Глава 5: Простуда.
Аэропорт. Ясное небо над головой, обычный день сентября. Я прохожу к стюардессам с документами в руках. Несколько часов, по истечению которых я уже буду в Праге. Небольшой адреналин, руки немного трясутся и я уже не борту самолёта.
- Солнце, пора вставать. - сонно промурлыкала подруга, нырнув под одеяло с головой.
Юность - прекрасная время, когда у тебя нет похмелья.
На часах семь утра, будильник предательски пищит, указывая мне поднять свое тело с кровати и пойти умываться. Я ставлю будильник на повтор через пять минут и кладу телефон на тумбочку.
Тело горит, нос практически не дышит, в горле першит, а голова просто взрывается. Мне больно шевелить головой, больно думать. Где-то в сознании во всю чирикает Дятел Вуди и разбивает об мой пустой мозг чугунную кувалду.
Я как можно нежнее укрываюсь одеялом до самого носа и складко зеваю. Позвольте мне остаться в кровати на весь день. У меня слипаются глаза и вновь проваливаюсь в сон на пару секундочек, но будильник разрывается снова и я встаю с кровати.
Похмелья нет, но чувствую себя ужасно помято. Иду в горячий душ, в попытках придти в себя. Стало немного лучше, но в зеркале меня встречает существо с красным носом и таким же красными глазами.
Сушу волосы холодным воздухом, делаю укладку на скорую руку, тканевая маска на лицо, лёгкий макияж и я уже в норме. То, что я приболела - видно неворооруженным глазом. Больная, сопливая, с кашлем и чихами.
На телефон приходит уведомление:
Кирилл: в 8:05 у калитки. Заберу тебя от подруги.
Руки обессилены, но я набираю ответ.
Иллирия: Спасибо. Будет очень кстати.
На завтрак остаётся мало времени, поэтому просто заливаю мюсли с орехами и сухофруктами йогуртом и как можно быстрее перекусываю.
Мои вещи сырые после стирки, вещи после прогулки разбросаны по всей квартире, поэтому лезу в шкаф за чем-нибудь более подходящим.
В полудрёме натягиваю нижнее белье, фиолетовую футболку оверсайз и черные спортивные штаны. На ноги одеваю высокие носки с пиццей и кроссовки. На тело падает мое черное пальто, которое когда-то взяла у меня Крис. Помню, что тогда был ветер, а она пришла ко мне в топе, но сейчас это совсем не важно.
Я кормлю Макса, нахожу ключи от квартиры и ухожу на учебу как можно тише, чтоб не разбудить подругу. Сучка, которая может сладко спать, когда мне к первой паре.
За воротами стоит уже знакомый синий Wolkswagen. Кирилл выходит из машины в какой-то черной толстовке с ярким принтом и узорами, озаряя меня бодрой улыбкой. Парень обнимает меня за талию и спину, прижимая к себе, заботливо открывает дверь, подаёт мне руку и я падаю в машину. Галантность буду проявлять не сегодня.
- Ты неважно выглядишь, - говорит он мне, бросая короткий взгляд. Мы выезжаем на главную дорогу от частных домов.
- Да, нагулялась под дождем. - отвечаю я ему, почесываю нос. Все время нос зудит и постоянно хочется чихать, поэтому в кармане лежат сухие носовые платочки.
Друг резко тормозит, меня немного качнуло. - Да ты заболела! - парень дотрагивается губами до моего лба и рукой впечатывает в сиденье. - Спи. Разбужу, когда приедем.
Я послушно киваю и закрываю глаза. Чувствую, как на меня падает мягкий и пушистый плед и моментально засыпаю.
- Просыпайся. Мы приехали, - Друг бережно теребит меня за плечо и подаёт мне карамельный фраппучино из Старбакс. - Согреешься хоть.
Пары проходят нудно, голова все время идёт кругом и временами трудно дышать.
- Ты чего это? - спрашивает у меня Костя, забирая в свои объятия.
- Она заболела, - коротко отвечает Кирилл. - поэтому попрошу вас ее сегодня особо не тревожить и хорошо за ней присмотреть, пока меня не будет.
- А ты куды? - Вася в непонятках смотрит на друга, который уже сваливает вниз по лестнице.
- На работе буду до конца дня. Там какие-то нестыковки в отчёте.
