Глава 29.
— Интересно, сколько ещё простоит такая тёплая погода — спросила я, теснее прижимаясь к Дрю. Фиолетовой толстовки, которую я надела, было достаточно для необычно тёплой осени. Было здорово вот так выбраться с Дрю на катере и проводить время вдали от остального мира.Он не ответил на этот риторический вопрос. Молчание не казалось нам неловким, это нравилось мне по сравнению с общением с Джереми, которому было необходимо заполнять всё время разговорами.— Ты помнишь что-нибудь ещё из... прошлого? — проговорил он, вопросительно глядя на меня.— Немного, — ответила я со вздохом. — Я как будто припоминаю, как я рисовала на лугу, ты был рядом. Наверное, мы проводили время вместе так же, как и сейчас, но только при свете дня. Не ночью на озере. — он крепче обнял меня. — Есть в такой жизни что-то особенное, — сказал он, его тёплое дыхание коснулось моей щеки.— И я люблю это. — Я повернулась, чтобы посмотреть ему в лицо. Яркие пятнышки в глазах еще больше выделялись в лунном свете. — Но я хочу знать больше опрошлом.— Оно не так прекрасно, как ты думаешь, — пробормотал он.— Расскажи мне немного, и я решу для себя.Он усмехнулся. — Ну, ты и упрямая.— Как мы жили? — спросила я, счастливая продвинуться хоть немного, пусть и на один маленький шажок. — Как мы встретились?— Похоже на то, как мы встретились здесь, — сказал он после маленькой паузы. — Моя семья переехала в Хэмпшир, когда мне было 17, это был примерно 1814 год.— В это время жила Джейн Остин, — сказала я, вспоминая рассказ Алистера пару недель назад. — Мы знали ее?— Нет. — Он покачал головой, смеясь. — Она лет на 15 быластарше нас. Я думаю твои родители знали ее, но в то время как мы встретились, она большую часть своего времени проводила дома. Она редко покидала его, вплоть до самой смерти.— Было бы здорово, если бы мы ее знали, — сказала я, разочарованно.— Наверное. — Он пожал плечами, не находя в этом ничего замечательного, в отличие от меня. — Как бы то ни было, до переезда мы жили в Лондоне, но поначалу у было немного денег. Но мой отец был отличным картежником, и годами совершенствовал свои навыки. Он с друзьями создал команду — наподобие тех студентов из МИТ (Массачусетский Технологический Институт),которые обыграли казино в Вегасе, только в карточные игры того времени. Когда они достаточно подготовились, то пронеслись по игорным домам, исчезнув так же быстро, как и появились, но во много раз богаче. Они сбежали до того, как люди смогли поймать их, унося с собой столько денег, сколько и представить не могли.— А кто сейчас твой отец? — спросила я.— Он юрист.Я засмеялась. — Забавно.Первый человек, которого я встретил после переезда, была Кэтрин, — сказал он, хмурясь. — Ты помнишь ее? Она была твоей ближайшей подругой.— Я не помню никого, кроме тебя, — призналась я.— Думаю, это нормально, — его взгляд помрачнел, как будто он подумал о чем-то, что хотел забыть. — Я начал вспоминать о чём-то, не связанным с тобой, примерно спустя год после поездки в Англию.— Надеюсь, у меня не займет это так много времени, — сказала я. — А какая была Кэтрин?— Кэтрин была охотницей за деньгами, — сказал он со смехом. — Меня это особо не беспокоило. Она была горячей, и решил поухаживать за ней. — Я прищурила глаза, когда он говорил о ком-то кроме меня.— Не такая красивая как ты, — прикрылся он. — Это другое. Меня волновало, как она выглядела, а не кем была, вот что меня волновало, пока я не встретил тебя. Мои родители решили устроить бал, чтобы познакомиться со всеми в городе, и увидел тебя, разговаривающую с Кэтрин. Она, должно быть, говорила тебе что-то обо мне, потому что ты обернулась и посмотрела на меня. Когда наши глаза встретились, я забыл о Кэтрин и обо всех, кто был на празднике, кроме тебя. Я был безутешен, когда узнал, что ты помолвлена.— Помолвлена? — спросила я, сидя в шоке. — С кем?