Твой взгляд

 - Нет, нет, это не пойдет! Снимай, - раздраженно махнула рукой рыжеволосая девушка, едва не расплескав полбокала игристого, держащего второй рукой и с трудом сдержав очередной разочарованный стон.

Она хмуро подошла к небольшому выбеленному шкафу, который ломился от разнообразной, но совершенно неподходящей одежды. Толстовки, худи, футболки с забавными принтами, клетчатые домашние штаны – все нагоняло скуку и уныние. Ей показалось, что подруга совсем забыла, что такое выглядеть сексуально, потому что приняла это, как синие джогерры в совокупности с одной из своих цветастых маек, а ведь изначально на фразу «но мне нечего надеть», рыжая только отмахнулась. Если бы она знала, что ее самая милая, самая родная подруга и правда собрала свой гардероб чисто на оверсайзе и нелепости, не размахивала бы конечностями.

- Ну, знаешь, если и это не подойдет, катись-ка ты сама в свой клуб, - беззлобно фыркнула новоиспеченная модель, вырулив из ванной комнаты в очередном образе, на который рыжая уже мало рассчитывала.

Повернувшись к девушке, Ася замерла, пытаясь разобрать действительно ли это не давшее в голову шампанское, а ее Ариша, которая сногшибательно смотрелась в черных кожаных шортах на черные капронки и скромной, но добавляющей изюминку, черной водолазке. Так и не найдя, что сказать, она показала два больших пальца подруге, одобряюще выпячивая при этом нижнюю губу, до этого предусмотрительно поставив бокал с недопитым напитком на комод.

Арина в ответ блаженно выдохнула, изрядно устав переодеваться во все, что приглянулось ее новоявленному кутюрье и нажала в смартфоне на заказ такси.

POV Арина

Мешая трубочкой второй по счету Лонг-Айленд, я щурилась от света разноцветных прожекторов, стараясь не упускать из поля зрения Асю, умело покачивающую бедрами в такт битовой песне. Расслабление никак не шло, хотя план был прост: прийти в клуб, выпить пина коладу и отрываться на танцполе до приятной судороги стоп, но каждую минуту было что-то не так. То слишком душно, то не та песня, то недостаточно алкоголя, то толика неуверенности, твердящая, что я не смогу также беззаботно отплясывать, как, например, та раскрепощенная блондинка в короткой клетчатой юбке; то взгляд. Мне постоянно мешал чей-то взгляд, словно оставляя на коже липкое присутствие.

Обернувшись опять на сто восемьдесят градусов и так и не найдя виновника моего дискомфорта, я уткнулась в стакан, мысленно отсчитывая минуты до конца этой «веселой» экзекуции.

В последний раз в таких местах я была пару лет назад, изрядно накидавшись с одногруппницами в попытке отметить отлично сданную сессию. Сессию мы отметили на славу, на следующее утро голова болела так, будто присутствовала всю ночь на наковальне, но тело отдохнуло и получило заряд приятной энергии на еще долгое время.

А после было не до вечеринок. Сначала отношения с парнем, потом работа, а потом и вовсе этот славный тандем увлекли меня в пучину быта и достигаторства, впрочем, ни там, ни там я не преуспела.

Коктейль, который недавно учтиво принес официант, наполнял постепенно тело расслаблением, позволяя почувствовать невесомость рук и приятное помутнение в сознании. Я чувствовала, как приятный холодок бежит по венам, разгоняя кровь, и наконец, встала с насиженного барного стула. Сколько можно, в конце концов?

Подруга довольно заулыбалась при виде меня, приближающейся к ней, и протянула руки, тут же приобнимая за плечи и крича в ухо что-то из серии «неужели я не прокукую рядом с барменом всю ночь». Шутливо отпихнув от себя девушку и забавно фыркнув, я поймала то настроение, за которым отчаянно шла сюда.

Руки поднимались, бедра вырисовывали восьмерку, а волосы вообще жили своей жизнью, пока разум улегся на тихий час, позволяя отдаваться всеобщему кайфу от тандема с музыкой. И только все тот же чей-то взгляд не давал полностью расслабиться, так и не попадая в поле моего зрения.

Отчаявшись разгадать эту загадку и изрядно подустав, я позволила Асе утащить меня в зону чилаута, где девушка с удовольствием припала губами к прохладному стакану с освежающим мохито.

- Тебе будет дурно, - усмехнувшись, я отпила немного минералки, не желая больше спиртного и встречаясь с недоуменным взглядом подруги. – Ты понижаешь градус.

- А, да и черт с ним, - она блаженно прикрыла серые глазки, затянувшись черничной электронной сигаретой, от запаха которой я невольно поморщилась.

Все смешалось: запахи дешевых и дорогих духов, запахи никотина и алкоголя, запахи поднятой пыли и человеческого пота.