Меня моментально облепили заботой. Всегда ее нехватало, когда болела. Мама с папой за километр обходили меня стороной, пытаясь не заразиться, либо вообще уезжали жить на работу. Каждый разъезжался по своему офису, оставляя меня одну в огромном особняке. Готовить еду самой, ходить в аптеку за лекарствами. Иногда было настолько плохо, что с огромным трудом могла дойти до туалета. В эти дни ко мне на помощь всегда прибегала бабушка. Она заботливо поливала все мамины цветы, приносила еду в постель и жалела. После девяти с простудой приходилось справляться самой, так как родители были категорически против присутствия пожилого человека рядом с больным ребенком, поэтому бабушке мы о моей болезни старались не рассказывать.
Из самостоятельной девушки я превращаюсь в капризного ребенка, которому плохо, одиноко и тяжело, поэтому я часто плачу, когда болею. Сплю целыми днями, сутками не ем и валяюсь в кровати, как овощ.
Потом я стала немного хитрее и целый день валялась в горячей ванне и сразу после нее, либо под утро от простуды не оставалось и следа. В первый день я все равно капризничаю и плачу.
- Милая, тебе плохо? - Стас подхватывает меня на руки и несёт по коридорам универа к нужной аудитории. Меня держат крепкие руки, в которых мне не о чем переживать. - Потерпи немного. Осталось всего три пары отсидеть.
Девушки провожали нас ошарашенным видом, глаза вылетали из орбит и открывались рты. Не стеснялись поворачиваться и с завистью смотреть в след. Это не может не льстить, но сейчас я не должна об этом думать.
Костя кормит меня теплым молочным коктейлем и я лежу у него на плече. Сейчас пара высшей математики и я пытаюсь включить мозг, но голова сильно болит. Я начинаю кашлять и чувствую, насколько больно даётся мне каждый вздох.
- Егорова, - обращается Михалыч ко мне. - Может, вы расскажете всем лекцию?
Черт, как же он не вовремя.
- Извините, я немного неважно себя чувствую. - отнекиваюсь я и чихаю в бумажный носовой платок.
- Выйдите из кабинета, высморкайтесь, умойтесь и вернитесь обратно в аудиторию, но за первый ряд, чтоб я вас видел. Сегодня ваше место тут.
Я молча встала, прошлась по ряду и начала делать шаги по ступенькам. Первая.. вторая..пятая. В глазах заметно мутнеет, но я держу себя в руках. Осталось меньше половины, потом просто повернуть направо и прямо до выхода. Ещё пара шагов и черный экран. Я смотрю по сторонам, но не вижу ничего. Чувствую, как натыкаюсь на угол стола и падаю. В обморок не упала, но жопе и ляшке больно.
Ко мне подбегает Вася, - Несите ношатырь! У нее упадок сил и температура!
Роберт Михайлович выключает микрофон и идет в мою сторону. - Вызовите родителей, пусть они ее заберут.
- Ее родители в Чехии и вернутся только через месяц. - отвечает Стас.
- Тогда позовите сестру, - раздражённо, но обеспокоенно продолжает преподаватель.
Уже не такой смелый голос отвечает: - Врач сегодня с десяти тридцати. - Илона гордо отводит нос в сторону, но достает термометр из сумочки.
- Да ничего страшного. У подростков такое бывает, - пытаюсь не усугублять ситуацию, отстраняю от себя Василия и пытаюсь сделать пару шагов к своему месту. Ноги совсем не держат и трясутся.
- Кто сегодня на машине? - взволнованно спрашивает мужчина.
- Я! - Дэн поднимает руку и встаёт из-за стола.
- Миронов, отвезешь ее до дома, а там проследи за ее состоянием пару часов. Если будет совсем плохо, то вызывайте скорую. На сегодня оба свободны.
- Почему скорую не вызвать сейчас сюда? - спрашивает Ксюша. Милая тихая девушка с ничем не примечательной внешностью.
- Дорогая, врачи сейчас могут опоздать на вызов к умирающему человеку, а мы их будем тревожить по обычной температуре. - вежливо ответил мужчина Ксении. Тут я с ним полностью согласна. В скорую можно набрать для консультации, либо вызвать при экстренном случае. У меня особо высокое уважение к медикам и низкий мой к ним поклон.
