруга, как Катя, что она поддерживает ее в любом ее деле и не читает ее лгуньей.

Ярлова отвела на секунду взгляд в сторону от Игоря и невольно вздрогнула.

- Может быть, открыто окно и подул сквозняк, - подумала она, но стоило ей посмотреть за спину Игоря, за которым находиться окно, девушка увидела тень.

Игорь слушал с большим интересом и не поддельным вниманием каждое слово Насти и то и дело, что задавал уточняющие вопросы касательно всего, словно он хотел быть на месте Насти и видеть все, что удалось увидеть и пережить девушке.

- А что за костюмы были на тех молодых людях, которых ты повстречала в парке? – начал Игорь, продолжая смотреть на девушку горящими глазами.

- Одежда была, словно из средневековья, - начала отвечать Ярлова, - мне казалось, что такую могли носить обеспеченные люди, но она была не новой и близко не новой, а вся ветхая, выцветшая и местами потертая до дыр, рванная и где-то развивалась от дуновения ветра и движений, - продолжила девушка, пытаясь вспомнить как же они выглядели. Но потом подумала, а не была ли она новой и прекрасной?

Настя не придала значения, как именно были одеты те пятеро людей, что появились на ее глазах из воздуха и туда же провалились, стоило ей приблизиться к ним. Но теперь, когда Игорь поинтересовался этой деталью, Ей стало немного стыдно за то, что она всем рассказала о своем переживании, о том, что ее так напугало, но когда дело дошло о том, что же она видела на самом деле, кроме как эмоций ничего и не осталось. Все образы были стерты и лишь призраки переживаний доносились отголосками в ее памяти и приходилось приложить не мало усилий, чтобы заставить мозг вспомнить все, что она видел, вспомнить все, что оставило след в ее памяти.

- А как они появились и исчезли, - продолжил Игорь.

Катя насторожилась не меньше Насти: а зачем ему такие подробности?

- Они появились просто из воздуха. Я шла, а через мгновенье из неоткуда вышли эти пятеро людей и продолжили свой ход и разговор, словно ни в чем не бывало, но стоило мне приблизиться к ним, чтобы узнать куда они идут в таком наряде, чтобы сходить туда с Катей, как они исчезли в никуда также, как и появились, - ответила Настя.

- Это все очень интересно, - продолжил Игорь, что-то записывая в свой блокнот. Было ясно, что он фиксировал каждую деталь услышанную от девушки, - ты говорила, что потом попала куда-то... в другой мир, - после небольшой паузы добавил он, - как ты поняла что это был другой мир, а не этот?

Насте был не понятен этот вопрос, как можно было не понять, что ты не дома?

- Там было все по-другому. Я ощущала все иначе и выгладило все по-иному, словно меня туда манило. Мне казалось, что меня туда тянет и разрывает на части, вырывая меня от сюда, но потом мне показалось, что тот мир не может меня удержать, что ему не хватает сил на это и выскользнула обратно, вся в снегу посредине парка.

- А еще что-нибудь было необычного с вами после тех события? – спросил Игорь, продолжала записывать в свой блокнот.

Настя призадумалась на мгновенье и сказала: нет. Ничего особого не было.

Катя поняла, что она не хочет больше ничего говорить и прекрасно понимала ее и не понимала своего дядю, почему он так набросился на нее.

Холодное дуновение ветра пробежало по телу Насти. Она невольно обернулась назад, чтобы посмотреть на дверь, которая, как девушке показалось открылась, но там никого не было.

Огромная тень стояла за спиной врача, как человек. Сначала девушка решила, что это была тень Игоря, но сейчас она обрела плотность и очертания. Настя смотрела на нее и плотный сгусток, принявший очертание человека, стоял позади мужчины и явно смотрел на девушку. Она посмотрела на свою подругу и поняла, что эту черную тень, что едва пропускает через себя свет, видит только она одна.

- Так вот как ты выглядишь, - шепотом произнесла тень.

- Ты настоящий? – спросила Настя.

- Мы скоро это узнаем, - ответила тень и испарилась.

- Что, прости? – спросил врач.

- Я о своем, - ответила Настя.

- Ясно. Хорошо, - произнес Игорь, - вот тебе направления на анализы, а это направления на снимок головы и еще несколько направлений, чтобы исключить все плохое. Вы можете пройти сейчас все без очереди. Я договорюсь, чтобы вам не ходить сюда каждый день. Я сэкономлю вам кучу времени и сил.

- Спасибо, дядя – сказа Катя.

- Спасибо, - добавила Настя.

- А что касаемо того, что ты мне рассказала, смогу сказать то, что тебе нужно отдохнуть и меньше переживать о всякой ерунде и у тебя все будет хорошо. Каких-то видимых отклонений я не вижу. Но подробнее о твоем здоровье, я смогу сказать после того, как придут результаты анализов и снимки.

Глава 23 Ветрова и Водовы

- Что скажешь? – спросила она, смотря на мужчину, что стоял посередине комнаты.

- Я нашел их, - ответил он, - это было не так легко, как я думал, - записывая что-то на листке бумаги, продолжал он.

У мужчины было тяжелое дыхание, и он попросил воды. Женщина в ту же минуту, плеснула в стакан воду из кувшина, который стоял на столе и протянула ему.

- Побыстрее, - нетерпеливо, говорила женщина, дожидаясь, когда он сделает несколько глотков и промочит горло.

- Вот адрес, - ответил он, - Они убили хозяина и жили... живут в его квартире, - ответил мужчина, - что вы собираетесь делать? – поинтересовался он.

На этот вопрос женщина решила не отвечать. Меч, что лежал на диване и пальто, она быстро взяла и надела на себя, зная, что должна сделать и намеревалась привести это в исполнение. Женщина открыла листок, что положил на стол мужчина, подливающий еще воды из графина и прочитала написанное корявым почерком.

- Возможно, это последняя наша встреча в этом мире и ты знаешь, что нужно делать, когда меня здесь не будет, - сказала она, отправляясь к двери.

- Да. Я все сделаю, что вы повелели мне, госпожа Зоя, - ответила мужчина, провожая женщину взглядом.

Зоя быстро сориентировалась, куда ей нужно идти и уже через пол часа, она оказалась по нужному ей адресу. Женщина осмотрела подъезд и все выходы и окна, которые были на третьем этаже пятиэтажки. Встав напротив нужно двери, она приклонила слегка ухо к ней и подождав несколько секунд убедилась, что внутри кто-то есть. По голосам, что она услышала из квартиры точно знала кому они принадлежат. Она дернула дверную ручку; дверь была заперта. Зоя при всем ее слаженном и подтянутом виде, встала на против двери в полуметре и ударив дверь с ноги два раза, выбила ее полностью с петель, что та пролетела внутрь на несколько метров и с грохотом упала на пол.

Внутри было скудно, и тусклый свет, едва освещал все, что было внутри квартиры; стоял неприятный запах: Зоя поняла, что это хозяин квартиры. Женщина прошла внутри и увидела, что Арий играет в дартц, метая ножи в стену, где была нарисована мишень красными кругами, это была кровь. Нелли водила точильным камнем по мечу, и периодически поглядывая, на вошедшую гостью. Арий вогнал в стену последний нож, что был в его руке, и он вошел в стену полностью по самую рукоять.

- Ты запозднилась, - сказала Нелли, - мы думали, что ты найдешь нас быстрее. Сколько времени прошло, а ты только сейчас объявилась. Столько времени прошло со дня смерти твоей подруги, а ты только сейчас спохватилась. Это как-то не уважительно по отношению к ней, умирать позже.

- Но теперь я здесь и готова закончить то, что не получилось у нас в прошлую нашу встречу, - ответила Зоя, просматривая глазами все, что окружало ее, - я бы не стала так далеко заглядывать и еще не известно, кто в конечном итоге отправится к ней. Пара секунд и она пришла к тому, что очень мало места: будет очень тяжело сражаться.

Арий усмехнулся и вынул свои ножи из стены, которые использовал как дротики и продолжал кидать их в стену, что те входили на половину внутрь, а вся мишень была в дырах от ударов ножа. Стены оголись и начали виднеться за слоем шпатлевки штукатурка и местами кирпич, что сыпался крошкой на пол.

- Какого черта вы здесь делаете и как вы сюда попали? – спросила Зоя, - как вы попали в мир изгнания?

Нелли и Арий с удивление на этот вопрос, посмотрели на Зою.

- Это очень хороший вопрос, - ответила Нелли, - но этот вопрос наш к тебе. Какого черта вы здесь делаете? Почему потомки Димы Ярлова делают здесь, в этом мире? И почему Аня Ярлова, которую все в Ардении знали под другим именем Силии, вдруг оказалась в мире заточения, сбежав от нас вместе с тобой?

- Зачем вы ее убили? – спросила Зоя, - зачем она была вам нужна, что вы через своих братьев переступили?

- А нееет... - вмешался Арий, - так не пойдет. Вопрос-ответ, а иначе так играть не интересно, - сказал Арий, вынимая ножи из стены.

Зоя держала свой меч наготове, но Нелли была тоже не стороже; Арий теперь держал свои ножи в руке, готовый в любую минуту бросить их при желании в женщину.

- Хорошо, - ответила Зоя, - почему потомки Ярлова оказались в этом мире я не знаю, почему Аня сбежала сюда, это просто. Она хотела защитить своих близких от опасности, но тут вмешались вы и убили ее.

- От какой опасности, если о них никто не знал? – спросила Нелли, - если бы она не сбежала в этот мир мы бы не узнали о существовании мира заточения никогда. Хорошо, что с нами была ведьма, которая все поняла и смогла нас отправить сюда. Неправда ли? – поинтересовалась Нелли.

- От опасности перемещений, конечно, - ответила Зоя, - она хотела, чтобы переход для них был безопасен, когда Ардения призвала бы их и хотела лично рассказать о другом мире, но не успела сделать это лично, поэтому написала письма, которые вы начали воровать. Кто бы мог подумать, что вы начнете воровать безобидные письма? Кто вас нанял? Зачем вам было убивать Аню? – в ответ спросила Зоя.

- Глупее вопроса от тебя я не могла услышать... кто ... почему... Ты знаешь, кто и почему, - грубо ответила Нелли, - Силия очень много задавала вопросов и копала, где не следовало, и Эдвард хотел от нее избавиться, - ответила Нелли мягче и посмотрела на Ария, - мне, кажется, что ты знаешь не меньше Силии и было бы неплохо тебя допросить, чтобы ты рассказала все, что знаешь про расследование своей подруги.

Зоя продолжала стоять посередине комнаты и держала на виду Ария и Нелли, что окружили ее по обеим ее сторонам. Ей было трудно видеть их одновременно и приходилось пятиться назад и вертеть головой.

- Значит, вам нужна была только Аня, а не ее дневник? – спросила Зоя, понимая, что они недоговаривают.

- Он у тебя? – спросил Арий.

- Его у меня нет, - ответила на вопрос Ария Зоя, - Значит ведьма вас здесь держит, - сказала она, - это я и хотела знать.

Зоя резко сместила вес и повернула торс. Арий бросил свой нож, который Зоя без труда отбросила своим мечом. Нелли сделал движение рукой и ее меч описал круг; Зои пришлось отбиваться от ударов Нелли. Арий хотел бросить еще клинок, но боялся попасть в сестру. Он держался на расстояние, чтобы не попасть под лезвие мечей, звук которых стоял в квартире.

- Ты думаешь, что у тебя есть шанс? – спросила Нелли, - ты живой от сюда не уйдешь и прямиком отправишься к своей мертвой подруге, - добавила рыжая женщина.

