Глава 9
Юэн
Матч должен был пройти как обычно. Чётко, быстро, механично. Последние два года я живу именно так — без лишних мыслей, без лишних чувств. Эмоции — это слабость. Слабость — это то, что больше никогда не должно повториться.
Вы готовы! — за спиной раздаётся серьёзный голос тренера. И все сразу же занимают позиции.
Да сэр! — отвечает Грэйсон и делает стойку солдата из армии, выглядит не дурно однако, я киваю тренеру и он вздыхает.
Но всё рушится в секунду.
Я вижу её.
Фэй здесь оказалась, но взгляд у неё — такой же, как раньше. Осторожный, цепкий… ранящий. Сердце на миг пропускает удар, и это бесит. Бесит до хруста в зубах.
— Юэн, на позицию, — кричит капитан.
Я киваю, хотя почти не слышу его. Всё внутри будто сдвигается. Два года я глушил всё, что связано с ней. Успокаивал себя тем, что больше не столкнусь с этим прошлым. Что расстояние — защита.
Но она снова здесь.
И я снова падаю.
Матч начинается. Я всегда играю жёстко, но сейчас… сейчас я чувствую, как злость поднимается волной. Каждый звук раздражает. Каждый игрок кажется медленным. Повторяю себе: сконцентрируйся, Юэн. Но стоит мелькнуть её силуэту — и контроль исчезает.
Первый толчок — сильнее обычного.
Второй — почти грубость.
Третий — прямой на грани фола.
— Эй, полегче, — бросает Айзек, обгоняя меня. — Что с тобой?
Я не отвечаю. Горло слишком tight, дыхание сбивчивое. Не из-за нагрузки. Из-за неё. Из-за того, что всё, что я хоронил, снова оживает, как будто этого никто не спрашивал.
Он всматривается чуть внимательнее.
И его взгляд меняется.
Он тоже увидел её.
И понял.
Айзек резко сворачивает ко мне, хватает за форму, вытягивая на секунду из игры.
— Юэн, — его голос тихий, но жёсткий, — если ты так продолжишь, ты кого-нибудь покалечишь.
— Отстань, — вырываюсь.
Но он не отходит. Он смотрит на меня так, будто читает мысли.
— Она тут, да?
Я замираю.
Он понял.
Раздражение вспыхивает в груди, густое, тяжёлое. От того, что он прав. От того, что я не могу скрыться. От того, что моя реакция — такая слабая, такая предсказуемая.
— Это на меня не похоже, — наконец говорю.
— Ага, — хмыкает Айзек. — Как и то, что ты сейчас играешь, будто хочешь кого-то стереть с поля.
Он отпускает меня и уходит, но перед этим бросает короткое:
— Она всё ещё для тебя что-то значит.
И это самое страшное.
Потому что я не могу сказать «нет».
Матч продолжается, но я почти не ощущаю землю под ногами. Тело работает на инстинктах. Голова — в хаосе. Каждый раз, когда я поворачиваюсь в сторону, где стояла Фэй, что-то внутри сжимается до боли. До того самого чувства, которое я считал давно мёртвым.
И если она пришла… значит ли это, что всё снова начинается?
Или что прошлое просто отказывается отпустить?
---
Если хочешь — мы можем написать следующую сцену:
Айзек после матча подходит к нему, а напряжение между Юэном и Фэй усиливается.Хорошо. Теперь сцена после матча — атмосфера сгущается, напряжение между Юэном и Фэй становится ещё тяжелее. Айзек чувствует, что что-то не так, а Фэй старается сделать вид, что всё равно, хотя внутри всё рушится.
---
Продолжение — от лица Юэна
Матч заканчивается под свист судьи. Команда довольна — победа. Но мне всё это безразлично. Я выхожу с поля первым, скидывая перчатки и чувствуя, как руки дрожат. Не от усталости. От того, что я не могу выбросить её из головы.
В раздевалке шумно, но в моём сознании — как будто тишина, давящая и тяжёлая.
— Юэн! — голос Айзека режет воздух.
Он догоняет меня в коридоре. Майка у него на плече, волосы мокрые, лицо серьёзное до неприятности.
— Нам надо поговорить.
— Не сейчас.
— Именно сейчас, — он преграждает путь. — Ты сегодня был как на взводе. Если бы судья не пожалел тебя, тебя бы удалили.
Я сжимаю зубы.
— Я просто устал.
Айзек хмурится.
— Перестань. Я знаю тебя слишком давно. Это не усталость. Это она.
Все мышцы в теле напрягаются.
Он продолжает:
— Ты её увидел, да?
— Айзек, — предупреждаю я и отворачиваюсь. — Не лезь.
— Тогда скажи мне одно, — он слегка наклоняет голову, будто пытается поймать мой взгляд. — Почему ты после двух лет молчания выглядел так, будто тебя ударили по сердцу?
Я задерживаю дыхание. В памяти всплывает образ Фэй: её глаза, мгновенно погасшие, когда наши взгляды встретились. Не злость. Не ненависть.
Боль.
Та же самая, которую я когда-то оставил в её груди.
Я не хочу об этом думать.
— Всё в прошлом, — выдавливаю.
Айзек тихо усмехается:
— Враньё. Если бы было в прошлом… ты бы сегодня не пытался разнести полкоманды.
Он собирается сказать ещё что-то, но резко останавливается — взгляд его уходит куда-то за моё плечо.
— Повернись, — шепчет он.
Я чувствую её присутствие раньше, чем вижу. Как будто воздух стал другим.
Я поворачиваюсь.
Фэй стоит в конце коридора.
На ней простая одежда, волосы собраны — кажется, что она пыталась выглядеть спокойно. Но в глазах… буря. Негромкая, тихая, но от неё сжимается всё внутри.
Она явно пришла не ко мне.
Её внимание — на Айзеке. А потом, секундой позже, на мне.
И этого мгновения хватает, чтобы в груди что-то разорвалось.
Айзек тихо шепчет:
— Чувствуется, да?
Я не отвечаю.
Потому что она теперь подходит ближе. С каждым шагом — будто заново открывает старую рану. Смотрит не на меня — сквозь меня. Как будто я давно стал чужим.
Она делает короткий кивок.
— Шэн просила передать, что мы идём в общагу. Выходите, когда будете готовы, — её голос ровный, но слишком холодный.
Слишком чужой.
Айзек мягко отвечает:
— Ладно, сейчас подойдём.
Фэй уже разворачивается, но в секунду, когда она поворачивает голову, её глаза встречаются с моими.
И там — то же, что и у меня.
Боль. Сдержанная. Непрошеная. Не прошедшая.
Она быстро отводит взгляд и уходит.
Когда её шаги затихают, Айзек тихо выдыхает:
— Брат… вам обоим нужна терапия.
Я не смеюсь.
Потому что знаю: он прав.
Но хуже всего то, что, кажется…
мой кошмар снова начинается.