Судьбоносные сердца

Фэй

Я возвращаюсь обратно в кампус. Меня переполняет злость — не только на него, но и на саму себя. После всего, что было между нами два года назад, он смеет говорить «что я здесь делаю и почему всё ещё здесь»? Хааа…
Если его семья частично владеет «Кингстоном» и он чувствует себя здесь королём, то он тот ещё ублюдок. Больше всего я злюсь на себя. Почему не послала его к чёрту, когда он ушёл?..

Я поднимаюсь по лифту, двери открываются — и у меня перехватывает сердце.
— Ведьма, ты где была?! — почти вопит Мава, сверля меня подозрительным взглядом.
Все девочки столпились у входа в лифт, и от их выражений лица мне становится не по себе. Я глажу себя по сердцу — оно бьётся всё быстрее. Они меня напугали… или, может, я просто до сих пор не отошла от пережитого. А может, просто продрогла от холодного ветра.

— Искала нашу дорогую Николь, — отвечаю я с нажимом. — Которая, не сказав нам ни слова, уехала, как бы сказать помягче, с парнем с вечеринки. А точнее — с другом Юэна.
Я бросаю осуждающий взгляд на Николь, которая тут же сжимается и прячет лицо.

— Чтооо?! — Шэн кричит во всю силу.
Все девочки тут же поворачиваются к Николь и кидают на неё свирепые взгляды. Та разворачивается и бежит обратно к двери квартиры, остальные — за ней.
Только Мари остаётся. На лице у неё странная смесь серьёзности и лёгкого опьянения — видно, что выпила, но ещё держится. Она смотрит на меня так, будто готова вытянуть из меня признание любыми способами. И мне так и хочется рассмеяться: вот она, наша Мари.

С самого первого дня мы с ней нашли общий язык. Нас познакомила Рэн. Тогда мы просто перекинулись парой фраз, а потом оказалось, что мы обе смотрим один и тот же сериал. С того дня — неразлучны. У нас одинаковые хобби, вкусы в книгах и фильмах. Остальные предпочитают листать ленту в Instagram, а мы с ней зарываемся в романы до утра. Я буквально затащила её в чтение — и теперь не жалею.

— Ну-ка рассказывай, что случилось? — язвительным тоном спрашивает она, не отводя от меня взгляда.

— Ммм… ну… нечего тебе сказать, — отвечаю я, чувствуя, как начинают дрожать руки.

— Не ври мне, ведьма. Я знаю, что ты врёшь. Так что тебе стоит сразу всё рассказать, иначе…

— Что? Не будешь со мной разговаривать больше? — усмехаюсь я, поднимая бровь.

Она закатывает глаза и начинает шлёпать меня по рукам и плечам. Бьёт несильно, скорее по-дружески — и мне становится смешно.

— Ах так? Тогда получай! — она не останавливается, и я, смеясь, хватаю её за руки.
— Ладно, ладно! Скажу, только прекрати! — говорю я, всё ещё смеясь.

Мари выдыхает, скрещивает руки на груди и смотрит на меня с видом: «я жду».

— Пойдём внутрь, я замёрзла. И хочу поговорить с вами, — говорю я, натягивая улыбку.
Она сразу улавливает интонацию, кивает — и мы идём в комнату.

— Ах ты стерва! Как ты могла нас бросить, ничего не сказав, и уехать с каким-то придурком?! — кричит Мава, едва мы заходим.
Я снова благодарю судьбу за то, что на нашем этаже никого нет — иначе нас давно бы выгнали за нарушение тишины.

— Он не придурок! — защищается Николь. — Он просто предложил подвезти меня. Я немного перебрала с алкоголем и согласилась. Я думала, вы ничего не заметите…

Мава хватает подушку — не знаю откуда — и метко бросает в Николь. Подушка врезается ей прямо в лицо. Мы все не выдерживаем и начинаем смеяться.