Я прикрыла глаза, тяжело втягивая спертый воздух полной грудью и до звездочек жмуря веки, снова ощутив на себе заинтересованность или черт знает что. На сей раз не получилось. Я распахнула глаза раньше, чем он отвел взгляд. Мы смотрели точно друг на друга, будучи на расстоянии в каких-то двух ста метрах. На знакомом лице растягивалась фирменная ухмылка, пока его обладатель отдавал мне честь, приподняв свой стакан, а мой желудок делал кульбит.

- Ри, давай еще минут двадцать и поехали отсюда, - рыжая чуть пришла в себя и теперь вероломно перенимала мой взгляд на свою персону.

- Да, я не пойду больше на танц, меня тошнит, - я помахала ладонью у горла, кашлянув, - а ты оторвись, и я вызову такси. Могу остаться у тебя?

- Конечно, - девушка протянула гласные и, сделав последний глоток мохито, побежала еще раз задать жару на танцполе.

Я мотала головой, пытаясь найти насмешливый взгляд серых глаз, но их обладатель снова будто провалился сквозь землю. На прежнем месте уже терлись совершенно другие люди, а я даже не знала цвет его одежды, чтобы попытаться найти по другим параметрам.

Мурашки накатывали волнами, норовя вот-вот растоптать меня, и без того дышащую словно рыба, выброшенная на лед. Я так часто выстраивала по крупицам в памяти эти глаза, глубокого серого цвета, эту ровную белоснежную улыбку, эти темно-русые волосы, которые челкой часто спадали на широкий лоб. Даже голос, каждый раз, я пыталась воспроизвести в голове малочисленные фразы его низким голосом, наполненным легкой нотой хрипоты от частого курения.

Не помню, когда он появился в нашей компании, заменив предыдущего поставщика, которого наконец уволили после пары месяцев махинаций и халтуры. Но прекрасно помню, как заставил подумать, что он неотесанный хам, которому сложно в ответ поздороваться.

- Ой, здравствуйте, - я дружелюбно улыбнулась, приподнимаясь с места и желая показаться дружелюбной, получая в ответ молчание.

Парень пронес в руках пару коробок в кабинет босса, а потом прошел мимо еще пару раз с документацией, лишь перед выходом удосужив меня быстрым взглядом.

Я каждый раз здоровалась, когда он заходил с неизменной черной папкой поверх небольших коробок в руках. Это было машинальной вежливостью, вошедшей в привычку. Его черные джинсы, белая футболка и черная шапка-бини тоже стали привычкой, а потом произошло то, на что я перестала рассчитывать еще пару его визитов назад.

- Добрый день, - буркнув, я опять уставилась в монитор, пытаясь сохранить в себе крупицы самообладания и не распсиховаться от того, что отчет приходится переделывать третий раз.

- Привет.

Он все также прошел мимо, оставляя за собой шлейф древесного парфюма и выкуренной накануне сигареты, только сейчас мое глупое сердце ускорило свой ритм, а улыбка медленно расползалась по довольному лицу.

Так это стало традицией, здороваться друг с другом, потом стало традицией улыбаться и проводить в одном помещении больше минуты.

- Привет, - он ровно в полдень зашел в приемную, держа в одной руке стаканчик с кофе, а во-второй флешку.

- Привет, - я невольно приподняла уголки губ, отмечая, что сегодня на парне легкая щетина и теплый свитшот Nike, - а Виктор Викторович вышел, - кинув взгляд на стильную деревянную дверь, я пожала плечами.

- Значит, подождем, - плюхнувшись напротив меня на клиентский стул, он поставил коричневый стаканчик передо мной, показывая взглядом, что взял его не для себя и я, довольно втянув аромат карамельного латте, прикусила губу, дабы совсем не расплыться в улыбке.

Это стало обычаем – видеть его три раза в неделю, а однажды, вынужденно посмотрев камеры, я заметила, что, вероятно, и не была намеренно проигнорирована с самого начала, потому что разглядела кончик белого наушника, который так не кстати прикрывала эта злополучная шапка.

Мы каждый раз обменивались взглядами и каждый раз улыбались друг другу, это словно стало моим зарядным устройством. Становилось сразу так чертовски спокойно и хорошо, даже, если до этого незаслуженно наорал начальник; даже, если искусно вылюбил мозг очередной недовольный клиент; даже, если утром окатила грязной водой из лужи машина.

Не знаю с какого именно момента, я стала хвататься за зеркало перед полуднем, чтобы поправить легкий макияж и приложить волосы, с какого момента стала терроризировать социальные сети в попытках найти его аккаунты, узнав из общего чата фамилию и имя, но точно знаю, с какого момента мое сердце сделало этот предательский кувырок.

- Послушайте, - я рвано выдохнула, стараясь не расплакаться и прикрывая глаза от безнадежности, - я сожалею, но не могу помочь Вам попасть сегодня к управляющему, могу записать Вас на прием только на четверг.

