Часть 5
Мы зашли в ближайшую к университету кофейню Мало кто из студентов о ней знал, поэтому там почти никогда никого не бывало.
У меня сложилось такое ощущение словно я никогда не ругалась с Лёшей, словно не было этого года в изоляции от него. Мы почти сразу начали разговаривать как тогда, когда были лучшими друзьями.
Оказалось, что парень за год выучил испанский (в придачу к своему разговорному английскому) и выиграл стажировку в Барселоне, он уезжает после Нового года. Я была за него страшно рада, отчасти потому что опасение на счёт того, что он замкнулся на наших отношениях и ничем больше не занимается было снято в повестки дня. Напротив, его жизнь круто поменялась. Он поменялся. Изменил круг общения, послал старых друзей ( я всегда говорила, что они были достаточно "мутными" людьми), вплотную занялся музыкой (он неплохо пел и играл на гитаре).
В беседах ни о чем прошла пар часов. Не смотря на то, что было около одиннадцати утра, в кофейне стоял полумрак. Мы сидели на мягком диванчике плечо к плечу и уже принялись вспоминать наши старые общие шутки. Когда и эта тема исчерпала себя, внезапно повисло молчание.
- Маш, - начал он, тем самым тоном, который пугал меня своей серьезностью, - я хочу, чтобы ты знала... - он замолчал на секунду, внимательно следя за моими эмоциями, - я хочу, чтобы ты знала, что ты мне всё еще не безразлична. Я давно осознал, что многое делал неправильно, но я уже совсем другой человек.
Я просто смотрела на него, совершенно не зная, что сказать. Но не потому что для меня данная новость была шоком. Нет, я конечно знала, что нравилась ему всё это время. Я не знала, что мне сказать, потому что в эту секунду какие-то старые чувства проснулись во мне.
Каким бы противоречивым не был мой поступок, но я первая поцеловала его. Вот так просто. Его губы были теплыми и мягкими такими, какими я помнила их. В этот жест я постаралась вложить всю ту благодарность, какую имела для блондина. Очень скоро я почувствовала, что мы с Лёшей больше не единственные посетители. Повернув голову, я столкнулась с карими глазами Андрея Александровича. Последнего человека, которого я ожидала увидеть в этой крохотной кофейне. Ему тоже должно быть стало неудобно от того, что он стал свидетелем столь интимного момента и он поспешил отвернуться, стремительно отправившись к барной стойке, чтобы сделать заказ.
- Американо, пожалуйста, - промурлыкал он симпатичной девушке-баристе.
- Это он, - шепнула я Лёше.
Парень внимательно наблюдал за преподавателем, а тот как ни в чем не бывало барабанил пальцами по поверхности барной стойки и, казалось, что-то напевал себе под нос. Я крепко зала руку Лёши под столом, а он в ответ, слегка сжал мою.
Стояла гробовая тишина ровно до тех пор, пока Андрей Александрович, забрав кофе, не взглянув на нас, вышел на улицу. Всё что от него осталось - это еле уловимый сладковатых аромат.
- Если он ещё что-нибудь тебе скажет, я поговорю с ним, - сказал парень, не сводя глаз со стеклянной двери, за которой только что скрылся мужчина.
Я молча кивнула и вздохнула, показывая, что я уже устала от этой темы.
- Расскажи мне ещё про Испанию, - сказала я, положив голову ему на плечу. Мне показалось, что большего мне от жизни и не надо. Только сидеть здесь и слушать истории о тёплой стране, мечтая о будущем.
Лёша проводил меня до дома. Когда мы уже стояли возле моего подъезда, я молила все высшие силы, чтобы он не начал выяснять статус наших возобновившихся отношений. Мои пожелания были услышаны. Он долго смотрел на меня, словно пытался прочитать мои мысли.
- Пока, - мягко сказал он и поцеловал меня в макушку, хотя я знала, на что он надеялся.
Зайдя в пустую квартиру, мне снова стало грустно. От того, что все так непонятно с Лёшей, от того, что мой преподаватель может начать меня ненавидеть. Говоря о ненависти, я с самого раннего детства ненавидела, когда меня не любят