— Ты ещё и защищаешь его! — возмущается Мава. — Ты хоть подумала, что он мог с тобой сделать? Мы с ума сошли от волнения, когда тебя не было!

— Она права, Николь, — говорит Шэн уже спокойнее. — Ты должна была нас предупредить. Кто знает, что могло случиться? Тебя могли опоить или… — она запинается. — Изнасиловать. Ты вообще об этом подумала?

В комнате становится тихо. Я смотрю на Николь — она опускает взгляд, её плечи дрожат.
— Простите, девочки… — говорит она почти шёпотом. — Он не казался плохим. Он был вежлив и мил, поэтому я согласилась…

В её голосе звучит не только вина. Что-то ещё. Что-то, что я не могу пока разобрать.

— Ладно, с этим ясно. — Рэн, стоявшая всё это время у стены, переводит взгляд на меня. — Но откуда ты узнала, Фэй?

Все тут же поворачиваются ко мне.

— Да, откуда ты узнала? — спрашивает Николь.

— И ещё, — добавляет Шэн, — откуда ты узнала, кем был тот парень, который отвёз Николь?

И в этот момент все взгляды снова прикованы ко мне. Я делаю глоток остывшего чая, чувствую, как пересыхает горло, и тихо вздыхаю.
Разговор только начинается.

— Ладно, садитесь поудобнее, — говорю я ровным голосом. — Ваннеса, поставь, пожалуйста, чай. Разговор будет очень долгим.

Ваннеса кивает, встаёт с дивана и идёт заваривать чай. В такие моменты я сама обычно завариваю себе чай и устраиваюсь поудобнее. Присаживаюсь на диван, а девочки начинают распределяться: Мари и Николь садятся на ковёр, Рэн убирает телефон подальше, Шэн берёт подушку и обнимает её. Все их взгляды прикованы ко мне.

— Держи, Фэй, — говорит Ваннеса, протягивая мне чашку чая.
— Спасибо, — отвечаю, делаю глоток и сажусь на стул возле кухонного стола. Наступает пауза, и я начинаю.

— Вы все знаете, что Юэн и Айзек тоже здесь, — начинаю я. — Итак, начнём с того, что мы их видели сегодня с Шэн, когда шли в наш корпус.

— Подожди что?! Вы их видели и только теперь нам говорите?! — возмущённо восклицает Терезза. Остальные начинают кивать.

— Мы хотели вам сказать после занятий, — продолжаю я, — но Мава сказала про вечеринку, и мы не стали вам сообщать, чтобы не портить настроение.

— Ладно… а что ещё случилось? — спрашивает Мари.

— Если кратко, когда мы шли с Шэн, я схватила её за руку и повела, но обернулась и увидела, что какая-то блондинка почти прыгнула на Юэна, обхватив его руками, а он ей улыбался… — я делаю паузу и ловлю её взгляд. — Да, Шэн, я должна была рассказать, но ты сама была на грани, и я не хотела тебя беспокоить.

Я вижу на их лицах смесь смятения, грусти, злости и отчаяния.

— У меня просто нет слов! — вздыхает Ваннеса.

— А у меня есть, — вмешивается Мари, голосом, полным раздражения. — Где были ваши мозги, когда вы обе влюблялись в этих козлов?!

— В заднице ты довольна, в заднице! — вставляет Шэн.

Рэн ободряюще хлопает Мари по плечу, пытаясь её успокоить.

— Это ещё не всё, — продолжаю я после глотка чая. — На вечеринке, когда мы танцевали, мы с Мавой заметили компанию Юэна и Айзека.

— Да, а потом Айзек подошёл к нам и спросил, где ты, Шэн, — добавляет Мава, устремляя взгляд на подругу.

Шэн напрягается, её глаза округляются, она явно в смятении.
— Повтори, что ты сказала, Мава? — спрашивает она нервно.

— Айзек спрашивал, где ты, — отвечаю я, — а я сказала ему: «Не подходи к ней, если хочешь остаться с двумя ногами».

