Глава 1
Ева стояла у окна своего маленького общежитского номера и смотрела на улочку, по которой едва слышно поскрипывали колёса проезжающих машин. Ветер играл длинными шелковистыми прядями её тёмных волос; она откидывала их за плечо и мысленно возвращалась туда, где начиналась её жизнь — в детском доме. Там был другой мир, с простыми правилами и громким смехом детей по очереди, и там был он — брат, как будто светлая точка в её прошлом. Судьба разлучила их, и затем пришла трагедия: брат погиб. Её голос в памяти отдавался глухо, как старый колокол. Она выстояла, закончила детский дом, собрала то немногое, что считала своим, и переехала в Германию — чтобы начать заново, без пыли воспоминаний и с надеждой, что можно всё построить заново.
Её лицо отражалось в стекле; голубые глубокие глаза смотрели честно и немного настороженно. Стройное тело, походка сдержанная — в ней было как будто две натуры: одна — осторожная, научившаяся выживать, другая — хрупкая, всё ещё бережно хранящая память. Она не искала сочувствия, но иногда думала, что одна из причин её отъезда — возможность забыть запах больничного пера и холодные коридоры детского дома.
Первый день в престижном университете Германии превзошёл все её ожидания и одновременно смутил тем, насколько всё новое и чужое. Большой кампус, разговоры на незнакомом языке, чистые аудитории, строгие профессора — всё это одновременно давило и манило. Она шла по коридору, держа в руках сумку с тетрадями, и наблюдала за людьми: кто-то смеялся, кто-то жестикулировал, кто-то торопливо вбегал в лекционный зал. Ей хотелось слиться с толпой и быть незаметной. Но судьба распорядилась иначе.
Он появился в дверях аудитории как будто случайно — высокий, с чуть вьющимися тёмными волосами, которые бросали тень на лоб. Его карие глаза быстро пробежали по рядам и остановились на свободном месте возле Евы. Внешне он был подтянут, аккуратен в одежде; в походке ощущалась уверенность. Её взгляд невольно задержался на его вальяжной осанке и мотоциклетном шлеме в руках — маленькая подсказка о хобби, которая что-то сказала о человеке больше, чем слова. Он улыбнулся, лёгкая улыбка, как будто между ними уже был какой-то неписаный договор быть вежливыми друг к другу.
— Привет, — сказал он по-русски, с лёгким акцентом, — можно рядом?
Ева удивилась: русский — здесь, в чужой стране. Сердце невольно отозвалось теплом, но голос оставался ровным и спокойным:
— Конечно.
Её голос был коротким, но тепло в нём появилось само собой. Он представился:
— Ваня. Родился здесь, — он кивнул в сторону окна, — но родители — русские. Учусь на том же факультете. А ты?
— Ева, — она протянула руку. — Я приехала из России совсем недавно.
Его рукопожатие было твёрдым и спокойным. Его взгляд — спокойный, но внимательный, будто он не упускает деталей, которые делают человека человеком. Ваня положил шлем под кресло и сел. Их разговор быстро перешёл от формальностей к лёгкой дружеской болтовне: откуда каждый, почему выбрал этот факультет, какие надежды на будущее. Ваня говорил о мотоциклах так, как будто они были больше, чем хобби — будто это была его вера в свободу, в скорость, в возможность ускользнуть хоть на мгновение от рутины.
Ева слушала и чувствовала, как постепенно тает её настороженность. Его смех был тихим, но искренним; его вопросы — внимательными. Он не задавал лишних вопросов о прошлом, зато умел говорить о настоящем так, что хотелось отвечать. Они обменялись номерами: ей это казалось естественным, как будто новая дружба была просто продолжением продолжающегося разговора, начавшегося в аудитории.
После лекции Ваня проводил её до выхода. На мраморной лестнице кампуса шумела колонка студентов, спешивших по делам, но для них обоих время как будто замедлилось. Он упомянул, что иногда катается по ночам, когда город пустеет и звуки превращаются в ровный фон мотора. Она увидела искренность, и, может быть, впервые с тех пор, как уехала из детского дома, позволила себе представить, что можно довериться — первым шагом, не больше.
— Может, покажешь мне место, где катаешься? — спросил он, легко, почти в шутку.
Ева улыбнулась, но не отказалась. В этом предложении было что-то простое и реальное, не требующее немедленных объяснений. Вечером она писала в блокноте: «Встреча с Ваней — как капля света в длинном туннеле». Это была не любовь с первого взгляда, это было начало — начало маленькой истории, где два человека пересекли свои пути. У каждого были свои тайны и потери, но у каждого также была надежда: на новую жизнь, на новые связи, на дни, когда прошлое перестанет быть грузом, а станет памятью, из которой можно черпать силу.
Уходя, они оба обернулись: Ваня — чтобы поднять шлем, Ева — чтобы ещё раз взглянуть на утихающий кампус. Позади остались лекции и незнакомые лица; впереди — ещё многое неизвестное. Но теперь у неё был кто-то, с кем можно было идти дальше. И это уже было началом.
_________
743 слова