Сказки неназываемых земель

У Орны с собой было два подготовленных заранее клубка чар, ключи к которым он записал на листках бумаги. Из одного выходил земляной голем, которого он бросил на бой с доуже. Второй был мощным модифицированным порталом, который мог бы в неназываемых землях перенести его практически на край света, а тут всего лишь пару десятков километров покрывал. Если, конечно, Орна правильно оценивал местные мерки расстояний. Зато модификации, внесенные Орной в стандартный узор заклинания, не позволяли отследить направление их перемещения, задавая ложный вектор пути для тех, кто стал бы их отслеживать.

У Мурху, который отступал по заранее продуманному плану, был другой ключ, к пологу скрытия, позволявшему спрятаться от взглядов и сканирующих заклинаний. Благодаря ему Вил и будущая королева спокойно вернулись на станцию, обойдя деревню кругом.

— Орна отвлечет его на себя, — сказал Мурху Эдде. — Не стоит переживать за них, у этого молодца много чего в рукаве припрятано, он и о малявке позаботится.

Вил непонятно вздохнул.

— Чары не позволят ему ослушаться твоего приказа.

Эдда и в самом деле волновалась об этом, хотя к своему удивлению, не так сильно, как могла бы.

Обратно они ехали в полупустом вагоне, и, несмотря на их донельзя странные обстоятельства, Эдда была спокойна, даже задремала, прислонившись к плечу Вила. И хорошо, думал Мурху, осознавая, что со временем чары доверия, не позволяющие будущей королеве беспокоиться и задумываться о ситуации глубже, ослабевают, а он, в отличие от Орны, не способен их поддерживать.

Конечно, ничего хорошего в том, что королева спит у него на плече, нет. Во сне она была совершенно другой: совсем юной, умиротворенной, беззащитной и прекрасной. Идиотское желание баюкать ее на руках Вил отнес к последствиям скрепляющих его чар. Он со вздохом устроился удобнее, закинул ноги в тяжелых ботинках на пустую скамью перед собой, и в идиллическом спокойствии они доехали до вокзала. На жесткие, много раз заштопанные сидения, на мусор вокруг, на громкий визгливый гогот молодежи в другом конце вагона Вил благодушно не обращал внимания.

Нежное тепло ее щеки, шелк мягких, тонко пахнущих волос примирял его с окружающей действительностью. С несвойственной ему философичностью он расслабился, решив насладиться этими мгновениями до последней капли.

Путь Орны и Ри был не столь безмятежен. Едва осел ветер, взметнувшийся после схлопывания портала, Орна снял девушку с плеча и поставил перед собой. Они находились опять-таки на проселочной дороге, но на этот раз посреди скошенных полей. Туманная дымка леса виднелась лишь на горизонте, жилья поблизости и вовсе не было видно.

Орна хотел было объяснить девушке, где они и что будут делать дальше, но слова замерли у него на губах, едва он увидел ее лицо. Ри с некоторым смятением наблюдала, как расширяются его глаза.

— Святые хранители! — воскликнул он встревоженно. — Я не заметил даже, что тебя задело!

— Это птица, — будто оправдываясь, пробормотала Ри, касаясь виска. — Правда, не очень больно, саднит немного.

На самом деле выглядела она ужасно. Хотя царапина и была неглубокой, но длинной — от виска к середине лба, и уже начинавшая подсыхать кровь струйками протянулась вниз к щекам, словно кровавые слезы.

Тихо чертыхаясь, Орна притянул ее за плечи ближе к себе и сосредоточился, плетя исцеляющие чары.

Не срабатывало как надо, сбоило. Впрочем, рана не была настолько сложной, чтобы расстраиваться. Орна всего лишь остановил кровь, и потом стер подсохшие ручейки с ее лица. Ри покорно стояла, закрыв глаза и не задавая вопросов. Видимо, от того же удара волосы слева у нее были неровно обрезаны, короткие пряди нелепо топорщились.

— Эдда убьет меня, за то что я не досмотрел, — заключил он, убедившись, что все в порядке. — Ну, что ж поделать. Мы будем возвращаться кружным путем, придется потерпеть. И... не пугайся, ладно? Я знаю, вы, люди, к такому не очень привычны.

— Ничего, — храбро отозвалась Ри. — Кажется, я уже многому не удивляюсь.

