Синие сапфиры

Я застала Кирилла в ужасном состоянии, он даже не удосужился купить лекарства.
У него была трехкомнатная квартира в районе Подолля (престижный район города Винницы) на первом этаже. Мне всегда нравились такие квартиры, в них много света, просторные комнаты и большие кухни, эта высотка тоже принадлежала моему дедушке
Так что скорее всего Кирилл ее арендует.
В квартире чистота и порядок, мебель в приятных тонах никакого хаоса и мрака.

Если бы он не сделал мне вафли, я бы подумала, что он не умеет готовить, судя по количеству замороженной пиццы.
Моему супу он обрадовался как ребёнок, его глаза заблестели от счастья светлой синевой. Интересно, что случилось с его родителями и как долго он живет один.

Кирилл завернулся в плед и лег на диван. Так как диван был угловой, я присела на свободную часть возле головы Кирилла.

Он лежал ко мне спиной, вздергиваясь от холода, мне захотелось провести рукой по его шелковистым волосам. Почти на сантиметр от его голова я остановилась.
Зачем мне это, я сделала то, что должна, мне пора идти домой?
Кирилл, неожиданно для меня,  оборачивается ложась на спину. Заметив мою протянутую ладонь, что ж, поймана с поличным.
Перевел тоскливый взгляд на меня, опять посмотрел на мою ладонь и прикрыл глаза.
Я поняла - это только что было разрешения, ни пошлостей, ни колючих фраз, а простое разрешение на нежность.

Не думая положила руку на его горячий от температуры лоб, медленно прошлась подушечками пальцев по щеке. Кирилл еще сильнее зажмурил глаза, будто это приносило ему болью. Интересно какого цвета сейчас у него космос. Светлый или темный как ночь.

— Спасибо. - Одними губами совсем тихо прошептал Кирилл.

Я резко вдохнула и прикрыла глаза не давая сердце в пляс.

Кирилл наконец-то расслабился, я подсунулась ближе, почувствовав мое движение, он сделал тоже самое. Ослабив защиту он положил салю голову мне на колени.
Я смотрела на него сверху вниз и поглаживала пальцами острые скулы, прошлась по вискам, скинув темные волосы назад.
Какие же острые у него черты. Он больше похож на модель чем на фотографа.

Кирилл поднял веки и я убедилась что сейчас его космос темный как ночь.
Его губы были слегка приоткрыты и дыхание с перерывами.
Я начала повторять на нем те движение, что он делал со мной в машине.
Прошлась подушечками пальцев по его верхней губе, торкнулась воздушно мягкой нижний губы.

Странно, что я не помню как они меня целовали.

Эти мысли наводили на меня тоску, так как повторить возможности уже не будет.

— Давай это будет наш маленький секрет? - Сказала я, что бы хоть как то, смягчить то, чем мы сейчас занимаемся. Или скорее я просто успокоила себя, что выйдя за дверь, я всё забуду.

Кирилл впервые за сегодня улыбнулся. Эта улыбка передалась его глазам и она снова набрались светлой синевы.

— Ты очень вредный секрет, Кристина.

Мы так и дальше лежали не проронив ни слова, точнее лежал Киря у меня на коленах, а я же сидела, поглаживая его.

Опять это чувство расслабленности и спокойствия, даже защищенности и всегда так, когда он рядом, все это скрывается за пиленою злости и ненависти.

Я чувствую как он начинает маленькими шажками пробираться ко мне в душу. Такое ощущение, что ссорами он строит стену, а вот с такими моментами, он валит ее вместе с моим щитом.

Может это, потому что мы оба одиноки, я не знаю как давно он один. Ясно только что постель его всегда занята, а вот в сердце вечно свободная вакансия на которою никого не взяли.

Я проснулся по-среди ночи от сильной жажды. Все так же лежал на диване, но какого было мое удивление увидеть возле себя маленький клубочек, которым являлась Кристина.

Она была в моей футболке. Я так и стоял над ней, подбирая свой подбородок с пола.

Я не сразу понял что это за футболка, узнав её пытался всеми силами сдержать смех. Это один из подарков приколов от Максима. На ней моё изображение. Только она её навыворот надела.

Кристина, наверное, в потемках искала во что переодеться, так как футболка вывернута наизнанку, она даже не догадывается, чье лицо прижимается к ее груди.
Я глубоко выдохнул и пошел на кухню пить.

На столе была оставлена тарелка с фруктовой овсянкой и кексами, возле которых лежала записка:

«Кирилл. Обязательно съешь это, ты должен хорошо питаться, что б поскорее выйти нароботу, нас ждут многие проекты.

И сразу прошу прощения за футболку, искала наугад, не хотела запачкаться во время готовки.

Вредный секрет).»

А я то, думал, что она специально переоделась, что бы спать возле меня. Кристина скорее добровольно пойдет в клетку с тигром, чем нарушит дистанцию между нами.
Видимо, она собиралась уходить и случайно уснула.

Я осушил стакан воды, скинул с себя неудобную одежду, оставшись в одних плавках. Благодаря ее зелью, меня уже не знобит.
Вернувшись в гостиную, я увидел Кристину лежащую уже на спине. Ее руки были подняты над головой, от этого моя футболка на ней поднялась до критически высокого уровня. Хорошо, что она была в шортах.

Мне не нужно видеть в этой ситуации, что-то большее, я ей помог однажды и приготовил завтрак - она сделал то же самое.
Все, на этом точка. Мы квиты.

Когда я лежал у нее на коленях, она смотрела на меня с такой нежностью и понимаем, будто знает всю жизнь. Ей не нужно было, что-то от меня, она ничего не требовала взамен, ее не волновало, сколько я зарабатываю, она просто сделала то, что никогда не удавалось другим - заняла частицу сердца.

Оставить её на неудобном диване до утре мне не хотелось.
Ладно, я ее перенесу, а что дальше? Лечь самому обратно на диван?

Тоесть, она будет спать на мягких перинах, а мне тут мучиться, это же тут болею.
Значит, перенести ее и лечь вместе с ней.
Стоп.
Это тоже не пойдет, так как означает что то, что было сегодня или уже вчера все серьезно. Нарушение дистанции так она это назовет.
Точно, а что если оставить все как было, будто я и не просыпался среди ночи и вообще не причем.

Тоже, не вариант, тогда Кристина будет чувствовать себя виноватой, она же собиралась домой, цели уснуть со мной у нее точно не было.

Значит, я просто отнесу ее на кровать, а с ней будет спать мое фото на футболке.

Я аккуратно поднял Кристину и занес в комнату, она такая крохотная по сравнение с моей большущей кроватью, черная постель подчеркивает пшеничный цвет ее волос, которые освещал лунный свет, сам же я вернулся на диван.