Эгоист

Чёрт возьми...
Прошло уже несколько часов, а я всё никак не мог отойти от собственного идиотизма: девчонка сама предложила переспать, хотя я и увидел сразу, что она испугалась собственных слов. Но вот мой ответ... Какого хрена на меня нашло, что я вдруг взял и отказался?! Я всегда брал то, что мне предлагали, а сегодня собственноручно отверг такой подарок судьбы!
Хотя, может я и не совсем идиот, и дело было в том, что игра, придуманная мной самим, захватила меня, и мне хотелось довести её до конца. То, что девочка уже, по крайней мере, допускает мысль о физической близости, опьяняла меня. Совсем скоро она снова сама предложит мне секс, когда это не будет пугать её, и вот тогда я возьму её всю без остатка. А когда наша игра подойдёт к концу, никто не сможет упрекнуть меня в том, что я совратил девчонку без её желания.

Я самый настоящий сукин сын. Но меня это вполне устраивает.
Телефон в моём кармане зазвонил сразу же, как только я свернул на автостраду, ведущую к дому.
— Ты нужен мне в офисе, сын, — вместо приветствия произнёс отец.
— В чём дело?
— У меня есть кое-какие подозрения, но я не собираюсь обсуждать это с тобой по телефону.
— Понял. Сейчас буду.
Оглянувшись по сторонам, я резко дал по тормозам и развернулся через двойную сплошную, но схлопотать штраф не боялся: камер поблизости вроде бы не было.

Когда через полчаса я появился в офисе отца, он сидел за столом, заваленным бумагами, и по его виду я понял, что сегодня кто-то точно отхватит люлей.
— Так в чём дело? — Я сразу перешёл к сути.
— Ты занимаешься аудитом в нашей компании уже много времени, поэтому, я думаю, сможешь помочь мне. — Он, наконец, посмотрел на меня, устало проведя ладонью по лицу. — Я просматриваю эти документы уже довольно долго и очень надеюсь, что ошибаюсь в своих выводах. Посмотри на них и скажи, что ты об этом думаешь.

Он уступил своё место, отойдя к окну и не мешая мне сосредоточиться. Следующие пару часов я старательно изучал бумаги, но чем больше я сверял цифры, тем меньше они мне нравились.
Примерно к шести часам вечера оба родителя в прямом смысле слова кипели от гнева, и, в общем-то, я прекрасно их понимал. Если бы в моей компании главный бухгалтер тайком перевёл на свой счёт двести тысяч долларов, посчитав это хорошей идеей, я бы, не задумываясь, стёр ублюдка с лица земли.
Но в данном случае дожидаться исхода ситуации я не стал, так как узнать результат я смогу и позже, от отца. С чувством выполненного долга я покинул офис и отправился прямиком домой. В тренажёрку тащиться не было желания, поэтому, переодевшись в спортивный костюм, я спустился в Бункер — так мы с парнями прозвали наш семейный спортивный зал. Потягав штангу и поколотив боксёрскую грушу, я решил, что на сегодня хватит, и отправился в душ.

К тому времени, как я снова оказался в комнате, прошло добрых два часа, и я не особо удивился, увидев на телефоне пятнадцать пропущенных звонков и восемь гневных сообщений. Хмыкнув, я набрал последний номер из списка.
— Где тебя черти носят?! — Динамик тут же разорвался от негодующего крика Костяна. — Тащи свою задницу в «Конус»!
Я кинул взгляд на часы, — половина десятого.
— Если ты гарантируешь мне, что вчерашнее не повторится хотя бы до пятницы.
— Ты же знаешь, когда мы собираемся вместе, я ничего гарантировать не могу, — уже со смешком ответил друг. — Но последствия вчерашней «прогулки» надо расхлебать сейчас.

