21.
спустя неделю, я решилась пойти по адресу, которое написано на руке.
я долго не решалась на это, ведь мало ли кого я встречу? мало ли что случится? мне было просто страшно. но, сидя одним вечером с Хенджином, я снова начала слышать голос. но на этот раз слова были другие: "иди туда, выживешь". тогда-то я и напряглась и пошла.
дорога до этого места была короткая, рядом с моим домом. место было где-то в переулке. я встала рядом с мусорными баками, взглядом ища хоть кого-то или что-то. было пусто, были лишь мусорные баки, пакеты с мусором, рисунки из граффити и тупик. я зашла немного дальше, чутко оглядываясь. и кстати, это тот самый переулок, в котором я нашла котенка с тремя цветами шерсти. это было в конце февраля, прямо перед учебным годом. давно это было, все-таки...
на душе было странное чувство.
вы никогда не чувствовали из-за мелочей безысходность? когда просто не можете найти кое-что и хочется сесть и заплакать. прямо как я сейчас.
я села на холодный асфальт, прижав согнутые ноги к груди и облокотившись на стену. голова уложилась на колено, но по-прежнему осматривая местечко.
– боже.. – от грусти, накопившийся в груди, бросила я и шмыгнула красным носом.
– ты пришла, – услышала я хриплый голос, принадлежащий человеку в возрасте.
я подхватилась, становясь на ногу неуверенно и вытаращилась на уже знакомого старика. это тот самый дедушка, которому я случайно помогла найти кота! что за?!
мое лицо помрачнело, показывая недопонимание и удивления.
– рад снова встретиться с тобой, – он улыбнулся, подхватывая на руки котенка, который заметно вырос. и удивительно же, видеть, как кто-то взрослеет.
– что происходит? – спросила я, хмуря тёмные брови.
– почему ты не слушаешься голоса? – задал вопрос старик строгим тоном, подняв бровь.
я оторопела, услышав этот вопрос,а сердце замерло. рука прижалась в груди, заставляя зажмуриться. откуда он знает? кто он такой, черт возьми?!
мысли менялись одним за другим, начиная предполагать.
– вы кто? – дрожащим голосом приговорила я, жмурясь. сердце болело.
– тот, кто отправит тебя в твою реальность, – эта фраза вывела меня из себя.
– да какая чертова реальность?! – закричала я, сильно ударив кулаком по стене. – вы все с ума сошли?!
– а ты еще не поняла? – старик говорил вполне спокойно, будто говорил такое каждый день и каждому встречному. – ну, это не твоя вселенная, девочка. тебе пора в свою.
– что за бред ты несёшь?! какая вселенная?! – голос дрогнул от гнева. эмоции еле держались внутри, хотя уже вырывались полным ходом.
старик досадливо помотал головой, поглаживая морщинистыми пальцами свою седую жёсткую бороду.
все мое тело тряслось от страха и злости. откуда этот старик знает про голоса и реальность?
– я хотел, чтобы ты обрела счастье с тем человеком, но, видимо, сделал что-то не так и теперь ты просто обязана вернуться обратно, – задумчиво молвив дед, продолжая гладить свою бороду. – послушай, это прозвучит странно, но.. ты не в своей вселенной. в этой реальности твоя родственная душа – хороший человек, а в своей настоящей – плохой.
– что?... – выдавила я, а после засмеялась, как сумасшедшая. – что ты несёшь такое, блять?..
старик сердито выдохнул, протирая переносицу указательным и большим пальцем.
– я отправлю тебя обратно. то, что ты находишься здесь, плохо на тебя влияет. ты умираешь, понимаешь это? ты видишь, что с тобой происходит? думаешь, эти голоса просто так? ты не сошла с ума, – голос дедушки был твёрдым и серьёзным, но я все равно верить не хотела. это звучит как бред, но и одновременно так убедительно.
– да? отправь, ха! – широкая улыбка расползалась по лицу. я легкомысленно усмехнулся, не веря ему. – завтра вечером, ага? я попрощаюсь со своей родственной душой. – в голосе слышался сарказм и насмешка.
