Безрассудные(С.К. Стивенс)

День Благодарения прошел, мы с Денни приготовили по-настоящему сказочную еду, и Келлан, уклончиво пожелав нам "Приятного обеда", не потрудился даже присоединиться. Мы так и не видели его всю оставшуюся часть вечера. 

Денни сделал для нас небольшую индейку с какой-то подливой, приготовление которой видел в кулинарном шоу, клюквенную начинку и пюре. Я сделала салат... и это было всё, с чем он позволил мне помочь ему. Я сидела на стойке и составляла ему компанию в течение всего дня, пока он готовил.

Он много улыбался и целовал меня также много, и выглядел счастливым. Я старалась соответствовать его хорошему настроению. И не беспокоится о том, где Келлан... и с кем он мог быть. Пока Денни убирался после обеда (серьезно, насколько прекрасным парнем он был?), я позвонила своей семье, пожелав им много любви... и избегая прямого разговора с сестрой, я все еще не могла иметь с ней дело.

Я знала, что это смешно, и, в конце концов, мне придется поговорить с ней снова, но не сейчас, когда все было так странно между Келланом и мной.

Мои родители хотели знать, приеду ли я на Рождество. Они уже купили нам билеты (намек, намек) и приготовили мою комнату, все было подготовлено для нас. Это очень удивило меня.  Раньше они никогда не предлагали остаться нам под их крышей, должно быть, они по-настоящему соскучились по мне. С тяжелым сердцем, я сказала им, что Денни хочет съездить со мной к нему домой, и я еще ничего не решила. Зная Денни, он, вероятно, уже купил эти билеты, так... на всякий случай. Они явно расстроились, услышав это, и хотя разговор перешел к другим темам, я знала, что они будут обсуждать это в течение следующих нескольких дней. Мое сердце заболело, как только я повесила трубку. Денни я пока тоже не дала ответа, потому он спрашивал еще несколько раз. Я так и не знала. Я не знала, какой путь выбрать, кого обидеть... Я ненавидела принимать такие решение.

Никто не выиграет, кому-то будет больно — либо моим родителям, либо Денни. А еще был Келлан... хотя, последнее время, его жестокость ко мне делала отъезд более легким, но все еще ранила мое сердце.

Мое раздражение по отношению к нему все усиливалось, точно так же, как и наш флирт, не так давно.  Всего несколько недель назад Келлан и я были почти неразлучны, но теперь, он был "неразлучен" с половиной Сиэтла... и Кэнди. Она приняла мое глупое предложение и вскоре после Дня благодарения появилась в "у Пита". 

Бросая на меня взгляд, который явно говорил "Я все про вас знаю", она была с ним весь вечер бок о бок. Весь вечер... я имею в виду вееесь вечер.

Я слушала ее "удовлетворение" талантами Келлана снова и снова через наши мучительно тонкие стены.

Ее самодовольный вид, когда я столкнулась с ней в понедельник утром в холле, был тем, что, наконец, сломало меня. Ее взгляд кричал "Я просто взяла то, что, я знаю, ты так тайно хочешь, и насладилась каждой секундой этого".

С меня хватило. В тот же вечер, я, наконец, сломалась.

Пит, и я предполагала, что к этому приложили руку Гриффин или Келлан, сделал ночь понедельника — женской ночью с шотами по 2 бакса.

В результате, бар был битком набит студентками, заказывающими выпивку каждую минуту. Группа, конечно же, была там и проводила время с их расширенным нетрезвым гаремом.

Келлан был... вульгарен. Какая-то короткостриженная выскочка вызывающе расположилась на его коленях и целовала его шею. Никто из ребят не обращал на них внимания; у каждого из них была своя девушка. Он безмерно наслаждался этим, поглаживая ее бедра. Она с намеком указала ему на кулисы.

Он улыбнулся и покачал ей головой. Ну, конечно нет. Зачем ему девчонка сейчас, когда он может привезти ее домой и отвести наверх, сводя меня с ума всю ночь напролет? Это приводило меня в ярость.

Почему это так беспокоило меня?

Я со злостью очищала стол, когда заметила, что он идет ко мне. Было слишком поздно, слова вырывались сами:

— Хочешь попробовать держать его в штанах, Кайл.

Он прошел несколько шагов мимо меня, прежде чем уловил то, что я сказала. Кел развернулся, его взгляд внезапно стал злым.

— Забавно, — он хохотнул довольно высокомерно.

— Что — сказала я пустым голосом.

Он подошел туда, где я стояла возле пустого стола, и наклонился ближе, прижавшись своим телом к моему. Парень схватил меня за руку и потянул на себя. Мое сердце ускорилось от его прикосновений. Прошло много времени с тех пор, как он касался меня, и от неожиданности у меня перехватило дыхание.

Он наклонился еще ближе и яростно прошептал мне на ухо

— Девушка, живущая с парнем, с которой я имел секс не менее двух раз, на самом деле читает мне лекции о воздержании? — Мое лицо запылало от гнева.

Я пронзительно посмотрела на него и попыталась вырваться, но он крепко держал меня за руку, и стол позади меня не позволял убежать. Его внезапная ярость не исчезла, он прикоснулся губами прямо к моему уху.

— Если ты выйдешь за него замуж, смогу ли я по-прежнему трахать тебя?

Следующий инцидент был известен как "пощечину услышал весь бар".

Действуя сама по себе, моя рука взметнулась и ударила его по лицу, поразительно сильно, в десять раз сильнее, чем я его била. Он слегка отшатнулся и резко втянул воздух.

