ГЛАВА 4
- Как так исчез? - восклицает мать Артура, в растерянности опускаясь на диван.
Отец садится рядом с женой и одной рукой обнимает ее за плечи.
Бабушка стоит перед ними, смущенно теребя платочек - как школьница, получившая двойку за контрольную.
- Не знаю, с чего начать, - бормочет бабушка, прекрасно понимая, что она одна виновата в случившемся.
- Начинайте с самого начала, - мрачно произносит отец.
Откашлявшись и прочистив горло, бабушка поправляет платье: она не привыкла выступать перед такой строгой аудиторией.
- Так вот, в первый день погода была прекрасная. Впрочем, погода была прекрасная и во все последующие дни. Вода в речке была на редкость теплая, и Артур решил пойти половить рыбу. Мы взяли удочки, принадлежавшие еще его дедушке, и отправились в путешествие, завершившееся на краю сада...
Зрители никак не реагирует, и это можно объяснить двумя причинами: либо рассказ о приключениях Артура на рыбалке захватил их, либо они решили, что бабушка постыдно тянет время.
- Вы даже представить себе не можете, сколько рыбок этот малыш может поймать за час! Попробуйте, угадайте! - с энтузиазмом восклицает бабушка. Но парочка шутить не намерена.
Родители переглядываются: их интересует не количество пойманных их очаровательным сыном рыбок, а продолжительность времени, которое бабушка собирается морочить им голову.
- Не могли бы вы оставить в стороне рыбалку и прочие занятия нашего сына и начать рассказ непосредственно с того дня, когда он исчез?! - восклицает отец, чье терпение подходит к концу.
Старушка вздыхает. Она хотела выиграть время, но только зря измотала себе нервы. Чуда не произошло - Артур не появился, а, значит, она впустую потратила время на бессмысленные ухищрения.
Ее внук исчез. Пора согласиться с этой печальной реальностью.
Она садится на кончик стула, словно боится кому-то помешать, и глубоко вздыхает.
- Каждый вечер я рассказывала внуку об Африке, показывала книги и дневники его деда. В этих дневниках и книгах очень много познавательного. Арчибальд был не только исследователем, но и поэтом, и в его записях есть много сказок и легенд, например, сказки народа бонго-матассалаи и их маленьких друзей минипутов, - дрожащим голосом объясняет бабушка.
Вспоминать о пропавшем муже для нее всегда большое испытание. Время не исцелило эту рану, она по-прежнему ощущает горечь утраты. Арчибальд исчез четыре года назад, но для нее это случилось вчера.
- А какое отношение имеют эти книги и записи к исчезновению Артура? - сухо спрашивает отец, отвлекая бабушку от воспоминаний.
- А какое отношение имеют эти книги и записи к исчезновению Артура? - сухо спрашивает отец, отвлекая бабушку от воспоминаний.
- Понимаете... Арчибальда и Артура очень интересовала одна история. Они оба увлекались легендами о минипутах, и... Артур был уверен, что минипуты не просто существуют... а существуют именно в нашем саду, - неожиданно завершает бабушка.
Оба родителя смотрят на нее, как два барана на новые ворота.
- В этом саду? - переспрашивает отец, желая, видимо, убедиться, что он не ослышался и бабушка по-прежнему несет чушь.
Бабушка утвердительно кивает, и лицо ее становится еще печальнее.
Отец осмысливает сказанное ею, но так как соображает он туго, то для этого ему требуется много времени.
- Согласен, - наконец, произносит он. - Предположим, у вас в саду действительно живут минипуты. Собственно, почему бы и нет? Но какое это имеет отношение к исчезновению Артура? - Связать вместе полученную информацию он явно не в состоянии.
- К несчастью, когда мы приступили к именинному пирогу, прибыл месье Давидо, а вы сами знаете, как Артур быстро все схватывает! - восклицает бабушка, никогда не упускающая возможности сделать комплимент внуку.
- А кто такой этот Давидо? И что он делал в пироге? - спрашивает отец, окончательно переставший понимать, о чем идет речь.
- Давидо - владелец большой корпорации и бывший собственник этого дома. Он хочет вернуть дом или же получить за него деньги. Артур мгновенно понял, что у нас проблемы с деньгами. Тогда он вбил себе в голову, что ему непременно надо отыскать сокровище, спрятанное его дедом, - объясняет старушка.
- ... Какое сокровище? - оживляется отец. У него внезапно пробуждается интерес к бабушкиному рассказу.