Арий отодвинул стол ударом ноги, и Зои пришлось сделать шаг в сторону, чтобы стол не сшиб ее с ног, это позволило Нелли нанести удар и пошла кровь. Зоя не подала виду, что ей больно, как если бы ничего не произошло; движение в сторону и Арий присоединился к сестре. Зоя отбивалась от ударов, что наносили Водовы. Она продолжала смотреть за Нелли и Арием, надеясь на шанс нанести ответный удар и думала, что было глупо начинать бой именно здесь: очень мало места.

Водова продолжала отбиваться от ударов и тянуть время на столько, сколько это было возможно. Зоя думала и выискивала варианты, которые бы она могла использовать, но ничего не приходило в голову; они окружили ее. Малейшая оплошность и ее разрубят напополам.

- Чего ты добивалась? – спросил Арий, после того, как Нелли задела лицо Зои и по щеке пошла кровь, - в чем смысл был прийти сюда и умереть? Ты же не дура и знала, что тебе не победить нас здесь одной.

Настала небольшая пауза, и Арий продолжал стоять надменно у окна, смотря на стоящую передними Нелли Зою.

- Вы сами сказали, что вас здесь держит ведьма и судя по тому, как долго, это одна из старших ведьм, что служит Эдварду, - ответила Зоя на вопрос.

Стоило ей договорит, как Зоя набросилась на Ария и толкнула его, тот упал, оперишь на подоконник, стекло которого разбилось, и он выпал из окна третьего этажа. Внизу раздался звук сирен от сигнализации машин. Зоя хотела быстро нанести удар по Нелли, но она успела сделать это раньше. Нелли нанесла один точный колющий удар, и клинок пронзил Зою насквозь. Она упала на колени, закрыла одно рукой рану, продолжая держать свой меч в другой руке.

Несмотря на то, что Зоя была ранена и стояла на коленях, она была наготове и до сих пор держала свое оружие в руках, не сводя с глаз Нелли.

- Дрянь! Ты это специально, - произнесла Нелли, смотря на руку, которая бледнела и через которую можно было увидеть насквозь, затем рука возвращала свой нормальный цвет и плотность, - ты это все сделал, а чтобы ослабить ведьму и нас выкинуло обратно, - закончила Нелли, - это было умно. Стоит отдать должное.

- Ты должна была это понимать, когда я только пришла сюда. Ты же не думала, что я такая дура и позволю вам так долго плясать со мной? – произнесла Зоя, продолжая закрывать рукой место, куда ударила Нелли, - моя ошибка была в том, что я вам позволила находиться здесь так долго. Я не думала, что вы остались здесь и поэтому немного расслабилась и допустила ошибку - дала вам время.

Нелли наполнилось злобой и замахнулась, чтобы отрубить голову, стоящей на коленях женщине, но она испарилась, едва клинок приблизился к горлу, лишь лужа крови осталось о напоминании, что здесь был человек. Погром в квартире был напоминанием победы Нелли над Зоей. Водова подбежала к окну, чтобы посмотреть на брата, который выпал из окна.

- Живой! – сказала она, - смотря, как он вставал с крыши какой-то машины и вокруг начинала собираться толпа людей, - живой!

Нелли подождала, когда он подниматься в квартиру и посмотрев на него сказала: у нас больше нет времени. Мы не успеем убить их и найти этот дневник сами. Зоя все это устроила специально. Она хотела, чтобы мы ввязались в это шоу и потратили силы, для того чтобы нас выкинуло обратно.

- Черт со всем этим! Нам есть кому все это поручить. Они все сделаю сами. И в этом мире есть люди, которые умеют убивать и умеют искать, что другие прячут, - ответил Арий, пытаясь понять свое состояние, трогая свое тело и голову.

Нелли продолжая смотреть на свою руку, которая то и дело, что бледнела с каждым разом. Арий поторапливал свою сестру тем, что нужно уходить, пока не поздно. Люди собрались в толпу, и машины с мигалками окружили подъезд. Все внизу показывали пальцем на разбитое окно из которого упал человек.

- Уходим от сюда, - сказала Нелли, - переключив свое внимание с исчезающей руки на звук, что доносился с улицы.

- Наконец-то! Я тебе об этом сколько говорю, - ответил Арий, раздраженно.

- Не знаю! Слышу впервые от тебя такое предложение! – съехидничала Нелли, - из-за выходки этой старухи у нас теперь нет времени ни на что. Я чувствую, как нас туда затягивает, как ведьма слабеет. Мы скоро окажемся дома.

- Нам нужен этот дневник. Вызванивай ищеек, поторопи их и узнай, как у них обстоят дела, - сказала Водова.

Нелли и Арий скрылись с квартиры, в которой они жили и в которой до сих пор находится труп хозяина в шкафу. Найдя новое место пребывания, Арий достал свой телефон, и набрав нужный номер, произнес всего одну фразу: Живо сюда!

Спустя час в новой квартире раздался стук в дверь, и вошли четверо здоровых и крепких мужчин.

- Что там на счет квартиры убитой женщины? – спросил Арий, - вы нашли ее, нашли то, о чем мы вас просили?

Мужчины стояли в коридоре и вперед вышел один из четырех. Он был самый старший из всех стоявших и весьма внушителен по своим габаритам. Было видно, что человек давно занимается этим делом, потому что был весь подготовлен и имел знаки отличия в виде шрамов и парезов, которые служили доказательством наличия опыта.

- Мы еще не... - начал отвечать главный, но Нелли не дала ему договорить.

- У нас нет времени, сколько вы еще собираетесь там волочиться? – раздраженно спросила Нелли, - вы и так очень много времени потратили. Как можно так долго искать какую-то квартиру?

Здоровый мужчина стоял вместе с его товарищами, и они боялись возразить им, тщательно подбирая слова и выслушивая все, что говорит Нелли.

Они боялись их и при первой встречи, когда не знали с кем они говорят, Арий высказал свою претензию и дал указания, но ребятам не понравился повелительный тон. Старший из ребят решил разъяснить, что с ними нельзя так разговаривать и что за это может быть ответ. Арий только усмехнулся и ребята восприняли это как неуважение и сильно пожалели, потому что Арий один уложил четверых огромных парней и им не удалось даже нанести ни одного удара по нему, не смотря на то, что ребята были подготовлены и имели боевой опыт, но с Арием он им не помог.

- Простите, что не успел договорить... - начал тот.

- Не томи... договаривай! – вмешался Арий, теряя терпение, - ты еще из далека начни.

Нелли показала рукой на Ария, дав знать, чтобы он немного поостыл и дал им договорить.

- Все не так уж и глухо, - продолжил тот, - мы по датам которые вы нам дали и места убийства женщины, смогли по камерам определить приблизительное место, где она была и после нескольких расспросов... - он замешкался и поправился, - и некоторых допросов определенных людей... - мужчина немного приутих.

- В чем дело? – спросил Арий, - Артур, что ты остановился?

- Эти услуги входят в дополнительную статью расходов, - начал отвечать мужчина, - это заняло дополнительное время, чтобы найти свидетелей и знающих людей, чтобы пробить все по камерам да и за допросы с пристрастиями мы берем дополнительную сумму. Это плохо сказывается на внутреннем мире и самочувствие.

Арий посмотрел на него и удивился, о каком внутреннем мире он беспокоится.

- Да.. да... да... Мы доплатим. Деньги не проблема, - ответила Нелли, - продолжай! Не тяни!

Мужчина немного повеселел, когда услышал про деньги и продолжил.

- После нескольких допросов, мы сузили масштаб поисков. День-два и будут результаты, - закончил мужчина, - мы найдет эту квартиру. Осталось проверить несколько вариантов, и все будет сделано.

- Нет. На этом ваша работа не будет выполнена. Нам нужно чтобы вы, как только найдете эту квартиру, принесли сюда все, что найдете там, - сказала Нелли.

Артур не понял, о чем она.

- Мне нужно чтобы вы принесли все бумаги, книги и все, что будет иметь какую ни будь информацию, - добавила она, - это нужно быстро!

- Я понял!

- Хорошо, Артур, - ответил Арий.

Нелли и Арий отошли в сторону.

- Но есть ли у нас эти дни? – спросила Нелли брата, показывая свою руку, которая то и дело, что развоплощалась, - я боюсь, что времени совсем не осталось.

- Но какое-то время у нас все же есть. Будем надеяться, что они успеют.

Мужчина стоял и смотрел на Нелли и Ария, которые отошли в сторону и говорили о своем. Арий краем глаза увидел, что Артур и трое его ребят не уходят, хотел уже спросить, какого черта он все еще здесь, но вспомнил, что он ждет деньги за дополнительные расходы. Арий достал деньги из своего кармана, которые запачкались кровью. То ли это была кровь Зои, когда они встретились на прошлой квартире, то ли это его кровь, когда он выпал из окна: он не знал. Артур принял их и подозрительно посмотрев, не решился что-то сказать по этому поводу и потребовать другие деньги.

- Все! За работу! Время идет! – сказал Арий и закрыл дверь.

Глава 24 Девичник

Уже завтра свадьба, а сегодня Настя устраивает для Кати девичник – девичьи посиделки. Это день, когда она может отдохнуть от занятий и работы в окружении подруг, будучи свободной. У Насти сегодня очень много дел: нужно обзвонить Катиных подруг и уточнить время, все ли смогут прийти и все ли помнят, что вечером мы собираема, а также ей нужно позвонить в бар, который выбрала Ярлова, чтобы проверить бронь и нет ли никаких непредвиденных изменений, которые ей нужно будет решать. Утро обещало быть напряженным и загруженным.

Насте не хотелось вставать со своей кровати, и она готова была провести в ней весь день и даже больше, если бы она только могла себе этого позволить. Время неумолимо шло и желание полежать еще минутку, одну только минутку превратились в полчаса, которые выпали из ее жизни. Она не заметила, как отвлеклась и ушла в мысли. Стоило ей взять свой телефон, как точно в воду окуненная вскочила, потому что оставалось не так много времени. Впереди было еще куча обязанностей, которые ей нужно было выполнить. Но ближайшим из ее списка было: принять душ и сходить освежить свою прическу ко дню свадьбы, которая будет ужу завтра, а также подобрать вещи, в которых она пойдет сегодня на девичник, затем нужно заехать заранее к Кате и помочь ей с некоторыми организационными вопросами на счет завтрашнего дня, и затем поехать вместе с ней и ее матерью тетей Лерой в бар, где их уже должны будут ждать девочки.

- Почему, всегда так мало времени остается на важные дела, - негодовала Настя, заставляя себя встать с кровати и, когда ей это удалось, она неохотно подтянулась и наспех заправила свою постель.

На кухне в раковине лежала посуда, которая требовала, чтобы ее помыли, но ей было не до этого. Она включила чайник и пошла в ванную, после того, как она умылась, можно было пить кофе, наличие которому Настя была несказанно рада, потому что не была уверенна в том, есть ли она дома или нет.

Чашка горячего кофе была сделана, и она взяла список, который составила еще несколько дней назад и прошлась глазами по нему. На нем были имена подруг, часть которых было перечеркнуто, а часть была добавлена позже, это было видно, потому что имена были записаны другой ручкой, цвет которой отличался, а также были названия мест, где можно было бы собраться на это мероприятие, но обведено было только одно название.

- Ты сильная, ты все сможешь, ты все успеешь и ничего страшного, что у тебя едет крыша, и ты начинаешь сходить с ума. И плевать, что у тебя семья полных эгоистов, которые думают только о себе, храня все свои секреты и тайны, которые для них так важны, что не готовы рассказать их самым близким людям, - проговаривала вслух Настя, - выдохни и сделай то, что необходимо, - добавила девушка и взяла телефон.

