1.
Сегодня среда. Последний день мая, который выдался жарким и душным, совсем не пожалев меня, не оставив шанса провести нормальную тренировку. Я в который раз повторяю очередную связку движений и уже задыхаюсь, но заставляю себя снова и снова. Смотрю на часы и понимаю, что осталось десять минут, а это совсем не много времени, прежде чем за мной заедет водитель. Надо прогнать ещё раз.
Тянусь к кнопочке, чтобы включить свою мелодию, но неожиданно замираю, увидев рядом с собой своего друга и партнёра по танцу Илью, у которого только что закончились занятия в нашей студии.
– За тобой скоро? – спрашивает парень, старательно делая вид, что его интересуют фотографии учеников на доске, а потом вдруг решительно переводит взгляд на меня. И я понимаю, почему.
– Я уже собираюсь уходить. Ты опять с Катей поссорился? – задаю риторический вопрос от меня.
– Так заметно? – вздыхает блондин и садится на ковры, лежащие в углу. Я только киваю и начинаю складывать вещи в сумку. Хочу уйти по-быстрее не вынуждая его ревнивую девушку Катю опять подозревать его в чём-то.
– Илья, ты знаешь, я не хочу никак портить твои отношения. Если ты не можешь тренироваться со мной, то... – начинаю я, но парень тут же перебивает меня.
– Не парься, Истомина. Во всём Костян виноват, – усмехается он, а затем направляется к выходу из зала, – чтоб завтра в шесть на тренировке была!
Я улыбаюсь ему в ответ, а затем хватаю ключи от класса, запираю дверь и попрощавшись с ним, бреду в учительскую, чтобы отдать свои документы на официальное зачисление. Родители меня убьют.
Конечно, ведь Истомина Регина Сергеевна не должна заниматься всякой ерундой вроде хореографии. Её ждёт компания её обожаемого отца, бизнес, а не желаемые выступления на сцене. Танцы – это хобби, ходи в студию, занимайся, но о карьере даже не мечтай.
Рано или поздно им придётся смириться с тем, чего желаю я. Пора сделать первый шаг.
Концерт в студии – отличный шанс показать свои способности. Мы с Костей долгое время тренировались к нему, пока он не сломал ногу. Не удивлюсь, если этому даже поспособствовали мои родители, которые весьма равнодушно отнеслись к моей неудаче. Но один из учеников студии Илья согласился выступить со мной, чему я благодарна. Надеюсь, что всё пройдёт более-менее хорошо.
Отдаю документы секретарю, спускаюсь вниз по лестнице и выходу из здания. На парковке меня уже ждёт машина. Бросаю взгляд на телефон. Я опоздала всего лишь на пять минут. Надеюсь, водитель не поднял тревогу, иначе дома меня ждёт очередная катастрофа.
Пока еду в машине, думаю, чем же всё-таки запомнится мне этот вечер. В голову приходит мысль закрыть дверь и танцевать под музыку на телефоне, но я игнорирую её, потому как слишком устала и не особо хочу снова ругаться с родителями. Я решаю скоротать время в интернете и написать явно скучающему сейчас Косте. И ещё парочке друзей, которых у меня, к сожалению, не так много. Но чувство того, что в очередной раз у родителей появится какой-то приём или деловая встреча, на которой я должна присутствовать, так меня и не покидает. Жаль.
Пытаюсь расслабиться под Arctic Monkeys. Почему-то сегодня включила на минимальную громкость. Смотрю в окно и встречаюсь с самой собой. Светлые волосы, голубые усталые глаза, бледная кожа, круги под глазами. Самая обыкновенная дочурка богатеньких родителей. Скучающим взором смотрю на наш город, где моя семья является элитой. Тошнит.
Гоню прочь депрессию, когда выхожу из машины на летный воздух. Вдыхаю запах прекрасных цветов, которые сама выбирала для нашего дома. Цветы напоминали мне о бабушке, у которой я частенько проводила каникулы, когда была маленькой. Прохожу в наш маленький сад и направляюсь к большой парадной лестнице. Здесь очень красиво, особенно, когда у нас праздники, но никогда не уютно. Возможно, потому что я как всегда всё преувеличиваю и делаю ужасным. Похоже, я действительно устала.
Быстрыми шагами поднимаюсь по лестнице, встречая у входа горничную Лидию.
– Здравствуйте, Регина Сергеевна! – говорит мне женщина, дожидаясь, пока я скину обувь, – ваши родители хотят вас видеть.
Я молча прохожу за ней в гостиную, будто это и не мой дом вовсе.
На белом кожаном диване сидит мама, держа у себя на маленьком столике ноутбук и бокал шампанского. Папа стоит чуть дальше спиной ко мне, отвечая на очередной важный звонок по работе. Мама, не смея его отвлекать, жестом указывает на кресло, куда я тут же присаживаюсь, а затем ещё секунд двадцать строго смотрит на меня. Я опять в чём-то провинилась перед ними.
– Добрый вечер, Регина, – неожиданно произносит отец, который неожиданно быстро закончил телефонный разговор, – теперь, когда вы здесь, можно поговорить с вами.
– Что это? – холодным тоном спрашивает мама, показывая мне экран моего айпада, где открыта моя музыка, – ты сейчас же удалишь эти мерзкие звуки, Регина.
– Вы разочаровываете меня и вашу мать, – продолжает папа, забирая планшет, – я думал, что вы приличная девушка, как минимум не собираетесь позорить свою семью.
Я нерешительно замерла, чувствуя всю злобу, что навалилась на меня. Что я такого сделала?
– Пап, я не понимаю... – шепчу я, протягивая руку к айпаду, но отец становится всё более мрачным.
– Ты удалишь это, а затем поставишь новый пароль. Вот этот, – протягивает он мне листок.
Контроль бесконечен. Нет, я не собираюсь ничего удалять.
– Мне кажется, вы слишком строги, Сергей, – слышу голос из-за спины. Оборачиваюсь. Нет, этого быть не может.
Даже не могла предположить, что сзади стоит он. В четыре года я со всей серьёзностью заявила, что это мой будущий муж. Дурочка.
Я затаив дыхание наблюдаю за Никитой. Он поставил свой бокал на стол, а затем в упор посмотрел на моего отца, который уважительно, но не особо доброжелательно взирал на него. Я бросила взгляд в сторону, увидев лёгкую улыбку мамы. Наверняка её забавляют "гляделки" мужа и брата. Но по-прежнему молчу, даже не поздоровавшись с ним. Боюсь. Восхищаюсь.
Он усмехается и поправляет и без того растрёпанные волосы. Как всегда небрежно, но так красиво. Красиво.
– Девушке семнадцать, а вы её своим Бетховеном достаёте, – говорит дядя, а затем садится в соседнее кресло, – не против, если я приму участие в семейном совете?
– Мы уже всё выяснили, Никита Дмитриевич, – нехотя бросает ему отец. Неудивительно, он почему-то недолюбливает его. А затем всё так же холодно обращается ко мне, – я думаю, что Регина меня поняла.
Я послушно киваю, ловя на себе оценивающий взгляд Никиты. Собираюсь уйти, не выдержу промывания моих мозгов при нём. Стыд медленно подбирается к щекам, я краснею, а затем быстрым шагом направляюсь в свою комнату, бросая последний короткий взгляд на Никиту.
Он хрипло смеётся надо мной.