- Ну и на хера мне твой четверг, идиотка? – мужик в сотый раз заорал, едва ли не брызжа слюной и заставляя меня вжать голову в плечи. – Тебя посадили сюда, чтоб ты глаза таким, как я радовала, да кофе по щелчку приносила, а не вякала и не мешала большим дядям решить их дела.

Я в очередной раз проблеяла, что босса нет и, что я бесконечно сожалею невозможности решить его проблему здесь и сейчас перед тем, как зажмуриться от вида поднимающейся на меня тяжелой руки, явно желающей дать хлесткую пощечину.

Раз, два, три... Должен же быть удар. Четыре, пять, шесть...

Бугай сложен пополам в тщетных попытках втянуть носом воздух, а мой спаситель отряхивает кулак, будто испачкал его в чем-то очень грязном.

- Вон пошел, - он процедил едва слышно, но этого хватило, чтобы неадекватный тип, корчась от боли в солнечном сплетении, ринулся – насколько это было возможно – к выходу. – Ебанутый, - сероглазый передернул плечами и наконец посмотрел серьезно на меня, заставляя шумно сглотнуть. – Ты в порядке? Что он хотел?

- Д-да, - я облазала пересохшие губы, поднимаясь с компьютерного кресла, к которому намертво приросла за эти бесконечные пятнадцать минут, - Пройти сейчас к начальству, его что-то не устроило в выполненной работе.

Руки трусило, голос дрожал, и я явно не походила на ту жизнерадостную девчонку, которую он видел все это время.

- Все хорошо, он не сунется больше, - уверенно проговорив, парень усмехнулся чему-то своему и сгреб меня в резкие, теплые объятия, делясь своей уверенностью.

Тряхнув головой в попытке прогнать воспоминания, я, пошатнувшись, встала с синего диванчика и, протискиваясь меж полупьяных разгоряченных тел, отправилась в уборную. Хотелось умыться холодной водой и дать ушам хотя бы немного отдохнуть от клубной музыки.

Мантра из «какое тебе дело, что он тут делает» почему-то не работала, хотя, мозг безрезультатно пытался убедить сердце унять тахикардию и успокоиться на его счет. Проточная вода приводила в чувства, но слишком медленно, пока глаза начинали пощипывать от накатившихся эмоций.

Да, я влюбилась. Влюбилась, как двенадцатилетка в старшеклассника; как зубрилка в капитана баскетбольной команды; как... как дурочка.

Мы все также обменивались долгими взглядами, здоровались, болтали о чем-то незамысловатом и подписались друг на друга в Instagram*. Он иногда захватывал с собой кофе и булочку для меня, а я трепетала, когда случайно касалась его горячей руки.

Мир, который я построила – розовый, любящий и беззаботный – в одночасье рассыпался, как спичечный замок, загоревшись при этом.

- Андрей, а... что ты тут делаешь? – растерявшись, я приподнялась, оперевшись ладонями о поверхность лакированной столешницы.

- И тебе, Аринка, привет, - вошедший ровно в полдень усмехнулся, ногой закрывая за собой дверь. – Так, комплектующие привез, - он качнул коробку в своих руках в знак подтверждения.

- А где...? – хоть бы заболел, хоть бы заболел, пожалуйста, хоть бы заболел.

- А все, теперь я у вас, - он довольно улыбнулся, - Яра перевели в другой регион, он переехал.

Парень, вероятно, говорил что-то еще, а я лишь учтиво улыбалась и кивала, чувствуя внутри расползающуюся тянучую, словно карамель, пустоту.

Переехал? – Всплеск воды. Перевели? – Еще один.

На щеках застыли капли, а я не сводила взора с копии себя, смотрящей из зеркала. Какой сюр – убиваться по своим фантазиям, жить несбывшимися мечтами, уподобляться подростку, отчаянно сохнущему по кумиру.

Он никогда не говорил, что я ему нравлюсь, но смотрел так, будто я что-то для него значу, он никогда не целовал, но каждый раз зависал вниманием на моих губах, он никогда не предпринимал попытки, но довольно ухмылялся, когда удавалось смутить меня.

Счет до десяти – блеф психологов, который не помогает. Я досчитала уже до пятидесяти и все без толку, сердце так и отбивало чечетку. В конце концов, я не враг себе, чтобы сжигать себя под его взглядом впервые за столько времени, придя расслабиться и потанцевать.

Последний всплеск, улыбка, выход.

Уже более трезвым взглядом оглядев на танцпол, я невольно поежилась от зажимающихся малолеток, которых черт знает, как пропустил этот строгий фейсконтроль и от типов, лавирующих от одного человека к другому, предлагая попробовать явно не совсем законные штуки.

- Какая дама, - полупьяный баритон просипел над ухом, пока ледяные пальцы захватывали в плен мою руку чуть выше локтя. – Потанцуем?

Расширенные зрачки и бледность кожи выдавали с потрохами увлечения брюнета, который неприятно оскаливался на мои жалкие попытки выдернуть руку.