Орна улыбнулся слегка скептически, но промолчал. Он встряхнул кистями рук и размял плечи.

— Тебе придется держаться за меня, Ри. Я буду передвигаться короткими перемещениями.

Он повернулся спиной и присел немного, чтобы она смогла обхватить его за плечи. Его волосы защекотали ее щеку, и Ри засмеялась ему на ухо:

— Покатай меня, большая черепаха...

— Что? — удивился Орна.

— Это из мультфильма, — пояснила Ри. — Извини, шутка такая.

Орна кивнул, выпрямляясь. Земля удалялась и удалялась от Ри, и девушка вдруг поняла, что уже давно бы должна была остановиться, но шея под ее руками раздавалась шире, как и плечи, а сухая охряная пыль проселочной дороги была от нее где-то метрах в трех.

— Ты растешь? — изумленно выдохнула Ри.

— Ага, — отозвался Орна низким незнакомым голосом. — Это родовая магия, получается легче, чем сложные чары. Держись, малышка.

Он остановился, завел одну руку за спину, поддерживая Ри сзади. Девушка теперь едва могла сомкнуть руки вокруг его шеи, а вниз она и вовсе боялась глядеть, настолько было высоко.

— Держись, — рокочуще повторил Орна и неожиданно прыгнул.

Ри завизжала бы, но горло перехватило, так что она только сдавленно пискнула, пряча голову у Орны на плече. Орна будто летел, вокруг все мелькало, сливаясь в мутном калейдоскопе, когда девушка осмеливалась поднять лицо, чтобы оглядеться. Орна использовал маломощные порталы, чтобы перемещаться понемногу, приземляясь ненадолго и снова отталкиваясь от земли. Он обходил населенные пункты стороной, потому что внимания и сил еще и на скрывающий полог ему не хватило бы. Последним прыжком он рассчитывал переместиться на окраину города неподалеку от зеленого района, где жила Ри, но промахнулся.

Приземлился на набережной, в незнакомом ему месте. Досадливо цыкнул, прянул в сторону, накидывая полог. Стремительно уменьшился до обычных размеров, развернулся, подхватывая соскользнувшую с его шеи девушку.

Слишком близко.

Он не успел шагнуть назад или разжать руки, когда она подняла на него глаза, яркие и снова смеющиеся, будто бы она только что не умирала от страха. Пучок на голове растрепался и рассыпавшиеся по плечам длинные волосы смешались с короткими обрезанными прядями. Ветром их бросило ему в лицо, и она широко улыбнулась.

— Вот это да, — сказала она. — Теперь я понимаю...

— Что?.. — успел спросить он, прежде чем маленькие ладони обхватили его лицо и Ри, встав на цыпочки, прижалась к его губам.

Губы Орны были сухие, потрескавшиеся, Ри даже испугалась, что может причинить ему боль, но миг спустя его руки крепче сжали ее плечи, и он ответил на ее поцелуй. Ри прижалась к нему всем телом, потому что колени вдруг ослабли, скользнула рукой в его волосы. Жесткие... и на щеках колючая щетина, поверх темных узоров. Руки такие горячие, хотя он просто держит ее, их жар проникает сквозь свитер.

Она терялась во времени, голова пошла кругом, сама и не думала, что он ответит и будет так нежен. Она слегка укусила его за нижнюю губу, и Орна подавил глухой вздох, сжал ее сильнее и... вздрогнул.

Телефон. Вибрирует во внутреннем кармане и начинает тихо звенеть. Они одновременно отшатнулись друг от друга, но Орна, правой рукой доставая телефон, другой снова притянул ее к себе, не отпуская. Ри спрятала лицо на его груди, закрыла глаза, потому что взгляд никак не фокусировался, а голова по-прежнему шла кругом. Слушала его голос: отдавался в груди низкими, слегка охрипшими тонами.

— Мурху? Уже на месте? Хорошо. Я промахнулся немного, но хвоста не было. Да, мы скоро будем. Нет, не выходите никуда, опасно. Не знаю, как они, а я бы поставил следящие маячки сетью по всему городу, так что лучше не рисковать королевой. Да. Хорошо.

Орна схлопнул телефон и сунул его на место. Потом вздохнул.