Красная отметка от моей руки сразу проявилась на его лице. Он выглядел совершенно ошеломленным.

— Ты глупый сукин сын! — Взвизгнула я, забыв на мгновение, что мы были в баре, переполненном свидетелями.

Несмотря на боль в руке, это был хороший способ, чтобы освободить меня от так долго сдерживаемого разочарования.

Я занесла свою руку для еще одной попытки, но он схватил мое запястье своей рукой и больно скрутил. 

Его глаза, прикованные к моим, были наполнены гневом, что соответствовало моему собственному взгляду. Я боролась с его болезненным, трудным, отчаянным взглядом, чтобы ударить его снова... желая причинить ему боль.

— Какого черта, Кира? Что это было, черт возьми!!! — крикнул он в ответ.

Он схватил мою другую руку, поэтому я не могла ударить его, так что я сделала движение коленом, пытаясь отодвинуть парня. Он предвидел мои действия и оттолкнул меня в сторону, подальше от себя. Моя рука пульсировала, как и кровь во мне.

Мой еле сдерживаемый гнев взял верх надо мной, я сразу же отскочила и прыгнула на него снова. Сильные руки обернулись вокруг моей талии и удержали меня, раздраженная и смущенная, я боролась с ними.

— Успокойся, Кира. — Нежный голос Эвана прошел через туман моего гнева.

Он держал меня сзади и тянул подальше от Келлана.

Сэм положил руку на грудь Кела. Тот кипел от злости, яростно глядя на меня. Мэтт и Гриффин встали позади него. Первый выглядел обеспокоенным, второй дико удивленным. Дженни стояла между мной и Келланом, раскинув руки таким образом, что ее крошечное тело разделяло нас, на случай, если мы снова бросимся друг на друга. Помимо посмеивающегося Гриффина, весь бар был смертельно тих, наблюдая за нашей борьбой.

Сэм выглядел неуверенным в происходящем. Обычно он просто выкидывал нарушителей вон, но ведь мы оба работали здесь... и были друзьями.

В конце концов, Дженни была тем, кто, оглянувшись на всех присутствующих в баре, схватила за руку Келлана, затем меня.

Ее лоб покрылся морщинками, и, не глядя прямо на любого из нас, она пробормотала:

—Давайте, — и повела нас за кулисы.

Келлан и я старательно игнорировали друг друга и массу людей, через которую мы позволили Дженни протащить нас. Я заметила, как Эван кивнул головой Мэтту, который кивнул в ответ, и насильно, что сделало его очень недовольным, оставили Гриффина там.

Оказавшись в коридоре, Эван проводил наше несчастное трио и открыл дверь в заднюю комнату, чтобы сопроводить всех внутрь. Окинув последний раз взглядом коридор, он закрыл дверь и встал прямо перед ней, держа нас в комнате и отделяя от всех завсегдатаев бара. Он скрестил татуированные руки на груди, как бы загораживая дверь со все еще сломанным замком. Языки пламени, выстроенные в линии на его предплечьях, соответствовали моему настроению.

— Хорошо, — сказала Дженни, отпуская наши руки. — Что случилось?

— Она…

— Он…

Келлан и я начали говорить одновременно, и Дженни, все еще стоя между нами, подняла руки.

— По одному.

— Мне не нужен посредник, Дженни. — Отрезал Келлан, переводя свой взгляд на нее.

Не испугавшись его взгляда, она спокойно сказала:

— Нет? Ну, а я думаю, нужен. — Она указала обратно на бар. — Половина людей там думает так же. — Она осторожно посмотрела на него снизу вверх. — Я кое-что знаю о вашем споре. Я не оставлю тебя наедине с ней. — Келлан уставился на нее, потом посмотрел через ее плечо, бросив взгляд на меня.

— Ты рассказала ей... она знает? — Я пожала плечами и бросила взгляд на Эвана. Он все еще выглядел смущенным и обеспокоенным.

— Все? — Спросил все еще ошеломленный Келлан.

Я снова пожала плечами.

Келлан хмыкнул и провел рукой по своим волосам.

— Ну, разве это не интересно. А я-то думал, мы не будем говорить об этом. — Он посмотрел на Эвана. — Ну, раз черт уже выпрыгнул из табакерки, почему бы нам не раскрыть все карты, — он резко выбросил руки в мою сторону, сохраняя все свое внимание на Эване. — Я трахал Киру... несмотря на то, что ты предупреждал меня не делать этого. Тогда, для ровного счета, я сделал это снова! — Все что-то одновременно заговорили. Дженни ругала Келлана за его язык, Эван проклинал его, а я кричала на него, чтобы он заткнулся.

Келлан посмотрел на всех и добавил:

— Ох, да... и я назвал ее шлюхой!

— Ты такое ничтожество! — Сказала я, глядя в его сторону. Слезы ярости жгли мои глаза, и лицо горело от смущения. Эван ничего из этого не знал. Ему действительно не нужно было знать все это.

Келлан недоверчиво посмотрел на меня.

— Ничтожество? Я — ничтожество?! — Он со злостью сделал шаг ко мне, и Дженни положила руку на его грудь. — Это ты ударила меня! — Он указал на свое лицо, где все еще были видны красные следы. — Снова!

Эван вмешался, глядя на разъяренного Келлана.

— Господи, мужик. О чем ты думал... или ты был…?  

Сердитый взгляд Келлана перешел на него.

— Она умоляла меня, я всего лишь человек.