- У меня есть то, от чего ты не сможешь отказаться, - горячее дыхание, контрастирующее с его кожным покровом, вселяло ужас, а он, кажется, воспринимал мое молчание, как капитулирующее согласие. – Пойдем, - темноволосый потянул в сторону уборных, в которых я была пару минут назад, и только это осознание подало мозгу сигнал sos.

- Я не хочу, перестаньте, - уперевшись в худое предплечье, я так отчаянно пыталась взглядом найти Асю, давно потерявшуюся среди всей этой кайфующей толпы.

Не ходила столько времени и нечего было начинать, чертов клуб.

- Переста-а-аньте, - незнакомец тормознуто и явно передразнивающе протянул, открыто посмеиваясь над выканьем к его скромной персоне. – Да хорош, я же видел, тебе скучно, - он тряханул меня, подталкивая ближе к дверям.

Кудрявая макушка, расслабленно трясущаяся под бит; угловатый парень, попивающий что-то синее в бокале; зрелый мужчина, обводящий брезгливым взглядом обстановку в попытке кого-то выцепить; едва знакомое лицо, обладатель чьего невесомо мазнул взором по мне, не находя интереса.

Я отчаялась найти того, кто так упрямо прожигал во мне дыру весь вечер, заставляя думать, что я чокнулась. Неужели ушел? Вот сейчас, когда так нужен.

Судорожный вздох и последний взгляд в толпу, попадающий точно в цель. Русоволосый беспокойно рассматривал присутствующих, отчего по телу разлилась теплая нега. Он нахмурился, наконец заставляя мое сердце сделать радостный скачок, отдаваясь в глотке.

POV Ярослав

Я заметил ее сразу, как она вошла в помещение, пусть и чертовски темное, но, когда ей это мешало озарять пространство собой? Такие же стройные ножки, такая же легкая полуулыбка на губах, такие же непослушные волосы, явно лезущие ей в глаза и только последние непривычно тоскливые.

Она практически не пила, создавая впечатление, будто вообще пришла сюда за компанию со своей рыжей подружкой, явно чувствующей себя в своей тарелке. Блондинка, трущаяся рядом со мной, словно верный пес, уже обиженно дула пухлые губки, когда я битую минуту не сводил взгляд с темноволосой, которая вертелась, как юла.

Единственный выпитый за вечер бокал бурбона, казалось, и вовсе выветрился, покидая полностью организм и вырубая сдержанность. Я знал, что не должен попадаться ей на глаза; знал, что сам не выдержу видеть в них то непонимание, о котором мне рассказывали сменившие меня парни и даже установка «ты ничего ей не обещал» пошла на детородный орган, заставляя чувствовать себя мудаком.

- Я не знаю, что тебе сказать на это, - изумленно, я осмотрел ее приемную, которую она старательно украсила к Новому году, выставив маленькую, искусственно заснеженную, елочку и светодиодного оленя, помимо натянутых гирлянд и вывесок.

- Тебе не нравится? Слишком, да? – девушка озадаченно сконфузилась, ткнув тонким пальчиком голубой шарик.

- Нет, наоборот. Стало уютно, - это было искренне, - в твоем стиле.

Я улыбнулся ей, встречаясь с ответной счастливой улыбкой, лезвием проходящей по сердцу. Уют – слово, которое так правильно ее описывало.

Я подозвал паренька, бегающего официантом в VIP комнатах, доставая из бумажника пару голубеньких купюр.

- Вот ее, - указав кивком на сидящую в чилауте темноволосую, - угости негрони.

- Хорошо, - парень протянул руку за банкнотами, понимая, какие щедрые чаевые у него остаются за мою маленькую просьбу и уже через секунду хмуря лоб, когда не удалось их вытащить меж зажатых пальцев.

- Но, сделай это, как комплимент от бара, ясно? – подняв брови, я наклонил голову в бок, качнув деньгами в его сторону.

Ни секунды не колеблясь, мой новый знакомый кивнул и, вытащив улов, довольно посеменил к бару передавать заказ, а я заинтересованно прикусил губу, не в силах оторвать взгляд от ее едва затуманенных глазок и накрашенных блеском губ, обхватывающих лиловую трубочку.

Черт знает, что этот юнец наплел ей, но даже на расстоянии я видел, как крутятся шестренки в ее умной головке, и она опасливо принимает комплимент, который дал хороший старт для начала ее танцевальной программы на этот вечер.

Я кашлянул, заставляя девчонку испуганно дернуться и тихо выругаться популярным матерным. Она снова увлеченно что-то рисовала в своем сереньком планшете, умудряясь находить на работе минутку для сдачи зачетов, дабы беспроблемно закончить последний курс магистратуры, на которую ее запихнули родители.

- Тише, Риша, тебе не идет, - посмеявшись над ее напускным недовольством, я протянул документы для печати.

