7 глава.
*вернемся в наше время*
Дазай все еще лежал на кровати, слезы не текли, скорее всего просто он выплакал все что можно и нельзя было. Было просто нечем плакать. Эти воспоминания морально добивали его. Да, его не смогла до конца убить та жизнь которой он жил 16 лет... Или 18,он не помнил. Для него один день тянулся словно месяц.
Глубоко вздохнув юноша поднялся с кровати и придя на кухню налил стакан воды, после чего залпом его выпил. После этого он умыл лицо немного попадая на волнистые волосы холодной водой. Он посмотрел в небольшое зеркало которое висело над раковиной. На него смотрели припухшие красные глаза, челка была мокрая и прилип ко лбу они спускались по нему. Так же немного намок бинт на шее. Он решил сменить его вместе с теми которые на руках. Последний раз он резал руки когда воспоминание о его детстве нахлынули во время того когда он просто лежал в тишине на кровати размышляя о своей жизни. Это было около двух или трёх недель назад. Иногда порезы вновь открывались и из них вновь сочилась алая с привкусом железа кровь.
Он размотал бинт на шее все еще смотря на своё отражение, под этими бинтами не было ничего такого, как говорилось ранее он просто носил его для того что бы руки не так сильно выделялись. А так даже что ли был какой то. Усмехнувшись своим мыслям он положил использованный бинт на стол. Он подошел к аптечке, и достав пару пачек бинтов сел за стол. Осаму положил левую руку на стол разрезая узел на бинте который находился почти у самого сгиба локтя. Концы бинта упали по сторонам, после чего начал разматывать белую материю, вот бинт дошёл до зоны где и находилось большинство порезов. Сколько раз Осаму клялся себе что больше он так делать не будет. Но каждый раз вспоминая детство он вновь и вновь резал свои руки смотря как алая жидкость стекает по руке капая на пол в ванной. Рука неприятно онемевала, или же приятно? Осаму даже начинал считать себя мазохистом, ведь постоянно ему это наносила небольшое удовольствие, он сколько раз пытался это перестать делать. Это было уже зависимостью, наркотической или алкоголической. Или же как у той же соседки которая ежедневно тратила деньги на сигареты при этом жалуясь на маленькую зарплату. Только вот Осаму тратил деньги на бинты, и точно так же причинял своему организму вред. После подумав что в этот раз у него точно получится больше не совершать этого он уже отматывал бинт на другой руке. Шипя от довольно сильной брови когда бинт отходил от шрамов. Вместе с бинтом кожа немного тянулась за ним. Он убрал бинты в мусорку и достав заживляющую мазь намазал ее на бинт, после чего намотал часть с мазью на участок с бинтами и заматывая сверху чистым участком бинта и немного разрезав его вдоль завязал узел на предплечье левой руки.
Тоже самое он проделал с правой рукой, после этого подойдя к зеркалу он принялся мотать бинты на шее.
Окончив работу юноша кинул в уже заполненную мусорку пачки от бинтов. Подумав что мусор все таки надо вынести он вытащил из небольшого мусорного ведра пакет наполненный отходами от продуктов и всякого рода мусором в лице бумажек чаще всего- вызванных из тетрадей которые он вырывал в порыве злости когда ничего не получалось. Подойдя к выходу из подъезда он обул кросовки и вышел из маленькой,но при этом не менее уютной квартирки. Лестничный пролет был заполнен запахом табачного дыма который неприятно попадая в горло и нос обжигал их.
Прокашлявшись юноша прошёл к лестнице и после того как вышел открыл тяжелую железную дверь выходя на улицу и вдыхая такой нужный в тот момент свежий воздух. Около его дома была Детская площадка. На ней сидели дети. Кто то качался на качелях. Кто то крутился на карусели. Некоторые просто играли в игрушки на лавочках. Дазай посмотрел на это, ему стало грустно от понимания того что у этих детей есть все что им сейчас нужно. Ну скорее всего, никто до конца не может знать. Он направился к мусорному баку и уже выкинув пакет развернулся увидев, не кого иного как своего учителя..