Униженная этим, я была не в состоянии связно говорить. Неужели всем в комнате нужно знать такие интимные подробности? Я была поражена, как он заставлял меня выглядеть... он был невинным, а я соблазнила его. Да, правильно!

Его взгляд загорелся, обратившись ко мне.

— Ты просила меня, Кира! Оба раза, помнишь? — он раздраженно указал на меня, и Дженни слегка оттолкнула его. — Все, что я делал, было тем, что ты просила! Все, что я когда-либо делал, было тем, что ты просила! — он держал руки по сторонам, раздраженно глядя на меня.

Это ослабило мой напор, также как гнев и смущение, которые сочились из меня. Он редко делал что-либо, о чем я его просила.

У меня был длинный список в голове, но на переднем плане были слова, которые он говорил всего несколько минут назад.

— Я не просила называть меня шлюхой!

Он подошел ко мне, и Дженни положила обе руки на его грудь.

— И я не просил бить меня! Продолжать трахаться и бить!

Дженни пробормотала:

— Следи за своим языком, — Келлан проигнорировал это, тогда как Эван сказал ему «Успокойся», но и это Келлан тоже проигнорировал.

— Ты заслужил это, ничтожество! — Ни одна женщина не позволила бы то, что он выплюнул мне. Он будто выгравировал мне приглашение.

— Поскольку мы делимся впечатлениями, — я специально подчеркнула это слово, — почему бы тебе не сказать им, что ты сказал мне! — Я сделала шаг к нему, и Дженни положила мне руку на плечо. Единственное, что сдерживало наш гнев друг от друга, была хорошенькая маленькая блондиночка.

— Если бы ты дала мне две секунды, я бы извинился. Но, знаешь что... сейчас я не сделаю этого! — Он пожал плечами и покачал головой. — Я не жалею, что сказал это. — Он сердито показал на меня. — Ты перешла границу! Тебе просто не нравится, что я с кем-то встречаюсь.

Мои глаза сверкали от ярости.

— Встречаешься? Трахать все, что движется, — не встречаться, Келлан! Ты не утруждаешь себя даже узнать их имена. Это не нормально! — Я сердито покачала головой. — Ты кобель! — буркнула я.

Эван снова всунулся между мной и Келланом, ответив:

— В этом есть смысл, Келлан.

— Что? — Келлан и я уставились на него. — У тебя есть что-то еще, что сказать мне, Эван?

Келлан огрызнулся на него, пятясь от Дженни, которая опустила руки от его груди.

Обычно веселое лицо Эвана выглядело сердито в этот момент.

—Может и да. Может, она права. И может быть, просто может быть, ты тоже знаешь это. — Келлан побледнел, но ничего не сказал. — Почему бы тебе не рассказать ей, почему ты так... свободен... с собой? Она могла бы понять.

Келлан был очень зол и сделал шаг к Эвану.

— Что, черт возьми, ты об этом знаешь!

Эван вдруг сочувственно посмотрел, и тихо ответил.

— Больше, чем ты думаешь, Келлан.

Келлан перестал двигаться, его лицо побледнело.

— Отвали, Эван... Я не прошу. Вали на хер. — Его голос был низким и холодным, он действительно не шутил.

— Келлан.... следи за словами, — Дженни снова ворчала на него.

В то же время, я отрезала:

— О чем ты говоришь? — Я была очень раздражена их запутанным обменом.

Келлан проигнорировал нас обеих и пронзительно посмотрел на Эвана. Тот оглянулся назад, затем покорно вздохнул.

— Ну, что же, чувак... твое дело.

Келлан фыркнул.

— Это чертовски верно. — Он указал на нас всех. — Как я буду встречаться, не ваше дело. Если я захочу переспать со всеми в баре, то я…

— Ты практически так и сделал! — закричала я, прерывая его.

— Нет, я трахал тебя! — крикнул он в ответ, и во внезапной тишине, которая последовала после его заявления, я услышала проклятие Эвана и вздох Дженни.

— И ты чувствуешь себя плохо из-за измены Денни, — он наклонился над головой Дженни, она поднесла свою руку к его груди и оттолкнула парня. — Ты чувствуешь вину из-за нашего романа, но ты... 

Я прервала его.

— У нас не было романа! Мы совершили ошибку, дважды… это все!

Он сердито выдохнул.

— Ой, да ладно, Кира! Боже, как ты наивна. Возможно, мы и занимались сексом дважды, но совершенно определенно между нами был роман, все это время!

— Это полная чушь! — крикнула я в ответ.

— В самом деле? Тогда почему ты так отчаянно хочешь скрыть это от Денни, а? Если это действительно все так безобидно и невинно, то почему мы скрываем наши... отношения... от всех? — Он поднял руку к двери, как бы указывая на внешний мир.

Он был прав. Мы не давали другим увидеть, насколько мы были близки друг с другом. Я не знала, что ответить ему. 

— Я... я...

— Почему мы не можем больше касаться друг друга? — мое дыхание остановилось. Мне не нравился его вопрос или хрипотца в его голосе. — Что происходит с тобой, когда я прикасаюсь к тебе, Кира? — Его тон, почти низкое рычание, становился непристойным, как и его слова, и Дженни сделала шаг в сторону от него, снова убрав руку с груди.

Он провел рукой вниз по его рубашке, как бы отвечая на собственный вопрос.