Прошло некоторое время, пока она нашла все имена в контактах своего телефона и обзвонила всех из списка, чтобы уточнить время и все ли помнят, что сегодня они собираются. Когда Настя дошла до конца списка имен, подумала, что сначала нужно было обзвонить бар, а вдруг что-то случилось и сняли бронь и ей придется обзванивать их всех еще раз, но, когда она позвонила администратору бара и уточнила про сегодняшний вечер, все ее тревоги развеялись. Бронь бара была за ней.

Настя посмотрела еще раз на часы и была удивлена от того, сколько прошло времени, а ведь она только недавно встала с постели. Раздался стук в дверь, и девушка вспомнила, что к ней должен был прийти ее дядя Павлик, она пригласила его приехать чуть раньше, чтобы завтра с ним пойти на свадьбу. Она открыла дверь и человек, который стоял за ней было не узнать. Настя не смогла не сдержаться и показала все свои эмоции от удивления.

- И я тебя рад видеть! – сказал Павлик, как Настя накинулась на него с объятиями, что Павлик едва не уронил свою сумку в котором у него было несколько личных вещей и сложенный костюм, который он собирался надеть завтра.

- Как так?!. Я не могу поверить своим глазам... ты изменился, преобразился... - продолжала Настя, трогая новую прическу Павлика, - ты проходи внутрь. Я как раз собиралась позавтракать. Присоединяйся и как раз можешь что ни будь приготовить мне и себе, - добавила она.

- Завтрак? Время позднего обеда как минимум, - ответил Павлик, сняв с себя обувь и Настя помогла снять с него его пальто, которое было новым и отнесла его сумку в гостевую комнату.

Павлик прошел на кухню и помыв руки в раковине, не мог не заметить, что вся посуда была в ней, а также посмотрел, что есть в ее холодильнике. Он смог найти некоторое количество продуктов, которое остались с последнего раза, когда Катя пришла с полными пакетами к ней в гости.

- Не густо, - сказал Павлик и начал вытаскивать с полок и ящиков продукты, - будут спагетти с соусом из всего, что есть в твоем холодильнике, - сказал Павел, пока Настя сидела и смотрела, как он хозяйничает на ее кухне.

- Я так примерно всегда и делаю. Делаю из всего что есть и из того что есть на данный момент, - ответила Настя, что-то прописывая на листке бумаги.

- Ты про еду или жизнь?

- Я про все, - ответила она, - ты так умело со всем этим управляешься, - подметила Настя, - ты это на ходу придумал, что из всего этого можно сделать?

- Скажу по секрету, я заранее знал, что у тебя есть в холодильнике и проконсультировался по этому поводу и только после этого, пришел к тебе подготовленный, - ответил Павел, улыбнувшись.

- Я так и знала! – воскликнула Настя, - ты мухлюешь!

Завтрак был готов и оказался очень вкусным. Настя не смогла бы различить кто его приготовил: Павлик или повар из ресторана, потому что она была на столько голодна, что даже попросила добавки. Затем она сказала, что Павлик может чувствовать себя, как дома и ушла в салон, потому что скоро должно было подойти ее время записи.

Павел, после ухода племянницы, не знал, чем себя занять: телевизора у Насти не было, потому что она его не смотрела, но он смог найти небольшую библиотеку из чуть более десятка книг. Просмотрев их все, он выбрал какой-то старый любовный роман и за несколько часов прочитал его полностью, как раз к возвращению Насти. Прошло всего пара часов, а книга в чуть более чем три сотни страниц была осилена в большей степени не только потому что Павел быстро читал, а язык, которым был написан роман, был несложный и читался очень легко, а потому что Ярлов, к своему удивлению, втянулся в любовные перипетии и захотел узнать чем же кончится эта история.

Выпив очередную чашку кофе, Настя начала примерять наряды, в которых можно было бы пойти на девичник. Просмотрев несколько образов, было решено, что костюм ей подойдет больше всего. Затем она убедилась, что платье подружки невесты, которое она наденет завтра, в полном порядке. Раздался звонок, это было такси, которое уже ждало ее внизу у подъезда. Попрощавшись с дядей, она выбежала из квартиры и направилась к лестнице, но напоследок решила еще раз постучать в квартиру соседки Зои, но никто не открывал дверь; Настя прислоняла свое ухо к замочной скважине, чтобы услышать, есть ли движение в квартире, в ответ была тишина; не было слышно ни шороха.

Такси привезло Настю к ее подруге и в квартире все кипело. Было множество цветов, шариков, полные пакеты всевозможных украшений и атрибутики, стояли ящики с шампанским, соком и другими напитками. Было светло и празднично.

- Привет моя дорогая, - набросилась на Настю женщина, заключив ее в объятия, девушка ответила.

- И вам привет, тетя Лера, - ответила Настя.

- Сколько раз говорила тебе: называй меня просто Лера. Как я тебя давно не видела, как ты похорошела, а волосы, твои серебряные волосы... - радостно лепетала Лера.

- Мам, кто там? – раздался голос из комнаты.

- Я освежилась сегодня! Как вам? – спросила Настя, показывая свою новою прическу.

- Просто великолепно! Проходи! Не стой в коридоре! – Лера схватила ее за руку и провела в зал, где было еще больше цветов и праздничной атрибутики не меньше, - не обращай внимание, сейчас Толя все отвезет в ресторан. Из-за того, что часть цветов мы заказали не в нашем питомнике, пришлось привести их сюда на своей машине, пока ресторан был закрыт. Там была своя морока.

- Настя! - донесся голос из-за спины, Настя только хотела обернуться назад, как Катя уже обхватила ее руки и чмокнула в губы, - мне нужно с тобой кое-что проверить.

- Девочки, сейчас будет чай, - произнесла Лера и отправилась на кухню.

Катя достала свой блокнот и начала ей что-то показывать, и та кивала на все ее вопросы. Они уточнили рассадку гостей на плане ресторана, затем Катя поинтересовалась, как лучше выставить цветы, чтобы было удобно и красивее. На предложение Кати, как это сделать, Настя возразила и предложила иной вариант, потому что предложенный Катей мог затруднить перемещение гостей, а во время танца кто-то мог на них напороться и уронить ли упасть. К ним присоединилась Лера и полностью согласилась с тем, что сказала Настя, затем они поправили расположение цветов на плане красным цветом и обсудили во сколько лучше сделать салют, чтобы гости не заскучали и были готовы в полной мере насладиться этим красочным представлением, который по словам Леры, стоит не меньше самой свадьбы.

- Ты не подумай, что гости много пьют и будут не способны на то, чтобы оценить все это, просто свадьба... и бывает всякое, - оправдывалась Лера перед Настей.

- Я и не думала ничего такого, тетя Лера, - ответила Настя.

Женщина обняла Настю и произнесла в полголоса: просто Лера. А что-то острое сегодня будет? Ты что-то задумала? Колись! Я никому не скажу!

- Мам, – вмешалась Катя, - я запретила Насте планировать что-то непредсказуемого, мы просто посидим с девочками, и времени уже сколько, а ты еще не готова.

Лера за несколько минут была полностью одета и успела дать указания своему супругу, как нужно ставить цвети и куда именно, показывая все на плане зала ресторана, где было все подробно начерчено и подписано, начиная от расположения столов с именами гостей до пожарных выходов и пожарных огнетушителей и аптечек.

Катя все еще подбирала, что ей стоит надеть, пока Настя любовалась свадебным платьем, стоявшем в комнате на манекене.

- Ты поможешь? – спросила Катя, показывая на кучу вещей, что она вытащила из шкафа.

- Ого! – удивилась Настя, - ты же обычно всегда знаешь, что ты наденешь и при каком поводе. Что с тобой?

- Да. Ты права. Я знаю! Просто я так взволнована... - ответила Катя, продолжая копаться в своих вещах.

- Из-за свадьбы? – спросила Настя.

- Нет. Из-за факта замужества. После этого все измениться и будет все по-другому... и этой жизни, к которой я привыкла не будет. Я не знаю, как еще это объяснить.

Настя подошла ближе и сказала: все будет хорошо! Ты же не одна нырнешь в эту жизнь и тебя будет кому поддержать. Не переживай!

- Ты это про Даню? – спросила Катя.

- Нет. Я про себя, кто, как я сможет тебя поддержать? – ответила Настя, заставив подругу взбодриться.

- Ну, скоро вы? Время видели? – спросила Лера, которая влетела в комнату дочери, как ураган, показывая пальцем на часы на руке.

- Ничего страшного! Без нас не начнут! – сказала Катя.

- Ага! Это нормальные люди не начнут, а твои еще заранее начали отмечать! – ответила Лера.

Катя быстро выбрала костюм, посмотрев на свою подругу.

В бар они опоздали всего на пол часа. Лера проверила фотографии, которые прислал ей Толя и написала в сообщении несколько замечаний по поводу размещения цветов и убрала свой телефон обратно. Но телефон продолжал вибрировать от сообщений Толи, который то и дело задавал вопросы. Лере пришлось отвечать на каждый из них.

- Я же говорила, что твои без нас начнут, - сказала Лера, - вон уже сколько выпили.

Они прошли внутрь зала, и собравшиеся внутри девочки, с визгом накинулись на Катю, Настю и Леру, обнимая их.

- Наконец-то, мы вас дождались! - сказала Соня.

Они прошли за столик, и официанты принесли несколько бутылок и закуски, потом принесли блюда, которые Настя заказала в ресторане, потому что в баре нет кухни.

Пока официанты приносили на стол, девочки решили каждая поздравить и что-то вспомнить из детства, в основном это был какой-то яркий момент, над которым все обязательно смеялись. Но больше всего всем запал случай, когда Катя заступилась за Лину и подралась с мальчиком, который был на два года старше ее и Лины в школе и мальчишка поставил им по синяку под глазами, потом они вместе оставались после уроков за свое поведение, пока об этом не узнала Лера и не навела в школе порядок.

- Да. Помню этот случай, - начала Лера, - меня дома не было: была в другом городе по работе, и эта партизанка мне ничего не сказала, когда я увидела это лицо с синим кругом под глазом у самой чуть глаза не повылазили. Ух! Как я тогда всех отходила!

Официанты то и дело, что уносили пустые бутылки и приносили новые и обновляли стол, чтобы он был полон.

Настя рассказала случай, когда они пошли в кино втроем: Настя и Катя с Даней. Катя и Даня сидели в обнимку и целовались, поглядывая краем глаза на экран. У них с собой был попкорн и соки, а в кино шел фильм ужасов, Настя предложила подождать пару часов и пойти на другой, но они не стали тратить время и согласились на этот. Когда в очередной раз отвлекшись на поцелуи, они посмотрели на экран, когда появилось чудовище и те с испугу опрокинули все, что набрали, и они втроем полностью уделались соками и кукурузой. Весь зал смотрел на них и гоготал. Девочки начали смеяться, а Катя была рада, что она рассказал именно этот случай, а не другой, который произошел в этом же кинотеарте.

- Вы закусывайте, девочки, а то завтра себя в зеркале не узнаете! – говорила Лера, - посмотрите, что с вами уже. Мы сидим тут всего ничего...

Официанты в очередной раз обновили стол и Женя собрала девочек в сторонку и они о чем-то шептались. Настя седела за столом и не понимала, что происходит и почему они ей ничего не сказали. Она чувствовала себя обделенной, опасаясь, что они купили ей какой-то подарок, а ее не позвали в долю.

- Мы вам не мешаем? – спросила Катя.

Затем Женя кивнула одному из работников бара и девочки захихикали.

- Это сюрприз специально для тебя, - хором сказали девочки.

Катя посмотрела на Настю, ожидая, что та ей все сейчас объяснит, но она молчала. Дав знать, что к этому она не имеет ни малейшего участия.