- Когда-нибудь я запульнусь в тебя ручкой, - буркнув, она попыталась скрыть улыбку, торопливо поднимаясь с места и отправляясь к сейфу за печатями.

Она выглядела так чертовски привлекательно в юбке-миди, разрез которой бесстыдно доходил до середины бедра и пиджаке на черный топ с потрясающим вырезом декольте.

Не помню, как мои мысли перетекли от этих гребанных печатей до желания сделать с ней все, что заблагорассудиться прям на этом столе, предусмотрительно скинув всю мишуру с него, но идя обратно в машину по коридору офиса, папкой пришлось прикрывать возникшее напряжение в штанах.

Она двигалась красиво, она двигалась ритмично, она двигалась скромно и невероятно сексуально. Я начинал проклинать свою затею с этим чертовым аперитивом, ловя жадные взгляды на свою девочку и борясь с желанием затолкать ее в дальний VIP, чтобы наконец почувствовать каждый миллиметр ее нежного и податливого тела.

Конечно, мне не могло везти вечно, эта маленькая неугомонная дама заметила меня, когда я наконец отвязался от пресловутой блондинки, скинув ее одному из своих парней, действуя исключительно из ее согласия. Арина смотрела на меня так, словно я – самое большое разочарование в ее жизни, а я и сам чувствовал себя таким.

- Яр, это не может больше продолжаться, - Стас чиркнул зажигалкой, опираясь о черный тонированный Range Rover, - завязывай.

- У меня нет с ней ничего, - я чувствовал напряженные желваки, оттряхивая еще не образовавший пепел на недавно прикуренной сигарете.

- Пока нет, - темноволосый хмыкнул, - но, знаешь, начинают ходить слухи, что наш Ярый поплыл, - он прикрыл глаза, собираясь с мыслями, чтобы почти сразу продолжить. – Ну, выебал бы ты ее, да и черт с ней, а ты кофеек ей таскаешь, лыба довольная, парни же тоже не идиоты. В общем, заканчиваешь с этим офисом, да и интереса там больше нет, - Стас сделал затяжку, забивая после последний гвоздь в крышку моего гроба. – Ослушаешься, ребята закончат с ней.

И я ушел, без комментариев, объяснений и долгих прощаний. Знал, что Андрюха скажет о моем липовом переезде, когда я каждый день наблюдал за темноволосой, будучи за темным стеклом BMW, стоящей напротив ее работы.

Если бы люди обладали телепортационнами штуками, она бы уже была передо мной, залепляя пощечину. Обещал ли я ей что-то? – Нет. Видел ли, что она дрожит от моего взгляда каждый раз? – Абсолютно да.

И мне нравилось. Сначала тешились эго и самооценка, потом тянуло низ живота в желании попробовать эту сладкую пытку на вкус, а потом стало резко пусто без ее светящихся глаз, которые я привык видеть ежедневно, как по расписанию.

Арина, я пытался заменить тебя, сотни раз пытался.

Нужда в табаке накрыла до скрипа в зубах, и я быстро ретировался в курилку, чтобы привести мысли в порядок и пораскинуть, как спровадить домой ее рыжую спутницу, которую она априори не отпустит одну.

Сигарета за сигаретой, почти пачка, а перед глазами ее голубые глазки, так быстро трезвеющие и разочаровывающиеся.

Я не сразу нашел ее, вернувшись обратно в тесно набитый людьми клуб. Шальная мысль о том, что голубоглазая все-таки уехала, неприятно уколола, пока взгляд пытался выцепить волосы, цвета молочного шоколада из многочисленной толпы.

Арина была у входа уборной зоны. Она не брыкалась, не визжала и не скалилась, только что-то тихо просила, стараясь вырвать свою ручку из хватки какого-то малолетнего торчка, коими было усеяно все помещение. Девушка прикрыла глаза, словно в последней надежде распахивая их через пару секунд, попадая на меня.

Быстро пробираясь меж тел, я преодолел расстояние до них за долю секунды, криво усмехаясь и легким движением отлепляя полудурка от перепуганной Ри.

POV Арина

Он не бил его, Ярослав лишь наклонился к уху и без того позеленевшего парня, который услышав, видимо, что-то очень страшное для себя, испарился также быстро, как и появился, а я осталось стоять с ним, осознавая, что сейчас это даже страшнее, чем этот недопохититель.

- Ты в порядке? – русоволосый наклонился ко мне, чтобы я услышала вопрос и, судя по всему, задохнулась от этой чертовой хрипоты и от этого чертового аромата сигарет, смешанного с дорогим древесным парфюмом.

- Да, спасибо, - не знаю, услышал ли он, но привычная беспечная усмешка украсила его губы и только легкие искорки беспокойства в серых глазах, давали надежду, что ему было не все равно.

Открыв рот и тут же закрыв, не найдя, что сказать, я повернулась, намереваясь побыстрее найти свою бестию и сбежать под горячий душ в уютную квартиру, закрыв это воспоминание к своим предыдущим на один амбарный замок.