— Твой пуль ускоряется, твое дыхание учащается, — он закусил губу и начал воспроизводить тяжелое дыхание, не отрывая глаза от моих, — твое тело дрожит, твои губы приоткрываются, твои глаза горят. — Он закрыл глаза и выдохнул с мягким стоном, а затем открыл их и вздохнул сквозь плотно сжатые зубы с намеком. Намеренно напряженным голосом, он продолжал давить на меня, — твое тело болит... везде.

Он снова закрыл глаза и точно передразнил низкий стон, что я издавала с ним несколько раз.

Он запустил руку в свои волосы так, как это делала я снова и снова, и пробежался другой рукой по своей груди слишком знакомым мне движением. У него был глубоко интимный взгляд на лице, и общее впечатление было настолько шокирующее, эротичное и знакомое, что я сильно покраснела. Он сглотнул и издал ужасно соблазнительный звук, когда приоткрыл рот и тяжело выдохнул.

— Ох... господи... пожалуйста, — он изобразил тихий стон, когда его руки побежали вниз по телу к джинсам...

— Хватит! — выплюнула я. Полностью смущенная, я взглянула на Дженни. Она выглядела такой бледной, какой я была красной. Она оглянулась на меня, и ее рука на моем плече сочувствующе сжалась.

От двери я услышала бормотание Эвана.

— Господи, Келлан.

Сердитые глаза Келлана распахнулись, и он отрезал.

— Это то, что я думаю! Это звучит невинно для тебя? — Он оглядел комнату вокруг. — Для любого из вас? — Он снова посмотрел на меня. — У тебя был выбор, помнишь? Денни. Мы закончили... это. — Он указал на себя и меня. — Ты ничего ко мне не испытываешь. Ты не хотела быть со мной, но сейчас ты не хочешь, чтобы кто-нибудь другой бы со мной, так? — Он сердито покачал головой. — Это то, чего ты хочешь? Полное одиночество для меня? — его голос сорвался на конце этого предложения.

Мое лицо все еще было красным от смущения и гнева.

— Я никогда не говорила этого. Я сказала, что если бы ты встретил кого-нибудь, я бы поняла... но Боже, Келлан, Эван прав, прояви некоторую сдержанность!

Тишина заполнила комнату, все смотрели друг на друга, пока, наконец, я не смогла больше терпеть.

— Ты пытаешься сделать мне больно? Хочешь мне что-то доказать?

Его глаза посмотрели снизу вверх.

— Тебе...? Нет... ничего! — Он немного отступил от Дженни, и я оттолкнула ее. Она схватила обеими руками меня за плечи, чтобы удержать.

— Ты не пытался намеренно причинить мне боль? — я зарычала на него.

— Нет, — он снова провел руками по волосам и сердито покачал головой.

Я на самом деле выглядела красной, настолько он раздражал меня. +Конечно, он пытался причинить мне боль! Зачем бы он трахался со всем городом? Зачем бы еще он нарушил свое обещание?

— Что на счет моей сестры?

Он застонал и посмотрел в полоток.

— Господи, только не это снова. — Эван сделал шаг, чтобы помочь Дженни, которая начинала бороться со мной, так как я была по-настоящему зла и отбивалась от нее. Дженни посмотрела на Эвана и, ничего не говоря, покачала головой, он остался на своем месте у двери.

— Да! Это! Снова! Ты обещал! — Я кричала, указывая на него.

— Очевидно, я солгал, Кира! — Крикнул он в ответ. — Если ты не заметила, я делаю это! И какое это имеет значение... она хотела меня, ты — нет. Какая тебе разница, если я...

— Потому что ты мой! — крикнула я ему нечаянно. Конечно, на самом деле, он не был моим...

Непосредственное молчание после этого было оглушительным. Лицо Келлана побледнело, а затем медленно, стало очень, очень злым.

— Нет, нет, я не твой! В ЭТОМ ВЕСЬ ГРЕБАНЫЙ СМЫСЛ!

— Келлан! — Дженни снова начала ругать его, и он, наконец, посмотрел на нее.

Мое лицо горело от смущения из-за моего бездумного поступка.

— Так вот почему ты это сделал? Поэтому ты с ней спал, сукин сын! Чтобы доказать свою точку зрения? — мой голос сорвался в гневе.

Дженни, наконец, прервала меня.

— Он не делал этого, Кира, — заявила она спокойно.

Келлан холодно посмотрел на нее.

— Дженни!

— Что? — я спросила ее, и она опустила свои руки с моих плеч.

Игнорируя ледяной взгляд Келлана, она снова очень спокойно сказала:

— С ней спал не Келлан.

Келлан сделал угрожающий шаг к Дженни, а Эван сделал шаг к Келлану. Подняв взгляд на друга, Кел остановился.

— Это вас не касается, Дженни, заткнись! — отрезал он.

Немного раздраженная, она ледяным тоном встретила его взгляд:

— Теперь касается! Почему ты лгал ей, Келлан? Скажи правду! На этот раз, скажи ей правду!

Он закрыл рот и сжал челюсти. Эван и Дженни нахмурились. Не в силах это больше выносить, я закричала:

— Кто-нибудь, пожалуйста, скажите мне... что-нибудь?

Дженни посмотрела на меня.

— Ты никогда не слушала Гриффина? — мягко спросила она.

Раздраженный Келлан сказал:

— Нет, она уклоняется от разговоров с ним, если может, — затем тише добавил, — я рассчитывал на это.

Я сморщила брови, сбитая с толку.

— Подождите... Гриффин? Моя сестра спала с Гриффином?

Дженни кивнула, закатывая глаза.