- Рубины, подаренные ему вождем племени бонго-матассалаи. Арчибальд привез их из Африки и закопал где-то здесь, в саду.
- В саду? - переспрашивает отец. Похоже, он в состоянии запомнить только то, что интересует его непосредственно.
- Да, но сад большой, и поэтому Артур хотел попасть к минипутам, чтобы они показали ему, где спрятано сокровище, - заключает бабушка, довольная собственной логикой.
Отец все еще не может связать обрывки мыслей. Сейчас он больше всего напоминает сеттера, в растерянности топчущегося возле кроличьей норы.
- У вас есть лопата? - неожиданно спрашивает он, плотоядно улыбаясь и хлопая глазами.
За окном ночь готовится вступить в свои права. Изрезанное длинными синими полосами небо напоминает шкуру зебры.
* * *
Перед крыльцом стоит родительский автомобиль, пучки света от горящих фар желтыми лучами пронизывают сад.
В саду громко пыхтят и охают. В желтоватом свете видна свежевырытая яма. Время от времени из ямы показывается лопата: она выбрасывает на траву кучку черной земли.
Другая лопата, менее проворная и менее нагруженная, взлетает над другой ямой, и тоже выбрасывает на траву свежую землю.
Тяжко вздыхая, бабушка сидит на верхней ступени крыльца и смотрит на изменившийся сад. Сейчас он больше всего напоминает поле битвы. Повсюду зияют ямы и высятся кучи земли, словно в саду поработал гигантский свихнувшийся крот. Впрочем, кроты не имеют привычки реветь. А из одной ямы только что раздался громогласный рев. И высунулась голова.
Голова эта принадлежит отцу Артура, однако узнать его очень трудно, так как лицо у него выпачкано в земле. У него сломалась лопата.
- Как можно что-то отыскать с таким дурацким инструментом? - возмущается он, в ярости отбрасывая переломившийся черенок.
Над краем другой ямы показывается голова его жены, также вся в земле.
- Успокойся, дорогой! Не стоит нервничать! - говорит мать Артура.
Ей прекрасно удается сводить употребление слов к минимуму. А вот поддерживать в порядке свой внешний вид не получается: платье, в котором она приехала, превратилось в мятую грязную тряпку, один рукав оторвался и болтается на ниточке.
- Дай мне твою лопату! - раздраженно говорит отец. Он вырывает из рук жены лопату и вновь ныряет в свою яму. Из ямы летят комья земли.
Бабушка в отчаянии, обитатели ее сада тоже.
Чувствуя себя опустошенной, ничтожной и бесполезной, бабулечка, несмотря на присущую ей энергию, являет собой легкую добычу для страшной болезни, именуемой депрессией, гнусного недуга, подхватив который, человек отказывается бороться с возникшими на его пути трудностями. Наверное, бабушкина депрессия пряталась глубоко под землей, а теперь непрошеные копатели выпустили ее наружу.
- Зачем искать клад, если Артура все равно нет, и он не может им воспользоваться? - спрашивает бабушка упавшим голосом.
Вынырнувший из ямы отец пытается утешить ее.
- Не беспокойтесь, бабулечка. Ну, может, он и потерялся, но только чуть-чуть. Я знаю своего сына, он всегда такой непоседливый. И при этом ужасный гурман, поэтому он непременно вернется к обеду, - добавляет отец своим самым убедительным тоном.
- Но сейчас уже десять, время ужинать, - уточняет бабушка, сверяясь с часами.
Высунувшись из ямы, отец убеждается, что действительно наступает ночь.
- А? Что? Ах, да, вы правы, - соглашается он и с удивлением констатирует: ах, как быстро летит время, когда ищешь клад!
- Но это ничего, он придет и сразу отправится спать, и таким образом мы сэкономим один ужин, точнее, половину ужина.
- Франсуа! - возмущается мать.
- Не волнуйся, это я шучу, - защищается отец. - Разве ты не помнишь пословицу: кто спит, тот обедает?
Его жена продолжает ворчать - просто так, для порядка.
- Кстати, насчет обеда... так как спать я не хочу, то и желудок мой тоже спать не собирается, - говорит отец, намекая на то, что он лично вполне готов что-нибудь съесть.
- У меня остался кусочек именинного пирога Артура, - поддерживает разговор бабушка.
- Превосходно! - радостно восклицает отец. - Раз нас не было на дне его рождения, мы имеем полное право отпраздновать это событие!
- Франсуа! - раздается плаксивый голос матери. В ее словарном запасе это имя занимает особое место: она произносит его часто и всегда с упреком.