- Не смотри на нее: она ничего не знает. Мы знали, что Настя будет против и поэтому ничего ей не сказали. Этот небольшой или большой... - поправилась девушка, - подарок тебя должен развеселить.

- А то как-то скучно сидим, - добавила другая девушка.

- Скучено? Ты уверена, - вмешалась мама Кати, - так что там? – с любопытством спросила Лера.

Женя посмотрела на девушку у стойки и еще раз кивнула ей. Потух свет, сменилась музыка и привычный освещение сменился на красные подсветки и тусклые фонари. В зал вышли трое полураздетых мужчин. Девушки загоготали еще сильнее и раздались овации.

- Это для тебя моя дорогая! – сказала Женя вместе с Софией, которая стояла рядом.

- Это что такое? – спросила Лера, - это как вам в голову пришло?

Музыка начала набирать ритм; мужчины начали танцевать. Рельефные обнаженные тела и градус алкоголя не оставили равнодушных ни одну из девушек.

- Прости, Катя, я не знала, - сказала Настя, но Катя остановила ее.

- Ты ничего не смогла бы сделать, раз им в голову что-то взбрело.

- Девочки, не отвлекайтесь! Я не думаю, что они здесь с снами на всю ночь, - сказала Лера, подливая себе еще шампанского.

- Мам, как ты можешь? А папа?

- Что папа? Его здесь нет, да и к тому же, я только смотрю и руками ничего не трогаю, - ответила Лера, пропихивая в шорты подошедшего мужчины несколько купюр.

Катя и Настя смотрели на это и не знали, как реагировать. Играла музыка, девочки танцевали с другими двумя парнями, требуя снять с себя все; алкоголь и хорошее настроение кружили голову. Все были радостны.

- Катя, тебе жалко, что ли? – спросила Лера, подталкивая локтем дочь.

- Хорошо! – ответила Катя, - хорошо! Сейчас!

Катя в след матери и Насти просунула тоже купюру в шорты, оттянув перед этим край. Катя раскраснелась и залпом осушила свой бокал.

- Пойдем немного потанцуем, а то что киснуть здесь, когда еще раз такое может произойти, - сказала Лера и потащила Катю танцевать, та сопротивлялась, но сдалась под напором матери, - и ты чего сидишь, Настя? Вставай!

Лера и Катя присоединились к остальным, и Настя тоже собралась отправится к ним, как в голове появился легкий туман, Настя подумала, что это из-за шампанского, но перед глазами все начала плыть и, когда все остановилось, она не могла понять, где она сейчас находится. Она видела девочек, танцующих с парнями и видела огромный каменный зал, на пол которого падает снег сверху, в зале не было потолка и стоял облитый кровью трон, и потухающий свет светильников, ведущих от входа к подножью трона в конце зала. Из-за окон дул ветер и заносил еще снег. Девушке стало холодно.

- Что за... - Настя не успела договорить, как ее схватила за руку женщина в плаще, лицо которой было сокрыто капюшоном, и она дернулась от испуга. Девушка не понимала где именно эта женщина: в баре или в ее ведении, но тепло ее рук она чувствовала в обоих мерах.

- Времени мало. Будь готова! - сказала женщина, - скоро все начнется! Будь внимательна и слушай себя! – она договорила это и испарилась.

- Что это значит? – спросила Настя, но все исчезло и вернулось на свои места, - все понятно, спасибо! – сказала себе Настя и подлила себе в бокал еще и затем еще. Шампанское давно закончилось и вместо него стали подносить напитки по крепче.

Катя и девочки продолжали танцевать. Мужчины-танцоры были в одном неглиже. Громко играла музыка, сопровождая радостные возгласы девушек. Настя сменяла один бокал другим. В голове был полная неразбериха. Она заставила себя встать и присоединиться к другим. И уже ее ничего не волновало. Настя начала танцевать.

Глава 25 Квартира Ани

- Сколько ты еще будешь сидеть? – спросила Лена, зайдя в кабинет к брату.

Виктор сидел за ноутбуком и занимался редактированием фотографий, что у него накопились за это время, когда он не мог придерживаться своему плану и дал слабину в жестком следовании графика. Шли дни, а работа накапливалась. Это Виктор терпеть не мог, потому что приходилось в один момент, день делать большой объем работы, которую он привык выполнять постепенно, деля ее на небольшие части, но не сегодня: сроки поджимали.

- Ты это о чем? – в ответ спросил Ярлов, - мне нужно закончить с работой и потом собирался немного отдохнуть, - не понимая причины недовольства Лены, ответил он.

- Потом отдохнешь и поработаешь! Нам нужно идти пока не поздно, - ответила Лена, подходя ближе к его столу.

- На улице уже поздно, если ты об этом, - подметил Виктор, - куда идти? Ты можешь внятно мне сказать?

Виктор продолжал двигать компьютерной мышью по столу, нажимая по клавишам. Лена стояла перед ним и смотрела на него вупор, не давая сосредоточиться.

- Мне звонили ребята, они наши квартиру и скинули адрес. Нам нужно срочно туда, пока не поздно, пока что ни будь не произошло или еще хуже: за нас не нашли дневник, - раздраженно проговорила Лена.

Виктор остановился елозить мышью: неужели нашли квартиру? Было дело, Ярлов уже отчаялся, что они найдут квартиру Ани, а сейчас Лена на полном серьезе говорит, что квартира найдена и нужно ехать.

- Так с этого надо было и начинать. Я сейчас, только переоденусь, - ответил Виктор, вставая из-за стола.

- Я с этого и начала: »сколько ты еще будешь сидеть», - ответила Лена, - и квартира была записана не некую Котову Веру Андреевну. Это же подруга Ани? – поинтересовалась Ярлова.

Лена была уже готова, Виктор через несколько минут стоял у порога, проверяя ключи и накинув на себя куртку, хотел было уже выйти в подъезд, как остановился и вернулся обратно. Затем принялся проверять газовую плиту, воду в ванной комнате и свет: выключен ли он везде или нет. Когда он обходил всю квартиру то по пути попроверял все ли вещи на поверхностях находятся на своем месте, не двигал ли их кто. Когда он закончил, был готов уже уйти, подойдя к двери и закрыв ее. Но проходя мимо своего кабинет, он едва сдержал себя, чтобы не войти внутрь. Если бы он зашел в свой кабинет, не смог бы удержаться и не поправить на своем столе что ни будь и на это у него могло бы уйти больше часа. Лена стояла и ждала его в коридоре, когда он сказал, что проверит только газ и Лена согласилась, но, когда он начала ходить по все квартире, заходя в комнаты, не могла сдержаться.

- Ты собираешься все перетрогать в квартире? – раздраженно спросила она, - мы так до завтра от сюда никуда не выйдем. Может мне самой все тут потрогать, чтобы мы уже поехали?

- Ничего не трогай! – ответил Виктор, - я все! Еще пару секунд.

Лена что-то невнятное сказала про странное поведение своего брата, которое она замечала за ним с самого детства, но под конец Виктор смог услышать несколько слов, которые Лена произнесла полушепотом: »Дурка» и «больной».

- Я не больной, просто проверил газ и свет. Все нормальные люди проверяю эти вещи перед тем, как уйти из дома, - сказал Виктор, наконец-то, закрывая дверь.

- Нормальные да, но они не поправляют все вещи, что есть дома, - ответила Лена.

- Это небольшая странность и не более того, и я поправлял не все вещи, а только те, что были по пути, - ответил Виктор.

- Но по пути были все вещи в доме, - подумала про себя она, - вот адрес, - сказала Лена показывая смс на своем телефоне.

Приехав по адресу и найдя нужную квартиру, Виктор дернул дверь, в надежде, что она поддастся ему, но она была закрыта. Лена осмотрела все в подъезде, чтобы найти ключ, если он был там, но и его не оказалось рядом: ни под ковриком, ни в почтовом ящике, ни в щелочках.

- Значит, никого внутри еще не было, - сказал Виктор, - раз дверь до сих пор закрыта.

- Хорошие новости! – ответила Лена и попросила Виктора подвинутся и достала из кармана заколку и что-то похожее на иглу, но более толстую и с загнутым носиком.

- Это у тебя отмычка? – спросил Виктор.

- Без них из дома никуда не выхожу. Вдруг в гости кому соберусь, а их дома не будет, - ответила она, - сдается мне, у тебя и свои имеются.

Лена простояла меньше минуты у замка, как дверь отворилась. Она засунула отмычку обратно, а заколку прикрепила на волосы, прибрав одну из прядей, которая свисала на лоб. Они прошли внутрь, Виктор включил свет и толкнул дверь, чтобы ее закрыть.

- Черт возьми! – выругалась Лена, - это что такое? – спросила она, - это сколько времени надо?

- Прибраться? – проговорил Виктор, - прибраться? Да тут все нужно выносить. Это уйма времени.

- Не все! Здесь где-то дневник, который нам нужно найти, - сказал Лена, - а вот от остального нужно избавиться.

- Вот именно: где-то! Я даже не знаю с че... - Виктор прошел внутрь квартиры, и включив свет в зале, был в шоке. Там были горы книг, стопки бумаг, карт, тысячи записей и дневников, - черт возьми! – произнес Виктор. Лена прошла за братом и стало все ясно.

Лена выругавшись, кое-как удержала стопку книг у порога, которую она случайно задела рукой. Она представила, какой был бы грохот, упади эта стопка на пол.

Квартира была полностью заставлена множеством бумаг, книг, карт и подобием самодельных книжек. Исключением были в редких местах, где прослеживалась часть выгоревшего от солнца обои, которые явно не менялись с момента постройки этого здания. Потолок квартиры был весь желтый и покрылся налетом времени и затхлости. Пол был грязный и липкий, что приходилось с трудом поднимать ноги, подошва обуви то и дело что прилипала к линолеуму. Было трудно решить с чего нужно начать.

- Как думаешь, зачем все это Ане? И почему Зоя, если она Призванная и явно не против нас, раз она спасла от Нелли и Ария, не нашла и не забрала этот дневник сама? – спорила Лена.

- Это очень интересный вопрос! – ответил Виктор, - наверное, чтобы самой не копаться здесь.

- И тот факт, что она живет, в квартире напротив Насти не вызывает вопросов? – начала Лена.

- Она же хотела приглядеть за нами и за Настей в том числе, и ей это от части удалось, - ответил Виктор.

- Раз разговор пошел о Насте, ты знаешь, где сейчас она? – спросила Лена, - мне не дают покоя слова Нелли и Ария, что их кто-то нанял. Вдруг, ей что-то угрожает.

- Настя должна быть на свадьбе своей подруги вместе с Павликом, на сколько я знаю, - ответил Виктор, - и она не одна, и я доверяю Павлику.

- Мы здесь на долго! В других комнатах тоже самое и на кухне почему-то три грязные чашки на столе, печенье и старые вафли. Интересно с кем она пила чай.

Виктор съездил в магазин за едой и мусорными мешками, чтобы туда складывать отсортированные бумаги и книги, чтобы потом их выбросить в мусорный бак. Просматривая листки бумаг, которые были по всему дому и записи у Виктора и Лены возникали вопросы, но один из самых волновавших их был: от куда она все это знает.

На листках, что были разбросанные по всей квартире были наброски карт и с самыми разными пометками. Обведенными границами и рисунками, которые она дополняла сама на картах, на некоторых местах были небольшие кружки и надписи «источник» и над некоторыми надписями была пометка «пуст». В стопках дневников были множество записей и Лена цеплялась глазами за строки: «Кто такой Велеас?», «...Первые. Создатели Первых», «Найти создателей... география... Миргия или Аморсия...», затем Лена взяла другую книгу из стопки и там были сплошные имена и рисунки со стрелками, пролистав несколько страниц, она поняла, что это родословные и множество примечаний от Ани, потому что Лена признала почерк своей сестры.

