Восхитительная ведьма

Виолетта села в свою машину и первым покинула парковку, наблюдая в зеркало заднего вида, как Таня на своей красной машинке едет следом. Сегодня эта девчонка превзошла себя. Вывела её из равновесия, да еще и обставила все так, что виноватым осталась она. Устроила в университете черт знает что, выставила идиоткой перед сокурсниками и вообще едва не сорвала занятие вместе со своим высокомерным дружком.

Алиев Виолетте не нравился от слова совсем, однако признаваться даже самому себе в том, что эта неприязнь – из-за селфи с Ведьминой, Виолетта не собиралась. Хотя её словно перемкнуло от злости, едва она увидела фото, на котором Кайрат целовал Таню. В этот момент Виолетта была на заседании кафедры и не сразу услышала, как к ней обращаются по имени, в ушах словно вата была. А когда увидела этого Алиева в кабинете, так и вовсе вышла из себя. Ей непросто было сохранять спокойствие, когда этот сопляк рисовался перед Таней и перед всей группой.

Иногда Виолетта жалела о том, что она преподаватель и должен вести себя соответствующе. С каким удовольствием она вмазала бы наглому Алиеву или тому Матвееву, который всегда смотрел на Виолетту так, будто та испортила жизнь ему и всей его семье. Но приходилось сдерживаться и находить иные, педагогические рычаги воздействия на студентов.

Мысли Малышенко прервал телефонный звонок. С ней в очередной раз хотела поговорить бабушка, и Виолетте пришлось ответить.

– Ты ведь приедешь в субботу? – спросила она, сухо поздоровавшись. Все еще злилась на неё из-за случившегося в воскресенье. Но ей первой пришлось идти на перемирие – из-за праздника.

– Приеду, – ответила Виолетта. – Не беспокойтесь, я ведь пообещала.

– Надеюсь на твое благоразумие. Ты должен представительно выглядеть. Будут все родственники и друзья семьи. Сама понимаешь, какие люди.

Виолетта понимала. Люди, которых бабушка называла высшим обществом. Люди, которые её раздражали.

– Эта девка все еще с тобой? – спросила недовольным голосом Валентина Анатольевна.

Виолетта взглянула в зеркало заднего вида, на красную машину Тани, которая на светофоре остановилась сразу за ней. Кажется, Ведьмина пела, размахивая рукой и качая головой. Виолетта невольно улыбнулась. Но эта улыбка тотчас сошла с её лица.

– Ты меня вообще слышишь? – резким тоном спросила бабушка.

– Почему вы спрашиваете? – ответила Виолетта и тронуласт вперед.

– Потому что я волнуюсь за тебя, Виолетта. Возможно, ты думаешь, что я монстр, но на самом деле я желаю только добра. Ты ведь моя внучка, – вдруг сказала Валентина Анатольевна. – Пусть не я воспитала тебя, но это не значит, что мне все равно, что с тобой будет. И я делаю все возможное для того, чтобы твоя жизнь стала лучше. Поняла?

– Поняла, – сказала Виолетта.

– Познакомлю тебя кое с кем, – пообещала бабушка. – Будь готова.

Виолетта пробормотала что-то невнятное и первым отключилась. Она терпеть не могла таких разговоров. Обычно они заставляли её думать о прошлом. А она всеми силами пыталась не делать этого.

Виолетта перестроилась в соседний ряд, чтобы повернуть направо, и проследила за машиной Ведьминой. Разумеется, Таня едва не проехала прямо, но вовремя сориентировалась и бодро направилась следом. Она почему-то вспомнила ее слезы и внутренне содрогнулась. Плачущие женщины пугали Виолетту. Она не знала, что с ними делать, поэтому обычно просто игнорировала слезы, но с Татьяной не вышло. Стоило ей заплакать, как она испугалась того, что сделала ей больно. И эта реакция поразила Виолетту до глубины души.