Тело автоматически напряглось.
— У нас проблемы?
— И серьёзные, брат. Так что давай шустрее.
Костя сбросил вызов. Постояв пару секунд как памятник самому себе, я рванул к выходу, забыв о влажных после душа волосах.
До боулинг-клуба я добрался в рекордно короткие сроки, потому что с каждым новым километром воображение рисовало всё более и более страшные исходы нашей вчерашней «вылазки».
Шины заскрипели по асфальту, когда я резко затормозил на парковке метрах в пяти от друзей, стоявших кружком возле внедорожника, который мы оставили здесь утром, и о чём-то яростно спорили. Впрочем, заметив моё появление, перепалка тут же стихла.

— Явился, Ромео хренов, — проворчал Костя.
Кажется, моя личная жизнь не даёт ему покоя. И я знал, почему: друг переживал, что однажды я встречу девушку, перед которой не смогу устоять, и наша банда потеряет своего лидера. Я усмехнулся своим мыслям: уж чего-чего, а этого ему точно не стоит бояться. Скорее небо упадёт на землю, чем какой-то девчонке удастся меня охмурить.
— Надеюсь, мои любовные похождения — не та тема, ради которой мы собрались? Я что, вчера переспал с дочерью какого-нибудь олигарха, и теперь мне надо срочно покинуть страну?
— Если кто и переспал с чьей-то дочерью, то точно не ты, — заржал Лёха и стрельнул глазами в Макса, из-за чего получил от последнего смачный подзатыльник.
Мои брови удивлённо поползли вверх: я не помнил, чтобы к нам присоединялись девочки. Хотя я в принципе не помнил большую часть прошедшей ночи, так чему удивляться...
— Но, вообще-то, один вопрос меня слегка... волнует, — подозрительно прищурившись, подал голос Егор. — КАКОГО ХРЕНА В ТВОЕЙ МАШИНЕ ДЕЛАЛА ДЕВЧОНКА?!
Парни посмотрели на друга, а потом на них словно снизошло озарение, и они перевели на меня одновременно удивлённые и недовольные взгляды. Ну да, я ведь никому не позволял садиться в свою машину...
— Отчаянные времена требуют отчаянных мер, — нашёлся я, усмехнувшись.
На самом деле, мне было до смешного приятно, когда она сидела рядом... А уж выражение на лицах друзей в тот момент — вообще шедевр. Ради такого и поступиться своими принципами не жалко!
— Вернёмся к насущным проблемам. Что у нас на повестке дня?
— Вот эта колымага. — Макс примирительно кивнул в сторону внедорожника.
Я закатил глаза. Только такой человек, как Макс, имеющий автомобиль стоимостью в двадцать лямов, мог назвать навороченный внедорожник «колымагой»...
— И что решили? — не унимался я.
— Ничего, — недовольно буркнул Лёха. — Никто из нас не помнит, кто выиграл его в покер. Мы надеялись, что твои мозги были не так сильно заспиртованы прошлой ночью.
Хм... Если я правильно помнил, я и Макс по большей части бухали, в то время как остальные страдали хернёй и нарывались на неприятности. А, значит, у нас всего три претендента.
— Насколько я помню, к покерному столу нас потащил Лёха. — Я сверкнул глазами в сторону брюнета. — Хотя я, кажется, настоятельно рекомендовал ему не делать глупостей.
— «Настоятельно рекомендовал»? — взорвался хохотом Костя. — Да ты назвал его ебанутым придурком и пригрозил оторвать ему яйца, если он проиграет хоть что-нибудь, что принадлежит не ему!
В самом деле? Я разошёлся громким ржачем.
— И всё же, — продолжил Костян, — это не даёт гарантий, что именно он выиграл тачку.
Переведя дух, я стёр подступившие от смеха слёзы и бросил красноречивый взгляд на товарищей.
— Да на кой чёрт вам сдался этот внедорожник? Если не ошибаюсь, в наших гаражах минимум по две тачки, однако каждый из нас пользуется одной и той же, поэтому остальные так и ржавеют под тентами.
— И что ты предлагаешь? — сложив руки на груди, поинтересовался Егор.
— Вернуть машину её законному владельцу. — От вида вытянувшихся от удивления физиономий меня разбирал новый приступ смеха, и я старательно пытался его сдержать. — Мы были бухие в дым, и ясное дело не особо соображали, что происходит. Но, во-первых, эта тачка никому из нас не нужна, а во-вторых, если мы решим её оставить, то попросту передерёмся из-за того, кому она должна принадлежать. Я, конечно, люблю машины, но даже мне понятно, что она не стоит многолетней дружбы.
Парни сконфуженно молчали. Ещё бы, они ведь и так успели нехило поспорить за первенство до моего приезда.
— Кхм... — Макс похлопал меня по плечу. — Как ты смотришь на то, чтобы после выпуска поработать на моих родителей? Думаю, из тебя вышел бы неплохой адвокат.