Она просмотрела несколько дневников и, наткнувшись на очередной, уловила глазами несколько записей, по которым бегло пробежалась глазами. Там было что-то написано почерком Ани: «сила камней... шестеро камней. Кто хранит еще три камня?» Аня расписывала наличие шести камней, которые были наделены силой, способной остановить врага, затем она рассуждала, куда они могли деться и делала наброски на карте с пометками и некоторыми именами: «Мирг. Белый Камень. Хранилище». Лена ничего не поняла из того, что сейчас прочитала и закрыла дневник, бросив его в мешок.

- Если ты будешь все смотреть и вчитываться, мы здесь пробудем вечность, - сказал Виктор, завязывая очередной мешок с бумагами, - нужно было брать другие мешки: эти рвуться быстро.

- Да. Ты прав, - сказала Лена, положив очередную книгу в мешок, - где же этот коричневый кожаный дневник? – спросила она, вставая с колен, чтобы размяться, - давай отдохнем и попьем чай, потом продолжим, а то спина устала и глаза тоже.

- Хорошо, только отнесу эти мешки в машину.

- Ты заметил, что в квартире нет личных вещей? Нет ни одежды, мыла или зубной щетки... нет ничего из этого. Она использовала это место, как склад или хранилище всех этих... всего этого, - сказала Лена, показывая руками на все, что их окружало.

Виктор после слов сестры обратил на это внимание и согласился с ее словами.

Они зашли в кухню. Чайник быстро закипел, Виктор и Лена перекусили и хотели уже возвращаться обратно, чтобы продолжить разбирать стопки книг и бумаг, как Виктор, встав из-за стола, чтобы ополоснуть чашку, поднял глаза и засмеялся.

- Что с тобой? – не ожидая этого, спросила Лена.

- Ты посмотри туда! – ответил он, - на холодильник, - указывая пальцем, добавил он.

- Не может быть! Мы здесь больше пяти часов и никто не зашел на кухню? – спросила Лена, подходя к находке.

- Не говори ерунды! Мы были здесь несколько раз и чай мы уже пили, но никто не обратил внимание на холодильник. Кому придет в голову прятать дневник на холодильнике?

Лена взяла коричневый кожаный дневник и посмотрела на брата: тебе ответить кто? – затем она открыла его, - что это такое? – листая его, сказала она, - что это?

- Ничего не понимаю, зачем все это было нужно, если ничего не понятно? Не существует языка на котором это написано, - сказал Виктор, посмотрев через плечо Лены на дневник, - мы ночами не спим: ищем эту квартиру, которая черт знает где спрятана; мы часами сидим разбираем этот мусор, и между прочем я не знаю, что было бы легче разобрать квартиру Ани или Павлика. Тут везде пыль, дышать нечем, тут всего много... а в дневнике какая-та ерунда, на несуществующим языке?

- Успокойся, открой окно и подыши, - сказал Лена, - я тоже не понимаю, зачем все это, если этот дневник все равно никто не прочитает. Ты не помнишь, что еще было в письмах, которые послала нам Аня?

- Ничего особенно нового. Найти этот дневник в ее квартире, избавиться от всего этого мусора и что-то на счет того, чтобы держаться вместе, - сказал Виктор.

- И у меня то же что-то в этом духе.

Весь дневник был исписан на непонятном Лене языке, затем Виктор взял его, чтобы посмотреть еще раз. Язык не был похож ни на один из тех, что они знали и ни на один из тех, что, когда либо, видели на письменах.

- Нужно заканчивать! – сказал Виктор, положив дневник в свой рюкзак и бросив его на кресло, - теперь можно пихать в мешки все не опасаясь, что можем выкинуть его.

Лена полностью согласилась с братом, и усердно начали запихивать в мешки все подряд. Виктор в очередной раз спустился вниз к машине, чтобы положить мешок себе в багажник. Открыв его, он обнаружил, что места нет, что все было в книгах и бумагах, когда он открыл дверцу салона, чтобы положить туда, увидел, что и там все забито под завязку.

- Когда я успел все это сюда запихнуть? – спросил себя он.

Он изловчился и пропихнул эти мешки внутрь, но заметил, что порвал другие, что были в его машине, и содержимо начало распадаться внутри. Кучи бумаг, и всего что было в них начало распространяться по салону, проникая в самые разные и трудно доступные места. Все начало двигаться и острые углы книг, царапали черные мешки и делали новые дырочки, которые от нагрузки, становились все больше и больше.

- Нужно будет заехать за новыми мешками. Так дело не пойдет и надо ехать выкидывать эти, пока они все не порвались, - сказал он, пробираясь за руль.

По возвращении он обнаружил, что Лена собрала несколько десятков новых мешков, что стояли в коридоре и дожидались Виктора. Подул холодный ветер и по телу пошли мурашки.

- Ты не закрыл дверь? – спросила Лена, начав тереть себя по плечам.

- Закрыл, - ответил Виктор, удивившись тому, что стало прохладно.

Лена не выдержала и взяла свою куртку.

Глава 26 Деревня

Лена вернулась в комнату, чтобы продолжить собирать бумаги; Виктор прошел внутрь, намереваясь ей помочь. Становилось неумолимо холодно, и все поплыло в глазах. Секунда и комната исчезла, как и вся квартира. Виктор и Лена стояли у дороги. Было грязно, темно, и сыро, начал идти легкий снег, а впереди был городок, огни которого манили и освещали все вокруг.

- Куда же без этого, - проговорила Лена, застегивая свою куртку, которую она успела надеть.

- Куда на этот раз нас занесло? – спросил Виктор, понимая, что ответа не будет, - холодно, пошли зайдем в деревушку, может быть, там удастся согреться.

Они прошли внутрь, была суета, все кипело, множество прохожих, которые приветливо, улыбались вошедшим чужестранцам, куда-то спешили с полными корзинами, в которых было множество овощей и стеклянных тар. Доносился говор, музыка, и смех.

Все внутри было сделано из камня и исключением было только сооружения, где хранились дрова на зиму и сарайчики с банями. Улицы были покрыты дорожкой плотно уложенных камней на песке, что не могло не привлечь внимание и удивить, вошедших Виктора и Лену.

На улице было прохладно, и проходящие жители согревались напитками, которые были в их кружках, от некоторых горячих напитков даже шел пар, а кто-то согревался горячительными. Жители были навеселе, и Лена мимоходом спросила, что здесь происходит, почему все такие радостные и радушные, что все проходящие улыбаются и приветливо кивают.

- Сегодня праздник! – сказал один из проходящих людей, у которого в руке тоже было кружка.

- Праздник? Что за праздник? – поинтересовалась Лена.

- Как? Вы не знаете? Сегодня мы отмечаем «День урожая», - ответил он, отхлебнув немного.

- Тридцатого ноября? – подумала Лена, - так поздно? Урожай поди давно собрали с полей, - подметила она.

- Конечно, мы собирали урожай давно, - начал мужичок, - собрали еще до морозов. Мы празднуем «День урожая», когда отдаем государству последнюю часть положенного налога, и сегодня утром ушли последний обозы урожая. А вечером мы празднуем сам праздник «День урожая».

- Интересно! Поздравляем! – сказал Виктор.

- Спасибо, конечно! Вы, наверное, замерзли? И вы от куда-то из далека? – спросил мужичок, лет шестидесяти, делая еще один глоток из своей кружки.

- Да, мы пришли издалека и да, мы немного замерзли, не рассчитывали, что будет так прохладно, - сказал Виктор.

- Это еще не прохладно, если пойдете дальше на север, там будет холодно, а это так, ерунда. Вам лучше зайти в кабак. Там погреетесь и поедите, - ответил мужчина и показал на дорогу, давая знать, что тут немного идти, - потом повернете и увидите его. Не ошибетесь!

Виктор и Лена последовали предложению этого человека и отправились по направлению, который он указал. Проследовав по этому пути, они набрели на таверну «Царская исподняя».

- Интересное название, - сказала Лена, - «Царская исподние»

- Не поспоришь, - подтвердил Виктор, и они зашли в кабак.

Внутри таверна была уютной и что главное теплой. Горел камин, и множество народу праздновали, выпивая и кушая, разговаривая и размышляя о том, какой в этом году у каждого был урожай.

Один из седевших за одним столом неподалеку от того места, куда намеревались сесть Виктор и Лена, разговаривали о том, у кого лучший урожай в этом году уродился.

- Ты мне не заливай, соседушка! Я-то видел, какой скудный у тебя был урожай яблок. Одно гнилье и все червивые. Вот у меня-то яблоки так яблоки. Я столько этого сидору нагнал, всю зиму буду дегустировать его, - говорил тот, что постоянно поправлял свою бороду.

- Видел все он! Нечего за чужим огородам приглядывать! Зато у меня вишня была с кулак. И много ее было, что без своих настоек и наливок, я горевать не буду. Ты же знаешь, какие у меня настойки получаются, просто сласть! – ответил тот, что был лысый.

- Да! Наливка у тебя что надо! Ты так и не рассказал свой секрет, как сделать так же, как ты, - посетовал тот, что с бородой, - ты все скрываешь его от меня свой рецепт.

- Ты тоже не говоришь, как делаешь свой сидор из яблок, - ответил лысый.

- А тыква! Тыквы сколько в этом году на полях уродилось! Тьма! Ее столько, что не помню, когда в последний раз было так много! А моя...моя-то, какие пироги из них делает, просто не оторваться, - сказал тот, что с бородой.

- Да. Твоя умеет печь. Моя когда-то тоже могла, пока ее не стало, - ответил лысый, - Какие она пирожки да ватрушки делала просто объедение!

- Не переживай! Мы подберем тебе бабу. Их здесь как на подбор! Выбирай не хочу! – ответил с бородой, - а порогов моей Клавы всем хватит, и тебе тоже мой дружище! Только не горюй, лучше еще выпей!

Лена и Виктор проследовали дальше в глубь и нашли местечко около окошка и ближе к камину, который горел в самом конце таверны и по соседству которого сидели эти двоя. Усевшись, они стали греться от жара огня и продолжая тереть себя, чтобы согреться как можно быстрее.

- Как долго мы здесь пробудим? – спросила Лена, как к ним подошла девочка лет шестнадцати и спросила, чего они будут есть и пить, но Виктор дал знать, что им нужно больше времени, и она ушла.

- Нужно согреться и уходить, а то мы исчезнем тут на глазах у всех. Они не поймут, - сказала Лена.

Согревшись, они продолжили сидеть и уже намеревались уходить, как к ним подошла еще раз девочка и спросила, что они хотели бы поесть и что будут пить. Затем она предложила жаренного кабанчика с овощами, похлебку путника (суп с овощами и крупами), жаренных грибов и соления, так же предложила местное пенное, вино или настойки на клюкве, смородине или ежевике, но Виктор и Лена отказались. Отказ вызвал интерес посетителей кабака, что были внутри, если до этого никто не обратил внимание на вошедших гостей, то сейчас все внимание было только на них.

Один из верзил, явно надравшееся выпивки, заметил, что их одежда другая и непременно спросил от куда они такие нарисовались, но это у него удалось сделать не с первого раза, так как не сразу смог выговорить вопрос.

- Так от куда вы? – подхватил другой из его компании, но, который был немного трезвее.

- Извините, но мы уже уходим, - ответила Лена.

- Я спросил у вас другое, - сказал шепелявый.

- Вы не расслышали, но мы уже уходим, - повторил Виктор.

