Психо

Ступив на порог тёмного пространства, Психо, пробежав внимательным взором по улице, захлопнул ржавую дверь, перекрывая единственный источник света. Очутившись в полной тьме, Чимин начал активно хлопать глазами, думая, что картинка станет хотя бы немного чётче, но это было равносильно тому, что искать воздух в воде.

— Может фонарик включить на телефоне? — предложил Мини, щупая руками пустоту рядом с собой.

— Страшно? — прохрипел старший, касаясь плеча младшего и заставляя того вздрогнуть.

— Да, — признался Пак, понимая, что сейчас, когда Психо попал в свою среду обитания, он чувствует не только его страх, но и фальшивые слова.

Непонятно, сработала ли магия или же просто везение, но старший, убрав руку с Чимина, молча растворился в темноте. Раньше Мини мог слышать его тихое дыхание, но сейчас оно исчезло.

— Психо? — выдавил парень, поворачивая тело на сто восемьдесят градусов.

Вместо ответа послышался резкий треск дерева. Пак, прокручивая страшные моменты из жизни, закрыл глаза руками, стараясь дышать как можно ровнее и не слушать окружение. Однако процесс паники прервал звук потрескивания горящих вещей и тусклой вспышки, проходившей даже через ладони. Чимин, раздвинув пальцы рук в стороны, увидел костёр, горевший посреди заброшенной аптеки, рядом с которым сидел Психо, продолжая подкидывать остатки разбитого деревянного ящика.

От появившегося огня Паку открылся полноценный вид на крошечную комнату. Здесь, как и положено, стояли витрины, кассовый аппарат, отдельный столик для фармацевта — но всё это было сломано, разбито, порой даже сожжено.

Странным было и то, что почти все лекарства тоже находились на своих местах: они валялись на полу, подоконниках забитых окон и даже на оставшихся полках стеклянных витрин.

Бегая глазами по слегка жуткой картине, младший, и сам не заметивший, как полностью успокоился, невольно тронулся вперёд, подбирая по пути неизвестные пачки лекарств.

— Кто поломал тут всё? — встав рядом со старшим, спросил Мини, смотря на горящие щепки.

— Обычно спрашивают, зачем Я всё тут сломал, — иронично бросил Психо, отходя в сторону.

— Так это ты?

Слова младшего эхом пронеслись по пространству и, обойдя парня с угольными волосами, разбились о холодные стены так, что он, не обратив на этого внимания, подошёл к почти неповрежденной полке. Медленно проведя по разбитому краю рукой, Психо начал набирать пузырьки лекарств. Со стороны Чимина это зрелище казалось занимательным, ведь пальцы рук «Зверя» завораживали своей плавностью движений.

— С Чоном в одной комнате живёшь? — возвращаясь обратно к костру, спросил старший. После чего, стряхнув ногой разбросанные осколки стекла, без лишних эмоций сел на грязный пол, расставляя лекарства.

— Да, но ещё вчера думал, что с тобой, — повторяя действия и присаживаясь рядом, ответил Мини.

— Рад? — улыбаясь, бросил он.

— Новому соседу? — начал размышлять младший. — Чонгук мне кажется забавным и добрым, но, честно говоря, если бы ты остался в качестве моего соседа, я был бы не против.

— Попей пустырник с валерьянкой, может поможет. — указывая на кучку разбросанных таблеток, посоветовал Психо.

— Вряд ли.

— Заканчивай вертеть языком. Раздражает, — устремив злобный взгляд, начал закипать «Зверь», видимо, недавние события драки всё ещё давили на нервы.

— Тебя всё раздражает, — нечаянно проронил вслух Чимин.

Психо, никак не отреагировав на его слова, собрал свои лекарства и пододвинул их к Паку, в придачу кинув пачку бинтов.

— Хочешь привязать меня и оставить в горящем здании? — ужаснулся младший, рассматривая белую медицинскую ленту.

— Да почему у тебя такая больная фантазия? Я просто хочу, чтобы ты ответил за свои слова.

— Какие?

— Вспомни, что ты сказал на вечеринке... — начал парень, сделав паузу, чтобы Пак вспомнил.

— Я сказал...

— Что мне нужна будет помощь, — закончил за него Психо. — Давай помогай.

«Зверь» протянул руки ладонями вниз, открывая вид на окровавленные костяшки, и если смотреть на это месиво дольше допустимого — можно почувствовать даже боль. Но на лице парня, получившего такое, не было и намёка на дискомфорт в теле, словно руки были обычными, как и у всех здоровых людей.

/Чимин/

Вдоволь насмотревшись на раны, я легонько коснулся обратной стороны ладони старшего, стараясь не прикасаться к самим костяшкам. В голову тут же ударили воспоминания прошлой ночи, руки Психо были такими же холодными, настолько, что я дёрнулся назад, нечаянно задевая порезы от драки.