- Риш, подожди, - теплая рука аккуратно коснулась ладошки, заставляя замереть. Меня выворачивало наизнанку от волнения и негодования. Мечты о неожиданной встрече перестали быть мечтами, но почему-то становилось только тошно. – Давай поговорим?

Я развернулась к нему на пяточках, на мужественном лице уже была маска серьезности, а волосы были чуть взъерошены левой рукой. Он был безупречен, как полгода назад и почему-то волна обиды и ярости накрыли меня без возможности доплыть до берега.

- Поговорим? – я ядовито прошипела, сузив глаза, которые столько раз намокали от несправедливости. – Давай поговорим. О чем? О том, как ты переехал, не удосужившись даже попрощаться; о том, как сменил все учетные записи, лишив шанса тебе написать или о том, какого хрена ты тут делаешь? Выбирай, смотри, как много тем.

Я не имела права требовать от него объяснений, наступать, как кошка, загнавшая в угол мышь и уж, тем более, поднимать руку в попытке оттолкнуть от себя, которую он быстро перехватил, безболезненно прижав к своей груди.

- Сколько требований, - прохрипев, он прикрыл глаза, шумно втянув запах моих волос и так быстро, что почти незаметно, блаженно улыбнувшись. – Ты такая красивая, - покачав головой, Яр щелкнул замочком одной из изолированных кабинок уборной, только сейчас давая опомниться, что умело обвел меня вокруг пальца.

- Пусти, - щеки горели от непозволительной близости и непрекращающейся злости. – Пусти, Ярослав, или я закричу, - не позволив дрогнуть голосу, я сделала шаг к двери, тут же оказываясь перехваченной сильными руками и прижатой спиной к его торсу.

- Не закричишь, во-первых, потому что я действительно не был в городе и только недавно вернулся, во-вторых, потому что тебе нравится и, в-третьих, потому что я пиздец как соскучился по тебе.

Его шепот проникал в каждый атом моего тела, которое так глупо обмякло в крепких руках. Мурашки готовы были затоптать заживо, а глаза смиренно закрылись, воспаляя всю чувствительность.

Он неторопливо развернул к себе лицом, держа ладони на талии и явно не ожидая подвоха, а я, списав на алкоголь – и пусть он уже выветрился – и эмоциональность, занесла ладошку в желании одарить наглеца пощечиной, о которой так мечтала все эти месяцы, вновь терпя неудачу.

Ярослав в очередной раз мягко перехватил мою руку, аккуратно толкнув и позволив встретиться спиной с холодной кафельной стеной.

- Потом, - прошептав, он не позволил ответить, накрывая теплыми губами мои, заставляя теперь себя чувствовать мышкой.

Я сдалась. Отступила. Капитулировала.

Какая разница, где он был все это время, если моя мечта в виде его теплых губ, сминающих мои, исполнилась? Яр не торопился, медленно проходясь кончиком языка по нижней губе перед тем, как позволить ему встретиться с моим языком. Горячие пальцы очерчивали скулу, подбородок, шею, безостановочно спускаясь вниз и пробираясь под черную водолазку.

Шум давно перестал интересовать, в ушах отдавалось только его глубокое дыхание и собственный стук сердца. Даже зародившаяся мысль: «а закрыта ли наша кабинка», покинула мозг также быстро, как и появилась.

Я готова была задохнуться, чувствуя его руки на своем теле, которые приблизились к белому кружеву, тут же бессовестно пробираясь под него, чтобы очертить округлость груди и двинуться вверх, к самой чувствительной точке. В прочем, сейчас, благодаря ему, чувствительной точкой я была вся, без остатка.

- Подними ручки, - оторвавшись от моей шеи, русоволосый довольно смотрел на меня, когда я послушно выполнила его просьбу, самолично избавляя тело от верха и аккуратно вешая предмет моего гардероба на один из крючков.

Взгляд затуманился, и я, будто, через призму видела, как он ловко избавил меня от лифчика, вешая его к той же водолазке, и припал влажными губами к набухшему соску, выбивая из меня тихий стон, смешанный с хныком.

Руки крепко оплели его плечи, когда парень посадил на свои бедра, а ноги обхватили торс, оставшийся также без верха. Воздуха катастрофически не хватало, мне грозило удушье только от чувства своей светлой кожей его горячего, усеянного небольшими шрамами и родинками, тела.

Он целовал, поднимаясь от груди по шее к губам и спускаясь обратно, с наслаждением отмечая, как я нетерпеливо изгибаюсь в спине, сдерживаясь в стонах, прекрасно помня, где мы находимся.

Наигравшись с сосками, которые беспардонно горели от его нежных ласк, парень усадил меня на небольшую столешницу, в которой была врезана раковина, а я мысленно поблагодарила хозяина клуба за такое индивидуальное приспособление для каждой кабины. Ярослав сделал небольшой шаг назад, улыбаясь так, словно я – лакомый кусок его любимого торта, но, потеряв тепло его тела, что трезвило разум, я напряженно выдохнула.