Парни залыбились.
— Да кто ж его отпустить из родительской компании? — усмехнулся Лёха. — Ему там поди уже и место зарезервировали, а ты тут со своей адвокатской конторой...
Макс недобро стрельнул глазами в друга.
— Но-но-но, порошу! Когда твою задницу придётся вытаскивать из заварушки, — к кому ты побежишь?
Лёха сделал вид, что задумался.
— Пока вы четверо рядом, нам всем грозит одинаковый армагеддец, так что особо не хорохорься, — выдаёт он наконец.
Не сговариваясь, мы дружно заржали.
— Так что, отправляемся искать хозяина этой малышки? — вернулся к повестке дня Костя.
Я окинул скептическим взглядом габариты «малышки» и уверенно кивнул.
За руль внедорожника мы посадили Егора: хотя в покер предложил сыграть Лёха, в то злосчастное казино нас приволок именно он, а, следовательно, и возвращать этот катафалк предстояло ему. Конечно, он был не доволен этим фактом, — ему не хотелось второй раз за сутки бросать свою машину без присмотра не пойми, где, — но выбора у него не было.

Чтобы разыскать горе-владельца, мы решили начать с казино. Наверняка он там бывает достаточно часто, чтобы работники смогли опознать хозяина внедорожника. Не думаю, что вся их клиентура рассекает на одинаковых тачках.
По дороге мы выстроились цепочкой: я ехал первым, следом за мной распределились Костян, Макс и Лёха; Егор замыкал наш конвой. Рука привычно потянулась к магнитоле, и, полистав волны, я ухмыльнулся: по радио играла та самая песня, под которую Ксюша, этот зашуганный птенчик, пыталась удрать от меня на своей игрушечной машинке. Я сделал погромче — так, что стёкла начали вибрировать — и прибавил газу. Настроение тут же стартануло вслед за стрелкой спидометра до отметки 160. На светофорах так не погоняешь, а вот на полупустой трассе — пожалуйста.

Парни не отставали. Я вспомнил о тех временах, когда мы устраивали между собой гонки без правил на заброшенных дорогах с крутыми поворотами и бесконечными заносами на участках с грунтом. В такие моменты за плечами словно разворачивались крылья, заставляя набирать скорость с каким-то маниакальным азартом. Это развлечение было быстро забыто, когда мы по пьяни раздолбали пять тачек в одну ночь. Мы все настолько чувствовали себя суперменами, что совершенно забыли о том, что «смертны» не только вещи, но и мы сами. Наша мнимая всесильность опьяняла нас, усыпляя инстинкт самосохранения, и мы никогда не допускали даже мысли о том, что с нами может что-то случиться. До той самой ночи. Отделались мы, правда, легко, — у меня были сломаны три ребра с левой стороны; Костян сломал ключицу и слегка повредил лучевую кость правой руки; Лёха схлопотал сотрясение мозга средней тяжести; Макс и Егор и вовсе отделались ушибами и ссадинами, — но после той ночи ради забавы за руль больше не садились.