Даня подлетает ко мне, перепрыгивая через несколько ступенек, берет на руки и выбегает из аудитории. Обычные тихие коридоры, в кабинетах идут лекции и практика, но он летит, словно муха. В голову с каждым его шагом отдает боль. Хочу вставать и пойти сама, но не могу ничего сделать. Стыдно от своей беспомощности и бездействия.
- Как ты так умудрилась? - спрашивает парень уже в машине.
- Ну, - протягиваю я, - сначала промокла под ливнем после пар, а потом напилась и пошла гулять под ливнем по ночной Москве.
- А если бы что-то случилось?
- А со мной собака служебная, поэтому все норм. - уверенно отвечаю я.
- Так, у тебя уже помутнение рассудка.
- Да нормальная я! - гаркаю я ему, - просто немного выпили, но собака реальная.
- А выпивка тогда виртуальной была?
- Ну ты и дундук... - обречённо выдаю я. Как можно быть таким дураком?
- Сама бурундушка! - смазливо и грубо отвечает он.
- Кто??!!
- Ты!
Не знаю почему, но меня это задело. Скорее всего, виновато вялое состояние, но мне стало обидно. Оставшееся время мы ехали в гробовой тишине.
Я сама вышла из машины, прошла на территорию дома и уже приготовилась закрыть калитку, но Даня перегородил мне путь, отодвинул меня и прошел со мной.
- На сегодня я за тобой обязан следить. - парень сказал это так, словно от одного моего вида его начинает тошнить. Так брезгливо и холодно. Так остраненно и обжигающе, как одна из стрел в спину.
Я прошла в дом, сняла обувь, поднялась на третий этаж и залезла на кровать.
- Где у тебя аптечка? - парень прошел в мою комнату, остановившись посередине на мягком голубом ковре.
- Родители увезли все таблетки с собой в Прагу. - я отвернулась к окну, прижав ноги к себе.
- Блять, теперь ещё и за таблетками ехать.
Да что он о себе возомнил? Он мог просто вывести меня на улицу и оставить. Он мог просто подвезти меня до дома и уехать на все четыре. Зачем заходить со мной домой, стоять посреди комнаты и возникать, когда можно взять и уйти.
- Твоим родителям на тебя совсем насрать, да? - произнес он холодным тоном.
С последними силами встала с кровати и подошла вплотную к нему. - - Не нужно мне никаких таблеток, а то ещё отравить меня вздумаешь! Просто развернись и уматывай на все триста шестьдесят градусов после того, как выйдешь за пределы территории этого дома! - закричала я на него и тыкнула пальцем в грудь.
- Кто это тут у нас голос подал? Тебя вообще манерам не учили? Могла хотябы "спасибо" сказать.
- Канарейке чирикать не разрешали. Я сейчас твою клетку накрою тканью и ты зазахлопнешь свой клюв!
- И это моя благодарность? - опешил тот.
- Да засунь свою благодарность куда подальше! И вообще, я - не бурундук! - обида засела где-то внутри. Глаза стали мокрые и по щеке потекла слеза. Вместе со всхипами и соплями я начала глотать обиду.
Эдвард подошёл ко мне вплотную, нагнулся. - Кис, ты чего? Обиделась что-ли? - я толкнула его руками в грудь, но получается плохо. Мои силы на исходе, но я стараюсь этого не показывать. - Михалыч дал четкое задание: присмотреть за тобой.
- Препода можешь и не слушать. Спасибо за доброту, а теперь уматывай подальше от меня. - Я отошла от него и вышла из комнаты. Ухаживать ещё за мной он будет, да я сама кого хочешь заухаживаю. Бесит. На ватных ногах, полупьяной походкой, я спускаюсь на первый этаж и через зал выхожу к входной двери. На холодные ступни надеваю осенние ботинки прямо без носков.
- Значит, родителям на тебя все же пофигу, - снова константирует факт Дэн. Его глаза уставились на меня. - Бегом в постель! - Парень подхватывает меня на руки и тащит на второй этаж в мою комнату. Я барабаню кулаками по его спине, но они явно не ощутимы. У Дани сильное мускулистое тело, да и у меня сейчас сил вообще нет.