— Он не затыкается об этом, Кира. Он продолжает говорить всем, что это был лучший секс в его жизни! — сказала она с отвращением на лице.

Келлан снова стиснул челюсти.

— Этого достаточно, Дженни.

Я посмотрела с недоверием на нее, а затем на Эвана. Он пожал плечами и кивнул, затем с любопытством взглянул на Келлана. Так же, как и Дженни.

Ну и я тоже.

— Ты солгал мне? — прошептала я.

Он уклончиво пожал плечами.

— Ты предположила. Я просто... воодушевил эту мысль.

Меня охватил гнев.

— Ты солгал мне! — закричала я.

— Я говорил тебе, я часто так делаю! — огрызнулся он

— Почему? — потребовала я.

Келлан отвернулся от всех нас и ничего не ответил.

— Ответь ей, Келлан, — сказала спокойно Дженни. Он снова посмотрел на нее, и она подняла бровь. Келлан нахмурился, но промолчал.

Воспоминания нахлынули на меня.

— Вся борьба в машине... дождь... все это началось потому, что я была зла на тебя и на нее. Почему ты дал мне подумать…

Он посмотрел на меня.

— Почему ты машинально предположила...

— Она сказала мне. Ну, она звучало так. — Я закрыла глаза. Я не хотела этого слышать. Я никогда не позволяла объяснить ей в полной мере, что произошло в ту ночь. Все, что она говорила о Келлане, было то, что она хотела поблагодарить его. Я предположила, что она хотела, чтобы я передала ему благодарность за... это. Может быть, она просто имела в виду, что хорошо провела время, за танцы на всю ночь, за то, что привел ее в дом Гриффина, за то, что привез домой... или...

Боже, этого не могло быть по-настоящему.

Открыв глаза, я посмотрела на него и смягчила взгляд и голос.

— Мне очень жаль... Я предположила, но почему ты позволил мне думать об этом так долго?

Его взгляд и голос тоже смягчились.

— Я хотел сделать тебе больно...

— Почему? — прошептала я и сделала шаг к нему. Дженни, увидев нас обоих спокойными, позволила мне пройти. Келлан выглядел далеким и не отвечал. Я подошла и прикоснулась ладонью к его щеке, он закрыл глаза от моего прикосновения.

— Почему, Келлан?

Не открывая глаз, он прошептал.

— Потому что ты причиняла мне боль... так много раз. Я хотел, чтобы тебе тоже было больно.

Мой гнев потух. Келлан, его гнев также сошел, медленно открыл глаза, боль была отчетливо видна на его лице. Он, молча, смотрел на меня. Где-то позади я слышала, что Дженни подошла к Эвану и сказала ему, что они должны дать нам время. Потом я услышала, как дверь открылась и закрылась, и Келлан и я остались одни.

— Я никогда не хотела причинить тебе боль, Келлан... любому из вас. — Оглушительная тишина давила на меня, и я опустилась на колени, прямо посреди комнаты. Волны эмоций истощали меня — вина, возбуждение, боль, трепет, гнев. Я с трудом помнила, сколь прекрасным мне все казалось в начале, прежде чем я все испортила.

Келлан опустился на колени напротив меня и взял мои руки в свои.

— Это сейчас не имеет значения, Кира. Все на своих местах. Ты с Денни и я... я... — он сглотнул.

Я просто скучала по тому, как все было раньше, как сладки были наши отношения до того, как Келлан стал холодным, затем горячим, а затем... каким бы он там сейчас ни был.

Слова выскользнули быстрее, чем я смогла подумать:

— Я скучаю по тебе, — прошептала я.

У него перехватило дыхание, и я услышала, как он громко сглотнул.

— Кира...

В моих глазах появились слезы, я хотела вернуть моего друга назад. Удивительно, но он потянул меня в свои объятья, как делал раньше. Я схватила его крепко, нуждаясь в его близости. Он гладил мою спину, пока я рыдала ему в плечо. Я просто хотела перестать чувствовать так много. Моя голова кружилась от чувства вины и гнева, горечи и боли.

Он пробормотал что-то в мое плечо, что походило на «Мне очень жаль, детка».

Мое сердце ускорилось при мысли об этих нежных словах из его уст.

Он сидел на корточках, прижимая меня так крепко, что я практически сидела у него на коленях, а мои были по обе стороны от него.

Он начал гладить мои волосы, и я расслабилась. Кел держал меня так в течение длительного времени. Мои слезы медленно высохли, и я повернула голову, чтобы посмотреть на него. Он выглядел грустным. Я пыталась отодвинуться от него, но, держа глаза закрытыми, он потянул меня еще ближе к себе.

— Нет, пожалуйста, останься, — прошептал он.

На мгновение я задумалась о том, как опасна была наша позиция. О том, как громко мы дышали, как тихо было в комнате, как сильно он обнимал меня, сколько времени прошло с тех пор, как мы вот так держали друг друга. Он медленно открыл глаза и повернулся, чтобы посмотреть на меня, и я увидела, что он тоже думал об опасности. Его губы приоткрылись, дыхание ускорилось. Я могла увидеть задумчивую боль желания в его глазах. Келлан был прав... была причина, по которой мы никогда не должны были касаться друг друга.

Думая только о том, как сказать ему, что я не могу больше так поступать с Денни, я прошептала:

— Я так сильно скучаю по тебе.

Это не то, что я собиралась сказать. Что со мной?

Он закрыл глаза и опустил лоб к моему. Я могла ясно видеть, как трудно это для него, и я действительно не хотела...