— Охренеть… — вздыхает Терезза.

— А потом, когда я пошла искать Николь, — продолжаю я, — я столкнулась с Юэном на втором этаже. Он сказал, что парень из его команды отвёз её домой.

Я говорю это спокойно, стараясь, чтобы голос не дрожал. Я не хочу рассказывать, как он схватил меня и прижал к стене, потому что тогда Мари снова начнёт лекцию про «как нужно было ударить ему по яйцам».

— У меня просто нет слов, — тихо говорит Николь.

— Я правда не знала, что он друг Юэна, — добавляет она. — Он просто… просто…

— Не надо, Николь. Мы всё понимаем. Просто будь осторожна в следующий раз и предупреждай нас, если куда-то уезжаешь, — говорю я с натянутой улыбкой.

В комнате снова становится тихо. Девочки слегка приходят в себя, но напряжение ещё ощущается.

Мы постепенно расходимся по своим комнатам. Я закрываю глаза, и мысли о сегодняшнем вечере начинают утихать.

* * * *

Утро выдалось на редкость тихим. Я спешила по аллее, ведущей к корпусу — лёгкий ветер касался кожи, небо было бледно-голубым, а солнце только начинало пробиваться сквозь лёгкие облака. Аромат кофе и свежеиспечённых булочек доносился от студенческого буфета, но я даже не успела остановиться.

Аудитория была наполнена привычным шумом — листы, приглушённые голоса, шаги преподавателя. Мы начали новую тему, но мысли мои блуждали где-то далеко. Я машинально делала записи, пока слова преподавателя превращались в фоновый шум.

Когда пара закончилась, я собрала вещи и вышла в коридор. Телефон в сумке завибрировал — короткое уведомление:
Шэн: Мы в кафе, приходи.

Я набрала ответ — Ок — и уже хотела свернуть к выходу, как вдруг взгляд зацепился за окно. Где-то вдали, на самой окраине Кингстона, над деревьями виднелись очертания старого здания.

Замок.
Точнее — то, что от него осталось.

Я слышала о нём — старинное здание, принадлежавшее когда-то древней семье. Местные студенты называли его «тенью Кингстона». Говорили, что внутри всё ещё сохранились старые зеркала и лестницы, ведущие в никуда.

Любопытство кольнуло изнутри.
Я снова достала телефон.
Я: Через 30 минут буду.
После отправки спрятала его в карман и направилась к окраине.

Дорога шла мимо пустых улиц, за которыми начинались заросли. Воздух становился прохладнее, а ветер — сильнее. Листья кружились под ногами, шурша по старым каменным плитам. И наконец, за поворотом показалось оно — здание, словно вырезанное из старого сна.

Замок возвышался мрачным силуэтом на фоне серого неба. Стены покрыты мхом, часть окон разбита, но башни и резные арки всё ещё сохраняли былое величие. Дверь скрипнула, когда я осторожно толкнула её.

Внутри пахло сыростью и пылью. Лучи света пробивались сквозь щели, ложась полосами на каменный пол. Где-то капала вода, звук эхом расходился по коридору.

Я медленно шагала вперёд, пальцы скользнули по холодной стене.
Шаг. Второй. Третий.

И вдруг — еле слышный шорох за спиной.

Я обернулась.
Тишина. Только моё дыхание.

Сердце застучало быстрее.
— Есть тут кто?.. — голос дрогнул, и я тут же пожалела, что заговорила.

Из тени, медленно, будто растворяясь из темноты, выступает силуэт. Шаги становятся отчётливее. Свет падает на его лицо.Юэн.

Он стоит всего в нескольких метрах, руки в карманах, взгляд холодный, но в нём что-то другое — напряжённость, будто он сам не ожидал меня здесь увидеть.

— Любишь гулять одна по старым местам маленькая кошка? — его голос звучит низко, глухо, и от этого по спине пробегает дрожь.

Я невольно делаю шаг назад, но глаза не отвожу.