Если он сейчас назовет это ошибкой или отложит до лучших времен, я убью его прям здесь, не в силах пережить этого позора.

Но у сероглазого, кажется, были другие планы, потому что я вложила ладошку в его протянутую ладонь, спрыгивая и тут же оказываясь спиной к нему, только сейчас отмечая небольшое зеркало. Глаза блестят, на коже пару слабо виднеющихся отметин, волосы неприлично растрепаны и его рука, уверенно расстегивающая ремень мои шортиков и пробирающая внутрь.

Я прикрыла глаза, дабы насладиться ощущениями с полна и, перестывая дышать, когда подушечки пальцев замерли на лобке.

- Открой свои чудесные глазки, Ри, - горячий шепот опалил ушко, заставляя вздрогнуть и смущенно качнуть головой. Я не выдержку эту пытку, не выдержу его взгляда. – Давай же, посмотри, какая ты красивая, - он оставил влажный поцелуй на плечике, позволив наконец своей руке двинуться ниже.

Два пальца очертили половые губы, размазывая по ним смазку, которой было чертовски много, и я послушно распахнула глаза, уперевшись в наше отражение взглядом.

Не спеша, парень ласкал клитор, зацеловывая каждый миллиметр моей шеи, периодически поднимаясь к щечке и удерживая второй рукой за талию, не позволяя мне рухнуть от всех своих манипуляций. Я чувствовала, как он потирается бедрами о мою попу и старалась сильнее отклониться назад, чтобы лучше ощущать его напряжение и сладостно ликовать от всего происходящего.

Я дрогнула, когда указательный палец спустился ниже, останавливаясь у входа, и закрыла глаза, затаив дыхание.

- Нет, - опять этот хриплый шепот, просто от существования которого я готова кончить в любую секунду. – Смотри.

Он упрямо ждал, пока я вновь послушно обращу взгляд на нас: раскрасневшуюся от сладких пыток себя и довольного, возбужденного, но спокойного его.

Не сумев сдержать стон, я откинула голову, уперевшись затылком в район его ключицы, когда почувствовала, как медленно его палец скользнул в меня. Недолго думая, он добавил к нему средний, оставляя на клиторе большой, продолжая изводить его круговыми движениями. Тело свела приятная судорога, и я готова была получить долгожданную разрядку, когда движения пальцев во мне ускорились, а пальцы второй руки поднялись до груди, сминая ее с толикой грубости, но все прекратилось.

Часто дыша, я нашла его взгляд все в том же, на удивление, чистом зеркале, наблюдая, как парень расстегивает ремень на своих черных джинсах, достав из заднего кармана квадратик. Желая помочь, я протянула руки к презервативу, но он лишь качнул головой, не позволяя мне развернуться и зубами надорвав упаковку.

Я даже не успела обдумать, готовился ли он провести эту ночь с какой-нибудь гостьей этого треклятого клуба или всегда предусмотрительно носит с собой защиту, пока Яр спускал мои шортики, вместе с колготками и белыми кружевными, от комплекта, трусиками, не избавив от них полностью.

Он еще раз провел пальцами по позвоночнику, прослеживая за мурашками, выступившими от его движений, и легонько наклонил, безмолвно заставляя упереться ладошками в столешницу. Сероглазый оставил горячий поцелуй меж лопаток прежде, чем упереться в меня головкой, а после легко толкнуться, заполняя собой полностью и не сдерживая своего хриплого стона.

Стенки плотно сжимали его член, и я, встретив вопросительный взгляд, направленный в зеркале на меня, нутром почувствовала его опасения, тут же мотая отрицательно головой в спешке их развеять.

- Я не девственница.

Он выдохнул с ноткой облегчения, начиная аккуратно двигаться во мне, позволяя привыкнуть до того момента, пока я сама не начала поддаваться ему навстречу.

Его шепот, опаляющий и без того разгоряченную кожу; громкие шлепки влажных тел друг о друга; мои стоны и его тихие сдержанные рыки. Почувствовав приближающую разрядку, я прошептала его имя, в предвкушении закрывая глаза и в эту же секунду разочарованно простанывая, перестав ощущать его плоть.

Ярослав подхватил меня на руки, развернув вновь и заставив обвить руками его шею и ногами торс, моментально заполняя лоно собой и припадая сухими губами к груди. Холодный кафель придавал еще больше резкости ощущений, а умелый язык парня, очерчивающий горошинку соска, заставляли задыхаться, чувствуя накатившую волну разрядки. Сероглазый сделал еще пару яростных толчков в меня прежде, чем уперся влажными, от пота, лбом в острое плечико, тяжело дыша и, меняя нас местами, сам облокотившись о стену, до сих пор оставаясь во мне.