— Кира, я не могу... — он снова сглотнул. — Это неправильно, ты — не моя.

Я дрожала от собственных слов, сходящих с его губ, и ненавидела себя за это. Мысленно соглашаясь с ним, я прошептала: — Я твоя. — Подождите, нет, это не то, что я хотела сказать...

Он произвел странный звук и прерывисто вдохнул.

— Ты...? — он прошептал это так тихо, что я едва слышала его. Он посмотрел на меня, и страсть загорелась в его глазах. — Я так хочу тебя...

Я чувствовала такое горе из-за потери легкой дружбы, которую мы когда-то имели, такое чувство вины за то, что постоянно предавала Денни, и такую болезненную необходимость находиться в объятьях Келлана... и последнее победило. Я скучала по нему так сильно, и теперь, когда он был со мной, я вдруг не хотела, чтобы он оставлял меня, никогда.

— Я тоже хочу тебя, — прошептала я, и впервые это было то, что я хотела сказать.

Он перевернулся так, что я оказалась лежа на полу, и стал давить на меня. Нежно дыша, он остановился, почти касаясь моих губ. Я могла видеть борьбу в его глазах. Он не был уверен, действительно ли я хочу этого. Прежде чем понять, что я говорю, слова вылетели из моих уст:

— Я так по тебе скучала. Я так долго хотела прикоснуться к тебе. Так долго хотела тебя. Я нуждаюсь в тебе, Келлан... всегда.

Он все еще держался, зависший над моими губами, глазами лихорадочно осматривая мое лицо, ища ложь в словах.

— Я не буду... Я не хочу снова быть на твоем поводке, Кира. Я бы предпочел покончить с этим, чем снова страдать из-за тебя. Я не могу...

Я пыталась понять себя, но все, что я чувствовала, это сильное желание своего тела снова воссоединиться с ним. Я больше не могла терпеть и дня его встреч с другими девушками. Я не могла представить чьи-либо губы на его, кроме моих собственных. Я даже не думала о том, что это означало для Денни и меня. Я думала только о том, что нуждаюсь в Келлане, чтобы он был моим... только моим.

Я нежно обхватила его лицо своими руками.

— Не оставляй меня. Ты — мой... и я — твоя. Я хочу тебя... и ты можешь получить меня. Просто перестань быть со всеми теми....

Он отстранился от меня.

— Нет, я не буду с тобой только потому, что ты ревнуешь.

Я снова приблизила его лицо к своему и позаимствовала одно из его движений, которые так давно сводили меня с ума.

Я слегка скользнула языком вдоль его верхней губы. Это произвело на него такое же впечатление, какое оказывало на меня. Он закрыл глаза и содрогнулся, быстро вздыхая.

— Кира... нет. Не поступай со мной так снова....

Я замерла.

— Нет, Келлан. Мне жаль, я отталкивала тебя раньше, но я больше так не поступлю.

Я провела своим языком обратно, почувствовав опьяняющий вкус его кожи. Я прошла только часть пути по его губам, когда он поднес свой рот к моему. Он сделал паузу во время поцелуя и отстранился, его дыхание было резким и быстрым.

Он уставился на меня, выглядя очень нервным.

— Я влюблен в тебя, — прошептал он, ища мои глаза. Он выглядел очень бледным и испуганным, и немного... надеющимся.

— Келлан, я... — Я не знала, что сказать, на глазах снова начали наворачиваться слезы.

Он не дал мне даже попытаться закончить. Он поднес свою руку, чтобы погладить мою щеку, и снова поцеловал, нежно, сладко, поцелуй был полон эмоций.

— Я так влюблен в тебя, Кира. Я так скучаю по тебе. Прости. Прости за те ужасные вещи, что я говорил тебе. Прости за то, что лгал о твоей сестре... Я никогда не прикасался к ней. Я обещал тебе, что не буду. Я не мог позволить тебе узнать... как сильно я обожаю тебя... как больно ты мне делала. — Он, наконец, говорил мне о том, что действительно чувствовал, выпускал все свои эмоции и не мог остановиться.

Келлан говорил быстро, в промежутках между чувственными поцелуями.

— Я люблю тебя. Мне жаль. Мне так жаль. Женщины... я так боялся прикоснуться к тебе. Ты не хотела меня... Я не мог терпеть эту боль. Я пытался забыть тебя. Каждый раз, когда я был с ними, я был с тобой. Мне так жаль... Я люблю тебя. — Слезы потекли по моим щекам, когда я слушала его в потрясенном молчании.

Его проникновенные слова, его нежные губы — это сделало меня еще слабее, заставило мое сердце биться быстрее.

Его губы не прекращали двигаться над моими, его слова не переставали "течь" между нами.

— Прости меня... пожалуйста. Я пытался забыть тебя. Это не сработало... Я просто хочу большего. Боже, как я скучал по тебе. Я сожалею, что причинил тебе боль. Я никогда не хотел никого так, как хочу тебя. В каждой девушке я вижу тебя. Ты все, что я вижу... Ты все, чего я хочу. Я хочу тебя так сильно. Я хочу тебя навсегда. Прости меня... Я люблю тебя так сильно.

Я все еще не могла осознать все то, что он говорил, выражения страха и надежды были в его глазах. Это заставило меня хотеть его еще больше. Это сделало мое дыхание тяжелым и резким. В ответ он начал целовать меня еще более страстно.

— Боже, я люблю тебя. Ты нужна мне. Прости меня... останься со мной. Скажи мне, что я тоже нужен тебе... скажи, что тоже хочешь меня. Пожалуйста... будь моей.