— Прости.

— Просто обработай и перевяжи.

— Хорошо.

Поняв до конца, чего требует от меня парень напротив, я принялся искать подходящие медикаменты. Из того, что принёс Психо, подходило не всё, но нашлось и много нужно, к примеру: перекись водорода, бутылочка зелёнки и несколько ватных дисков.

Отодвинув в сторону обезболивающие препараты и йод, я трясущимися пальцами начал наливать перекись на диск, мысленно готовя себя к предстоящей операции.

— Сейчас будет немного жечь, бей меня, если будет очень больно.

— Чего?

Не ответив на немного удивлённый взор Психо, я, поднеся пропитанный ватный кусочек к ране на руке, прислонил обеззараживающее лекарство к открытой мякоти.

— Айщ! Ты что, блять, делаешь? Больно! — отводя запястье за спину, завопил парень, стараясь не показывать искажённое лицо.

— Я предупредил тебя. Это обязательно нужно сделать, иначе рана загноиться.

— Если будет так же больно, я тебя ударю, — предупредил Психо, возвращая ладонь.

— Ага.

В конце концов, я сам это предложил, пронеслось у меня в мыслях, хоть в душе и казалось, что он не решится поднять на меня руку. Но мои хотелки снова не сбылись. Как только я вновь коснулся чужой руки, то сам почувствовал резкую боль, совершенно не похожую на удар.

Встряхнув голову и вернув разум на место, стараясь не думать о неприятных ощущениях, я застал сверх странную картину: Психо, обхватив моё запястье здоровой рукой, укусил меня за место рядом с мизинцем.

— Что ты делаешь?!

— Больно? — разжимая зубы, проронил он.

— Конечно, у тебя хватка, как у собаки!

— Вот и мне больно! Больно мне — больно тебе!

Спорить дальше было нельзя. «Зверь», выходя из зоны своего комфорта, моментально начинал нервничать, а значит, что и сорваться может в любой момент.

«Пусть кусает, это явно лучше, чем бы, если он начал драться», — успокаивал я сам себя, заново принимаясь за работу.

А дальше, как и предупреждал Психо, наступила борьба за справедливость. Я пытался как можно аккуратнее обрабатывать раны, пока старший, меняя расположение укусов, вжимался острыми зубами в моё тело. От таких манипуляций я невольно дёргался, грубо касаясь его в ответ, и получался нескончаемый путь через ворота «боли».

— Дрался ты, а получаю ещё и я! — не выдержав издевательства, пробубнил я себе под нос, думая, что тот и не заметит, погрузившись в покусывания моих запястий с головой.

— Я не полез бы в драку. У меня были другие планы, — вдруг пробасил голос рядом так спокойно и уверенно, что мне на секунду показалось, что человек поменялся.

Оказалось, что Психо, занимаясь делом, которое ему нравилось, — в данный момент впиваться в меня зубами, — успокаивался и становился совершенно другим.

— А можно спросить у тебя кое-что? — заканчивая перевязывать руку, начал я, и дождавшись ответного взгляда, решился на вопрос: — Можешь сказать мне своё настоящее имя?

— Зачем тебе? — ставя последний круг зубов, спросил Психо, хоть я и понимал, что боли он не чувствует уже давно.

— Просто интересно. Правда.

— Юнги, — тихо бросил он.

— Тебя зовут Юнги? Красивое имя.

— Если назовёшь меня так на людях — убью! — неожиданно прошипел парень, взглядом показывая всю серьезность намерений.

— На людях не буду, обещаю. Но наедине, называть тебя по кличке не хочу.

— Попробуй сначала поймать меня и заставить остаться с тобой наедине, — улыбаясь, сказал Юн.

— Ситуация сама нас столкнёт.

Закончив предложение, я не сразу понял, что случилось дальше, но тяжесть на моём теле объяснила всю проблему.

Крепкое тело старшего, в секунду выкрутив мои руки за спину, набросилось на меня, слишком близко прижимаясь к моему и заставляя каждую косточку скелета ныть, прося меня разжать побелевшие запястья, но движениями управлял не я.

— Такая ситуация? Или какая? — раздалось рядом с моим лицом.

Уловив игривый взгляд и ухмылку на лице Психо, я, испугавшись своих же слов, хотел сразу пояснить свои мысли, но было поздно — реакция парня сменилась моментально. Он, разжав железную хватку, полностью освободил меня и, упав рядом на пол, кишащий остатками стекла, молча уставился в потолок.

— Вали домой.

— Ась? — не сразу уловив смысл, переспросил я.

— Вали к себе, пока живой. Даю тебе десять секунд. Время пошло.

