Терапия

В комнате Юнги всегда было мало света по вечерам. Так его глаза лучше сосредотачивались на том, что было в компьютере, и в целом это создавало более уединённое ощущение во время работы. Куда лучше, конечно, было бы иметь свою студию. Снова. Снова иметь своё местечко, каждый уголок которого принадлежал бы ему и был бы подконтролен ему. Со звукоизоляцией в нужных местах и прочими прелестями, поставленными специально для того, чтобы создавалась музыка. И для того, чтобы самому решать, что, где и как будет происходить.

Подобные процессы в голове приводили Юнги к той мысли, что он, пожалуй, любил не столько уединение, сколько возможность решать всё самому. Даже уединение можно было бы снова контролировать, будь у него квартира со студией, как раньше. Когда нужно немного покоя — закрыться в студии достаточно, чтобы ничто в мире не могло побеспокоить. Когда это больше не нужно — можно выйти оттуда обратно в мир с окнами и шумом, при этом зная, что ничего нигде не изменилось. Всё осталось так, как сделано, поставлено и решено.

Ещё это всё иногда приводило к уже не новой и вполне нормальной мысли о том, что контроль над происходящим — одна из самых приятных вещей в мире.

С Чонгуком в одной квартире, может, и были плюсы, но Юнги их пока не разглядел. Одного шага из комнаты было достаточно, чтобы видеть хаос и бесконтрольность, которые не просто следовали за Чонгуком, а будто были встроены в него с рождения. Его кружки и посуда могли быть в левом углу шкафчика в один день, а в другой, а то и просто к концу дня, их уже можно было найти справа. Тут не угадаешь, как и с самим Чонгуком.

Один из плюсов, который и плюсом-то не назовёшь, это уступки, на которые они оба иногда шли, но только потому что жизнь вместе к этому обязывала. Чонгук хотя бы научился мыть посуду за собой сразу, а не тогда, когда к ночи наберётся целая гора. Всё остальное — полуплюсы и недоминусы. Просто моменты, из которых состояло сосуществование в одной квартире. Одним из таких была привычка Чонгука влетать в комнату Юнги как в свою без стука и предупреждения. Случалось это, правда, всё реже. Он уже начинал запоминать по строгому взгляду, что это плохая привычка.

Сегодня был не тот удачный вечер, когда он это помнил, но Юнги, несмотря на серьёзную увлечённость происходящим на экране, быстро среагировал, когда дёрнулась ручка его двери. Он свернул браузер и открыл программу для музыки, поворачивая голову как раз в тот момент, когда Чонгук появился в комнате.

— Ой, ты делал что-то важное? — Чонгук бросил взгляд на монитор Юнги.

— Вроде того. Зачем ты пришёл?

— Хотел сказать, что оставил тебе еду, но теперь я хочу знать, что у тебя тут происходит, — Чонгук подошёл ближе и сел в соседнее кресло, покрутившись в нём.

— Лучше расскажи, что у тебя происходит, — Юнги повернулся в кресле лицом к нему. — Переживания закончились?

— Нет. Просто грусть мешает мне думать, поэтому я пытаюсь не грустить, — Чонгук прекратил крутиться, глядя в потолок. — Я думаю, что мне делать.

— Это хорошо, молодец, — Юнги одобрительно кивнул.

— Было бы лучше, если бы ты помог, — Чонгук опустил взгляд с потолка на него.

— Я не могу решать твои отношения вместо тебя, — спокойно ответил Юнги.

— Знаю, но ты же точно в курсе, как всё это можно поправить.

Юнги усмехнулся:

— Ты же клялся больше не слушать моих советов.

— Это было, когда я грустил, — легко и в то же время серьёзно сказал Чонгук. — Сейчас мне нужны идеи.

Подумав, Юнги немного выпрямился, удобнее усаживаясь в кресле:

— Тогда как насчёт обмена идеями?

— Что я слышу? — Чонгук широко улыбнулся. — Тебе нужен мой совет?

— Забудь, — Юнги вздохнул.

— Нет-нет, скажи! Если я могу помочь, то я помогу.

Взглянув на него, Юнги с подозрением сощурился, но всё же согласился:

— Ну, ладно. Только без лишних вопросов, — он выглядел серьёзным. — Ты разбираешься в свиданиях?

— Ну, да, наверное... — Чонгук немного растерялся от такого вопроса. — А что, у тебя будет свидание? С Тэхёном?

— Я попросил не задавать вопросы, — терпеливо напомнил Юнги.