Нет, все же Ведьмина – невыносимая девица. Просто несносная. Свалилась ей откуда-то на голову. Маленькое чудовище.

Но почему она так ей нравится? Откуда эта глупая девчашая ревность, которая проснулась в ней из-за дурацкого фото? Почему она так много думает о Ведьминой?

Задумавшись, Виолетта проехала кафе, куда, собственно, и позвала Татьяну. А вот она вовремя припарковалась рядом и ждала у входа, пока Виолетта сделает крюк по улице и вернется.

– Вы такая невнимательная, Виолетта Игоревна, – сказала Таня, демонстративно качая головой. По виду будто и не плакала вовсе. – Неужели забыли обо мне?

– О тебе забудешь, – недовольно ответила Виолетта.

– И правильно, не забывайте, – схватила её под руку девушка. – Я должна быть вашей самой навязчивой мыслью.

– С такими навязчивыми мыслями недолго и в психиатрическое отделение попасть, – ответила Виолетта и попыталась отлепить ее от себя, но ничего не получилось.

Таня отлипать не собиралась. Впрочем, она не очень-то и старалась. Чувствовать ее рядом с собой ей нравилось. Чем она ближе, тем лучше Виолетта сможет ее контролировать.

Виолетта провела Таню на второй этаж и усадил у окна за свой любимый столик. Даже стул отодвинула.

– Что еще за знаки внимания? – подозрительно посмотрела на неё девушка, но села.

– Я же как-никак твоя девушка.

– Надо было об этом на занятии вспомнить, – мстительно заметила Таня.

– На занятии я как раз очень хорошо об этом помнила в отличие от тебя. Ладно, не будем снова говорить об этом. Голодная? – спросила Виолетта.

– Хотелось бы сказать, что нет, но я не стану тебе лгать.

Таня улыбнулась. Жеманиться она не стала. Если Василина заказывала легкие салатики или кофе, то Таня отрывалась по полной. Она не хотела казаться её принцессой и была рядом с нейнастоящей, а Виолетте это нравилось.

Ведьмина была живой. Слишком живой. И рядом с ней она вспоминала, что и сама еще жива.

Они сделали заказ и обедали, разговаривая о каких-то пустяках, а за окном все казалось белым – дороги, тротуары, деревья, крыши домов, бесконечные километры проводов. А вот небо было пронзительно-голубым, будто его раскрасили акварелью. Глядя на это небо, Виолетта достала телефон и сделала несколько снимков.

– Вы, случайно, не меня фотографируете? – тотчас спросила Ведьма, которой сегодня, видимо, нравилось называть её на «вы».

– Случайно, нет, – нелюбезно ответила Виолетта.

– Жаль, – огорчилась она. – А я уже думала, что вы влюбились в меня и тайно снимаете, чтобы в одиночестве рассматривать выразительные черты моего лица и томно вздыхать. Если что, вы только скажите, я с удовольствием вам попозирую. Или старые фото пришлю. Например, в купальнике с моря.

– Не нужно, спасибо, – спокойно ответила Виолетта и вдруг обеспокоенно зашептала, не сводя глаз с лестницы. – Твой отец, немедленно прячься.

– А? – не поняла Таня, в панике уставившись на неё и перестав жевать.

– Под стол, – скомандовала Виолетта.

Обычно командовать у не получалось хорошо, люди как-то невольно слушались. Таня исключением не стала и нырнула под стол, как в прошлый раз.

– Вот, возьми. – Виолетта заботливо протянула ей тарелку, едва сдерживая смех.

Все, кто находился на втором этаже, смотрели на них с непониманием.

– В смысле?… – Таня выглянула из-под стола. Глаза у нее были огромными. Да, все-таки она была похожа на кошку.

– В прошлый раз ты решила есть под столом, – напомнила Виолетьа как ни в чем не бывало.

– Не поняла… А папа где?

– Не знаю. Возможно, на работе, – ответила Виолетта и все-таки расхохоталась.