– если почувствуешь головную боль и что-то ненастоящее – тебя возвращает в свою реальность, и помни, если не вернёшься – умрешь в этой реальности и твоя родственная душа запомнит тебя. уйдешь раньше – забудет, – пояснил старик и ушёл.
я тихо смеялась себе под нос, повторяя бормотанием слова старика.
руки сжимали грудь, чувствуя, как она болит.
я спустилась вниз обратно, сползая по стене. неравномерное покрытие слегка царапало кожу на спине, но боли я не чувствовала.
смех – защитная реакция. хоть я и не верила, все равно было больно и плохо.
я знала, кто моя родственная душа – Хван Хенджин.
****
– эй, так нечестно! – наигранно обиделся Хенджин, надув губы и схватил меня в охапку, прижимая к своей груди.
мы частенько у него дома играли в бои, а вернее – кидались подушками. Хенджин – любитель подушек. у него их очень много! они все разного цвета, формы и ткани. поэтому, мы делили эти подушки и кидались ими. если в тебя попадет подушка десять раз – ты проиграл.
чаще всего, выигрывала я, но я же знаю, что Хенджин поддаётся мне, а потом ноет, что я выигрываю.
так произошло и сейчас. он поддался мне и теперь наигранно дуется, стараясь сдержать звонкий смех.
парень прижал меня к себе крепче и поцеловал в макушку. я свалилась на его грудь, прикрывая глаза от умиротворения.
который раз я чувствую спокойствие рядом с ним? я сбилась со счету, хотя раньше считала каждый, потому что это было редкостью.
я оперла подборок на грудь Хенджина и посмотрела на его шею: синяки до сих пор красовались. синяки под названием "Засосы". я пальцем провела по одному из них и стерла то, чем Хван рисовал эти синяки. показался бледный, но хорошо видный шрам.
Хван опешил и резко закрыл ладонью шрам.
прошло много времени, как я узнала, что под синяками шрамы, но я так и не могла спросить у Хенджина об этом. боялась, что задену его.
– что это? – серьезно спросила я, смягчая голос.
Хенджин сжал губы и отвёл глаза в сторону – не хотел отвечать, гад.
я повторила вопрос, но уже строже.
он закатил глаза и нахмурился, продолжая молчать.
– почему ты прячешь их? – рука прошлась по его щеке, нежно поглаживая большим пальцем.
– очевидно, – бросил Хван, надув губы от недовольства. – я их стесняюсь, эти шрамы противны мне.. вернее, не то, чтобы я стесняюсь, просто не хочу, чтобы ты морщила нос, когда будешь меня целовать или обнимать, смотря на эти шрамы, – он говорил неловко и тихо. было видно, что он не хотел рассказывать мне это.
– и поэтому маскируешь засосами? – фыркнула я.
я поднялась над ним и коротко поцеловала в губы, чтобы успокоить, так как заметила его волнение. он провёл рукой по моей тонкой спине,задевая выпирающую лопатку и улыбнувшись уголками губ.
– я люблю тебя таким, какой ты есть. эти шрамы намного лучше, чем засосы, – я погладила его по волосам, успокаивая.
Хенджин фыркнул себе под нос и поднялся, заставляя и меня слезть с него. он пристально смотрел мне в глаза, выгнув бровью. от этого взгляда мне стало не по себе, но я держала улыбку.
– порой я удивляюсь твоей наглости и лицемерию, – произнес он с усмешкой, на губах была улыбка. но не счастливая и радостная, как обычно, а грустная и разочарованная.
я удивилась такому заявлению и не совсем поняла её. я неловко хихикнула, но тут же серьезно настроилась.
– в смысле?
Хенджин усмехнулся и встал с кровати, подходя к окну. он сложил руки на груди.
– буду откровенен, – голос был серьёзным, что не на шутку начало пугать. – говоришь, что любишь меня, но при этом целуешься с другим? как романтично, Хикэри.