Я бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида и, наткнувшись на ухмыляющуюся в свете фонарей физиономию Костяна, который ехал за мной бампер в бампер, понял, что по тому времени скучал не я один.
Чтобы найти вчерашнее казино, нам пришлось изрядно поплутать по узким и глухим закоулкам. Я никак не мог понять, как мы вчера могли «случайно» наткнуться на казино во тьме ночной, которое вряд ли удалось бы отыскать даже при свете дня.
Ясное дело, как: пьяному в дрова студенту море по колено. А если этот студент, — а, вернее, пять студентов, — ещё и наглухо отбитые психи, вообще ничего удивительного. Потому что только наглухо отбитый псих и отправится в казино, при этом едва стоя на ногах.
Я хмыкнул. Такое времяпрепровождения явно было мне по душе.
Наконец, мы наткнулись на деревянную дверь, покрытую блёкло-зелёной, местами потрескавшейся краской, расположенную с торца неприметного здания под одиноко горящим фонарём. На стене рядом с ней чёрным мелом была нарисована игральная карта.

Мои брови удивлённо поползли вверх. Такое место вряд ли было отмечено в «2gis», так откуда же Егор его знает? Я озвучил свою мысль.
— Связи, — загадочно бросил друг в ответ и ухмыльнулся.
Его ответ означал «я сам нихрена не в курсе, как это вышло».
Я вздохнул. Трепло из него то ещё.
Егор уверенно толкнул дверь, и мы дружно ввалились внутрь.
Охрана крайне нелюбезно указала нам на выход, — видать, мы тут вчера знатно покуролесили, — но, узнав цель нашего визита, вроде как сменила гнев на милость. Оказалось, что хозяин внедорожника являлся по совместительству и хозяином данного казино, но, «слегка» перебрав, пустился во все тяжкие и к утру оказался без колёс. Мрачно улыбнувшись, я подумал о том, что оказался прав: такая машина не всем по карману. Быть может, владелец отвалит нам пару зелёных за доброту?

Хозяин оказался приятным мужчиной лет пятидесяти, с благородной сединой в волосах и бороде и резкими, но не отталкивающими чертами лица. Услышав, что мы приехали вернуть ему машину, он сначала не поверил, но, выйдя с нами на улицу и увидев свой внедорожник, отчего-то побледнел. Я уже дёрнулся было к телефону, — мало ли, сердце или ещё что похуже, — но мужик вроде оклемался. Отойдя от шока, он сунул нам в руки визитку, — мол, будут проблемы — звоните, — и дружески пожал нам руки. Даже за вмятину на правом крыле не сказал ни слова. А я благоразумно умолчал про бабки.