Он тут же перестал меня целовать и застыл, снова глядя на меня с ужасом, будто только сейчас осознал, что говорил.

— Кира...? — его голос дрожал. Глаза парня заблестели, когда он всмотрелся в мои.

Я поняла, что ничего не говорила в течение длительного времени. Он изливал мне свое сердце, а я не проронила ни слова. Конечно, на самом деле, он не давал мне возможности говорить, но, судя по ужасу в его глазах, я не думала, что он понял это. Все, что он мог видеть, глядя на меня, это мои слезы и молчание.

Эмоции перехватили мне горло, и я закрыла глаза, давая себе минутку, чтобы переварить все это. Он любил меня? Он обожал меня? Он хотел меня... навсегда? Он любил меня? Он хотел, чтобы я была с ним? Он любил меня? Чувства к нему, с которыми я так долго боролась, нахлынули на меня.

Все, через что мы прошли, — каждая слеза, каждая радость, каждая ревность — он любил меня все это время?

Я почувствовала, что он отодвигается от меня, и поняла, что все еще лежала тихо с закрытыми глазами. Я открыла их и посмотрела на его грустное, испуганное лицо. Я схватила его за руку и остановила. Он встретил мой взгляд, слезы, наконец, потекли из его глаз. Я смахнула их большим пальцем и дотронулась до его щеки.

Я потянула его к себе и нежно поцеловала.

— Кира, — пробормотал он в мои губы, слегка отодвигаясь.

Я проглотила комок в горле.

— Ты всегда был прав... Мы не друзья. Мы гораздо больше, чем друзья. Я хочу быть с тобой, Келлан. Я хочу быть твоей. Я твоя. — Это было все, что я чувствовала в тот момент, все, о чем я могла думать. В тот момент он был всем моим миром. Ничего другого даже не существовало, кроме него, и я не хотела больше противостоять этому. Я устала бороться. Я хотела принадлежать ему... во всех отношениях.

Он снова повернулся так, что оказался сверху, и вернул свои губы к моим. Келлан мягко выдохнул и поцеловал меня так страстно, как мы не целовались ни разу за все это время.

Желание, исходящее от него, было почти подавляющим, все его тело дрожало. Он переместил свой вес и прижался ко мне, из его горла вырвался глубокий хрип, который взволновал меня. Я провела руками по его спине, и он вздрогнул. Я почувствовала край его рубашки и, схватив его, начала поднимать, проводя пальцами по голой коже. Я осторожно сняла рубашку, глядя на его удивительное совершенство всего секунду, прежде чем его губы вернулись к моим.

Он снова перенес свой вес и медленно провел руками по моей шее, к груди и под одежду. Его руки дрожали, он потянул мою рубашку и стащил ее. Его тело все еще слегка трясло, когда он поцеловал меня.

Он сдерживался, заметила я. Заставлял себя действовать медленно, держался под контролем на случай, если я передумаю. Мысль о том, как сильно он хотел меня, и как он был неуверен во мне, наполнили мое тело огнем.

Я провела руками вниз по его голой спине, чувствуя каждый мускул, каждую линию. Он слегка застонал, когда я провела руками по его груди и пробежалась пальцами вдоль слабого шрама на ребре, который он получил из-за меня... потому что любил меня. Его губы ни на секунду не оставляли мои, руки скользили по моим плечам, по рукам, через мой бюстгальтер, ниже к талии. Я счастливо вздохнула от того, как приятно было снова чувствовать его прикосновения; после столь долгого времени. Он снова переместился, и его дрожащие руки спустились к моим джинсам.

Его пальцы играли с поясом на них, будто Кел не был уверен, стоит ли это делать....

Я оторвалась от его губ и прошептала ему на ухо:

— Я твоя... не останавливайся.

Я перенесла свой вес под ним, намекая. Выдохнув и расслабившись, Келлан послушал меня и не остановился. Он начал расстегивать мои джинсы и кусать мои губы, я начала расстегивать его. Он отстранился, чтобы пристально посмотреть на меня. Парень перестал дрожать. Казалось, что он, наконец, понял, что я не собираюсь останавливать его. Я закончила расстегивать его джинсы, когда он начал тянуть вниз мои. Глядя на меня с такой любовью на лице, он тихо произносил мое имя, повторял, что любит меня, снова и снова, и начал целовать мою шею.

Его лицо, его слова, ударили меня с такой силой, что я перестала дышать. Вдруг это все показалось неправильным, грязным. Это не соответствовало его ласковым словам, и я не могла пройти через это.

— Келлан, подожди... всего минут… — начала я.

— Кира... — он остановился, дергая меня за джинсы, и тяжело застонал. Он лег напротив меня, положив голову мне на плечо. — О... мой... бог. Ты серьезно? — он качнул головой вперед и назад. — Пожалуйста, не делай этого снова. Я не выдержу.

— Нет, ты не понял… но…

— Но? — Он отступил, чтобы посмотреть на меня, затаив дыхание, его синие глаза сверкали желанием и раздражением. — Ты осознаешь, что, если ты будешь продолжать делать это с моим телом, у меня никогда не будет детей? — резко спросил он.

Я засмеялась над его неумышленно забавным замечанием. Он отступил дальше и, нахмурившись, посмотрел на меня.

— Я рад, что ты находишь это забавным…

Все еще хихикая, я провела пальцем вниз по его щеке, в конечном счете, заставляя его улыбнуться.