— Джеймс. — Он произнес имя насмешливо. — Но для меня это было несущественно. Ты танцевала со мной только раз — как с другом, конечно же — Минуэт. Мы проводили вместе много времени день за днем, в основном на поле позади твоего дома. Ты была художницей, это ты взяла из прошлой жизни, и тебе нравилось использовать меня в качестве модели для рисования. Это давало нам возможность проводить вместе так много времени. Джеймс был непоседливым — ему не нравилось позировать, пока ты рисовала — он абсолютно не замечал того, что происходило. Это было изумительно.— Ты пыталась научить меня рисовать, но у меня не получалось, — продолжал он. — Механика мне подходила больше, я до сих пор помню, как ты была счастлива в тот день день, когда выйдя на улицу, увидела качели, что я построил на старом дереве напротив твоего дома.— Я всегда любила качаться на качелях, — сказала я, а в голове возник образ старых веревочных качелей, висящих под деревом. — Теперь я понимаю почему.— Однажды, я попытался нарисовать тебя. — Он засмеялся. — Получилось не очень хорошо.— Уверена, что все было не так плохо, как ты думаешь.— Было... — Он усмехнулся, качая головой. — Всегда казалось, что у тебя все получается. Так и сейчас. Рисование, французский, игра на фортепиано...— Только последний месяц, — уточнила я. — По крайней мере, французский и фортепиано.Он усмехнулся. — Ты и поешь также хорошо?— Нет. — Улыбнулась я, качая головой. — Хотя, если бы я могла, то полагаю, я бы соответствовала требованиям Мистера Дарси на счет "совершенной женщины". Он был очень придирчивым.— Это были только отговорки, — сказал Дрю медленно.— Отговорки? — Я подняла бровь. — Для чего?— Так у него была причина оставаться холостым, пока он не встретил ту, которую полюбил по-настоящему.Я улыбнулась, соглашаясь с тем, что он сказал. — А что произошло дальше? — Спросила я, наклоняясь ближе, желая услышать конец истории.— Какое то время мы встречались тайно, — продолжал он. — Хотя мы и танцевали вместе на ежегодном маскарадном балу. Это было только раз — и не подразумевало ничего большего, чем дружба — но этого было достаточно, чтобы разозлить Кэтрин, особенно когда весь город думал, что я собираюсь сделать ей предложение. Ее семья потеряла большую часть своих денег, но у них был высокий социальный статус. Моя семья не имела громкого имени, но мы были богаты благодаря схемам моего отца. Для посторонних мы были идеальной парой. Но никто не мог сравниться с тобой.— Но ты все еще виделся с Кэтрин? — спросила я с отвращением.— Да. — Он стал смотреть на озеро, глаза были виноватыми. — Мои родители никогда бы не поддержали, чтобы мы были вместе, так как для моей семьи было более выгодно, чтобы я был с Кэтрин. Ты тоже была помолвлена с Джеймсом, и я не был слишком хорош для тебя.Я думала, что же я знала об этой эпохе. — Тогда не легко было разорвать помолвку, правда?— Ты пыталась. — Он снова повернулся ко мне. — Но твои родители не позволили. Твоя семья была из среднего класса, а Джеймс был хорошей партией в городе — и имя, и деньги. Они сказали, что ты неблагоразумна. — Я сморщила нос. — Благоразумие — это скучно. Если бы я была благоразумной, то до сих пор была бы с Джереми. А это было бы плохо.— Да, — согласился он. — Я рад, что ты неблагоразумна.— И что же мы сделали? — спросила я, желая вернуться к истории.— Ты отказалась видеться со мной.Я подскочила в кресле. — Что? Почему?— Я поверил твоим словам, что "ты не можешь справиться с отношениями, обреченными на гибель".Я постаралась не засмеяться. — "Обреченными на гибель"? Совсем не похоже на меня.— Мы сейчас не совсем такие, как тогда, — объяснил он. — Думаю это потому, что мы проживаем здесь новую жизнь и объединяем в себе все наши "я". Но это просто догадка.— Это конец? — спросила я.— Нет, — сказал он, а на лице появилась озорная улыбка. — Я сказал Кэтрин, что мы больше не можем видеться, а затем попросил твоей руки.С удивленными глазами я наклонилась вперед, словно там все и происходило.— Но я же была помолвлена с Джеймсом?— Была, — сказал он. — У нас была тайная помолвка. Я до сих пор помню кольцо — пять гранатов в золотом обрамлении. Оно было простое, но идеальное. — Я посмотрела на свою руку, представив, как бы смотрелось кольцо на моем пальце. в голове возник образ пяти гранатов одинакового размера, расположенных на золотом кольце в форме полумесяца.