Никогда в своей жизни я не делал ничего подобного, придерживаясь принципа «что упало, то пропало», и вряд ли когда-то повторю такой «трюк». На минутку я даже засомневался в своей адекватности: ведь мы честно выиграли этот внедорожник. Ну, то есть, честно или нет, я не помнил, но раз уехали мы на нём, значит, владелец как минимум был не против. Человек в здравом уме и светлой памяти ни за что бы не расстался с таким имуществом, и не важно каким способом оно было приобретено. Такой внедорожник запросто можно было бы загнать, по меньшей мере, за пять лямов, а если продавать запчастями — ещё дороже. С чего мне пришла в голову идея вернуть его законному владельцу, я так и не понял. Вероятнее всего, в будущем я где-то жёстко накосячу, и мне потребуется помощь «влиятельного» человека в обход родителей.
Надо же, ну и мысли меня посетили! Я кинул быстрый взгляд на часы. Почти час ночи. По-хорошему, нужно было двигать домой, потому что пять часов сна за двое суток — это, мягко говоря, недостаточно. Меня не шатало из стороны в сторону, — пока, — но это могло произойти в ближайшем будущем. А если я не смогу удерживать своё тело в вертикальном состоянии, то как же смогу соблазнить кареглазую брюнетку, так приятно сводящую с ума?
Казалось, Макс распознал мои мысли ещё до того, как я смог их озвучить.
— Ну нет, брат, так просто тебе от нас не отделаться! — Он категорично отмёл все мои возражения. — Хотя бы ради приличия пропусти с нами по кружечке пива.
— Макс, ты точно дебил, — процедил я сквозь зубы. — Вчера ты сказал практически то же самое, и чем всё закончилось? Странно, что мы ещё город не разнесли!
Лёха хмыкнул.
— Может, и разнесли, просто мы не в курсе. В темноте-то не видно нихрена.
Парни заржали. Я попытался перевести разговор в другое русло и повернулся к Егору.
— Ты вроде говорил, что у твоих родителей за городом есть дом... — туманно начал я.
— Ну есть, а в чём дело-то?
А дело было в том, что завтра, — то есть, уже сегодня вечером, — ни на какие шашлыки мы с друзьями не собирались. Это была сиюминутная ложь, которую я придумал на ходу, чтобы вытащить девчонку из дома и побыть с ней вдали от её «зоны комфорта», — кажется, так это называется. Возможно, свежий воздух и приличная компания помогут ей расслабиться, — уж слишком она была зажатой, — и немного привыкнуть ко мне. Всё-таки, после каждого нашего расставания налаживать с ней «контакт» приходилось «с нуля», а для меня это было в новинку. Я не привык каждый день по-новой разрушать стены и отстраивать мосты.
— Как насчёт сгонять туда завтра вечером? Шашлыки, выпивка, девочки, — разумеется, если твои родители не против.
— Да это не проблема, предки там практически не бывают. Хорошо, если вспомнят хотя бы дорогу, — усмехнулся парень. — Да и идея в принципе, отличная, я сам давно там не был. Только с чего вдруг?
По его хитрому прищуру я догадался, что он не поверит в то, что это банальный повод отдохнуть. И, в общем-то, окажется прав.
Я кратко описал парням ситуацию. Те полыбились, но язвить или ехидничать не стали — понимали, что к чему. Кивнув, распределили обязанности, — кто выпивку и мясо для шашлыков привезёт, кто девочек и музыку организует. Ну, я-то буду со своей девочкой, но парням же не куковать в сторонке, пока я буду обхаживать свою неприступную леди...
На Егора была возложена самая ответственная миссия — стряхнуть с мебели вековую пыль и задать непринуждённую обстановку. Ну и нормальной еды купить, мы же не варвары — одними шашлыками питаться. К тому же, на утро, после «пары» стаканов коньяка, рома и чего покрепче захочется холодной водички, и она не должна быть в дефиците.

Договорившись и распределив обязанности, мы всё же разошлись по домам, — отсыпаться и готовиться к поездке. Хорошо, что завтра пятница. Я смогу устроить моей малышке ловушку и уговорить её остаться ночевать, — к завтрашнему вечеру придумаю, как именно. Главное, чтобы у нас был повод остаться, наконец, вдвоём. Принуждать её к сексу я, конечно же, не буду, а вот показать, как хорошо нам может быть вместе, обязан. Хотелось, чтобы она сама изъявила желание... хм... разделить со мной ложе. Нет ничего лучше, чем сломанная воля.

Довольный собой и своим коварным планом, я попрощался с товарищами и направился прямиком домой: чувствую, завтра мне понадобятся все мои силы и выдержка, чтобы не наброситься на Ксюшу. Я не должен спугнуть её раньше времени.
Дом встретил меня гробовой тишиной, — очевидно родители уже давно спали. Меня разбирало любопытство, чем всё же закончилась эта история с махинациями, но будить ради этого отца я ни за что не стал бы.
В комнате я разделся и наскоро принял душ, чтобы избавиться от городской пыли. Натянув серые спортивные штаны, я завалился на кровать прямо поверх одеяла — в комнате стояла невыносимая жара — и попытался заснуть. Но предвкушение от предстоящей поездки настолько возбуждало меня, что я не мог даже банально расслабиться. Перед глазами живо возникла картинка податливого женского тела, извивающегося в моих руках; с губ Ксюши срываются стоны, и вот она уже умоляет меня взять её...