— Эй, малышка, — позвал он. — Прости меня, ладно? Я не должен был так делать. Не должен был тебя целовать.

Он отпустил ее, и Ри посмотрела ему в глаза.

— Так это что, правда не сон? — озадаченно спросила она. — Все как по-настоящему.

Ри покраснела, отвела взгляд. Брови страдальчески изогнулись. Она прижала ладони к пылающим щекам и совершенно несчастным голосом сказала:

— Мы же сейчас пойдем домой? Подожди немного, ладно? Я успокоюсь сначала.

И уже совсем тихо добавила:

— Ты меня тоже прости, я такая дура.

Орна посмотрел в небо. Ни облака. Посмотрел под ноги. Серый асфальт и кляксы старых жвачек: верно, молодежь часто здесь торчит.

Она не будет плакать, вдруг понял он. Сейчас просто придумает очередную глупость в своем стиле, если вообще не решит, что все это ей привиделось, приснилось, или что там с ней постоянно происходит. Он бы рассердился — если бы мог.

Нахмурившись, он провел рукой по ее лбу, убирая волосы. Скользнул пальцами по щеке — совсем как вчера ночью, только теперь щека была горячей. Она задержала дыхание, то ли от удивления, то ли... Орна быстро склонился к ней, вновь целуя. И мягко улыбнулся, выпрямляясь и глядя в ее изумленные глаза.

— Я не совсем такой, каким ты меня видишь. Хотел бы целовать тебя еще, но выходит как-то нечестно.

Нечестно? Нечестно было то, с каким выражением лица он сказал ей:

— Я бы это повторил, когда чары будут сняты...

От этого на секунду она вдруг перестала дышать, ощущая, как горячий цветок распускается где-то под ребрами.

Ри молча смотрела на него, и Орна не был уверен, что она понимает. Он и в себе-то не был уверен, с этими всеми запретами и магическими ограничениями, которые сковывали его, и вдруг — прорвалось что-то, поддалось ее серым глазам и мягким губам.

— Идем, нас уже ждут, — сказал он и взял ее за руку.

Ри послушно последовала за ним, все еще ошеломленная. Впрочем, через пару минут она решила, что подумает обо всем этом позже, когда будет поспокойнее, и приободрилась.

У Эдды были свои ключи, так что они с Мурху давно уже ждали внутри квартиры. Эдда переживала, меряла шагами комнату, злилась и громко ворчала, хотя с разговора Вила и Орны прошло всего минут десять.

Мурху с беспокойством следил за ней, подозревая, что чары доверия износились окончательно. К его большому облегчению, друг появился совсем скоро и правильно понял выразительное подмигивание Мурху, восстановив и укрепив сплетение.

Эдда, заметив длинную царапину на лбу Ри, выдохнула витиеватое матерное ругательство, а потом ее глаза сузились и она внимательнее изучила подругу.

Подхватывая ее за локоть, она бросила через плечо:

— Приказываю не подслушивать, — и они скрылись за дверью туалета.

Там Эдда схватила Ри за подбородок и повертела ее голову туда-сюда.

— У тебя зрачки расширены, — обвиняюще сказала она. — Не говоря уж о том, что губы опухли. Признавайся, он сделал что-то? Я его в порошок сотру!

Ри отвела ее руку, присела на краешек ванны и заболтала ногами.

— Не-а, — задумчиво сказала она. — Плохого он ничего не сделал. Рану вот залечил.

Она коснулась пальцами лба.

— Ты снова влюбилась, да? — вздохнув, спросила подруга.

— Ну, на этот раз он живой, хороший и вполне настоящий, правда? — весело ответила Ри.

Эдда не могла бы перечислить все влюбленности Ри, потому что девушка постоянно и по-детски наивно влюблялась... к сожалению Эдды, все как-то не в тех. То в героя детской сказки, то в актера из популярного фильма, то, еще в школе, в старшеклассника, до которого малявке было как до луны, то, верх глупости, в молодого человека, что приснился ей однажды.

Она не могла спорить, в этот раз мужчина был реален, близок, и, по крайней мере так казалось, положителен.

— Но Орна сказал, что лучше не надо, пока он под чарами.

Эдда кивнула.