– Вы что, Виолетта Игоревна, только что пошутили? – недоверчиво спросила Таня, вылезая из-под стола и отряхиваясь.

– Пошутила, – сказала она, не в силах перестать смеяться.

Таня сердито выдохнула, кажется что-то среднее между «овца» и «дура».

– Ну, для первого раза, наверное, неплохо, – проговорила она задумчиво. – Но шутки у вас, конечно, запредельно глупые.

– Я не стендапер, – благодушно заметила Виолетта.

– Оно и видно. Если что, я могу дать вам пару уроков по развитию чувства юмора. Или просто по развитию, – раздраженно ответила Таня, все еще ловя на себе взгляды других посетителей. – О чем ты хотела поговорить?

Веселье как ветром сдуло с лица Виолетты.

– В субботу моя любезная бабушка устраивает праздник, – сказала Виолетта, грея пальцы о кружку с капучино. – Я хотела, чтобы ты приехала на него вместе со мной. Разумеется, как моя девушка.

Таня, которая потянулась к своему какао, подавилась от неожиданности, и Виолетте пришлось перегнуться через столик и похлопать ее по спине. Почему-то ей стало смешно: вид при этом у Ведьминой был презабавный. Как будто бы Виолетта отправляла ее на Луну.

– Если честно, я как-то больше не хочу встречаться с твоей бабушкой, – призналась Таня, откашлявшись. – Не понимаю, зачем тебе это?

– Я хочу, чтобы она оставила меня в покое, – честно сказала Виолетта. – Окончательно. Собираюсь дать понять ей, что самв способна выбрать себе женщину. На празднике будет много родственников и друзей. Пусть видят нас вместе. Возможно, моя дорогая бабушка прекратит попытки найти мне кого-то подходящего по статусу. – Эти его слова были сказаны с усмешкой, но Таня, кажется, все-таки услышала горечь.

– Сложно найти кого-то подходящего по статусу для тебя, – ответила она, погладив её по плечу. И от этого мимолетного прикосновения она почувствовала себя чуть спокойнее. – Людей с ЧСВ выше стратосферы не так уж и много.

– Так ты пойдешь со мной на праздник? – повторила с нажимом Виолетта.

– Без проблем, – ответила Таня, и ее зеленые глаза задорно блеснули. – Но сначала ты поцелуешь меня перед Васькой. Чтобы остатки волос на ее общипанной шкуре дыбом стали. Чтобы она знала: мы вместе.

– И где, прости, я должна это сделать? – нахмурилась Виолетта.

– В университете, – сообщила Таня, накручивая на палец прядь волос.

– И не подумаю, – отрезала Виолетта.

Перспектива поцеловать Ведьмину её привлекала, но вот делать это на людях ей не хотелось. Она вообще не привыкла показывать свои чувства.

– Что значит «и не подумаю»?!

– Я разделяю личное и работу. Я же сказала: не хочу, чтобы коллеги что-то увидели. Да и не нужно, чтобы твои одногруппники об этом знали.

– Да-да-да, разделяешь, как же! А кто зажимала Васеньку в углу корпуса, где ремонт идет? – прищурилась девушка.

– Это был порыв, – отмахнулась Виолетта. – К тому же там никого не было.

– Ах, какой порывистая, вы посмотрите! – издевательски воскликнула Таня. – И что ты предлагаешь? Будем демонстративно целоваться у нее под окнами?

– Тебе точно это нужно? Если честно, звучит бредово.

– Точно! Я столько тебя добивалась – и теперь отказываться от своей мечты? – воскликнула Таня с возмущением. – Ну уж нет. Или поцелуй, или никакого похода на праздник. Выбирай, моя милая.

– Хорошо. Сделаем это там, где Василина часто бывает, – нехотя согласилась Виолетта, отпив обжигающе горячий кофе. – Ты ведь преследуешь ее, должна знать расписание.