Резко вскочив с кровати, я заметался по комнате, пытаясь унять нервную дрожь в груди. Ощущения были настолько реальными, что я готов был наплевать на всё и отправиться к девчонке прямо сейчас. Чёрт возьми, да я даже готов был взять её силой, лишь бы потушить пылающий внутри пожар.
На секунду я стиснул кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Упал на пол и с остервенением принялся отжиматься. Что угодно, только бы не сорваться и не выкинуть какой-нибудь фортель, иначе всё будет безнадёжно испорчено.
Я отжимался до тех пор, пока мышцы не начали вибрировать от напряжения, но, кажется, мне всё же полегчало. Шумно дыша, я вновь принял душ и завалился спать, на этот раз укравшись одеялом. Я гипнотизировал стрелку часов, пытаясь заставить грёбаное время идти быстрее, — так сильно мне хотелось увидеть мою малышку, — и сам не заметил, как заснул.

Утром, стоило мне только открыть глаза, сон как рукой сняло. В порядок я себя приводил со скоростью гоночной машины в «Форсаже» и, даже не позавтракав, вылетел из дома, наплевав на то, что до начала пар был ещё целый час. Чем ближе я был к универу, тем сильнее чувствовал возбуждение.
Припарковав машину на привычном месте, я нервно барабанил пальцами по рулю и ждал, когда появится Ксюша.
В восемь утра, как по часам, её машина, наконец, завернула на территорию института. Я дождался, пока она припаркуется и неторопливо выйдет из машины. Её глаза удивлённо округлились, когда я буквально вылетел из своей «Audi» и без всякого предупреждения набросился на неё. Сжав её лицо в ладонях, я яростно впился в её губы требовательным поцелуем. Ксюша успела лишь испуганно ахнуть, чем я тут же воспользовался и проник языком в её рот, углубляя поцелуй. Она глухо застонала и ответила с такой пылкостью, что у меня окончательно сорвало крышу. Я переместил руки на её талию, прижав её к себе так сильно, что уже сложно было понять, где заканчиваюсь я, и начинается она, в то время как Ксюша вцепилась в мои волосы.

Я уже готов был взять девчонку прямо на капоте её машины, когда за моей спиной протяжно просигналила машина. Оторвавшись от Ксюши, я уткнулся в её затуманенный взор, и, кажется, мы оба не до конца понимали, что только что произошло. Я медленно обернулся и встретился со смеющимися глазами Лёхи. Как же он вовремя появился.
Вновь посмотрел на девушку, которую продолжал сжимать в объятиях. До неё уже дошло осознание, и теперь ещё щёки ярко пылали от смущения. Оглянувшись, я заметил удивлённые взгляды студентов, — никто из них никогда прежде не видел, чтобы я проводил так много времени с одной и тоже девчонкой. Это было даже... забавно.

Ксюшу мне отпускать не хотелось, но я боялся её спугнуть своей напористостью. Она определённо не привыкла к тому, чтобы на неё набрасывались самым бесцеремонным образом с утра пораньше, поэтому я позволил ей выпутаться из моих цепких пальцев. Бросив застенчивый взгляд на моих друзей за моей спиной, она поспешила скрыться в стенах универа, а я так и стоял как истукан, провожая её взглядом.
Сзади послышались смешки.
— Мы уж подумали, ты возьмёшь её прямо здесь, — заржал во весь голос Егор. — У тебя было такое дикое выражение лица...
Я провёл ладонью по этому самому лицу, отгоняя наваждение.
— Я был близок к этому.
— По-моему, ты совершенно потерял из-за неё голову, — задумчиво протянул Костя.
Грубое словечко практически сорвалось с моих губ, когда я внезапно понял, что друг прав. Я уже даже собственные мысли не мог контролировать, — они крутились исключительно вокруг девчонки. Но я не заморачивался: сегодня вечером я с лихвой восполню свой недостаток женского внимания.
Взяв меня на буксир, Костян потащил меня на пары, в арьергарде следовали Макс, Егор и Лёха, и последний никак не мог удержать при себе насмешливые комментарии в адрес меня и Ксюши. Уже на подходе к нужной аудитории я не выдержал и в прямом смысле слова рыкнул на него. Брови всех парней удивленно взлетели вверх. Всех, кроме Макса: усмехнувшись, он вернул Лёхе вчерашний подзатыльник. Озадаченно почесав «травмированную» макушку, последний так удивлённо посмотрел на друга, что я не выдержал и захохотал. Наверно, нервы сдают.
За время скучных лекций я смог восстановить самообладание и даже немного расслабился. А на переменах ничего не мог с собой поделать: глаза сами автоматически выискивали в толпе Ксюшу. Вот только девчонка не хотела мне помогать, — первые два перерыва она старательно меня избегала. Может, в нашем универе есть какие-то потайные ходы, о которых я не знаю?
На моих губах расплылась усмешка: вечером ей всё равно никуда от меня не деться.
Я двинулся неспешным шагом в сторону парковки, но в нескольких шагах от неё замер как вкопанный. А всё потому, что заметил сидящую на капоте своей машины Ксюшу, которая старательно что-то рисовала в тетради. Вот она подняла голову, столкнулась со мной взглядом и тут же вспыхнула. Я лениво направился в её сторону. Девушка спрятала свой шедевр в рюкзак и повернулась ко мне, по-прежнему сидя на капоте. Что же, так даже удобнее.
Она удивлённо застыла, когда я, не сбавляя шага, подошёл к ней вплотную, и, раздвинув коленом её ноги, стал между ними, плотно прижимая её к себе за талию. Из-за того, что она сидела на машине, её лицо оказалось почти вровень с моим.
— Что ты делаешь? — возмущённо прошипела она, оглядываясь по сторонам. — Здесь же люди кругом!
Всем своим видом девушка напоминала мне разозлённого котёнка. Но разве котят боятся?
— Попробуй остановить меня, — бросил я ей новый вызов.
Я ждал, что она разозлится ещё больше, но вместо этого Ксюша уткнулась лицом в моё плечо, обхватив меня руками.
— Я так устала...
От чего именно она устала, договорить у неё не получилось.