— Мурху говорит, что Орна совсем другой, и эти чары сильно изменили его, сковали чересчур жестко. Мурху говорит, что он более... вспыльчивый что ли. Не такой вежливый.

— Надо же, — отозвалась Ри. — Поэтому тот дядька в деревне так удивился и подумал, что Орна издевается над ним.

Эдда пожала плечами.

— В любом случае, я бы тебе не советовала... ты знаешь, я не хочу давить, но не советовала бы. Какой бы он там ни был на самом деле.

Эдда присела рядом и толкнула ее легонько плечом.

— Уж лучше бы ты присмотрелась к Сереже. Помнишь, я тебя знакомила с другом моего бывшего?

Ри хихикнула.

— Да я ему и не понравилась , ты разве не видела? Он даже мой телефон просто из вежливости спросил, а сам все на тебя глазел.

— А я не заметила, — расстроилась Эдда, которая в тот вечер сильно поругалась со своим бывшим и пребывала в достаточно смятенных чувствах. — Да ну его тогда. Болтун он большой, и по-моему еще и привирает.

— Ага, а мне сватаешь, — отозвалась Ри.

— Так я думала, тебе понравится. Будет тебя веселить своими выдумками. А мне иногда ему хотелось с разворота врезать, как начнет шутки свои шутить...

— Ну... и ладно тогда с ними? Давай картошку начистим на ужин? Мы утром кусок мяса хороший купили, вырезку, потушим все вместе с луковкой.

— Боже мой, — возвела глаза к небу Эдда. — Какая еще луковка? Столько усилий ради кого? Уверена, они обойдутся чем попроще. Пельменями, например. Ты что, записывалась к ним в повара?

— Нет, — заупрямилась Ри. — Они гости, а гостей надо кормить по совести.

Чего Эдда не любила, так это готовить. В основном из-за того, что времени на всякую мелочь вроде чистки-резки уходило много, а съедалось это быстро и без должного уважения. Хотя ей нравилось экспериментировать со специями, и Ри вела с ней войну с давних времен, потому что была в этом плане консерватором.

— Ешьте и проникайтесь, — сурово сказала Эдда, когда полтора часа спустя они расселись вокруг стола, и перед каждым стояла тарелка с порцией дымящегося ароматного жаркого.

В центре стола вместо букета стоял высокий стакан с пучком петрушки, и рядом — круглая стеклянная миска с овощным салатом.

Орна, который предлагал свою помощь в готовке и был отвергнут, пожал плечами и с удовольствием втянул густой пряный дух, в котором чувствовал незнакомые приправы.

Вил, у которого было правило с женщинами не ссориться, все же не смолчал, хохотнув:

— Привыкаешь к королевской гордости?

— Да она всегда такая, — примиряюще сказала Ри и взялась за ложку.

***

— Военный совет, военный совет! — воскликнула Ри. — Давайте сюда карту положим и будем по ней тыкать карандашами, потому что у меня нет булавок специальных... а, вот пуговицы есть разные, давайте пуговицы раскладывать.

— Тихо, тихо, малявка, — добродушно фыркнул Мурху. — Не суетись.

Орна изучал карту, хмуря брови.

— Мне бы мой ноутбук, — с сожалением заметил он. — Но что теперь, будем по памяти. Приступим.

Он повертел в руках разноцветные пуговки, большие и маленькие, которые принесла Ри в жестяной коробке от конфет, и положил плоскую синюю пуговицу на край карты, рядом с полосатой линией железной дороги. Рядом с названием той деревни, где они были днем.

— Этот путь закрыт. Не знаю, что там уж случилось с дедом, который держал нелегальный лаз, но пройти там, разумеется, не выйдет. Вообще я думаю, они расставили людей на всех возможных точках перехода. По крайней мере, это было бы логично.

Он нахмурился сильнее.

— Жаль, я мыслю спутанно, видимо, перекрывается какой-то блок в сплетении чар... просто следите за мной, постараюсь излагать логично.

Он разложил пять-шесть разнокалиберных пуговиц красного цвета по окраинам города.

— Это червоточины, опасны тем, что нестабильны, если не знать их особенности. Пока оставим их. А вот это, — он разложил три одинаковых желтых пуговицы с выпуклым рисунком, — это те нелегальные ходы, о которых мы знаем.

— Скорее всего, там тоже стоят наготове, — заметил Мурху.

