Глава 17.
Дом, где звучит тишина.
Собрать вещи оказалось легче, чем она думала.
Пара платьев. Несколько кофт. Документы. Зубная щётка.
Флакон духов, который она снова начала переносить.
Белый сарафан она аккуратно повесила в чехол.
Не как символ свадьбы. Как напоминание о выборе.
---
Теперь она жила у него.
Квартира Эрнеста была небольшой — однокомнатная, но чистая, уютная, с запахом кофе и машинного масла.
Он поставил для неё в ванной отдельную полку. Купил корзину для её белья. Протёр зеркала.
Словом, пустил её в своё пространство, не спрашивая: «ты надолго?»
Она сама начала стирать его вещи. Сортировала по цвету, как учила мама. Он тихо смеялся, когда она ругала его за то, что он «кидает носки как дикарь».
Он варил ей рис с курицей — это было всё, что он умел. Но каждый раз старался делать чуть лучше.
---
— Ты заметил, что твоя квартира теперь пахнет мной? — спросила она однажды вечером, сидя на подоконнике.
— Нет, — сказал он, вытаскивая рубашку из шкафа, — она пахнет нами.
Она улыбнулась.
Иногда они смотрели фильмы. Иногда — болтали, сидя на полу.
Иногда — просто лежали рядом, не касаясь, не говоря.
Её токсикоз почти ушёл. В животе появлялась лёгкая тяжесть, как напоминание: всё только начинается.
---
Вечерами он приходил с работы уставший.
Снимал куртку, проходил на кухню.
Она уже знала: сначала — тёплая вода, потом — обнять, только потом — ужин.
Однажды он вернулся поздно. Грязный, уставший.
Мирай встала, не говоря ни слова, включила душ. Подошла и помогла ему снять футболку.
Он смотрел на неё, как будто в первый раз.
— Устал?
— Сильно.
— Молчи. Я всё сделаю.
Она мыла ему волосы. Молча. Аккуратно. Как будто каждое его движение — хрупкое.
Потом дала полотенце, вывела из ванной.
Он лёг на кровать, полураздетый, а она просто села рядом и гладила его по спине.
Это была не страсть. Это было — доверие.
---
— Мира, — прошептал он позже, уже перед сном, — ты не представляешь, как я ждал этого. Не секса. Не свадьбы. А просто — когда ты будешь здесь. Рядом. Со мной. В моём доме.
Она прижалась к нему.
— Я здесь. Навсегда, если ты не прогонешь.
— Только попробуй уйти. Я за тобой хоть на край света.
Она улыбнулась в темноте.
И впервые за долгое время уснула спокойно — с ощущением, что она дома.