я вылупилась на него, чувствуя, как напряжение повисло между нами. я хотела держать этот случай в себе, потому что случившееся – ошибка.
Хенджин повернулся ко мне с сердитым лицом.
– думала я не узнаю? нет, милая моя, я узнал ещё в ту же ночь, – тон был мягким, как и взгляд, но и строгим одновременно. – знаешь, мне было больно. я не мог дышать, захлебнулся в слезах, когда узнал.
ещё тишина, которая давила прямо на грудь, перехватывая дыхание. хотелось просто провалиться и все забыть. он знает. он знал. он даже ничего не сказал, от этого ещё больнее.
– как ты узнал?.. – единственное, что я могла спросить.
– глупо было целоваться в клубе Феликса. думаешь, он не расставлял камеры? – он усмехнулся и сел на кресло рядом с окном, протирая лицо ладонью.
слова, словно ком застряли в горле, а слезы накопились в глазах. я встала с кровати и хотела подойти к нему, но тот встал, останавливая меня на полпути.
с того момента прошло довольно много времени, почему Хенджин мне ничего не сказал раньше?..
– почему тогда ты продолжал быть со мной? почему продолжал любить, если я такая лицемерная? – сорвалась я, а голос дрогнул.
я заметила, что мои руки тряслись. Хенджин был первым, кого я не хочу терять.
– думаешь, я хотел тебя любить, зная, что ты так поступишь со мной?! – Хван также сорвался на крик, от которого слезы моментально потекли по щекам. я редко слышала его крик. в его глазах постепенно наворачивались слезы. – думаешь, я каждый час сидел и думал: "Она просто притворяется"?!
– я не притворялась. как ты можешь такое говорить? я любила и люблю тебя сильно, – я быстро мотала головой с взволнованным тоном, отрицая его слова.
– и я тебя люблю так сильно, что позволил тебе предать меня.
все резко затихло. между нами повисла угнетающая тишина. слышались наши трепещущие вздохи и всхлипы. все вокруг казалось ненастоящим, лампа мигала.
Хенджин повернулся обратно к окну.
– я никогда не хотел, чтобы ты слышала мой крик, – сожалеюще сказал он, пожав плечами. – уходи, просто уходи, Хикэри.
– ч-что? – голос дрогнул.
я подняла глаза на него и в эту же секунду почувствовала головную боль, которая будто съедало мозг. в мыслях было сначала рассказать правду, но вспомнив слова старика, целям стало – обнять его и попрощаться как надо, хотя я до сих пор не очень верила.
я подошла к нему и вцепилась в него, обхватывая его тело руками. он тёплый, согревающий душу, хоть он и холодный ко мне сейчас.
Хван обернулся ко мне лицом, но взаимно не обнял.
– обними меня, пожалуйста, – умоляла я, чувствуя, как вот-вот отключусь. – возьми меня за руку, Хенджин, сделай это!
я продолжала умоляюще кричать и уговорила его. парень обнял меня так крепко, что в моменте я потерялась. его рука поглаживала мою спину, а другая перебирала волосы.
казалось, что если он меня отпустит – мы расстанемся навсегда. я его больше не увижу, наша вселенная сломается. а может, это уже случилось?
я вжалась щекой ему в грудь, тихо бурча, чтобы он не отпускал меня.
Хенджина судорожно гладил мою спину, успокаивая. он правда меня забудет, если я уйду отсюда? а если я останусь – умру и он будет страдать.. а если уйду я, он забудет, а я буду страдать? я готова страдать.
я перестала чувствовать что-либо. ни тепла Хенджина, ни его рук, ни-че-го.
наши взгляды пересеклись в самый последний момент и я упала на пол. последнее, что я помню – его мягкие и нежные глаза, блестящие от слез и смотрящие прямо на меня. глаза, которые я любила больше всего. глаза, ради которых я просыпалась каждое утром и была зависима. глаза, принадлежащие самому любимому мне человеку.
я умерла и что-то потеряла.
___________________________________________
Достаточно неожиданно? Сегодня же выложу заключительную главу