– Что значит преследую? Просто собираю информацию на конкурента, – повела плечиком девушка и, чуть поразмыслив, сказала: – Завтра после пар она поедет в фитнес-клуб. Он находится в торговом центре на Николаевской, мы там несколько раз пересекались. Окладникова ведь постоянно за мной повторяет, – возмущенно поделилась с Виолеттой Таня. – Факультет, платья, помада, цвет волос, фитнес-клуб… Не удивлюсь, если скоро трусы одной расцветки и одной фирмы покупать будем. Так, любимая, завтра сможешь в пять?

– Что? – переспросила Виолетта, рассматривая ее красивое лицо, на которое падал неожиданно теплый для первых дней декабря солнечный свет.

Таня смешно щурилась и прикрывала глаза ладонью. В каждом движении девушки было столько изящества, что Виолетта невольно любовалась ею. А ее неожиданные слова выбили её из колеи.

– Завтра в пять, говорю.

– Что ты сказала до этого?

– Про трусы говорила. Так и знала, – всплеснула руками Таня. – Тебя только про них информация и заинтересовала!

– Ты сказала «любимая», – напомнила Виолетта.

– А, ну да. А что? Я тренируюсь быть твоей девушкой, – хихикнула Ведьмина и послала ей воздушный поцелуй. – Эй, что ты как статуя! Надо было ловить.

– Что ловить? Твое безумие? – нахмурилась Виолетта.

– Воздушные поцелуи. – Таня, обидевшись, подула в кружку с какао. – Слушай, ты как будто деревянная. Так будешь свободным или нет?

– Буду.

Они договорились о встрече, Таня стала болтать о чем-то другом, а Виолетта все еще думала о том, что она так просто назвала её любимой. К ней вдруг пришло странное, легкое, как дуновение ветра, понимание, что ей нравится это. Нравится это обращение, сказанное так легко и невзначай.

И она безумно ей нравилась.

– Кстати, а с Алиевым ты часто фотографируешься? – зачем-то спросила Виолетта.

– Каждый день по расписанию, – фыркнула Таня. – Ну сами подумайте, вы же умная. Редко, конечно же. Сегодня на него нашла какая-то новая фаза безумия. И вообще, давайте исправим ситуацию. Посадите меня к себе на колени, Виолетта Игоревна, – капризно сказала Таня.

– И песню спеть? – поинтересовалась Виолетта.

– Нет, сделаем селфи. Как будто бы мы действительно пара. И не бойтесь, ваше чудесное личико я нигде не засвечу, – хищно пообещала девушка и, вскочив со своего места, устроилась у неё на коленях. Так же, как и в прошлый раз, в первую их встречу в клубе. Она обхватила её за шею одной рукой, а другую вытянула, чтобы сделать снимок.

Виолетта со вздохом обняла Таню – вышло уже как-то совершенно привычно, но тем не менее волнительно – и перехватила телефон: ей делать селфи было гораздо удобнее.

Они принялись позировать. Вернее, позировала Таня, а Виолетта хмуро смотрела в камеру. Ей хотелось не то поцеловать Ведьмину, не то согнать ее с колен.

– Сделай вид, что целуешь меня в щеку, – попросила девушка, которой явно было очень удобно у неё на коленях. – А то у тебя такой вид, будто бы я держу у твоего виска дуло пистолета.

Виолетте пришлось подчиниться. Она коснулась губами нежной, чистой кожи и прикрыла глаза, вдыхая аромат свежести. Таня замерла, и Виолетта услышала, как она коротко выдохнула, почти неслышно.

– Ты помнишь меня? – прошептала она, проводя губами по ее скуле.

– Что? – Таня приподняла голову так, что их губы почти соприкоснулись. Она специально сделала это и остановилась. Дразнила. Знала, что она с ума сходит, когда она так близко к ней. Играла.

– Помнишь нашу первую встречу? – Пальцы Виолетты прошлись по ее лицу.