После слов Виктора другие, мирно выпивавшие, насторожились, потому что никто не смел перечить Мише, который был местным кузнецом и молотом работал с самого раннего возраста. Почти все, что соделано из метала, сделано им или его отцом. А рядом с Мишей стояли его друзья Костя, Герман и Кирилл, это были здоровые и не менее уважаемые люди в городке.

Его называли город-деревня. Город, потому что был современный и ничем не отличался от других больших городов за исключением размера, а деревней его называют, потому что жителей в нем немного и до города ему не хватает несколько тысяч людей. А название это мест имело: «Оранжевая тыква». Его так прозвали из-за полей, на которых выращивают тыкву и, которой гордятся все местные жители.

- Никто не отказывается выпить, приходя в эту таверну, - начал говорить Герасим, - а вы оскорбили нас дважды, когда отказались это сделать и сейчас, когда ведете себя так, - собравшись, договорил он.

- Мы здесь проездом и зашли погреться, у нас нет денег, чтобы заплатить, - сказала Лена.

- Мы не говорим о деньгах, мы разговариваем о совершенно другом, - влез Кося.

Миша, попытался, что-то сказать, и все, затаив дыхание, ждали, когда он выговорит то, что хотел.

- Уважение очень важно, - начал Миша, - уважение это все!

Виктор сделал вдох и выдох, чтобы собраться и не сказать ничего лишнего и ответил: вы правы, уважение очень важно! Извините, что испортили вам чем-то настроение и задели ваши чувства... но нам пора идти!

- Перестань перед ними оправдываться. Мы ничем их не оскорбили. Мы погрелись и теперь уходим, - сказал Лена, не дав договорит Виктору.

Виктор посмотрел на Лену после ее слов. Она прочитала на его лице, что он не ожидал это от нее услышать и был немного в смятении, но Лена подумала про себя, почему он не ожидал от нее чего-то подобного. Уж кто, а он должен был это предполагать, если не точно знать, что она проступит именно так.

- Вы сами нарвались! – сказал Миша, - мы здесь чужакам не рады.

- От них одни проблемы, - сказал Герасим.

- Тут давеча были одни чужаки, и они обчистили склад с оружием, вынесли почти все, - начал Костя.

- А до этого были приезжие, то же как вы ходили что-то вынюхивали, потом выяснилось, что это были шпионы, которые потом убили местного землевладельца поблизости в соседнем городке, тут неподалеку. У местных выяснили все, что хотели о нем и на следящий день его и грохнули, - сказал Герасим, не сводя глаз с Лены и Виктора, - кажется, его звали Вилий Олт Диира.

Все слушали, что говорит Герасим и то и дело, что поддакивали и кивали головами. Когда он закончил свой рассказ, другие люди, что были в этом кабаке, начали дополнять его рассказ.

Они говорили, что Вилий Олт Диира был противником советника короля Филиппа и выступал против его решений и всячески старался ему помешать. Говорили, что он был близко знаком с королем и поэтому у него было столько власти и привилегий, что он брал на себя смелось перечить советнику королю и не только перечить, а чадить ему препятствия. Также другие посетители кабака начали рассказывать, что Вилий был членом какого-то привилегированного сообщества, в который входили самые богатые люди всей Ардении, правда никто не знал этого точно, но то, что он был обеспеченный и был вхож туда, куда обычному работяге даже и не снилось, никто не спорил.

Виктор и Лена стояли и слушали все, что они говорили и думали только об одном: как им выйти от туда, чтобы не было неприятностей.

Гул стоял сильный, и все норовили дополнить историю, словно позабыв о том, что там находиться Ярловы и дождавшись момента, они хотели рвануть к выходу, но им преградили путь.

- Может быть, вы тоже хотите кого-то убить, а нас так... за дурачков считаете, если мы не живем в ваших столицах? Если вы так одеты, думаете не видим, что вы из приезжих: у нас такое не носят, - сказал Миша, сделав серьезное лицо.

- И мы впервые видим, такое... - начал Костя, - и приезжие, что были из столиц, такое не носили. Сейчас так модно?

- Волосы... - начал Миша, - волосы серебряные, - это как?

Стоило Мише сказать про волосы, обратили внимание, что они действительно серебряные. Такие волосы не носил никто, за одним исключением. Такие волосы были только у одной семьи во всей Ардении, у семьи Призванных.

- Не может такое быть! – сказал один, - это они шутят! Какие из них Призванные. Какие они Ярловы. Ярловых никто не видел уже очень давно. И говорят, что последняя Ярлова находятся в услужении короля в Биерии, что на континенте Миргия и эти двое на нее совсем не похожи.

- От куда у вас такой цвет волос? – спросил Кирилл.

- Он у нас с рождения, - ответили Лена и Виктор.

- Ложь! – возразили многие, - это ложь! Какие из вас Ярловы? Вы себя видели? Будь здесь кто из Призванных, вас давно вздернули!

- Их надо к городовому. Пусть он решает, что с ними делать, - сказал Миша, и все в кабаке насторожились.

- Правильно! К городовому их! - подхватили сидевшие в кабаке и попивающие пенное, наслаждаясь этим зрелищем, которое разбавило их рутину.

Не часто странники привлекают к себе так много внимания и куда меньше из них натыкаются на Мишу и его компанию, что те начинают настораживаться, и уж куда меньше людей выдает себя за Призванных и тем более за Ярловых. С этим жители городка столкнулись впервые.

- На плаху их и дело с концом в воду, - добавил Костя, - ходят воду баламутят, людям головы пудрят.

Лена и Виктор пошли к выходу, но столпившиеся люди стеснили проход, что, когда они проходили к двери, Виктор случайно отдавил ногу Кости, верзиле с рыжей бородой и короткими волосами, что тот подпрыгнул от боли, уронив за собой стоявших рядом нетрезвых людей, которые и без того ели стояли.

- Ты меня толкнул, - закричал рыжий верзила, - этот меня толкнул! Они нарываются! В нашем же доме, - продолжал кричать верзила.

- Нет, это... - хотел закончить Виктор, но Лена вытолкнула его за дверь, и они побежали по улице дальше вглубь.

За спиной послышались крики угроз; Лена обернулась, а за ними вышла вся таверна. Они бежали дальше по улице, и в дагонку доносились угрозы расправы, если не остановятся и не пойдут к городничему добровольно. Затем они начали кричать, когда они их поймают, ноги переломают, чтобы больше не бегали и не шпионили.

Улица была освещена фонарями, которые были по всей дороге и горели они на жире, а стекла защищали от ветра и снега с дождем. Лена и Виктор то и дело оборачивались и осматривались, чтобы знать, куда им бежать. Местные не сдавались и продолжали преследовать их. По пути, горожане, что продолжали бежать, обзавелись вилами, топорами и палками.

- Черт возьми! Они совсем озверели, - сказала Лена, оглядываясь назад, - зашли погреться называется. Лучше бы на улице стояли, чем все это выслушивать.

Виктор собрался тоже обернуться назад и посмотреть, что там происходит, но тут Лена поскользнулась на замершей дорожке, которая покрылась тонким слоем льда и поехала дальше по улице, спускалась с горки и обгоняя Виктора еще дальше. До конца улицы она добралась первой. Виктор, добежав до сестры, подхватил ее за локоть и помог встать. Лена дала понять, что с ней все в порядке и только болит задница, но, если их догонят, это будет меньшая их проблема.

Они завернули направо, на другую улицу, но пройдя домами, местные преградили им путь и Ярловым пришлось сменить свой. Они дошли до ближайшего дома и вышли, пройдя через чей-то участок, на другую улицу и побежали дальше. Местные жители были на шаг впереди и преграждали им всякий раз путь, что Виктору и Лене приходилось постоянно бегать домами через огороды и участки, прилегающие к домам, только чтобы не попасться. Везде стояли пугала и тыквы. Шел мелкий снег и ветер шевелил балахоны, что носили пугала.

- И сколько нам так бегать? – спросил Виктор, хватаясь за сердце от прихватившего дыхания, - я за последние месяцы пробежал столько сколько за всю свою жизнь не бегал.

- Прибежали, - сказала Лена, - тупик.

- Вы думали мы за вами бегаем? – спросил Костя, - мы вас гнали, как животных. Думали мы не знаем эти улицы и эти дома?

- Мы знаем здесь каждый камень, - подхватил другой.

Люди их окружили и начали слышаться цоканье копыт по каменным дорогам. Это были люди городничего.

- Что здесь происходит? – спросил один из всадников, - что за шум?

- Чужаки, - ответил кто-то из толпы, - здесь чужаки! Их нужно допросить! Это шпионы!

- Вы кто такие? А в прочем, схватите их. Завтра городничий прибудет в город и все они ему расскажут.

- Закройте глаза! – послышался голос из-за спины.

Виктор и Лена сами не поняли почему, но послушались голоса, и яркая вспышка ослепила всех; заржали лошади, и всадники попадали с седел.

Кто-то из толпы потащил Виктора и Лену за город, через небольшой проход ограды, который ограждал городок, схватив их за руки.

Когда они смогли открыть глаза, увидели женский силуэт, лицо которой было сокрыто капюшоном.

- Спасибо, - сказал Виктор.

- Вы кто? – спросила Лена.

- Это не важно, кто я. Скажите мне, почему вы то и дело находите приключения на ровном месте и мне то и дело приходиться вас выручать из разных передряг? Это у вас семейное?

Лена хотела уже что-то ответить, но женщина опередила ее.

- В прочем времени мало. Держитесь вместе. Ардения призовет всех. Это скоро произойдет. Срок заточения подошел к концу!

- Что? – спросила Лена, - что сделает?

Женщина исчезла. Стало тепло и светло. Квартира Ани была такой же, как и несколько часов назад.

Глава 27 Свадьба

Отдаленный, истошный крик будильника, от куда-то из-за окна доносится раздражающий вой серен и нытье ребенка; боль в голове, легкая тошнота и пробирающий сквозь все это мужской голос.

- Настя, вставай! Ты все проспишь! Настя, это второй будильник. У твоей подруги сегодня свадьба. Ты все проспишь! Вставай! – неумолимо настаивал Павлик.

Настя, заставила себя поднять голову и открыть глава. Перед ее кроватью стоял ее дядя, в руке у него был стакан с водой и таблеткой.

- Полагаю, она волшебная? – спросила Настя, - а иначе я умру от такого самочувствия.

- Целительная! Поверь моему опыту, - ответил тот, - ты все проспишь, нужно собираться.

- Верю! Спасибо! – сказала Настя, запив таблетку и потянулась к телефону, чтобы посмотреть время, - Черт! – воскликнула девушка, - это не второй будильник, а четвертый и двенадцать сообщений от Кати.

- Что было вчера? – спросил Павлик, - я не видел тебя в таком состоянии никогда. Видно хорошо посидели?

Настя неохотно попыталась вспомнить, что же было вчера такого, от чего она довела себя до такого состояния, что Павлу пришлось приехать в бар под утро, для того чтобы забрать ее, и что она выпила столько, что проспала четыре будильника.

- Я помню парней, - начала она, - был стриптиз. Была выпивка. Танцы. Мы веселились.

- Уже интересно, - сказал Павлик, - что дальше?

- И была женщина, - продолжила она.

- Это не удивительно, это же был девичник, - ответил Павлик, - без них никуда.

- Нет. Я была не в баре, а... - она попыталась вспомнить место, но было трудно это сделать, - я была где-то еще и там был трон и кровь, и женщина. Странная женщина, лицо которой было закрыто капюшоном.

- Что за женщина? – спросил Павлик, осторожно, услышав, что она скрывала свое лицо.

Она сказала: времени мало.

- Ясно, - ответил Павел, - еще что-то она сказала? – осторожно спросил он.

