Кинг

– Что за грёбанная привычка кидаться ночью мне под машину? - зло спросил Кинг, медленно, но с тем свирепо приближаясь к Валенсии. Она молчала.
В голове был шум, из тех, что показывали экраны старых телевизоров, когда кто-то задевал антенну. Мысли метались в голове как сумасшедшие. Все они были о друге. О ситуации, которая произошла пару минут назад. О желании ему помочь, найти его. Точно, его срочно нужно было найти. Но её пьяный мозг вдруг отодвинул всё на второй план и Валенсия просто стояла, выдыхая горячий пар и смотрела снизу вверх в глаза Кинга. Глаза человека, которого только утром ненавидела, но сейчас от этой ненависти не оставалось и следа. Её голова была настолько сейчас забита, что для презрения Кинга не оставалось места. Поэтому сейчас его чёрные омуты неожиданно показались такими невероятно красивыми. Она смотрела в них не отрываясь, её будто затягивало в них. Как в чёрную дыру, в Бермудский треугольник, туда куда утягивает навсегда и где тебя никто не отыщет. И на мгновение ей вдруг стало страшно. Страшно утонуть и потеряться в этих холодных, стеклянных, но таких глубоких, бездонных глазах. Их окутывала оглушающая, какая-то неестественная тишина, поэтому девушка вздрогнула от испуга, когда Рей, принюхавшись произнёс:
– Ты снова пьяна? - он криво усмехнулся и продолжил. - это начинает входить в привычку, тебе не каж...
– Помоги. - резко перебила его Валенсия, чему удивилась даже больше чем Кинг. Но даже на нетрезвую голову она понимала, что самой ей сейчас Руди не найти, а о том, чтобы оставить его, она и думать не могла.
– Что? - мужчина смотрел на неё, сощурившись. Господи, Колман, что ты творишь? Кого просишь о помощи? Это же Кинг. Он ненавидит тебя, ты ему противна и сегодня утром он чётко дал тебе это понять. И он последний, кто станет тебе помогать. Мысленно выругавшись на себя, она отмахнулась.
– Н..ничего, забудь..забудьте, я...я сама - она начала судорожно размахивать руками и уже развернулась, чтобы поспешить на поиски друга, когда её схватили за предплечье.
– Колман, что случилось? - она повернулась к нему и быстро ответила.
– Ничего.
– Тогда садись в машину, до общежития далеко. - это он сейчас предложил её подвезти? Точнее, скорее приказал.
– Не могу...я - он испытующе смотрел на неё и она не выдержав, отвела взгляд и сдалась. - Руди. Я должна найти его.
Он лишь вопросительно посмотрел и поэтому она продолжила.
– Кое - что случилось. И мне нужно его найти. Я думаю...думаю его нельзя оставлять сейчас одного. - Кинг нахмурился, а затем развернулся в сторону машины и бросил короткое:
– В машину. - только Валенсия открыла рот, чтобы возразить, что она не поедет в общежитие, как он добавил. - или ты пешком собралась искать его?
Девушка, потупив секунду, тут же рванула на пассажирское место.

Искать Грина долго не пришлось. Они петляли около 20 минут, прежде чем Валенсия, увидев знакомую фигуру, вылетела из машины и побежала к другу.
– Руди! - он испуганно обернулся.
– Что ты...что ты здесь делаешь? – он выглядел абсолютно потерянным.
– Тебя искала, идиот! - парень хотел было что-то сказать, когда заметил машину за спиной подруги. Она проследив за его взглядом, начала быстро объяснять.
– Это Кинг. Честно говоря, я случайно столкнулась с ним и просто попросила помочь найти тебя. - у Руди сразу же в ужасе расширились глаза.
– Ты рассказала ему..- начал он, но девушка тут же принялась успокаивать его.
– Нет, ни слова. Лишь сказала, что тебе нужна помочь. - он опустил голову и ей пришлось слегка наклониться, чтобы заглянуть ему в глаза. - Руд, я никому не рассказывала, клянусь.