– Ну Виолетта Игоревна, ну что за подкаты? – Таня ухмыльнулась. – Сейчас я услышу дивную шутку о том, что мы встречались в ваших снах или что? Пикапьте меня лучше, я в вас верю, у вас получится! Вы же преподаватель и…

– Замолчи, – попросила ее Виолетта.

Таня молчать не хотела, и ей пришлось заставить ее сделать это. Очередным поцелуем. Неспешным и крепким, уверенным.

Ей показалось, что из груди вышибли весь воздух, едва только теплая Танина рука легла на её грудь там, где под белоснежной рубашкой билось сердце. Железное сердце, как Виолетта порою любила шутить. Она не думала, что и железное сердце может оказаться таким бесконечно живым, что может так бешено стучать, рваться из груди.

Эта невероятная девушка в очередной раз лишила Малышенко воли и подчинила себе. Виолетта не могла думать ни о чем другом, кроме нее. Да, наверное, и не хотела. Желание быть с ней овладело им, как проклятие злой ведьмы, въелось под кожу и растворилось в крови. Татьяна была ей нужна. Прямо здесь. Прямо сейчас.

«Ведьма», – пронеслось в голове у Виолетты.

Не отпуская Таню со своих колен, она сомкнула руки в замок на ее талии, явно давая понять, что и не собирается отпускать. А Таня в ответ обняла её за шею, так и не убрав другую ладонь с груди и чувствуя, как колотится её сердце.

Это было пьяняще и нежно. Умиротворяюще и успокаивающе. Это будоражило нервы, обжигало изнутри и заставляло вспоминать небо.

Полет, ветер и солнце. Головокружение и адреналин. Восторг.

Их губы то едва соприкасались, то сминали друг друга в крепком поцелуе. Ее ладонь, лежавшая на её груди, сжимала плотную ткань рубашки, а Виолетта все крепче и крепче прижимала девушку к себе, словно боясь отпустить. Вдруг она упадет, вдруг высота заберет ее себе и в небе она останется одна? Виолетта не собиралась так рисковать. Не собиралась отпускать ее.

Она была почти совершенной девушкой. Мягкие, но требовательные губы, ласковые скользящие прикосновения, аромат августовской ночи, почти неуловимый, но такой знакомый и притягательный. Идеальный баланс между нежностью и страстью. Между ведьмой и феей.

Таня запустила пальцы в темные волосы Виолетты, и её губы скользнули по ее щеке, чтобы прошептать что-то невнятное, а после снова завладеть ее губами, горячими и манящими.

Они целовались, остро понимая, что нуждаются друг в друге, и не могли остановиться, понимая, что находятся на грани. Однако со стороны их объятия не казались пошлыми. Для замечавших их людей они казались влюбленной парочкой, для которой весь остальной мир не существовал.

Таня и Виолетта целовались так самозабвенно, с такой нежностью и отдачей, что не заметили, как какая-то рыжеволосая девушка в длинной клетчатой юбке сфотографировала их. Они не заметили бы, даже если рядом начал бы играть оркестр. Они растворились в моменте. И друг в друге.

Виолетта так и не отпускала Таню, и она сидела у неё на коленях, гладя её по щеке и отвечая на поцелуи. Ведьмина давала ей возможность быть главным, но Виолетта знала, что каждую секунду все может перемениться, и это будоражило её еще сильнее. Настолько яркие ощущения она испытывала, пожалуй, только с ней – что в клубе, что сейчас.

Виолетта вдруг подумала, что хотела бы вместе с ней совершить прыжок.

И едва только эта мысль мелькнула в её голове, как Таня отстранилась от неё и сказала тихо, как-то по-взрослому:

– Хватит. Остановись.

– Что?… – Она, кажется, не понимала, о чем она говорит. И с трудом возвращалась в реальность.

– Отпусти меня, Виолетта, – четко сказала Таня.

Она нехотя подчинилась, Таня слезла с её колен и села рядом, скрестив на коленях руки.