— Если мы действительно собираемся сделать это… если я собираюсь быть с тобой… — я оглядела грязный пол, на котором мы лежали, — это не произойдет на полу в каморке «У Пита».

Он хмурился, затем полностью изменил выражение лица и мягко поцеловал меня.

— Теперь ты против того, чтобы быть со мной на грязном полу? — прошептал он.

Я снова засмеялась над его намеком на наше кофейное свидание и над его юмором. Прошло много времени с тех пор, как я последний раз слышала его юмор.

Он поцеловал меня, и на его лице снова появилось хмурое выражение.

— Ты… ты что, просто заставила меня открыть тебе свое сердце… чтобы я снова разделся? — Он очаровательно поднял бровь, глядя на меня.

Я снова засмеялась и мягко обхватила его лицо руками.

— Боже, я скучала по тебе. Я скучала по этому.

— Скучала по чему? — спросил он спокойно, пристально смотря на меня и мягко поглаживая мой голый животик.

— По тебе… по твоему юмору, твоей улыбке, твоим прикосновениям, твоему… по всему тебе. — Я пристально посмотрела на него.

Его лицо стало серьезным.

—Я тоже скучал по тебе, Кира.

Я кивнула, подавляя эмоции, подходящие к горлу, когда он снова мягко поцеловал меня. Внезапно он отступил и осмотрел меня с головы до ног, прикусив губу и приподняв бровь.

— Знаешь… в этой комнате есть и другие места, помимо пола.

— Действительно? — спросила я, наслаждаясь его игривостью.

— Да… — Осмотрев всю комнату, Келлан улыбнулся. — Стол… стул… полка… — он посмотрел на меня, его усмешка внезапно превратилась в дьявольскую, — стена?

Я засмеялась и погладила рукой его грудь, поражаясь, как быстро мои эмоции около Келлана меняются. Только что мы страстно целовали друг друга, а теперь смеялись над шутками.

— Просто поцелуй меня. — Я подняла голову.

— Да, мэм. — Он улыбнулся и начал страстно целовать меня. — Домогательница, —  пробормотал он, целуя губами мою шею.

— Шлюшка, — пробормотала я в ответ, усмехаясь и целуя щеку, которую я безжалостно хлопнула чуть ранее. Он хрипло засмеялся в ответ и переместил свои губы к моим.

Регулярные, тихие удары раздались по всей комнате, но Келлан и я проигнорировали их.

— М-м-м-м… — я прикрыла глаза, когда он завладел моим языком. Боже, я любила это.

Он провел языком по моему подбородку, когда раздражающий удар, который мы оба игнорировали, внезапно стал распахивающейся дверью. Я задохнулась и наклонила голову, пытаясь успокоить свое сердцебиение.

Келлан поднял голову, чтобы посмотреть на дверь.

— Господи, Эван… Вот дерьмо, ты напугал меня! — Смеясь, сказал он.

Я же не испытывала желание смеяться, я не хотела, чтобы кто-то вломился к нам. К счастью, Эван прикрыл глаза. Он немедленно закрыл дверь позади себя и отвел взгляд.

— М-м, извини, чувак. Я знаю, что вы оба… кхм, я должен поговорить с тобой, Келлан. — Эван казался действительно смущенным, но он не мог быть более смущенным, чем я. Келлан загородил меня, предусмотрительно закрывая обзор Эвану.

— Твой выбор времени ужасен, чувак. — Келлан хмуро посмотрел на него.

Неосознанно, Эван перевел взгляд на нас и немедленно отвел обратно. Я сильнее спряталась за Келланом, желая быть где угодно, только не здесь.

— Извини… но ты еще поблагодаришь мой выбор времени приблизительно через десять секунд.

Келлан широко улыбнулся.

— Серьезно, Эван, это не может подождать десять... — я толкнула Келлана в ребра, и он посмотрел на меня, а затем снова на Эвана, — …двадцать минут? — Я неумышленно хихикнула.

— Денни здесь, — заявил он. Я прекратила хихикать.

— Что? — тихо спросила я.

Келлан сел, прикрывая меня.

— Дерьмо, — сказал он спокойно. А затем вручил мне мою рубашку, и я быстро надела ее. Он остался на своем месте, задумавшись.

Эван, который, наконец, посмотрел на нас в упор, продолжил:

— Если вы не хотите, чтобы ваш вечер стал еще более интересным, то Кира должна уехать, а ты должен остаться и поговорить со мной.

Келлан начал кивать и, найдя свою рубашку, отложил ее обратно.

— Спасибо… — сказал он, оглядываясь назад на друга.

Эван немного улыбнулся.

— Видишь… я знал, что ты будешь благодарить меня.

Я чувствовала себя застывшей, поскольку Келлан наконец отошел от моих коленей и помог мне встать. Мы оделись, и я поняла, что мне тяжело дышать. Келлан положил руку на мое плечо.

— Все хорошо… все будет хорошо.

Паника вспыхнула внутри меня.

— Но целый бар… они все видели и будут много болтать. Он все равно узнает.

Келлан покачал головой.

— Он узнает, что у нас была ссора… вот и все. — Кел просмотрел на Эвана, который выглядел нетерпеливым, он хотел поскорее увести меня оттуда. — Ты должна уйти прежде, чем он пойдет сюда в поисках тебя.

— Хорошо...

— Кира… — Он схватил мою руку, когда я повернулась к двери, и притянул меня для одного долгого, последнего поцелуя.

Я затаила дыхание, когда вышла наружу.