Он стоял в полной растерянности и она видела как ему было страшно. Сейчас она понимала это как никогда потому что...потому что сама почувствовала подобное, смотря на Кинга. Валенсия притянула к себе друга за руку и крепко обняла за шею. Руди обнял её в ответ ещё крепче. Настолько, что Вал стало трудно дышать, но она не возражала, а лишь тихо произнесла.
– Всё будет хорошо, я обещаю. - она гладила его по волосам. - поехали домой, ладно?
– Угу.

Когда они вернулись в машину, Рей не сказал ни слова, лишь поздоровался с Руди, но не стал ни о чем расспрашивать, за что оба друга были ему благодарны. Они доехали до общежития в тишине и всё это время Валенсия крепко сжимала руку друга, будто боялась, что он снова может убежать. Выходя из авто, она попросила Кинга не уезжать и сказала, что сейчас подойдёт. Так как парни и девушки жили в разных корпусах, им с Руди пришлось попрощаться. Парень ушёл, поцеловал подругу в макушке, как он часто делал, и поблагодарив за всё, а перед этим молча отблагодарив и ректора, уважительно ему кивнув. Кинг наблюдал со стороны и коротко кивнул в ответ парню. Он безбожно упустил момент, когда начал размышлять о том, кем же всё-таки приходится ей этот крашенный хилый паренёк. Он не видел их как пару. Рядом с ней должен быть кто-то...
– Мистер Кинг. - предмет его мыслей же их и прервал, подойдя к окну водительского, которое сейчас было опущено. - спасибо вам. Возможно, без вас я бы не смогла помочь другу – значит, друг. Ожидаемо. - вы были не обязаны и поэтому это очень дорого для меня. Спасибо ещё раз. И спокойной ночи!
Не дожидаясь ответа, она развернулась и быстрым шагом направилась к дверям общежития. А Кинг лишь усмехнулся и поехал домой, в то время как его телефон разрывался от гневных смс девицы, с которой он час назад отменил встречу.

На утро Валенсия проснулась с ужасной головной болью. Которая была не то от похмелья, не то от обрушившихся воспоминаний прошлой ночи. И вроде как самым главным объектом для размышлений должен был являться Руди. Ей необходимо с ним поговорить и как-то помочь. Но почему-то она не могла перестать думать о Кинге. Который вчера открылся ей в новом свете. Он не оставил её и помог. Молча, без вопросов. Она не привыкла к такой помощи. Дома она всегда была предоставлена самой себе и ей пришлось рано повзрослеть. Валенсия наоборот привыкла к тому, что помощи ждать ни от кого не стоит и полагаться нужно только на себя. Но вчера она проявила слабость. Ради друга. Так она себя оправдывала. Хотя без него она действительно не смогла бы его найти. К тому же он мог просто дай ей уйти, но не дал, когда...правая рука непроизвольно потянулась к левому предплечью, за которое её вчера удержал Кинг. Перед глазами всплыло его идеальное лицо: четкие плавные линии губ, прямой ровный нос и эти чёрные, до сумасшествия красивые глаза. И Валенсия расплылась в улыбке, вспомнив его. А потом в ужасе закричала.
– О.ГОСПОДИ.БОЖЕ.МОЙ! - она подскочила на кровати и тут же, охнув, схватилась за голову, в которой отдалась резкая боль. - чёртово похмелье.
Выпив таблетку аспирина, она начала ругать себя вслух.
– Не смей ещё раз улыбаться при мысли об этом ублюдке. И неважно, что он тебе помог, он всё равно козёл! Юбку для него видите надела. - она попыталась разозлиться на него. Даже швырнула в стену подушку для убедительности. Но даже это не помогло. Она не чувствовала к нему ненависти. Злость? Да. Раздражение? Да. Но прежней ненависти не было. И её это здорово напугало. Потому что она не могла позволить себе простить ему всё только из-за того, что он один раз помог ей. Два - поправил внутренний голос. Точно. Обморок. А ещё он пытался помочь ей в разборке со Скоттом. Но это лишь догадки. Возможно он всё же соврал тогда. Ладно, хорошо. Если он поможет ей ещё один раз, тогда она точно забудет всю ненависть к нему и простит. Не то, чтобы его это как-то волновало. Ему до неё всегда было до лампочки. И он помог бы любой, кто оказался бы на месте Валенсии. Скорее всего даже охотнее. Но для себя самой ей важно было не прощать его просто так.