– Почему? – Её дыхание все еще было рваным.

– Ты уверена, что нам это нужно? – спросила Таня, разглядывая свои ногти.

– Что нужно? – поинтересовалась Виолета и протянула руку к ее лицу, чтобы погладить пальцем нижнюю губу Тани. Она мягко убрала её руку, и Виолетта заметила, что сделала она это нехотя, не сразу, словно боролась сама с собой.

– Быть близкими настолько.

– Так… Тебе не понравилось?

Ведьмина устало улыбнулась:

– А как ты думаешь, Виолет?

– Понравилось. Точно понравилось. И не думаю. Знаю, – констатировала она, неожиданно подумав, что ей бы понравилось не только это. Картинка, мелькнувшая в её сознании, была слишком откровенной, и Виолетта это развеселило. Ведьмина продолжает это делать, продолжает околдовывать её.

– Хорошо, что ты это понимаешь, – с усмешкой ответила Таня и погладила её по волосам. – Что такие, как я, делают только то, что им нравится.

– Тогда объясни мне свою логику. Если тебе нравится, почему ты решила остановиться? – потребовала Виолетта. Она действительно не понимала.

– Мы лишь играем пару, а не являемся ею. Зачем нам лишние проблемы, Виолетта? – пожала плечами Таня. – Вернее, так. Зачем лишние проблемы мне? Вдруг ты влюбишься в меня и потребуешь чего-то большего? Мне хватает Кайрата и еще нескольких дурачков. Я хочу спокойной жизни.

– А у тебя все в порядке с самомнением, – заметила Виолетта и залпом допила своё холодное кофе.

– И неплохая интуиция. Ты поплыла, – вдруг весело объявила Таня, как-то резко меняясь, будто надевая маску. – Кстати, на тебе было удобно сидеть. Я буду называть тебя госпожа Кресло. – И она дружески похлопала её по плечу.

– Что значит «поплыла»? – приподняла бровь Виолетта.

– Ой, не прикидывайся глупенькой, ты ведь профессорша.

– Доцент, – поправила она ее. Уже в который раз.

– Неважно, – отмахнулась Таня. – Ты умная. И прекрасно осознаешь, что происходит. Я не хочу давать тебе ложных надежд, Виолка. И мне самой ложные надежды тоже не нужны. Признаю: я втянула тебя в это силой, и теперь мы просто используем друг друга. А я не хочу так, – призналась она в каком-то странном порыве. – Я не хочу жалеть. Мимолетная слабость не для меня.

– Но ты ведь признаешь тот факт, что тебя тянет ко мне? – задумчиво спросила Виолеттв, в который раз удивляясь тому, как эта девушка все перевернула в своей прелестной головке.

– Отчасти. Знаешь, возможно, если бы мы встретились в другое время и при других обстоятельствах, у нас могло бы что-то получиться. А сейчас нас тянет друг к другу только потому, что мы в одной связке. Мы в игре, и это нас обоих будоражит, – объяснила Таня. – Ты не такая, каким кажешься. Ты очень азартная, хоть и выглядишь занудной овцой. Прости, но это правда. Тебе нравится играть. И мне тоже. Отсюда это притяжение, понимаешь?

– Ах вот оно что! При других обстоятельствах, значит, – тонко улыбнулась Виолетта и села к Тане ближе, так что их бедра соприкоснулись. – Ты точно не помнишь? – прошептала она, склонившись к ее уху. Ее слова задели её.

– О чем ты? – не поняла девушка.

– Не заставляй меня думать, что ты совсем глупенькая.

Взяв ее за подбородок, Виолетта снова ее поцеловала, словно испытывала, как Таня отреагирует. Снова отстранится или ответит? Несмотря на свои слова, она ответила. Не смогла удержаться. Прошептала: «Не надо» – и стала целовать её. А может быть, это она испытывала Виолетту. Она, зарываясь пальцами в ее распущенные волосы, уже не понимала.