- Был переход или что-то в этом роде. Я видела два места одновременно и женщина схватила меня за руку и сказала времени мало... после этого я перешла на напитки по крепче и дальше не помню, - продолжила Настя, - я не понимаю, как можно быть в двух местах одновременно. Я испугалась и напилась.

- Странно. Я ни разу не видел два мира одновременно. Я тебя понимаю, я бы на твоем месте поступил точно так же. У нас и правда, мало времени. Тебя ждет Катя. Завтрак на столе и нам нужно ехать.

- Спасибо, - сказала Настя, посмотрев на Павлика, после того, как она выпила таблетку, - мне нужно привести себя в порядок... и спасибо тебе за то, что ты меня понимаешь и что не осуждаешь, как... - Настя не договорила, - я в душ.

После завтрака Наста написала смс с извинениями и добавила, что уже в пути и что с ней все в порядке. Она сложила свое платье и туфли в сумку: она не хотела весь день пробыть в туфлях и в платье, решив, что переоденется перед самим торжеством. Павлик надел свой костюм и его было не узнать.

- Фрак просто огонь! – сказала Настя.

Приехав к Кате, Настя думала, что потребуется ее помощь, но все было организованно на столько хорошо и подробно, что все было сделано заранее и единственное, что требовалось – действовать по расписанию. Они выпили чай и отправились в ЗАГс, где их уже ждал Даниил и его родные с друзьями. Настя не заметила, как прошла формальная часть всего мероприятия: они обменялись клятвами, кольцами и поцелуями, а в паспорте уже красовались штампы и на руках было свидетельство о браке. Но она точно помнила, как по пути в ресторан было сделано тысячи фотографий и небольших видео, по мимо того фильма, который снимал оператор.

Все шло так быстро и стремительно, и не верилось, что еще десять лет назад Катя и Даня были просто друзья, потом парень и девушка, а сегодня они уже муж и жена. Эти года пролетели как одно мгновение, хотя для кого-то это целая жизнь.

Фотографировались самые близкие молодоженов, а остальные ждали их уже в ресторане. Начало темнеть, холодать и шел небольшой снег.

Настя была в восторге от увиденного, когда вошла внутрь. Она видела ресторан, когда они только его нашли так же, видела его накануне свадьбы, когда шла подготовка и только начали украшать его, но сейчас все было иначе. Все было в огнях; с высоты свисали огромные шары, которые освещали помещение, на столах и всех поверхностях были электрические свечи, огромные окна во всю высоту были обвешаны горящими гирляндами; везде стояли живые цветы, белые, бежевые и голубые, с непередаваемым запахом жизни; столы были покрыты скатертями и на каждом из них были свечи и цветы дополняющие всю композицию на нем; мерцающие от падающих лучей гелиевые шары, желали своими надписями счастья, радости и долгой совместной жизни; свежесть и радость наполнили все вокруг и всех, кто был внутри; раздался цокот от ходьбы гостей по полу; заиграл оркестр; гардероб начал принимать вещи; за окном пошел сильный и густой снег.

- Какая красота! – сказала Настя, - я не знаю, как можно было все это организовать, все это спланировать, чтобы получилось такое!

Павел помог ей снять ее куртку, которое была поверх ее платья, взял ее сумку со сменной одеждой и унес все в гардероб.

Все расселись по местам, и началось торжество; на столы начали разносить еду. Гости, друзья и родственники приступили говорить тосты за молодоженов, принялись дарить подарки. Павел подарил конверт вместе с Настей, и он был полон: у Ярловых не было недостатков в средствах: Дима оставил своим детям более, чем было нужно. Когда закончили с поздравлениями, на столах начало появляться больше еды и выпивки. Настя поняла, почему только сейчас начали ставить больше выпивки: когда она помогала с организации, Лера настояла на этом, чтобы ни у кого не было соблазна отпраздновать мероприятие раньше формальной части поздравления. Настя восхищалась Лерой, за такие хитрости и нюансы, которые она учитывала и которые ни каждый бы догадался сделать.

Все шло просто замечательно. Настя и Павлик наслаждались атмосферой и едой, которая была очень вкусной и интересной на вид. Катя очень избирательно отнеслась к составлению меню.

- Спасибо, что позвала меня сюда! Это мне было нужно, - начал Павлик, - Я не хотел сидеть снова один дома и думать о всяком, - продолжил он, подкладывая себе в тарелку еще еды.

- Это все благодаря Кате. И я тоже не хотела этого, чтобы ты был один, и Аня тоже этого не хотела, - добавила она.

- Чтобы я был один? – спросил Павлик.

- Я про письмо и про тот случай в парке, - напомнила Настя, - когда Арий и Нелли...

Павел смотрел на племянницу и не понимал, про какой случай в парке идет речь

- Виктор или Лена тебе говорили, что их хотели убить? – в полголоса, чтобы никто ее не услышал, спросила Настя.

Павел подавился, и Насте пришлось постучать ему по спине.

- Убить? Лена в городе? Я все это впервые слышу.

- Да и да в городе. Она не сказала, что приехала? Я не удивлена, - ответила Настя, делая глоток из своего фужера, - уж что, а молчать и хранить они умеют.

Музыка начала играть вальс, и Лера и Толя настояли, чтобы все вышли в середину зала и начали танцевать. Настя и Павел послушались и присоединились ко всем. Прошло несколько танцев, которые промчались, как мгновенье, перед тем, как им разрешили вернуться за столы.

Все кружились в вальсе и не было ни одного, кто бы не знал движенье. Все интуитивно, посматривая друг на друга, были в движении единого потока, ведомые ритмом инструментов, задаваемый оркестром.

Прошло два вальса и после небольшого перерыва, за который гости смогли сделать несколько глотков и привести дыхание в порядок, заиграл третий вальс, который Настя и Павлик не могли пропустит и не хотели: все было на столько хорошо и успокаивающе, что ноги сами шли в пляс. Заиграла музыка и в зале прямо на глазах начали появляться люди, Настя не могла поверить своим глазам и, казалось бы, что должна была привыкнуть к подобным явлениям, подумала она, но нет. Все было, как в первый раз и сердце замерло от удивления.

Полу бледные люди кружили по залу и смотрели на Павлика и Настю: времени нет, - говорили они, - она набирает силу. Она призовет вас. Она ждет вас. Мы видим это, мы чувствуем силу.

- Этого и стоило ожидать, раз все было так замечательно, - сказал Настя, - ты это видишь? – спросила она Павлика, - что они говорят?

- Да, - неуверенно, ответил он, - я подумал, что перебрал с вином, хотя такое и под вином не придумаешь, - времени мало. Что они все заладили с этим временим?

- Я уже не обращаю на все это внимание. Я уже начинаю ко всему этому привыкать и воспринимать, как само собой разумеющееся. Мне нужно еще выпить, - сказала Настя.

- Интересный подход! Я придерживался ему очень долгое время, особенно к последнему пункту, – ответил Павел, - но потом в какой-то момент все выходит из под контроля, и ты течешь по течению...

- Посмотрим, как пойдет! – сказала Настя и намерилась уйти, но перед тем как сделать это спросила шепотом, - ты это чувствуешь? Ты чувствуешь внутри?

- Да. Внутри все разрывается, все раскалывается и кричит.

Танец закончился, и Настя хотела выйти подышать на улицу, но к ней подошла Катя и в руке у нее был конверт.

- Что-то случилось, - спросила Катя, - на тебе лица нет.

- Просто нужно подышать, - произнесла Настя, делая глоток, - Можно я переоденусь в комфортную одежду. От туфель уже ноги болят, - спросила Настя.

- Тебе можно. Торжество почти закончилось, и скоро будет последняя ее часть, и мы все выйдем на улицу. Какая красота за окном, - сказала Катя, кинув взгляд в сторону.

Настя посмотрела в окно и там действительно, все было белым. Снег шел большими хлопьями и покрыл улицу полностью, медленно летая в воздухе и плавно ложась на асфальт и цепляясь к окнам.

- Сказочно! – сказала Настя.

- Да, - сказала Катя, согласившись с ее словами, - Я... - начала она, - Игорь друг моего отца пытался до тебя дозвониться, но ты не брала трубку, и он передал мне этот конверт, и хочет, чтобы ты пришла к нему. Я не знаю, что там. Он мне не сказал, настаивая, чтобы ты пришла к нему, - произнесла Катя, - я не знаю, что внутри, я не смотрела, - успокаивала Катя, давая понять, что она не влезла в ее дела минуя ее желание и не нарушила ее границы, прочитав это письмо от врача, - я пойду с тобой к нему, - закончила Катя и отдала конверт, на котором была эмблема клиники.

Настя посмотрела на него и поводила по нему рукой, решив, что не припомнит ни один случай, когда получила бы конверт с приятным содержанием внутри и убрала его.

- Посмотришь? – спросила Катя.

- Не сегодня. Потом, - ответила Настя, и Катя ее обняла.

- Хорошо, - прошептала на ухо девушка.

- Ты что? Не надо плакать, - произнесла Настя, вытирая слезы рукой. К ним подошел Даня и сказал: время. Пора начинать.

Катя и Настя отлучились на несколько минут. Катя привела себя в порядок, а Настя переоделась в свободную для нее одежду, и затем Катя попросила всех выйти на улицу.

- Чего ждем? – спрашивали некоторые гости, но в ответ услышали слова Леры: подождите и все сами увидите! Все они спешат куда-то! Нет, чтобы насладиться временем.

- Мы не спешим, просто не лето все-таки! – кто-то из толпы ответил.

Павел приобнял племянницу и попытался согреть ее. Раздались хлопки, и небо окрасилось огнями; хлопки усилились, и все небо было освещено разноцветными огнями фейерверков. Насте показался хлопок от куда-то со стороны, и она повернула голову в сторону на начало улицы и отдернула Павлика. По дороге бежали двое людей, а за ними еще четверо.

- Спортсмены. Для них погода не помеха! – сказал Павлик.

- И время тоже, - добавила она, - и не лень же в такой час на пробежку выходить, - закончила Настя, созерцать огни в небе, которые продолжали одаривать всех зрелищем.

Павел повернул лицо в сторону спортсменов, чтобы посмотреть на них еще раз, но в этот раз они были ближе и, если до этого он видел только силуэты, то сейчас, когда они приблизились, смог разглядеть получше и встрепенулся. Настя почувствовала это и повернула голову вслед за Павликом. Лица были им знакомы.

- А они что здесь делают? – спросил Павлик.

Глава 28 Переход

- Если эта женщина права и у нас мало времени, нам нужно найти Настю и Павлика, - сказала Лена, - пока есть такая возможность.

Раздался шум из лестничной клетки, разговоры и шорохи.

- Ты слышишь? Что это? – шепотом спросила Лена, схватив за руку брата.

- Кто-то пытается открыть дверь! – сказал Виктор, - прячься!

Лена побежала к выключателям.

- Лена! – крикнул шепотом Виктор, когда сестер побежала в коридор, чтобы выключить свет.

Она быстро добежала до коридора и медленно нажала выключатель, чтобы не издать ни звука. Лена была убеждена полностью, что кто-то пытается открыть дверь так же, как это сделала она, но у нее это заняло несколько секунд, в отличии от тот, кто это делает сейчас. У Ярловой опыт и сноровка оказалась куда лучше.

За это время она успела выключить свет в коридоре, кухне, что была рядом и вернувшись обратно, она щелканула выключатель и в зале, где они и были.

- Рюкзак! – из-за двери, услышал Виктор голос сестры, - возьми рюкзак!

Раздался скрип открывающееся двери, и Виктор подбежал к креслу, взял свой рюкзак и спрятался за одной из куч книг, что была высотой со шкаф.

