Я умру?

Скрип дверей на мгновение парализовал все тело, но рука которая схватила меня за локоть и потащила за собой помогла прийти в себя. Мы спрятались за шкафом. Шкаф был и правда потрёпанный жизнью, я нашла его в свои 14 около реки, он уже был без одной дверки, весь в каких-то царапинах и без одной ножки, я забрала его с соседскими детьми с которыми когда-то ладила, но увы они переехали отсюда уже как два года назад, мы поставили его на парочку книжек и играли в нём прятки или разные там детские игры, но сейчас Джей слегка держал его с одной  стороны, чтоб тот не упал из-за наших движений. Мне пришлось выключить фонарик, но комнату и так осветил яркий свет, легко было понять, что это уже был фонарик сторожа. Он зашёл в домик медленно, рассматриваясь, для него он был тут один, поэтому он не спеша расслабил плечи и с тяжёлым вздохом стал идти вперёд к креслу, оно было хоть старым и пыльным, но удобным.

Старик сел и откинулся на спинку кресла, я хоть и не видела, что он делал за шкафом, но точно могла понять, он старается уснуть в этом кресле, хоть на часик передохнуть перед тем как всю ночь стоять на холоде и дежурить свою ночь.

Я повернула голову к Джею и неужели смогла его рассмотреть хоть более менее: рост был высоким, его голова слегка выглядывала из под и так высокого шкафа, могу смело сказать, что ему я была ниже плеч, рассказать о телосложении ничего не могу, он был одет в спортивные штаны и большую толстовку с смешным рисунком, там был мопс с сигарой во рту, а сверху подпись "крутой перчик", это вызвало у меня тихий смешок из-за чего я закрыла рот руками боясь, что это мог услышать сторож, но в следующую секунду услышала шёпот.

– Что тебя так развеселило? - с заметным интересом спрашивал он, но его лицо не выдавало никаких эмоций, даже взгляд был устремлён не в меня, а на сторожа, от же, хоть он его видел.

– Твоя кофта. - я старалась ответить ему также тихо, я закатила глаза, когда он быстро глянул на меня.

– Та ну, чем тебе крутой перец не нравиться?

– Это выглядит смешно, всё что я могу сказать, как ты это носишь?

– Ты не понимаешь красоты искусства. - одна его рука взялась за ткань кофты слегка её оттягивая и с гордостью он поцеловал рисунок. – Та и я просто перчик, не согласна. - он подмигнул мне и тоже тихо засмеялся.

– Нет, не согласна.

– Так это и не был вопрос.

Далее мы стояли в тишине, а когда услышали тихий храп который исходит от старика значительно расслабились, мы вместе издали выдох облегчения и в то же мгновение посмотрели друг на друга. Он первый вышел из нашего укрытия всё так же придерживая шкаф, чтоб тот не упал на меня, я постаралась выйти как можно быстрее, но ногой зацепилась за коробку и чуть не упала, как хорошо, что я умею держать равновесие.

Он поставил шкаф так, чтоб тот не упал до нашего ухода и мы тихо поспешили на выход.

***

На улице я уже стала жадно глотать воздух, сердце билось как бешеное. Как приятно было покинуть тот домик без ругани старика, я легла на траву не думая о том, что она была мокрой и в грязи.

– На улице значительно холоднее ночью. - услышала я совсем рядом с собой.

Я открыла глаза и глянула на Джея, он смотрел в небо и совсем не заметно дрожал, но это не убежало от моего взгляда, ну и правда, он додумался одеть только толстовку. Кретин. Я уселась и тоже стала смотреть на звёзды, большую яркую луну, я ощутила как прекратила дышать на мгновение. Звёзды всегда были для меня чем-то отдельным, чем-то не понятным и безумно красивым, они имели какую-то свою силу, силу успокоить или заворожить, они умели привлекать к себе внимание. Походу Джей думал так же.

Я сидела тихо, он стоял совсем рядом и тоже молчал, никто не хотел портить момент. В итоге я заговорила первая, на свое удивление.