Ее было слишком мало. Мало ее запаха, губ, прохладных пальцев, коротких, едва слышных выдохов, когда Ви на мгновение отстранялась, чтобы поцеловать ее в щеку или в скулу. Мало ее тепла, ее голоса, ее взглядов. Мало ее самой.

Если её сердце железное, то Танин, должно быть, из солнца.

В этот раз первым отстранилась Виолетта. Она должна была это сделать. И должна была это сказать. Дать ей знать, что они уже встречались при других обстоятельствах. Пусть уже вспомнит, черт побери!

– Неужели ты совсем не помнишь меня? – спросила она, касаясь губами ее виска.

– О чем ты? – выдохнула Таня.

– Клуб, спор, человек в маске у барной стойки, – продолжала Виолетта бархатным соблазняющим голосом. – Алое платье, твой побег…

Виолетта снова потянулась к ее полуоткрытым губам, и ошарашенная Таня на автомате ответила на поцелуй, а потом, словно очнувшись, укусила её за губу. Укусила больно, едва не до крови. И эта боль слегка привела Виолетту в чувство. Что она вообще сейчас делает?

– Это была ты?! – выкрикнула она, и она демонстративно похлопала в ладоши.

– Бинго. Именно. Это был я, – с удовольствием подтвердила Виолетта.

– Бред. Этого не может быть! – сердито заявила Таня. Ее глаза потемнели от злости.

– Может. Мне нет нужды лгать. Это действительно был я. Не веришь, могу кинуть фото с той ночи, Стас делал. Знаешь, как я был удивлена, когда ты рассказала про свой спор и я признала тебя в той ненормальной, которая подлетела ко мне и стала целовать. Должна признать, я был весьма ошарашена, – посмеиваясь, сообщила Ви. – Неожиданная встреча, не находишь?

– Почему ты не сказала этого раньше?! – выкрикнула Таня злобно. – Смеялась за моей спиной? Весело было, да?

– Я не так плохк, как тебе кажется, Татьяна. Не хотела делать наши особенные отношения еще более напряженными.

– Тогда зачем рассказала сейчас? – прошипела она, словно змея.

– Ты сказала про то, что между нами все могло быть иначе, если бы мы встретились в другое время. Вот и решила поделиться, – ответила Виолетта. Злая Ведьмина ей нравилась ничуть не меньше, чем нежная или наглая. Все-таки она действительно её заводила.

– Спасибо, что сказал, Малышегко. А то я начала о тебе хорошо думать.

– Нет, серьезно. Неужели ты и правда меня не узнала? – прищурилась Виолетта.

– Пошла ты! – Таня резко поднялась на ноги. – Бесишь. Так бы врезала по твоей самодовольной морде. Придурошная. – И, развернувшись, она пошла к выходу.

Виолетта тотчас расплатилась за обед и направилась следом за девушкой. Она догнала ее уже на улице, когда она шла к своей машине. Почему-то ей было весело.

– Слушай, Ведьмина, я не понимаю, почему ты злишься, – Виолетта поймала ее за руку. – Ты сама ко мне прицепилась там, в клубе. В чем я виновата? В том, что узнала тебя? Это смехотворный повод для обид.

– В том, что не сказала сразу, – бросила на неё полный ненависти взгляд Таня. – И убери лапу, пока не оторвала.

– Какая ты агрессивная, – покачала головой Виолетта, – а ведь ничего страшного не случилось.

– Ничего не случилось?! А-а-а, ты меня бесишь! Знаешь, я думала, что это я веду в этой игре, а, оказывается, вела ты! Знаешь, как это обидно? Знаешь, как я ненавижу чувствовать себя идиоткой?

– И что мне делать? – поинтересовалась Виолетта.

– Извинись, – велела Таня.

– Извиниться за твой поступок? – ушам своим не поверила Виолетта.

– А почему бы и нет?

– Что это еще за логика кривая?