— А кто стоят? — спросила Эдда. — Кто эти «те», что не хотят нас пустить?

— Совет... бывший Королевский совет, — с некоторой запинкой ответил Орна. — Мне говорили, все эти годы они правили там, замещая короля.

— То есть теперь там республика? — погрустнев, уточнила Ри.

Одно дело — забирать трон у тирана и узурпатора, а другое — у вполне легитимного демократического органа власти. Никто вроде ведь и не жаловался, что там живется плохо при них?

— Республика или нет, — строго сказал Мурху, — но в неназываемых землях должен быть король, тогда земли будут цвести. Это древний закон.

— Почему Совет тогда нападает?

Орна и Вил синхронно пожали плечами.

— Убить они не стремятся, потому что неназываемые земли не прощают тех, кто является убийцами королей, — сказал Орна.

— Однако ж кто-то из них тогда убил короля, — заметил Вил. — И ты слышал, как рыжий говорил, что они не хотят детей безумца видеть на троне.

— Они все вместе навалились, справиться не могли, так что кто там нанес последний удар, неизвестно, — возразил Орна. — И вот кто расправился с королевской семьей, до сих пор не знают. Я ребят местных расспрашивал, говорят, одно время Совет даже распустить хотели, так они друг с другом собачились, выясняли.

— Никто не знает, кто убил королеву и детей? — спросила Ри тихо.

Орна кивнул.

— Что там было, представить сложно. Левое крыло снесли подчистую в пылу битвы. Король, несмотря на свое безумие, был сильнейшим магом. Стража не знала, за кого вступаться — те, кого заранее не переманили. Башни Молчаливых, королевские тюрьмы, горели, потом кто-то обнаружил мертвых королевских отпрысков и раненую королеву. Королева несла младенца и пыталась спрятаться, когда ее нашла Селена. Селена забрала малявку и вместе с кем-то, кого я не помню из-за блока памяти, организовала побег.

— А как вы с Мурху там оказались? — спросила Эдда.

— Я в тюрьме сидел тогда, — признался Орна. — А Мурху был в составе дворцовой охраны. Тот, сообщник Селены, наложил на нас чары скреп и выслал через червоточину сюда. Тут уже была Селена, она держала якорь, чтобы нас червоточина не выкинула куда не надо.

— Орна, — тихо спросила Ри. — А что теперь будет после перехода? Кто-то будет ждать? Что там приготовлено?

Орна посмотрел на нее расширившимися вдруг глазами.

— Повтори, — со странным выражением попросил он.

Ри повторила.

— Мурху, — сдавленно обратился к другу Орна. — Я нашел наш блок. Малышка, повтори свой вопрос.

— Что будет после перехода, кто будет там ждать и что приготовлено, — растерянно забубнила Ри.

Мурху пораженно посмотрел на нее и откинулся на спинку стула, обхватив ладонью лоб. Он попытался что-то сказать, но не издал ни звука. Грязно выругался, хлопнув рукой по столу. Пуговицы на карте подпрыгнули.

— Твою мать... Повтори еще раз, малявка!

— Нет, хватит, — рассердилась Эдда. — Я уже три раза это все услышала, и хочу ответ узнать! Что вы все заладили: «повтори, повтори»...

— Я не смогу ответить, — Орна сжал челюсти. — Я даже забыл сам вопрос. Это и есть блок, что стоит у нас с Мурху. Я и раньше его чувствовал, но не мог определить. Ри задает вопрос, и какую-то долю секунды я его могу осознавать, а затем забываю. Знаю только, что она сказала что-то очень важное.

Девушки переглянулись. Все это стало как-то жутко, и перестало походить на сказку, в которой бедную девушку делают принцессой, возводят на трон и потом все только и делают, что веселятся.

Они словно две куклы, подумалось Ри. Кто-то насильно сделал их такими и всунул в голову задание, что они должны выполнить. Она положила ладонь на плечо Орны, думая, что ему нужно успокоение.

Орна выглядел бесстрастным. Как бы там ни было, кажется, успокоиться получалось у него очень легко.

— Так получается, вы не знаете, что будет после того, как мы пройдем портал? — осторожно спросила Эдда.

— Да, — быстро ответил Орна.

— А это не может быть ловушкой?