— Извини, — Чонгук вскинул руки и улыбнулся уголками губ. — Ну... Мы с Чимини-хёном просто проводили время, как нам нравится. Можно сказать, у нас почти всегда были свидания... А ты смотрел в интернете про это?

— Интернет создан зря. Он не помогает, — Юнги вздохнул.

— Это тебе не помогает. Наверное, такое просто не для тебя, — Чонгук хмыкнул. — Зачем тебе свидание? Просто не делай то, что не в твоих силах.

— Зачем тебе Чимин? Просто не бегай за Чимином, — Юнги недовольно повёл бровью. — И это была не моя идея.

Чонгук сделал вид, что камень в свой огород он не заметил.

— Значит, это идея Тэхёна? А ты взял и согласился, — после этих слов он сразу отъехал на стуле подальше, зная, что мог схлопотать за сказанное.

— Я не могу отказаться.

Наблюдая за серьёзным лицом Юнги, Чонгуку стало немного неловко. Было похоже, что это действительно важно, раз требовало такого серьёзного лица и нахмуренных бровей.

— Обычно ходят в кино или кафе... — Чонгук снова заговорил. — Но у нас с Чимини-хёном было по-своему. Мы могли и дома свидание устроить и на улице...

После небольшой паузы, во время которой он пытался вспомнить более точно, он продолжил активнее:

— Однажды мы устроили день мороженого. Мы почти весь день ходили по городу и каждый раз, когда видели те палатки с мороженым, брали себе по одному. Было весело, но после этого я месяц не мог даже смотреть на мороженое. И ещё был день вопросов...

Юнги не смог представить себе ничего подобного, даже отдалённо, а то, что нельзя представить, нельзя и в жизнь воплотить. Юнги нужно было сразу понять, что свидания в стиле Чонгука будут слишком отличаться от его возможностей. Он мотнул головой и прервал монолог:

— Больше ничего не говори. Я сам придумаю что-нибудь.

— Уверен? — Чонгук снова подъехал ближе.

— Да.

Кивнув, Юнги повернулся и достал из ящика листок с номером:

— Вот, возьми, — он решил выполнить свою часть договора, несмотря на то, что Чонгук свою выполнил не очень удачно.

— Что это? — Чонгук вопросительно посмотрел на него.

— Это рабочий номер Сокджина. Просто так он не будет помогать, но если ты запишешься как пациент, он не откажет, — пояснил Юнги.

— Как пациент... — приняв листок, пробормотал Чонгук.

— Ты просил решение. Это оно.

— Если я приду, он поможет мне с Чимини-хёном? — с надеждой спросил Чонгук.

— Главное, чтобы он помог тебе, а потом ты сам сможешь помочь Чимину. Он поможет тебе увидеть твою проблему, — Юнги удержался от того, чтобы закатить глаза на то, как Чонгук в очередной раз привязывает Чимина туда, где ему не место. — Поверь мне, если ты это не сделаешь, у тебя никогда не получится что-то с Чимином.

— Но я не думаю, что...

— Это самое лучшее решение для тебя, — Юнги перебил его. — Подумай об этом всерьёз, Чонгук.

Опустив голову, Чонгук долго смотрел на листок, а потом поднял взгляд и собирался что-то сказать, но Юнги мотнул головой, давая понять, что не хочет об этом спорить. Он был спокоен и уверен. Чонгук тоже невольно начинал думать, что в этот раз это что-то стоящее, пусть пока и не совсем понятное. Он ведь сам просил выход и таков выход в глазах Юнги.

— Иди в свою комнату, мне нужно работать, — Юнги считал, что только тишина и одиночество сейчас помогут Чонгуку принять правильное решение.

Встав со стула, Чонгук направился к выходу, но внезапно остановился у двери, обернувшись:

— Не надо думать о чужих свиданиях. Используй что-то, что связано с вами, этого хватит.

Юнги повернул к нему голову и несколько секунд молча смотрел, прежде чем кивнуть:

— Хорошо, спасибо.

Подсказка могла бы быть более полезной, если бы у них действительно было что-то, что их связывало.

Юнги тяжело вздохнул, когда остался в комнате один, и откинулся обратно на спинку. Та ещё головоломка и совет Чонгука, хоть и был прекрасным, мало чем мог помочь в этой ситуации. Чимин с Чонгуком тоже не слишком хорошо знали друг друга, но у них всегда было много болтовни и, наверное, знание всяких мелочей друг о друге помогало им естественным образом выбирать, как проводить время. Пусть они мало знали о жизни и плохо понимали глубокую суть друг друга, но вот в поверхностных знаниях они были хороши и потому создавалось то впечатление, про которое Тэхён когда-то сказал: «Это нормально, они же влюблены».