Когда неделю спустя после Кинг вызвал Валенсию в свой кабинет, она поймала себя на том, что ждала этого каждый день. Потому что после того случая он не вызывал её ни разу. Пару раз она даже сама заходила поинтересоваться надо ли ей на отработки, но Фишер лишь отстранённо пожимала плечами, заваленная своими бумагами и говорила «Мистер Кинг не просил вас приглашать». Все эти дни её сжирали мысли о нём. Точнее о помощи, которую он оказал ей с Руди. Который, к слову тоже с той ночи стал каким-то отрешённым. Он, конечно, всё так же шутил и веселился, но она уже буквально ощущала пары фальши и наигранности, которые исходили от него. Мелани будто вообще ничего не замечала в своих благоговейных разговорах о Кинге (от чего у Валенсии уже глаз начинал дёргаться). Сама же девушка пыталась пару раз завести разговор на ту-самую-тему, но он постоянно находил какие-то отговорки, отшучивался, уводил тему и прочее. В глубине души у Валенсии неприятным комком зарождалось какое-то противное чувство, что их дружба даёт трещины. Между ними тремя прямо таки витала атмосфера лжи, которую можно было уже руками потрогать. Каждый что-то недоговаривал. Но она отбрасывала все эти мысли, не давая себе утонуть в них. Она сосредоточилась на той ночи и Кинге и на том, что они не разговаривали с тех пор. Она уже прокляла себя тысячу раз из-за того, что попросила его о помощи. Думала, что это было жалко. Она была жалкой и выглядела ничтожно в его глазах. Но что больше всего её злило и сводило с ума, так это вопрос – почему она вообще об этом переживает? Он мог ей отказать, но ведь помог же. Значит, всё в порядке. А даже если и нет, её не должно это никак беспокоить. Но её это беспокоило. Поэтому сегодня, когда он вызвал её к себе, она чуть ли не бежала в его кабинет. Только если бы она знала, что её там ждёт, она бы точно побежала. Только в обратную сторону оттуда.

Валенсия пронеслась мимо Фишер, не дав ей договорить её «Мистер Кинг вас ожидает» и едва не ввалилась в кабинет, тут же начав:

— Мистер Кинг, я должна объясн...– начала она сразу и замолчала, увидев перед собой женскую спину в деловом костюме. До ужаса, до боли знакомую спину.
— Передо мной тоже было бы неплохо объясниться. – жестяным и пронизывающим все кости голосом произнесла женщина и обернулась к Валенсии.
— М..мама? – девушка чувствовала как мир из под ног уходит, а они сами становятся ватными. Горло в ту же секунду пересохло, поэтому следующие её слова прозвучали слишком осипло. – что...что ты здесь делаешь?
— Пришла наконец увидеть куда делать моя блудная дочь. – выплюнула мать, оглядев дочь с головы до ног и покривившись, явно недовольная её внешним видом – толстовка на пару размеров больше и широкие чёрные джинсы. – выглядишь как бомжиха. – сказала она так, будто они были вдвоём в помещении.
Валенсии хотелось смахнуть с себя мерзкое, липкое чувство стыда.
— Ты не ответила... – девушка откашлялась в попытке прочистить горло. – что ты тут делаешь?
— Я не видела тебя полгода и это всё, что ты можешь мне сказать, неблагодарная дрянь?! – процедила она сквозь зубы.