— Что именно? — озадаченно спросил мужчина, уже позабывший первоначальный вопрос.

— Боже мой, какая мука, — раздраженно воскликнула Эдда. — Об этом даже и не поговорить толком.

— Но ведь блок пропадет, наверно, как только мы окажемся там? — предположила Ри. — Ведь в таком случае, он уже и не нужен будет.

— А если это ловушка? — повторила Эдда.

— А смысл в ней? Тот, кто зачем-то поставил этот блок, он ведь делал стражей королевы. Зачем такие завихрения, если нужно было просто... убить королеву. Он мог сразу это сделать. Извини.

Эдда отмахнулась досадливо.

— Да что там... Понятно все.

— Мы что-то пропускаем, да? — Мурху смотрел внимательно, но беззлобно.

— Определенно, — сухо отозвалась Эдда. — Но это долго объяснять. Давайте про ваши порталы.

— Нет-нет, давай еще попробуем, — сказала любознательная Ри. — Смотри, если я напишу это на бумажке, а он будет читать все время?

Она подсунула листок с написанным вопросом, который так взволновал мужчин, под нос Орны. Тот изучал его пару минут, потом схватился за голову.

— Трещит неимоверно, — процедил он. — Похоже, это не выход.

— Значит, подождем до того момента, когда окажемся там, — бодро сказала Ри, хотя у нее на душе кошки скребли.

— Порталы, — напомнила Эдда. — И давайте уже со всем этим закончим. К понедельнику мне нужно вернуться, лабораторная будет.

Она пожала плечами.

— Вы же не думаете, что я все брошу из-за ваших... сказок?

Они помолчали некоторое время. Ри перебирала пуговицы, не поднимая глаз. Наконец Орна заговорил.

— Червоточины слишком опасны. Вдвоем с Мурху или по одному мы бы прошли, но с вами... — он покачал головой.

Мурху поддакнул.

— Сюда мы прибыли через червоточину, по дороге чуть не снесло к чертям, хорошо, что на этой стороне нас ждала Селена и держала путь открытым.

Ри быстро взглянула на них. Сон, который она видела, был в руку, и это почему-то не удивляло. Почему только он снился именно ей?

— Мы не будем вами рисковать, — сказал Орна решительно. — Пробьемся через нелегальный ход.

Мурху поглядел на друга, довольно ухмыляясь.

— Они рассредоточили силы, чтобы наблюдать за всеми точками, поэтому нам стоит лишь атаковать одну из них, и пройти. Допустим, атаковать и отвлекать внимание, если потребуется, буду я. Мурху, ты проводишь королеву через ход, и я затем присоединяюсь. Ну, или возможно присоединяюсь.

— А... я? — растерянно посмотрела на него Ри. — Не оставляйте меня.

Она обвела их глазами.

— Я хочу с вами. Пожалуйста...

— Нет, — покачала головой Эдда. — Думаю, ты не можешь. Все звучит слишком... ненадежно.

— Подожди! — воскликнула Ри. — Это ты не можешь меня оставить! Не сейчас, нельзя! Послушай, давайте так: я пойду с вами, и если правда будет очень опасно, я спрячусь или уйду...

Ри чувствовала, что сейчас, в эти самые мгновения она лишается своей сказки. Что если сейчас ее не возьмут с собой, то уже ничего не будет. Она доучится, найдет работу, доживет до пенсии, и в самом конце самой обычной жизни она будет вспоминать о том, что никогда так и не случилось.

Все это она изложила подруге.

Эдда фыркнула раздраженно.

— Эта лирика тут ни к месту. Сегодня тебе лицо расцарапало, а в следующий раз что? Вдруг их больше будет, вдруг мы не сможем справиться? Но если все закончится хорошо, ты туда и так попадешь, и хоть каждый день ходи себе, смотри на диковинки.

— Это не то, — упрямо сказала Ри.

— Но и пока, мне думается, Совет никого убивать не собирается. Все атаки были вялыми и скорее даже не атаки, а попытки схватить королеву, — осторожно сказал Мурху. — Они ведь всего вполсилы тогда нападали.

— Вполсилы или нет, какая разница? Нападали ведь, — отбрила Эдда, и Мурху сдался, пожав плечами.