Дверь открылась полностью, мужской голос включил свет, и Лена подумал, а могли ли они увидеть включенный свет с улицы. Пока Лена была в раздумьях, раздался ужасный грохот, и она поняла, что это упала одна из огромных стопок всего, что стояло у двери, и которую она сама едва не уронила, но успела поймать в последний момент. Из коридора раздался другой мужской голос, ругающий матом на человека, который уронил эту стопку и напугал остальных, что вошли в квартиру.

Виктор определил, что по голосу было как минимум три человека. Они прошли дальше по квартире и начали включать везде свет, сопровождая комментариями сколько предстоит у них работы. Ярловы испытали дежавю.

- За такое нужно просить двойную плату, - сказал один из четверых людей, - это уму непостижимо! Как столько можно собрать?

- Так не нойте! Нелли сказала, что ей нужен только дневник, поэтому распределимся по комнатам и будем загружать в машину все книги, а она выберет тот, что ей нужен, - сказал один.

- Но, если нужен только дневник, зачем грузить все? – спросил другой.

- Это приказ Ария, - ответил первый, - он сказал привезти все! И ты спросил, как столько можно было собрать? Я скажу тебе более, что все это написано от руки, а это куда сложнее сделать в таком количестве, чем складировать.

- Смотрите, эта старуха собрала мусор и не донесла до мусорки, - сказал голос по моложе, - хорошо, что так много, хоть работы стало поменьше.

Виктор и Лена переглянулись между собой, когда услышали имена Нелли и Арий. Они не рисковали выглядывать, чтобы посмотреть происходящее, но насчитали четыре голоса, четыре человека находилось в квартире не считая их.

- Так! Ты будешь грузить все в машину, а мы будем кидать в мешки. Ты идешь в спальню, ты во вторую спальню, я в зал, - сказал старший из них.

- Хорошо, Артур! – согласились другие.

Все разбрелись по комнатам, которые раздал Артур, и те разошлись по отведенным участкам и принялись собирать все книги, журналы, газеты, карты и бумаги, невзирая на содержимое. В мешки шло все в охапках, чтобы не тратить время на бережное укладывание. Они раскрывали сумки, пакеты и обеими руками клали все внутрь и относили в коридор, от куда все забирал другой парнишка.

Виктор стоял за стопкой книг, и было дело времени, когда до этой стопки дошла бы очередь и его бы обнаружили, Лена это понимала и поймала себя на мысли, что, если бы не тот переход, они бы успели уехать и даже не встретились бы. А может быть и встретились, когда все закончили.

Прошло больше полутра часов, как они спрятались от вошедших людей Нелли и Ария. Артур, что перебирал книги в зале преодолевал стопку за стопкой, и Виктора спасала только одна большая гора книг, преграждавшая и прикрывавшая его место нахождение.

- Сейчас обоссусь! – сказал Артур, - где у не здесь туалет?

- Это наш шанс, - проговорила Лена шепотом, смотря на Виктора, - это нас шанс бежать! Бежим!

Другого шанса не было, и иного могло и не подвернуться. Они вышли из-за укрытия и осмотревшись, побежали к выходу, но рюкзак висевший на одном плече задел вторую стопку, которая стояла рядом с упавшей прежде, и грохот окатил квартиру.

- Матвей! – крикнули остальные, - можешь по-тише? Что там у тебя?

- Матвей уже устал и начал психовать, - сказал кто-то из спальни, и раздался хохот.

Виктор и Лена ломанулись на лестницу и на встречу им поднимался, запыхавшийся Матвей, который уже сделал больше полусотни подходов туда и обратно, с него тек пот и жар. Лифта в этой пятиэтажке не было и приходилось подниматься и спускаться пешком, поэтому на это дело поставили самого молодого человека который у них был.

Ярловы бежали вниз и поднимающийся на верх парнишка не сразу разглядел их, но волосы, подумал он, волосы у них пепельные и от куда они бегут. Про них что-то говорил Арий, вспомнил он.

- Стойте! – закричал Матвей, - стойке! Ребята, сюда! – продолжал парнишка, но Виктор и Лена пробежали один пролет и раздался выстрел. Матвей достал пистолет из-за пазухи и выстрелил. Сбежались остальные трое из квартиры Ани и побежали вниз в след за убегающими Ярловами.

- Туда! Они побежали вниз!

Люди Нелли и Ария в считанные секунды осилили все пролеты, и их разделяло всего не более пятидесяти метров от Виктора и Лены, которые бежали через детскую площадку. За их спинами слышны били выстрелы и разговоры.

- Не стреляй здесь, дурак! Полицию могут вызвать. Подожди, когда догоним, - сказал Артур.

Виктор и Лена бежали что есть мочи. Пройдя детскую площадку, решили продолжить бег домами, потому что так было тяжелее их выследить и догнать. Они посчитали, что на открытой местности они будут как на ладони, а пробегая дворами у них есть шанс скрыться. Быстрый бег людей Нелли и плохая подготовка Виктора, не позволяли совершись достаточный разрыв, чтобы скрыться. Они всегда были на виду.

- Туда! – сказал Виктор, показывая на открытую дверь подъезда, - побежали туда!

- Мы оттуда не выберемся! – сказал Лена, настаивая, что нужно бежать дальше, - это тупик.

- Туда! – продолжил настаивать Виктор, - там выход на чердак не закрывается, можем попробовать крышами, раз не получается дворами.

- Если нас убьют, я тебе это припомню на том свете, - сказала Лена и резко повернула на лево, где была открытая дверь в подъезд.

- Стойте! – кричали ребята, сбавляя темп, когда увидели, что они загоняют себя в ловушку, - мы вас догоним.

Виктор весь был красный и тяжело дышал, но цвет его лица был не виден, а тяжелое дыхание слышал весь дом, его было тяжело контролировать. Они поднялись на последний этаж и снизу начало доноситься, как несколько этажей ниже за ними следуют шаги.

Ярлов ругался про себя, потому что сильно устал, в горле было сухо и от бега у него темнело в глазах и било в весок. Было темно и свет в подъезде не работал. Лена подумала, что кто-то выкрутил лампочки, как это часто бывает в подобных домах, в особенности в тех, где дверь подъезда открыта на распашку.

На чердаке было темно и редкий свет, пробиравшийся через слуховые окошки, особо не помогал. Виктор хотел вытащить телефон и подсветить, но обнаружил, что его нет в кармане и дорога на противоположную сторону была на ощупь. На полу были какие-то камни, стекловата, что неприятно чесалась и повсюду были скелеты умерших птиц, что залетали туда греться. Приходилось пробираться на полусогнутых, потому что высота была небольшая и чердак не был рассчитан, что люди будут ходить здесь свободно. Этот чердак использовался для того, чтобы был проход на крышу, для его обслуживания: чистки его от снега и для выхода трубы вентиляции, которая выходила из шахты, а также, чтобы обновлять покрытие, если оно прохудиться.

Виктор шел за Леной, глаза которой уже привыкли к темноте, и она с редкими лучами света от фонарей, что светили на улице, вела за собой брата. За спинами было слышно, что четверо преследователей, тоже поднялись по лестнице и пробрались на чердак. Заскрипела дверь, это была Лена, она дошла до конца чердака. Виктор, услышав скрип, забылся, решив немного размять затекшую спину, которая уже начала болеть, и которая не привыкла к такому непривычному положению. Он слегка поднял свою голову и едва сдержался чтобы не высказать все, что было на языке, но несколько бранных слов все же выскочили из его рта, когда Виктор ударился об торчащий на потолке выступ. Боль была острой и неожиданной.

- Твою ... - начал было Виктор, но его остановила Лена.

- Давай быстрее! – проговорила сестра, держа дверь, - что ты там волочишься?

Виктор добрался до Лены, которая ждала его и они вышли на соседнюю крышу, где была пожарная лестница рядом стоящего дома, до крыши которой, можно было допрыгнуть с места, где вышли Ярловы.

- Черт возьми! – сказал Виктор, посмотрев какое там расстояние до соседней крыши, - ого! – добавил он, когда посмотрел вниз, - это не реально!

- Тут близко! И это была твоя идея, - сказала Лена, прыгнув первая и приземлившись без проблем. Она держала себя в тонусе и периодически посещала, по возможности, спортивные залы и бассейн, - давай прыгай! – продолжала она, - не тяни время! Они скоро будут здесь.

- Не торопи меня, мне нужно собраться, - сказал Виктор, продолжая смотреть вниз, как он услышал череду ругательств, доносившегося из чердака и на его лице появилась улыбка, и небольшая радость облегчения от того, что он не единственный, кто получил шишку на макушке головы, пробираясь через чердак.

- Хватит ныть, - донесся голос Артура, - давай быстрее!

Он выдохнул и сделал этот прыжок, Лена наполнилась испуга, потому что Виктор приземлился на самом краю и соскользнул, но его рука уцепилась за самый край выступа и Лена в последний момент, упав на колени, обхватила его руку и начала тянуть. Виктор смог поставить вторую руку на край, подтянуться и забраться на крышу. Четверо ребят вышли из чердака, но Лена и Виктор уже спускались по металлической лестнице, звук которой доносился отовсюду.

Когда они оказались внизу, Лена упрекнула Виктора, что он похож на дряхлого деда, который сейчас развалится на ходу и что его можно выследить по одной его отдышке за километр, и это была почти правда. У Виктора до сих пор бешено било сердце, и дыхание не хватало, чтобы поспевать за сестрой.

- Не все мотаются по миру и развивают выносливость в спортзалах и на пробежках во дворах. Я фотограф и мне нужны другие навыки, - ответил Виктор.

- И какие же? – ехидно, спросила Лена, - щелкать пальцем по фотоаппарату и пялиться на людей?

- Терпеть таких как ты, когда те начинаю раздражать, - ответил Виктор, - поверь, на это дело уходит не меньше сил.

- Хороший навык. Я так не умею! – ответила Лена, подгоняя брата.

Пока они разговаривали, четверо преследователей, справились с лестницей и продолжили бег. Расстояние уменьшалось и начали доноситься угрозы стрельбы, за ней последовали и сами выстрелы.

Небо было окрашено огнями, и хлопки все усиливались. Они вышли на Мостовую. В конце улицы столпилась группа людей вся прилично одетая и радостно восклицавшая. Было торжество. Выпавший мокрый сугроб затруднял бег, а падавший большими и мокрыми хлопьями снег затруднял обзор: он налипал на глаза, на ресницы и лицо. Лена ощущая боль в ягодицах от падения, поскользнувшись в деревушке, была на стороже: ей не хотелось еще раз упасть и проехать на своей пятой точке несколько десятков метров. Она была осторожна, контролируя каждое свое движение.

Хлопки продолжались, и было трудно понять, что это было: то ли это выстрелы пистолетов преследователей, то ли это выстрелы салюта. Виктор и Лена пробежали толпу, которая следила за огнями в небе и, обернувшись назад, увидели знакомые лица. Паша и Настя выбежали из толпы гостей, которые праздновали торжество бракосочетания Кати и Дани и побежали следом за Виктором и Леной. А четверо мужчин с оружием бежали следом, теряясь густом метели, который поднялся прямо на глазах.

Снег продолжал идти, и горящее небо от света салюта стало редким; настала тишина, и лишь шум ветра, который колыхал макушки деревьев, дал понять, что они уже не в городе, а в другом месте. Это был лес. Четверо преследователей добежали до конца Мостовой улицы, и Ярловы испарились на их глазах; раздался последний хлопок салюта, и багровое небо покрылось чернотой. Внутри было понимание, что это все: что обратно они больше не вернуться. Последняя часть души, которая держалась за мир заточения с этим переходом собралась в одно целое. Ардения призвала своих Призванных домой.

Конец первой книги.