Конечно, это не было любовью, но для них было. Да, они не знали, что такое ставить себя на первое место, потому что ты это самое важное, что у тебя есть, но зато они знали всё о том, какой вкус мороженого любит каждый из них или в какое место пойти, чтобы провести время с удовольствием для обоих. Потому, что они общались. Юнги знал всё о том, как выглядит удовлетворённый Тэхён, но не знал, какие фильмы он любит и как ему нравится проводить вечера.

Неужели не было совсем ничего хоть сколько-то значимого для них?

Первый день ожидания прошёл для Тэхёна быстро. Небольшое облегчение после разговора с Юнги позволило ему, к счастью или нет, расслабиться. Он вспомнил об их разговоре только вечером после работы. То ли устал так сильно, то ли разум решил сбавить давление. Было так хорошо заниматься работой без войны в голове.

Но это был только первый день.

На второй Тэхён начал сомневаться во всей этой затее. Он не получил даже простое сообщение, чтобы можно было сохранить номер Юнги. Меняя свой номер несколько лет назад, он был уверен, что будет хорошей идеей не вписывать Юнги заново, да и номер мог измениться, а проверять Тэхён не собирался. Теперь он немного жалел, что не сделал это, и молчание Юнги не делало лучше.

Третий день начался с волнения. С самого пробуждения и до момента возвращения с работы он думал, не перегнул ли палку. Он думал, действительно ли Юнги согласился или это он неправильно воспринял что-то. Детали разговора уже уходили из памяти, и начинало казаться, что всё запомнилось не так, как было на самом деле.

Может, Юнги не хотел вовсе, не соглашался или просто передумал. Тэхён начинал думать, что ему стоило сдаться на условиях попроще, ведь как ни рули вокруг да около, а ясно как белый день, что в конечном итоге всё началось бы заново и закончилось бы в очевидном месте, и Юнги даже не пришлось бы повторно вставать на колени для этого.

Не самые лучшие мысли для окончания дня. Тэхён не хотел ложиться спать с плохим настроением и неприятным предчувствием, поэтому сделал еды и включил фильм, не особо выбирая, что именно это будет. Он должен был попытаться восстановить настроение, иначе сны с так себе содержанием и синяки недосыпа под глазами будут обеспечены.

Перекусив, он понял, что половина его мыслей были вызваны усталостью и голодом. Настроение начало подниматься и вместе с этим убавилась часть сомнений. Не все, конечно. Теперь он понял, что ошибся в мыслях о том, чтобы сдаться на более простых условиях, но в остальном, хоть и страшно было об этом думать, всё ещё казалось, что он мог быть правым.

Юнги ведь и правда мог просто передумать. Мог решить, что для него это слишком. Для Юнги подобное никогда не было частью жизни. И если Тэхён ещё как-то знаком с этим, пусть это и первый раз, когда он по-настоящему сильно надеялся на начало чего-то крепкого, на хотя бы маленький миражик этого, то вот Юнги, очевидно, никогда не сталкивался с таким и в принципе не нуждался. Раз он не нуждался в этом, могло ли это значить, что он вообще не нуждался в нормальных отношениях? А в Тэхёне?

Не будет ли всё это слишком серьёзным одолжением и как много на самом деле желания будет вложено в это свидание, если это всё-таки случится?

Тэхён отставил на тумбочку пустую тарелку и повалился на бок, глядя в ноутбук, где мелькал фильм, о котором Тэхён ничего не знал, несмотря на то, что прошло больше половины.

И тогда телефон, наконец, завибрировал.

Не Чимин, потому что в этот раз он уж точно не пойдёт против его просьбы. Не Намджун или Хоби, потому что уже поздно. Не работа, потому что... по той же причине, в общем-то. Это мог быть только Юнги. Тэхён перевернулся на другой бок и взял телефон, всматриваясь без особой веры в собственный вывод.

Это и правда Юнги. Это настолько правдиво был Юнги, что лицо Тэхёна бесконтрольно растянулось в широкой прямоугольной улыбке. Юнги был как всегда в своём стиле: просто коротко сообщил, что это его номер. Тэхён максимально спокойно сел, неторопливо внося в список контактов новое имя. А хотелось подскочить и желательно крикнуть в голос. Просто так. Просто потому, что через улыбку прёт что-то такое, что хочется выпустить иначе можно взорваться.

Ответ он не написал. Хотелось очень сильно, но первое, чему он заставил себя следовать в переписках, это не отвечать, если ответить нечего, а сейчас ему было нечего ответить.