– Почему ты не уходишь?

– А почему ты сидишь всё ещё тут?

Я поняла, что этим вопросом он не хотел обидеть меня, а просто спросить почему я тоже всё ещё тут, с ним, молча сижу и смотрю на звёзды. Не хотелось ему признаваться, что он не вызывает во мне чувства тревожности, что с этим человеком которого я даже не знаю мне спокойно. Я молчала на его вопрос, как и он.

Так мы просидели где-то пол часа молча наблюдая за звёздами, пока мой телефон не стал вибрировать в кармане моих штанов, я посмотрела на телефон и увидела входящий звонок от Кэтрин, глянула на время и удивилась.

– Как же странно, почему она так поздно звонит? - спросила я сама у себя и ответила на звонок.

Разговор был коротким, но я сразу же сорвалась с места начиная бежать к своему дому.

***

Когда я уже неужели была около своего подъезда я увидела её, она сидела на холодной мокрой скамейке, смотрела в землю. Я её не узнавала. Что же у неё случилось, что она так поздно пришла ко мне? Мы живём довольно далеко друг от друга. Она была в своей пижаме и милых розовых тапочках с кроликами, я улыбнулась, но когда заметила как она дрожит поспешила подойти.

Когда я стояла уже напротив, она подняла взгляд на меня и я смогла увидеть её лицо, губа была рассечена, было видно как кровь на ней уже засохла, видно было ещё лёгкий отпечаток руки на правой щеке. Походу проблемы были дома раз она сюда пришла в пижаме. Я не стала расспрашивать её на улице, говорить бы она всё равно не хотела. Не тут.

***

Я посадила её на свою кровать, стала искать в своем шкафу хоть что-то из теплой одежды. Нашла теплые спортивки и кофту. Быстро дала ей сменку и вышла из комнаты ожидая когда она будет готова. Сама пошла на кухню заварить нам по чашке чая. Кажется разговор будет долгим.

Когда я сидела на стуле напротив неё я смогла рассмотреть её куда лучше чем на улице: под ногтями виднелась кровь как и на кончиках пальцев, вскоре я увидела и причину, она сама царапала себя, её кожа на шее давала понять, что делала она это не осознано, я уверена, что если посмотреть под кофту то можно увидеть следы её истерики не только на шее, глаза опухшие и красные, много плакала и как я думала её били. Но почему? Я никогда не видела, чтоб она была в таком состоянии, всегда радостная и разговорчивая Кэтрин, сейчас сидела перед до мной и молчала, задумавшись о чем-то своем. Я не хотела перебивать её мысли, но волнения становилось только сильнее когда я смотрела в это безэмоциональное лицо и пустые глаза, мне было больно. Вскоре она начала говорить.

– Ника, - её голос был тихим, слегка дрожал. – Почему мой папа так поступил?

Я молчала, ждала когда она продолжит, я не знала, что ей сказать, мне раньше не приходилось выслушивать и помогать кому-то. Она продолжила.

– Он пришел настолько злым домой, я хотела помочь ему, поддержать, спросила, что случилось, как его дела на работе. - она не смотрела на меня, она смотрела в чашку, она точно видела в чае свое отражение, мне было её жаль. – Но хотя я хотела помочь ему, он всё равно стал меня бить и кричать, он кинулся на меня с обидными словами, он говорил, что ненавидет меня, говорит, что я виновата в смерти его жены и своей матери, что я убийца счастливой семьи. - она неужели глянула на меня, но её измученный взгляд словно убивал меня изнутри, сердце начало болеть.

– Кэтрин, - я встала и села уже рядом, я обняла её и всё, что я смогла придумать в поддержку это. – Это не твоя вина, не сдавайся, я рядом.

Но мне показалось, что этого ей хватило, она расслабилась в моих объятиях и стала рыдать, как ребёнок, она цеплялась руками за мою одежду, рыдала громко, я ей не запрещала, я молча сидела обнимая её и шептала так, чтоб даже через свои крики и всхлипы она могла слышать «Мы не подруги - мы семья».