Истинный

Солнечные лучи осторожно пробивались сквозь полупрозрачные шторы, разливаясь по комнате мягким золотистым светом. Чимин проснулся первым. Его тело ощущало приятную усталость, а в груди поселилось непривычное, но тёплое чувство спокойствия. Рядом тихо дышал Юнги — его лицо было расслабленным, а губы тронула лёгкая, почти детская улыбка, словно даже во сне альфа чувствовал себя хорошо.

Чимин не мог отвести взгляда. Вчера всё произошло как-то естественно, без надрыва и сомнений. Он доверился — полностью, без остатка. И впервые за долгое время проснулся не с тревогой, а с тихим счастьем внутри.

Юнги пошевелился и медленно открыл глаза. Их взгляды встретились, и мир за окном будто перестал существовать.

— Доброе утро, — его голос был хрипловатым и чуть сонным.
— Доброе, — ответил Чимин, улыбаясь так искренне, как не улыбался уже давно.

Альфа потянулся, обвивая его рукой и прижимая ближе. Они долго молчали, просто слушая дыхание друг друга.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — осторожно спросил Юнги.
— Лучше, чем ожидал, — тихо ответил омега. — Спасибо тебе.
— Не нужно меня благодарить, — альфа провёл пальцем по его щеке. — Я просто хотел, чтобы тебе было спокойно. Чтобы ты знал: я рядом.

Чимин задержал взгляд на его лице.
— Я знал. И знаю сейчас.

Наступила короткая пауза, наполненная только их дыханием.

— Я боялся, что ты пожалеешь, — признался Юнги, опуская глаза.
— Ни секунды, — Чимин покачал головой. — Всё случилось так, как должно было.

Юнги вздохнул с облегчением и прижал его к себе крепче.

— Тогда обещай мне кое-что.
— Что угодно.
— Если тебе станет некомфортно или что-то пойдёт не так — ты скажешь. Всегда. Я не хочу быть причиной твоей боли.
— Обещаю, — прошептал Чимин и уткнулся носом в его шею. — А ты обещай, что не исчезнешь.

Юнги чуть отстранился, чтобы посмотреть ему в глаза.
— Даже не думай. Я не собираюсь уходить.

---

После завтрака, который они готовили вместе — Юнги жарил яйца, а Чимин резал фрукты и смеялся над его серьёзной мимикой, — они устроились на диване с чашками кофе. День выдался тёплым и солнечным, и окна были распахнуты настежь.

Некоторое время они просто наслаждались тишиной, но потом разговор сам собой стал глубже.

— Ты задумывался о том… что будет дальше? — спросил Чимин, глядя на пар из своей чашки.

Юнги помолчал, прежде чем ответить:
— Да. И часто. Я не хочу торопить события, но… я серьёзно отношусь к нам. Очень.

Омега почувствовал, как сердце пропустило удар.
— Это немного пугает. Но в то же время — приятно.
— Я знаю, — Юнги мягко коснулся его пальцев. — Мы оба прошли через многое. И я не хочу, чтобы ты думал, будто теперь от тебя что-то ждут. Мы можем идти вперёд так, как тебе комфортно.

— А если… — Чимин на секунду задумался, потом решился: — А если мне уже хочется быть ближе? Настояще ближе.

Юнги улыбнулся — не как обычно, чуть иронично, а по-настоящему тепло.
— Тогда я счастлив. Потому что мне тоже этого хочется. Не только быть рядом, но и строить что-то вместе. Жизнь. Дом. Всё.

Они долго говорили — о страхах, о прошлом, о том, что каждый из них готов отпустить, чтобы двигаться дальше. Чимин признался, что боялся снова довериться альфе, боялся раствориться в чужом присутствии и потерять себя. Юнги рассказал, как однажды тоже обжёгся, и теперь боится причинить боль тем, кто для него важен.

Разговор длился почти до полудня, но время казалось растянутым и мягким. И с каждой минутой в груди у Чимина росло ощущение: рядом с этим человеком он может быть собой. Без масок. Без страха.

Когда солнце стало клониться к закату, они лежали на диване, укрывшись одним пледом. Чимин положил голову на грудь Юнги и слушал его сердце — ровное, уверенное, спокойное.

— Знаешь… — начал он тихо. — Мне кажется, это и есть счастье. Не громкое, не как в фильмах. А вот такое — простое. Когда просто хорошо.

Юнги поцеловал его макушку.
— Тогда я хочу, чтобы тебе так было каждый день.

Чимин улыбнулся и закрыл глаза.
— И мне тоже.

---

Этот день стал для них чем-то большим, чем просто утро после близости. Он стал шагом вперёд — к жизни, в которой есть место доверию, теплу и тихому, настоящему счастью.