Он понял, что поступил правильно, когда чуть позже пришло ещё одно сообщение, в котором всё так же коротко и даже немного сухо было написано: «Пойдёшь со мной на свидание». Тэхён свёл брови, не понимая, было ли отсутствие вопросительного знака случайностью. Юнги будто нарочно заставлял его жалеть о решении переписываться. Не только интонацию не понять, но и в целом сообщение.

Вопросительный знак всё-таки появился: пришёл следующим сообщением.

Широкая улыбка на лице Тэхёна была признаком очевидного счастья. Сомнения? Тэхён с такими не знаком.

Юнги знал, как заставить поволноваться, а из обычного приглашения на свидание попытался устроить целое шоу, заставив ломать голову над простым на вид сообщением.

Ну, раз так, Тэхён оставаться вне игры не собирался. Он закусил губу и с лёгкой улыбкой напечатал: «Нет».

Не прошло и полуминуты с момента отправки, как телефон завибрировал от звонка. Тэхён негромко засмеялся, глядя на высветившееся имя Юнги. Похоже, он не в состоянии принять даже шуточный отказ.

После длинного успокаивающего выдоха, Тэхён прочистил горло и ответил на звонок:

— Добрый вечер, — он заговорил в официальном тоне, сдерживая улыбку.

— Что значит «нет»? — хриплый голос Юнги отозвался у Тэхёна в затылке мурашками.

— Я просил не звонить мне, я же мог быть на работе, — он повёл плечом, отгоняя непрошеные ощущения.

— На улице ночь, — ответ звучал очевидно, но всё же застиг немного врасплох.

Всё потому, что мысли путались слишком сильно, когда в самое ухо голос звучал.

— Ну, я мог и ночью работать.

— Тебя заставляют работать ночью? — Юнги вдруг зазвучал серьёзнее.

— Нет, — со вздохом признался Тэхён. — Почему ты такой серьёзный?

— Когда ты будешь свободен? — Юнги вернулся к главной теме.

— Зачем? — голос Тэхёна зазвучал более игриво.

Произошла небольшая заминка, прежде чем Юнги ответил:

— Для свидания.

— Я ещё даже не согласился, — Тэхён улыбнулся, но сердце внутри стучало до больного сильно от того, как хорошо звучало это слово вслух от Юнги. — Пригласи ещё раз.

— Я написал сообщение, как ты просил.

— Теперь я хочу так.

В трубке стало тихо и Тэхён прислушался. На мгновение он испугался, что всё испортил. Через несколько секунд негромко, но довольно уверенно Юнги спросил:

— Ты пойдёшь со мной на свидание?

Тэхёна выдавало абсолютно всё, что было внутри него и снаружи него. Это пожалуй, первый случай, когда он был по-настоящему рад не видеть Юнги во время разговора, иначе был бы слишком очевидным:

— Я подумаю, — и всё же благодаря слишком радостному голосу Тэхёна это звучало, как согласие.

— Я приеду и заставлю тебя думать быстрее, — Юнги подхватил эту маленькую игру, прекрасно понимая, что отказом даже не пахнет.

— Ты не знаешь, где я живу, — Тэхён хмыкнул.

— Я отслеживаю звонок.

Тэхён захихикал:

— Даже полиция не может делать это просто так, хён.

— А я могу, — в голосе Юнги была слышна улыбка.

— Не надо отслеживать звонок, это незаконно. Я пойду с тобой на свидание, — весело сказал Тэхён. — Когда это будет?

— Любой удобный для тебя день.

— Послезавтра у меня сокращённый день на работе, а потом выходной, — он сказал это сразу же. Он буквально каждый день следил, когда у него выходные. Он был бы готов сказать, в какой время он свободен, даже если бы его разбудили посреди ночи.

— Тогда послезавтра, — голос Юнги впервые за разговор сильно смягчился. — Напиши мне примерно за час до того, как будешь дома.

— Хорошо, — Тэхён ответил коротко, чувствуя себя немного растерявшимся от такого тона.

— И свой адрес тоже, — более серьёзно добавил Юнги.

— Меня не нужно забирать, я сам доеду куда надо, — гордо заявил Тэхён.

— Я отвезу тебя сам, — Юнги настаивал. — Я не хочу, чтобы ты видел, куда мы поедем.

— Я всё равно узнаю, когда мы приедем.

— Но я не хочу, чтобы ты знал заранее.

Тэхён кивнул, хоть это и не было видно собеседнику, и ответил:

— Хорошо, так и быть, можешь забрать меня. Я напишу адрес и время послезавтра.

