1
Все началось с того, что ваша лучшая подруга решила показать вам кое-что интересное на горе Эботт. Вы подошли к дыре, подозрительно оглядываясь на свою подругу, потому что пока что ничего интересного нигде не видно… Ваша ручная змейка, обвившаяся вокруг шеи, недоуменно смотрит туда же.
— А что ты мне, собственно, хотела показать? — протянули вы, наклоняясь над ямой. Змея съежилась и вы почувствовали, как она медленно ползет ближе к спине.
Внезапный толчок в спину выбил весь воздух из ваших легких. Пространство подозрительно увеличилась в своих размерах. Вам так казалось, пока вы не осознали, что вы, оказывается… Падаете! Если бы змея на вашей шее умела кричать, она бы заорала что есть мочи… Вам было очень жаль Джолин, но, как говорится, спасение утопающих — дело рук самих утопающих… Вы наблюдаете за тем, как питомец медленно улетает от вас, падая все ниже и ниже.
Переведя взгляд вверх, вы поняли, что подруга не собиралась вам помогать. Она даже не наклонилась, чтобы посмотреть, как вы падаете… Хотя бы из уважения. Вы мысленно желаете ей мучительной кончины, пока земля не настигла вас.
Самые сильные проклятия срабатывают после смерти проклинающего. Жаль, что ваша подруга останется безнаказанной. Пока вы не выберетесь, естественно.
Похоже, что вы лежите на клумбе, где растут желтые цветы. Они окружают вас… И какой-то из цветков отчаянно тыкает вашу ногу. Видимо, от ветра… И тут вы вспоминаете про Джолин. Наверное, она упала неподалеку. А если она осталась в живых, то явно решила оставить ваше общество. Решилась все-таки перестать сидеть на вашей шее и начать взрослую жизнь. Они растут так быстро…
Вы приподнимаетесь, превозмогая боль в мышцах и спине. Кажется, останутся синяки… Но о травмах вам долго думать не пришлось.
Потому что на вас смотрит огромный цветок со стремной маниакальной улыбкой… Вы кричите, закрыв лицо руками. И он тоже начинает кричать. После нескольких секунд коллективного крика вы ощущаете затрещину на своем затылке.
— Не кричи так, идиот! Цветов говорящих не видел?
По правде говоря…
— Ладно, проехали, человечишко. Ты ведь хочешь выжить в Подземелье, да?
Если честно, вам не хотелось брать уроки у говорящего цветка. Видимо, удар головой был слишком сильным, раз вы такое видите. Осталось объяснить это цветку.
— Я настоящий, дурень.
Он думает, что он настоящий… Неловко. Вы решили не разочаровывать его.
— Так ты хочешь выжить или нет? — цветок прожигает вас взглядом. Он выглядит обиженным.
Вы осторожно киваете. А то мало ли что может сделать воображаемый цветок… Отец говорил, что некоторые мысли людей, если о них долго думать, могут материализоваться. Так, например, можно внушить себе что ты болеешь. Надо меньше думать об этом, а то вдруг и вправду оживет…
— Ты меня вообще слушаешь? У нас не так много времени, чтобы успевать витать в облаках! Лекарство еще не изобретено.
«Интересно, причем тут лекарство, — думаете вы. — Впрочем, нечему удивляться. Я общаюсь с цветком…»
— Ладно, проедем эту тему. Я научу тебя… Убивать! — тут лицо цветка, если это можно так назвать, приняло окончательно жуткий вид. И вам придется лишь надеяться на то, что он не будет демонстрировать это на вас… — Так начнём же!
Белая вспышка на секунду ослепила вас и вы закрыли глаза руками. Открыв их, вы испугались, что лишились зрения окончательно.
— Я тут, — напомнил о себе цветок, внезапно вынырнув из-под «пола».
Пространство вокруг вас казалось безгранично темным. Вы посмотрели на свои руки и обнаружили, что от рук осталась только форма, а состоят они из приятного серого свечения. Похоже, воображение расшалилось окончательно, но с этим ничего не поделаешь… Без посторонней помощи, по крайней мере.
— Это — твоя душа, — комментировал цветок. — Благодаря ей ты живешь и все такое. Свечение вокруг тебя показывает цвет твоей души. Серый… Странный цвет. У других детей он был… Ярким? Впрочем, не важно, ведь все они мертвы, кроме Фриск. Кстати… У тебя имеется имя? Меня вот Флауи зовут.
О господи, это такой запоминающийся момент… Ваш воображаемый друг обзавелся именем! Вы чувствуете гордость за него.
— Скажи уже свое имя, придурок! Иначе я сам его тебе придумаю.
Вы нехотя назвали его.
— Ванилла… Подходит к твоей розовой одежде, — когда он говорит это с таким лицом, это мало походит на комплимент… Скорее на завуалированное оскорбление. — Продолжим. Раз у тебя нет оружия, тебе придется атаковать меня голыми руками и уворачиваться без защиты. Лошок.
Он оскорбил вас, но нет смысла обижаться на плод воображения. Вы только укоризненно посмотрели на Флауи.
— Я буду атаковать тебя своими лепестками, а твоя задача — уворачиваться. Усек?
Вы кивнули и почти в ту же секунду заметили белые лепестки, стремительно летящие в вашу сторону. И тут вы обнаруживаете, что ваше тело предательски не хочет двигаться… Все попытки двинуться в сторону или поднять руку оказались тщетны. Большинство лепестков обогнуло вас в сантиметре от кожи, однако один из них все-таки полоснул вас по лицу. Вы чувствуете, как что-то обжигающе-теплое течет по вашей щеке.
— Я же сказал, уворачивайся, идиот! — по нему не понять, разгневан он или радуется…
Однако оскорбления Флауи не помогли вам двинуться и на сантиметр, и очередной лепесток полоснул вас по плечу.
— Да что с тобой не так? — прокричал Флауи.
Вы и сами не знаете. К примеру, вы разговариваете со цветком и выжили после такого падения. И никто вам ничего и не собирается объяснять.
Надвигается еще одна атака. Вы опять облажались.
— Да тюльпан ты позолоченный! Лялиус обыкновенный! Ты это специально? — похоже, ситуация вышла из-под контроля. Ваши худшие подозрения подтвердились.
Но цветок, вопреки ожиданиям, сделал пять глубоких вдохов и с лицом истинного пофигиста, которое только может изобразить воображаемый цветок, продолжил:
— Хорошо, видимо, твоя душа слишком слаба для атаки и защиты. Ты даже не протянешь до апреля. Так уж и быть, я тебя пощажу.
А сейчас вы закроете глаза — и этот воображаемый цветок не проживет и часа. Ну и отлично! Как говорил папа, некоторые оптические иллюзии исчезают, стоит лишь закрыть глаза. «Ну, отец, ты прав».
Вы закрываете глаза ладонями и убегаете, оставив шокированного цветка умирать позади. Забег продолжается. Вы уже не помните, сколько бежите, но точно знаете, сколько камней встретили на своем пути. И продолжаете, пока не осознали, что на вашем пути уже не камень и даже не шипы. Убрав руки от глаза, перед вами обнаружилось дерево, а за ним — весьма заброшенный дом, с клумбами, заросшими сорняками. А из разбитых окон доносится веселенькая музыка. Впрочем, привыкать проходить зайцем уже не приходится.
Вы открываете тяжелую дверь, и, О боже, что вы видите!
— Джолин, что ты делаешь на шее этой жабы? — кричите вы, словно родительница, заставшая целующихся подростков.