— Миссис Колман. – предупреждающе осёк ректор. Валенсия только сейчас вспомнила о его присутствии здесь и увидев как он нахмурился, ей захотелось провалиться сквозь землю. Исчезнуть, испариться. Что угодно, лишь бы не стоять сейчас и не выслушивать при Кинге всё то, что собирается сказать ей её мать. А она скажет, Вал знала. Она сейчас даже не особо обратила внимание на замечание и продолжила.
— Ты ускакала в Нью-Йорк и я позволила тебе, надеясь на твоё благоразумие, а ты в итоге выбрала какие-то жалкие рисунки?! – ложь. Абсолютная наглая ложь. Её мать была против того, чтобы она уезжала поступать в университет, потому что понимала, что Валенсия оборвёт с ней все контакты, что в итоге и произошло, и поэтому устраивала скандалы. Она всегда была против.
— Мне 20, я сама могу решать где мне учиться. – максимально спокойным и ровным тоном попыталась ответить девушка.
— Ты всегда была мерзкой, неблагодарной, ни на что не способной поганой девчонкой. Взяла всё самое худшее от генов семьи. – изрекала мать свою гневную тираду.
— В первую очередь от тебя. – хриплым, но резким голосом ответила Валенсия.
— Да как ты...– женщина замахнулась для пощечины и девушка обречённо зажмурилась, в ожидании звонкого удара, который сотрясет весь кабинет и точно оставит алый след на лице. Потому что она всегда больно била. У неё была тяжелая рука. Мгновенья длились вечность и Валенсия уже почти приготовилась. Но спустя пару секунд удара так и не последовало. Приоткрыв глаза она увидела ошарашенное лицо матери, которое было устремлено на Кинга, крепко державшего её запястье.
— Что вы себе позволяете?! – взвизгнула та.
— Пока она находится в стенах моего университета, я несу ответственность за её безопасность. Поэтому никто не имеет права поднимать руки на моих студентов. – проинформировал ректор самым холодным и стеклянным голосом, который был у него в арсенале. Даже у Вал пошли мурашки.
— Это моя дочь. – вырвала она нервно руку. – я её родила и мне решать как её наказывать.
— Дочь, а не ваша вещь.
— Не вижу разницы. – у Кинга заходили желваки на скулах, но он продолжил таким же ровным тоном.
— Будьте добры, миссис Колман, покиньте наше учебное заведение и впредь, чтобы и ноги вашей здесь не было – мать Валенсии чуть не подавилась от возмущения и как дохлая рыба на суше ловила воздух ртом. Кинг буравил её взглядом и в конце концов женщина не выдержав отвернулась и фыркнула. А потом повернулась к дочери и выдала:
— И ректора подстать себе выбрала. – она снова покривилась. – мы ещё поговорим.
С этими словами она скрылась за дверью кабинета, в котором повисла гробовая тишина, от которой у Валенсии в ушах зазвенело. И вдруг стало трудно дышать, а сердце начало колотиться с такой скоростью, что она готова была поклясться – оно сейчас сломает ей рёбра и вылетит прямо в окно. В груди больно сдавило, внутри будто всё горело и девушка поднесла трясущуюся руку к ней, судорожно царапая кофту в попытке избавиться от сдавливающего чувства. Воздух. Почему его вдруг стало так мало? Она делала глубокие вдохи, стремясь набрать в легкие больше кислороду, но его будто совсем не было. У неё появилось ощущение, что она тонет, потому что по-другому нельзя было объяснить, почему весь воздух куда-то пропал. И это же подтверждал тот факт, что помещение перед глазами куда-то поплыло. Она правда тонет? Да. Она точно тонет. В чувстве страха, что весь этот ад снова начнётся. Что её нашли. Что это бесконечный круг мучений никогда не закончится. А ещё она тонула в чувстве стыда перед...
— Валенсия. – её подхватили под руки и усадили на диван, стоявший у стены. Она даже не поняла когда начала падать. – эй, Колман.
— Нашла...она нашла меня, я не смогла, я не...не смогла.. – сбивчиво повторяла она, а её глаза бегали по комнате.