Раздался тихий отсчёт, — раз, два, три, — поторапливая меня своим тембром голоса. И это действительно сработало, я, почувствовав опасность, встал с пола и двинулся в сторону выхода из аптеки, но дурацкая привычка заботиться о всех подряд задержала меня у самой двери.

— Юнги, не старайся влезать в драки, если тебя вновь посадят, мне будет скучно.

— Десять, — бросил Психо, и я вылетел на улицу, даже не успев увидеть реакцию на свои слова.

Но ночной холодный ветер, ударив меня резким потоком по лицу, вернул мысли в реальность и потянул в сторону дома.

Только сейчас, шагая по тёмному городу, в который я приехал вчера, меня начало клонить в сон, причём очень резко и сильно. Постепенно ноги, подчиняясь мозгу, тоже начали жить по себе, отказываясь идти быстрее, отчего мои движения и шаги походили на неуклюжую походку обезьяны.

Идя по заброшенной тропинке, в скором времени я вышел к дому, на пороге которого, свернувшись калачиком, спали, изредка вздрагивая, два знакомых мне силуэта, что и заставили меня остановиться.

— Чонгук? Джин? — шёпотом спросил я сам себя.

Моя осторожность не сработала, товарищи услышали мои слова и проснулись со скоростью света, впечатывая в меня взволнованные взгляды.

— Мини, ты? — не поверив самому себе, уточнил Чон.

Его руки сильно дрожали, скорее всего, уже очень давно, от чего парень привык к дрожи, и, не обращая на это внимания, бросился ко мне. Но подобравшись совсем вплотную, даже не прикоснулся, пристально всматриваясь в моё лицо. Точно так же делал и Джин, подкравшись к нам, он молча начал исследовать меня.

— Лицо не тронуто, — заключил Чонгук.

— Он ходит, значит, ноги тоже не сломаны, — продолжил старший.

— Значит, руки или рёбра, — бросил Гук и, наклонившись к моему торсу, легонько ткнул пальцем в область живота.

— Что вы делаете?

— Больно? — не слушая меня, спросил новый сосед.

— Скажи, где болит и где сильно болит, — проронил следом Джин.

— Да нигде не болит. С чего у меня должно что-то болеть? — не понимая друзей, уточнил я, но тут же понял, почему у них такие мысли.

Уходя с вечеринки, я был не один — я был с Психо. Как я успел понять, с самым главным и агрессивным человеком из колледжа. А так как была ещё и драка, ребята на полном серьёзе думали, что меня по костям собирать придётся, потому даже остались ждать на улице.

— Послушайте что я скажу, — возвращая Чонгука в прямую стойку, начал я. — Он не тронул меня и пальцем. Мы просто поговорили, и он отпустил меня домой. Так что не переживайте.

— Голова! — закричал Джин, пугая и меня, и Чона. — Он ударил его по голове!

— Точно, — согласился второй.

— Да ну вас! — бросил я и, растолкав парней, направился к общежитию.

Решительная злоба внутри за то, что все считают Юнги монстром, тяготила меня и не давала возможность смотреть вперёд, заливая глаза мутной пеленой. Всё это так огорошивало, что я даже не заметил, как Чонгук с Джином, пристально наблюдая за мной из-из спины, шли вместе, отставая всего на несколько шагов.

Правда, у самого входа в общагу на моё плечо упала лёгкая изящная рука. Отреагировав на действие, я повернул голову, ловя на себе добрый, переживающий взгляд старшего.

— Ты не думай, что мы считаем тебя странным. Правда нет. И не обижайся на нас с Чоном, просто с Психо у нас свои тёрки. От того наши компании ненавидят друг друга, — раскаялся Джин.

— Он не монстр.

— Я знаю. Он и вправду не такой уж и ужасный, но не все стараются его понять и встать на его место — они просто судят по внешнему виду. Да и он сам всеми силами старается не подпускать к себе даже родных людей. Просто хочу предупредить тебя: будь с ним осторожнее, не лезь на рожон. Особенно, когда он злой.

— А из-за чего его посадили? — резко спросил я, раз уж разговор завернул на эту тему.

— Я точно не знаю, да и никто не знает. Но вроде как он одногруппника избил до полусмерти. Тот парень не умер, зато получил такие травмы, что остался инвалидом на всю жизнь. За это его и закрыли в колонии строгого режима для несовершеннолетних.

— А сколько ему лет?

— Сейчас уже восемнадцать.

— Оу, на год старше меня, — заключил я.

— Ладно, мне в другой корпус нужно, так что пока, — бросил старший. — И не смей его жалеть, он сам выбрал эту кривую дорожку.

— Пока.

Это единственное, что вылетело из меня перед тем, как я вошёл внутрь помещения, где меня ждал Чонгук, зная, что я не смогу пройти через турникеты и охрану.

— О чём так долго говорили? — поинтересовался Гук.

— Да так, о здоровье.