Я поцеловала его в висок, вызывая слабую, едва заметную улыбку на устах, продолжая прижиматься с прикрытыми глазами до тех пор, пока он не разъединил наши тела, ставя меня на подкашивающиеся ноги и снимая с себя резинку, которую сразу же бросил в урну.

Парень быстро вернул свою одежду на ее законные места, принимаясь помогать мне надеть мою и самолично застегивая ремень шорт.

- А теперь, - он протягивал гласные, взглядом показывая поднять руки, чему я тут же подчинилась, испытывая дежавю. – Ты выходишь отсюда, садишься в такси, которое я сейчас вызову и уезжаешь домой.

Он сказал это так обыденно спокойно, словно оповещал, что собирается выпить чая, пока я переваривала смысловую нагрузку его слов, на глазах меняясь в лице. Какого позора я там боялась не пережить? Кажется, сейчас я чувствую его троекратно, в сотый раз забыв, как дышать, только уже не от наслаждения.

- Не надумывай себе ничего, малышка Ри, - он нажал на вызов такси комфорт класса на своем смартфоне, поднимая на меня глаза после и улыбаясь кончиками губ. – Просто сейчас так надо.

- Так надо? – я сконфуженно повторила, понимающе кивая и усмехаясь, перекидывая кросс-боди через плечо. – Трахнуть в туалете и отправить на такси? – я заводилась, едва не щурясь от боли разбившихся розовых очков, стеклами во внутрь.

- Я объясню тебе позже, - холодок от его тона пробежал по телу, и мне не оставалось ничего больше кроме, как послушно кивнуть. – Такси у входа, Арина, - он показал мне оповещение, что черная KIA ждет у торца здания, пятерней поправляя свои волосы.

- Ася, мне нужно забрать ее, - так бессовестно забыв про подругу, сейчас я ощутила укол сожаления, что оставила ее одну, изрядно выпившую и мало соображающую. Хотя, меня – оставшуюся в практически трезвом уме – это не уберегло.

- Я отправлю ее домой, - он раздраженно выдохнул, начиная наступать в мою сторону и заставляя неосознанно попятиться к двери. – Домой, - Яр сказал по слогам, оставляя почти невесомый поцелуй на губах и кивком показывая на дверь.

Боже, какой слой грязи я чувствовала на своей фарфоровой коже и как же сильно хотелось стошнить от понимания, что натворила. Отдалась парню в туалете клуба, который сразу после секса вызвал мне такси – какой же сюр, но апогей был вовсе не это, а то, что я до дрожи в ногах хотела снова увидеть его озорной взгляд и хитрую ухмылку, ощутить, как его пальцы властно сжимают мою талию, а губы шепчут, что я его малышка Ри.

Я прикусила губу, дабы не разрыдаться, как пятилетняя девочка, которой не купили обещанную куклу. В конце концов, мои чувства – мои проблемы, но липкое и противное чувство использованности кровоточащем рубцом осталось на сердце без шанса приложить подорожник.

- Ольховская улица? – мужчина, поправляя очки, нажал на кнопку аварийки, медленно начиная движение и кидая мимолетный взгляд на меня в зеркало заднего вида, когда я аккуратно устроилась на сидении сзади него.

- Да, пожалуйста, - я смущенно пригладила вьющиеся темные волосы, предпочитая затаиться, будто на мне жирным шрифтом было написано, что я делала десять минут назад.

Машина обогнула кольцевую развязку, поворачивая на соседнюю от клуба полосу, небыстро шурша шинами в сторону моего дома, когда я устремила внимание на выход здания, из которого недавно вышла и к которому теперь парковалось пару полицейских машин с сиренами, пассажиры в форме которых стремительно забегали в здание.

Сердце ноюще сжалось, и я с трудом сумела совладеть с собой, чтобы не попросить водителя развернуться, чувствуя накатывающую панику и замечая Яра, выходящего вместе с полицейским раньше, чем такси свернуло на перекрестке на другую улицу.

Осознание только сейчас набатом ударило в голову, и я медленно подняла взгляд на водителя, неосознанно вжавшись в кожаное сиденье.

- А откуда Вы знаете адрес?

Мой вопрос был настолько глупым, что мужчина удивленно поднял брови, мельком посмотрев в свой навигатор и пожав беззаботно плечами.

- Так, конечная точка указана клиентом.

Его голос бархатом растекся по салону, и я неспешно кивнула, переключая внимание на мелькающий в окне ночной город и тихо прося прощение.

Он знает, где я живу, хотя мы ни разу не пересекались нигде кроме, как на работе. Более того, он знает номер дома, в этом не было сомнений, потому что точка Б содержала полный адрес. Я взволнованно прикрыла глаза, сгорая от непонимания и накатывающего ощущения чего-то неизбежного.

Он, спустя столько времени; наша близость; полиция; его познания в сфере моего местожительства и, как вишенка на торте, «я объясню тебе позже». От последнего глупое сердце невольно встрепенулось, ведь, это означало только одно – встреча была явно не последней.