– Валенсия, посмотри на меня. – Кинг опустился на колени перед девушкой, чтобы их лица оказались примерно на одном уровне.
— Это снова начнётся...снова. – против воли горячие слёзы потекли из карих пустых глаз, обжигая щёки.
— Что начнётся? – осторожно спросил мужчина. Если бы у Валенсии сейчас была возможность здраво мыслить, она бы отметила, что никогда прежде не слышала его голос таким.
— Весь...весь этот ад. – она тяжело дышала, как после километрового марафона и по прежнему не смотрела на человека, стоявшего напротив неё. – не выберусь...никогда не выберусь....никогда не смогу выбраться.
Тихо произносила девушка дрожащими сухими губами, которые стали намокать от слёз.
— Посмотри на меня, Валенсия посмотри на меня. – он крепко взял её лицо в свои ладони и заставил посмотреть на себя. – а теперь дыши. Давай. Вдох. Давай же, вдох. – она медленно вдохнула. – выдох. Ещё раз, вдох.
После 10 таких вдохов и выдохов, она перестала так дрожать. По крайней мере от страха, но в кабинете стало прохладно. Валенсия мельком посмотрела на окно за спиной Кинга, которое оказалось немного приоткрытым. Когда он успел? Проследив за её взглядом, он поднялся, чтобы закрыть окно и тут на девушку накатила вторая волна.
— Нет! – она схватила его за руку и он удивленно обернулся. – не уходите! Пожалуйста, не оставляйте меня, она вернётся, она точно вернётся, прошу не надо.
У неё была самая настоящая истерика и она уже не контролировала себя от слова совсем. Даже не заметила как Кинг напрягся. Он хоть и сохранял бесстрастное лицо, но был очень удивлён её подобной реакцией. Девушка, которая разбила лицо парню больше неё самой чуть ли не в два раза, за то, что он прицепился к её подруге, сейчас сидит и плачет как ребёнок. И он должен был признаться, ему было тяжело смотреть на это. Обычно он равнодушен на женские слёзы, ведь девушкам, особенно её возраста, они свойственны, как и чрезмерная эмоциональность. Но она не из таких. Что-то должно было сильно сломать эту девушку, чтобы довести до такого.
— Я просто хотел закрыть окно, я никуда не ухожу. – произнёс он своим спокойным бархатным голосом и сел рядом с ней. Она продолжала держать его руку. Они смотрели друг на друга несколько секунд, а затем она опустила голову и уткнулась в его грудь. Не сразу, но он положил свободную руку ей на спину и начал успокаивающе поглаживать, ощущая как под его ладонью в тихих рыданиях содрогается её тело. Она не обнимала его, не пыталась как-то сильнее прижаться, лишь продолжала сжимать его ладонь и беззвучно всхлипывать.
Не особо задумываясь над своими действиями, Кинг перенёс руку со спины на макушку девушки и бережно погладил её по голове. От неё вкусно пахло мускусом и чем-то сладким, пряным. Он чуть не зарылся носом в её волосы, когда вдруг понял, что её тело перестало дрожать и она размеренно дышит.
– Валенсия? – тишина.
Аккуратно отстранив её от себя, он заглянул ей в лицо и обнаружил, что она уснула. Неудивительно. Он медленно, чтобы не разбудить, уложил её на диван, даже ноги закинул на него. Затем снял пиджак и укрыл умиротворённое тело девушки. Присев перед ней на корточках, он какое-то время изучал её безмятежное лицо. Опухшие красные глаза и прилипшие к коже мокрые ресницы. И примерно в таком же состояние губы. Несколько прядей волос, которые сбились, упав на щёки и нос, он осторожно убрал. Девушка поморщила носом и Кинг усмехнулся. Не высокомерно как обычно, а по доброму. Он поднялся на ноги и выйдя к своей помощнице сказал.
— Мисс Фишер, меня до конца дня не беспокоить.
– А Мисс...– начала девушка и отметила то, что босс в одной рубашке.
– Мисс Колман должна помочь мне с бумагами.
– Как скажете.