Глава 10: «Все будет хорошо»
Глава 10: «Все будет хорошо»
Антон
Я не понимал, что произошло. Мне стоило разобраться хотя бы в своих опасениях по поводу Саши. Отчего только сейчас я начал думать об этом? Почему раньше не возникла мысль, что после того, как я пересплю с ним, он может просто меня бросить? Я накручивал себя, вспоминая его горящие любовью глаза, утренний поцелуй, то, как он не хотел меня отпускать. И в голове все равно тяжелым камнем лежала мысль: а вдруг?
Добравшись до дома, я принял душ и договорился встретиться с Ваней, чтобы не пытать себя догадками, подливая в этот огонь еще и мысли о Паше, чертовом курьере.
Ваня скинул адрес кофейни и через час, не обращая внимания на ужасный мороз на улице, мы оба оказались за одним столом. Ваня хмуро смотрел на мой загнанный взгляд и покрасневшие глаза.
— Что он тебе сделал? Я оторву ему голову, честное слово. Просил же! — прорычал Ваня.
Я горько усмехнулся.
— Я же не сказал, о ком хочу поговорить.
— Много ума не надо, чтобы догадаться. Вы друг от друга оторваться не можете с самого знакомства.
Официантка принесла кофе. Ваня продолжал пытливо буравить меня взглядом.
— Ладно, — сдался я, с трудом вытягивая из себя слова, — мы переспали. Но, — поторопился пояснить я, пока Ваня не выпалил гневную речь в сторону Саши, — это было обоюдно. Я просто хотел спросить... я переживаю, что это было ошибкой.
Ваня вздохнул, опираясь о спинку кресла. В его взгляде и легкой улыбке было что-то, что говорило о том, какой же я дурачок. И я томился в мучительном ожидании ответа, словно на это требовались часы, а не секундная заминка.
— Я думал, он сделал что-то ужасное. Антон, он любит тебя. И уж поверь, я был уверен, что это ты его хочешь одурачить. Мы виделись с ним вчера перед открытием вашего салона. Не знаю, с каких пор я стал вашим семейным психологом, но он говорил мне нечто подобное. Что ты резко решил наладить с ним отношения и все такое. И он боялся, что в твоих мыслях желание просто причинить ему боль. Сидел тут как маленький мальчик, хлопал глазками и говорил, что как бы не боялся, не может от тебя отказаться.
Я молчал, переваривая информацию. Готовился услышать горькую правду, но теперь испытывал только стыд, за то, что подумал плохо про Сашу. Видимо, все вокруг видели, как он ко мне относится, кроме меня.
— Я не знаю почему, но я безумно боюсь его потерять.
— На то есть причины? Вы поняли, что давно нравитесь друг другу и больше никто вам не нужен, он хочет быть рядом и даже готов был расстаться с Ильей без всякого сожаления.
— Надеюсь, что никаких причин нет, — я заставил себя улыбнуться.
Никаких, кроме того, что появился Паша.
***
Я вернулся домой с затуманенным разумом. Я ненавидел себя за то, что такой проклятый и в это проклятье тяну остальных. Полдня пролежал, прячась с головой под одеялом. Призраки прошлого и будущего тревожили меня. Мне было страшно. Очень страшно, что появившийся откуда-то Паша испортить жизнь уже не мне, а Саше. Каким же идиотом я был, когда выбрался из-под одеяла и уставился ему в глаза. Сашу знали в лицо многие. Он постоянно крутился в соцсетях, роликах, рекламе. Он так яростно продвигал свой бизнес, что теперь это сулило проблемой. Паша кусок дерьма, готовый за деньги или свое удовольствие идти по головам. И теперь у него в рукаве был золотой козырь. Один его пост в интернете и жалкое доказательство, которое он где-нибудь да раздобудет, и репутации Саши конец.
Выключенный телефон лежал где-то в ногах. Как и кот, приютившийся рядом со мной под одеялом. Только его мурчание не давало окончательно потонуть в болоте мыслей, отвлекая.
Я готов был пролежать так вечность. Что я натворил? Я переспал с Сашей. Я — ходячее проклятье, которое теперь тенью будет ходить и за ним. Я затаил дыхание, вспоминая наши поцелуи, объятия, стоны. Не хотел верить, что это случилось и мечтал повторить.
В дверь постучали. Я испуганно сел, пытаясь понять, кого принесло среди белого дня. Стук повторился настойчивее. Аккуратно встав и взглянув в глазок, я увидел встревоженного Сашу, который переминался с ноги на ногу. Пришлось открыть дверь, пока он ее не выбил.
— С тобой все в порядке? Ты не отвечал и даже не написал, что приехал домой. Я чуть с ума не сошел.
Я молчал и смотрел на него, кусая губу до крови. Так и хотелось кричать, чтобы Саша ушел и никогда больше со мной не общался, чтобы не привлекал к себе беду.
— Антон?
В его голосе и взгляде с каждой секундой просыпалась еще большая тревога. Темные и без того глаза, стали почти черными. Он подошел максимально близко и упрямо смотрел в глаза. Я чувствовал запах геля для душа, его теплую ладонь на своей щеке.
— Ты жалеешь, что было? Это тебя тревожит?
— Нет, я... я не жалею, — прошептал я.