– Женская, – отрезала девушка.

– Что-то я не замечала, чтобы все женщины были не в ладах с логикой, – покачала головой Виолетта.

Почему-то ей было весело. И она все еще помнила Танины прикосновения и губы.

– Значит, я теперь еще и хуже всех, по-твоему? – в очередной раз перековеркала слова Виолетты девушка.

– У тебя талант, – с восхищением сказала Виолетта. – Талант находить абсолютно противоположные смыслы. Между прочим…

Она хотела рассказать ей о том, что перепутала ее в ту ночь с Василиной, которая была в точно таком же платье и с таким же на тот момент цветом волос, но Таня не дала ей этого сделать. Перебила её:

– Ни слова больше об этом. Если вы хотите сотрудничать со мной дальше, Виолетта Игоревна, забудьте о той ночи. Я ясно выразилась?

– Тебе ведь в тот раз тоже понравилось, – продолжила Виолетта.

– Да заткнешься ты или нет?! – закричала Таня и в сердцах ударила ногой по колесу дорогой машины, которая стояла рядом. Тотчас сработала сигнализация.

– Ты что творишь? – ошалело спросила Виолетта, оттаскивая девушку подальше. – Сейчас хозяин выйдет, тебе мало не покажется. Вернее, мне. Мне ведь придется опять тебя защищать.

– Я думала, это твоя, – растерялась Таня, и весь ее пыл мигом куда-то исчез.

– Моя рядом, – весело сказала Виолетта.

Из кафе выскочил грузный мужчина, на ходу застегивая дубленку. Хозяин машины. Он осмотрел свою машину, удостоверился, что с ней все в порядке, и повернулся к Виолетте и Тане, которые стояли неподалеку.

– Не видели никого рядом с тачкой? – спросил мужчина.

– Какой-то парень мимо шел и пнул, – мигом сориентировалась девушка и указала налево. – Во-о-он туда побежал.

– Чертова шпана, – пробормотал хозяин машины. – А говорили, район хороший.

– У нас в каждом районе своя шпана, – печально вздохнула Таня. – Недавно шли с любимой по двору, на нас гопники напали. Хорошо, что милая самбо знает. – И она демонстративно ущипнула Виолетту за щеку. Та поморщилась.

– Этих уродов повсюду полно, – неожиданно согласился мужчина. – Беспредельщики малолетние. Ладно, спасибо, девушка.

С этими словами он удалился обратно в кафе, а Виолетта рассмеялась.

– Что, весело тебе? – осведомилась Таня.

– Ты просто нечто, Ведьмина.

– А ты просто ничтожество, – парировала она.

– Нет, серьезно, я поражена и восхищена. Ты хорошая актриса. Твои методы восхитительны.

– Стараюсь, – фыркнула Таня, – чтобы скучно не было никому.

– Ты все еще злишься?

– Да я тебя убить готова, да жалко.

– Меня жалко?

– Себя жалко. Не хочется провести лучшие годы, глядя на небо в решеточку. Как же так, почему именно ты? Ну почему, а? – Теперь Таня пнула заснеженную урну. – Еще и молчала, сволочь. Тебя спасло только то, что ты хорошо целуешься, поняла?

– Поняла, – ответила Виолетта.

– Но я тебе еще отомщу, подожди только, милпя, – пригрозила ей Таня, которая постепенно стала приходить в себя. И сказала напоследок: – Передавай привет Прелести! Скажи ей, что я еще вернусь.

– Всенепременно передам, – пообещала Виолетта.

Правда, сделала она это не скоро: уехать так просто Таня не смогла, ибо у нее, как оказалось, кончился бензин, и Виолетте пришлось переливать ей свой, а потом ехать на заправку.

О том, что Таня похитила её сердце еще в клубе, Виолетта ей так и не сказала.

Мой тгк где буду писать про выходы глав: kirllix1. Пожалуйста не забывайте ставить звёздочки и писать комментарий