Рядом, словно из-под земли, появились парни.
— Эй, Кир, мы собираемся в «Конус», ты с нами? — спросил Егор.
Я лишь усмехнулся.
— Конечно.
Внимательно посмотрев на девушку, которая в этот момент так доверчиво ко мне прижималась, я на секунду почувствовал себя негодяем. Но только на секунду. Я протянул ей свой телефон.
— Вбей сюда свой номер, чтобы я вечером мог предупредить тебя, во сколько нужно быть готовой, — проинструктировал я.
Без лишних вопросов она кивнула и сделала то, о чём её просили.
— Что с собой брать? — чуть хрипло спросила она, и меня бросило в жар.
А ведь такой же сорванный криками голос у неё может быть после ночи, которую она обязательно проведёт со мной...

— С тебя ничего не требуется. Просто держи телефон при себе и не проворонь мой звонок.
Ксюша снова кивнула, уставившись на мои губы. А после сама потянулась ко мне с поцелуем. Если она хотела этим меня удивить, то у неё получилось. Но моя растерянность продлилась недолго, потому что я готов был целовать её вечно.
Девушка начала поцелуй, она же его и закончила. И судя по выражению её лица, она удивилась своему поступку не меньше меня.
Разорвав объятия, я весело подмигнул ей и направился к своей машине. Я чувствовал её взгляд до самого поворота, пока университетская парковка не скрылась из зеркала заднего вида, и был до смешного доволен собой.

В «Конусе» в это время суток всегда было мало народа. Уже на автомате припарковав тачки, мы вошли внутрь и направились в зону отдыха, минуя дорожки и призывно сверкающий янтарными жидкостями бар. Но долго здесь находиться мы не планировали: сегодня намечался интересный вечер, и нужно было заранее всё подготовить, чтобы потом не возникло никаких проблем. Просто ещё раз обговорили все детали и нюансы, а после разъехались каждый в свою сторону.
Дома я не стал заморачиваться с душем, зная, что у Егора на даче их целых четыре — на каждую спальню; просто поменял чёрные джинсы на тёмно-синие, а пиджак — на коричневую толстовку с капюшоном. По пути отправил отцу сообщение, что уезжаю на все выходные и домой вернусь только в воскресенье.

С губ не сходила предвкушающая ухмылка. Сегодня произойдёт много интересного, и я сделаю всё, чтобы моя малышка ничего не пропустила.