— Что тогда? Только скажи и я все сделаю, чтобы тебе стало лучше.
— Это уже не исправить, — только и сказал я.
Руки дрожали. Мне придется рассказать Саше правду. Это спасет его, меня, нас. Он будет предупрежден и сможет что-нибудь предпринять, даже если возненавидит меня за то, что я так его подставил.
Я отвел его в гостиную. Мы сели на диван. Мне было тяжело начать рассказ, но я заставил себя. Саша смотрел на меня, не веря в то, что это могло произойти со мной в действительности. Он гладил меня по ноге, понимая, что ничего не может изменить сейчас и нужно дослушать, пусть это и было очень тяжело. Я видел в его глазах боль.
— Поэтому я боюсь, что сейчас он что-нибудь сделает. Я не хочу тебя подставлять.
Саша с грустью улыбнулся, обняв меня. Казалось, этого мне не хватало весь день. Его теплых и искренних объятий. Рядом с ним я чувствовал себя в безопасности, что еще больше давило на меня. Я не смогу защитить его в ответ.
— Все будет хорошо. Если я еще хоть раз увижу этого придурка, если хоть слово от него услышу, поверь, он уедет из этого города навсегда.
И я верил. Саша говорил так строго и убедительно, что даже мне стало не по себе.
— Я рад, что перестал быть упертым ослом и позволил нашим отношениям начаться, — пробубнил я, утыкаясь в плечо Саши.
— Не представляешь, как этому рад я. Давай проведем этот день вместе? Давно хотел сводить тебя в кино и прогуляться по площади, а еще сыграть тебе на гитаре, так что ночевать мы поедем ко мне. И не надо на меня так смотреть, — усмехнулся он, когда я удивленно вздернул бровь.
— Ты играешь на гитаре?
Только сейчас я понял, как мало знаю о нем даже самых элементарных вещей. И как же удивительно, что ничего не зная о человеке, я смог в него влюбиться. Влюбиться. Боже, всякий раз, когда я признавался себе в этом, я поверить не мог, что это произошло.
***
Саша сдержал обещание. Он весь день таскал меня за собой, улыбался и сиял ярче солнца, пытаясь поднять мне настроение и отвлечь от мыслей о Паше. Он ни на секунду не оставлял меня без внимания. Я вспоминал его в первый день, когда устраивался на работу. Его хмурый взгляд, напускное пренебрежение. Он так старался делать вид, что я ему безразличен, а в итоге привело к тому, что сейчас он играл для меня на гитаре.
Мы сидели в его гостиной. Эта комната казалось самым уютным местом на земле. Огонь в искусственном камине плясал в такт льющейся мелодии, отбрасывал тени на наши лица. На столике у дивана стояло вино, но мне впервые за долгое время не требовалось пить залпом, чтобы поднять себе настроение или заглушить кричащие в голове мысли. С этим отлично справлялся Саша.
— Ты такой забавный в моей одежде, — Саша отложил гитару и потянул меня к себе за веревочки на худи.
— Ага, с учетом того, что рукава висят едва ли не по самые колени, очень забавно.
Я чмокнул его в губы и улегся на колени. В натяжном потолке отражались наши искаженные фигуры и еще одна. Я испуганно подскочил, глядя на вход.
— Рад, что вы меня наконец-то заметили.
Илья стоял оперевшись о дверную раму плечом. Он старался не показывать эмоций, но я видел тоску в его глазах. От неловкости ситуации я отстранился от Саши и молча ждал продолжения.
— Ты за вещами? — спросил Саша.
— Да.
Мне искренне было стыдно, за то, что я увел у него парня и посмел заявиться в квартиру, из которой Илья еще даже не забрал вещи.
— Можно я поговорю с тобой? — спросил у меня Илья. — Ничего не сделаю, честно.
Мы с Сашей переглянулись. Я не мог отказать, совесть не позволила. Поднялся и пошел за ним в спальню. Илья достал из шкафа свои вещи и положил в небольшую спортивную сумку. Вещей было не так много, что говорило о том, что Илья оставался редко.
— Я не могу сказать, что безмерно рад твоему появлению в нашей жизни, — начал он. — Но понимаю, что ты должен быть здесь. Ты нужен Саше. С первых дней заметил, как горят у него глаза, когда ты появляешься на горизонте. И я никогда не видел его таким счастливым, как сейчас. Чтобы ты понимал, — хмыкнул Илья, застегнув сумку и закинув ее на плечо, — он никогда не играл мне на гитаре.
— Прости, что так вышло, — не найдя других слов, ответил я.
— Значит так должно было произойти. Просто хотел попросить, не делай ему больно. Позаботься о нем, как это делал я. Он строит из себя сильного и независимого, но даже у Железного Человека бывают дни, когда хочется просто сдаться. И ты не должен этого допустить.
Илья похлопал меня по плечу и ушел. Я так и стоял в спальне, пока не хлопнула входная дверь и ко мне не пришел Саша. Он не стал спрашивать о разговоре, скорее всего сам все слышал. Молча обнял меня, нежно поцеловав в шею, и запустил руки под толстовку.
— Тебе его не жалко? — спросил я.
— Жалко. Понимаю, что ему больно, но лучше так, чем я обманывал бы его все время, давая надежду на совместное будущее, а засыпая рядом с ним, представлял бы тебя.