— Звучит прекрасно, — сказала я, прикасаясь к месту на пальце, где должно было быть кольцо.Он наклонился, касаясь своим пальцем моего. — Ты помнишь это?— Да. — Я кивнула, улыбаясь. — Думаю, что да.Я ждала, что он закончит историю, полагая, что это не конец. Должна быть причина, по которой он пытался все исправить сейчас, и я хотела ее выяснить.— Ну? — Я подтолкнула его, потому мне показалось, что он не собирался продолжать без поощрения. — Тайная помолвка сработала?— Нет, — сказал он, убирая свою руку с моей.— Почему нет?Его тело напряглось, и он перевел свой взгляд на озеро. — Дальше все становится туманным, — сказал он, пожимая плечами, словно это не важно. — Все, что я помню, как ты говоришь, что желала бы никогда меня не встречать. Ты была так расстроена, и поэтому я подумал, что будет лучше избегать всех этих осложнений в нашем времени.— Почему я так сказала? — Спросила я. — У нас было много проблем с нашими семьями?— Возможно, — размышлял он. — Я только помню боль в твоем голосе. И знаю, что не хотел бы причинить ее снова.— Но сейчас все по-другому, — сказала я, глядя на него с надеждой, что он со мной согласится. — У нас нет таких проблем с нашими семьями сейчас. Единственные люди, которые расстроятся из-за того, что мы вместе, это Челси и Джереми, но мы с этим справимся. Сейчас все будет гораздо легче, я обещаю.Он снова посмотрел на меня, в его глазах было сомнение. — Ты говоришь это так легко.— Потому что это и есть легко, — настаивала я, желая, чтобы он понял.Какие бы проблемы ни были у нас в прошлом, сейчас их нет. Именно поэтому у нас есть этот второй шанс, и мы не можем его упустить. Кроме того, именно ты сказал что сейчас мы не совсем такие же, как в прошлом. Я если мы другие, то и всё остальное может пойти другим путём. — он выдержал паузу. — Надеюсь, ты права, — сказал он, хотя голос звучал не совсем уверенно. — Я просто не могу даже подумать о том, что потеряю тебя вновь.Я пристально смотрела на него. — Я знаю, что права.Он притянул меня ближе, и в следующий момент его губы коснулись моих, у меня было ощущение, что всё получится. Я прижалась к нему, наши тела сплелись, всё, что он говорил до этого, закружилось у меня в голове. Одновременно я была везде: на балу, где мы впервые встретились, в школе на уроке истории, когда он вошёл в класс, на балу по случаю Хэллоуина, когда мы станцевали только один танец, и на катере посреди озера, покачиваясь на волнах вверх и вниз.— Когда ты скажешь Челси о нас? — спросил он, обдавая тёплым дыханием мою щёку. — Я не знаю, как долго мы сможем утаивать это от всех в школе. Я не могу больше быть вдали от тебя и смотреть, как Джереми вьётся вокруг, как будто ты его собственность.— Мне это тоже не нравится, — ответила я, откидываясь назад, чтобы взглянуть на него, — но Челси очень плохо. Я не видела её в таком состоянии ни после одного расставания, а их у неё было немало. Ты разбил ей сердце.— И я чувствую себя отвратительно из-за этого, — сказал он — но я люблю тебя, а не её. Ты ведь веришь мне? Отныне и навсегда.— Конечно, я тебе верю. — Я пообещала: Расскажу Челси в конце недели.Ей просто нужно немного времениОн кивнул: ХорошоКраем глаза я уловила свет и оглянулась на дом, почти такой же огромный, как дом Дрю. Я не знала, насколько поздно уже было, но все окна в округе были тёмными, за исключением одного, в комнате Дрю. Я взглянула на часы и удивилась, что прошло уже столько времени.— Уже поздно, — сказал он, взглянув на часы. — Я должен отвезти тебя домой.Хоть мне и хотелось остаться у озера подольше, я знала, что он прав. К тому же, мама скоро проснется, а мне не хотелось проблем. На его темных волосах мерцал лунный свет, пока он садился за руль, а я проигрывала в голове события последних месяцев, удивляясь тому, как сильно изменилась моя жизнь за такое короткое время.И все же, я не могла быть по-настоящему счастливой, зная, что каждый день, пока я не говорю Челси о нас с Дрю, приближает меня с тому моменту, когда ей расскажет об этом кто-то другой.