Парень лёгкими движениями осторожно скидывает меня на кровать. - Лежи и не рыпайся. Даже не думай, чтоэто что-то щначит
- Пойми, - пытаюсь встать с кровати, но он откидывает меня обратно. - Я привыкла болеть одна. Родители с раннего детства оставляют меня одну, поэтому я и сама могу справиться без твоей помощи, да и ты мне нахрен не сдался - я силой оттолкнула его в сторону, рывком встала с кровати, но он снова меня повалил. У этого засранца сил в сотни раз больше, чем у меня.
- Угомонись ты уже! - закричал он на весь дом. Мои руки заломаны за спину, а его тело повисло над моим. Лицо в подушке оставляет мокрые следы от слез, становится трудно дышать. - Я привезу тебе лекарства и оставлю тебя в покое.
- Урод, отпусти! Мне же больно! - жалостно пропищала я. Запястья были сдавлены так, что я уже их не чувствовала. Он сел своей толстой жопой на мою спину и напряжённо дышал в шею.
Даниил отступился. Он медленно слез с моего тела, посмотрел на меня острым взглядом и вышел из моей комнаты. - Я в аптеку, лежи и отдыхай.
Голова раскалывалась. Перед глазами все плыло, а за окном уже было темно. На часах около трёх часов ночи. Я проспала весь день. Меня начинает тошнить. Вырывается сильный кашель, лечу кривой походкой в туалет на втором этаже и начинаю блевать. Обычная желчь, ведь нормально ела я у Кристины уже позавчера и вечером.
- Выпей немного воды. - по голосу сразу стало понятно, что Дэн остался у меня дома. Он подошёл ко мне сзади, придержал запутавшиеся рыжие волосы и подал стакан воды.
Я залпом выпила всю воду, ведь в горле пересохло. Каждая капля воды превратилась даже не в бальзам, а кондиционер на душу и я жадно осушила все до единой капли.
- Спасибо, - поблагодарила я его скрипучим голосом. Отдала ему стакан трясущейся рукой, попыталась встать самостоятельно. Ноги дрожат и я почти падаю.
- Да не за что. Я отнесу тебя в кровать. - Даня взял меня на руки и понес на первый этаж в зал.
- Давай посмотрим фильм? - предложил он мне. - Ты проснулась и спать совсем не хочешь, поэтому можно что-то посмотреть.
- Тебе нужно домой. - коротко ответила я. Почему он не ушел сразу после того, как вернулся из аптеки? Я правда очень благодарна, но такая забота лишняя. - Уже очень поздно.
Парень удивился, что стало понятно по его ошарашенным голубым глазам. Большим пальцем он провел по подбородку и смахнул выбившиеся волосы обратно назад. - Правильно, на улице глубокая ночь, а ты гонишь меня в такое время домой. Где твоё гостеприимство? - Он приподнял меня за спину и положил под нее большую подушку с дивана, взял пульт и включил телевизор. Играя кнопками, зашёл в браузер и начал выбирать фильмы на ivi.
Да, теперь я действительно чувствую себя неловко. Он носится со мной, как с медведем, весь день со мной нянчиться, а я его посреди ночи ещё и выгоняю. Но он тоже виноват, обидел меня своими колкостями даже тогда, когда мне не до взбучек с ним.
Я осмотрела зал и пробежала глазами в кухню. Гора посуды в раковине помыта, на журнальном столике перед диваном стоит газировка, тарелка с фруктами, спрей от насморка и жаропонижающее. Мне стало немного стыдно.
- Ты даже самостоятельно по дому не можешь передвигаться, - сказал парень, взмахивая рукой над головой. - Как ты обычно болеешь?
- Да как-то сама обычно справляюсь, - тихо ответила я на его вопрос. Шумно выдохнула, посмотрела в белый матовый потолок. В некоторых местах на потолке расположены круглые зеркала. В зале мы сделали ремонт около месяца назад. - Родители с раннего возраста оставляют болеть одну дома, поэтому привыкла.
- А как именно ты справляешься? Тебе нужно что-то себе приготовить, встать с кровати в конце концов.
- Слушай, - я сделала небольшую паузу, подбирая нужные слова для ответа. - Еду приносит бабушка, когда мне совсем плохо, а так я просто все время сплю. Когда болеешь -- даже есть не хочется, - дышать стало тяжело и я начала кашлять. Голос почти полностью пропал, воздух в зале очень сухой. - Будь добр, открой пожалуйста окно.