— Хорошо.

После этого они оба должны были закончить звонок, но Тэхён почему-то не хотел этого. Он не хотел, чтобы это заканчивалось, даже если бы они просто молча дышали в трубку во время этого звонка.

— Хён?

— Да, — Юнги всё ещё был близко к телефону, и Тэхён хотел бы знать, было ли это из-за того, что он просто не успел положить трубку, или потому, что не хотел этого делать.

— Спокойной ночи, — пожелал Тэхён, не имея больше ничего, чтобы удержать этот звонок, но знал, что сам ещё долго не сможет уснуть.

— Спокойной ночи, — Юнги ответил, зная, что никто из них двоих не сможет спать спокойно до самой встречи.

Ночи и правда прошли сложно для обоих из них, но куда сложнее они были у Чонгука. Для тех двоих это были ночи приятного волнения, для Чонгука — наоборот. По несколько часов он не мог уснуть, ворочаясь с бока на бок, воюя с бесконечным потоком мыслей и только к утру второй ночи, засыпая от усталости, он ухватился за мелькнувшую мысль, что Юнги был прав.

Даже если послушаться его было очередной ошибкой, он не знал другого варианта решить проблему с Чимином, кроме как решить свою проблему, хоть и пока неясно, существует ли она на самом деле. Уверенность Юнги в этом была такой же непоколебимой на вид, как в тот день, когда он дал местонахождение Чимина и обещал, что Тэхён там не появится.

Это последний раз. Последний раз, когда Чонгук послушает его совета. Если снова станет только хуже — советчик Юнги будет навсегда запрещён в голове Чонгука.

Первое, что он сделал утром после завтрака — поехал к Сокджину на работу. Номер иметь при себе было неплохо, но что-то подсказывало ему, что будет плохой идеей просто записаться как обычный клиент, да и лечение не то чтобы нужно. Нужны сеансы, а зачем — там будет видно. Раз это единственное, что остаётся на пути к Чимину, Чонгук не намерен был останавливаться ни перед чем и не собирался использовать мелкие методы.

Даже если на первый взгляд казалось, что бороться собрался за не-Чимина.

Ничто не исчезало бесследно, в этом Чонгук был уверен, а значит, как бы он ни изменялся, он не мог стать другим Чимином от кончиков пальцев до каждой частицы сердца. Неизвестно как и сколько времени это займёт, но вытащить обратно то, что существовало когда-то, вполне возможно. Невозможно было только то, что Чимин, каким знал его Чонгук, никогда не существовал.

Здание-офис-больница или чем оно там являлось было всё таким же, что и раньше. Огромным и со сверкающей от солнца крышей. В последний свой приход сюда с Чимином он тоже видел это свечение наверху. Только тогда было тепло, а ещё тогда всё было хорошо. Ну, не у всех, но проблемы Юнги всегда оставались только проблемами Юнги и часто прятались им же самим.

Чонгук зашёл внутрь и по памяти нашёл нужный кабинет. Он не стучался, подозревая, что в это время полно пациентов. Дверь открылась сама после сравнительно недолгого ожидания, выпуская человека, и Чонгук задержал её, встречаясь лицом к лицу с Сокджином. Своё удивление Джин не скрывал, но было оно не долгим. За ним появилась лёгкая вежливая улыбка:

— Здравствуй.

— Мне нужна помощь, — он был немного неуверенным в голосе, но вполне уверенным в своём теле. Он держал дверь крепко, будто она должна была быть его последним шансом, а не Сокджин.

— Прости, но я больше не волонтёр для вашей компашки, — почти равнодушно ответил Сокджин с холодной улыбкой. — Я помог чем смог, Чонгук, но я вам не друг.

— Нет, мне нужны нормальные сеансы. Я буду платить, обещаю. Другого выхода у меня нет и я вообще ничего не понимаю, — Чонгук не скрывал отчаяние, позволяя бровям и взгляду выдавать его. — Пожалуйста, Сокджин-хён.

Джин слегка склонил голову вбок, размышляя недолго.

— Значит, официально? — он спросил после нескольких секунд тишины.

— Да, — Чонгук уверенно кивнул.

Пристально глядя на практически ребёнка перед ним, Сокджин не мог отказать, да и имел ли право, если по сути это пациент, да ещё и сам желающий, чтобы ему помогли.

— У меня почти обед, — взглянув на часы, сказал Джин. — Пошли посидим в кафешке. Посмотрим, какой график для тебя можно составить.

— Спасибо, — с облегчением поблагодарил Чонгук и широко улыбнулся, следуя за Сокджином.