Весь их военный совет в конце концов свелся к тому, что они пытались убедить Ри остаться дома и ждать от них вестей. В конце концов Эдда крепко разозлилась и, воскликнув: «Да делай что хочешь, черт подери!», отправилась спать. Ри тут же расстроилась, потеряв весь запал.

Разрешение вроде бы и получено было, но в то же время ничего радостного в нем не было, Ри уже готова была отказаться от своего намерения, лишь бы не ссориться с Эддой. Девушка решила, что утром извинится перед подругой, приготовив что-нибудь вкусненькое и сытное на завтрак, и непременно помирится.

Этой ночью она так же держала Орну за рукав, засыпая, и Орна не стал трогать ее, пусть себе.

Запасным планом Эдды было проснуться раньше Ри, чтобы уехать без нее, но даже с будильником это не удалось. Пищанье мобильника разбудило только Ри, а Эдда, которая никогда не могла себя заставить встать пораньше, лишь сонно что-то пробурчала, зарываясь в одеяла, которые она стянула с подруги.

Ри умиленно повздыхала над ней, как мамаша над малышом, поправила подушку и тихонько прокралась на кухню. Она сварила себе кофе и сразу поставила турку еще раз: минут через десять, отчаянно зевая, пришел встрепанный Орна.

Он налил себе кофе, сел напротив и долго смотрел в кружку. Потом на Ри.

— Это твой выбор, ты же понимаешь, — сказал он. — Иди, если хочешь идти, но тогда старайся... быть осторожной.

Не быть обузой, хотел он сказать. Эти непроизнесенные слова повисли в воздухе, и Ри снова затосковала. Ей не хотелось казаться капризным маленьким ребенком, но она всем сердцем чувствовала, что это приключение пропускать нельзя. Другого шанса никогда не будет.

— Я буду... стараться, — глядя на стол, тихо сказала она.

Однако в этот день ничего не вышло. Около десяти, когда проснулась Эдда, зарядил мелкий дождик. Орна позаимствовал у Ри ноутбук и углубился в изучение погодных условий на ближайшее время.

— Дерьмо, — прокомментировал он наконец ситуацию. — Братья Сагаи не открывают портал в дождь, снег и при скорости ветра больше пятнадцати метров в секунду.

— Еще один остался ведь? — спросила Ри.

— Да, но он работает только по понедельникам, так что весь день будем ждать.

Орна встал и размял плечи.

— Ну, зато будет время подготовиться.

Эдда не разделяла его оптимизма никоим образом, поэтому едва Орна увидел ее недовольное лицо, исподтишка кинул в нее успокаивающими чарами, и вдвоем с Мурху они уговорили ее пропустить занятия в понедельник и не переживать по этому поводу.

До вечера Орна сидел на кухне и сосредоточенно корпел с ножницами и тушью над картоном, который достала из своих запасов Ри. На кухню входить не разрешал, прогнав их в комнату, и все трое маялись сначала от скуки, посмотрели пару фильмов на ноутбуке Ри, поиграли в карты, научив Мурху в «акулину», но вскоре обнаружили, что в колоде трех карт не хватает, и забросили это дело. Полистали старые фотоальбомы, полные блеклых полузабытых лиц, чьих-то улыбок и светлых дней. Развалились втроем поперек на разложенном диване: Мурху посредине, в глубине души довольный таким раскладом. Поболтали о том о сем, послушали несколько баек Вила о заданиях и военных кампаниях.

Орна запретил выходить наружу, опасаясь, что их могут засечь вне заговоренных стен, поэтому наши герои, устав уже и от болтовни, разбрелись по комнате. Эдда с кем-то переписывалась, бодро щелкая ногтями по экрану смартфона. Вил устроился на подоконнике с сигаретой и жестянкой от пива, которая заменяла ему пепельницу, а Ри, поразмыслив немного, решила, что чудеса чудесами, а лабораторные все равно делать нужно, придвинула ноутбук и углубилась в работу.

Когда Орна вышел, наконец, из кухни со своими заготовками был уже шестой час вечера. Инструкции, обсуждения и споры длились еще долго, но все же Орна остался недоволен подготовкой своего небольшого воинства. И уверенности в себе было тоже немного, хотя он и ощущал, что по сравнению с первыми днями, высвобождение магических узлов и плетений дается ему гораздо легче.